Хадж православного. возмужание. Часть 7

 Проснулся Дзюба поздно, часов в одиннадцать. Умылся, перекусил в "вагончике". Рана на спине побаливала, пошел в медсанбат. Дежуривший врач осмотрел его.

           - Повезло, зацепило только мышцы. Сейчас промоем, заклеим. Уколем, для верности и можно к девкам.

           - Зайду к начмеду, дело есть.

           - А я тут, - появился на пороге полковник. - Что за дело?

           - Я тут составил небольшой список медикаментов. На «боевых» часто нужны, а нам, кроме бинтов, ничего не дают. Что выклянчим, то и наше, а хотелось бы побольше.

             Начмед пробежал список глазами, улыбнулся.

            - Василий Васильевич, кто список составлял?

            - Сам. А что?

           - Написано профессионально, как будто медик писал.

           - Опыт, Юрий Иванович. Не первый год воюю.

           - А медицинская терминология?

           - Это не сложно нахвататься.

          - Конечно, - согласился начмед. - Василий Васильевич, вам ближе, будьте добры подайте из шкафчика троакар.

           Дзюба машинально достал инструмент, подал полковнику. Рука зависла в воздухе. Начмед улыбался. Дзюба взглянул на троакар, на начмеда, понял и тоже усмехнулся.

           - Проверяйте, значит.

           - Так мы что, коллеги?

           - Есть немного.

           - Тогда за это «по маленькой». Прошу ко мне.

           Начмед разлил спирт по мерным стаканчикам. Выпили, закусив долькой нарезанного арбуза.

           - А как же Вы, человек такой гуманной профессии, стали профессиональным убийцей. Самым знаменитым, пожалуй на весь Афган.

           Дзюба выплюнул косточки, достал сигарету, закурил.


          - Ну, во первых не убийцей. Я уничтожаю противника, а это и церковь поощряет. А история проста и банальна. Учился в мединституте, третий курс. Как и всем студентам постоянно не хватало денег. В комнате общаги нас было шесть способных медиков. Раскинули умом, начали тайком делать аборты и стали хорошо зарабатывать. С «барского плеча» купили в отделение клиники два холодильника.             

          Всем было хорошо – и женщинам, и нам. Но языки за зубами умели держать не все. Нагрянула проверка прокуратуры, нас повязали, запахло судом. Из института исключили всех шестерых.

 Спасение нашли в военкомате. Ну, а я самым хитрым оказался. Думаю, зачем тебе Вася «во солдаты»? Тут набор в военные училища. Решил, похожу курсантом годик, а потом подам рапорт об исключении. А военные хитрее оказались: уходишь из училища, пожалуйста, отслужи два года солдатом в кирзовых сапогах. В общем, подвело незнание обстановки. Потом втянулся.
                Преподаватели в Рязани, великолепные. Вспомнил, что отец у меня офицером был, летчиком. И потом, с институтом, очевидно уже «глухо», получится из меня врач или нет, хрен знает. А офицер, вроде, получался. А, думаю, была-небыла! Вот так я и увильнул от службы в армии.

               Начмед долго смотрел на Дзюбу.



          ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧИТАЙТЕ ЗДЕСЬ - https://dzen.ru/a/ZsA_7yv05TxIR43e