Экстремальный тур

Встреча на границе прошла успешно. Группа мужчин – пенсионеров из Голландии быстро увидела нашу табличку с их фамилиями и скорым шагом направилась прямо к нам. Пересадка из международного автобуса «EUROLINE», проверка списка и уточнение – нужна ли ознакомительная поездка по городу?  Услышав ответ, переводчица Света просит нашего водителя заехать в пивной ресторан на небольшой завтрак. И оттуда - прямым ходом в хозяйство деда Владимира.

Так случилось, что эта группа оказалась первой, которая собралась на редкий развлекательный тур в белорусскую деревню. А редкий тур потому, что приехали туристы на традиционное деревенское осеннее мероприятие – убой годовалого кабана и приготовление по такому случаю  колбас  и других мясных деликатесов.
Два месяца назад мы рассказали нашему знакомому  в Голландии об идее организации такого отдыха. И прикинули ориентировочную стоимость для клиентов. Компания нашлась быстро. Почти все знакомы друг с другом. Цена показалась им невысокой. С визами уладили формальности тоже оперативно.
 Мы, к этому времени договорились об их проживании в лесной гостинице с горячим душем и всем остальным.  А с дедом Володей в близлежащей деревне договаривались целую неделю. Только на третий день он, наконец,  понял, что мы хотим. И стал сам с интересом обсуждать программу пребывания.
Живёт он один, жена умерла несколько лет назад. Дети в городе, приезжают и не редко, и не часто. Как получается. А у Владимира хозяйство - кабан, куры, индюки, кот и собака. Со всем справляется. Был ещё и конь.  Но, весной после заработков по распахиванию огородов в деревне и  близлежащих дачах, пришлось его продать  – тяжеловато стало ухаживать и заготавливать корм на зиму. Остался на память только разукрашенный воз и сбруя, расцвеченная искусственными цветами и лентами. А купил рабочее животное племянник в этой же деревне. Давно просил деда, вот, он и согласился,  наконец.
А мы Владимира разыскали через секретаря сельского Совета. Женщина знает  про все хозяйства в своих деревнях и порекомендовала именно его. «Не подведёт!» - сказала она при  расставании.

По дороге звоним на Володин  мобильник. Всё в порядке. Дед прибрался в доме и навёл порядок во дворе. Микроавтобус тихонько притормозил у знакомой калитки. Посигналили и начали выгружаться сами и выгружать съёмочную аппаратуру. Голландцы в путешествиях без неё никуда.
Приветствия, знакомство и краткий рассказ деда о программе после полудня и вечера. Сначала кабан, потом застолье№1, потом колбасы и паштеты, и застолье№2.  Для выживших участников  -  катание по деревне на дедовом коне. На ночь – в гостиницу.
Управиться с кабаном дед пригласил ещё помощника – племянника.

С двумя короткими верёвками они оба зашли в сарай. Через несколько минут показался  розовато – белый кабан с верёвками на задней и передней ноге, а за ним семенили наши бойцы.   Когда кабан подошёл к месту убоя, дед и  дедов помощник ловким движением верёвок  повалили его на бок. Потом, сам дед, приподняв его (кабана) переднюю ногу,  сноровистым движением вонзил острый нож прямо в сердце животного. Короткий кабаний хрип и громкий визг заставил вздрогнуть иностранцев, и они от неожиданности зааплодировали, оставив включенными видеокамеры на штативах.
- Кровь кто – нибудь пить будет? – вопрос деда поверг переводчицу в шок. Она не поняла вопроса, и переспросила:
- Вы серьезно?
- Смотри, дочка! – дед нацедил себе маленькую кружку и залпом выпил. Ошарашенные гости удивлённо захлопали ресницами и сконфуженно потупили взоры.
Не хотите, как хотите!
Немного подождав, когда кровь из раны наполнит стеклянную трёхлитровую банку (для кровяной колбасы) и перестанет течь, помощник вставил в кабанью пасть приготовленный камень для отвода газов из туши, и с дедовой помощью положил обмякшую тушу на живот, раздвинув  кабаньи ноги в разные стороны.  Лежащая рядом соломенная куча вмиг оказалась разложенной по всему животному. По старой традиции щетину будут обжигать соломой. Говорят, так вкуснее будет сало. Совершив такой ритуальный обряд, мужчины принялись за детальный обжиг   кожи спины, живота, головы и ног убиенного животного газовой горелкой.  Потом -  полив тёплой водой и очистка всего кабана до желто – белого блеска. Занятие утомительное и очень скрупулезное. Нужно вычистить всю черноту и надраить кожу до товарного вида. У  наших убойщиков оказалась масса специальных приспособлений для такого дела – скребки, щётки, мочалки и прочее. Туристы, с удивлением, брали потом в руки эти  штучки и лишь восхищённо между собой их обсуждали. Свете только оставалось несколько раз повторять, что это всё изготовлено в местной кузнечной мастерской. Не в хозяйственном же магазине  это покупалось!
Наконец, туша к разделке готова. Удобно  переложив её на старую деревянную лестницу, и попросив помощи присутствующих гостей, хозяин перенёс всё это добро на широкий разделочный стол с уклоном (для стекания остатков крови). Тут среди туристов наметилось шевеление и бурное обсуждение чего – то. Света от неожиданности их просьбы немного опешила. Оказывается, один из гостей – Фридрих вызвался помогать деду Володе в разделке, а если он разрешит, то и полностью разделать тушу по всем правилам. Дед переспросил:
- А умеешь?- Фридрих утвердительно закивал,  а переводчица рассказала, что он содержал мясной магазин и знает, что в каком порядке отрезать. Дед с недоверием и опаской отдаёт широкий острый нож голландцу:
 – Режь!
Ему (голландцу) нашли бабушкин цветной фартук, и он сноровисто начал делать квалифицированные надрезы и разрезы. Володя посмотрел на его действия,  убедился в их правильности,  и даже ушёл с места разделки за миской для парного мяса – для первых шкварок. А Фридрих, к моменту прихода хозяина,  не оплошал – вырезал и бросил первый лакомый парной кусок на шкварки прямо в подставленную дедом ёмкость.
 В течение получаса дедов помощник только и успевал уносить на приготовленные полки мясные и сальные куски в строгой очерёдности. Кишечник перед этим выложили в большой таз и передали для очистки жене племянника. Голландцы успели заметить только её цветной платок и удаляющуюся плотную фигуру молодой деревенской женщины. Промывать всё содержимое таза она собралась на дедовом огороде. Не пропадать же удобрению! А пригодные после промывки и просолки  кишки пойдут потом на колбасы.
Хозяин, довольный работой добровольного помощника, лишь один раз подточил ему нож. А сам Фридрих что-то увлечённо рассказывал в объективы нескольких камер. Света сказала, что он хвалил мясо и сало. Видно, действительно, специалист своего дела!
Скоро на разделочном столе ничего не осталось. Хребет, рёбра и голова разрублены и  всё разложено на остывание.   А мы спешим за стол, накрытый в доме Владимира дочкой племянника. Посреди стола возвышается  большая тарелка со свежими шкварками. Все громко заговорили о чём – то. Может, не доверяют хозяйкиному качеству приготовления? Оказывается, раскрасневшийся Фридрих, узнав, что осталось немного недожаренного мяса, попросил и ему быстро что – либо приготовить. Насупившись, девушка ушла на кухню – присмотреть за иностранцем.
В ожидании дополнительного блюда все за столом принялись пробовать квашеную капусту и солёные огурцы. Неожиданно быстро  появился Фридрих с порцией свиных отбивных оригинальной формы. Первым делом положил деду несколько штук. Дед от радости чуть не выронил трёхлитровую трофейную отцовскую бутыль с самогоном. Разлили по стаканам крепкий напиток,  и хозяин, привстав, поблагодарил гостей за приезд и предложил выпить за знакомство и дружбу. Света быстро перевела тост и сама с аппетитом стала уплетать нехитрые закуски со шкварками.  А внучка, приоткрыв дверь кухни, наблюдала за трапезой и пополняла быстро пустеющую посуду.
Немного захмелев, голландцы стали громче разговаривать. А дед, зная, что ещё много работы, стал сворачивать обед.  Света принялась переводить его слова о том,  кто и что будет сейчас делать. Всем нашлась работа, а переводчице пришлось  заняться чисткой чеснока. Более серьёзной работы дед Володя ей не доверил. Зато, Фридрих стал главным специалистом по приготовлению колбас. В помощницах у него увивалась жена племянника. Остальные занялись нарезкой мяса, сала и отваренных внутренностей для колбас и паштетов. Приготовили колбасный фарш, перемешали его со специями и оставили на вызревание. Потом,  размешали красноватую массу для «кровянки» и желтоватую – для паштетов. Иностранцы по очереди проверяли работу видеокамер – всё - ли запечатлеется для истории? Они даже позировали в разных бабушкиных фартуках, изображая поваров.
К вечеру основные работы были завершены и все собравшиеся опять рассаживаются за столом. Некоторые блюда поменялись – появились ароматные драники на свежем сале. Опять тосты и здравицы в честь хозяина и гостей. К ночи, изрядно захмелевшие гости, начали затягивать свои песни. Дед им помогал. Поддерживать мотив.
Появилась губная гармошка и компании показалось мало места в хате. Наскоро одевшись, все высыпали на улицу. Подождали племянника. Он подъехал на коне с  красочным возом. Гости  расселись на сено в нём, покрытое разноцветным покрывалом,  и затянули незнакомую песню. Подвода тронулась, освещаемая керосиновым фонарём деда Володи. А водитель микроавтобуса предложил ещё и похожий электрический фонарь. Процессия направилась в сторону леса по круговой дороге. Громче всех пел угрюмый и молчаливый до этого времени голландец. Наелся, напился, можно и песни погорланить на свежем воздухе! Хотя, и все остальные не отставали. На слух песен было не много, просто некоторые повторялись  по два - три  раза. Или так только казалось. Веселье длилось до глубокой ночи. Уставшие и довольные гости принимали на грудь ещё и ещё по одной и закусывали  прямо на возу.
Потом, с огурцами в руках, они с трудом загружались в автобус для переезда в гостиницу. Опытный в таких делах водитель быстро рассадил пассажиров и через пол – часа все туристы уже расходились по приготовленным номерам. Свои дорожные сумки голландцы  уносили без разбора.  А утром оказалось, что никто ничего не перепутал. Удивительно! На завтрак в ресторане гости пришли вовремя, как и не было  утомительного переезда из Амстердама и напряженной работы у деда на подворье и за столом! Все добродушно обсуждали вчерашние приключения и смаковали шкварки и драники, судя по Светиному переводу. За ресторанным столом большинство съело немного кашки и налегало на ароматный лесной чай.  Пришлось донести ещё целый чайник.
Звонок деда Владимира застал всех врасплох:
- Скоро будете?  А индюка рубать?
Мы  в шоке. Просим Свету перевести вопрос гостям. Света быстро  узнала их  мнение. И те, услышав, что у деда опять будет свежее мясо, что – то даже  переспросили у переводчицы. «Без нас пусть не рубит!» - просят, оказывается, они.
Про индюка мы совсем не договаривались. Перебор.  Хотели только заехать на лёгкий обед со свежеиспечёнными колбасами - и на границу. Видно, деду сильно компания понравилась. Что ж, индюк, так индюк. Поехали. Во дворе у деда их целая стая.  Какой выбрать? Освоившаяся Света хозяйским глазом указала на птицу с самой большой красной бородой и хохолком. Знает в этом толк! Пришлось всей компанией загонять всю стаю в тупик двора.  Под индюшиный клёкот, дед, изловчившись, поймал жертву за крылья и протянул самому громкому вчерашнему певцу:
 – Рубай! - товарищ не растерялся и понес птицу на деревянную дровяную колоду. Племянник услужливо подвязал ему фартук и протянул острый топор.  Голландцу всё никак не удавалось положить голову индюка на ширь колоды. Племянник взял птицу за лапы, а крылья остались в руках палача. Сверкнуло лезвие топора -   голова индюка упала на траву. Кровь брызнула из индюшиной шеи, но иностранец быстро опустил тушку к земле и спокойно стал ждать кровяного стока.  Потом  очистили её от перьев,  обожгли на огне, отмыли  и выпотрошили. И тут решил проявить свои способности другой голландец – Гюнтер. Он взялся тушить индюшатину по своему рецепту. Почти все специи нашлись, и скоро кастрюля с разделанной тушкой уже грелась  на плите. А гости в ожидании блюда лакомились капустой и грибами.  Без самогона не обошлось. Но, в этот раз  просили наливать поменьше. Дождались горячее блюдо не все. Двух гостей сморило, и они храпели в соседней комнате. Остальные пели песни, выпивали и закусывали.  К вечеру вышли во двор подышать и пересчитать индюков. У всех получалось разное количество,  и дед решил загнать всю живность в сарай – от греха подальше. 
Расставаться никому не хотелось. А надо. Гости за дедовы щедроты заплатили ему еще все по 50 евро. Каждый. Он смущённо смотрел в нашу сторону. Мы за всё обещали ему только 300. Повезло. Деду. На дорогу гостям хозяин передал по пакету отборных яблок и грецких орехов. «Витамины не помешают!» - напутствовал он.
Гости в салоне уснули и проснулись только в Варшаве, как сказал водитель. Рейсовый автобус той же «EUROLINE» увёз их - полусонных - в  Амстердам с контрабандными орехами,  яблоками и незабываемыми впечатлениями.


Рецензии
Про забой скота у голландцев не читал, а вот как это делали в старой доброй Англии.

Итак, Гарди Томас. Джуд незаметный. М., 1973, стр. 61-63:

«Он расчистил возле хлева снег, так что получилась площадка ярда в два, принёс табурет и положил рядом ножи и верёвки. Малиновка на соседнем дворе наблюдала эти приготовления, но зловещий вид сцены будущего заклания не понравился ей, и она упорхнула, хотя и была голодна. Тем временем Арабелла присоединилась к мужу, и Джуд с верёвкой в руке прошёл в хлев и набросил петлю на шею испуганному животному, которое хрюкнуло от неожиданности, а потом зашлось в неистовом визге. Арабелла открыла дверцу хлева, и вдвоём они втащили свою жертву на табурет, ногами вверх; пока Джуд держал, Арабелла привязывала свинью, стянув петлёй ноги, чтобы она не билась.

Животное начало визжать по-иному. Теперь это был уже не крик ярости, а крик отчаянья – тонкий, протяжный, безнадёжный.

– Честное слово, лучше б её вообще не было, чем заниматься таким делом! – воскликнул Джуд. – Я же своими руками вскормил её.

– Не будь чувствительным дураком! Возьми-ка нож, вон тот длинный. Только смотри, не втыкай слишком глубоко.

– Я заколю сразу, чтобы кончить всё побыстрее. Это главное.

– Не смей! – крикнула она. – Надо обескровить мясо, а для этого свинья должна умирать медленно. Если мясо будет с кровью, мы потеряем один шиллинг на каждых двадцати! Надрежь слегка вену, и всё. Так меня учили, я знаю! Хороший мясник всегда медленно спускает кровь. Она должна умирать восемь – десять минут, не меньше!

– Полминуты, не больше, если это от меня зависит, какое бы ни получилось мясо, – сказал Джуд твёрдо.

Срезав с глотки щетину, – он видел, как это делают мясники, – он надрезал сало и изо всех сил вонзил нож.

– А, чёрт бы тебя подрал, – закричала она. – Не захочешь, да согрешишь. Ты слишком глубоко воткнул! Я же тебя учила...

– Успокойся, Арабелла, имей хоть каплю жалости к животному!

– Подставь ведро, чтобы собрать кровь, да помалкивай!

Всё было сделано, быть может, не очень умело, зато милосердно. Кровь хлынула потоком, а не засочилась по каплям, как хотела Арабелла. Предсмертный крик свиньи снова изменился, в третий и последний раз, теперь это был крик агонии; её остекленевшие глаза остановились на Арабелле с красноречивым упреком; животное наконец осознало предательство тех, что казались единственными её друзьями.

– Заставь её замолчать! – сказала Арабелла. – Того и гляди, к нам начнёт сбегаться народ, а я не хочу, чтобы люди знали, что мы сами занимаемся этим.

И, подняв нож, который Джуд бросил на землю, она вставила его в рану и перерезала дыхательное горло. Свинья мгновенно замолкла, делая последние предсмертные вдохи прямо через отверстие.

– Так-то лучше, – сказала Арабелла.

– Мерзкое занятие! – произнес Джуд.

– Но ведь кто-то должен резать свиней.

Животное напряглось и, несмотря на верёвку, сделало последний судорожный рывок. Вытекло со столовую ложку сгустившейся чёрной крови, алая кровь не сочилась уже несколько секунд.

– Всё. Сейчас сдохнет, – заметила Арабелла. – Хитрые твари – всегда удерживают эту каплю крови как можно дольше.

Последняя судорога наступила так неожиданно, что Джуд пошатнулся и опрокинул ведро, куда стекала кровь.

– Ну вот! – вскричала Арабелла, не помня себя от бешенства. – Теперь я не смогу приготовить кровяную колбасу. Опять убыток, и всё из-за тебя!

Джуд подхватил ведро, но в нём осталось лишь около трети дымящейся жидкости, большая часть расплескалась по снегу, являя мрачную, грязную и отвратительную картину для тех, кто видел во всём этом не только обычный способ получения мяса. Губы и ноздри свиньи посинели, затем побелели, мускулы на ногах обмякли.

– Слава Богу! Всё кончено, – сказал Джуд.

– Интересно знать, какое отношение имеет Бог ко всей этой дрызготне! – отозвалась она с презрением. – Должны же бедняки чем-то жить!

– Знаю, знаю, – ответил он. – Я тебя не виню».

Игорь Орловский   02.08.2012 19:42     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.