Некоторые главы из третьей части Трилогии

Главы: Великая битва, начало.
__________"И воздвиглась на Хвалу Хула,
__________И на волю вырвалось Насилье,
__________Прянул Див на землю, и была
__________Тьма кругом и горя изобилье…"
_______________"Слово о полку Игоревом".
Перевод Н.А.Заболоцкого.
И грянул Бой. Звенели мечи, ломались копья, летали, метались по полю Великой битвы, как злые осы, стрелы. Тёмное войско Эспера не дрогнуло под первым натиском Королевской рати. Личные охранники  под управлением самого преданного слуги Перса заслонили своими крепкими телами и щитами своего любимого Повелителя Тёмных сил от ищущих поживы стрел и копий. Сам Эспер управлял своим войском при помощи ментальных способностей, Король же, наблюдая за битвой, посылал гонцов в то или иное место для передислокации своих сил. В какой-то момент мы увидели рядом с его шатром белокурую Игзак. Богиня войны и мудрости что-то быстро говорила Королю на ухо и тот, выслушав её совет, снял Запасной полк рыцарей для решения какой-то немаловажной задачи. Бой гремел и шум от земли долетал до нас, стоявших на волшебном облаке Небожителей.
- Мне это не нравится, - угрюмо сказал Таманцев, - был же уговор не вмешиваться в битву, почему Игзак нарушает договорённость? Её же никто за язык не тянул на Высшем совете.
- Игзак - простая баба, - пояснил Артур. Он смотрел на происходящее и, наверное, уже придумывал какой-нибудь захватывающий сюжет для очередного исторического романа в излюбленном стиле "фэнтези". Его прищуренные глаза были насмешливы, а кулаки, засунутые в карманы джинсов, то сжимались, то разжимались, выдавая степень волнения.
- Нет, так нечестно, - высказал своё мнение Таманцев, - слушай, Дракон, давай слетаем к Эсперу и тоже что-нибудь подскажем. Пусть она позлится.
- Тогда нас с тобой точно обвинят в пристрастности и подключат отряды ОМОНа с современным оружием, - мудро заметил Артур.
- Но она же первой начала, - сказал Санёк и вытер пот на лбу рукавом рубахи.
- Будь снисходительнее к женщине, - ехидно поучая брата, сказал Артур.
- Не кипятись, братишка, - урезонил я Таманцева, - смотри, левый фланг войска Эспера сознательно откатывается назад, а Королевская рать опасности не замечает и рвётся вперёд, открывая спины зарослям Горелого леса.
- Ну и что? – удивился Таманцев, Артур опять ехидно усмехнулся:
- Эх ты, горе-полковник. Наверняка Эспер в кустах припас какой-нибудь неприятный сюрприз для Короля и его рати. Даже я, абсолютный профан в воинской науке, догадался, а ты был просто обязан знать. Нет, по прибытии домой я обязательно свяжусь по Интернету с Путиным и потребую твоего понижения в звании. Вплоть до лейтенанта, на большее ты, Санёк, не тянешь.
- А Путин тут при чём?
- Так он же сейчас Главнокомандующий Российской армии, в которую ты входишь со всеми потрохами.
- Тогда я по прибытии в Париж просто возьму и перейду в Интерпол.
- Он шутит, - сказал я Саньку.
- Я тоже шучу, - ответил хмуро Таманцев, - но, Валя, в тех кустах не сможет спрятаться и человек, что же говорить о гоблинах и троллях. Я и отсюда это хорошо вижу.
- Ты забыл о шапках-невидимках и Варгах, - напомнил я брату, - ты не обратил внимания, что Эспер не поставил волшебных волков в ряды своего войска?
- Да, ты прав, - сконфуженно сказал Таманцев и закурил. Внизу продолжалось сражение Тёмных сил с умением Королевской рати и мудростью богини Игзак. Она больше не отходила от Короля и указывала ему пальцем на слабости в рядах ратников. Король её охотно слушался и посылал своих гонцов в самые горячие точки битвы для устранения тех или иных прорех.
- Она специально сказала на Высшем совете, чтобы мы не вмешивались в ход борьбы. Сама она не лезет, только советы даёт и думает, что это ей с рук сойдёт, - сказал Артур.
- Не думай, что Эспер не предвидел подобный поворот дел. Он припас не один сюрприз и его злой гений ещё покажет себя с неожиданной стороны.
Центр и правый фланг Тёмного войска стояли твёрдо на своих позициях, не уступая врагу ни пяди земли, левый же медленно и верно отходил назад на берег Реки.
- Интересно, а куда Король переместил Запасной полк? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Артур.
- Он приказал Полю Зигмаку, командиру полка, отрезать Эсперу пути к отступлению в Подземелье, - сказал Вольдемар Сирин, материализовавшись на нашем облачке позади нас. Санек и Артур повернулись к нему, а я не стал. Я и раньше знал, что такой темпераментный еврей не удержится и обязательно прилетит на поле битвы чтобы своими глазами увидеть незабываемое зрелище, решившее участь Тёмного народа и торжество Светлых и Добрых сил над Злом и Тьмой в вооружённом конфликте. Сирин продолжал:
- Игзак решила, что Эспер, увидев себя отрезанным от Источника магических сил, начнёт волноваться и либо пойдёт на прорыв в Горелый лес, либо пойдёт на примирение. И то, и другое ей кажется выгодным для Королевства.
- Ничего у неё с Королём не выйдет, - убеждённо сказал Таманцев, - Эспер не для того начинал войну, чтобы сразу пойти на попятный.
- Женская логика заключается в полном отсутствии таковой, - резюмировал Артур, - а вы, милейший, кто будете?
- Вольдемар Сирин, Верховный Правитель земли будущего, то есть первый Президент Мира, - представился ставленник сатаны, ваш старший брат почему-то назвал меня "первым зверем" Апокалипсиса, но это не так, уверяю вас, он здорово ошибся с расстановкой акцентов.
- А Библию во всём мире вы, Вольдемар, решили уничтожить для того, чтобы она не смущала умы легковерных? – спросил я. Вольдемар удивлённо поднял брови:
- Даже мысли такой не было, честное слово.
Я не стал углублять скользкую тему и тут воскликнул Таманцев:
- Смотрите! Эспер управляет не только своим войском и ратью Короля, даже Игзак подчиняется его воле: левый фланг Темного войска хоть и отрезал колдуна от Горелого леса, чем, кстати сказать, нивелировал маневр Запасного полка, но и позволил передислоцировать некоторые силы для удара в центре. Там, на берегу Реки, легче защищаться, чем нападать в связи с обилием оврагов, и это позволило снять часть сил для перегруппировки и роздыха. Теперь у Эспера появился реальный шанс прорваться и взять Короля в плен, а если повезёт, то и Белую воительницу тоже.
- А вы, Александр Романович, за кого переживаете? За чёрных? – спросил ставленник сатаны.
- Не чёрных, а Тёмных, - поправил Сирина Санёк, - да, я болею за Эспера.
- Почему?
- Я в бытность своих приключений в Подлунном мире от Тёмных видел больше добра, чем от Светлых. К тому же я русский, а у нас в традиции защищать более слабых. Мало того, что у Эспера войско в три раза меньше, чем у Короля, так ему на Высшем совете Небожителей запретили использовать магию. Мне это кажется не справедливым.
- Мне тоже, - поддакнул Артур.
Бой продолжался: гоблины и тролли стояли насмерть за интересы своего народа. Умел их Повелитель обращаться со своими подданными, и они всегда принимали его слова близко к сердцу. Или к желудку. Они всегда, говоря про сердце, прижимали лапы к тому месту, где находится желудок. А вот ратники Короля, почувствовав на своей шкуре яростное сопротивление врага, временами откатывали назад, что, учитывая чисто защитительную тактику Эспера, позволяло отдохнуть, собраться с силами и повторно атаковать. И тут в тылу правого фланга Королевской рати началось невообразимое, но давно нами ожидаемое нападение отряда невидимых гоблинов. Поднялась сумятица: ратники падали под ударами боевых дубинок, не видя противника и в силу этого не способного к защите. Они погибали, не поняв причины своей смерти. Игзак, Король и его ближайшие советники не сразу разобрались, что весь правый фланг висит на волоске. Ле Борон, командующий рати на данном участке ратью, послал гонца к Королю за подкреплением. Тролли, задействованные Эспером на берегу Реки, заметно активизировались и стали теснить своего врага. Король послал на помощь гибнущему флангу Резервный взвод рыцарей-крестоносцев и гонца к задержавшемуся Запасному полку. Игзак навела волшебные глаза, чтобы разобраться во всё более усиливающейся сумятице на берегу Реки. Я видел, как она, обнаружив отряд гоблинов, приступила к магическим манипуляциям. Немедленно гоблины стали обретать контуры тел и ратники, озверев от напрасной гибели сотоварищей, их окружили, и стали планомерно уничтожать. Отряд был обречён на гибель, ратники превышали их и в количественном, и в качественном плане. Воины Эспера со своими любимыми дубинками не могли оказать достойного сопротивления вооружённым мечами и копьями ратникам Короля и профессионалам крестоносцам. Гоблинов было не более 2 дюжин голов.
- Ты видел? – закричал Санёк и Артур, я такого содружества своих братьев ни разу не видел и, естественно, никак не ожидал.
- Она вмешалась! Небом клянусь – нам тоже пора! – орал Таманцев.
- Надо срочно её нейтрализовать! – соглашался с ним Артур, - тля буду, век мёда не едать, Дракон, это нечестно! Если тебе самому не хватает смелости, то я сам отрублю ей правую руку! Пусти меня, брат!
- Стойте, тише, - скомандовал я и вытащил из-под складки волшебного облака заранее приготовленное оружие: арбалет для Таманцева, бинокль с магической приставкой для Артура и меч-кладенец для себя. Сирин смотрел на нас с великим изумлением:
- Вы и в самом деле собираетесь вступить в сражение? Ну вы и добры молодцы!
- Саня, постарайся попасть в правое плечо Игзак и с первого выстрела, - не обращая внимание на неуместный восторг Вольдемара, продолжал я распределять роли, - если она не уснёт от нашего снадобья, то и активно заниматься магией не сможет. А второго раза она тебе не предоставит. Короля не трожь, иначе нас просто выведут с поля боя, не спрашивая нашего согласия, а остальных убирай по мере необходимости. Ты, Артур, следи за ходом сражения и корректируй меня и Санька.
Я приготовил меч-кладенец и стал присматриваться в какое бы место на берегу реки удобней спрыгнуть. Самым лучшим вариантом мне показалось место, где погибал отряд гоблинов под длинными мечами крестоносцев. И тут в нас ударили из Ментала: сам я ощутил сильную боль в висках и, если бы не выпитая накануне битвы таблетка анальгина, мне пришлось бы худо. Санька присел и схватился за голову обеими руками, Артур был более сдержаннее, но гримаса страдания буквально перекосила его лицо. Я оглянулся на Вольдемара Сирина и если бы он не приложил ладонь ко лбу, я заподозрил бы его в подобной подлянке.
Защитившись Ментальными латами ( я же не знал кто нанёс удар и откуда последует второй, в чём я не сомневался, поэтому и не ограничился Ментальным щитом ), я приступил к системному изучению поля сражения. За первым ударом последовал второй, потом третий, четвёртый, пятый… Но моя защита, поставленная на дилетантском уровне, выдержала этот бешеный ураган Ментальных атак. Видно и Эспер был хорошим учителем магии, и я достаточно способным учеником, иначе ничем не объяснить, почему одна из самых простых магических защит выдержала натиск изощрённого и злого ума. Своим братьям я помочь ничем не мог, как только побыстрее найти объект атак и уничтожить его. Игзак не смотрела в нашу сторону, всё её внимание приковал участок боя на берегу Реки. Тогда я поднял Артуров бинокль и посмотрел на лицо Эспера, но он был бледен, искренне переживая за своих воинов. Слишком велика была ставка в Великой битве – жизнь или смерть Тёмного народа. "А кто же тогда?" – подумал я и обвёл взглядом всё доступное мне поле зрения. Дело в том, что в Ментале никогда нельзя определить направление нанесённого удара. Даже в легендарном Сумраке нет такой вот неразберихи. И я не сразу догадался посмотреть не на землю, а вокруг себя – на небеса. Артур, Саня и Вольдемар согнулись под тяжёлыми Ментальными ударами, атака не прекращалась и приходилась не только в голову, но и в корпус, по рукам и ногам. Ставленнику сатаны приходилось особенно тяжело, ведь он не занимался боевыми единоборствами и держать удар не был приучен, вот и корчился на облаке как пиявка, вытащенная на сухое место под солнечный свет. Я пожалел, что не предложил анальгинчику младшим братишкам, ведь когда я пил таблетку от головной боли, то, как Хранитель справедливости, знал, что её, эту самую справедливость, нужно не хранить, а защищать от посягательств, и чаще всего её нарушают называющие себя детьми Светлого Царя. Впрочем, я не обольщался на счет таблеток, даже ударная доза не смогла бы защитить моих братишек от Ментальных атак. Рассматривая избиение Тёмного войска Королевской ратью, я вдруг почувствовал на себе взгляд злобной, агрессивной твари. Отняв бинокль от глаз, я оглянулся и увидел, что ко мне медленно приближается самый настоящий зелёный дракон с седоком на голове. Он метал в меня пламенеющие взгляды, а его наездник целился в меня из снайперской винтовки с оптическим прицелом. Я упал в тёплые, мягкие объятия волшебного облака и схватил заряженный Санькою арбалет. Первый раз стрелял навскидку одновременно с наездником дракона: его пуля вжикнула рядом с моим левым ухом, пробив облако и обретя вечный покой на земле. Моя стрела попала дракону в левый глаз, и он на какое-то время потерял ориентацию в пространстве, сделав 2 или 3 круга вокруг собственной оси. Чем мне несказанно помог – я успел перезарядить арбалет, а своему седоку он повредил, так как сбил ему прицел. Присев на одно колено, я упёр локоть левой руки в левое колено и прицелился более основательно. И как только дракон обрёл устойчивость в полёте, я выстрелил в грудь своего противника. Он взмахнул руками, выронил винтовку и полетел на землю с криком:
- Всё равно я тебя достану, Дракон проклятый!
По безумным нотам в голосе я понял, что это был Суэр. Видимо, он угнал дежурного стражника Шамбалы для участия в Великой битве и спутал планы Эспера на счёт дракона. Возможно, что этот дракон был последним экземпляром, сохранившимся на нашей матушке Земле.
 А дракон, утратив ментальный контакт Суэра, набрал высоту и ринулся на меня в атаку. Я отбросил ставший бесполезным арбалет, вытащил меч-кладенец и приготовился к воздушному бою. Автоматически установил контроль над пунктом управления волшебного облака. "Умный и слабый всегда одержит верх над глупым и сильным противником", - вспомнил я слова китайского мастера ушу Го Пиндау. Мои братья начали приходить в себя и подниматься на ноги. Таманцев даже потянулся за арбалетом, выказывая недюжинную силу воли. А вот ставленник сатаны лежал и балдел в перистом и мягком верхнем слое облака. Дракон времени даром не терял – поднявшись над облаками, он рухнул на нас, пытаясь раздавить всею массой своего могучего тела. Управляя облаком, я с трудом увернулся от столкновения с тушей дракона и он, промазав, полетел к земле, но выровнял полёт и опять стал набирать высоту.
- Не дай ему подняться выше нас, - сказал Санёк. Он всё-таки поднял арбалет слабыми руками и зарядил его, но для верного выстрела твёрдости явно не хватало.
- Сам знаю, - огрызнулся я, неожиданно для самого себя совравши и не покрасневши – откуда мне было знать о правилах ведения воздушного боя. "Мог и раньше догадаться", - успокоил я свою совесть и начал маневрировать облаком, не позволяя дракону обогнать нас в высоте. И тут наступил самый страшный момент воздушного боя Великой битвы: дракон стал плеваться сгустками огня. Использовать массу тела из нижнего положения злобствующая тварь не могла, в скорости и маневренности мы тоже не уступали, вот дракон и выбросил свой последний козырь – огонь. К счастью для нас мой первый выстрел из арбалета не прошёл даром, и первые огненные атаки не были прицельными. Они проносились выше, ниже или в стороне от облака.
- Напрасные попытки агонизирующего существа, - радостно сказал Вольдемар, - если дракон стал плеваться огнём, то, значит, плохи его дела. Ему придётся для восстановления энергобаланса делать дозаправку, тут мы его и прикончим.
- Ага, если только он нас раньше не сделает дозаправкой, - трезво рассудил Таманцев. После своих слов он быстрым движением поднял арбалет и спустил тетиву. Стрела взмыла в воздух и впилась остриём в чёрный, блестящий нос чудовища. Зверюга здорово рассердилась и сделала несколько взмахов перепончатых крыльев с пробуксовкой, оставаясь на месте. Саньку этого вполне хватило для повторного выстрела. Полковник госбезопасности России, по молодости успешно повоевавший на территории Афганистана в составе "ограниченного контингента Советской армии", спланировавший и проведший немало операций по поимке и ликвидации моджахедов на территории Франции (и не только – Таманцева отлично знали в Интерполе и пытались переманить в свою службу "длинным рублём", как опытного и грамотного специалиста) всю свою жизнь носил дурацкое погоняло – Давид. А в Подлунном мире его обозвали ещё глупее – Фига. Всё это неправильно, моему брату Александру Таманцеву с раннего детства и до глубокой старости более пристало быть Зорким глазом, и никак не иначе. Я к чему это говорю – второй стрелой наш снайпер поразил единственный здоровый глаз летающей ящерицы.
Но и это не было окончанием воздушного боя, злобная тварь покружила немного в воздухе, а потом установила ментальный контакт с кем-то на земле и, увидев нас чужими глазами, неуверенно направилась на нас. "Вот и мой черёд настал", - подумал я и приготовился к смертельному трюку – прыжку на голову дракона. Таманцев осыпал его стрелами, но тщетно: в каждом глазе чудовища торчало по полудюжине стрел, в носу – не менее десятка, а от чешуйчатой брони они отскакивали, не причиняя никакого вреда. Тем не менее, огнедышащая лавина приближалась к нам и я пригнулся на согнутых в коленях ногах, выжидая удобный момент. А внизу появлялись очертания разросшегося Города без крепостных стен. Я всё это отметил периферийным зрением, поэтому и не разобрал, кто именно стоит на Городской площади с базукой на плече – Мызров или Форнейн. Сверху-то разницу в росте не заметишь. А потом я прыгнул на голову дракона. Левой рукой я ухватился за шип, торчащий над ухом чудовища для сохранения равновесия, так как дракон замотал головой, пытаясь сбросить меня, и одно временно с этим бросил волшебное облако на 5 метров выше прежнего положения. Понимая, что мои братья временно находятся в безопасности, я поискал и, конечно же, нашёл зазор между чешуями драконьей брони в том месте, где длинная, гибкая, чисто змеиная шея переходит в голову. Но так как дракон находился в движении, зазор то увеличивался, то уменьшался в размере, что затрудняло мне нанести точный, молниеносный удар мечом, решивший бы наш затянувшийся воздушный бой в мою пользу. Дракон набирал высоту, и мне пришлось отвлечься для изменения положения облака. Так мы и продолжали схватку, пытаясь опередить друг друга ( вернее – враг врага ) в захвате более высокого положения. И скоро настоящие облака окружили наше волшебное облачко. Дракон, или тот, чьими глазами он нас видел, потерял нас из виду. Он завис на одном месте и стал опять изрыгать огонь для прояснения обстановки. Тщетные попытки, тем более что мне всплески пламени вреда причинить не могли, и я наконец-то смог вонзить меч-кладенец в уязвимое место в броне летающей ящерицы, после чего началось падение гигантского трупа на Городские улицы. Воздух свистел в моих ушах, а увидев направленную на нас РЗУ, я сообразил о намерениях Мызрова – он будет стрелять в любом случае, что бы предотвратить падение драконьей туши на Город - и принял самое рискованное решение в своей жизни – прыжок с головы дракона на поле Великой битвы, туда, где силы Света столкнулись с силами Тьмы.
- Держи ноги вместе! – орал сверху Таманцев.
- Ноги вместе! – кричал снизу Мызров.
- Ба-Бах!!! – рванул ракетный взрыв где-то сверху и в стороне от меня. И рухнул мир напополам, какой ужас! И мёртвое чудо-юдо разлетелось на миллионы, миллиарды, триллионы триллиардов атомов.
А я стремительно падал в стан Эспера. Сначала я падал в горизонтальном положении по отношении к земной поверхности, зная наверняка, что замедляю скорость своего падения, потом принял вертикальное и сложил ноги вместе. Впрочем, всё происходило на интуитивном уровне, почти моментально. Я даже пожалеть не успел, что ни разу в жизни не совершил прыжка с парашютом хотя бы для удовлетворения любопытства. Я падал – и всё тут.
Если бы не Эспер, мне бы настал кирдык. Даже приземление на сложенные вместе ноги не спасло бы меня от аморфной, героической старухи с острой косой и в белом саване. Эспер, подняв на меня свой взгляд, единственным магическим движением соорудил в воздухе волшебную руку, которая и поймала меня за ногу. Сильный рывок потянул мой тазобедренный сустав, и я повис вверх ногами. Меня-то Эспер спас, но, потеряв на мгновение Ментальный контакт со своим войском, он упустил инициативу из своих рук.
Обстановка на поле Великой битвы изменилось за какую-то секунду коренным образом. Если до этого момента ратники просто теснили Тёмное войско, отжимая от Реки и Города, то теперь, когда Запасной полк вступил в битву, весь правый фланг Эспера был в прорехах. Тролли бежали от мечей крестоносцев Резервного взвода и рыцарей Запасного полка. Тёмный народ был обречён на уничтожение. С высоты своего висения я видел улыбающееся лицо бородатого Короля, радостные прыжки Игзак и начавших отмечать свою победу Королевской свиты. Я видел и тщетные попытки Эспера вдохнуть боевой дух в бежавших воинов, но увы – потерянную секунду было не вернуть. Я видел приближающиеся, наспех собранные дружины народного ополчения и отряды милиции, ведомые воинственным Мызровым. Я видел и Суэра, проткнутого безжалостным копьём. Я видел, как Таманцев пытается взять пункт управления волшебным облаком. Я всё видел и никому не мог помочь. "Эспер, помоги мне, я тебе пригожусь", - послал я мысленный импульс Повелителю тёмных сил, но он ответил:
- Лучше не мешай.
"Спасение утопающих дело рук самих утопающих", - мне никогда не нравились эти циничные слова, но в данном случае у меня не было ни времени, ни желания искать помощи со стороны. Я опять взял управление над облаком в свои мысли и аккуратно подвёл его под себя.
- Обруби руку, мне надоело висеть вниз головой, - сказал я Таманцеву.
- Чем я тебе её отрублю? – удивился он.
- Внизу много брошенных мечей и кинжалов, я сейчас сбегаю, - предложил невесело Артур, а ставленник сатаны показал, что и мозги у него работают неплохо, и проявил недюжинную силу в руках. Он просто отжал каждый палец волшебной руки и я упал в мягкое облачко. Залёживаться не стал, проведя ладонями над больными местами, снял болевые ощущения и вскочил на ноги, как заново родившись.
Но тут над нами нависла новая беда: мы находились над Тёмным войском, а так как тролли и гоблины никогда не отличались ни наблюдательностью, ни сообразительностью, то они принялись забрасывать нас, Небожителей, подобранными на поле битвы копьями. К счастью для нас копья не были их козырным оружием, и пока ни одно из них никого из нас не задело. “Количество всегда переходит в качество”, -  говорили древние мудрецы, и я не стал искушать судьбу, набрав в очередной раз за этот день высоту подальше от неблагодарного Тёмного народа.
- Делать им больше нечего, - проворчал Таманцев, - лучше бы помогли своим сородичам защищаться от крестоносцев, чем в нас палками бросаться.
- Да и от Горожан тоже, - добавил Артур, угрюмо взиравший на происходящее внизу веселье свиты Короля. На помощь его рати прибежал Мызров во главе народного ополчения и вступил в непосредственное сражение с войском Эспера. Но Злой колдун показал себя с лучшей стороны, проявив недюжинные способности военачальника, ясное стратегическое мышление и тактическую изобретательность. Не знаю как, но ему удалось объединить Тёмное войско боевым единым порывом: сомкнуть ряды для защиты и выдержать очередной натиск Королевской рати. На пригорке Королевская свита немного поутихла от неуёмного веселья. Игзак навела волшебные глаза и рассматривала изменения в Тёмном войске.
- Да, Эспер совершил невозможное, - подытожил Артур, - но консолидация сил ему не поможет, к сожалению, Тёмный народ обречён.
- Эй, смотрите, Игзак села на белого Королевского коня и помчалась на поле битвы! – воскликнул Санёк.
- Она безоружна и решила таким образом поддержать атакующий пыл Королевской рати, - сказал Вольдемар, - Тёмный народ был обречён с самого начала. Такова историческая закономерность – выживает более сильный и умный. Се ля ви.
- Эспер с вами не согласен, - Таманцев и без бинокля с магической приставкой отлично видел выражение лица Повелителя Тёмного народа, - не верю, что его сюрпризы закончились.
- Варги и простые волки полегли от мечей Запасного полка в Горелом лесу. Они точно не смогут придти на помощь Эсперу, - сказал всевидящий и всезнающий Сирин.
- Чтоб тебя прорвало, - выругался Артур, - какого лешего она лезет в драку? Ни меча, ни щита нет, а тоже туда же. Эй, Дракон, мы так и будем смотреть со стороны на вопиющее безобразие Белой воительницы? Не пора ли и нам вмешаться для установления попранной справедливости?
- Мы один раз попытались, но у нас ничего не получилось.
- Попытка не пытка, если сам боишься, пусти нас с Саньком, вместе мы сила.
- Что конкретно ты собираешься делать?
- Хотя бы проучу нахалку, - сказал Артур, - а по большему счёту хотелось бы спасти Тёмный народ от уничтожения.
- Каким образом?
- Абсолютно бесполезная идея, - сказал Сирин, - исторические процессы повернуть вспять невозможно, это вам не реки. Река Времени не подчиняется ничьим указаниям, кроме как Господа Бога.
- Откуда берутся такие умные пижоны, - проворчал Таманцев, - свету не рад от них.
- Дракон, ты собираешься вмешаться для установления справедливости? – спросил меня Артур.
- Что ты предлагаешь?
- Хотя бы остановить Игзак. Ещё лучше - помочь Эсперу. Правда, я не знаю как.
- А я, кажется, придумал – как. Вольдемар, вы мне не поможете установить ментальный контакт с колдуном. Магия запрещена, но не Ментал.
- Вы хотите, чтобы меня обвинили в помощи Тьме? Великому Вселенскому Злу и его ярому приверженцу?
- Нет, вас ни в чём не обвинят, я всё сделаю сам, вы только помогите мне войти в его разум и, желательно, чтобы Игзак не заметила.
- Пойдите к чёрту, уважаемый Дракон, я вам не помощник, - вспылил всегда уравновешенный Сирин.
И тогда я направил своё облачко к стану Злого колдуна.
- Смотри, Валёк! – заорал Артур, - смотри, что делает Игзак!
Странное дело, Белая воительница пригоршнями начала разбрасывать по полю Зубы Дракона.
- Ура! Наша взяла! – крикнул Санёк.
- Ничего не понимаю, она что, за Тёмных? – пробормотал Сирин.
- Интересное кино получается, - вслух подумал Артур, - сюрпризы Эспера сыплются, как из рога изобилия. Непонятно только каким образом ему удалось завербовать богиню на поле Великой битвы.
Сирин тем временем погрузился в Ментал для связи с Великими богами, а из Зубов Дракона вырастали страшные воины и нападали на Королевскую рать с тыла. Игзак носилась по полю и увеличивала Тёмное войско.
- Нас вызывают на Остров Богов, - сказал Сирин, - то есть меня, Дракона, Фигу и Эспера.
- А я? – спросил Артур, - или меня ваши Боги в расчёт не приняли?
- Пошли с нами, - ответил Вольдемар и взял его за руку, после чего мы прямым ходом через Ментал оказались на Совете Великих Богов.


Глава: необходимый тайм-аут.
Зевс, Аполлон и Игзак стояли на вершине Горы и смотрели через волшебные глаза на поле битвы, остальные Боги нервно прохаживались по Горе, распаляясь от неправильно идущей битвы. Не по их сценарию. Рядом с нами появился и Эспер. Игзак, заметив нас, подошла и пристально посмотрела на Злого колдуна.
- Я использовал только Ментальные способности, - как бы оправдываясь, сказал он. Вокруг нас собирались злые Великие Боги. Игзак решительно сказала:
- Как же так? Я сама видела, что твоя помощница Красная девочка разбрасывала Зубы дракона по всему полю Последней битвы Тёмного народа…
- Ваше магическое превосходительство, вы не правы, - перебил её Вольдемар Сирин, - то была не мифическая колдунья, а вы собственной персоной.
- Что? – чуть не подпрыгнула Белая воительница, - а вы зачем здесь оказались? Мы вызывали только Эспера и Хранителя справедливости. Если вы, Вольдемар, решились прийти на наш совет без приглашения, и взяли с собой Фигу с Артуром, то стойте и молчите.
- Да что вы такое говорите! – воскликнул Санёк, - мы же тоже не лохи, мы тоже видели вас на белом коне гарцующей. Зуб даю, век воли не видать.
Последние слова он подчеркнул повышением тона и выразительным жестом – он провёл вдоль своей шеи большим пальцем правой руки петлю и выбрасыванием вверх всей руки. Но это не произвело на Небожительницу никакого впечатления, она вскрикнула:
- А там кто, по-вашему?!! - и показала на поле битвы. Там всё замерло, даже белый конь Игзак стоял в начале прыжка. Даже вороны зависли на небе. Даже сама Игзак с протянутой рукой, разбрасывающей Зубы дракона. Я, как и все собравшиеся, не понимал ровным счётом ничего. Тем не менее, Игзак продолжала, - кого вы видите на поле боя?
- Вас, ваше магичество, - съязвил Артур, - а вы кого?
- Да?! А почему же я вижу только Красную ведьму?
- Действительно, странно, - сказал Вольдемар, - я, например, вижу вас.


Глава : Разбитое Корыто и другие миражи Духовного лабиринта.
“…Наши мёртвые нас не оставят в беде,
Наши мёртвые, как часовые,
Растворяется небо в лесу, как в воде
И деревья стоят голубые”.
В.С.Высоцкий
 “Он вчера не
вернулся из боя”.
Я шёл по длинному коридору долго и целеустремлённо. Никаких окон или дверей, не было ламп и иных светильников, но светлые стенные панели и яркий белый потолок излучали достаточно света для обозрения моего нескончаемого пути. "Я умер и иду к Небесному чертогу или это сон? Кошмарный по своей сути и прекрасный по замыслу?" – подумалось мне и тут же  послышалось из Ментала:
- Ты – простой смертный человек, дерзнувший на величие "святого святых". Твой путь не окончится до тех пор, пока ты не раскаешься в делах рук своих.
- А ты кто? – спросил я.
- Я – великий и могучий Разбитое Корыто. Я – Небожитель и Посланник Светлого Царя. Я – твоё Возмездие и Очиститель скверны совести. Я – Всё во всём и ни в чём конкретно. Я тот, кто низверг с высоты Денницу, Сына зари и подверг Его Божьему проклятию. Я Слуга Света и Всемирного Блага. Я в своей сущности являюсь Тем, Кого любят Вечность и Бесконечность. Я, и нет иного выхода для Непокорливых сердец.
- Ну ты и расхвастался, - я остановился, чтобы отдохнуть и добавил с усмешкой, - так ты тот, кого никто не может видеть, но всяк слышит твоё сопение в тот момент, когда хочет спать? Ты, что ли, моя бессонница и головная боль?
Разбитое Корыто примолк, видимо, обиделся. В тишине пролетело минут 5, я облокотился о стену и терпеливо ожидал продолжения.
- Ты что о себе возомнил, ничтожный? Разве так можно разговаривать с Небожителями? – спросил мой невидимый собеседник.
- Я и сам в каком-то роде Небожитель, так что обиды не держи, Разбитое Корыто. Лучше подскажи, куда я иду и зачем, а то развернусь и уйду назад.
- Ты, Дракон, читал "Алису в Зазеркалье"?
- А причём тут это?
- Запомни – куда бы ты ни пошёл, всё равно придёшь туда, где хочет тебя видеть Светлый Властитель.
- Супер! – воскликнул я, - и зачем тогда мне идти в такую даль? Лучше всего оставаться на месте, всё равно Иисус меня видит и простит нерадение.
Разбитое Корыто примолк. Помолчал и я.
- А ты уверен, что Он простит? – спросил Разбитое Корыто.
- Иисус – Бог милосердия и всепрощения, а я Его искренний раб. Его люблю я, Он любит меня, хорошая дружба с Ним у меня.
- И ты готов принять от Его руки и хорошее, и плохое?
- Разумеется!
- Посмотрим на твоё усердие. И, возможно, посмеёмся. И, в любом случае, ты можешь позвать меня, Великого и Всемогущего, на помощь.
- И ты поможешь? – спросил я, но в ответ услышал тишину. Ментал был пуст. Я пошёл вперёд по коридору. Через некоторое время на моём пути материализовался Брюс Ли.
- Привет, - сказал он со своей неподражаемой улыбочкой: хитрой и простой одновременно.
- Привет, - хмуро ответил я.
- Я вижу, что ты чем-то недоволен?
- Ты мне порядком надоел во время боевой карьеры.
- Интересно чем?
- Меня постоянно сравнивали с тобой.
- Разве это плохо?
- Я лучше тебя. Ты, например, никогда не носил звания "Самые быстрые ноги планеты". Ты не был семикратным чемпионом мира, как я. Ты вообще-то просто хороший киноактёр и свои миллионы заработал посредством рекламы ушу. Я не говорю, что ты, Брюс, был плохим, но я-то лучше.
- Ты, Русский Дракон, не можешь быть лучше китайских мастеров в нашей национальной борьбе.
- Я доказывал своё мастерство не единожды, - возразил я, - и не говори, что мне попадались слабаки. Их было много и я бил всех.
-  Если ты попросишь меня, то я потренирую тебя и повышу твоё мастерство.
- Не стоит, сейчас у меня иные цели в жизни, чем в молодые годы. И просить тебя стать моим учителем я не буду. Но в мою лучшую пору, когда я был на пике звёздной карьеры, я был лучшим.
- Докажи, - Брюс Ли встал в стойку Джиткундо.
- Сейчас я не тот, - я покачал головой, - не та реакция, координация движений. Нет, я не буду драться.
- А придётся, хвастунишка, - покойный чемпион попытался провести удар ногой в мою грудь, от которого я легко ушёл.
- Пошёл к чёрту, - сказал я, Брюс усмехнулся:
- Настоящий боец должен быть всегда готов к бою, I am best in the best! – и он пошёл в атаку прямыми и боковыми ударами кулаков в корпус. Я довольно успешно защищался, но один "цуки" достал до моего паха и я согнулся от боли.
- Ну что? – Ли великодушно сделал шаг назад, - кто из нас лучше?
Отдышавшись, я выпрямился и увидел, что коридор заполнен узкоглазыми, желтолицыми бойцами. Откуда они появились, я не понял, но они все смеялись надо мной. "Дьяволиада чёртова", - подумал я. Казалось, что вся Юго-восточная Азия смеётся над моим поражением. Но я не дал обиде захлестнуть моё сердце и, успокаивая себя брюшным дыханием, принял атакующую стойку, почерпнутую из арсенала того же Пути Опережающего Кулака, созданного тем же Брюсом Ли. И грянул новый бой. Брюс Ли осыпал меня градом ударов. Он бил не переставая и не утомляясь, я же на некоторое время перешёл в глухую защиту, но, сообразив, что долго так не протяну, разорвал дистанцию прыжком назад и, когда гроссмейстер боевых искусств  прыгнул за мной, я встретил его контратакующим “йоко-гери”. Чем заставил переменить тактику. Конечно, Ли ушёл от моего удара и пошёл кружить вокруг меня приставным шагом, выискивая мои слабые места. Я вовремя поворачивался к нему лицом и по велению интуиции на мгновение скосил глаза на окруживших нас серьёзных и желтолицых воинов. Этого хватило спровоцировать моего противника на неоправданную атаку. Брюс прыгнул и в прыжке хотел достать меня ногой в голову. Если бы я не владел энергией Ци в совершенстве, ни за что не успел бы среагировать на удар, но величайшему из бойцов всего мира не повезло: я поймал, уклоняясь от его атаки в сторону, Брюса за корпус и, развернув в воздухе, опустил лопатками на жёсткий, дубовый паркет. Левой рукой я прижимал противника к полу, правой, перехватившись за кисть, выполнил залом по школе Змеи. Ли попытался выскользнуть из партера, тогда я бросил его кисть, навалился на него всем телом и схватил обеими руками за шею для удушающего приёма. Брюс сопротивлялся, он извивался всем телом, бил меня из неудобного положения руками и ногами, но его попытки были тщетны.
- Ли проиграл, отпусти его, - сказал мне кто-то из приблизившихся к нам бойцов.
- Пока сам не сдастся, не отпущу, - ответил я им, а мой противник и не собирался признавать своего поражения. Тогда нас начали отрывать друг от друга. Чьи-то руки пытались разжать мои смертельные объятия, но я отличался не только силой рук. Упрямство, то есть сила воли, с первых тренировок отличали меня от остальных учеников Виктора Цзеназа в Нью-Йорке. Именно поэтому сотоварищам Ли пришлось сильно ударить меня в основание черепа, после чего я потерял сознание.