Натуральная блондинка

      или День обещал быть жарким


     Поезд ушел, платформа опустела. А эту пассажирку явно не встретили. Яркая  блоднинка в цветастом брючном костюме в этой глуши выглядела неуместно.

     Перед входом на маленький базарчик несколько женщин в темных платьях и платках  торговали   фруктами. Рядом у ларька  трое мужчин, одетых тоже в темное наглухо застегнутое,  курили, время от времени переговариваясь с торгующими на незнакомом для прибывшей языке. 

     Девушка устроилась на скамейке и спокойно ждала, не обращая внимания на окружающих. Потому и не заметила, как занервничали торговки, то и дело оборачиваясь в ее сторону. Как двое мужчин ушли, и вернулись с огромным пустым мешком...
 - Здравствуйте! - козырнул ей быстро подошедший милиционер. - Вы тут долго собираетесь находиться? - сухо спросил он.
 - Да нет, брат сразу не встретил, думаю, сейчас подойдет. А что такое? - Она  спокойно разглядывала молоденького, одетого в новую форму постового.
 - Вам тут одной нельзя!
 - Почему?! - искренне удивилась она.
 - Потому, что вы в данном случае - «потенциальная жертва»!
 - Что-что?
 - Да вы знаете, где вы находитесь?! -  страж порядка был строг.
 - Конечно. У меня билет от Москвы до Дербента. И тут, - она показала вокруг рукой, -  нигде не написано, что на платформе находится нельзя.
 - Вы бы хоть переоделись! Тут вам не столица! - Он понизил голос и очень спокойно добавил,
-  Вон те, с мешком — за вами.
 - Ой, мама!
      Она поверила, проследив за взглядом постового. Мимо  притихших женщин в ее сторону двигались три серьезных парня, глядевшие исподлобья, от них явно исходила угроза.
 - Идите со мной! - Постовой подхватил ее чемоданчик.
 - Конечно, - он пошла, боясь оглянуться.

Отошли недалеко. Милиционер успокоился: опасная троица исчезла. Девушка улыбнулась.
 - Спасибо вам. А я думала, в Советском Союзе так не бывает!
 - Это Дагестан.
 - Но ведь вы-то русский?
 - Я русский, только я здесь родился, и в отличие от вас,  понимаю что и как.
 - Ну, здорово! Значит тут, прямо как в кино “Кавказская пленница”?   Тогда я рядом с вами постою, пока брат не придет. Вы мне все расскажете...
 - Не получится, у меня дежурство закончилось, а сменит меня дагестанец. Он, конечно, милиционер, но все равно, джигит... Что ж вы так вырядились?!  Хотя бы косынкой голову прикрыли ...
     Она повязала косынку, накинула туристскую рубашку с длинными рукавами, но  все равно осталась  «аппетитной блондинкой». Недаром в массовке ее окликали «Мерлин Монро!».
 -  Вот влип я с вами! Где ваш брат? Куда вы едете, адрес можете назвать?- Постовой с досадой поморщился.
 -  Летний студенческий спортлагерь  МАМИ. - Девушка пожала плечами,  - адреса у меня нет,  вот только его письмо с приглашением...

Постовой посмотрел письмо... Вернул его.
 -  Знаю, это недалеко, километров пять напрямую. Только прямой дороги нет.
 - Жаль! Вообще-то, брат у меня очень  обязательный. Что-то там случилось в дороге, раз опаздывает.
 - Раз до сих пор не встретил, значит и не встретит — их машина, которая сюда  за продуктами приезжает, уже была и уехала. 
 -  А на автобусе?  Или такси? Я могу на такси...
 - Девушка... Автобусы туда не ходят. Ну, и откуда здесь такси?
 - Тогда как же я...?
 - Пока не знаю. А сопровождать вас не могу — у моего друга свадьба.
 - Ой. И что же мне делать?
 - Ладно. Тут на переезде сегодня стрелочница Валентина дежурит. Пойдем к ней.

Они пошли к переезду. Оставив девушку на дороге, милиционер пошел к будке, быстро переговорил c женщиной и вернулся.
 - Ну, вот. Порядок.  Валентина  — человек правильный, поможет вам найти подходящий попутный транспорт. Счастливо добраться!  -  Постовой, очень довольный собой, чуть не бегом отправился обратно в город.
 - Огромное спасибо. Счастливо отпраздновать свадьбу друга! - Крикнула вслед незадачливая путешественница.
 Девушка огляделась. За рельсами начиналась грунтовая дорога, которая терялась среди лесополос и невысоких холмов. Ни моря, ни построек...
 - Эй! - Загорелая средних лет женщина в форменной фуражке окликнула ее из двери служебного домика.
 - Здравствуйте! - Девушка подошла ближе, сдернула надоевшую косынку.
 - Из Москвы, значит? Как зовут?
 - Из Москвы. Зовут Аня.
 - А меня Валентина. Ты, Аня,  очень рисковая девушка. У нас нельзя в брюках, а ты еще и блондинка, и одна... - женщина неодобрительно покачала головой.
 - Так брат должен был встретить. Вот, письмо написал, чтобы ехала... лагерь студентов
МАМИ...
 - Да, нехорошо получается... Ну, ничего... Ты тут в тени стой, чтобы не так людям в глаза бросаться. Косынку надень!
 - Ладно.

Девушка ушла в тенек. Стрелочница осталась на крылечке.
 - Везучая ты, счастье твое, что Жора сегодня на станции дежурил... Стой, где стоишь, пока не позову.  Я тут всех, кто проезжать может, знаю. Так что, договорюсь. Ехать здесь недалеко, день только начинается... Я тебе скажу, когда выходить. Поняла?
 - Поняла. Спасибо.
  - Да, вот еще. Ты знаешь, юбку надень, длинную.
 - А у меня нет с собой.
 - А брюки, чтобы посвободнее и не в цветочек есть?
 Брюки нашлись.
 
     Было Ане немного досадно, что не все предусмотрела,  но и только. Маленькое приключение, даже интересно... И люди хорошие.

Со стороны города показалась белая «Волга».
 
 - Точно, тебе, Анна, везет.  У Василия хорошая семья, он личный шофер директора совхоза. Очень надежный человек.  - И она махнула водителю рукой.

     Легковушка остановилась, и мужчина вопросительно кивнул  Валентине через открытое окошко. Они поговорили, и стрелочница позвала москвичку.

 - Эй, Анна! Где ты там? Садись! Василий довезет прямо до лагеря. - Она положила чемоданчик на заднее сиденье, и  шепнув девушке на ухо: «Косынку не снимай!», добавила громко:  - Ну, привет брату!  Счастливо!
 - Спасибо! - Девушка захлопнула заднюю дверцу и села на переднее сиденье.

 Машина сразу поехала. Аня помахала Валентине  косынкой. Потом повернулась к водителю.
 - Здравствуйте!  Меня зовут Аня. А вас?

Мужчина был пожилой, лет за сорок.  Ответил не сразу.
 - Здравствуй. Меня Василий зовут.

Как-то не так он всё произнес, она почувствовала себя смущенной, и поэтому начала говорить без умолку.
 - Ой, ну мне сегодня так везет! Хотя сначала, вроде и не очень... Мне милиционер на станции, он тоже, как вы, русский, сказал, что меня местные украсть хотели...
 - Очень даже может быть, - он внимательно   поглядел на нее.

Неправильно как-то поглядел...
Она решила сменить тему.
 - Еду вот к брату в спортлагерь, он студент, на втором курсе учится. Только почему-то  не встретил, забыл что ли...  Вообще-то он у меня замечательный...
 - Бывает. Первый раз в наших краях?
 - Да. Мне тут у вас нравится... все так необычно... Вот арбузы прямо так лежат... то есть растут... И дыни.  И вот это — арыки? Да? Как много ... А так вроде степь, и в то же  время  лесополосы... и  холмы такие …и холмики...
 - Анна, а ты прямо из Москвы?
 - Ну да, я в МГУ  четвертый курс закончила. Только не столько учусь, сколько в театральном кружке занимаюсь.
 - Актриса, значит. - Он опять бросил на нее оценивающий взгляд.

 Почувствовав внимание зрителя и слушателя, Аня воодушевилась.
 - Да. У нас в коллективе и студенты и преподаватели... совершенно замечательный театр. И у меня роли хорошие. Я ведь все-все умею. И даже петь, и танцевать.

     Ехали  медленно по пыльной в одну колею проселочной дороге, которая сильно петляла,  судя по солнцу, которое светило то справа, то слева, то сзади, то спереди, - даже делала круги. Несколько раз пересекли другие такие же проселочные дороги. И странно, ни жилых построек, ни работающих людей на пути не попадалось. Василий опять молчал, глядя только вперед.

 Аня продолжала...
 - А еще я подрабатываю в массовке на Мосфильме. Там тоже интересно. Вот зимой ночные съемки были фильма про Асуанскую плотину. Надо было изображать ночной бал по поводу окончания строительства гидроэлектростанции. В массовке - почти все студенты . У нас сессия в разгаре — все по павильону расползлись, кто спит, кто  конспекты зубрит... А по сценарию надо весело танцевать... Так помощница режиссера артистов  только что не пинками из всех углов выгоняла!

 - «Вы сюда работать пришли, или спать? Сейчас же делайте  счастливые лица и не халтурить! Двигайтесь, черт возьми!  А то я вам наряды на оплату не закрою!». -  Аня очень смешно изобразила «режиссершу».

 - Ты веселая! - рассмеялся шофер, и остановил машину. - Перекусить надо бы.
 
Водитель расстелил на постриженной овцами траве клеенчатую скатерку, достал  корзину с  продуктами из гастронома.  «Небось, домой купил», - отметила Аня про себя. Последними на «столе» появились  два металлических стаканчика и  фляжка.
 - Я не пью! - заявила она.
 - А за знакомство?
 - Мне нельзя — мне врачи запретили. Я даже на вечеринках с друзьями и на Новый год ничего не пью, только газировку. Правда, правда! Мне бы бутерброд. А то я сегодня еще не ела.
 - Хорошо. Вина не будем. Бутерброд сделаем.

Теперь «завтрак на траве» пополнился  чаем из термоса и тремя шоколадками «Алёнка» - из бардачка.
 - Ты присаживайся, — он расстелил на траве одеяло, сел, оставив место для нее.
 - Спасибо, — она устроилась прямо на сухой траве с другой стороны.
 - Хочешь, арбуз принесу? Дыню? - Он кивнул головой в сторону  бахчи и достал откуда-то необычный нож  с красивой ручкой.
 
«Настоящее серебро, кинжал из Кубачей!»  — поняла она, вспомнив о знаменитых серебряных дел мастерах. -  Да нет, спасибо. Время жалко. Я к брату очень хочу поскорей, соскучилась.
 - А чего скучать? - Водитель подал ей приготовленный бутерброд. - Точно к брату едешь?
 - К брату, конечно. А к кому ж еще... - она потянулась за чаем.
 - Ну, мало ли. - Он пододвинул ей еще бутерброд.
 - Нет, я в этом лагере и не знаю никого.
 - Вот и чудненько. - Василий положил нож, и вдруг, нагнувшись через «стол» потянул  Аню вниз за плечо...
 - Вы что?- покраснев, она вскочила на ноги.
 - А что?  Ты зачем мне всю дорогу глазки строишь?
 - Я не строила, я смешные истории рассказывала. Я думала, вам скучно просто так ехать.
 - Так я тебе и поверил. Актрисы целками не бывают... - произнес с непоколебимой уверенностью.

«Оп-па! Слово незнакомое, но очень понятное...» - насторожилась Аня, и решила:  лучший способ защиты — нападение.

 - Как вам не стыдно! Я девушка, хоть и актриса! Я бы к вам в машину не села! Просто мне Валентина сказала, что вы приставать не будете, потому что у вас жена хорошая и дети!
 - Конечно, хорошая. Двух дочек и сына мне растит, а как же иначе... - И он, поигрывая мышцами, начал вставать с  одеяла.
 - Я девушка! У меня  нож есть! Я убить могу!

     Она собралась бежать к машине - настоящий охотничий нож действительно лежал у нее в чемоданчике, но мужчина,  протянул ей свой кинжал, держа его за лезвие.
 - Давай! -  И  снова сел.

Аня схватила оружие и, как ей казалось, удачно продемонстрировала несколько  движений удара ножом, как в любимых фильмах про шпионов и индейцев, замерла в «угрожающей позе»...
 - Молодец! - Он встал и явно  ждал продолжения...

А она вдруг отчетливо поняла, что не сможет ударить, поняла, что и он это видит...
 - Нет, оказывается  не могу... - Анна замерла  в нерешительности.

 Опасность была рядом, вполне реальная, но ведь не смертельная... Хотя, в «Айвенго» в подобной ситуации девушка предпочла смерть...
Нет,  конечно, и мама объясняла, что девичья честь — самое главное, что девушка должна сохранить... Но отчаяние еще не  завладело ею. И этот «почти старик»  не вызывал ни ненависти, ни страха...

«Как же напасть на него с ножом? По-настоящему?!»

 Таких сил у нее не оказалось...

Мужчина, неспешно расстегнув рубашку на груди, подошел вплотную.
 -  Ну, давай! Начинай! - И шагнул прямо на нож.

Взвизгнув, она выронила кинжал и побежала...  Как заяц, петляя по сыпучей земле, перемахивая через арыки —« по дороге-то нельзя, вмиг на машине догонит».

Водитель, отдуваясь, сосредоточенно топал сзади, кричал, что б не бежала... Она смогла его значительно опередить.

«Мужик  солидный, все больше, небось,  на машине - на своем пятом десятке, потому и арыки преодолевать ему  трудно:  подолгу примеряется перед каждым прыжком!» - с удовлетворением отметила про себя Анна.

      Все бы хорошо. Только бежать некуда и прятаться негде.  Одни поля, да прозрачные лесополосы. И тут впереди за арыком - холм небольшой обнаружился. Аня перескочила через канаву с водой,   взбежала на вершину - осмотреться. Сразу поняла, что попала в ловушку — весь холм оказался островком, с другой стороны  его -  речка, которую не перескочить, а вода в ней, как в арыке — с топким  илистым  дном.

 «Завязнешь,  как муха на клейкой бумаге. Бррр! Тут тебя паук и слопает!»
 
 Сзади уже сопели и пыхтели. Но на том берегу, совсем рядом, Анна увидела стадо!
 - Помогите! Помогите! - изо всех сил закричала она, подпрыгивая на месте и размахивая руками.

 Овцы не отреагировали. Зато за спиной послышался шум падающего тела и какие-то всхлипывания. Она обернулась. Василий на земле корчился … от смеха и подвывал:
  - Ой, я не могу.... Ой...

Анна  перемахнула обратно через канаву, подошла к лежащему.
  - Что тут смешного?
 - Да у нас же стада без пастухов ходят... А ты овцам  «Помогите!» орешь!
Он веселился до слез, расслабленно развалившись, и Анна  с облегчением поняла, что перестала его интересовать, как женщина.

 Теперь и ее разобрал смех: ведь действительно смешно получилось! И, вроде бы, неплохо закончилось.
 Василий,  отряхнув одежду, сказал просто:
 - Ладно, подурачились и будет. Пошли, отвезу к брату.

     Они неторопливо вернулись к машине,  собрали вещи и покатили дальше.
Теперь Анна, на всякий случай, молчала. Василий тоже. Вдруг положил руку на  ее колено... 

Она дернулась,  выскочила на обочину...

 - Ну, и куда теперь побежишь? - окликнул ее водила, притормозив.
 -  Не знаю... - пролепетала растерянно.

От обиды и обрушившейся на нее несправедливости, она застыла сгорбившись, ощутив свою полную беспомощность, осознав безвыходность положения. Задохнулась, не находя слов, чтобы защищаться.

 - Тогда иди сюда— и он похлопал ладонью по заднему сиденью. - Займемся делом.
 -   Нет... -  и она вдруг заплакала навзрыд, размазывая по лицу слезы и хлюпая носом...
 - Ты чего? - он сразу сник, на лице появилась брезгливо-жалостливая гримаса. - Перестань... Ну, что ты...

Она зарыдала еще сильнее, потому что жалели ее по-настоящему...

 - Ладно. Не реви! Едем, садись, ну, не буду... Сказал.

Она, всхлипывая, залезла на свое место и прижалась к дверце, чтобы быть подальше от водителя. Тот, не глядя, протянул чистый носовой платок.

 - Утрись, что ли. Ты на себя сейчас в зеркало полюбуйся, актриса...

«Опять напор с его стороны прошел: не пристает! И машина побежала быстрее,  значит, есть надежда, что этот длинный путь вот-вот закончится... удачно... И жизнь прекрасна!»

Опять она допустила ошибку: успокоилась, почти улыбнулась. Чужая рука тут же опустилась ей на грудь. Она охнула и заплакала, прижавшись к окну. Мужчина с досадой кашлянул. Рука убралась.


 - «Так, - думала она, всхлипывая, -  Тот, который рядом, не пристает, если его рассмешить или если расплакаться. А где взять столько поводов для плача? С ума можно сойти, я, оказывается могу плакать, когда надо! Я действительно, настоящая актриса!»
 - А он не верит, что я — девушка! - совершенно искренне зарыдала еще сильнее...
 - Да кто бы говорил!
 - Но у меня правда еще никого не было!- продолжала убеждать сквозь слезы...
 - А то я девушек не видел! Кончай выламываться!
 - Я не выламываюсь! Вы мне всю жизнь хотите сломать!
Носовой платок уже пора было отжимать.
 - Все! Надоело. - Он  весь напрягся и машина свернула в сторону с дороги к густым кустам, поползла  еле-еле. Неожиданно кусты расступились и  они оказались на песчаном берегу. Море было совершенно спокойно, как в «Сказке о золотой рыбке».  Василий заглушил мотор и вышел.
 - Купаться надо — давай, выходи! По жаре бегали... Потные все... У тебя  лицо в разводах.

И, быстро раздевшись до трусов, пошел в воду. Плескался у берега.
 - Анна, вода хорошая... Раздевайся...
 - Я не буду. Мне нельзя в воду. - Выйдя из машины, она осталась стоять у открытой дверцы...

«Ой-е-ей! Мужик-то,  оказывается и не старый,  и не толстый!
Ошиблась  Валентина, выбирая ей попутчика.»

А вокруг ни души, никаких следов цивилизации...

Неожиданно из-за кустов вышли два мужчины. Они уважительно поздоровались с водителем, спокойно  поговорили с ним о погоде и рыбалке.

 Аня тоже поздоровалась. Рыбаки мельком глянули в ее  сторону, но отвечать на приветствие не стали, скрылись за кустами, продолжая свой путь.

Останавливать их Аня не решилась.
 «Мириться легче со знакомым злом, чем бегством к незнакомому стремиться». Да и что объяснять, а главное, - как?

Василий,  выбрался из воды.
 - Ну, что мы с тобой дальше делать будем? Тебя на руках в воду занести?  Или сама пойдешь?

И тут Анну осенило. И понесло на импровизацию.

 - Василий, не надо на руках. Мне  в воду никак нельзя. Я не могу сейчас купаться. Вы же видели, я и в речку не прыгала, когда убегала,  и вино пить отказалась... И плаксивая... Вы же семейный человек... Ну, поняли — почему?
 - Так что ж ты !… А я ее тут катаю... Что ж ты сразу не сказала?
 - Так я ж актриса... Ты мне с первого взгляда понравился, а сейчас, когда купался, так даже очень...
 - Фу ты, гора с плеч! А я никак понять не мог... Ну, ты даешь!
 - Вот! Значит, договариваемся так. Через три дня, да...  к пятнице! Я уже, ну,  буду в форме... Так вот, в пятницу я тебя буду ждать!
 - А я с друзьями приеду! Ты нам еще двух подруг организуй.
 - Конечно. Актрис не обещаю, но девчонок точно уговорю.  Мы костер около лагеря разведем, а ты  привезешь шашлык, дыню, виноград. Музыку не забудь.
 - И гитара будет и магнитофон... Вино какое любишь?
 - Да я с удовольствием твое любимое выпью. И — все, что на твой вкус...

Оставшуюся часть пути они весело вспоминали недавние события и уточняли регламент будущего «вечера на траве».

Скоро подъехали к воротам лагеря, Василий посигналил. Когда появились люди, Анна не выдержала, крикнула «Пока!», выскочила из машины, побежала к одноэтажным домикам и спряталась за первой же дверью.
Какие-то студенты приняли у Василия ее чемоданчик, и «Волга» сразу укатила.

Брата нашли быстро — он с друзьями второй день праздновал  день рождения приятеля. Увидев сестру, очень расстроился... Оказалось, что посылал телеграмму, чтобы не приезжала, потому что «скучно и делать нечего», да почта плохо сработала.
 
В пятницу вечером Василий с друзьями приехал, но обещанного костра не нашел.  Анна пряталась между матрасами на складе. Сквозь дощатые стенки ей было слышно как незнакомые мужики ходили между домиками и ругались, останавливали похожих на нее девчонок, выясняли отношения  с начальником лагеря. Очень злые были...

Уже много лет в московской квартире висит на стене сувенир,купленный на обратном пути из Дербента. Кубачинский серебряный кинжал напоминает своей хозяйке о глупости молодой блондинки.


Рецензии
Спасибо, Татьяна!

Поучительный рассказ. И с моей героиней было такое же (почти)
http://www.proza.ru/2011/10/15/490

С теплом,
тёзка.

Пыжьянова Татьяна   13.11.2015 11:50     Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.