Смертный

       
       "Сколько срезано слов,
       чтобы жило молчание,
       чтобы черная пела коса,
       рассыпаются алыми росами
       золотые сердца."
      
       Мортин из Вендо
       Из личных записей
      
      
       1. Вести для великого магистра
      
      
      
       Гонец, прибывший в Кеттерн из столицы, разыскивал великого магистра некромантии Мортина Жнеца и полагал, что это будет не труднее, чем отыскать любого другого великого магистра. Однако в Кеттерне его ожидало разочарование. Градоначальник сообщил, что Мортина нет в городе уже долгое время. Возможно, некромант находится в лагере друидов в двадцати лигах восточнее Кеттерна, но поручиться за это нельзя.
       Гонец добрался до лагеря друидов после восхода солнца. Увиденное настолько поразило его, что посланец Ордена Ворона замер в седле, растерянно перебирая поводья.
       Лагерь друидов напоминал стойбище диких кочевников. Повсюду курились погасшие кострища, прямо в грязи валялись опрокинутые котлы, груды отбросов, обглоданные кости, тряпки, утварь и спящие друиды, сами имевшие довольно экзотический вид. Из десятка шатров ни один не был укреплен ровно. Их провисшие боковины покрывали то ли магические знаки, то ли бредовая мазня. Между всем этим роскошеством сновали тощие собаки, рылись в мусоре, обнюхивали спящих и грызлись между собой.
       Из-за деревьев показался единственный бодрствующий обитатель лагеря, поддернул штаны сквозь долгополый балахон и направился по своим делам, но, увидев вновь прибывшего, изменил направление. Приближаясь, бородатый друид зевал, тер воспаленные красные глаза и мучительно пытался изобразить вежливость на помятом лице. Он хрипло поприветствовал всадника, спросил, чем может помочь.
       Гонец неохотно спешился.
       — Мне нужен великий магистр Мортин Жнец, — произнес он без всякой надежды.
       Друид перестал тереть глаза, проморгался.
       — Мортин?!.. — Казалось, друид не улавливает, о чем идет речь. — Великий магистр?…
       — В Кеттерне мне сказали, что магистр может быть у вас, — произнес посланец.
       — Да, он здесь, но... — рассеянно пробормотал друид.
       — Могу я его увидеть? — воспрял духом гонец.
       — Увидеть?.. Увидеть, пожалуй, сможете, но...
       — Что "но"?
       — Мортин на обряде.
       — Это далеко?
       Друид вздохнул, оставив свои неуклюжие попытки что-либо объяснить.
       — Пойдемте, я покажу, — обронил он и повел гонца через лагерь, переступая спящих.
       Они остановились у одного из шатров.
       — Он там, — сказал друид, откидывая полог. Изнутри густыми клубами повалил вонючий дым.
       — Святые небеса, надеюсь, он жив? — пробормотал посланник себе под нос.
       Ему никто не ответил — друид уже скрылся внутри. Помявшись, гонец вошел следом.
       От дыма, висевшего плотной стеной, немедленно сдавило виски, глаза заслезились, а в горле запершило.
       Друид, почти неразличимый в темноте, склонился над неподвижно лежащим обнаженным человеком.
       — Морт, — негромко позвал друид. — Возвращайся.
       Гонец переминался с ноги на ногу. В какое-то мгновение он полностью уверился в том, что это сплошной мрачный розыгрыш, и друид разговаривает с мертвецом, пытаясь выдать его за великого магистра. "Должно быть, политические мотивы," — решил про себя гонец. Да и откуда бы взяться настоящему Мортину Жнецу в этом вонючем стойбище?..
       В самых темных уголках в дыму плясали красные огоньки. Собственная кровь оглушительно грохотала в ушах посланца.
       — Морт... возвращайся, Морт... — повторил друид. — К тебе пришли.
       Человек не шевелился. Было тихо, но сама тишина чуть слышно шелестела, словно клубок мокрых змей. Посланнику вдруг начало казаться, что друид строит ему сквозь завесу дыма зловещие, нечеловеческие гримасы, столь ужасные, что хотелось кричать. Гонец Ордена сдержал крик и нащупал рукоятку кинжала. "Если он только попробует подойти, изрежу его на куски!" — подумал он с необъяснимой кровожадностью.
       В это время голый человек на полу издал скрипучий стон и запрокинул голову, будто что-то причиняло ему боль.
       — Уве... ди... его... уве... ди... жи... вого... убе... ри, — зашептал он, едва ворочая языком.
       Друид испуганно отпрянул.
       — Хорошо, хорошо, Морт, сейчас... Но ты вернешься?
       — Убе... ри... живо... го, — с яростью прошипел тот. — Я... вернусь.
       Посланник смотрел на бледное горло лежащего. Друид его больше не интересовал. Не замечая, что делает, гонец вытянул из ножен свой кинжал и осторожно подходил ближе, делая маленькие шажки, чтобы не споткнуться в темноте. Чья-то рука легла на его локоть, и посланник вздрогнул всем телом.
       — Не надо, — тихо, примирительно произнес друид. — Пойдем на свет.
       Посланник стал нерешительно опускать руку.
       — Ты же служишь Свету? Вот. Пойдем на свет. Пойдем.
       Обескураженный гонец вернул оружие в ножны и поплелся вслед за друидом. Тот усадил гонца на сухую травяную кочку неподалеку от шатра.
       — Посиди здесь. Подыши. Он скоро придет.
       Друид ушел, а посланник скривился от невыносимой головной боли, навалившейся, едва он вдохнул обычный воздух.
       Мортин появился минут через двадцать. Посланник Ордена, немного пришедший в себя за это время, испытал повторное потрясение, увидев великого магистра при свете дня.
       Этот человек был изможденно худ и настолько бледен, насколько вообще может быть бледен живой человек. Его тело сплошь покрывали узоры и знаки. Некоторые были нанесены углем, некоторые — острым лезвием. Длинные темные волосы слиплись от пота, свисали на грудь и спину тонкими плетями.
       Не испытывая желания прикрыть наготу, Мортин остановился у бочки с водой и начал неторопливо смывать уголь и кровь.
       Морщась от головной боли, посланник Ордена наблюдал за ним и не мог решить для себя мучительную загадку: как это ничтожное существо может быть великим магистром?
       Солнце медленно пробиралось сквозь кроны деревьев.
       Мортин Жнец мылся долго и вдумчиво, словно других дел и забот для него не существовало. К тому моменту, как он закончил, бородатый друид принес ему одежду. Все так же сосредоточенно Мортин выплеснул на себя последнее ведро воды, отлепил от лица мокрые волосы, небрежно вытерся куском полотна и стал одеваться. Его облачение состояло из поношенных матерчатых штанов, серой льняной рубахи, друидского балахона из темной тканой шерсти с глубоким капюшоном и широкими рукавами, замохреными по краям. Балахон он подпоясал ремнем с множеством нашитых карманов. Литую пряжку в виде оскаленного черепа можно было считать единственным украшением в костюме Мортина. Массивный пояс провисал и, как заподозрил посланник, держался только благодаря выступающим тазовым костям. Этот пояс единственный наводил на мысль о том, что великий магистр Мортин когда-то выглядел иначе.
       Закончив облачаться, Мортин ненадолго вернулся в свой задымленный шатер и вышел с косой в руках.
       Эта коса неодолимо притягивала взгляд. Черное, хищно изогнутое лезвие с тонкой полосой заточки крепилось к темной мореной рукояти, отполированной за долгие годы руками Мортина. Коса походила на живое существо, опасное, красивое. Сходство усиливала серебряная цепочка с крохотным бубенцом, обвивавшая "шею" косы ниже крепления лезвия.
       Мортин поцеловал ее, прежде чем зачехлить и повесить за спину. После этого он подошел к посланнику и молча уставился на него пустым тяжелым взглядом. Мокрые волосы свисали вдоль запавших щек, кожа облегала лицевые кости, отчего серые глаза магистра казались огромными, выпуклыми, как у рыбы.
       Посланник Ордена почувствовал, как в самый неподходящий момент у него пересохло в горле. Изо всех сил стараясь сохранить геральдическую выправку, гонец проговорил:
       — Великий магистр Мортин Жнец! По распоряжению главы совета Ордена Ворона, архимагистра Дагеро Ворона...
       Мортин не перебивал, но под его взглядом нелегко было дочитать депешу до конца. Сейчас, когда он смотрел на посланника в упор, он больше не казался жалким. Что-то глубоко внутри изнывало и требовало бежать от этого человека как можно дальше.
       — ...отбыть в город Дорн для искоренения колдовских сил, враждебных империи.
       Обычный вызов — Орден всегда отправлял кого-нибудь из своих магов разобраться с неприятностями в провинциях. Необычно было другое — этот Мортин Жнец был уже лет шесть, как отлучен и приговорен к изгнанию. Орден Ворона нечасто обращался за помощью к своим же отверженным магистрам. Фактически никогда не обращался. Но если сам Мортин Жнец и знал, в чем причина этого исключения, то никогда не стал бы делиться своими соображениями с посланником.
       Мортин стоял молча, сохраняя абсолютное бесстрастие. "С такими каменными лицами обычно выслушивают смертный приговор," — не к месту подумалось гонцу. Он не успел развернуто осмыслить эту идею.
       — Доложи совету, что я отбыл в Дорн, — произнес маг. Его голос был сухим, бесцветным, почти бесполым, и нагонял больше жути, чем вся живописная внешность магистра некромантии.
       Мортин Жнец развернулся и зашагал прочь.
       — Лорд Мортин!.. П-постойте! — окликнул его гонец, хотя ему совершенно не хотелось, чтобы Мортин возвращался. — А как же договор?.. Как же уведомление?.. Вы должны... расписаться…
       Маг приостановился, повел головой, словно хотел обернуться, и посланник понял, что сейчас с ним произойдет что-то весьма неприятное. Перспектива объясняться в канцелярии Ордена и утрясать бюрократические неувязки на мгновение показалась ему сущей ерундой, необременительной мелочью по сравнению с необходимостью провести в обществе Мортина Жнеца еще хоть минуту.
       Некромант ушел.
       Пока гонец раздумывал, может ли он улучшить или как-то изменить свое незавидное положение, Мортин проехал через лагерь верхом и свернул на дорогу. Лошадь у него была белая.