В. Панюшкин. -Михаил Ходорковский. Узник тишины-

В. Панюшкин. «Михаил Ходорковский. Узник тишины 2». СПб.: Питер, 2009.

Пока читала, отмечала интересные места и думала, что напишу в рецензии. Когда дочитала, подумала, что, кажется, ничего не напишу: нет слов. Но все-таки через некоторое время «отошла» и попробую что-нибудь сказать. Потому что это будет несправедливо, когда про всякую муру, «которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь», пишут длинные рецензии, а про хорошие книги, которые реально заставляют о многом думать, не пишут ничего.

Я боялась, что это будет книга в нелюбимом мною глумливом журналистском стиле вроде В. Шанина. Но ничего подобного, слава Богу. Стиль хорош. Несколько рубленый, но к такому материалу только такой и подходит; если б я сама писала такую книгу, наверное, писала бы так же.

Сказать, что это книга про МБХ, было бы только полуправдой. Хотя про него там немало, в т.ч. разные интересные факты и случаи, так сказать, штрихи к портрету.

Например, как он выбросил в корзину фрак, который один раз в жизни вынужден был одеть на прием к английской королеве.

Или такой штрих: МБХ однажды был за границей в ресторане, и им прислуживал официант, а потом ему сказали, что этот официант — владелец всей сети этих ресторанов, просто иногда он работает официантом, чтобы не отрываться от реальной жизни и вообще ее знать. Когда МБХ стал главой ЮКОС, он работал по очереди на всех должностях, от простого рабочего на буровой до менеджера.

«Вернувшись с буровой, Ходорковский, во-первых, велел одеть рабочих в хорошую спецодежду и выдать хорошую обувь. А московский менеджер, которому было поручено заниматься спецодеждой для рабочих, воспринял это задание как повод украсть, поскольку сам бог ведь велел украсть немного на больших поставках одежды, в которых не учтешь же каждую шапку, каждые рукавицы и каждую пуговицу.
И был уволен. И другой менеджер, занимавшийся спецодеждой, тоже был уволен. И только третий сообразил, что воровать не надо, а надо одеть рабочих».

О том, как он организовывал компанию, как вел себя в кризис, на что тратил деньги. Много интересных и говорящих сами за себя историй. Но в целом на мое к МБХ отношение эта книга повлияла мало, зато пролила дополнительный свет на обстоятельства всего этого дела.

Эта книга про него — и в то же время большей частью она не про него. Автор правильно говорит, что он — «узник тишины»: про него говорят разное, а он не может ничего сказать про себя, т.к. ему запрещено, а то, что доходит из тюрьмы, можно в любой момент счесть подделкой. Точно так же и самому автору можно верить или не верить — он даже где-то говорит, что после определенных событий 90-х гг. «вы имеете право мне не верить»: он журналист и знает, как делается журналистика. Что и почему пишут в газетах. Что показывают и говорят по ТВ. И почему. В книге, кстати, есть потрясающие истории на эту тему. Но Ходорковский — «форум», на котором все мы выясняем, кто мы такие и в какой стране живем. И вот, книга на самом деле про это: в какой стране мы живем, кто нами правит, кто нас судит, кто и как дает нам информацию, кому мы служим и на кого работаем. И это безотносительно к истории МБХ: верно автор говорит, что его могут выпустить, когда сменится власть, но на общую ситуацию в стране это не повлияет никак.

Многие вещи там поражают. Например, история с «презентацией» на приеме у Путина, во время которой Ходорковский фактически обвинил его в том, что он коррупционер и покрывает коррупционеров. (Впрочем, эти материалы есть на сайте МБХ, это просто я об этом не знала.)

Или история со школой молодых журналистов, в которой преподавал автор:

«— Вот случилось событие и нам нужно рассказать про это событие историю. С чего мы начнем? ... Прежде всего надо подумать. Что значит думать?
Молчание. За семьдесят лет советской власти, за пятнадцать лет так называемой демократии люди в нашей стране не только разучились думать, но даже и не знают для этого слова простого словарного определения.
Я говорю:
— Думать — это значит задавать себе вопросы.
Мои слушатели шокированы, они не ждали такой простой и очевидной формулировки. А я им рассказываю, что ... вопросы, которые должен задать репортер, чтобы написать или снять репортаж, заранее определены. Их всего четырнадцать.
...
По классу легкий шепоток. Мои студенты явно взволнованы тем, как привычная ватная бессмысленность событий может быть превращена в увлекательное путешествие за истиной, похожее на американские горки.
...
Вы знаете, что, как правило, делают мои лучшие студенты, когда, окончив школу журналистики, возвращаются в свои маленькие города на свои маленькие телеканалы, принадлежащие металлургическим королям, мэрам, губернаторам и прочей элите, зарабатывающей больше 100 тысяч долларов в год? Они увольняются.
Отравленные нашей учебой, они не могут работать, когда из четырнадцати вопросов отвечать разрешают только на три, а из двух сторон конфликта опрашивать разрешают только одну».

Автор рассказывает про МБХ — и спорит с ним. Например, о путях создания открытого общества. Ходорковский думал, что общество можно сделать открытым так же, как компанию, и в нем: «Человек должен служить: во-первых, самому себе, своей семье, во-вторых, обществу. А государство должно служить человеку». Но... это в идеале. Ходорковский, судя по этой книге, вообще был во многом идеалистом. А в реале люди, которые очень хорошо служат самим себе и зарабатывают 100 т. долларов в год, боятся власти и никакой независимости не имеют, и никто из них не вступился за МБХ, а в пикетах в его поддержку стояли люди, никогда таких денег не зарабатывавшие и, с его же точки зрения, не успешные и «неэффективные».

«Передайте, Антон, Ходорковскому, что человек становится независимым не потому, что ему созданы для независимости условия, а вопреки отсутствию условий для независимости».

А еще эта книга похожа на роман. В хорошем романе герои должны меняться, что-то понимать, становится лучше или хуже, но — меняться. И вот, здесь тоже показано, как человек менялся. Все больше в сторону Человека. И как другие люди тоже менялись — одни в ту же сторону, а другие — в сторону скотов или волков.

Собственно, вопрос, который постоянно стоит между строк: кто мы? Стадо, стая, или все же люди? И если люди, то чем мы докажем, что мы — именно люди?

«"Вот хочется тебе с любимой девушкой сходить в ресторан, но в ресторане шпана и могут набить морду. Что же делать? — Ходорковский выдерживает паузу. — Идти с девушкой в ресторан". Надо полагать, Ходорковскому просто не пришла тогда в голову пословица "Путина бояться — в сортир не ходить", придуманная кем-то из интернетовских остряков».

Наверное, самые тяжелые главы там — про суд и про тюрьму. Собственно, это ад. И в общем, понимаешь, что ничего не изменилось со времен советской власти. Суда как не было, так и нет. Все делают то, что им прикажут сверху. В тюрьме же... привет ГУЛАГу, ничто не изменилось. И не важно, вор ты или не вор. Если сверху прикажут, тебя будут дрючить как последнюю скотину. Потому что из Москвы велели. И так везде, так со всем.

Никаких прав ни у кого из нас нет. И свобод тоже. Скажем так, есть иллюзия, что они у нас есть. На самом деле они есть у нас до тех пор, пока мы сидим у своей миски и ни во что не вмешиваемся, никому (особенно наверху) не мешаем. И в этом смысле «1984» не только свершился, но дело даже обстоит еще хуже. Можно прожить всю жизнь и так и не понять, что жил в тюрьме.

«К 2003 году у Ходорковского, кажется, созрел практический план освобождения: независимый бизнес, оппозиция в парламенте, новое свободное поколение. Этот его план действительно можно понять как попытку смены общественного строя, как мятеж, в котором многочисленные узники пытаются получить свободу. Похоже, президент так это и понял, и арест Ходорковского в октябре не был изменением его статуса, а был констатацией: знай свое место, ты узник и всегда был узником. В октябре, когда Ходорковского арестовали, то, что он узник (то есть то, что сам он заметил в 1998 году), заметила вся страна. Все люди, мы с вами, и сейчас думающие, будто Ходорковский — в тюрьме, а мы — на свободе.
Помните анекдот про палаче, который так виртуозно перерубил приговоренному шею, что голова осталась на месте? И приговоренный спрашивает: "Ну и что?" "А ты головой-то качни", — отвечает палач. Вы головой-то качните. Попробуйте объединить всех, кто за свободу. Попробуйте выйти из-под контроля государства. Попробуйте отнять у чиновников их коррупционный хлеб. Попробуйте хотя бы воспитать детей свободными, хотя бы своих детей. Попробуйте иметь для всего этого достаточно денег и смелости. Вот сразу и узнаете, кто тут у нас узник».

...Впрочем, нет, одна свобода у нас пока есть. Границы-то открыты. Вы можете в любой момент уехать. Если хотите и можете. Вас здесь никто не держит. Не так ли?

А Ходорковский не уехал. Хотя имел возможность. Но он не смог бросить Лебедева, которого уже арестовали. А еще он был, кажется, слишком доверчив. Или слишком рыцарь. Не верил, например, что ЮКОС уничтожат вместе со всеми его проектами. «Не враги же они своей стране». А они — именно враги. Он их недооценил. Кажется, это называется — не садись играть в карты с шулером...

А еще эта книга похожа на детектив. 14 вопросов, опрос свидетелей, выяснение мнений и с той, и с другой стороны, сопоставление, анализ, попытка понять, что же происходило на самом деле. Автор описывает свои встречи с бывшими сотрудниками ЮКОСа, с адвокатами, с политиками, с журналистом, снявшим четыре разоблачительных фильма про Ходорковского, с родителями МБХ. Это зарисовки, краткие диалоги, но опять же говорящие о многом. О том, в какой стране мы живем. И среди каких людей.

Можно верить или не верить написанному. Соглашаться или не соглашаться. Считать Ходорковского невиновным или не считать. Это не самое главное. Главное — эта книга дает пищу для размышлений.

«Думать — это значит задавать себе вопросы».


Рецензии
Уважаемая Кассия! Вы восхищаетесь маленькими эпизодами из жизни Ходорковского, как-то про эпизод со смокингом. Это чистой воды понтярщина, и я сомневаюсь, что он был в реальности, так как настоящий бизнесмен не способен на такое, он знает цену всему, и отдал бы свой смокинг в нужные руки. Вы не увидели в книге главное, как автор из кожи лезет, чтобы угодить Ходорковскому. Может это потом ему зачтётся.
Вот вам мой сокращённый вариант рецензии на книгу.

Некоторые размышления по поводу книги Валерия Панюшкина
Михаил Ходорковский. Узник тишины.

Закрыл я последнюю прочитанную страницу книги, и невольно задал себе вопрос: «А зачем она была написана? Что хотел сказать автор?» На эту тему было много написано в разных изданиях, сказано по радио, по телевидению, снято множество сюжетов и документальных фильмов. Что нового поведал автор? Разве, что некоторые подробности из личной жизни Ходорковского и членов его семьи. Или автор хотел показать своё отношение к приговору, ко всему делу ЮКОСА, с точки зрения беспристрастного наблюдателя, или хотел разобраться в причинах и мотивах криминальной ситуации прошлых лет?
Не получилось быть беспристрастным и объективным. Вся книга, все 260 страниц, насквозь пропитаны сочувствием к осужденным и негодованием к властям. И как автор не пытался припудрить наглую уголовщину, находить эпитеты превосходной степени к заурядным качествам Ходорковского и Лебедева, не удалось создать образ мученика в глазах умных и порядочных людей. Я попытаюсь доказать это. В своих логических построениях я буду использовать только ту информацию, которая есть в книге, так как никакой другой информации у меня нет. Поэтому я не имею ни малейшего права осуждать, ни ту, ни другую стороны.

В книге идёт лейтмотивом мысль, что Ходорковский гениальный управленец, эффективный менеджер, бизнесмен и прочая, прочая…, который вправе учить и даже выполнять функции других. На чём основывает своё утверждение автор? Как пример, приводится:

« Компания ЮКОС была убыточной, себестоимость добываемой ЮКОСом нефти была 12 – 14 долларов за баррель, а ведь надо ещё прокачать эту нефть, надо ещё заплатить с неё налоги, пусть даже оптимизированные. Выходило, что при тогдашней цене на нефть (8 долларов за баррель), компания работала себе в убыток…. К 2003 году себестоимость барреля нефти, добываемой в компании ЮКОС, доведена была до 1,57 долларов, то есть сокращена в восемь раз. Кто этого добился, если не Михаил Ходорковский? » (стр.84)
Да, уж!... Дух захватывает. Только позвольте спросить: «Откуда эти цифры? Что включено в себестоимость в первом и втором случае? Кто считал? Почему автор исключил из себестоимости две очень существенных составляющие: транспортировка нефти и налоги?» Даже автор удивляется, так как работать в такой убыток нельзя! Но автор не удосужил себя вопросом, каким образом, какими методами был достигнут такой результат.
Всем нам знаком «великий» бизнесмен господин Мавроди. Я помню его, как он перед телекамерами убеждал всех, что он самый эффективный менеджер, поэтому у него самый высокий процент прибыли, отвечал на любые вопросы. Но, когда ему задавали конкретный вопрос о механизме его эффективности, он отвечал, что это коммерческая тайна.
Тут такая же картина. Если разложить на составляющие всю структуру себестоимости барреля нефти, то не понятно из какой статьи можно сделать огромную экономию. На заработанной плате особо не поиграешь, как при старом хозяине, так тем более и при новом, платили мало. Выгнал много бездельников? Да, сэкономил, но это крохи. Электроэнергию можно экономить, но это тоже крохи. Цена на электроэнергию всё время росла. Стоимость оборудования уже износившегося и не эффективного, которое требовало замены и ремонта, приводило к дополнительным затратам, но никак не к экономии. Можно предположить, что оборудование вообще не менялось и не ремонтировалось, всё шло на износ, что очень маловероятно у эффективного менеджера, но это 15 – 20 процентов от себестоимости. Можно сократить расходы на соцкультбыт, но они и так настолько мизерные, что туда лучше не соваться. Сократить разведку, бурение новых скважин – тогда завтра нечего будет качать. Отказаться от новых технологий, тогда это будет шаг назад, и никакой эффективности.
Есть в структуре себестоимости одна статья, на которой эффективные менеджеры делают прибыль – это стоимость сырья. Но в нашем случае она равна нулю! А из нуля прибыль не сделаешь. Впрочем, если к нулю впереди поставить палочку, то эффективность улетает за облака.
Только рост цен на нефть может поднять эффективность производства, а не гениальность менеджера. Даже криминальная гениальность, основанная на хитроумных схемах ухода от налогов, захвата чужой собственности, в том числе государственной за бесценок не могут принести большую прибыль. Купив Мерседес по цене Запорожца эффективность не будет очевидна. Вот когда Мерседес будет ездить на воде или воздухе, тогда можно говорить об эффективности. В книге утверждается:
«Нефтяная компания добывала, предположим, нефти на 100 долларов, должна была продать нефть за 100 долларов и 100 долларов заплатить налогов, немедленно разорившись…» (стр.90)
Во что я не верю! Если такой налог у нас действует, то это абсурд. Что же тогда эффективные менеджеры с калькулятором в руках не убедили правительство и президента, что так не бывает, что по законам экономики такое невозможно!? Видимо, автор лукавит, сгущает краски. Но дальше он продолжает:
«…нефтяная компания продавала свою нефть за 80 долларов посреднической фирме, платила 80 долларов налогов, а посредническая фирма зарегистрирована была в оффшоре, налогов не платила, и продавала за 100 долларов нефть, купленную за 80. Уведённые таким образом от налогов 20 долларов, нефтяная компания и посредническая фирма делили.»
Спрашивается, а почему продавали за 80 долларов, а не за 60, или за 40? Что, разве есть ограничение по совести, или забота о государстве?
И как бы оправдывая такую эффективность, автор утверждает:
«Схемами этими пользовались все компании без исключения, и многие пользуются до сих пор, иначе бы остановился бизнес. И поскольку речь идёт не о сотнях долларов, а о миллиардах долларов, то уведённые от налогов 20 % как раз и образуют огромные барыши нефтяной отрасли.»
На основании этого автор делает вывод:
«В этой истории опять проявилась уверенность Михаила Ходорковского в том, что он заведомо эффективнее государства и поэтому должен государство собой подменить.» (стр.91)
Приехали! Как же мы жили до этого? Щи лаптями хлебали, и не знали, что в наших недрах живёт такой гениальный менеджер. А тысячи других руководителей заводов и фирм – обыкновенные бездари? Хотя, согласен, было много у руля предприятий блатных, но своих людей, слабо понимавших, чем они рулят. Правда, продолжал автор, прокуратура и суд считали иначе.

Анатолий Лыков 3   19.11.2013 23:02     Заявить о нарушении
Продолжение.
Что касается векселей, которыми Ходорковский расплачивался с государством в зачёт налогов, то автор видит в этом мудрость Ходорковского. Вместо того чтобы расплачиваться с государством живыми деньгами, мудрые менеджеры придумали векселя, и что удивительно, государство принимало их к зачёту. Вот как автор описывает ситуацию, передёргивая чуть-чуть факты:
«…прокуратура утверждает, и суд с прокуратурой соглашается, что оптимизированные через посреднические компании налоги Ходорковский не платил «живыми» деньгами, а платил векселями, притом, что платить налоги векселями запрещено законом…. Это значит, что нельзя на суммы налогов дать государству какой-нибудь товар. Но в конце девяностых и начале двухтысячных годов, если помните (а мы помним, что это было на много раньше), в экономике царил бартер. У развивающихся предприятий денег не хватало. А они хотели платить налоги и не быть преступниками (с ума сойти!). И вот в подавляющем большинстве случаев предприятия начали расплачиваться векселями.» (стр.210)
Но, простите, ЮКОС получал за свою нефть не векселя, а «живые деньги». Почему же он расплачивался векселями, которые падали в цене с течением времени?

Теперь коснёмся залоговых аукционов. Как пишет автор:
«Предприимчивым финансистам больно было на это смотреть, понимая, сколько пропадает денег. Помогла блестящая, хоть донельзя циничная идея. Государство не могло продать нефтяные компании и металлургические заводы частным лицам ни за ваучеры, ни за деньги. Но закон не запрещал государству попросить у частных банков денег взаймы под залог нефтяных компаний и металлургических заводов. А потом, когда оно, государство, не в состоянии будет вернуть долг, отдать, соответственно, заложенные нефтяные компании и металлургические заводы. Идея была блестящей.» (стр.67)
Далее автор поясняет:
«Главный трюк залоговых аукционов заключался в другом: будущие олигархи заранее договорились друг с другом, кто какую компанию получит, и не конкурировали, сбивали цену. Для выкупа своих новых компаний предприимчивые финансисты брали кредиты у государства.» (стр.72)
Но кредиты эти можно не отдавать, развалить компанию, и тогда с кого спрашивать? И откуда у государства будут средства, чтобы выкупить свои залоги? Мало того, сами аукционы проводились не честно.
«МЕНАТЕП одновременно предложил государству от лица разных своих компаний очень много, немного и совсем мало денег. Государство, разумеется, отдало завод той менатеповской компании, которая предложила очень много денег. Но когда результаты конкурса были опубликованы, компания-победитель отказалась от завода. В этом случае завод доставался компании, предложившей немного денег. Но и она, в свою очередь, отказалась от завода. В итоге, завод достался компании, предложившей мало денег. Это, конечно, был трюк, но трюк в 1994 году вполне законный.» (стр.214)
Комментировать эту «гениальность» не хочется. В книге содержится ещё много фактов «гениальности» самого эффективного менеджера. Одно лишь удручает, что один из выдающихся адвокатов нашей страны, Генрих Падва, не мог найти гениальную концепцию защиты, достойную такой величине. А надувать щёки, цепляясь за различные промахи прокуратуры и следствия в топорно выполненной работе, это мелковато. Сути дела это не меняло. А уж, затягивать процесс у нас научились и провинциальные адвокаты, у которых Генриху Павловичу найдётся, чему поучиться. И прав автор, утверждая, что все самые сильные адвокаты страны, вместе взятые, не смогли бы выиграть этот процесс. Но не потому, что судьи и прокуроры ангажированы, что нет у нас правосудия, а потому, что дело это НЕ ПРАВОЕ. Забыл господин Падва, что суд выносит своё решение не только на основании материалов дела, статей Закона, но и на основании внутренней убеждённости!
Все знают, что товарищ Сталин не подписал ни одного смертного приговора, но по глубокому убеждению народа, он кровавый палач. Поэтому, смешными выглядят доводы уважаемого адвоката, что какое-то письмо (т.79 л.д.124 уголовного дела №1-33/05), которое предписывает директорам посреднических компаний перевести деньги в некий доверительный и инвестиционный банк, не подписано (стр.208), что легло в основание отмены вынесенного приговора.
Но, давайте подумаем, если с этим распоряжением не был согласен Лебедев, то почему он позволил совершиться этому факту, и в последствии не отменил его, не вернул всё на свои места. Почему Генрих Падва так рьяно старался, чтобы из обвинения убрали эпизод с заводом Апатит, из-за истечения срока давности. Ведь он прекрасно знает, что любое преступление должно быть рассмотрено в суде и вынесен приговор. Другое дело, наказание за него не будет. Это его работа. Можно свою красивую речь произносить несколько дней, но от этого не стать знаменитым, как Плевако.
Весной 2004 года я случайно встретил Генриха Павловича на улице Кузнецкий мост, и обратился с просьбой: «Государство в отношении меня совершает беззаконие, не смогли бы Вы, или ваша контора защитить мои права в Верховном Суде?» В ответ прозвучало короткое, как выстрел: «Нет».
Ну, что ж, я мелкая сошка. Свои права я сумею защитить сам в Страсбургском суде, где скоро подойдёт очередь рассмотрения моей жалобы. И я уверен, что победа будет за мной потому, что моё дело ПРАВОЕ!

Очень обидно, когда обижают маленьких и слабых. И если автор не смог по настоящему укусить, то уж досыта обслюнявил корреспондента НТВ Алексея Малкова, который специализируется по криминальным новостям, и про дело ЮКОСа снял четыре документальных фильма. И уж, совсем не пристойно залезать в творческую кухню молодого автора, отнимая у него право на личный взгляд и личное убеждение, с высоты своего профессионального положения.

В заключение хотелось бы сказать, какой бы ни был приговор суда, для всех здравомыслящих и честных людей он справедлив по сути. Сумели же доказать невиновность Квачкова и его друзей в деле о покушении на Чубайса, значит не всё так безнадёжно в нашем правосудии, хотя там давление было покруче.
Жаль, что Валерий Панюшкин не взялся исследовать и проанализировать истоки приватизации и уникальное обогащение молодых людей, которые в тридцать лет стремительно становятся миллиардерами, тогда как в цивилизованных странах на это уходят столетия. Кому была выгодна такая ситуация, когда государство, как беспомощное дитя, теряет свои дорогие игрушки? И когда эти бесхозные игрушки вдруг оказываются собственностью «гениальных» менеджеров, то это попахивает мародёрством. Мы и так знаем, что в нашей стране не всё в порядке. Как сделать, чтобы такого не было?

Я думаю, что главным итогом такой работы был бы один единственный правильный вывод и лозунг – Национализация всех средств производства и природных ресурсов!
А.П.Лыков

Август 2010 г.


Анатолий Лыков 3   19.11.2013 23:04   Заявить о нарушении