После бури и дождя всегда наступает хорошая погода

Полный текст. 
Для более удобного чтения, произведение разбито на 26 частей
Часть 1  http://www.proza.ru/2012/03/12/1954

  Ливень начался внезапно. С неба падал водопад. Кругом была вода, водяные стены стояли со всех сторон. Складывалось впечатление, что я внутри подводной лодки. Дворники не успевали очищать лобовое стекло моего автомобиля. Ехать дальше было невозможно. Я увидела несколько машин припаркованных на лесной стоянке и тоже решила остановиться.
  Как только исчезла необходимость следить за дорогой - сразу потянуло в сон. Я нормально не спала уже почти двое суток...

                ***

  Мои родители были врачами. Они часто оставляли меня одну дома. Я была вполне самостоятельной девочкой, которая без напоминаний знала о том, что надо сделать уроки, своевременно поесть, убрать в квартире и выполнить другие домашние дела, которых всегда было много. Родители были очень заняты работой, и, кроме меня, помочь им было некому. Училась я хорошо и, как говорили учителя,  легко. Домашние дела меня совсем не утруждали. Мне с раннего детства внушали, что я взрослая, что я хозяйка в доме, и я старалась соответствовать, иногда напоминая родителям, что я все-таки ребенок и меня хоть изредка надо баловать. Папу мои напоминания особенно радовали. Он начинал делать мне «уси-пуси», говорить на каком-то ломаном языке, и это получалось очень смешно.
  Когда нам всем вместе удавалось собраться дома, наступал праздник. Приходили друзья родителей, в доме становилось шумно, взрослые спорили, обсуждали разные проблемы и просто дурачились. Я любила тихонько сидеть в сторонке и слушать, о чем они говорят. Иногда после таких вечеров у нас оставался ночевать папин друг - дядя Саша. У него были какие-то проблемы с женой и тещей, домой ехать ему не хотелось. После того, как расходились все гости, отец с дядей Сашей еще долго сидели на кухне и вели свои, как  говорил папа, «мужские разговоры».
  Сейчас я была дома одна. Родители отсутствовали уже два дня. Они уехали на машине в Питер к маминой подруге на свадьбу. Я ехать отказалась, так как не хотела прогуливать школу. Папа сказал, что причина отказа очень уважительная, и меня оставили дома.
  День подходил к концу. Все намеченные дела были переделаны. Позвонила мама и сообщила, что завтра рано-рано утром, пока дорога не сильно загружена, они выезжают и к моему возвращению из школы будут дома.
  Утро. Раннее, пасмурное осеннее утро. Начинался день, который изменил мою жизнь.
  Меня разбудил звонок телефона. Я сняла трубку, но на том конце кто-то молчал. Собираться в школу было еще рано, и я решила немного поваляться в постели. Звонок в дверь почему-то очень меня напугал. На часах было 6.30. Я накинула халат и пошла открывать. На пороге стоял дядя Саша. Выглядел он как-то странно, осунувшееся небритое лицо, испуганные глаза,
  -Варвара, мне надо поговорить с тобой, - произнеся эту фразу хриплым голосом, он прошел на кухню, открыл кран, налил стакан холодной воды и залпом её выпил.
  -Дядя Саша, зачем же из под крана, есть минералка. У вас что-то случилось?
  -Да, Варвара. У нас большое горе. Ты сядь, я тебе сейчас все скажу.
  Я села на диванчик, он присел рядом и взглянул мне в глаза. От этого взгляда мне стало страшно.
  -Варенька, твои родители попали в аварию, мне полчаса назад позвонили и сообщили, что они оба погибли, – все это он произнес на одном дыхании.
  А я смотрела на него и ничего не могла понять. Он больше ничего не сказал, ничего, что могло бы дать какую-то надежду на то, что это ошибка. Мы долго сидели и молчали, плакать я почему-то не могла, будто все чувства отключились. Потом стали приходить какие-то люди. Приехала мамина двоюродная сестра тетя Римма, она была на много лет старше мамы и мне всегда казалась бабушкой. Жила она одна. Человеком была замкнутым. Все, что я слышала от нее в свой адрес – это «Варвара, как учеба? Родителей слушаешься? Молодец!» и все, на этом наше общение заканчивалось при каждой встрече.
  Она ворвалась на кухню, схватила меня, прижала к своей груди и начала выть, причитая что-то про горемычную сиротинушку, которую все бросили и еще что-то, что я разобрать была не в состоянии. Я просто ничего не понимала и, кроме того, меня ужасно раздражал запах, который исходил от тети Риммы. Это была смесь плохо выстиранного  белья и немытого тела. Странно, что я вообще почувствовала этот запах, ведь все чувства отключились. Дышать этим больше не было сил, я резко оттолкнула ее от себя, от неожиданности она замолчала и села на стул.
  -Дядя Саша, я хочу уйти, можно? – спросила я.
  -Варь, ты как себя чувствуешь? Тебя можно отпускать, все будет в порядке?
  -Да, дядя Саша, вы не волнуйтесь, все будет нормально, мне просто надо побыть одной, я ненадолго уйду.
  Я зашла в свою комнату переоделась и ушла из дома. Мне было все равно куда идти,  надо было просто идти и ни о чем не думать.
  Не знаю, сколько прошло времени, я оказалась на лавочке в парке, вдалеке на детской площадке мамы и бабушки выгуливали своих детей и внуков, там было шумно и весело. Я слышала доносившиеся оттуда голоса и понимала, что эти звуки из моей прошлой жизни.     Трудно было осознать произошедшую перемену. У меня была семья, в которой нам всем было хорошо. Мы любили друг друга, нам всегда было интересно друг с другом, к нам приходили гости, которым было хорошо и уютно в нашем доме, а теперь все изменилось, все будет по-другому. Мы никогда не будем вместе, меня оставили одну, и я должна продолжать жить без родителей.
  Кто-то тронул меня за руку, я вздрогнула, подняла глаза и увидела рядом на скамейке немолодого мужчину.
  -Что, дочка, плохо тебе? – спросил он.
  -Плохо.
  -Что у тебя случилось? Может, я смогу как-то помочь?
  -Нет, мне никто не сможет помочь, у меня сегодня родители погибли, разбились на машине.
  -А почему ты здесь и почему одна?
  -Я не могу сейчас быть дома. Там много людей, а я должна побыть одна.
  -Почему ты не плачешь?
  -Не знаю, я пробовала, но не получается. Вот здесь, в груди, какой-то кол стоит, внутри болит все, а плакать не могу.
  -Это плохо, ты поплачь, и боль пройдет.
  После этих его слов, со мной что-то произошло, и я разрыдалась. Он меня не успокаивал. Прижал к себе и просто гладил по голове приговаривая, что все проходит и все будет хорошо. Мне не стало легче, просто стало по другому, кол из груди исчез.
  -У тебя родственники есть? – спросил он через некоторое время.
  -Нет, я осталась одна, – ответила я, продолжая всхлипывать.
  -Что, совсем никого из родных? – удивленно спросил он.
  -Тетка есть, мамина двоюродная сестра, но ей я не нужна.
  -Тебе лет-то сколько?
  -Четырнадцать.
  -До восемнадцати еще четыре года, срок большой. За это время многое можно натворить в жизни, да и жизнь многое может натворить с тобой. Ты вот что дочка, подними себе планку на самый верх и тянись к ней. И знаешь еще что, не отказывай людям в помощи, можешь помочь – помоги, всегда найдется кто-то, кому тяжелее, хуже, больнее, чем тебе, - он тяжело вздохнул, подумал о чем-то своем и продолжал говорить.-Мои родители рано умерли, я рос в детском доме, но мне там было легче, чем тем ребятам, которых родители бросили. Странно, но они мне даже завидовали. Всякое там было, и драки, и обиды друг на друга, а вот уж сколько лет прошло, у всех дети, внуки, однако мы продолжаем встречаться, стараемся помочь друг другу, поддержать. Что бы там ни было – мы родные люди, сначала нас связало горе, а потом общий дом. – Немного помолчав, он спросил:
  -Тебя как звать-то?
  -Варвара.
  -Хорошее имя. Держись, Варвара. Будет трудно, но ты всегда думай не о том, что сейчас, а о том, что будет впереди. А впереди все хорошо. Когда вдаль смотришь, надеешься, что там лучше, чем здесь. Раньше о твоем будущем родители твои думали, а теперь ты сама думать должна. Какой ты захочешь сделать свою жизнь, такой она и будет. Все в твоих руках, а люди хорошие, которые захотят тебе помочь, всегда найдутся, их на свете больше, чем плохих.
  Я слушала этого человека и страх проходил. Я уже знала, как я буду жить. За несколько минут, пока слушала, что он мне говорит, я все для себя решила.
  -Спасибо вам, - сказала я, и слезы снова потекли из глаз.
  -Ты приходи сюда, в парк, я здесь часто гуляю, может, помогу чем смогу, а не смогу помочь, так просто посидим, поговорим, когда поговоришь, тоже облегчение. Ты иди сейчас домой, тебя поди уже ищут. Все будет хорошо, – он поднялся со скамейки и медленно пошел по аллее. Потом остановился, оглянулся и сказал напоследок:
  -Счастливо тебе девочка, держись.
  Он уходил, а я все смотрела ему вслед и слышала «счастливо», он произнес это слово с ударением на первый слог, и получилось, что он не попрощался со мной, а пожелал мне счастья.  Когда он исчез из виду, я встала и пошла домой.
Дверь мне открыл дядя Саша.
  -Варя, хорошо, что ты пришла, а то я уже места себе не нахожу. Я всех разогнал, а тебя все нет и нет. Поедем к нам, тетя Наташа звонила, она нас с тобой ждет.
  -Нет, я буду дома. Может, вы останетесь здесь? Тетя Наташа тоже может приехать. Позвоните ей, пусть приезжает, – я подошла к телефону, набрала номер и протянула ему трубку.
  -Наташа, приезжай сюда, Варя просит, чтобы мы побыли с ней. Мы тебя ждем.
  Через час приехала тетя Наташа. Говорить ни о чем не хотелось, мы попили чаю и просто сидели, думая каждый о своем. Периодически звонил телефон, дядя Саша отвечал на звонки, несколько раз сам звонил куда-то. Так прошел этот день, день конца жизни с родителями и начала жизни без них.
  Следующий день я помню плохо. Вокруг была какая-то суета. Я старалась не выходить из своей комнаты, и только изредка ко мне заглядывала тетя Наташа, она ободряюще мне подмигивала, задавала какой-нибудь вопрос и оставляла меня одну.
  День похорон был очень длинным. Казалось, что он никогда не кончится.
  -Варя, подойди, попрощайся с родителями, – шептала тетя Римма, подталкивая меня в спину.
  -Оставьте ее в покое, – одернул тетю Римму дядя Саша, он все время старался быть рядом со мной.
  Слез снова не было. Хотелось, чтобы все скорее кончилось, чтобы все разошлись и не приставали ко мне со своими вопросами и соболезнованиями. В какой-то момент все закончилось, все стали расходиться, а я продолжала стоять. Меня кто-то звал, что-то мне говорили, дядя Саша что-то отвечал вместо меня, а я все стояла и стояла у могилы своих родителей. Когда все разошлись, я смогла заплакать. Я была одна, мне никто не мешал, дядя Саша отошел подальше, он все понимал и меня не трогал. А я ревела и приговаривала: «Мамочка и папочка, вы не волнуйтесь, я все смогу, я всего добьюсь, все будет хорошо, я со всем справлюсь сама».
  После поминок мы поехали к дяде Саше домой. Они с тетей Наташей попросили меня несколько дней пожить у них.
  В их доме всегда была плохая обстановка. Дядя Саша постоянно ссорился с тещей, тетя Наташа из-за этого пребывала в плохом настроении, периодически они все друг с другом не разговаривали, а я чувствовала себя так, как будто все это из-за меня, хотя прекрасно знала, что так они жили всегда.
Однажды вечером на кухне собрались друзья моих родителей. Они долго что-то обсуждали, потом позвали меня.
  Говорил дядя Саша.
  -Варвара, нам надо поговорить. Мы с тетей Наташей хотим оформить опеку. Ты будешь жить с нами. Когда захочешь, можешь пожить дома, мы возражать не будем, ты девочка самостоятельная. Как ты на это смотришь?
  -Спасибо вам, но папа этого не одобрил бы. Он мне всегда говорил, что если есть возможность выйти из сложной ситуации самой, то не надо никого обременять своими проблемами. Я уже все для себя решила. Я вас всех попросить хочу, найдите мне хороший детский дом, который расположен не очень далеко от города, у вас ведь есть знакомые в разных учреждениях.
  -Ты что говоришь Варвара? Какой детский дом? Ты не сирота, у тебя мы есть, мы тебя любим. Тебе учиться надо.
  -Я там буду учиться. Учиться везде можно. Я уже все решила, вы меня знаете, будет по-моему. Я обещаю, что, если мне там будет очень плохо, я вам сообщу и вы меня заберете оттуда. А в нашу квартиру вы с тетей Наташей переезжайте и поживите отдельно от вашей мамы. Сделайте так, как я решила. Извините, я очень хочу спать. Спокойной ночи, – я повернулась и вышла.
  На кухне долго шумели, потом стали расходиться.
  Утром разговор продолжился.
  -Варя, что ты надумала? В какое положение ты нас вчера поставила?! – тетя Наташа выкрикнула это и заплакала.
  -Я специально вчера при всех все сказала, чтобы потом вас ни в чем никто не мог обвинить. Поймите, я не смогу сейчас жить ни в нашей, ни в вашей квартире, ни с вами, ни одна, мне надо уехать. В этом доме вам самим плохо живется, да я еще тут на вашу голову.   А вам давно пора пожить одним, мама всегда говорила, что, как только вы будете жить отдельно, у вас все будет хорошо. Я буду очень рада, что в нашем доме будете жить именно вы с дядей Сашей, и родители мое решение одобрили бы. Я к вам на каникулы буду приезжать. Не могу я здесь остаться, понимаете вы, не могу, – я уже перешла на крик. - В школу свою не могу ходить, плохо мне, понимаете вы или нет, мне надо уехать, а, кроме детского дома уехать мне некуда.
  Я подошла к тете Наташе, обняла ее и уже более спокойно сказала:
  -Я чувствую, что надо сделать так, как я решила. Пусть хоть немного времени пройдет после всего. Ну правда, если мне плохо там будет, я сразу вам сообщу. Да и вам лучше будет, ну подумайте, как вам с дядей Сашей будет хорошо. Поживете вдвоем, малыша родите, к маме своей в гости ездить будете.
  -Варька, я тебя боюсь, какая-то ты мудрая не по возрасту, откуда у тебя это? – она уже не плакала, а просто смотрела на меня расширенными, как от страха глазами.
  -Мне один человек сказал, что надо людям помогать, если можешь помочь, тогда самой легче будет. Может, я эгоистка, может, я не вам хорошо делаю, а себе.
  -Ладно, Варвара, мы подумаем, я постараюсь сам все узнать, и ребята вчера обещали подсуетиться, ты ведь своего решения не изменишь, вся в отца, – дядя Саша закурил  сигарету, хотя  в их доме это было категорически запрещено, и я поняла, что он принял решение: они переедут в нашу квартиру.

  -Варвара, знакомься, это Иван Иванович Иванов, – представил дядя Саша человека, вошедшего в квартиру. – Он директор совхоза, рядом с которым находится детский дом, где ты будешь учиться, если, конечно, тебе там понравится, – Слово «жить» дядя Саша выговорить не смог и заменил его словом «учиться». Говорил он громко, выделяя каждое слово, и при этом было видно, что чувствует он себя не в своей тарелке.
  -В общем, вы тут поговорите, а я пойду, чай приготовлю, - набрав воздуха в грудь, он хотел еще что-то сказать, потом сделал резкий выдох и молча ушел на кухню.
  -Здравствуйте, Варя. Александр Семенович мне все о вас рассказал, так что я в курсе произошедшего с вами, – произнес Иван Иванович спокойным, приятным голосом.
  -Какой Александр Семенович? – испуганно спросила я. – Кто это?
  -Это ваш дядя Саша, - Иван Иванович засмеялся и показал рукой в сторону кухни.
  -Ах, да, извините, при мне его никто так никогда не называл, я даже не поняла, о ком  Вы говорите, – сказала я, смутившись, - Вы можете говорить мне ты.
  -Спасибо, тогда ты можешь называть меня просто дядя Ваня, меня все дети в усадьбе так называют.
  -В какой усадьбе?
  -Мы так называем наш детский дом, он расположен в красивом старом графском доме. Я там тоже долго жил, потом учился в институте, после окончания института вернулся в те места и теперь работаю директором совхоза. Места там у нас красивые, вокруг усадьбы парк с аллеями, рядом большое озеро. Поселок у нас хороший, люди добрые, с жителями усадьбы все дружат, школа одна на всех и на поселковых детей, и на ребят из усадьбы. В общем, все увидишь сама. Я в городе пробуду еще два дня, а потом поеду домой, так что если не передумаешь, то собирайся, послезавтра, в субботу, я за тобой заеду, – все это было сказано так просто, так естественно, так искренне, что я уже не сомневалась, что хочу поехать и познакомиться с людьми, живущими там.
  Иван Иванович на чай не остался, у него были какие-то срочные дела. Мы попрощались, и он ушел.
  Дядя Саша сидел на кухне с потухшей сигаретой и смотрел в одну точку. Когда я вошла, он как будто очнулся:
  -Ну как, поговорили?
  -Да, все в порядке. Послезавтра Иван Иванович за мной заедет, и мы поедем в усадьбу, - я особо выделила «усадьбу», мне нравилось, что там не называют детский дом «детским домом». Усадьба – это совсем другое дело.
  -Варь, а может, все переиграем?
  -Не надо ничего переигрывать, все будет нормально. Давайте лучше завтра перевезем вас с тетей Наташей на новое место жительства.
  -Вся в отца, те же речи, та же мимика, тот же напор, – он снова закурил и уставился в одну точку.


  Иван Иванович позвонил рано утром в субботу и сказал, что к одиннадцати часам заедет за мной. Тетя Наташа заплакала и ушла в ванную, дядя Саша все время курил и ходил из угла в угол. А я не могла дождаться, когда настанет время отъезда. Мне хотелось поскорее сбежать из дома.
  В одиннадцать часов мы вышли на улицу. Около подъезда стоял микроавтобус, внутри машины сидела молодая женщина с мальчиком лет четырех. За рулем - светловолосый мужчина.
  -Знакомьтесь, это Федор, наш водитель, а это наша новая учительница с сыном, -сказал Иван Иванович и обвел рукой сидящих в машине. Женщина вышла на улицу.
  -Дина, ой извините, Дина Михайловна, - сказала она, смутившись. – А это мой сын Мишка.
Из окна высунулась мордашка с огромными голубыми глазами.
  -Меня Михаилом зовут, а тебя как? – спросил он.
  -А меня зовут Варя.
  -Ты с нами поедешь, ты тоже новенькая? Нам дядя Ваня сказал, что мы с мамой новенькие, только я все равно новше, чем вы с мамой, я ведь еще маленький, значит, самый новый, потом ты новая, а мама последняя, вот, – и он весело засмеялся.
  -Ну, прощайтесь, нам пора ехать, – сказав это, Иван Иванович попрощался с провожающими и сел рядом с водителем, Дина Михайловна тоже села в машину.
  Мы стояли, смотрели друг на друга и не знали, что говорить, я первая не выдержала напряжения:
  -Дядя Саша, тетя Наташа, вы, пожалуйста, не думайте ничего плохого. Я все правильно решила, и мы с вами все правильно сделали. Надо, чтобы время прошло. Все наладится. Спасибо вам за все, спасибо, что понимаете меня. Да не волнуйтесь вы за меня! Живите спокойно, я вам очень благодарна, вы теперь для меня самые близкие люди, я вас очень люблю. Все, пока, я позвоню вам.
  Мы расцеловались, тетя Наташа снова заплакала, а у меня в груди снова появился кол, слез не было.
  Какое-то время в машине все молчали, даже Мишка затих, как будто он что-то понимал.   Когда выехали из города, ребенок потребовал остановиться, так как ему надо было в туалет. После остановки, начались разговоры, Мишка задавал кучу вопросов, что-то рассказывал, всем стало весело и спокойно. Ехали мы, периодически останавливаясь, часа четыре.
  С трассы давно свернули на лесную дорогу, когда лес закончился, машина остановилась, перед нами открылся изумительный вид - огромное озеро, на противоположном берегу стоял красивый двухэтажный дом, а в стороне от него большой поселок, в самом центре возвышалась аккуратненькая небольшая беленькая церквушка с золотыми куполами. После леса вся эта картина возникла так неожиданно, что мы дружно замолчали.
  -Ну как, красиво? – спросил Иван Иванович, в голосе его появились нотки волнения, он будто боялся, что кому-то может не понравиться увиденное.
Мы смотрели и ничего не могли сказать, так неожиданно появилась перед нами вся эта красота.
  -Вот сколько я здесь живу, а каждый раз, когда выезжаю из леса, сердце замирает от красоты этих мест. Не зря здесь усадьбу и поселок построили, лучшего места и придумать нельзя. Ну, чего молчите? Мишка, как тебе, нравится? – Иван Иванович говорил с волнением и гордостью, и было понятно, что здесь его дом, его жизнь, что он любит все это: и усадьбу, и поселок, и церквушку, и озеро, и луга, протянувшиеся за поселком, и людей, живущих здесь.
  -Господи, какая красота! – восторженно выкрикнула Дина Михайловна и вышла из машины.
  -Во здорово! Мам, а мы здесь будем жить? А в озере купаться можно? А рыба здесь плавает? А мы в каком доме жить будем? – Из Мишки вылетал вопрос за вопросом.
  -Здесь вы жить будете, Мишка, здесь! Мама твоя в школе работать будет, а твоя работа в детском саду, вон там видишь красная крыша, это наш детский сад, ты там ребенком работать будешь, - весело сказал Иван Иванович.
  -А разве ребенком можно работать? – удивился Мишка.
  -Конечно можно, мультик видел про крокодила Гену, так вот он работал в зоопарке крокодилом, а ты у нас в детском саду ребенком работать будешь, а потом в школу пойдешь, и будешь работать там учеником. А работать человек должен хорошо на любой работе. Ты хорошо будешь работать? – очень серьезно спросил Иван Иванович.
  -Хорошо буду работать, мне же еще потом надо в институте поработать. Мам, а можно я, когда поженюсь, папой работать буду.
  Мы расхохотались, а Дина Михайловна расцеловала сына и разрешила ему работать папой.
  -Варя, мы сначала Дину Михайловну завезем в поселок, а то Мишка уже устал, а потом поедем в усадьбу, ты не против? – спросил Иван Иванович.
  -Нет, я не против.
  -Варя, а ты в том красивом доме будешь жить? А можно я к тебе в гости буду приходить? – спросил Мишка и залез ко мне на колени.
  -Конечно, можно, и я к тебе буду в гости приходить, можно?
  -Ура! Мам, Варя к нам в гости будет приходить, я с ней договорился, – сказал он гордо. И мы снова все рассмеялись.
  -Забавный мальчишка, смышленый, – это произнес водитель Федор, он всю дорогу молчал, и я впервые услышала его голос.
  Поселок был уютный, везде порядок, чувствовалась рука хорошего хозяина. Аккуратные заборчики, выкрашенные в зеленый цвет, лавочки возле калиток, окна с резными ставнями. Вокруг было чисто.
  Мы подъехали к небольшому дому, из которого вышла пожилая женщина.
  -Здравствуй, Иваныч, здравствуйте, гости дорогие, как добрались? – слегка поклонившись, сказала она.
  -Нормально доехали, Петровна, вот постояльцев тебе привез, учительница Дина Михайловна, а это сынок ее, Михаил. А это Варя, новая жительница усадьбы. Ну, показывай жилище, люди с дороги, устали. Федор, Варвара, помогайте вещи в дом заносить, а ты, хозяйка, показывай, куда нести.
  Мы вошли в дом, и хозяйка показала Дине Михайловне комнату, в которой они  с Мишкой будут жить. Комната была большая, чистая, светлая, на полу лежали домотканые половики, на окнах висели белоснежные накрахмаленные кружевные занавески, комната была обставлена старой добротной мебелью. Посередине стоял круглый стол, накрытый кружевной скатертью, очень похожей на оконные занавески, приятно пахло мятой.
  -Вот, дочка, здесь и располагайтесь, мальчонка устал совсем, пойдем, я вас покормлю и надо его уложить, пусть отдохнет немного. Иваныч, давайте все на кухню, перекусите с дороги, – и она повела нас всех на кухню.
  -Что, Зоя Петровна, никак ты не хочешь еду на плите готовить, всем плиты поставили, а ты все в печке, в чугунке, по старинке, - с укором сказал  Иван Иванович.
  -Ой, Иваныч, да разве ж на плите такие щи сваришь, в печи и жар другой, и дух печной, разве на плите так щи упреют, ты вот попробуй, тебе небось Мария таких щей на плите не наварит. Печку-то сломали у себя, что ль? – говоря это, она наливала нам щи из чугунка,  который только что достала из русской печки.
  -Нет, печку Мария сломать не дала, да я и сам понимаю, что вокруг печи весь дом держится, это я так, для порядка,- он отхлебнул щей. – Да, знатная еда, а ну, гости, давай налетай, вы такого не едали поди. Хлеб-то берите, Петровна хлеб сама печет, магазинный не признает.
  Щи были очень вкусные, потом была тушенная с мясом картошка, тоже приготовленная в печке.
  Когда подали топленое молоко, Мишка радостно закричал: – Мама, смотри, какаву дают!
  -Нет, внучек, это не какао, это молоко топленое. Ты попробуй, вкусно и полезно очень, –ласково сказала Петровна и погладила Мишку по голове.
Мишка сделал один глоток:
  -Вкусно, я такое молоко никогда не пил.
  -Ну вот, а теперь всегда будешь пить, это очень полезно, будешь пить молоко и быстро вырастешь большим и здоровым. Давай допивай и пойдем, я тебя положу отдохнуть, а то у тебя уже глаза закрываются:
  -Мишка допил молоко, Петровна взяла его за руку и повела в комнату.
  -Ну и нам пора в усадьбу ехать, – Иван Иванович встал из-за стола.
  -Вам если чего помочь по хозяйству надо, так вы обращайтесь без церемоний, я всегда, чем могу, помогу, – сказал Федор Дине Михайловне, при этом он слегка покраснел и поспешил выйти на улицу, не дождавшись ответа.
  За этот день я во второй раз услышала его голос.
  Вернулась Петровна.
  -Только к подушке приложился и сразу уснул, – сообщила она Дине Михайловне.
  -Спасибо вам, Зоя Петровна, - Дина Михайловна подошла к Петровне обняла ее и поцеловала, потом повернулась к Ивану Ивановичу. -  А можно я с вами поеду, посмотрю на усадьбу, пока Мишка спит.
  -Поехали, посмотришь, где и как ученики твои живут, с директором познакомишься. Поехали.

  Территория усадьбы была огорожена забором из металлических прутьев. На территории было чисто. От ворот к дому тянулась дубовая аллея.
  На крыльце дома стояла невысокая женщина.
  -Знакомьтесь, это директор усадьбы Тамара Викторовна, – представил женщину Иван Иванович. - Тамара Викторовна, вот привез вам новую воспитанницу, зовут ее Варвара, – он слегка подтолкнул меня вперед.
  -Здравствуй милая, – Тамара Викторовна перекрестила меня и поцеловала. – Добро пожаловать в нашу усадьбу.
  -А я - Дина Михайловна, новая учительница, буду преподавать в школе математику, - представилась Дина.
  -Очень рада с вами познакомиться, – добродушно улыбнувшись, сказала хозяйка усадьбы. – Ну, пойдемте в дом, посмотрите, как мы тут живем.
  Пока мы разговаривали, пока проходили в дом, я наблюдала  за Тамарой Викторовной.
  Была она худощавая, лицо строгое и очень красивое, на строгом лице светились глаза, взгляд добрый, немного насмешливый; аккуратно уложенные седые волосы. Говорила она медленно, четко выговаривая слова. Одета была в темно-синюю юбку и белую блузу, к которой брошкой было прикреплено красивое кружевное жабо, на плечи накинут платок-паутинка из белого тонкого пуха. Я попыталась представить себе ее в домашнем халате и не смогла, халат ей совсем не подходил.
  Мы вошли в дом. В просторном холле было светло и разноцветно. На полу лежали коврики ручной работы, похожие на те, которые мы видели в доме у Петровны, на беленых стенах висели изумительной красоты гобелены, плетеные панно, вышитые картины, все помещение напоминало выставку народного творчества. Это было так неожиданно, так ярко и разнообразно, что мы стояли посередине холла и крутили головами то в одну, то в другую сторону.
  Тамара Викторовна дала нам возможность все рассмотреть. Потом негромко хлопнула три раза в ладоши: – Ну что посмотрели? У нас еще много всякого интересного, пойдемте, я покажу комнату, в которой Варя будет жить.
  Комната располагалась на втором этаже. Была она просторная, там стояло четыре кровати, четыре письменных стола и большой шкаф. Кровати были застелены лоскутными покрывалами, в изголовье лежали подушки в белоснежных наволочках с кружевами ручной работы, на окнах висели такие же кружевные занавески, на полу - все те же домотканые коврики.
  -Кто же делает такую красоту? - спросила Дина Михайловна.
  -Это наши девочки все делают, - сказала Тамара Викторовна. - А руководит ими Зоя Петровна, вы с ней уже познакомились. У нас тут и вяжут, и шьют, и плетут, и все что душе угодно. Учеба не всем дается, а рукоделие никому еще в жизни не мешало, может, для кого-то это будет единственным куском хлеба в жизни. Мы гуманитарную помощь получаем из Германии, там у Ивана Ивановича друг живет, он нам и помогает. Одежду нам привозят, обувь. Ну, одежда разная бывает, все хорошее дети наши носят, а что похуже, девочки наши пускают на материал для своих работ. Одеяла у нас ватные были старые, сверху все протерлись, а ватин внутри хороший, они и придумали сшить лоскутные одеяла, когда это закончили, решили подушки украсить, потом занавески сделали, а потом и до ковриков дело дошло. Когда всю усадьбу украсили, приехал друг Иван Иваныча к нам с очередной гуманитарной помощью, увидел всю эту красоту и предложил передать часть изделий в Германию. Иван Иванович к вопросу подошел серьезно, создал в поселке кооператив из старушек поселковых, они у нас большие рукодельницы, все зарегистрировал как положено, и наши девочки теперь свои изделия сдают в кооператив, кооператив нам материальную помощь оказывает, для деток наших сберкнижки завели, деньги туда перечисляют, к окончанию учебы, на первое время, у каждого есть свои сбережения. Мальчишки наши в свободное время работают в совхозе, кто в ремонтных мастерских, кто в кузнице, кто в столярном цеху. Конечно, учебе у нас отводится основное время, но и к делу приучать ребят не лишнее. Не все дальше смогут учиться в высших учебных заведениях, а когда рабочая специальность в руках – это уже много. Ты, Варвара, подожди, тоже заразишься рукоделием, здесь тебя всему научат. Хочешь научиться?
  -Очень, хочу, только боюсь, у меня не получится.
  - Тамара Викторовна, а можно и мне поучиться? - с дрожью в голосе спросила Дина Михайловна. - Это же просто прелесть как интересно, шить я немного умею, вяжу простенькие вещички для Мишки, но хочу научиться и коврики делать и занавески кружевные, и одеяла лоскутные.
  -Конечно, можно, к нам по вечерам и по выходным поселковые женщины приходят и дочек своих приводят, мы никого не гоним, всем рады. Это же здорово, когда все вместе.
Дина Михайловна обвела комнату рукой:
  -Уютно у вас здесь, а главное все сделано руками самих воспитанников. Дом чистый, территория убрана, порядок везде, это тоже все ребята?
  -А больше некому, Дина Михайловна. Мы ребят собрали и сказали им, что это их дом и только они сами могут сделать его теплым, чистым, красивым, уютным, - Тамара Викторовна засмеялась. - После этого сбора они ко мне по очереди прибегали с разными идеями, потом я им предложила подавать заявки в письменном виде. Затем мы снова собирались и обсуждали, что в первую очередь надо сделать. Ох, давно это было. Теперь все новенькие вливаются в нашу трудовую жизнь. По-разному вливаются, кто-то ничего делать не хочет, кто-то поработает и бросает, а потом, когда видит, что все что-то делают, не может остаться в стороне, коллектив все-таки. Вот завтра воскресенье, посмотрите, что здесь твориться будет. Каждый выходной девчонки наши пироги пекут, всеобщее чаепитие у нас по воскресеньям. Поселковые тоже приходят, вот и Иван Иванович частый гость, и вы, Дина Михайловна, приходите, посмотрите, с ребятами познакомитесь, пирогов поедите.
  -Спасибо, мы с сыном обязательно придем.
  -Ну что, ты, Варя, размещайся, вот твоя кровать, там, в шкафу найдешь свободное место, в общем, не маленькая, сама разберешься. Наши все в клубе, кино там сегодня привезли, - она посмотрела на часы. - Скоро начнут собираться, познакомишься с ребятами. Дина Михайловна, если хотите, я вам всю усадьбу покажу.
  -Спасибо, Тамара Викторовна, я еще успею здесь все посмотреть, я лучше Варе помогу вещи разобрать, а потом мы с ней по аллее прогуляемся, пока не совсем стемнело.
  -Хорошо, пройдитесь, подышите свежим воздухом, на дубы наши полюбуйтесь. Пойдем, Иван Иванович, не будем им мешать.
  Дина Михайловна помогла мне разобрать вещи и мы пошли гулять.
  -Дина Михайловна, посмотрите, какой крепкий, огромный дуб, он здесь самый толстый, интересно, сколько ему лет. Мне кажется, что если к его стволу прижаться, то сила дерева войдет в мое тело. Давайте попробуем, а вдруг это правда.
  -Давай попробуем, - Дина Михайловна подошла к дубу и обхватила его ствол руками.
  Я подошла с противоположной стороны и сделала так же. Мы долго стояли, прислонившись к стволу дерева, и молчали, каждая думая о своем.
  Я думала о том, что мне нравятся все эти люди, с которыми я уже познакомилась, и не могут не понравиться все те, кого я еще не знаю. Мне нравится все вокруг: и озеро, и поселок, и усадьба - все пропитано теплом, уютом, добротой. Вспомнился тот человек, которого я встретила в парке и его слова: «Все в твоих руках, а люди хорошие, которые захотят тебе помочь, всегда найдутся, их на свете больше, чем плохих».
  Я сама не заметила, как из глаз полились слезы. Я стояла, прижавшись к стволу дуба, и плакала, сама не знаю от чего, то ли от несчастья, которое со мной случилось, то ли от радости, что встретила хороших, добрых людей, толи от всего сразу. И вдруг с противоположной стороны дерева я услышала тихие всхлипы и поняла, что там тоже текут слезы. Так мы с Диной Михайловной стояли, прижавшись к стволу дуба, и тихонько плакали, каждая о своем.
  -Дина Михайловна, вы от горя плачете или от счастья? - спросила я, всхлипывая.
  -Наверное, от всего сразу. Последнее время нам с Мишкой было так тяжело, что я думала, не смогу справиться, случайно познакомилась с Иваном Ивановичем, и все переменилось.  Казалось, я уже до края дошла, дальше некуда, а вот посмотри: вся обстановка вокруг располагает к полноценной счастливой жизни, за что-то мне было послано это спасение, и Мишка в восторге. Люди хорошие вокруг, тепло от них исходит, святые они, что ли? – она помолчала немного, а потом спросила, - А ты о чем плачешь?
  -Знаете, дети, когда рождаются, плачут, и никто не знает, от радости они плачут или от чего-то другого. Вот и я рождаюсь заново. Странно все устроено, сначала жизнь шла в одном направлении, и вдруг все переменилось, новая жизнь, новые люди вокруг, наверно, всем этим кто-то там наверху управляет. Вы верите, что там есть кто-то, кто всем управляет?
  -Верю.
  -И я верю. Может, мои родители там попросили за меня, и вот я здесь.
  -Девочка ты моя, страшно тебе, наверное. Не бойся, все хорошо будет, вместе теперь справляться со всем будем. Мне как-то спокойно теперь стало, и за себя спокойно, и за Мишку, и за тебя, – Она оторвалась от ствола, подошла ко мне и крепко прижала к себе
  -Все в моих руках, все в моих руках, все в моих руках, - повторяла я про себя как заклинание.
  Быстро темнело.
  Дина Михайловна взяла меня за руку, и мы пошли в дом.
  Навстречу нам вышел Федор:
  -Ну что, домой пора ехать, мальчик наверно уже заждался вас.
  -Да, пора. Варя, мы с Мишкой  завтра обязательно придем, выспимся и сразу придем, не скучай, все у нас с тобой получится.
  Они пошли к машине, где их уже ждал дядя Ваня. Помахали мне и уехали. Я немного постояла на крыльце и пошла в дом.
  Вскоре начали собираться обитатели усадьбы. Вошло сразу много ребят, и в нашей комнате стало тесно. Ко мне подходили, знакомились, спрашивали меня,  кто я, откуда, как сюда попала, хорошо ли я учусь, нравится ли мне здесь. Я не успевала отвечать на вопросы.  Было весело и хорошо. Кто-то повел меня показывать другие комнаты, потом все пошли в столовую, из-за кино ужин немного отодвинули на более позднее время. На столы накрывали сами, из взрослых никого не было. После ужина все занялись уборкой столовой, несколько девочек пошли мыть посуду. Через некоторое время в столовой было все убрано и вымыто. Я тоже помогала убирать посуду со столов. Никто не отлынивал от работы, никто никого не подгонял, все сделали быстро. Мне устроили экскурсию по дому. Показали мастерские, там стояло несколько швейных машинок, какие-то приспособления, наверное, для плетения кружев. На стеллажах лежали изделия, которыми девочки хвастались передо мной.
  -Ты тоже так сможешь, мы тебя научим, сначала не все получается, но зато потом оторваться невозможно.
  Затем мы снова ходили по комнатам, где мне опять представляли ребят, но я даже не пыталась запомнить всех по именам, мне просто было весело и хорошо.
  Утром я проснулась от колокольного звона. Я поняла, что звонят в поселковой церкви.  Мои соседки еще спали, никто никого не будил, наверно, в выходной разрешается поспать подольше. Я лежала с закрытыми глазами и слушала переливы колокола.
  Через некоторое время в коридоре зашумели, хлопали двери, раздавались голоса, мои соседки проснулись, начинались хлопоты, простые житейские хлопоты.
  Завтракали снова все вместе, и так же, как после вчерашнего ужина вся столовая была приведена в полный порядок.
  Вскоре стали собираться поселковые женщины со своими девочками, пришла Дина Михайловна с Мишкой. В мастерских стало шумно, стрекотали швейные машины, рукодельницы переговаривались между собой. Нам с Диной Михайловной было велено внимательно смотреть за тем, что делают другие, потом выдали ножницы и дали первое задание: нарезать полоски ткани для домотканых ковриков. Мы с радостью приступили к работе, Мишка нам тоже помогал.
Вечером меня пригласила к себе Тамара Викторовна.
  -Ну, как тебе здесь, нравится? – спросила она, когда я вошла к ней в кабинет. - С ребятами познакомилась?
  -Да, спасибо, все хорошо, мне все у вас нравится.
  -Ребята у нас хорошие. Ты постарайся с ними подружиться. Малышей у нас нет, только старшеклассники, судьбы у всех непростые, жизнь у каждого была не очень радостная. Но, как я говорю, «после бури и дождя всегда наступает хорошая погода».

  Так началась моя жизнь в усадьбе. Мы ходили на занятия в поселковую школу, потом делали уроки, занимались уборкой в доме и на территории, рукодельничали, пекли пироги. По вечерам. Тамара Викторовна собирала всех желающих в библиотеке и читала нам книги. Многое из того, что читала нам наша Тамара, было прочитано мной раньше, но все эти произведения в ее исполнении воспринимались совсем по-другому. Раньше, дома, включив радио, я иногда попадала на радиопостановки, мне очень нравилось их слушать. Делаешь что-нибудь на кухне и слушаешь, по телевизору не так интересно, там видишь лица персонажей, их одежду, обстановку, в которой они находятся и то, что видишь на экране, не всегда совпадает с тем, что хотелось бы видеть, а когда слушаешь, можно все представить так, как хочешь сама.
  Чтение Тамары Викторовны было ничуть не хуже радиопостановок. У нее была хорошая дикция и актерские способности. На библиотечные чтения ребята ходили с удовольствием, с собой брали рукоделие. Без дела никто не сидел, кто-то рисовал, кто-то вязал, кто-то шил, вышивал, что-то мастерил. Иногда Тамара Викторовна читала нам письма бывших воспитанников. Писем приходило много, из разных мест. У нее даже был заведен архив, на папках были написаны фамилии ребят и их адреса. В соответствующую папку по мере поступления подшивались письма. Некоторые из них Тамара читала нам в библиотеке. Ребятам разрешалось брать папки из архива и читать письма самим. Мы очень радовались, когда приходили хорошие известия, потому что эти люди вышли из нашей усадьбы, это наши старшие братья и сестры, мы гордились ими и переживали за них.
  Вспоминая эти наши библиотечные вечера, я всегда восхищалась мудростью нашей дорогой Тамары. Она понимала, что надо расширять кругозор своих подопечных, но заставить многих из нас качественно учиться в школе, а еще и дополнительно читать книги,  было трудно, и она придумала эти замечательные литературные чтения. На это мероприятие было отведено конкретное время с 20.00 до 21.45, затем все отправлялись готовиться ко сну. Каждый раз, когда наступало время окончания чтений, Тамару Викторовну начинали упрашивать почитать еще хоть капельку, но она была непреклонна, время закончилось, и все должны были идти спать. В комнатах еще долго обсуждали услышанную историю, додумывали, что там будет дальше, а на следующий день с нетерпением ждали, когда будет продолжение.
  В усадьбе было несколько телевизоров, видеомагнитофон, но никто их не смотрел, все ждали чтения книг и писем в библиотеке.
  Нам не давали скучать, мы всегда были заняты какими-то делами, и это тоже заслуга Тамары Викторовны. Наши двоечники и троечники были настоящими мастерами, они умели делать все. Тамара Викторовна считала, что учеба, это не самое главное в жизни, если посещаешь уроки и выполняешь там задания, этого для многих наших ребят было вполне достаточно. Трудовое воспитание гораздо важнее. Хороший слесарь, токарь, кузнец и т. д. ничуть не хуже академика. За своих выпускников Тамара Викторовна не переживала, на кусок хлеба они себе всегда смогут заработать. К окончанию школы мальчишки уже имели рабочую специальность, да и по хозяйству они умели делать все, что полагается делать мужчинам. Девочки умели готовить еду, печь торты и пироги, шить, вязать и делать множество всяких других вещей, которые должна уметь делать хорошая хозяйка.
  Иван Иванович часто привлекал нас к работе в совхозе, мы помогали на ферме, на прополке грядок, в теплицах. Конечно, не обходилось без неприятностей, бывало всякое, и хулиганили, и дрались, и пытались отлынивать от работы, но все эти коллизии очень умело разрешали Иваныч и Тамара. Их уважали, к ним прислушивались, а они, в свою очередь не заигрывали с нами, разговаривали как с равными. Многие часто бегали то к одному, то к другому посоветоваться по какому-нибудь вопросу.
  Свое свободное время, помимо рукоделия и прочих хозяйственных дел, я проводила в библиотеке. Нужно было много заниматься, для того, чтобы поступить в институт. Однажды Тамара Викторовна спросила у меня, достаточно ли в библиотеке литературы для моих занятий, я ответила ей, что у нас в Усадьбе хорошая библиотека и все, что мне нужно, я нахожу здесь. Она улыбнулась, обняла меня и сказала, что вспомнила наш разговор о том, как мне здесь нравится и я тогда ей ответила, что мне у ВАС нравиться, а сегодня я ответила, что У НАС В УСАДЬБЕ хорошая библиотека.
  -Я очень рада, Варенька, что теперь ты говоришь «у нас», спасибо тебе за это, мне приятно слышать, что наша Усадьба стала тебе родным домом.


  Я сильно привязалась к Дине Михайловне, Мишке и Петровне, часто ходила к ним в гости.  С Диной Михайловной мы стали подругами. Она рассказала мне свою непростую историю.
Дина была единственной дочерью у своих родителей, это были уважаемые люди в небольшом провинциальном городе. Училась Дина хорошо, была победительницей всевозможных математических олимпиад. После окончания школы уехала в Москву, поступила в институт на математический факультет. В институте она познакомилась со студентом с третьего курса, влюбилась, через год родился Мишка, но жениться молодой человек не собирался, из института его отчислили за неуспеваемость, и он исчез из Дининой и Мишкиной жизни.  Родители не смогли смириться с позором дочери и отвернулись от нее. Помог ей преподаватель, у которого она училась, он очень уважал способную и трудолюбивую студентку и, когда ей понадобилась помощь, поселил ее у своей матери, которая жила в сорока минутах езды на электричке от города. Со своей женой он забирал Дину с малышом из роддома. Дина до сих пор не перестает задавать себе вопрос, почему родные мама с папой отказались от нее и внука, а совершенно посторонние люди помогали растить Мишку, сделали все, чтобы она окончила институт, чтобы смогла выстоять в этой непростой жизни, и при этом они не требовали ничего взамен. Дина окончила институт с отличием. Обременять своих покровителей она больше не могла и стала искать, куда бы можно было уехать с Мишкой, тут ее и познакомили с Иваном Ивановичем Ивановым. Он пригласил Дину на работу в поселковую школу, пообещал обеспечить жильем, и она с удовольствием приняла его предложение.
  -Ты знаешь, Варя, я часто думаю о том, как моя судьба перекликается с судьбами наших ребят из усадьбы. Разница только в том, что у них родители пьяницы, наркоманы, осужденные, а у меня всегда была хорошая семья. Наверно мои родители придумали себе какую-то сказку о том, какой я должна была стать, а я не оправдала их надежд, опозорила на весь город. Сначала я пыталась им что-то объяснить, наладить отношения, хотела приехать, показать им Мишку, но мне было заявлено, что, опозорив семью, я им больше не дочь и никакого внука у них нет. Больше я им никогда не звонила и не писала.
  -Дина Михайловна, может надо снова попробовать с ними связаться, все им объяснить, ведь сейчас вы нормально устроились и вам не нужна их помощь. Надо чтобы они просто узнали о том, что у вас с Мишкой все хорошо, - говорила я ей, а сама думала, что, если бы можно было что-то сделать, чтобы вернуть моих родителей, я бы в лепешку разбилась, чтобы быть вместе, но это невозможно. А у Дины есть возможность восстановить связь с мамой и папой, но она не хочет этого делать. Как же надо было больно сделать человеку, чтобы он отказался от своих близких людей.
  -Не знаю Варенька, я пыталась, но меня вычеркнули из состава семьи. Если мы с Мишкой им  понадобимся, они нас найдут.
  -И вы сможете их простить?
  -Когда было так тяжело, что выть хотелось, думала никогда не прощу, а сейчас, когда все понемногу наладилось, боль притупилась, осталась только горькая обида и вопрос «почему?», наверно, смогла бы. Кроме того, я ведь не знаю, как им самим жилось все эти годы без меня, может, им было еще хуже, чем мне. Конечно, я сделаю еще попытку наладить с ними отношения, но не сейчас, я пока не готова.
  -Тамара Викторовна говорит, что очень важно, чтобы в жизни были люди, к которым всегда можно было обратиться за помощью, к которым можно прийти и днем и ночью, они всегда примут и всегда помогут. Тамара и Иваныч постоянно проводят с ребятами беседы о том, что поселок и Усадьба – это их дом, здесь ребят всегда помнят и всегда примут, если у кого-то из нас случиться беда, мы должны запомнить, что нам есть к кому обратиться, есть куда приехать. Я вчера на почту зашла, а там Иван Иванович кому-то из бывших воспитанников деньги отправляет, ребенок  там родился. Дина Михайловна, правда Тамара и Иваныч удивительные люди? – спросила я, заранее зная ответ Дины, но мне очень хотелось услышать добрые слова в их адрес.
  -Они не просто удивительные люди, они хорошие педагоги и психологи. Ты, Варя, уже многое знаешь про наших ребят, мало кто из них видел в прошлой жизни что-то хорошее. Многие боятся окончания школы и ухода из усадьбы, никто не знает, что их ждет там, во взрослой жизни. А Тамара Викторовна не просто проводит с ребятами беседы, она постоянно им внушает, что им есть куда приехать и есть, у кого попросить помощи, да ребята и сами видят, как здесь принимают своих бывших воспитанников, как им рады. Это очень важно, ведь ребята чувствовать себя начинают уверенно, потому что за ними стоят поселок, усадьба, Тамара, Иваныч, Зоя Петровна, а теперь еще и мы с тобой, Варвара, предлагаю подключиться к продолжению традиции усадьбы, поддерживать своих в любой ситуации, – она обняла меня.
  -Я всегда готова помочь, правда пока не знаю чем, но если потребуется, я не откажу никому в помощи, это я уже знаю точно.
  Мы с Диной часто разговаривали на разные темы, нам всегда было интересно вместе, Мишка радовался, когда я приходила к ним. Однажды вечером, когда я шла к ним в гости, Мишка подкараулил меня на улице.
  -Варвара, есть разговор, – он подошел ко мне, взял за руку и повел подальше от дома.
  -Ты куда меня ведешь?
  -Я же тебе сказал, есть разговор, серьезный. Вчера баба Зоя Петровна с соседкой своей разговаривала, а я нечаянно услышал, – он потянул меня за руку, чтобы я наклонилась к нему.
  -Мишка, а ты разве не знаешь, что подслушивать нельзя?
  -Варвара, как ты могла подумать, что я подслушивал, я случайно услышал, я уже измучился весь, мне тебе рассказать надо, а ты меня ругаешь, – он надулся и замолчал.
  -Ладно, говори свою случайно услышанную тайну.
  -Дядя Федор, который у Иваныча машину водит, часто стал около нашего дома останавливаться. Я давно заметил, подъедет, постоит, покурит и уезжает. Он в маму мою влюбился, ну и в меня, конечно, тоже, я это еще тогда заметил, когда нас сюда везли, помнишь? Он молчал все время, а когда говорил, то весь красный становился, а когда так, то это точно влюбился.
  -Мишка, ну откуда тебе знать, как это бывает, что ты выдумываешь? – я не могла сдержать смех.
  -Слушай дальше. Вчера вечером баба Зоя Петровна стояла с соседкой около дома. Дядя Федор мимо проходил, остановился, покурил, и ушел. Она и говорит, что совсем парень измаялся, ходит и ходит, а подойти да сказать боится, беда, говорит, с парнем,       – он точно скопировал Зою Петровну, приложил руку ко рту и покачал головой из стороны в сторону, получилось очень похоже и очень смешно.
  -Ты маме не говорил?
  -Варвара, ну я же большой уже, я же все понимаю. Мне просто надо было кому-то рассказать, а кроме тебя, никому не могу, маме ведь нельзя говорить. В общем, если он на нас жениться будет, то я не против, он мне нравится, главное, чтобы маме понравился, а может, она его тоже уже любит, только никому не говорит? Она тебе ничего не говорила? – он с надеждой посмотрел на меня в ожидании ответа.
  -Нет, малыш, она мне ничего не говорила. Маме можешь сказать, что Федор тебе нравится, но больше ничего не говори. Они сами должны разобраться, – я погладила его по голове, и мы пошли к ним домой.
  Около калитки стоял Федор и курил. Мишка оторвался от меня и подбежал к нему.
  -Здравствуй, дядя Федор, ты к нам в гости пришел? – весело крикнул Мишка, при этом он пританцовывал около Федора.
Федор рассмеялся, выбросил сигарету, взял  Мишку на руки и они обнялись. – Да, в гости к вам с мамой, можно?
  -Конечно можно, и Варя к нам в гости идет, правда Варь? – он сидел на руках у Федора и смотрел на меня своими огромными глазами, полными надежды на что-то ему самому еще непонятное.
  -Я зайду, но только на одну минуточку, мне уроки надо делать, – сказала я.
  Мы вошли во двор, у крыльца Федор немножко замешкался, но в этот момент дверь открылась и на пороге появилась Петровна.
  -Ой, гости дорогие, что же вы не проходите? Дина, Дина, ну где ты там, гости к тебе. - Она отошла в сторону, пропуская нас в дом, приговаривая при этом, – Ну вот и славно, ну давно бы так.
  Из своей комнаты вышла Дина Михайловна.
  -Откуда ж вас столько? Проходите, проходите, чай пить будем, – голос у нее немного дрожал, и, хоть она пыталась справиться с волнением, получалось у нее плохо.
Федор поставил Мишку на пол и, откашлявшись, произнес:
  -Дина Михайловна, я билеты купил в кино, приглашаю вас в клуб.
  -В кино-это хорошо, только не знаю, смогу ли я пойти, Мишку надо мыть, кормить и спать укладывать, да и Варя ко мне пришла, – она показала рукой в мою сторону и покраснела.
Все замолчали, просто стояли и смотрели на Дину. На выручку пришла Петровна.
  -Ты что это, девонька, от кино отказываешься, сходи посмотри, прогуляйся, а мы с Мишкой со всеми делами и без тебя справимся, правда, Мишка? – при этом она хитро улыбнулась и подмигнула ребенку, он сразу соскочил с рук Федора и, подбежав к матери, сказал: - Мам, ну ты чего, сходи в кино, мы тут сами справимся, а то ты все время работаешь да работаешь, а у нас еще Варвара немного побудет, ты побудешь немного? – снова меня пронзил взгляд огромных глаз, полных надежды.
  -Конечно, я побуду у вас немного, а вы идите, Дина Михайловна, отдохните.
  -Ну, хорошо, сейчас я только переоденусь, подождите меня, Федор, – она вернулась в свою комнату, а мы вышли во двор.
  Мишка от радости начал носиться вдоль забора, что-то весело напевая.

  Через два месяца Дина с Федором поженились. Все жители поселка и усадьбы были просто счастливы от этой приятной новости. Праздник получился незабываемый.
Через два дня после свадьбы Дина с Мишкой переехали в дом к Федору. По поводу переезда сильно переживала Зоя Петровна, привыкла она очень к Дине с Мишкой.
  Федор жил вместе с отцом и матерью, дом у них был большой, добротный. Дина очень волновалась, как ее  с Мишкой там примут. Но все волнения быстро прошли, им там были рады. Свекор со свекровью души не чаали в своей невестке и внуке.
  -Дина, ты счастлива? – спросила я ее.
  -Да, Варя, я очень счастлива. У меня есть семья, у Мишки есть отец, нам хорошо вместе, и я сделаю все возможное и все невозможное, чтобы так было всегда.
  -А ты сообщишь своим родителям о том, что вышла замуж?
  -Конечно, сообщу, только не сейчас, немного позже обязательно напишу им.
  -А мне вчера в Усадьбу дядя Саша звонил, у них мальчик родился, тетя Наташа еще в роддоме лежит. У них тоже радость в семье. Здорово, когда все счастливы, правда? – я обняла Дину и так мы стояли обнявшись, пока нас не окликнул Мишка.
  -Вы чего тут, плачете, что ли? – спросил он, просунув голову в дверь.
  -Нет, Мишка, мы не плачем, мы радуемся, потому что все хорошо, – я подмигнула ему, а он вприпрыжку подбежал к нам, залез на стул и обнял нас обеих.
  -Я тоже с вами буду радоваться, можно?
Мы с Диной весело рассмеялись.

  Закончился учебный год, наступили летние каникулы. Ехать домой я не захотела, что делать в городе, когда здесь и свежий воздух, и солнце, и озеро. Дядя Саша с тетей Наташей сначала даже обиделись на меня, но потом приехали в поселок и прекрасно у нас отдохнули, а главное, их малыш Сергей целыми днями был на свежем воздухе.
  Дина ждала ребенка. Федор с Мишкой водили вокруг нее хороводы, предупреждая все ее желания и капризы, а она смотрела на них сквозь слезы от счастья.
  Тамара Викторовна частенько приглашала меня к себе на беседы. Она много рассказывала о себе, расспрашивала меня о дальнейших планах, давала мне советы. Я любила общаться с ней. Рядом с ней было тепло, уютно, от нее исходили доброта и любовь.
  День за днем я все больше приобщалась к рукоделию. Шила, вязала, вышивала, каждый день проходил с девизом «ни дня без строчки» (на швейной машинке).

  Годы учебы пролетели быстро. Некоторые из наших воспитанников остались жить в поселке, остальные разлетелись кто куда. Я вернулась домой. К моменту моего возвращения наша квартира была свободна, дядя Саша с семьей вернулись в свое жилище, мама тети Наташи удивительным образом вышла замуж и переехала жить к своему мужу.
  Первые несколько дней я ходила по квартире из угла в угол, прикасалась к вещам, попадавшимся на моем пути, сидела то в одном, то в другом месте, открывала и закрывала дверцы шкафов, брала с полок книги, перелистывала их и снова ставила на место. Я вернулась домой. Это мой дом. Меня беспокоило странное чувство, какая-то неуверенность в том, что я дома, я все время убеждала себя в том, что я дома, что Усадьба далеко, и я теперь буду жить здесь, и это мой дом. Постепенно жизнь налаживалась. Я постоянно загружала себя работой. Конечно, основное время уходило на занятия, надо было поступать в институт, но как только занятия заканчивались, я старалась занять себя уборкой, чисткой, мытьем, стиркой, я как будто снова приучала себя к своему дому. Теперь, когда вернулась, поняла, как правильно я поступила, что уехала отсюда на несколько лет.

  Во время вступительных экзаменов в медицинский институт я познакомилась с Марией и Павлом. Невысокого роста, худенькая, застенчивая, рыжая девчонка и огромный, крепкий чернявый парень, похожий на медведя. Как-то так получилось, что мы сразу стали держаться вместе. Вместе сдавали экзамены, вместе поступили и вместе учились в институте. Пашка жил недалеко от меня, а Маша была приезжей и жила в общежитии института. Мы часто потом пытались вспомнить, как произошло наше знакомство, но у нас ничего не получалось. Было такое впечатление, что мы сразу поняли, что нам надо быть вместе, просто сошлись в одной точке и уже далеко друг от друга никогда не отходили. Группа у нас была дружная и веселая. Все часто собирались у меня дома, больше собраться было негде. У тех, кто жил в городе, дома были родители, братья, сестры, бабушки с дедушками, у тех, кто жил в общежитии, тоже особо не разгуляешься, а у меня никто не мешал. Машка часто оставалась ночевать у меня, а на втором курсе перебралась ко мне жить. Пашка бывал у нас каждый день, мы вместе занимались, вместе отдыхали, вместе подрабатывали. В институте нас по отдельности не воспринимали, и если кто-то встречал оного из нашей троицы, обязательно спрашивали о двух других, которых не было в настоящий момент рядом.
  Иногда наша троица проводила время дома у Пашки, его мама Светлана Васильевна полюбила нас с Машкой как родных. Ей нравилась наша дружба, нравились наши добрые, теплые отношения. Мы любили поболтать с ней про жизнь. Эта милая женщина обожала своего Пашку, которого она растила одна, без мужа, и в которого смогла вложить много хорошего.
  Конечно же, меня не забывал дядя Саша. Он сразу познакомился с моими друзьями, постоянно интересовался нашей успеваемостью в институте. Устроил нас к себе в клинику на работу. Каждый вечер он делал «контрольный звонок» по телефону, я должна была доложить о том, что произошло за день. Частенько трубку снимала Машка, и тогда докладывать приходилось ей. Мы подсмеивались над этими «контрольными звонками» дяди Саши, но всегда беспокоились, если система контроля по какой-либо уважительной причине давала сбой.
  Когда появлялась возможность, я уезжала в поселок. Сначала ездила одна, а потом Машка с Пашкой попросили, чтобы я взяла их с собой, и как-то так получилось, что это место им тоже стало родным. Приезжая туда, мы много времени проводили в Усадьбе, помогали Тамаре Викторовне, занимались с ребятами. Помогали Дине нянчиться с ее дочкой Дашей. Летом подрабатывали в совхозе. По вечерам бегали в клуб на танцы, потом гуляли до рассвета, а когда добирались до постели, то никак не могли уснуть.
  Постоянно болтали с Машкой о будущем. Как будем жить, за кого выйдем замуж, сколько детей у нас будет, как мы их назовем. В общем, мечтали о женском счастье.

  -Варя, скажи, тебе Пашка нравится?
  -Конечно, нравится, Маш, ну разве наш Пашка может кому-нибудь не нравиться.
  -Ты не поняла, о чем я тебя спрашиваю.
  -А о чем ты меня спрашиваешь?
  -Как ты к нему относишься, как к мужчине? – Машка опустила глаза, а потом совсем отвернулась и стала смотреть в окно.
  Я подошла к ней развернула ее к себе и увидела, что она плачет.
  -Почему ты спрашиваешь меня об этом? Что-то случилось?
  -Ты ведь понимаешь, о чем я тебя спросила, ответь мне, пожалуйста, для меня это очень важно.
  -Я очень люблю Пашку, я люблю его, как можно любить родного брата. Маш, ты последнее время стала избегать его, я это заметила, правда, не сразу поняла, что случилось, ты стала бояться оставаться с ним наедине, ты любишь его, да?
  -Да, Варя, я его люблю. Ты извини, что я тебе все это говорю, но мне кажется, что он неравнодушен к тебе, поэтому я и спросила тебя о твоих чувствах.
  -У меня к нему только те чувства, о которых ты знаешь, я тебе не соперница. Вы с Пашкой для меня родные люди, и я надеюсь, что так будет всегда, как бы ни сложилась жизнь. Я вас очень люблю. А Пашке, наверное, ты должна сказать о своих чувствах.
  -Нет, Варя, я подожду, пока он сам сообразит что к чему.
После этого разговора я стала часто оставлять Машу и Пашку вдвоем. Каждый раз, когда Паша приходил к нам, я находила причину исчезнуть из дома, а если планировался какой-то выход в люди, я под разными предлогами старалась не ходить с ними. Потом Пашка что-то заподозрил и потребовал объяснений, конечно же, я не выдержала и проболталась, взяв с него слово, что Маша ничего не узнает.
  -Паш, а ты сам-то как к Маше относишься? – спросила я его.
  -Знаешь, Варь, одно я давно понял точно, что одна из вас станет моей женой, правда, никак не мог понять, кто бы это мог быть. Когда ты стала оставлять нас с Машкой вдвоем, я решил, что у тебя кто-то появился, потом понял, что ты оставляешь нас с какой-то целью. Я большой, толстокожий, и до меня туго доходят ваши девичьи штучки, хорошо, что ты мне все объяснила. Машку я не обижу и ничего ей о нашем разговоре не скажу, не бойся. Только обещай больше от нас не бегать, я с Машкой объяснюсь, и все станет на свои места, договорились?
  -Договорились, Паша. Ты только поаккуратнее с ней, она заслуживает внимания, ласки и нежности. А то ты как бизон толстокожий, мы для тебя друзья-товарищи, отличные парни.
  -Все будет хорошо, сестричка, не волнуйся.
  Но я все-равно волновалась. Дня три ничего не происходило, а на четвертый день Машка сообщила мне, что Пашка и Светлана Васильевна приглашают нас к себе в гости.
  Когда мы вошли в их квартиру, я сразу все поняла. Все семейство было при параде, цветы, роскошный стол. Машка очень растерялась, но Паша быстро взял ее в оборот и за торжественным ужином сделал ей предложение выйти за него замуж, конечно, было подарено колечко и прозвучало признание в любви, Светлана Васильевна всплакнула на груди у будущей невестки. Свадьбу решили сыграть через два месяца.
  В то время мы уже окончили институт и получили распределение в клинику дяди Саши, где он был главным врачом.
  Свадебное платье для Маши мы сшили сами. На свадьбе было много гостей. Из Усадьбы приехали Иван Иванович, Дина, Фёдор и Мишка. После свадьбы Маша переехала жить к Павлу, а я осталась одна в своей большой квартире. Дома бывала редко, в основном пропадала в клинике, работа нравилась.
  -Варвара, завтра ты оперируешь с Кириллом Андреевичем, - сказал дядя Саша, - не волнуйся и не подведи меня.
  -Все будет хорошо, дядя Саша. Я буду стараться.
  Кирилл Андреевич – один из лучших хирургов нашей клиники. Высокий, красивый, поглядывающий на нас, молодежь, свысока. Все говорили, что на операциях он позволяет себе повышать голос на ассистентов, а если что-то идет совсем не так, может даже выгнать из операционной.
  К счастью, для меня все окончилось благополучно, я даже получила благодарность за хорошую работу, что удивило всех окружающих, на похвалы Кирилл Андреевич был скуп.
  -Варенька, вы молодец, работаете хорошо, мне было приятно с вами оперировать, спасибо, – сказал он мне после операции.
  -Спасибо, Кирилл Андреевич, я очень волновалась.
  -Нет, нет, никаких волнений, вы умница. И по этому поводу я приглашаю вас отметить наше удачное сотрудничество. Пойдемте-ка поужинаем в ресторане, я вас приглашаю, надо отметить наше знакомство и нашу совместную работу, – все это было произнесено так настойчиво, что я сразу согласилась, правда с условием, что заеду домой переодеться.
  В девять часов вечера Кирилл Андреевич ждал меня около моего дома. Увидев, наговорил кучу комплиментов, преподнес роскошный букет белых роз, потребовал, чтобы я обращалась к нему по имени и повез в ресторан. Вечер был потрясающий. За мной ухаживали так, как мне и не снилось. Я чувствовала себя королевой. Нежные, ласковые руки обнимали меня во время танцев. На ухо мне шептали удивительные слова, обволакивая приятным голосом. Я ничего не видела вокруг, находясь в состоянии гипноза, я только чувствовала прикосновение его рук и слышала его голос. Однако, когда Кирилл предложил продолжить вечер в более интимной обстановке, я словно очнулась и попросила отвезти меня домой. Настаивать на продолжении он не стал.
  Дома я еще долго не могла уснуть, все прокручивала в голове события этого дня.
  С этого момента Кирилл Андреевич стал за мной откровенно ухаживать, как потом выяснилось, в этом вопросе он был большим специалистом, но мне сие было неизвестно, и я просто таяла, как дурочка, от его красивого, умелого затаскивания меня в свою паутину.
  -Варвара Сергеевна, приглашаю вас на выходные съездить на дачу к моему другу. Отдохнем, попьем хорошего вина, поедим шашлычков, погуляем. Прошу не отказывать, – Кирилл закатывал глаза при озвучивании каждого намеченного пункта пребывания на даче.
  -Я думаю, что это не совсем удобно, Кирилл Андреевич, выходные надо проводить с семьей, женой и сыном, вам так не кажется? – сказала я и покраснела.
  -Варенька, для семьи мое отсутствие в выходной день не будет большой трагедией, кроме того, я имею право на тот отдых, который сам себе запланировал. Если вы не поедете со мной, я поеду один. Но мне просто необходимо, чтобы вы поехали со мной. Сделайте мне приятное, не отказывайте старшему коллеге.
  И я согласилась.
  На дачу мы приехали в 12 часов, в субботу. Кирилл приготовил шашлык, накрыл стол, я ждала, что его друг тоже вскоре подъедет, но мне сообщили, что мы будем только вдвоем. Затаскивание в паутину продолжалось целый день, к ночи я была готова ко всему, и это все - случилось.
  Так начались наши отношения с Кириллом. Это нельзя было назвать романом, скорее это был обыкновенный блуд как с моей стороны, так и со стороны Кирилла. Эта блудливая связь продолжалась около полугода. Конечно, происходящее между нами не могло остаться не замеченным в клинике, и при каждом удобном случае мне кто-нибудь обязательно сообщал о Кирилле Андреевиче нелицеприятные вещи по поводу его отношений с женским полом, впрочем, я об этом и сама знала.
  То, что мы с ним не совпадали во взгядах на жизнь, было понятно сразу, но проживать с ним жизнь я не собиралась.
Чем дольше мы общались, чем чаще Кирилл раздражался по любому поводу.
  -Объясни мне, зачем ты все время ездишь в эту свою Усадьбу? Что ты там забыла? Я хочу, чтобы ты всегда была со мной, – говоря это, Кирилл злился и мне это не нравилось.
  -Кирилл, я думаю, что ты не совсем правильно выразился, ты хочешь, чтобы я была всегда под рукой, но я не твоя вещь, которой ты распоряжаешься по своему усмотрению, я сама по себе и делаю только то, что хочу я сама.
  Он злился еще больше, и нападки на меня продолжались с еще большим нажимом.
  -Варвара, ну почему, куда бы мы ни пошли, к тебе постоянно пристают какие-то людишки с какими-то дурацкими вопросами, как пройти, как проехать, где находится и прочие глупости. Почему они не подходят ни к кому, а только к тебе?
  -Кирилл Андреевич, наверно, это потому, что я им всегда отвечаю, - мой ответ прозвучал очень резко, и Кириллу это совсем не понравилось.
  -С тобой стало невозможно разговаривать, Варвара, я думал, что ты послушная девочка, а ты стала часто выпускать свои коготки.
Каждый день было что-то не так, я не так отвечала, не так на него посмотрела, не так реагировала на его слова.
  -Варя, почему мы все время должны встречаться на квартирах моих друзей, мы прекрасно могли бы проводить время у тебя дома, ведь ты живешь одна, и тебе ни перед кем не надо отчитываться? – спросил он однажды.
  -Простите, Кирилл Андреевич, но наши с вами отношения не позволяют мне приводить вас к себе домой. В моем доме и в моей постели окажется только мужчина, который станет моим мужем.
  -Ну, ты же знаешь, что я пока не могу на тебе жениться, мне надо решить все вопросы с женой, на сегодняшний день это не возможно.
  -Ради Бога, Кирилл Андреевич, я ни на чем и не настаиваю. Ваша семья – это ваша семья, и наши отношения к вашей семье не имеют никакого отношения. И упаси вас Бог решать что-то со своей семьей: ни вам, ни мне это не надо.
  Что-то мне все это стало надоедать.
  Первым из моих близких не выдержал дядя Саша.
  -Слушай, Варь, хватит уже этих отношений с Кириллом, ты прости меня, что я вмешиваюсь, но несерьезно все это, ну если ты сама не можешь разобраться, что он за человек, поверь мне на слово, не нужен он тебе. А может у тебя это серьезно? – дядя Саша испуганно посмотрел на меня в ожидании ответа.
  -Да нет, дядь Саш, это болезнь, и она уже проходит. Что там может быть серьезно? Голый секс и ничего больше. Я удовлетворила Ваше любопытство?
  -Нет, не умею я с тобой о жизни разговаривать. Наташка меня запилила, поручила мне  провести с тобой беседу. Ей самой надо было с тобой поговорить, вы, женщины, друг друга быстрее поймете.
  -Нет, с тетей Наташей я разговаривать на эту тему не буду, мне с вами проще, вы не поучаете, просто получаете информацию и ненавязчиво даете дельные советы, а она мне мораль читать будет. Я все понимаю: и что некрасиво это, и подло, и низко и …. что там еще? В общем, не волнуйтесь, я уже созрела для разрыва отношений, еще маленький толчок и все рухнет.
  Мы с дядей Сашей шли по коридору клиники в ординаторскую. Дверь была приоткрыта, подойдя к кабинету, мы услышали голоса. Разговаривали Кирилл и наша новая сестричка Нина. Мы, не сговариваясь, остановились возле двери и прислушались.
  -Как вам не стыдно соблазнять неискушенную девушку, Кирилл Андреевич? – Нина весело рассмеялась.
  -Ниночка, я просто убит наповал вашей красотой, ну почему бы нам не поехать сегодня на дачу к моему другу, ничего плохого, поверьте, посидим, поговорим, кофе попьем.
  -Ой, я даже не знаю, удобно ли это.
  -А чего неудобного, мы взрослые люди, имеем право на отдых после тяжелого трудового дня.
  Мы с дядей Сашей стояли под дверью и не решались войти в кабинет.
  -Вот и толчок, а вы дядя Саша переживали, все само собой решилось. Я пойду по парку прогуляюсь. - Входить в ординаторскую я не стала, а развернулась и ушла.
  Я сидела на скамейке и прислушивалась к себе. Мне хотелось разобраться, как я себя чувствую. Чувствовала я себя вполне нормально, даже стало как-то легко, как будто сбросила с себя тяжелый груз.
  По дорожке ко мне приближался Пашка.
  -Привет, родная, ты что здесь одна сидишь? Могла бы и меня позвать на прогулку, - он, подпрыгнув, плюхнулся на скамейку и чмокнул меня в щеку. – Как дела, что нового?
  -Дела отлично. Новостей нет. А ты, что такой веселый, скачешь, скамейку своим прыжком чуть не сломал?
  -У меня сегодня хорошее настроение. Я имею право быть в хорошем расположении духа? – он еще крепче обнял меня. - Вот посмотри на окна, никто даже не выглянет.  Варь, ну почему, когда я тебя обнимаю, ни одна собака внимания даже не обращает, а стоит только тебе с твоим Кириллом где-нибудь рядом оказаться, как вся клиника стоит на ушах? – он рассхохотался и чмокнул меня в щеку еще раз.
  -Вон Машка в окне появилась, машет, – я помахала ей, приглашая присоединиться к нам. Она помотала головой из стороны в сторону, давая нам понять, что еще не освободилась. Мы послали друг другу воздушные поцелуи, и Машка исчезла.
  -Ты знаешь, Варь, а ведь я тебе очень благодарен за Машку, мы с ней отлично совпали.   Из нее получилась замечательная жена.
  -Я за вас обоих очень рада, а главное, что ваш брак не развалил нашу дружбу.    Представляешь, у тебя другая жена, а у Машки другой муж. Еще неизвестно, как бы они относились к нашим отношениям, а так вы вместе и я с вами.
  -Вот выйдешь замуж, и еще неизвестно, как твой муж впишется в нашу компанию, - он снова расхохотался и снова чмокнул меня в щеку.
  -Хватит дурачиться, отдохнул, и пошли работать, - я попыталась встать со скамейки, но Пашка удержал меня.
  -Варвара, ты прости меня, наверно, я не имею права спрашивать, но ты мне, то есть нам с Машкой, не чужой человек, поэтому позволяю задать тебе вопрос о Кирилле, насколько все серьезно?
  -Ничего больше не будет, Паша, не переживайте вы за меня, все уже закончилось. Болезнь прошла, приступаю к новой жизни.
  -Что-то случилось?
  -Хватит дурью заниматься, блуд слишком затянулся, – я наконец встала со скамейки и потащила Пашку в клинику. Я очень надеялась, что в ординаторской не будет Кирилла, но увы… мои надежды не оправдались.
  Кирилл был в ординаторской с дядей Сашей.
  -О, сладкая парочка, вы так смело ходите в обнимку по больнице, что я даже позавидовал выдержке твоей жены, Павел, она тебя не ревнует к Варваре? Я вот, например, Варвару к тебе ревную, - Кирилл приблизился к нам и попытался снять руку Паши с моего плеча.
Пашка прижал меня к себе еще крепче, и снять руку Кириллу не удалось, тогда он подошел ко мне с другой стороны и тоже попытался меня обнять.
  -Варвара, я знаю, что ты уже освободилась, может, поедем, поужинаем вместе? Конечно, если Павел освободит тебя из своих объятий.
  -Спасибо, Кирилл Андреевич за приглашение, но у меня на вечер есть планы, - я отстранилась от обоих кавалеров и подошла к дяде Саше.
  -Я вам больше сегодня не нужна?
  -Нет, Варенька, можешь ехать. Если домой вернешься не очень поздно, позвони нам с тетей Наташей, ну а если поздно, тогда до завтра, - он одобряюще мне подмигнул.
  Я взяла свою сумку, подошла к Пашке: - Ты меня проводишь?
  -О чем разговор? Пошли, провожу тебя, а потом пойду Машку забирать, нам домой пора.
  -Всем до свидания,- мы вышли из кабинета, Пашка проводил меня до машины.
  -Вы мне вечером не звоните, ладно? Я домой поздно вернусь, а если вернусь рано, трубку снимать не буду, так что до завтра. Я вас с Машкой очень сильно люблю.
Мы попрощались, я села в машину и выехала со стоянки. Мне надо было куда-то уехать, чтобы Кирилл не смог меня найти. Решение пришло сразу: надо ехать к Димке. Дима, Дмитрий Владимирович, был на пятнадцать лес старше меня, но это не мешало нашей дружбе. Мы познакомились с ним, когда я подрабатывала в клинике и училась в институте, его жена лежала у нас. Ей запрещали рожать, так как у нее было серьезное заболевание сердца, но она рискнула и родила здорового мальчика, которого назвали в честь папы - Дима. Дима-большой был счастлив, три года он носил жену и сына на руках, боялся на них лишний раз дыхнуть, и все было вроде хорошо, но случилось несчастье: его жена умерла во сне от сердечного приступа. Дима-большой остался с маленьким сыном.
  Мы часто перезванивались, иногда я приезжала к ним в загородный дом, в котором они жили. Хозяйство в доме вела Димина мама, добрая, умная женщина. Дмитрий Владимирович много работал. Полтора года назад он оперировал одну даму – жену очень состоятельного человека, которая попала в серьезную автокатастрофу и сильно повредила лицо. Я видела ее фотографии до аварии, после аварии и после операции, это было чудо. Из месива, в которое превратилось ее лицо после аварии, Дима сотворил  не просто лицо, а лицо красивое. Муж дамы предложил финансовую помощь для строительства частной косметологической клиники, Дима согласился и сейчас занимался этим проектом. Строительные работы уже закончились, в клинике устанавливали оборудование, а Димка потихоньку занимался подбором персонала.
Жил Дмитрий Владимирович за городом, недалеко от кольцевой дороги. Я удивительно быстро выбралась за город.
  Как же хорошо приезжать в дом, где все тебе очень рады. Димка-маленький прыгал вокруг меня на одной ножке и кричал: – Ура, Варвара приехала!
  Димка-большой пытался поймать сына, но тот умудрялся выскальзывать и продолжал скакать.
Кое-как нам удалось успокоить мальчишку. Из кухни вышла мама Дмитрия Владимировича, Елена Ивановна.
  -Варенька, детонька моя, какая ты умница, что приехала, мы как раз ужинать собираемся. Иди мой руки и за стол.
  Ужин был долгим и шумным. Не виделись мы давно, у всех накопилась куча новостей, которыми хотелось поделиться. По очереди говорить не получалось, каждый пытался вставить свое слово, Димка-маленький постоянно пересаживался с коленей одного на колени другого и, конечно же, его новости были самыми главными. Было хорошо и весело.
  -Варенька, ты оставайся у нас ночевать, завтра с утра сразу на работу поедешь, я чувствую, что ты не просто так приехала, небось из дома сбежала от телефона и от непрошеных гостей, - Елена Ивановна мне хитро подмигнула.
  -От Вас ничего не скроешь. Вы правы, я сбежала. Останусь у вас с удовольствием.
  -Вот и хорошо, а то одни мужики вокруг, хоть будет мне с кем нормально поболтать, а то я измучилась совсем. Один весь в работе, приходит домой, слова не вытянешь, второй, наоборот, болтает без умолку, мне слово вставить некуда. Дима, ты бы женился. Варя, ты должна мне помочь его женить.
  -Нет уж, Елена Ивановна, с этим делом он должен сам разобраться, тут никакой помощи быть не может ни с чьей стороны. Вот сейчас свою клинику запустит, тогда и время на личную жизнь появится. Дима, я права? Пообещай нам с мамой, что ты женишься.
  -Девочки мои, я вам обещаю, что как только, так сразу женюсь, – он подхватил Елену Ивановну на руки и закружил по кухне.
  Потом бабушка ушла укладывать внука в постель, а мы с Димкой долго разговаривали  о его клинике.
  После того как мальчик уснул, мы снова собрались на кухне и еще долго разговаривали. Затем мы с Еленой Ивановной убирали со стола, мыли посуду. Спать разошлись поздно.
  Утром  в комнату, где я спала, ворвался Димка-маленький и начал меня будить.
  -Варя, Варя вставай, хватит спать, утро уже.
  -Ты что так рано встал? Иди поспи еще немножко.
  -Ага, я спать буду, а вы с папой на работу уедете, и я вас не провожу. Бабушка уже завтрак приготовила, вставай, папу я разбудил, он уже встает.
  Снова сбор на кухне, все шумели, смеялись. Димка-маленький пытался помогать бабушке, но получалось, что он все время мешается под ногами, Елена Ивановна постоянно спотыкалась об него, пыталась усадить за стол, но он продолжал носиться по кухне, переставляя с места на место чашки и тарелки.
  -Варь, ты меня до работы подбросишь?  У нас там сегодня междусобойчик намечается, не хочу машину брать.
  -Конечно, Дим, о чем разговор.
  Мы собрались, распрощались с домочадцами и поехали в город.
  -Варя, а  ты правда вчера сбежала из дома или это шутка?
  -Нет, это не шутка. Мне действительно надо было куда-нибудь спрятаться, чтобы никто не мог меня разыскать.
  -Мы вчера весь вечер разговаривали обо мне, о моей работе, о моих проблемах, а о тебе не поговорили. У тебя что-то случилось? Помощь моя нужна?
  -Спасибо Дим, ничего не нужно, у меня все хорошо, просто я решила немного жизнь свою подкорректировать, а до окончательной корректировки мне не хочется кое с кем встречаться вне работы и разговаривать по телефону.
  -Я понял, о ком ты говоришь. Если честно, то давно пора, извини, если лезу не в свое дело. Единственное, что могу тебе сказать, если ты приняла решение, не вздумай его менять, иначе потом самой будет противно, по себе знаю. Может, у нас поживешь, мама с  Димкой будут счастливы.
  -Нет, Дмитрий Владимирович, спасибо, я сама справлюсь. Как говорит моя дорогая Тамара Викторовна: - «После бури и дождя всегда наступает хорошая погода».
  -Ты давно в Усадьбу ездила, как они там поживают?
  -Месяца два назад была. У них все по-прежнему. Тамара Викторовна только сдавать стала в последнее время, возраст. Я ей предложила приехать, полежать у нас в клинике, но она наотрез отказалась, старая, говорит, в больницах лечиться, надо дома тихо и спокойно свой век доживать.
  После того как Дима был доставлен на место, я поехала на работу. У въезда на стоянку стоял Кирилл, он явно поджидал меня.
  -Варвара, доброе утро! А где это ты сегодня ночевала? Я к тебе вчера домой заезжал, потом всю ночь дозвониться не мог. Что за кошки-мышки, куда ты вчера пропала? – тон, которым он это сказал, был довольно резким.
  -Кирилл Андреевич, у меня были дела, и я не намерена перед вами отчитываться, где и с кем я бываю. А потом мне тон ваш не совсем приятен, вы вроде отчитать меня решили? – я попыталась уйти, но Кирилл поймал меня за руку и притянул к себе.
  -Послушай, девочка, от меня так просто не уходят, от меня уходят тогда, когда я этого хочу, а я пока этого не захотел.
  -Понимаете, Кирилл Андреевич, это, конечно, очень важно, чего не хотите вы, но, поверьте, не менее важно и то, чего не хочу я. Я не хочу больше продолжать наши отношения, да и отношениями это назвать трудно, так, иногда спали вместе. Возможно, тогда, когда все случилось, мне это было нужно, допускаю, что было нужно и вам, но прошло время, многое изменилось. Мне не хочется говорить банальные вещи про то, что мы можем остаться друзьями, нам работать вместе, поэтому надо поддерживать отношения в рамках отношений коллег по работе, большего не требуется. Кирилл, ты извини меня, но давай закончим этот разговор, я думаю, что ты все понял, мы не можем больше встречаться, - я выдернула свою руку и вновь попыталась уйти, но он меня снова задержал.
  -Смотри не пожалей. Как бы чего не вышло.
  -Ты что мне угрожаешь? Но это же глупо, ты ведь и сам должен понимать, что наша связь не может тянуться вечно. У тебя семья, мне надо свою семью создавать, я детей хочу рожать, я не могу, да и не хочу вечно быть твоей любовницей. Мы никогда не давали друг другу никаких обещаний, нам было хорошо в постели, но не более того. А жалеть я не буду, пожалеть можно только о том, что хочешь и можешь исправить. То, что было, исправить уже нельзя, оно уже было, а вот прекратить все это вполне можно, что я и делаю. Извини, но у меня через полчаса обход, пора идти, - он отпустил мою руку, и я пошла на работу.
  С этого момента моя спокойная жизнь закончилась. На работе Кирилл делал для окружающих вид, что у нас все по-прежнему, но когда заканчивался рабочий день, у меня начинался кошмар. Он ежедневно звонил мне домой, чаще эти звонки раздавались ночью, подстерегал меня то у дома, то около стоянки. Я понимала, что он не может смириться с тем, что наши отношения разорвала я. Но я все уже для себя решила и возвращаться к прежним отношениям не хотела. Три недели кошмара не прошли даром. Я здорово вымоталась за это время, к счастью через три недели напор Кирилла пошел на убыль, поговаривали, что у него возникли какие-то проблемы дома, и я получила передышку.

  Было уже около восьми часов вечера, в дверь позвонили,  я пошла открывать. На пороге стояла приятная женщина, ее лицо было мне очень знакомо, но я никак не могла вспомнить, кто это. Я вдруг поймала себя на том, что сильно волнуюсь.
  -Здравствуйте, вы Варя, – она сказала это утвердительно, как будто хотела меня убедить в том, что я действительно Варя.
  -Да, я Варя, а вы, простите, кто? – спросила я, отойдя в сторону и  пропуская ее в квартиру.
  -Меня зовут Ирина, я жена Кирилла, – произнеся это, она замерла, ожидая моей реакции.
  И я сразу вспомнила, конечно же, это жена Кирилла, я видела ее один раз на какой-то вечеринке, где были все наши сотрудники.
  -Что-то случилось с Кириллом Андреевичем? – спросила я. – Вы извините, я собиралась чай пить, может, составите мне компанию, пойдемте на кухню, там нам будет удобно.   Надеюсь, от чашки чая вы не откажетесь? – я еще что-то говорила без остановки, пока Ирина раздевалась, пока проходила на кухню, потом я наливала ей чай. Наконец, когда мы уселись за столом друг напротив друга, я замолчала. Наверно, надо было что-то говорить, но я не знала, что.
  -Вы так и не ответили, с Кириллом Андреевичем все в порядке?
  -Да, с ним все в порядке. Вы извините меня. Варя, что я пришла к вам. Я сейчас выговорюсь, и вы все поймете, только, пожалуйста, не перебивайте меня, поверьте, мне очень не просто было прийти к вам. У вас курить можно? – она достала из сумки сигареты и положила их на стол.
  Я молча поставила перед ней пепельницу. Она закурила.
  -Я знаю, что вы встречаетесь с Кириллом, и я никогда бы к вам не пришла, если бы не рассталась с ним. Я долго терпела его выходки, он всегда был любителем женщин, но у нас сын, которого надо было поставить на ноги, поэтому я терпела. Кирилл запрещал мне работать, когда-то я была хорошим врачом-косметологом, но после рождения Юры на работу я уже не вернулась. Конечно, я занималась своим любимым делом. У меня были подруги, которые нуждались в моей помощи, они приводили своих знакомых, те, в свою очередь, приводили своих, так что работа у меня была. В основном, я применяла народные средства, а сейчас все натуральное в большом почете. Так как Кирилл все время отсутствовал дома, он даже не знал, чем я занимаюсь. Сын вырос, он давно стал все понимать, собственно идею уйти от Кирилла мне подкинул наш взрослый сын. Это было года два назад, Юра увидел отца с какой-то женщиной, пришел домой сам не свой, видимо пока сам не видел, относился ко всему этому проще, но когда увидел своими глазами, что-то в нем надломилось. Мне была прочитана лекция о самолюбии, самоуважении, о том, что я молодая, красивая женщина. Тогда я сказала Юре, что нам с ним просто некуда идти. Конечно, на первое время можно было бы снять квартиру, но я не была уверена, что смогу быстро устроиться на работу, было страшновато. Месяц назад одна из моих подруг вышла замуж за американца и уехала к нему. Сдавать квартиру посторонним людям она не хотела, поэтому предложила нам с Юрой пожить у нее. Вы извините, я наверно, сумбурно рассказываю, но я просто хочу обрисовать вам всю ситуацию, так что потерпите еще немного. Собственно, я потому к вам пришла, что у нас с вами много общих знакомых, я хорошо знаю Александра Семеновича, его жену и многих, кто работает вместе с вами в клинике. Они все вас очень любят и говорят о вас только хорошее. Варя, я вас хочу предостеречь от Кирилла, он может быть очень ласковым с вами, обещать золотые горы, но при появлении очередной юбки он становится страшным, непредсказуемым человеком. У меня нет на вас никакой обиды, поверьте, все, что я чувствовала к Кириллу, давно прошло. Мне просто жалко вас стало, я не хочу, чтобы Кирилл сделал вам больно, а он умеет делать очень больно, остерегайтесь его Варя. Я допускаю, что с вашей стороны это серьезно, но, зная Кирилла много лет, я не верю, что это серьезно у него. Он никогда никого не любил, кроме самого себя. Поверьте, мне ничего от вас не нужно, просто я посчитала своим долгом предупредить вас.
Она замолчала.
  -Ирина, мы уже не встречаемся с Кириллом Андреевичем, вы просто давно не общались с нашими общими знакомыми, а то они сообщили бы вам эту новость. Мы расстались приблизительно месяц назад. Я, наверно, причинила вам много боли, вы простите меня, сейчас на всю эту ситуацию я смотрю с другой стороны и мне противно, что я в ней оказалась. Если можно, давайте не будем больше говорить о нем, думаю, нам обеим эта тема неприятна.  Чай совсем остыл, давайте я согрею чайник, – я встала, налила свежей воды и поставила чайник на плиту. Смотреть в глаза этой женщине мне было стыдно. То, что Кирилл бабник, каких мало, я поняла давно, я знала, что я не первая и не последняя его жертва, и, если бы была не я, была бы другая, но была я, и мне стыдно, что была именно я.
  -Как расстались? – было видно, что для нее услышанное стало неожиданностью.
  -Просто я решила, что нам не надо больше встречаться, и сказала Кириллу об этом.
  -Так это вы его бросили? Варя, вы должны быть очень осторожны, Кирилл вам не простит, что вы были инициатором расставания. Я бы никогда не стала вас пугать на этот счет, если бы сама не боялась последствий своего ухода. Я думаю, что он уже предпринял определенные шаги в отношении меня, во всяком случае, я уже испытываю сложности с устройством на работу. Я  встречалась с несколькими руководителями косметологических заведений, но, как только они узнают, что я жена Кирилла, мне отказывают в приеме на работу. Видимо, он уже провел соответствующую работу. Мне хотелось бы работать в серьезной, солидной клинике, но я много лет практиковала на дому, это важный аргумент для отказа, но поверьте, я хороший специалист, у меня есть свои клиенты, которые пользуются моими услугами много лет и уходить от меня не собираются, а наоборот, приводят ко мне своих знакомых, так что, придя на работу в клинику, я приведу туда своих клиенток. Я вижу заинтересованность всех, с кем мне пришлось общаться по поводу трудоустройства, но как только узнают мою фамилию, сразу находят кучу разных причин, по которым я не подхожу, хотя один врач мне честно сказал, что, так как я жена Кирилла,  он меня взять не сможет. Как бы и у вас не было проблем из-за Кирилла.
  Она была очень взволнована.
  -Так, не надо паниковать, он всего-навсего человек, а не Господь Бог, – в голове у меня уже созрел план, я должна была помочь этой женщине, я должна действовать.
  -Ирина, если вам не очень противно воспользоваться моей помощью, то я попробую для вас кое-что сделать. Я говорю, попробую, потому что человек, которому хочу позвонить по поводу вас, может тоже отказать в работе, но это будет отказ только по причине того, что его не устроит ваша квалификация, поверьте, он высококлассный специалист и порядочный человек, сейчас он открывает свою небольшую частную клинику и набирает косметологов, – говоря это, я очень боялась, что она откажется от моих услуг, вот сейчас она скажет «нет», и я буду до конца своих дней чувствовать себя дерьмом, хотя какая разница, что она мне ответит, да, я виновата перед ней и перед ее сыном, но исправить уже ничего нельзя, назад время не отмотаешь. Боже, что у меня творится в голове! Надо успокоиться и, если она откажется, найти другой способ, например, подключить к этому делу дядю Сашу, от его помощи она отказаться не сможет.
  -Я не знаю, Варя, удобно ли это, мне не хотелось бы вас утруждать, хотя если честно, то помощь мне нужна, сама я не очень хорошо справляюсь. Конечно, я вполне могу продолжать работать на дому, но хочется в коллектив, к людям, да и о старости надо подумать, когда-нибудь и пенсию надо будет получать. Это правда удобно, если вы позвоните своему знакомому?
  -Это меня нисколько не затруднит, и звонить ему мне удобно, потом кто знает, может, я делаю это не для вас, а для него, ему нужны хорошие специалисты, а о вас я слышала много хорошего от людей вполне компетентных в вопросах косметологии. Мы позвоним прямо сейчас.
  Я взяла телефон и набрала номер Дмитрия Владимировича. Трубку снял сам Дима-большой:
  - Слушаю вас.
  - Дмитрий Владимирович, здравствуйте, это Варвара вас беспокоит, – странно, что я так волнуюсь, даже голос дрожит.
  - Боже, что за официальный тон, Варя, почему на Вы? Наша многолетняя дружба дала трещину, и ты хочешь сообщить мне, что мы больше не друзья? Ты меня так больше не пугай.
- Дмитрий Владимирович, я вам по делу звоню, потому так официально.
  Его голос из телефонной трубки звучал как из радиоприемника, Ирина слышала, что он говорит, и я переживала, как бы он чего не ляпнул обидного в ее адрес.
  -Что случилось, какая-нибудь девица приревновала тебя к своему кавалеру и поцарапала твое прелестное личико? Не переживай, Варя, я все исправлю, будешь как новая, – он весело рассмеялся своей шутке.
  -Почти угадал, только не личико, а душу, а это по части психиатрии, не твой профиль. Ладно, Дмитрий Владимирович, пошутили, и хватит, я действительно по делу. Ты специалистов еще на работу набираешь?
  -Варька, неужели ты решила переквалифицироваться, я давно тебе говорил, приходи ко мне работать, ты хирург от бога, у тебя ручки золотые, а мозги платиновые, нам такие люди нужны, – и он снова засмеялся.
  -Дим, ну я очень рада, что у тебя сегодня хорошее настроение, ты это настроение сохрани до моего следующего приезда к вам в гости, повеселимся, а сейчас я действительно по делу.
  -Давай свое дело. Кого будешь сватать на работу? Мне нужны только толковые люди, так что, если что будет не по мне, не взыщи, откажу.
  -Тут дело такое, только без шуток, пожалуйста, и не перебивай меня, человек сидит напротив и слышит наш разговор, можно нечаянно обидеть, в общем, это жена Кирилла. Она от него ушла и сейчас пытается устроиться на работу, но ее никуда не берут, Кирилл подсуетился. Дим, я не хочу, чтобы ты мне делал одолжение и из-за нашей давней дружбы брал на работу человека, который тебе не нужен, но, если у тебя есть место, пожалуйста, поговори с ней и назначь встречу, зовут ее Ирина, передаю ей трубку, – я передала трубку Ирине и пошла в комнату, чтобы не мешать  их разговору.
  Через несколько минут ко мне вошла Ирина:
  -Варя, мы уже поговорили, Дмитрий Владимирович просит вас к телефону, – она протянула мне трубку и вернулась на кухню. Я пошла  следом за ней.
  -Алло, Дим, вы поговорили?
  -Да, дорогая, спасибо тебе, мы завтра встречаемся у меня в клинике, из того, что я услышал, мне все нравится, завтра увидимся и решим вопрос окончательно. Думаю, что все будет хорошо. Спасибо тебе.
  -Я буду рада, если удастся помочь вам обоим, Ирине в трудоустройстве, а тебе в приобретении хорошего специалиста. Надеюсь, завтра узнать окончательный результат.
  -Я тебе завтра вечером обязательно позвоню. Не забудь, ты обещала приехать к нам в гости.
  -Дим, я очень хочу приехать, но ты Дим Димычу пока не говори ничего, вдруг не получится приехать, он расстроится.
  -Ладно, буду хранить молчание, приедешь, будет ему сюрприз. Все, целую тебя, пока.
  -Пока, Дима, маме привет.
  Все время, пока мы разговаривали с Димкой, Ирина курила, когда разговор закончился, она погасила сигарету и засобиралась домой.
  -Вы извините меня, Варя, что я потревожила вас, странно, но мне было приятно с вами познакомиться, и спасибо вам за помощь. Я пойду, уже поздно.
  -Давайте я вам такси вызову.
  -Нет, не надо, - она подошла к окну. – У вас здесь рядом стоянка, я вижу там много машин, так что быстро доеду. Вам Дмитрий Владимирович сообщит о результате нашей встречи, но я вам тоже позвоню, если можно.
  -Да, конечно, звоните и спасибо вам за беспокойство обо мне, за предупреждение, я буду иметь в виду то, что вы сказали по поводу Кирилла. И еще, если вам понадобится моя помощь, любая помощь, пожалуйста, не побрезгуйте, звоните, приходите, я готова помочь всем, чем смогу.
  Я проводила ее, закрыла за ней дверь и слезы ручьем потекли из глаз. Если бы она пришла ко мне, чтобы оскорбить, унизить, пристыдить, было бы легче. Смешно, жена любовницу своего мужа пожалела, пришла об опасности предупредить. Как пакостно на душе. Да и ей, наверное, не лучше.

  На следующий день позвонил Димка. Рассказал, как он встретился с Ириной, как все было замечательно и какой она прекрасный врач и человек. На работу он ее берет с огромным удовольствием. Наговорил еще массу хороших слов в адрес своей новой сотрудницы.
Я не могла упустить возможность подколоть его: – Дим, а ты не влюбился часом, знаешь, бывает такая любовь, с первого взгляда называется?
  -А что, запрещено? Может и влюбился, имею право
  -Ой, да что ты, ради Бога, пусть все будут счастливы, я всегда за...

  Как только я положила трубку, телефон снова зазвонил.
  Звонила Тамара Викторовна из Усадьбы. Я очень удивилась и испугалась, она никогда мне не звонила, всегда писала письма.
  -Здравствуй, девочка моя, как твои дела?
  -Здравствуйте, Тамара Викторовна, у меня все нормально, спасибо. У Вас что-то случилось?
  -Нет, все в порядке, просто хочу тебя попросить, чтобы ты приехала в выходные, что-то я соскучилась по тебе. Конечно, если у тебя есть такая возможность.
  -Хорошо, я приеду в воскресенье, правда ничего не случилось? Я что-то волнуюсь.
  -Все в порядке, моя дорогая, не волнуйся. Это капризы бабушки-старушки, хочу тебя видеть, соскучилась.
  -Я обязательно буду у Вас в воскресенье, обещаю, целую Вас, до встречи.
  Как только Тамара Викторовна отключилась, я сразу перезвонила Дине.
  -Привет Дина.
  -Ой, Варька, привет, как ты там?
  -Да у меня все нормально. Слушай, мне сейчас Тамара Викторовна звонила, что там случилось, она просит меня в выходные приехать.
  -Ты приедешь? – голос у Дины изменился.
  -Я обязательно приеду, но еще два дня буду изводить себя, что случилось?
  -Вроде ничего не случилось, она сильно сдала в последнее время. Тамара ничего никому не говорит, но вчера проскочила фраза, что она хотела бы тебя увидеть. Я ей сказала, что позвоню тебе и попрошу приехать, но она отказалась, сама, говорит, позвоню. Я удивилась, однако настаивать не стала, ты же знаешь, она сделает так, как решила. Вот и все.
  -Хорошо, Динуль, я в воскресенье буду, поеду прямо  в Усадьбу. Целуй там своих, приеду, поболтаем.
  Воскресенья я ждала с большим нетерпением, кроме переживаний за Тамару Викторовну, еще добавились телефонные звонки Кирилла с угрозами в мой адрес. Нервы были на пределе.
  В Усадьбу я выехала очень рано и доехала до места удивительно быстро. Тамару я нашла в библиотеке. Выглядела она как всегда безукоризненно, только на меня смотрела потухшим взглядом.
  -Здравствуйте, Тамара Викторовна, я приехала. Что случилось, как Вы себя чувствуете?
  -Здравствуй, родная, не беспокойся, я себя пока еще чувствую, просто захотелось тебя увидеть, поговорить. Прости старуху, капризничаю я, сорвала тебя из дома в выходной день. Боялась, что не увидимся больше, подошло время мне уходить.
  -Ну что Вы такое говорите? У вас что-то болит? Может, надо отдохнуть, подлечиться?
  -Нет, Варенька, ничего этого мне не нужно. Просто побудь со мной немного.
  Целый день я провела в Усадьбе. Помогала Тамаре Викторовне разбирать бумаги в библиотеке, рассказывала о своих делах, она о новостях в Усадьбе. Читали последние письма бывших воспитанников, общались с ребятами, пили чай с пирогами. Был обыкновенный день, но меня не покидало чувство, что Тамара Викторовна позвала меня попрощаться.
  -Ты ночевать останешься или домой поедешь? – cпросила она меня вечером.
  -Поеду, завтра на работу.
  -Спасибо, что побыла со мной сегодня. Варенька, ты только не пугайся, но когда меня не станет, ты возьми письмо из своей папки в библиотеке, я там тебе все написала. Говорить ничего не буду, не жди, что хочу сказать, все написала.
  -Хотите, я никуда не поеду, побуду с вами еще завтра.
  -Нет, родная моя, поезжай. Ты была сегодня рядом со мной, я увидела тебя, послушала про твою жизнь, а то я последнее время стала что-то за тебя беспокоиться. Чувствую, что у тебя не все в порядке, ты мне не все рассказала, но если бы было что-то совсем плохое, не удержалась бы, проговорилась, а раз промолчала, значит, сама справишься, впрочем, ты всегда справляешься сама, не любишь никого беспокоить. Спасибо тебе за любовь ко мне, за внимание. Она обняла меня и поцеловала.
  -Тамара Викторовна, но мы же с Вами сегодня толком ни о чем не поговорили, может, я останусь до завтра?
  -Не надо ни о чем говорить, порой молчание гораздо ценнее. Ты ведь все понимаешь и все чувствуешь, а слова это только слова, главное то, что мы с тобой чувствовали сегодня. И не вздумай унывать, после бури и дождя всегда наступает хорошая погода. Ну, иди, тебе пора. Счастливо тебе, - она поставила ударение на первом слоге слова «счастливо», где-то я уже это слышала.
  Моя машина стояла за территорией, я шла по дубовой аллее парка, а Тамара Викторовна стояла на крыльце и смотрела мне вслед.
  К Дине я заехала на полчаса. Говорить ни о чем не хотелось. Посмотрела на детей и собралась уезжать.
  -Варь, что она тебе сказала? - Дина долго держалась и все-таки задала этот вопрос.
  -Она позвала меня, чтобы попрощаться.
  -Но ведь это бред, Тамара ничего не может знать.
  -Может, Дина. Одна все чувствует, она скоро уйдет от нас, у нее ничего не болит, но глаза потухли, как будто окно в доме, горело-горело и потом там выключили свет, - я повернулась к окну и показала на противоположный дом.
  -Как ты можешь об этом так спокойно говорить, надо что-то делать, Варя, что с тобой? - она взяла меня за плечи и повернула к себе лицом. Мы долго смотрели друг другу в глаза.
  -Прости меня, Варька, прости, что-то я сегодня плохо соображаю.
  -Дин, ты не обижайся, но я поеду, никаких разговоров, ни сегодня, ни завтра не получится.
  -Ты только осторожно на дороге, не спеши и позвони когда, приедешь домой.
  -Дин, поздно уже будет, ну что я буду тебя будить?
  -Приедешь-позвони, я все равно не усну, пока ты не позвонишь, поняла?
  -Поняла.
  Мы вышли с ней во двор, около калитки стояли Фёдор, Мишка Зоя Петровна. Мы попрощались, я села в машину и уехала.

  Доехала я нормально, без приключений. Как только вошла в квартиру, сразу позвонила Дине.
  -Дин, я доехала, все в порядке, я дома.
  -Хорошо, спокойной ночи.
  Не успела я переодеться, как в дверь позвонили. Какая уж тут спокойная ночь. Открывать очень не хотелось, я подошла к двери, посмотрела в глазок и поймала себя на мысли, что никогда раньше в дверной глазок  не смотрела, открывала и все.
  За дверью маячило перекошенное лицо Кирилла Андреевича. Только этого мне еще не хватало.
  -Кирилл Андреевич, чего вы хотите?
  -Открой, нам надо поговорить, - голос жесткий, слова отрывистые.
  Я не раз видела его в таком состоянии, поэтому дверь я не открыла.
Кирилл Андреевич, нам с вами не о чем говорить, не приходите сюда больше и не звоните мне, я не хочу с вами разговаривать, тем более сегодня.
  -А что такое случилось сегодня? Открой, я не хочу говорить с тобой через дверь.
  -Извини, Кирилл, но я не открою, я очень устала и хочу спать, завтра на работе ты мне можешь сказать все, что хочешь, а сейчас уходи.
  К счастью, в квартиру он ломиться не стал. Я услышала, как он спускался по лестнице, как хлопнула дверь подъезда.
  Я надеялась, что на работе Кирилл ко мне не подойдет, но, видимо, его что-то сильно беспокоило. Как только я вошла в ординаторскую, он сразу набросился на меня.
  -Ты – мать Тереза, это ты мою женушку к своему дружку на работу устроила? – его руки были сжаты в кулаки, и у меня промелькнула мысль, что если бы мы здесь были одни, он бы меня ударил.
  Видимо, такая мысль посетила не только меня, потому что Пашка мгновенно оказался между мной и Кириллом.
  -Что, защитник, боишься, что подружку твою побью, не бойся, до этого не дойдет. Вот сейчас она своему дружку Димочке позвонит, он мою благоверную с работы уволит, и конфликт будем считать исчерпанным, - сказав это, Кирилл протянул мне телефонную трубку.
  -Кирилл Андреевич, я никому звонить не буду, хотя бы потому, что я не имею никакого права диктовать глубокоуважаемому мною Дмитрию Владимировичу, кого ему принимать на работу, а кого увольнять. И если он принял вашу жену к себе на работу, значит, она того заслуживает, он абы кого на работу к себе не берет.
  -А не надо ему ничего диктовать, ты его попроси, как он есть тебе большой друг и товарищ, в просьбе своей большой подруге не откажет.
  -Я с такой просьбой к нему обращаться не стану и вам не советую. Извините, у меня обход.

  Вечером мы собрались у Пашки с Машкой. Там на меня свалилось приятное известие, Машка ждала ребенка. По этому поводу был накрыт праздничный стол. Пашка очень радовался и в то же время был какой-то растерянный. Светлана Васильевна светилась от счастья.
  -Машка, какой срок? – спросила я ее, когда мама с сыном вышли на кухню.
  -Четыре месяца уже, Варь, - смутившись, ответила Машка.
  -А чего раньше молчала, хотя я и сама могла бы заметить, невнимательная стала в последнее время. Это просто потрясающая новость, я безумно рада.
  -Ты последнее время какая-то замотанная была, я не хотела тебя беспокоить. В общем, мы с Пашкой решили, что если будет девочка, то мы ее назовем Варькой. Ты возражать не будешь?
  -Во-первых, как я могу возражать, это ваш ребенок и вы назовете его так, как захотите, а во-вторых, мне будет очень приятно заиметь тезку. Ты у врача была?
  -Была, у Нины Егоровой на учет встала. Она сказала, что все в порядке, анализы хорошие. Варь, ты с Пашкой работу проведи, а то он со мной как с больной обращается, вроде сам врач, а дурак-дураком, - Машка надула губки.
  -Сама ты дурочка, он тебя любит, потому и ведет себя глупо. Врач он, это когда для других, а тебе он родный муж и переживает и суетится за свое родное, за жену и ребенка. Придется потерпеть, подожди, малыш родится, он еще больше одуреет от счастья.   
  Засиделись мы допоздна.
  -Варь, оставайся у нас, завтра вместе на работу поедем, - предложил Пашка, и женщины дружно его поддержали.
  -Нет, ребята, спасибо, поеду домой.

  Весь следующий месяц меня терроризировал Кирилл, позвонить он мог даже ночью, ругался, угрожал, довел до того, что я боялась подходить к телефону. Гуляла по городу до позднего вечера, когда возвращалась домой, отключала телефон и ложилась спать.

  Проснувшись этим утром, я прочувствовала себя плохо. Нет, я не заболела, мне просто было плохо, я не находила себе места. «Душа не на месте», вот как можно было назвать мое состояние. Что-то случилось. Первая мысль, которая мне пришла в голову была о Тамаре Викторовне.  До работы я доехала на автопилоте и сразу позвонила Дине в Усадьбу:
  -Дина, что…?
  -Варька, как ты узнала? Мы сами только сейчас зашли к ней и увидели, что она умерла.   Часов в 6 утра Тамару Викторовну видели в Усадьбе. Маришка Мезенцева в туалет бегала, а Тамара прошла по коридору, как всегда безукоризненно одета, причесана. Правда, Маришка говорит, что Тамара с ней не поздоровалась, прошла мимо, будто коридор был пустой. На завтрак она не пришла, это никого не насторожило, но когда она не вышла на крыльцо проводить ребят в школу, тут сразу подняли тревогу. Мы нашли ее в своей комнате, она лежала на заправленной кровати. Видимо, вернувшись к себе, она легла на кровать и умерла.
  -Когда похороны?
  -Послезавтра, в пятницу, ты приедешь?
  -Конечно, приеду, завтра буду у вас.

  Черная полоса в жизни, зато потом белая будет, это я уже точно знаю. Вся жизнь состоит из черных и белых полос, хоть что делай, все равно, то хорошо, то плохо. Тамара нам постоянно говорила, что после бури и дождя всегда наступает хорошая погода.  Хорошая погода обязательно настанет, но уже без  Тамары Викторовны.

  На следующий день проснулась рано. Странно, но спала я как младенец, видно выпитое на ночь лекарство подействовало хорошо. После прохладного душа остатки сна улетучились окончательно. Надо было позавтракать, но есть совсем не хотелось, кроме чашки крепкого кофе, впихнуть в себя мне ничего не удалось. Я часто ездила в Усадьбу, поэтому моя дорожная сумка всегда была наготове.
  Из города выбиралась довольно долго, пробки были повсюду. Зато за городом машин было не очень много. До поселка доехала быстро.
  Дина ждала меня дома.
  -Здравствуй, Варя. Как доехала?
  -Здравствуй. Нормально доехала.
  -Давай я тебя покормлю, пойдем на кухню.
  -Нет, я не хочу есть, сделай мне кофе покрепче.
  Мы сидели на кухне и молча пили кофе.
  Вскоре пришли Иван Иванович и Федор.
  -Иван Иванович, помощь какая нужна, вы давайте распоряжайтесь, что надо сделать?
  -Ничего не надо, Варенька, все, что надо, сделали. Вы лучше отдохните сегодня, завтра день тяжелый будет. Дина, я Федора у тебя пока заберу, там людей много приехало, мы их по поселку расселяем, так что вы здесь сами управляйтесь, - он постоял немного, хотел еще что-то сказать, потом махнул рукой, подтолкнул Федора к выходу и мы остались одни.
  -Варь, поешь чего-нибудь, из дома ведь точно голодная уехала.
  -Не могу, пойдем во двор, я покурю, - я встала и пошла к выходу.
  -Ты что, куришь?
  -Сегодня второй день, не начну я курить, не беспокойся, просто сейчас мне так легче.
  -Выдумываешь ты все, легче ей. Кури здесь.
  -А как же дети?
  -Они сегодня у Зои Петровны целый день и ночевать там останутся.
  -Дин, пойдем в Усадьбу, - предложила я.
  -Пойдем.
  Мы шли по поселку, то из одного, то из другого двора к нам выходили бывшие воспитанники, многих я не видела с тех пор, как окончила школу. Было радостно встретить их здесь и в то же время было грустно от повода, по которому мы все собрались.   
  -Странное чувство. Горе и радость совсем рядом, - Дина тяжело вздохнула и прижалась ко мне.
  -Ты знаешь, я тоже только что об этом подумала.
  В Усадьбе было тихо.
  -А где ребята? – спросила я у Дины.
  -Иваныч всех на работу отправил, на овощехранилище. К вечеру соберутся.
  Мы поднялись в библиотеку. Переходили от стеллажа к стеллажу, доставали какие-то книги, перелистывали их и возвращали на место.
  -Дина, ты архив не бросай, его обязательно надо сохранить. Ты знаешь, я жалею, что здесь мало моих писем. Тамара Викторовна мне письмо напишет, а я ей звоню и рассказываю, как у меня дела. Зачем писать, ведь есть телефон, и можно услышать голос того, с кем разговариваешь. Ты заставляй ребят писать письма. Я в последний свой приезд перелистала несколько папок, перечитала некоторые письма и на многое взглянула по-другому. Что такое телефонный разговор? Услышал звонок, снял трубку, получил какую-то информацию, ответил и все. То ли дело письмо. Для написания письма нужно соответствующее настроение, время, надо приготовить бумагу, ручку, запастись конвертом. В письме человек описывает события, которыми хочет поделиться с кем-нибудь, а чтобы перенести свои мысли на бумагу, надо еще раз вспомнить, что и как происходило, сформулировать то, о чем хочешь написать, а после написанное перечитывается, делаются какие-то правки,   а это уже процесс творческий. Я привезу тебе письма Тамары Викторовны, подшей их в мою папку, может, еще кто-нибудь ее письма привезет, пусть ребята читают, им это будет интересно.
  -Да, хорошая идея, надо поговорить  с нашими, думаю многие откликнутся, - Дина тяжело вздохнула, - Ты знаешь Варь, Тамара Викторовна в последний год практически жила в библиотеке, письма перечитывала, сама писала писем много, как будто наказы каждому оставляла. А еще я не могу вспомнить, чтобы она когда-нибудь болела. Ты помнишь, она болела когда-нибудь?
  -Нет, не болела она, не позволяла она себе болеть и раскисать. Странно, но я испытываю чувство вины. Как будто я что-то не сделала для нее, о чем-то не успела с ней поговорить. Я никогда уже не смогу ее ни о чем спросить. Страшное слово «никогда», в нем безысходность и еще это ужасное «ни»… Никогда не будет вчера, позавчера,  никогда не вернется детство, родителей не будет рядом никогда, возможно, впереди много интересного и хорошего, но многое из того, что уже прошло, хочется вернуть, но все прошло и никогда не будет так, как было. И знаешь, Дина, что интересно, мы живем в постоянном ожидании чего-то необычного, чего-то особенного, а каждый день, час, миг незаметно утекают в никогда…
  -Варь, Тамара Викторовна последнее время очень за тебя переживала и всегда ждала тебя. После твоего последнего приезда мы долго с ней разговаривали о делах в Усадьбе, а потом она вдруг заговорила о тебе, - Дина немного помолчала, а потом, словно вспомнила о чем говорила, продолжила, - Нет, я ее ни о чем не спрашивала, и она мне ничего не рассказывала о вашем последнем разговоре, просто короткая фраза, произнесенная абсолютно не к месту, о том, что она теперь за тебя спокойна и еще что-то о том, что ты с чем-то справишься, а она тебе поможет, подаст какой-то знак. Это было так странно, что я даже переспросила, о чем она говорит, но она больше ничего не сказала, мы снова заговорили о делах. Видимо она непроизвольно проговорилась о том, о чем постоянно думала, ты что-нибудь понимаешь?
  -А знаешь, мы с ней в мой последний приезд почти не разговаривали ни о чем. Просто делали какие-то дела. А сейчас мне кажется, что мы с ней тогда обо всем поговорили. Это было на подсознательном уровне.  Она мне сказала, что оставила письмо в моей папке, чтобы я его прочитала после того, как ее не станет.
  -Так что ж ты его еще не прочла?
  -Боюсь.
  -Значит так, я сейчас пойду посмотрю, как там дела в столовой, а ты доставай письмо и сиди, читай, - Дина вышла из библиотеки, а я осталась одна.
  Моя папка была самая тонкая во всем архиве. Я взяла ее, раскрыла, и увидела, что к первому листу был прикреплен конверт с надписью «Вареньке». В конверт вложен листок бумаги, на котором было написано следующее:
                Дорогая моя девочка!
  Ты читаешь мое последнее к тебе  письмо, значит, тело мое умерло. Именно тело, потому что душа моя навсегда останется здесь. У меня такое чувство, что кто-то, где-то, что-то напутал. Тело человека старится гораздо быстрее, чем его душа, но ничего изменить нельзя.   
  Через мое сердце прошло огромное количество детских судеб, не простых судеб, порой даже трагических, за всех этих ребят у меня всю жизнь болела душа, но больше всех я переживаю за тебя. Ты пришла к нам, будучи благополучной девочкой, умной, начитанной, воспитанной, доброй, которая попала в сложную жизненную ситуацию, но, кроме всех перечисленных и не упомянутых здесь достоинств, главное то, что ты сильный человек. Вот эта твоя сила меня и пугает. Ты очень похожа на меня, поэтому поверь, я знаю, о чем говорю. Одной в жизни очень непросто, я имею в виду – без любящего тебя мужчины, без детей. Найти человека, который мог бы стать для тебя опорой, будет нелегко, таких сильных мужчин сейчас мало, поэтому прошу тебя стать слабой и беззащитной. Конечно, ломать себя не надо, попробуй такой притвориться.
  Я знаю, что у тебя есть мужчина, не могу его назвать ни другом, ни любимым человеком, потому что понимаю – это не тот человек, от которого у тебя будут постоянно светиться глаза и выскакивать из груди сердце, это физическая потребность и спортивный интерес, не более того. Прошу тебя, девочка, не затягивай эту связь надолго, время летит очень быстро, и то, что кажется, где-то очень далеко, наступает мгновенно. Не обкрадывай себя. Проживи с радостью и наслаждением каждый день, каждый час, каждое мгновенье: жизнь, какая бы она ни была, – одна, другой не будет. Ты достойна всех благ, которые только может преподнести жизнь.
  У тебя все получится, ты сможешь сделать так, как я тебе говорю.
  А со своей стороны я постараюсь тебе помогать. Не удивляйся, я точно знаю, что буду рядом, и ты не раз ощутишь мое присутствие подле себя. Я постараюсь подавать тебе разные знаки, и как только ты получишь очередной знак, то сразу поймешь, что это от меня.  Только, ради Господа Бога, не подумай, что я сошла с ума, с рассудком у меня все в порядке, просто я все это знаю так же точно, как то, что ты Варвара Сергеевна Снегирёва
Сейчас, когда ты читаешь это письмо, я нахожусь рядом, поэтому утри свои слёзы, не надо меня оплакивать. Или ты уже начала  притворяться слабой?
  Ты - это частичка меня, позволь мне верить, что это так. Однажды, глядя на тебя, я поняла, что если бы у меня была дочь, она была бы похожа на тебя, дочери у меня нет, но есть ты, девочка за которую я буду переживать и за которую я буду радоваться, где бы я ни была. Спасибо тебе за твою доброту, внимание и, надеюсь, любовь ко мне.
Прекрати реветь! После бури и дождя всегда наступает хорошая погода!
  Не бойся, я буду рядом с тобой.
Тамара Викторовна.

  Я дочитала письмо, вложила его обратно в конверт, слезы текли не переставая. Какая же я дура, как много я ей не успела сказать, а самое главное то, что я не сказала ей, как я ее люблю.
  Вернулась Дина.
  -Ты что-то совсем расклеилась, Варя.
  -Дин, ты извини, я тебе потом письмо дам прочитать, сейчас пока не могу.
  -А может не надо этого делать, она ведь тебе его писала.
  Мы с Диной еще какое-то время бродили по библиотеке. Как-то одновременно мы вдруг поняли, что надо уходить, как будто кто-то подал нам знак, что уже пора.
  Мы медленно шли по аллее Усадьбы.
  -А вот и наш дуб, помнишь, Варвара, как в день приезда сюда мы от него сил набирались?
  -Да уж, сила есть - ума не надо.
  -Это ты о чем? – Дина посмотрела на меня с удивлением.
  -Не знаю, просто ляпнула первое, что в голову пришло по поводу силы. Я сейчас о другом подумала. Помнишь, как ты Мишку первый раз привела в библиотеку на наши литературные чтения? Тамара Викторовна читала нам письмо, чье, не помню, помню, что оно заканчивалось любимыми словами Тамары Викторовны о том, что после бури и дождя всегда наступает хорошая погода. Мишка тогда всех удивил, помнишь? Он вдруг спросил:
  -Тогда получается, что после хорошей погоды снова наступает буря и дождь?
  На моей памяти это был единственный случай, когда Тамара Викторовна растерялась, правда, она быстро пришла в себя, но мне показалось, что эти слова маленького мальчика застали ее врасплох. Она тогда подошла к нему, погладила его по голове и сказала:
  -Никогда не думай об этом, малыш, думай о том, что завтра будет лучше, чем сегодня, и всегда у тебя все будет хорошо.
  -Да, помню, - сказала Дина, - я часто вспоминаю этот случай.
  -Дин, я пойду у нашего дуба постою минутку.
  -Силы хочешь пополнить?
  -Нет, отдать хочу немного, устала быть сильной, ты иди потихоньку, я тебя догоню.
  Я подошла к дубу и прижалась к стволу.

  Похоронили Тамару Викторовну на местном кладбище, было много людей, приехало большое количество бывших воспитанников, все прошло достойно. На следующий день мы с Диной сходили на кладбище, и я засобиралась домой.
  -Побудь еще у нас, отдохни хоть денек, как ты поедешь, не спала почти двое суток, -   Дина уговаривала меня остаться.
  -Не переживай, доеду нормально, спешить не буду, все будет хорошо.
  Когда я выезжала из поселка на небе светило яркое солнце, но через некоторое время начался ливень.
  Ливень начался внезапно. С неба падал водопад. Кругом была вода, водяные стены стояли со всех сторон. Складывалось впечатление, что я внутри подводной лодки. Дворники не успевали очищать лобовое стекло моего автомобиля. Ехать дальше было невозможно. Я увидела несколько машин припаркованных на лесной стоянке и тоже решила остановиться.
  Как только исчезла необходимость следить за дорогой - сразу потянуло в сон. Я нормально не спала уже почти двое суток.
  -Варя, буря  и дождь закончились, наступила хорошая погода, ты меня слышишь, Варя? - голос был очень знакомый, но я не могла понять, кто мне это говорит.
  -Я очнулась или проснулась? Я что, плачу? Что это со мной? Дождь был сильный, я не могла ехать и остановилась. А потом провалилась куда-то, и там, куда я провалилась,  мне показали кино про то, что было со мной, или это мне приснилось? Странное ощущение, как будто я снова прожила отдельные моменты своей жизни.  Та-а-ак, я уже сама с собой разговариваю вслух, – я огляделась по сторонам, вокруг не было ни одной машины, дождь закончился и все уехали, скоро начнет темнеть, надо и мне ехать дальше.
  Я завела машину, и в этот момент в окно постучали. За стеклом стоял мужчина, он был совершенно мокрый. Я открыла дверцу.
  -У вас что-то случилось? – спросил он и наклонился ко мне, облокотившись на машину.
  -Нет, все в порядке, просто был сильный дождь, я не могла дальше ехать, решила переждать.
  -Но вы вся в слезах, мне кажется, что они все еще текут по вашим щекам, – голос у него как-то странно дрожал, я уже хотела испугаться, но потом сообразила, что он сильно замерз, так как промок насквозь.
  -Нет, ничего…, просто вспомнила кое-что, уже все в порядке.
  -Вы не могли бы меня увезти отсюда куда-нибудь, где можно будет сесть на автобус или на электричку? – спросил он.
  -Господи, вы же совсем мокрый, у вас зуб на зуб не попадает, садитесь скорей в машину, конечно, я вас подвезу, садитесь.
  -Я вам сиденье намочу, надо что-то подстелить.
  -Сейчас, в багажнике есть клеенка, давайте постелем ее на заднее сиденье, и вы сможете сесть. - Я вышла из машины, достала клеенку из багажника и постелила ее на сиденье, – Садитесь скорей.
  -Спасибо вам, что не отказали, я уже думал, что придется в деревню возвращаться: пока сюда шел, промок до нитки, вышел на дорогу, и как назло ни одной машины, и тут вдруг вас увидел. Вы меня не бойтесь, я не бандит, вид у меня, конечно, не совсем презентабельный, но когда я сухой и теплый, я ничего еще.
  -Давайте-ка раздевайтесь быстренько. Снимайте с себя все мокрое, - я снова вышла из машины, достала из багажника свою дорожную сумку.
  -А зачем раздеваться-то, что вы со мной хотите делать? – засмеявшись, спросил он.
  -Вы что боитесь меня, это я вас бояться должна, вы из леса вышли, мокрый весь, а вокруг никого нет. Вы лучше делайте то, что я говорю. Раздевайтесь,  - я открыла сумку и начала доставать оттуда вещи. – Раздевайтесь, разотритесь насухо, вот вам полотенце, оно чистое. Потом вот эту футболку наденьте и вот еще спортивный костюм, футболка чистая, а костюм, извините,  я пару раз надевала. Мокрые вещи складывайте на клеенку, а когда переоденетесь, перелезайте на переднее сиденье. Обувь тоже снимайте, я вам носки шерстяные дам. Давайте быстрее, а то схватите воспаление легких. Переодевайтесь в сухое, я смотреть не буду, не беспокойтесь, – и я демонстративно отвернулась.
  Спорить со мной он не стал, быстро переоделся и перелез на переднее сиденье, я достала из сумки носки, которые мне подарили ребята из Усадьбы.
  -Вот, надевайте скорей носки, они новые, их никто не надевал, размер, конечно, не ваш, но как-нибудь натянете.  Там в бардачке фляжка с коньяком, это мой дорожный НЗ,   выпейте, вам согреться надо, - давала я ценные указания.
  Он открыл бардачок, достал фляжку:
  -Сколько можно выпить?
  -Сколько сможете, столько и пейте.
  -А если я все выпью?
  -Да пейте вы скорее, не рассусоливайте. Там еще под сиденьем термос с горячим кофе, после коньяка надо горячего выпить и вы будете в полном порядке.
  Пока он пил, я пыталась его рассмотреть. Когда я впервые его увидела, мне показалось, что он уже в возрасте, но сейчас рядом сидел молодой человек приятной наружности, после сушки полотенцем русые волосы на голове торчали в разные стороны. Серые глаза все время смеялись. Именно эти смеющиеся глаза меня сразу успокоили, человек с такими глазами не может быть плохим. Он сделал несколько внушительных глотков коньяка, затем закрутил крышку,  положил фляжку на место и достал термос.
  -Вам налить кофе? – спросил он меня.
  -Нет, спасибо, я не буду. Вы пейте поскорее, я потихоньку поеду. Вас куда везти?
  -Боюсь, что теперь вам придется везти меня домой. В мокрую одежду я уже влезть не смогу. Сами виноваты, не надо было меня переодевать.
  -Ну что ж, домой, так домой. Дом-то где?
  -Если вы едете в город, то нам по пути.
  -Да, я еду в город.
  Теперь он разглядывал меня, и если я это делала украдкой, то он, не скрываясь, рассматривал меня и интересом.
  -Ну, что рассмотрели?
  -Извините, мне просто интересно, кто вы, откуда тут взялись, почему меня подобрали, не испугались. Я когда вас в машине увидел, сразу расстроился, что женщина за рулем, думал, вы мне и дверь-то не откроете, а вы прямо как в русских народных сказках, обсушили, приодели, напоили, обогрели.
  -Я вам уже сказала, что попала под сильный ливень, ехать дальше не могла, решила переждать, - повторила я, проговаривая отдельно каждое слово.
  -Простите за бестактность, но когда я подошел, вы плакали очень сильно, у вас что-то случилось?
  -Я сама не могу понять, что произошло. Или я заснула, или впала в беспамятство, но за то время, пока  была в этом состоянии, я будто снова прожила отдельные моменты своей жизни. Мне показали кино с моим участием. А так, как события последних месяцев были не очень приятными, отсюда, наверное, и слезы. Обычно я не плачу, а вот во сне случилось.
  -Надо иногда слезы лить, врачи говорят полезно для здоровья, разрядка наступает, сразу легче становится.
  -Хорошо, учту, заведу график, буду расслабляться.
  -Откуда вы едете? – спросил он, отхлебывая из крышки термоса горячий кофе.
  -По этой дороге есть один удивительный поселок, в котором располагается Усадьба. Вот из этого поселка с Усадьбой я и еду.
  -На экскурсии были?
  -Нет, не на экскурсии, я была дома. Еду из дома домой. В этой Усадьбе детский дом, я там воспитывалась.
  -Ну, теперь понятно, почему вы меня подобрали. Странно, но люди, у которых не совсем простая жизнь, более отзывчивы, нежели те, которые всегда пребывают в благополучии. Помните «Кошкин дом», «кто сам просился на обед, скорей поймет другого». Вас как зовут, спасительница?
  -Меня зовут Варвара, а вас как зовут, потерпевший?
  -Меня зовут Сергей, очень приятно познакомиться.
  -Ну как, вы согрелись?
  -Да, спасибо, мне тепло и уютно. И все-таки почему вы плакали? Что вам такое  привиделось или приснилось?
  -Просто за последнее время я вымоталась сильно. Много произошло всяких событий. Последнее - похороны директора нашего детского дома.
  -Извините, пристал я к вам со своими расспросами.
  -Да ничего страшного, мне даже лучше, когда я с кем-то разговариваю. А вы откуда такой мокрый?
  -Есть тут недалеко одна деревенька, там у моего друга родня живет. Мы с ним вчера приехали, сегодня собирались уезжать, а его машина возьми, да и сломайся. Он остался ремонтировать машину, а я решил домой добираться своим ходом. Уже до дороги почти дошел, ливень начался.
  -А что ж вы не вернулись в деревню?
  -А какой смысл возвращаться? Меня сразу как из бочки окатило водой, мокрый насквозь. Решил продолжать движение. Вот видите, правильно решил, движение продолжаю. И не просто так, а в сухой одежде, напоенный коньяком и кофеём, в тепле и с красивой девушкой по имени Варвара, - он сделал серьёзное лицо и с гордым видом посмотрел на меня, ожидая, какой будет моя реакция на его слова.
  -Я рада, что могу быть полезна. Когда-то, очень давно, один хороший человек мне сказал, что, когда у тебя в жизни наступает трудная минута, надо кому-то помочь и самому станет легче. Вот я вам помогла, и мне полегчало, я уже неоднократно убеждалась в правдивости его слов, – сказав все это, я почувствовала, как к горлу подкатывает комок, на глаза наворачиваются слезы. Я испугалась, что сейчас разревусь и изо всех сил вцепилась в руль.
  Видимо, мое состояние передалось Сергею, он положил свою руку на мою и предложил остановиться.
  -Варя, давайте остановимся, вы очень устали, вам кофе надо выпить.
  Свою руку он держал на моей руке до тех пор, пока машина не остановилась.
  -У вас сигарет, случайно нет?
  -Случайно есть, - я протянула ему пачку.
-  Вы позволите мне покурить в машине? Я дверь открою, можно? – и он открыл дверь, не дожидаясь моего ответа. Потом достал термос, налил кофе и протянул мне.
  -Сергей, вы всю дорогу шутили, и вдруг у вас резко изменилось настроение…
  -Мне казалось, что моя веселая болтовня сможет вас немного отвлечь от  печальных мыслей. А потом я вдруг понял, что для вас это большая потеря. Вы меня извините, я не мог предположить, что директор детского дома может быть очень дорог своим воспитанникам. Сейчас так много пишут про детские дома, как там плохо, какие там ужасные условия, злые учителя и директора. Дай Бог здоровья директору школы,  в которой я учился, но когда он умрет, все там будем, мне будет жалко, но не более того. Еще раз прошу вас простить меня, - он вдруг заметил, что докурил сигарету до фильтра, выбросил ее и прикурил другую.
Я допила кофе и тоже закурила. Так мы сидели и молча курили. На улице совсем стемнело.
  -Варя, может, я сяду за руль, у вас вид совсем измученный. Коньяк уже весь испарился, да и выпил я не больше пяти глотков.
  -Ничего, я сама справлюсь, мне уже лучше. Я очень мало спала в последние дни. Уже до окружной недалеко, а там  и город.
  -Варенька, мне неловко вас утруждать, но меня придется довезти до дома.
  -Конечно, только скажите, куда вас везти.
  -Через три километра будет съезд на проселочную дорогу, по ней пара километров, и я дома.
  -Так вы не в городе живете?
  -В городе я живу, когда работаю. Здесь у нас дом, на выходные собираемся всей семьей за городом. Там уже, наверное, переживают, что меня так долго нет.
  -У вас большая семья?
  -У нас семья не очень большая, мама, я и младший брат Сашка. Вот сейчас поворот будет. Варя, я думаю, вам сегодня не надо ехать домой, завтра выходной, побудьте у нас, отоспитесь, отдохнете, мама с Сашкой будут вам рады, тем более вы являетесь моей спасительницей
  -Спасибо Сергей, но это не совсем удобно.
  -Ладно, на месте разберемся.
  Мы съехали на проселочную дорогу, вдали виднелись огни поселка. Сергей показывал куда ехать. Вскоре мы въехали во двор двухэтажного домика. Внешне он выглядел именно домиком, небольшим, уютно расположившимся среди сосен-великанов. Как только машина остановилась, на крыльцо сразу вышла женщина, а вслед за ней молодой человек.
  -Сережа, ну слава Богу! Что случилось, почему так долго? Мы тебя заждались уже. Баню топим, топим, а тебя все нет.
  -Мам, ну что ты переживаешь, я приехал, все в порядке. Сашка, дай мне какую-нибудь обувь, а то я не могу выйти, я в одних носках.
  Сашка принес из дома обувь, Сергей обулся и вышел из машины, я тоже вышла.
  -Мама, Сашка, знакомьтесь, это Варя, она меня спасла от воспаления легких, подобрала на дороге в насквозь промокшем состоянии, потом вот приодела, обогрела и так далее. Варя, это моя мама – Тамара Викторовна, а это мой брат…
  Договорить он не успел, потому что я медленно стала оседать на землю. Меня подхватили мгновенно оказавшиеся рядом Сергей и его брат. Я висела на них, и все время повторяла:
  -Так не бывает, так не бывает, так не бывает…
  -Эй, ты в порядке? – Сергей легонько похлопал меня по щекам. – Варя, ты слышишь меня?
  -Ребята, ведите ее в дом, будем в чувство приводить.
  Меня повели в дом, соображала я плохо. Потом я ощутила резкий запах нашатыря и пришла в себя. Я лежала на диване, рядом на полу сидел Сергей. Его мама и брат из комнаты вышли, и мы были одни.
  -Варя, ты как себя чувствуешь? Тебе уже лучше?
  -Да, все в порядке. Мне уже лучше. Ты извинись за меня перед своими, и сам меня прости, что напугала вас всех.
  -Варя, что-то случилось, да? Я ведь видел, все было в порядке, и вдруг что-то произошло. Что вдруг случилось, Варя?
  -Понимаешь, директора нашей Усадьбы звали Тамара Викторовна. Я просто не ожидала услышать это имя.
  В комнату вошли мама  и брат Сергея.
  -Мам, Варя никуда не поедет, Саша принеси вещи из машины, там Варина сумка в багажнике и мои мокрые вещи захвати, они на заднем сидении.
  -Сережа, мне надо домой ехать, я нормально себя чувствую, спасибо, но мне пора.
  -Нет, нет, деточка, ты никуда не поедешь, – Тамара Викторовна подошла, погладила меня по голове. – У тебя измученный вид, надо отдохнуть, это я тебе как врач говорю.
  -Вы врач? – я была очень удивлена.
  -А почему ты так удивилась? Да, я врач.
  -Дело в том, что я тоже врач. Удивительно, какие бывают неожиданные совпадения.
  -А что еще что-то совпало? – спросила она с интересом.
  -Мам, я тебе потом все объясню.  Пойдите с Варей попарьтесь в баньке, ей это будет полезно.
  В комнату вошел брат Сергея:
  -Варь, я твои вещи отнес в комнату на втором этаже. Я – Саша, меня до конца не успели тебе представить.
  -Я уже поняла, что ты Саша. Очень приятно.
  Сергей помог мне подняться с дивана. – Пойдем, я покажу твою комнату. И собирайся в баню, мама тебя ждет.
  Мы поднялись на второй этаж. Зашли в небольшую комнату. Здесь была кровать,  платяной шкаф, туалетный столик, письменный стол со стулом. В стене у самого входа в комнату была дверь.
  -Это душевая и туалет, – Сергей открыл дверь в туалетную комнату, зажег там свет. -   Полотенца и махровый халат чистые, шлепанцы в шкафчике. Бери все это и пошли, сейчас будем приводить тебя в чувство.
  В чувство меня приводила Сережина мама. Я ничего не делала, я лежала на полке, а она колдовала над моим телом. Мое тело мяли, шлепали, растирали какими-то маслами, затем снова мяли, хлестали веником. Все эти процедуры продолжались довольно долго. В теле появилась легкость, в голове наступило полное просветление. Когда процесс закончился, я была полностью расслаблена, а Тамара Викторовна была полна сил. Удивительно, я ничего не делала, лежала и блаженствовала, а она работала над моим телом и нисколько не устала. Душ немного освежил и взбодрил меня. После бани я будто родилась заново.
  Потом  пошли париться ребята, а мы с Сережиной мамой  хлопотали на кухне. Затем был ужин. Мы о чем-то говорили, я даже не пыталась вникать в то, о чем. Было просто хорошо сидеть вот так на кухне, сначала есть, затем пить чай и о чем-то говорить, над чем-то смеяться. Мне было очень хорошо, хорошо и спокойно. После всех своих встрясок я, наконец, смогла успокоиться.
  Видимо, через какое-то время я начала клевать носом и Тамара Викторовна распорядилась, чтобы меня отвели спать.
  -Сергей, мне бы позвонить, а то мои переживать будут, они уже телефон оборвали дозваниваясь мне.
  -Звони, конечно, - Сергей протянул мне телефонную трубку.
  Я набрала номер Дины, она сразу же ответила.
  -Варвара, ты куда пропала, я уже Александру Семеновичу и Пашке с Машкой звонила, думала, ты к кому-то из них поехала. Что случилось?
  -Все в порядке, не волнуйся, я недалеко от города у друзей остановилась, Все у меня в порядке. Ты им перезвони, пожалуйста, скажи, что все нормально.
  -Ну, слава Богу, а то я уже начала волноваться.
  -Я же сказала, что все в порядке, не переживай. Все, пока, когда приеду домой тебе позвоню, - я отдала трубку Сергею, который стоял рядом и слышал мои переговоры.
  -Что, перепугались твои друзья?
  -Да, есть немного. Но теперь все хорошо.
  Сергей проводил меня в отведенную комнату.
  -Ложись, отдыхай. Завтра спи, пока не выспишься, мы тебя будить не будем, спокойной ночи, – он подошел ко мне, поцеловал, а затем вышел из комнаты.
  Этот поцелуй был очень неожиданным, сначала я немного растерялась, потом поняла, что мне приятно, спокойно и просто хорошо. Я разделась и легла спать.
  Когда я проснулась, было уже совсем светло. Вставать не хотелось, я лежала в постели и вспоминала события последних месяцев, недель, дней. Сейчас на все, что произошло, я смотрела как-то по-другому, все, что случилось, уже случилось, задним числом поправить или изменить ничего нельзя. Надо продолжать жить и работать. Черная полоса закончилась. После бури и дождя всегда наступает хорошая погода.
  В комнату заглянула Сережина мама.
  -Ну, как ты, девочка, проснулась? – она подошла, села на край кровати и поцеловала меня. – Мне Сережа рассказал, что у тебя случилось. Знаешь, а ты зови меня просто тетя Тамара, меня так все друзья моих мальчишек называют, я уже привыкла.
  -Хорошо, тетя Тамара. Спасибо вам большое за все. Я у вас прямо к жизни вернулась.  События последних месяцев здорово меня встряхнули.
  -Я думаю, что тебе надо до-завтра у нас побыть. Тебе на работу в понедельник?
  -Да, в понедельник. Но надо еще кое-какие дела сделать, так что поеду сегодня. – Сказав это, я вдруг поняла, что уезжать мне совсем не хочется.
  -Нет, нет, ты никуда сегодня не поедешь. Сейчас мы позавтракаем, а потом с ребятами пойдешь, прогуляешься. Сегодня погода хорошая, на улице тепло, подышать надо свежим воздухом, отдохнуть, отвлечься от всего, что произошло. Так что никуда ты сегодня не поедешь. Поняла?
  -Хорошо, спасибо вам.
  -Ты вставать будешь или поваляешься еще?
  -Уже встаю, выспалась.
  -Ну, давай, приводи себя в порядок и приходи к нам на кухню, ребята тоже только, что встали, - она вышла из комнаты.
  Я встала, заправила кровать, приняла душ, оделась и пошла на кухню. Там все были уже в сборе.
  -Эй, ты как себя чувствуешь, выспалась? – это спросил Саша.
  -Спасибо большое, чувствую себя хорошо, будто заново родилась. Тамара Викторовна, давайте я вам помогу?
  -Варя, мы же договорились – тетя Тамара. А помогать мне не надо, все уже готово. Давайте все к столу, а то еще время протянем, и у нас получится не завтрак, а обед.
За завтраком тетя Тамара, задавая всевозможные вопросы, узнала почти всю мою подноготную. Я рассказывала этим людям о себе, кто я, откуда, где работаю, как живу. Не знаю, было ли им интересно слушать меня, но, выговариваясь, я чувствовала облегчение.
  -Подожди, так ты в клинике у Александра Семеновича работаешь? – спросила тетя Тамара.
  -Да, у него.
  -А я его знаю, и жену и их ребенка. Я педиатр, они ко мне иногда обращаются за помощью.
  -А Вы в какой больнице работаете?
  -Я уже не работаю, я на вольных хлебах. По старой памяти практикую частным порядком, меня передают как эстафетную палочку от одного к другому. Уже детей моих бывших пациентов и даже их внуков лечу.
  -У меня подруга скоро мамой станет, будем к вам обращаться, если можно.
  -Да никаких проблем, я тебе потом дам свою визитку, обращайтесь. Ну что, если все сыты, уматывайте гулять.
  -Может, я вам помогу, чем смогу, а то я как-то не привыкла, чтобы меня обслуживали, да и мое неожиданное вторжение в ваш дом смущает.
  -Спасибо, обед у нас есть, идите, погуляйте, а я пойду Сашкины брюки починю, он умудрился их по шву разорвать, ногами, видать, сильно махал.
  -Давайте я починю, а вы отдохните.
  -А ты сумеешь? – спросила она с удивлением. - Я третий день голову ломаю, как бы мне это половчее обстряпать.
  -Это дело нехитрое, справлюсь.
  -Ну, пошли, покажу, - она повела меня в комнату, где стояла швейная машинка, ребята направились следом за нами.
  -А вы, красавцы, куда? - строго спросила она сыновей. - Цирка не будет, марш все по своим делам.
  Брюки я починила довольно быстро, Саша их сразу примерил, и моя работа была принята без замечаний.
  -Тетя Тамара, а что вы шьете? – я показала ей на раскроенную ткань, которая лежала на столике, рядом со швейной машинкой.
  -Планировалась юбка, но я там что-то напортачила, не обращай внимания, испортила все, что можно было испортить, - она махнула рукой в сторону столика.
  -Можно я попробую исправить?
  -Ты что, нас обшивать приехала? Ты – гость, твое дело отдыхать.
  -Это ж не работа, это удовольствие, вдруг что-нибудь получится, у вас будет новая юбка, и мне приятно будет, что от меня польза. Я только с вас мерки сниму и поколдую здесь немного, ну пожалуйста, разрешите.
  -А как же прогулка? Ребята тебя на озеро хотели повести, окрестности наши показать.
  -Да успеем еще, погуляем, давайте я мерки с вас сниму, - я взяла в руки сантиметр.
  -Мам, а мы Варю будем развлекать, чтобы ей было не скучно, - Саша плюхнулся в кресло, стоявшее рядом со столиком.
  -Никаких развлечений, марш баню в порядок приводить, - проговорила она строго, при этом показывая на дверь из комнаты.
  Ребята без разговоров вышли.
  -Как они вас слушаются, - удивилась я.
  -Они хорошие мальчишки, это я просто так строгость на себя напустила, нечего сидеть тут, тебя смущать, пусть тоже делом займутся. Ну, давай, колдуй, а вдруг получится, - она вышла вслед за сыновьями, и я осталась колдовать.
  Разобрав кусочки раскроенной ткани, я сразу увидела, что предыдущая портниха напортачила с мерками, быстро прикинув, как все это можно исправить, принялась за дело. После того как вся конструкция была сметана, я позвала хозяйку на примерку. Тамара Викторовна примерила заготовку и осталась очень довольна.
  -Варя, да ты просто мастерица, смотри, как хорошо получилось.
  -Это только наметка, сейчас все прострочу, отпарим и померяем еще раз, я вас позову.
  -Девчонки, ну вы долго там будете шушукаться, мы уже все убрали, пошли гулять, - в комнату заглядывал Сашка.
  -Саша, подождите еще минут 30-40, я скоро все доделаю и пойдем.
  -Пошли, пошли, видишь, девушка трудится, не мешай, - Тамара Викторовна отодвинула сына от двери, и они ушли.
  Вскоре юбка была готова. На примерку собралось все семейство, и еще присутствовала соседка, забежавшая на минутку к Тамаре Викторовне по своим делам.
-Тамарочка, с обновкой тебя. Смотри, как все получилось, а ты говорила, что испортила. Хорошо, что выбросить не успела, - причитала соседка.
  -Да, замечательно, спасибо тебе, девочка, мне нравится, - она подошла и чмокнула меня в щеку.
  -А нам можно с Сережкой тоже тебя поцеловать? - выступил Саша.
  -А вам-то меня за что целовать, я вам юбки не шила, - засмеялась я.
  -Ты мне брюки починила, имею право отблагодарить действием в виде поцелуя, - Сашка подошел ко мне и так же, как мать, чмокнул меня в щеку, - Серега, твоя очередь, он взял меня за руку и подвел к Сергею.
  -Ну, мне пока ничего не шили и не зашивали, но зато меня вчера спасли от воспаления легких, поэтому позвольте тоже приложиться к вашей нежной щечке.
  -Деточка, - это вступила соседка, - у меня такая ткань красивая давно лежит без дела, может, и мне из нее что-нибудь сошьем?
  -Да ты что, Нина, дайте девочке отдохнуть. Она вчера с ног валилась, а вы на нее наседаете, у нее законный выходной день. Гулять, отдыхать, дышать свежим воздухом, - сказала Тамара Викторовна.
  -Вы извините меня, тетя Нина, я сегодня должна домой вернуться, так что сшить вам ничего не успею.
  -Ой, да это я просто так спросила, ты не думай, деточка, просто юбка хорошо получилась, вот я и … Ну я пойду, до свидания.
  Мы с ребятами пошли гулять, а Тамара Викторовна осталась дома. Сергей всю дорогу молчал и периодически поддерживал меня под руку,  Сашка, в свою очередь болтал без умолку. Он все время махал «крыльями», показывая достопримечательности поселка. Потом его кто-то окликнул и он, извинившись, умчался в неизвестном направлении.
 -Какая вчера была буря, и какой сегодня замечательный день, даже ветра нет, удивительно, как быстро меняется погода, - Сергей взял меня за руку. - Пойдем к озеру сходим.
  -После бури и дождя всегда наступает хорошая погода, - со вздохом произнесла я.
  -Это ты от моей мамы слышала, она так всегда говорит.
  -Нет не от нее, так всегда говорила наша Тамара Викторовна.
  -Смотри, как интересно совпало, одинаковые имена, одинаковые высказывания, бывает же такое.
  -Не совпадение это. Это моя Тамара Викторовна мне знаки подает, еще бы понять, что все это значит.
  Сергей с удивлением посмотрел на меня, но, видимо, никаких внешних признаков отклонения от нормы умственного развития не увидел и поэтому спросил:
  -Ты это серьезно или пошутила?
  -Ни то ни другое, не обращай внимания, ну, где ваше озеро, показывай.
  На озере и правда было красиво и очень тихо. Мы побродили по берегу, посидели на поваленном дереве. Потом как из-под земли появился Сашка, стало шумно и весело.
Мы погуляли еще немного, и пошли домой.
  На обед снова все собрались на кухне. После обеда пили чай. Саша рассказывал всякие смешные случаи из своей студенческой жизни, Тамара Викторовна - истории про своих маленьких пациентов. Потом я засобиралась домой.
  -Варя, ты собираешься уезжать? – спросил Сергей, когда я, поблагодарив всех, встала из-за стола и сказала, что мне пора отправляться.
  -Да, пора домой, надо еще домашними делами позаниматься.
  -На работу тебе в понедельник, поэтому ты никуда сегодня не поедешь, - Сергей подошел ко мне и снова посадил на стул.
  Я растерялась:
  -Но мне действительно пора домой, я с удовольствием у вас погостила, пора и честь знать.
  -Никуда не поедешь! Я, как старший товарищ, настаиваю на том, чтобы ты осталась у нас до завтра, мам. скажи, что я прав, - он повернулся к Тамаре Викторовне.
  -Конечно, оставайся, Варенька, что тебе сейчас дома делать. Ну, приедешь ты домой и начнешь киснуть, побудь у нас, отвлекись, а завтра поедешь, - я заметила, как Тамара Викторовна посмотрела на Сергея и подмигнула ему.
  -Да неудобно мне вас обременять, вы из-за меня все свои дела оставили, нянчитесь со мной, как с маленькой.
  -Никого ты не обременяешь, мне даже в радость твое присутствие, а то эти оболтусы разъедутся, один на учебу, второй на работу, и буду я тут одна куковать. Пойдем, лучше поможешь мне белье развесить, погода хорошая, до вечера высохнет. - Тамара Викторовна подошла ко мне, обняла за плечи  и повела во двор. В саду за домом были натянуты бельевые веревки, мы развесили белье и присели на скамеечку.
  -Хорошая ты девочка, Варя. Я даже привыкла к тебе за то короткое время, что ты у нас. Сашка пару раз привозил своих подружек в гости, так это ж просто ужас, что за девицы. С ними и поговорить-то не о чем.
  -Они, наверное, посягали на его свободу, поэтому вы ревновали, а я просто случайная, незваная гостья, ни на кого не посягаю, да еще и юбку сшила, - засмеявшись, сказала я, - а сыновья у вас хорошие, любят вас.
  Я хотела что-нибудь узнать про Сергея, но постеснялась.
  Тамара Викторовна, как будто подслушала мои мысли:
  -А ты спроси, не стесняйся.
  -А как вы узнали, что я хочу что-то спросить? – удивилась я и покраснела.
  -Громко думаешь, вот и услышала. Ты про Сергея ведь спросить хотела?
  -Да, про него, он молчит все время, ничего не рассказывает.
  -Между нами, - Тамара Викторовна наклонилась ко мне, - как говорит мой Сашка, Сергей на тебя запал. Я его давно таким не видела, – договорить она не успела.
  Из-за дома вышел Сергей: - мама, там к тебе пришли, у Оли сынишка заболел, просит посмотреть.
  -Ну, вот и я понадобилась, - она поднялась со скамейки и пошла к дому.
  -Тамара Викторовна, хотите я с вами схожу? – крикнула я ей вслед.
  -Не надо, спасибо, я сама справлюсь, отдыхай, наработаешься еще.
  Сергей подошел и присел на скамейку:
  -Ты как себя чувствуешь? Может, пойдешь, поспишь? Мы вчера за тебя волновались.
  -Что ты, какой сон, я давно так не отдыхала.
  -У меня такое чувство, будто ты всегда жила с нами. Мы знакомы всего почти сутки, а я как подумаю, что ты завтра уедешь, уже скучаю.
  -Пойдем в дом, что-то я замерзла, - перевела я разговор на другую тему.
  Сергей взял мою руку и прижал к своей щеке: - Рука ледяная, пошли скорей.
  -Сашка, ставь чайник, Варя замерзла! - крикнул он, когда мы вошли в дом.
  -Зачем ты его беспокоишь,  я и сама могу чайник поставить.
  -Никто меня не беспокоит, для вас, сударыня, все, что угодно, мне даже приятно поухаживать за вами.
  -Братец, когда ж ты станешь серьезным? – Сергей слегка шлепнул Сашу по спине, а тот, сделав вид, что ему ужасно больно, обхватил меня руками и поставил между собой и Сергеем.
  -Варя, помоги, он меня избивает.
  -Клоун, иди к своему компьютеру, я сам чайник поставлю.
  Мы снова сидели на кухне, пили чай и разговаривали обо всем. Вскоре пришла Тамара Викторовна и присоединилась к нам.
  -Ну, что там, мам, что-то серьезное? – спросил Сергей.
  -Ничего страшного, простыл маленько, насморк, температуры нет.
  -И часто вас вызывают к больным детям?
  -Частенько, а куда еще обращаться? В медпункте только фельдшер, ближайшая поликлиника далеко, а я всегда на месте, да мне и не трудно, спасибо, что не забывают.
  -Слушайте, я тут у вас совсем обленилась, давайте что-нибудь буду делать.
  -Вот, не сидится тебе, дома не наработалась? Иди почисти картошку с морковью, а Сергей мясом займется, будем ужин готовить.
  Все приступили к работе, изредка я ловила взгляды Тамары Викторовны, мне показалось, что моими действиями она осталась довольна. Самое интересное, что я не старалась нравиться, оставалась такой, как обычно.
  Потом был ужин, Сергей принес бутылку самодельной малиновой наливки, мы ели, выпивали, говорили, меня о чем-то спрашивали, и я рассказывала о себе, об Усадьбе, о моих друзьях.
Тамара Викторовна вдруг спросила: - Варенька, очень трудно было, когда без родителей осталась?
  -Я старалась не думать о том, трудно мне или не трудно. Когда в Усадьбу приехала, просто отключила все, что позади, поэтому я и настояла на своем отъезде из дома, мне так легче было отключиться. Отец всегда мне наказывал, чтобы я ни на кого не сбрасывала свои проблемы, помогала всем, кому могу помочь, и с благодарностью принимала помощь, которую, возможно, будут оказывать мне, и еще учил отключаться от ситуации, которую не могу изменить. Говорил, что, попадая в такую ситуацию, надо как будто переключить телевизор на другой канал. Боль утихнет, раны зарубцуются, а на другом канале будут новые впечатления. Мне иногда кажется, родители знали, что я рано останусь без них. Я справилась, не без помощи, конечно, но справилась. Мне повезло, рядом всегда были удивительные люди. Вот и сейчас, у вас, здесь, я отключаюсь от ситуации, которую не могу изменить.
  -Вот уедешь завтра, и я буду скучать по тебе, - сказала Тамара Викторовна.
  -А я к вам в гости буду приезжать, можно?
  -В любое время дня и ночи, буду безумно рада тебя видеть, - она подошла ко мне и обняла.
  Засиделись мы допоздна.
  Когда я уже легла в кровать, в дверь постучали, это была Тамара Викторовна, - к тебе можно зайти?
  -Заходите, я не сплю
  -Мы с тобой не договорили в саду, так что спрашивай.
  -Я даже не знаю о чем спрашивать, - растерялась я.
  -Ты хотела спросить про Сергея, да ты не смущайся, мне даже приятно, что он тебе интересен. Ладно, я вкратце расскажу о нем. Сергей юрист. Они с другом создали свою юридическую компанию. Сергей занимается адвокатской практикой. Не женат и не был.   Девушки, конечно, были, даже совсем недавно была какая-то мадам. Но я их всерьез не воспринимала, это так, проходные варианты. А вот ты, вижу, его зацепила, даже Сашка это заметил. Извини, что я так прямо, откровенно тебе все это говорю, я мать, я его люблю и за него переживаю. А говорю я тебе все это потому, что ты мне очень нравишься. Гости в доме разные бывают, от кого-то устаешь, кто-то откровенно надоедает, от кого-то дискомфорт, а ты вчера вошла в дом и, как будто всегда жила с нами. Ладно, спи, Сережке не проболтайся, что я говорила с тобой о нем, он не любит, когда мы с Сашкой вмешиваемся в его дела.
  Оставшись одна, я еще долго не могла уснуть.

  Утром после завтрака я стала собираться домой.
  -Варя, возьми вишневое варенье, я его на столе в кухне поставила.
  -Тамара Викторовна, не надо ничего, у меня все есть, меня из Усадьбы снабжают всякими заготовками, я уже забыла, когда сама варенье варила. Оставьте, я когда к вам в гости приеду мы с вареньем чай пить будем.
  -Возьми хоть маленькую баночку, а то обижусь.
  -Ну ладно, возьму, но только одну и самую маленькую, - и я пошла на кухню за вареньем.
  Следом зашел Сергей.
  -Можно с тобой в город поехать, не хочу машину брать, во вторник в командировку улетаю.
  -Конечно, поехали. Саша, а ты с нами поедешь? – крикнула я.
  -Нет, я завтра со своей сокурсницей еду, она тут рядом живет, мы уже договорились, нас ее папаша доставит в лучшем виде.
  Мы еще долго прощались, стоя у калитки, Тамара Викторовна даже прослезилась. Сашка подошел, обнял меня и прошептал на ухо: «Ты классная, если бы не Серега, я бы в тебя влюбился, приезжай к нам», - и чмокнул меня в щеку.
  Мы с Сергеем выехали из поселка.
  -Сереж, давай остановимся, покурим, а то я стеснялась курить при твоей маме.
  -Давай. А ты давно куришь?
  -Уже четыре дня. Да я вообще-то не курю, дурью маюсь, эти сигареты докурю и сразу брошу. А сам-то давно куришь? – попыталась я съязвить.
  -Второй день, - ответил он очень серьезно.
  -Почему?
  -Не знаю, просто захотелось, но больше не буду и ты, давай бросай.
  -Хорошо, брошу. Ну что, поехали?
  Перед въездом в город мы попали с огромную пробку.
  -Тебя куда отвезти?
  -А вот сейчас около метро выйду, мне здесь недалеко.
  -Вот и метро, - я остановила машину, но Сергей не выходил.
  -Что-то не так? – спросила я.
  -Все так. Слушай, а ты что сегодня делать собираешься?
  -Не знаю, ничего не хочется, я у вас успела облениться, а что?
  -Давай сходим в какое-нибудь кафе, посидим, кофе попьем, я во вторник уеду в командировку недели на четыре, а может и на дольше, поэтому долго тебя не смогу увидеть.
  -Давай сходим, но мне бы домой заскочить, переодеться.
  -Сейчас час времени, встретимся часов в шесть, мне тоже надо кое-какие дела уладить.
  -Ну хорошо, где встречаемся?
  -А ты мне свои телефоны и адрес напиши, я за тобой заеду.
  Я достала блокнот, ручку и написала Сергею свои координаты.
  -А мобильного телефона у тебя нет?
  -Нет.
  -Странно, сейчас только у домашних животных нет мобильников.
  -Мне хватает домашнего и рабочего телефонов, иногда из дома приходится убегать, чтоб не звонили, а если мобильник куплю, то вообще никуда спрятаться нельзя будет.

  Дома я обзвонила своих друзей и сообщила, что вернулась.
  -Варя, ты к нам сегодня придешь рассказать, как все прошло? – спросила меня Машка, когда я ей позвонила.
  -Нет, Маш, нечего рассказывать, все прошло достойно. У меня еще сегодня свидание, так что, извините, обойдётесь без меня.
  -Свидание!? Я надеюсь, с мужчиной.
  -С молодым человеком - точнее будет, пола он мужского, естественно.
  -Ой, Варька, а откуда он взялся?
  -Машуня, я тебе потом все расскажу, я сама еще ничего не поняла.
  -Варька, ты какая-то другая, ты что, влюбилась?
  -Оставляю тебя в неведении, сказала же, что сама еще ничего не знаю. Я дома, доехала нормально, всем привет, целую.
  -И ты можешь держать в неведении беременную подругу?
  -Могу. Всех люблю, пока.
  Около пяти часов позвонил Сергей.
  -Варя, это я, Сергей. Я уже освободился, можно мне приехать? Если честно, то я уже внизу возле твоего дама
  -Поднимайся, правда, я еще не готова, придется подождать, пока я соберусь.
  -Подожду.
  Через некоторое время в дверь позвонили, и я пошла открывать.
  На пороге стоял Сергей, весь из себя при параде и с букетом ромашек 
  -Ой, ромашки, где ты их раздобыл, сейчас же не сезон?
  -Сам удивился, когда увидел, бабулька какая-то продавала: может, она их в горшках на подоконнике выращивала. Я как увидел, сразу понял, что это то, что нужно, - и он протянул мне букет.
  -Спасибо, я ромашки люблю. Ну, проходи, чай, кофе, сок?
  -Сок, если можно, куда пройти?
  -На кухню, это самое обитаемое место в квартире, проходи, - я подошла к холодильнику, достала сок и взглянула в окно, что-то меня там заинтересовало.
  В подъезд входил Кирилл.
  -Только этого мне не хватало, - проговорила я.
  -Что случилось?
  -Объяснять долго, но сейчас сюда придет человек, которого мне никогда бы не хотелось видеть, он только что вошел в подъезд.
  -Я могу как-то помочь? Если надо, могу лицо побить. Шучу. Ты мне только одно скажи, это твой любовник, возможно бывший?
  -Что-то типа того, он меня уже продолжительное время изводит телефонными звонками и пытается подловить около клиники, никак не может пережить то, что я прекратила с ним всяческие отношения, по его плану меня должен был бросить он, но я имела наглость его опередить.
  -Тогда ты ничему не удивляйся и постарайся мне подыграть, я сейчас…
  Сергей не успел договорить, раздался звонок в дверь. Куда он исчез, я не успела заметить.
  Кирилл, даже не спросив разрешения, вошел в квартиру.
  -Ты долго будешь от меня бегать? Я тебе что, мальчик, я не позволю тебе так со мной обращаться.
  В этот момент я услышала, как открывается дверь в ванную комнату.
  -Варенька, ну куда ты пропала, я тебе кричу, кричу, а ты не слышишь, - я оглянулась и потеряла дар речи. Из ванной вышел Сергей, его мокрые волосы торчали в разные стороны, кроме большого полотенца, которое он обернул вокруг бедер, на нем ничего не было, - Ой, извините, я не предполагал, что у нас гости. Сейчас я приведу себя в порядок, Варь, где мой халат, или, может, мне сразу одеваться в цивильную одежду, мы сразу пойдем или еще дома побудем? – он подошел, обнял меня и обратился к Кириллу, - Еще раз простите, что я в таком виде.
  Моя растерянность быстро прошла, я успела сообразить, что затеял Сергей.
  -Сереж, посмотри в шкафу, в комнате, твой халат должен быть там, - и я указала Сергею, в какой комнате надо искать.
  Сергей исчез и, через несколько минут вернулся в Пашкином махровом халате. Эта Пашкина одежка висела у меня в шкафу со студенческих времен. Когда Пашка оставался у нас с Машей ночевать, вечером мы с ней облачались в домашние халатики, а он возмущался, что для него в этом доме нет домашней одежды. Однажды мы купили для него махровый халат и часто подшучивали над Пашкой по поводу его экзотического вида: то ли халат не смотрелся на Пашке, то ли Пашка не вписывался в этот халат, но у нас с Машкой его вид всегда вызывал бурю смеха. Когда Маша съезжала от меня к Пашке, забрать халат она наотрез отказалась, и с тех пор эта вещь находилась в моем шкафу. Сейчас тот самый халат был на Сергее и смотрелся он в нем очень даже ничего.
  -Варюшенька, будь добра, представь мне нашего гостя.
  -Да, конечно. Это мой коллега по работе, зовут его  Кирилл Андреевич, - я повернулась к Кириллу и указала на него рукой.
  -А меня зовут Сергей, - он кивнул Кириллу, но руки не подал. - Извините, руки не подаю, вид не располагает к рукопожатию.
  -Сереж, иди на кухню, Кирилл Андреевич зашел на минутку, у него ко мне какое-то дело, я сейчас поговорю с ним и приду.
  -Давайте, только недолго, а то мы опаздываем, - сказал Сергей и удалился на кухню. 
  Кирилл был красный, как рак. и не мог вымолвить ни слова.
  -С какой целью вы пришли ко мне? – обратилась я к нему.
  -Цель была, не скрою, очень хотелось выяснить, что случилось, почему вдруг ты не желаешь со мной видеться, но теперь мне все понятно, новое увлечение, новые впечатления.
  -Про новые увлечения и впечатления вам видней. Я прошу вас уйти и больше никогда не приходить сюда.
  -Сначала вы все прикидываетесь беззащитными, покладистыми овечками, а потом у вас начинают резаться зубки. Я надеялся, что после постигшего тебя и всю твою Усадьбу горя ты вернешься из своего колхоза тихой и мирной. Ошибся. Вместо того, чтобы горевать по безвременно ушедшей, ты пустилась во все тяжкие, - все это Кирилл говорил с нескрываемой злобой,  громко, и на кухне было все слышно.
  Сергей не заставил себя долго ждать, он вышел в коридор, отодвинул Кирилла от входной двери, открыл ее  и тихо произнес:
  -Пошел отсюда вон, еще раз увижу тебя около Варвары вне работы, переломаю ноги. Вон отсюда.
  Брезгливость, с которой Сергей сказал все это, заставила Кирилла побледнеть, он хотел что-то ответить, но, видимо решил не рисковать и вышел за дверь, которую с треском за ним захлопнул Сергей.
  Все, что проделал  Сергей настолько не вязалось с его внешним видом, я имею в виду махровый халат, что я еле сдерживала смех. Сергей приложил к своим губам палец, давая мне понять, чтобы я вела себя тихо, и повел за собой на кухню. Закрыв на кухне дверь, я расхохоталась.
  -Ты был просто неотразим, особенно в этом халате. Как тебе такое пришло в голову?
  -Из твоего короткого рассказа я понял, что надо исправлять ситуацию и разыграл небольшой спектакль, ничего получилось?
  -Да ты просто артист больших и малых театров, мне бы самой быстро от него избавиться не удалось, спасибо тебе.
  -Ладно, не стоит благодарности, ты спасла меня, я спас тебя, можно пойти отдохнуть, я пойду переоденусь, и ты собирайся.
  Мы разошлись, я в комнату, он в ванную. Через несколько минут оба были готовы к выходу в люди.
  -Куда пойдем? – спросила я его, когда мы вышли из дома.
  -Здесь недалеко есть одно уютное кафе, немного пройдемся пешком и будем на месте.

  Мы вышли из дома и не спеша пошли по улице. Когда проходили через соседний двор, Сергея окликнула какая-то бабулька:
  -Сынок, помоги, пожалуйста, не могу бумажку найти, - она подошла к нам и протянула Сергею кучу каких-то бумажек.
  -Дед заболел, рассопливился, докторица приходила, лекарство на бумажке написала, чтоб это он ночью дышал хорошо, говорит в нос надо закапывать. А я, дура старая, не помню: то ли взяла эту бумажку, то ли забыла, да еще и очки дома оставила. До аптеки дойду, а вдруг бумажку дома забыла, возвращаться надо будет. Посмотри, сынок, может, тут бумажка докторши.
  Сергей взял листочки, быстро их просмотрел, нашел нужный и протянул бабушке.
  -Вот на этой название лекарства написано, вы ее отдельно положите, чтобы больше не искать.
  -Спасибо вам, детки, и домой не надо возвращаться, куплю капельки, деду в нос закапаю, и будет он спать хорошо. Температуры нет, а нос забит, совсем не дышит. Спасибо, родные, старая я дурра, еще и очки дома забыла. Ну, извините меня, что задержала вас, спасибо, будьте здоровы.
  -И вам здоровья, бабушка, до свидания.
  Я не удержалась и спросила Сергея:
  -А ты всегда бабушкам помогаешь?
  -Я всем помогаю, даже самому удивительно, вокруг куча народу, а с вопросами всегда ко мне подходят, я уже привык.
  Всю дорогу до кафе я думала о бабульке, которая обратилась к Сергею за помощью. Мне почему-то было приятно, что она обратилась именно к нему.

  Кафе действительно оказалось уютным и совсем небольшим. Свет в зале был приглушен, на столах горели свечи, а в углу был камин, в котором приятно потрескивали березовые дрова. Нас разместили недалеко от камина, и я сразу уставилась на огонь.
  -Любишь смотреть на огонь? – спросил Сергей, проследив за моим взглядом.
  -Люблю, на огонь и на воду, действует как успокоительное лекарство, я даже своим пациентам иногда рекомендую выезжать на природу, разводить костер и смотреть на огонь, подбрасывая в него веточки или посидеть около воды, подумать о хорошем. Многие говорят, что им помогает.
  -Варя, а он кто, этот Кирилл Андреевич? – внезапно спросил Сергей.
  -Уже давно только мой коллега по работе, ты хотел узнать, что нас связывало кроме работы?
  -Если, конечно, это не секрет.
  -Никакого секрета нет. Я однажды решила поблудить, и как назло он оказался рядом.
  -И часто у тебя возникает желание поблудить? – с улыбкой спросил Сергей.
  -Не поверишь, в первый раз возникло и так вляпалась. Ко мне недавно приходила его жена, предупреждала об опасности, исходящей от ее мужа. Представляешь, она от него ушла, а он обзвонил все косметологические клиники и договорился, чтобы ее никуда не брали на работу, и ей везде отказали. Я позвонила своему другу, Димке, он открывает новую клинику, попросила его с ней встретиться, Димка встретился и взял к себе. Теперь Кирилл Андреевич требует, чтобы я попросила Димку уволить его жену, чтобы  она, не найдя другой работы, вернулась к нему.
  -Ты позвонила?
  -Нет, конечно.
  -А Кирилл знает, что это с твоей подачи его жена устроилась на работу к твоему другу?
  -Об этом знаем только я, Димка и Ирина – жена Кирилла, теперь еще и ты.
  -Почему же он требует, чтобы ты позвонила своему Димке, сам он ему позвонить не может?
  -Кирилл Андреевич считает, что Димка мне в просьбе не откажет, а сам не звонит, потому что Димка его даже слушать не станет и Кирилл об этом хорошо знает, в моем окружении Кирилла Андреевича, мягко говоря, недолюбливают.
  -Все понятно, вопрос закрыт.
  -Куда ты во вторник улетаешь? – спросила я.
  -Во Владивосток, там у нас клиент серьезный, надо за него побороться, дело сложное, но интересное.
  -И часто у тебя бывают командировки?
  -Бывают иногда. Правда, такая длительная, как эта, в первый раз. Если что-то пойдет не совсем так, как запланировано, боюсь, что она может затянуться. И это происходит именно тогда, когда я вообще не хочу никуда ехать, - сказал Сергей и обреченно вздохнул. 
  -Ну, что же делать, работа есть работа.
  Когда к нам подошел официант, мы поняли, что только кофе  не обойдемся, оказалось, что мы оба здорово проголодались.
Вечер подходил к концу, мы были сыты, слегка пьяны, правда, непонятно от чего, то ли от выпитой бутылки сухого вина, то ли от общения друг с другом, то ли от того и от другого вместе.
  -Варь, ты только не ругайся, - Сергей достал из кармана какой-то сверток и протянул мне. - Это мобильный телефон, не переживай, он недорогой, я в него забил номера телефонов, моего и Сашкиного, номер телефона я записал на бумажке, постарайся выучить наизусть, пригодится. А это зарядное устройство, ты периодически следи за зарядкой.
  -Я, конечно, ругаться не буду, но с какой стати ты мне даришь мобильный телефон? Я вполне могу себе позволить купить телефон сама, он мне просто не нужен, я же тебе все объяснила.
  -А это я его не тебе дарю, я его для себя купил, чтобы была возможность тебе позвонить. Когда будешь сильно занята, нажми вот на эту кнопочку и он выключится, а когда будешь свободна, постарайся, чтобы он был включен и находился рядом, потому что, если я долго не смогу до тебя дозвониться, я буду переживать. Ты, если не хочешь, можешь свой номер никому не давать, пока он только у меня и у Сашки. Ты пользоваться то им умеешь?
  -Умею, спасибо.
  До дома шли не спеша, видимо, обоим не хотелось расставаться. 
  -Спасибо тебе за прекрасный вечер, Варя.
  -Это тебе спасибо, вечер был замечательный.
  Мы подошли к моему дому, пора было прощаться, Сергей обнял меня и поцеловал, потом еще и еще… Мы стояли около подъезда и целовались, как подростки.
  -Эй, тебе пора, - с трудом оторвавшись от Сергея, сказала я.
  -Я не смогу тебя завтра увидеть, будет сумасшедший день.
  -У меня завтра такая же ситуация. Хочешь, я приеду во вторник в аэропорт и тебя провожу?  Я еще могу всплакнуть и помахать платочком улетающему лайнеру.
  -Нет, если ты приедешь, боюсь, что я никуда не улечу. Ты будешь каждый день работать, встречаться с друзьями и ждать, когда я вернусь, договорились? Ты будешь меня ждать, Варька?
  -Я буду тебя ждать, Сережа.

  Командировка Сергея затянулась на два месяца. Он часто звонил мне, рассказывал о своих делах, интересовался моими новостями. Я с головой ушла в работу. Вечерами выгуливала беременную Машку. Воспитывала Пашку.
  -Паш, прекрати сходить с ума, Машка уже боится лишний раз на диван прилечь, чтоб ты не подумал, что ей плохо. Дай ей до родов спокойно дожить. Будешь доставать, отправлю ее в санаторий для беременных, - пыталась я убедить Пашку, выходя из операционной.
  -Ты что, хочешь, чтобы я совсем свихнулся? Какой санаторий? Я туда тоже с ней поеду.
  -А я дядю Сашу попрошу, и он тебя не отпустит. Успокойся уже, ты же врач, Машка здорова, анализы хорошие, все идет своим чередом.
  -А я волнуюсь за нее, опекаю, оберегаю, - говоря это, Пашка гладил меня по плечу, показывая, как он опекает и оберегает Машку.
  -Неужели у всех мужиков наступает сдвиг по фазе, когда их жены беременны? – спросила я и рассмеялась.
  -Не знаю, как все, а я такой.
  -Ладно, поговорю с подругой, пусть потерпит, немного осталось, скоро Варьку нянчить будем.
  -Варвара Сергеевна, вам Дмитрий Владимирович звонил, просил, чтобы вы ему перезвонили вот на этот номер, - сказала, подбежавшая к нам с Пашкой сестричка Оля и протянула листок с номером телефона.
  -Давно он звонил, Оль.
-Минуть тридцать назад, я сказала, что вы на операции, а он сказал, что будет ждать вашего звонка.
  -Он ничего не говорил, у него ничего не случилось? – заволновалась я.
  -Да вроде ничего не случилось, голос веселый, даже пошутил со мной.
  -Спасибо, Олечка, я сейчас позвоню.
  Номер, на который я звонила, был долго занят, наконец мне удалось прорваться до говорливого абонента.
  -Привет, позвони мне, позвони…, а сам на телефоне висишь, я замучалась тебя набирать, с кем ты там болтаешь так долго? Это Варя.
  -Да я уж понял, что это Варя, это не я звоню, это мне названивают, не успеваю отбиваться. Варь, ты сегодня очень устала? – спросил меня Димка.
  -А что такое случилось? Я тебе зачем-то понадобилась или разогнал всех своих красоток, и тебе не с кем скоротать вечерок? – весело спросила я.
  -Красоток я действительно разогнал, а к тебе у меня дело, и очень деликатное. Давай встретимся. Тебе как удобнее, на нейтральной территории или мне к тебе домой приехать?
  -Ну, с учетом, что ты всех своих красоток разогнал, дома тебя принимать опасно, еще приставать начнешь, - расхохоталась я.
  -Язва ты, Варька, у человека, может, судьба решается, а ты щиплешься. Где встречаемся?
  -Приезжай ко мне, я часа через два дома буду. Что-то мне подсказывает, что ты решил круто изменить свою холостую жизнь, ну хоть намекни, кто она, а то я могу до встречи не дотянуть.
  -Приеду, все расскажу, поломай пока голову, тебе полезно поволноваться за друга, то есть за меня, любимого. Целую.

  К моему дому мы с Димкой подъехали одновременно, я на своей машине, он на такси.
  -Привет, почему не сказал не сказал, что без машины, я бы тебя забрала с работы.
  -Я был на машине, только не стал ее брать, мы сейчас с тобой будем пить коньяк, - Димка вытащил из-за пазухи и показал мне бутылку коньяка.
  -О-о-о, дело, видать, серьезное, здорово тебя скрутило, ну пошли, будем спиваться.
  Дома я быстро соорудила ужин, Димка открыл коньяк  и беседа началась.
  -Ты помнишь, подруга, что у Димыча день рождения в субботу?
  -Помню, конечно, восемь лет, солидная дата, хотела тебе звонить на счет подарка, а ты сам заявился. Что ему подарить, может, были какие пожелания? Ты его избаловал совсем, даже не знаю, чем его порадовать, - упрекнула я Димку.
  -Купи ему роликовые коньки, он будет счастлив. Просит у меня эти самые коньки уже не знаю, сколько времени,  я не покупаю, боюсь, переломает руки, ноги.
  -Ну, ты и свинья, Димка. Значит, если я ему эти коньки подарю и он себе что-нибудь сломает, то ты будешь чистенький, а я вся в… Очень удобно хочешь устроиться. Варька подарила, Варька в ответе, а папашка вроде и ни при чем.
  -При чем, при чем… Дари, я разрешаю, просто я ему столько лекций прочитал о том, как это опасно, что самому идти на попятную как-то неловко, а так ты подаришь, я вроде как разрешу пользоваться, - Димка состроил хитрую рожицу и показал мне язык.
  -Ну, ладно, ты ведь не для того пришел, чтобы меня на день рождения пригласить, рассказывай, что случилось, - я подперла щеки кулаками, показывая Димке, как внимательно я его собираюсь слушать.
  -Влюбился я, Варь, сильно влюбился, - после этих слов Димка махнул рюмку коньяка, как заправский пьяница.
  -И по этому поводу ты решил уйти в запой?
  -Нет, я туда не пойду, не бойся. Мне помощь твоя нужна, только ты мне можешь помочь.
  До меня стало доходить, чего от меня хочет Димка.
  -Проблемы с Димычем? – серьезно спросила я.
  -Не только с ним.
  -Неужели Елена Ивановна против, но этого не может быть, она мечтает, чтобы ты, наконец, женился.
  -Хватит гадать, я тебе сейчас все расскажу, ты только меня не перебивай.
  -Молчу и слушаю, -  я снова подперла щеки кулаками.
  -Варя, ты, извини, но я влюбился в Ирину и хочу, чтобы мы были вместе. Она удивительный человек, мне с ней легко, спокойно и хорошо, вот,  - произнеся свою речь на одном дыхании, Димка замолчал и уставился на меня немигающим взглядом.
  -А в чем проблема то? Это здорово, что ты, наконец, встретил женщину, с которой тебе хорошо. Или я еще чего-то не знаю?
  -Я, дурак, боялся, что ты не одобришь меня.
  -Димка, ну при чем же здесь я? Это твое личное дело, и, что бы ты ни решил, я могу тебя только поддержать и порадоваться за тебя.
  -Я думал, что раз она была женой Кирилла, тебе будет неприятно.
  -Я очень рада за вас обоих, Ирина не меньше тебя заслуживает счастья, она натерпелась от Кирилла достаточно, чтобы зажить спокойной, счастливой жизнью. Елена Ивановна, надеюсь, не против?
  -Ты знаешь, они как-то быстро нашли общий язык, я даже удивился. Сколько у меня было Наташ, Даш, Клаш, она их вообще всерьез не воспринимала, а Ирину сразу приняла и одобрила.
  -Димыч бузит?
  -Нет, не бузит, наоборот, он ее тихо ненавидит, и я здорово боюсь за него. Я, когда к тебе ехать собрался, догадывался, что с моей любовью мы разберемся быстро, а вот что с малым делать, не знаю. Пытался с ним поговорить, он замыкается и молчит, мать боится с ним разговаривать, что делать, не знаем.
  -Ты хочешь, чтобы с ним поговорила я?
  -Да, хочу тебя под танк кинуть, ты, я уверен, сможешь ему все объяснить, - и он посмотрел на меня с такой надеждой, что у меня сердце сжалось.
  -Ты хочешь, чтобы я приехала к вам до дня рождения?
  -Нет, Варь, если ты приедешь раньше, он сразу поймет, зачем ты приехала. Кстати, ты возьми с собой Машку с Пашкой, мы их не видели давно.
  -Насколько я понимаю, компанию ты мне с собой предлагаешь взять, чтобы сгладить мою встречу с Ириной, все-таки боишься.
  -Я уже всего боюсь. Никогда не думал, что буду волноваться, как мальчишка, и просчитывать варианты сглаживания ситуации.
  -Здорово ты влип, доктор. А знаешь, почему Димыч замкнулся? – спросила я Димку, разливающего коньяк.
  -Почему?
  -Ты тут вспомнил своих, как ты их называешь - Наташ, Даш, Клаш, так вот они Димыча вообще не беспокоили. Он видел в них очередное папино увлечение и не больше того, а к Ирине он тебя ревнует, потому что понимает, на этот раз все серьезно. Да, а как у Димыча отношения с Юрой, они познакомились? – задала я вопрос о сыне Ирины и Кирилла.
  -Представляешь, с ним они нормально общаются, даже, кажется, подружились. Юрка хороший парень, мать очень любит и поддерживает во всем. Он уже взрослый, все понимает, а вот что с Димкой делать, не знаю.
  -Все уладится, не переживай. Давай будем пить коньяк, и ты мне расскажешь, как у тебя дела в клинике.
  Тему с Димкиной любовью мы закрыли, и он начал мне рассказывать о своих делах на работе. Иногда в его рассказе проскальзывали сведения об Ирине, видимо она ему здорово помогала в организационных вопросах и не отметить ее активное участие он не мог.
  Я слушала Димку и радовалась за то, что у него все налаживается и с работой и в личной жизни. Еще я искренне радовалась за Ирину с Юркой.
  Когда Дима ушел, я позвонила Пашке и сообщила ему, что в субботу мы едем к Димычу на день рождения.
  -Варя, ты что говоришь, какая поездка, да еще и за город, а вдруг с Машкой что-нибудь  случится? - возмущался Пашка.
  -Господи, ну вразуми ты этого дурака. Пашенька, с Машкой могут случиться только роды, пока еще до них есть время, ну а если вдруг неожиданно, внезапно она будет рожать, то, поверь, мы справимся. Там будут квалифицированные врачи, которые с ролью акушерки вполне совладают. Кроме того, пусть она хоть свежим воздухом подышит. Если ты не прекратишь мучить Машку, я с тобой поссорюсь. Понял меня? Дай, я с Машей поговорю.
  К телефону подошла Маша.
  -Привет, Варь, что он тут распинался насчет меня?
  -В субботу мы все вместе едем на день рождения к Димычу. Я за вами заеду часов в двенадцать, чтоб были готовы.
  -Ой, как здорово, а что дарим?
  -Я подарок куплю сама, мы уже с Дмитрием Владимировичем все обговорили, так что готовьтесь к празднику.
  -А Пашка согласен?
  -Пусть только попробует поднять восстание, я с ним поссорюсь навсегда, - сказала я строго.

  В субботу к 12 часам я заехала за Пашкой с Машкой и мы поехали на день рождения. Пашка всю дорогу на меня дулся, а я не обращала на него никакого внимания.
  Как только наша машина въехала во двор, к нам из дома выскочил Дим Димыч, видимо, ждал, когда мы приедем.
  -Варь, Паш, Маш, привет, как здорово, что вы приехали! Маша, ты такая красивая и похожа на Карлсона, только без вентилятора.
  Мы дружно расхохотались.
  Подарок, роликовые коньки и всякие причиндалы в виде налокотников, наколенников и шлема были приняты на ура.
  -Пообещай, что без защитных средств на этих колесиках ты кататься не будешь, - строго сказала я Димычу.
  -Обещаю, я теперь буду, как рыцарь, в латах и шлеме. Пап, бабуль, мне подарили роликовые коньки, - радостно закричал он вышедшим на крыльцо отцу и бабушке.
  К нашему приезду все гости уже были на месте, ждали только нас. Ирина подошла ко мне и поцеловала в щеку.
  -Варя, мне так много хочется вам сказать… Вы, не представляете, что для меня сделали, я жить заново начала, спасибо вам большое. Пойдемте, я вас с Юрой познакомлю, - она повела меня в комнату, где уже был накрыт праздничный стол.
  Юра с Димычем занимались распаковкой коробок с подарками.
  -Юра, познакомься, это Варвара Сергеевна, я тебе о ней рассказывала.
  -Зачем же так официально, можно просто Варя, - смутившись, сказала я, обращаясь к Юре.
  -Очень приятно, Варя, - и он поцеловал мне руку.
  Я снова засмущалась.
  Потом всех пригласили за стол, и начался пир в честь дня рождения Димки-младшего.
  Когда торжественная часть была окончена и гости перешли к разговорам о работе, об общих знакомых и о политике, Димыч подошел ко мне. 
  -Варя, ты почему так долго не приезжала, у нас тут новости всякие, пошли. поболтаем, - он потянул меня за собой.
  Мы поднялись в его комнату, сели на диван.
  -Ну, что, Димыч, у тебя за новости, рассказывай.
  -Отец жениться собрался, - выпалил он и надулся.
  -Так это ж здорово, это уже вторая радостная новость за последнее время! - воскликнула я.
  -А какая первая? – спросил надувшийся еще больше, Димка.
  -Первая, это когда я узнала, что у Маши и Паши будет ребенок, - пояснила я.
  -Варь, а папа меня больше не любит, он теперь эту Ирину любит, да?
  -А тебе что, Ирина не нравится?
  -Да нет, она добрая, но я думал, что мы всегда будем жить с бабушкой и папой, нам хорошо и без Ирины.
  -Дима, скажи мне, пожалуйста, как ты представляешь дальнейшую жизнь своего отца?
  -Ну, как представляю, я окончу школу, поступлю в институт, потом буду работать.
  -Я не услышала в твоем представлении ни одного слова об отце, все, что ты сказал, касается только тебя.
  -А что отец, он будет работать, мы всегда будем вместе, что еще надо?
  -А о его личной жизни ты ничего мне сказать не хочешь? – спросила я, напустив на себя строгость.
  -Варь, если ты о сексе говоришь, так для этого всегда найдутся, как папа говорит, Наташи, Даши, Клаши.
  -Так ты, значит, считаешь, что личная жизнь твоего отца может заключаться только в сексе? А если он хочет, чтобы рядом с ним была женщина, которую он любит, с которой ему интересно, а если он хочет, чтобы у него были еще дети, и чтобы ты, когда он состарится и умрет, не остался один, а у тебя были бы братья и сестры?
  -Не нужен мне никто, - с обидой проговорил Димка.
  -То, что тебе никто не нужен, кроме тебя самого, это я уже поняла. Мне очень не хочется думать, что ты растешь эгоистом. У тебя замечательный, любящий отец, он имеет право на полноценную семейную жизнь, а ты пытаешься ему пакостить. Ты прекрасно знаешь, что если поставишь отцу условие, он откажется от Ирины, но, поверь мне, ты сделаешь его несчастным человеком. А о бабушке ты подумал? Она уже не девочка, ей тоже помощь нужна, отец все время на работе, от тебя пользы по хозяйству пока никакой, да и за сына своего она переживает, она понимает, что одному, я имею в виду без жены, ему будет плохо. Ты сам только что вспомнил про Наташ, Даш, Клаш, так вот, ни на одной из своих бывших подружек твой отец не захотел жениться, значит, это были не те женщины, с которыми он хотел бы прожить жизнь. Он встретил Ирину, и оказалось, что есть на свете женщина, которую он хочет видеть рядом с собой, рядом с тобой и рядом с бабушкой. Ты сейчас должен засунуть свой эгоизм и свою ревность в… знаешь куда!, и делать все для того, чтобы отец даже подумать не мог, что тебе что-то не нравится. Помнишь, я тебе много рассказывала про сына Дины из Усадьбы, про Мишку?
  -Помню, - пробурчал надутый Димыч.
  -Когда Фёдор начал ухаживать за Диной, Мишка шелохнуться боялся, боялся лишнее слово сказать, чтобы Фёдора не обидеть. Мишка очень любит свою маму и всегда оберегает ее покой и счастье, а Фёдора уважает и слушается как родного отца. У этого малыша, а когда все это происходило, он был младше тебя, так вот, у этого малыша, а вернее сказать, у маленького мужчины, даже мысли не было воспротивиться счастью матери. В душе он, может, тоже маму ревновал к Фёдору, но ни единого раза он даже виду не подал, а когда у него сестричка родилась, он от нее часами не отходил, любит ее безумно. Кстати, Дина Мишку меньше любить не стала, а даже наоборот, любит его еще больше и уважает за то, что он не стал для нее и Фёдора помехой и все у них хорошо. Я тебя понимаю, это трудно полюбить совсем чужого тебе человека, но ты даже не пытаешься войти в положение отца, думаешь ему легко, думаешь он не переживает за тебя? Ты уже большой и совсем не глупый мальчик, и я уверена, что ты найдешь в себе силы принять выбор отца и для начала хотя бы по-доброму относиться к Ирине и к Юре.
  -Юрка классный, он со мной занимается, мне Юрка нравится.
  -Юру растила Ирина, и, если бы она была плохим человеком, она не смогла бы воспитать такого хорошего сына. Ты думаешь, что Юре легко, для него твой отец тоже человек чужой, он тоже за маму переживает, но он уважает ее выбор и помогает устроить ее жизнь. Запомни раз и навсегда, мешать людям и пакостить очень легко, да и особого ума для этого не надо, а вот помочь, войти в положение, откликнуться на беду очень трудно, и для того, чтобы это хорошо получилось, надо много думать о том, что и как ты хочешь и можешь сделать.
  -Взял бы папа и женился на тебе.
  -Это ты потому так говоришь, что твой папа никогда не хотел на мне жениться. Мы с ним всегда были большими друзьями, а если бы ты понял, что мы не просто друзья, ты бы меня ненавидел так же, как сейчас ненавидишь Ирину, тут дело не в том, на ком папа хочет жениться, а в том, что он решил связать свою жизнь с любимой женщиной, ты его ревнуешь.
  -Я все понимаю, просто мне трудно.
  -Когда-то, очень давно, один хороший человек мне сказал, что когда у тебя в жизни наступает трудная минута, надо кому-то помочь и самому станет легче. Поэтому твоя задача сейчас - помочь отцу с Ириной.
  -Как же я им могу помочь?
  -А ты им не мешай, и это будет самая лучшая помощь. И перестань дуться, пожалуйста, а то ты похож на хомяка. Можно я больше ничего говорить тебе не буду, что-то я устала. Я пойду к гостям, а ты посиди и подумай о том, что я тебе сказала, только не долго, день рождения все-таки твой, без именинника нет праздника. Я тебя очень люблю и верю в тебя, Дим Димыч, - прижав его к себе, поцеловала и вышла из комнаты.
  Когда я спустилась вниз, ко мне сразу подошел Димка-старший.
  -Варь, ты с ним поговорила, как он там? – волнуясь, спросил он.
  -Он у тебя нормальный парень, все понимает, подожди пару дней, ему надо все осмыслить в новом видении. И прекрати его бояться, ты прямо как нашкодивший ребенок перед строгим папой, только у вас все наоборот: папа ты, а он нашкодивший ребенок. Не раскисайте, папаша, вам еще понадобятся силы на молодую жену и на взрослого пасынка, а там, дай Бог, и еще детишки пойдут, - хитро улыбнувшись, я подмигнула Димке.
  -Варька, я тебя люблю и  обожаю, чтоб я без тебя делал, - Димка подхватил меня под руки и закружил по комнате.
  -Эй, ты потише, нас могут не так понять, я сомневаюсь, что вызываю доверие у твоей любимой женщины.
  -Да она за все время, что мы с ней знакомы, о тебе ни разу плохого слова не сказала. А когда я ей сообщил, что с Димычем попрошу поговорить тебя, она меня сразу же поддержала.
На лестнице появился Димыч.
  -Дорогие гости, предлагаю резать праздничный торт! – в два прыжка он соскочил с лестницы и повис на Димке-старшем.
  Ирина внесла в комнату трехэтажный торт и поставила на стол.
  -А кто ж такую красоту резать будет? – спросил Пашка.
  -Димыч, может, сам разрежешь? – предложила я.
  -Нет, пусть тетя Ира разрежет, у нее это лучше получится, - сказал Димыч.
  Ирина взяла нож и стала резать торт. Гости потянулись к столу за своей порцией. Когда очередь дошла до меня, наши с Ириной взгляды встретились, и я увидела, что из глаз у нее текут слезы.
  -Все будет хорошо, Ирина. После бури и дождя всегда наступает хорошая погода. Все будет хорошо.
  -Спасибо вам, Варя.
  Праздник продолжался, все ели торт, пили чай, разговаривали, потом были танцы и Юра пригласил на танец Елену Ивановну, бабушку Димыча. Для них освободили круг, и они исполнили вальс, получилось у них очень здорово.
  Часов в восемь мы с Машкой и Пашкой засобирались домой. На обратном пути Пашка на меня уже не дулся, потому что у его жены весь вечер было отличное настроение и она совсем не выглядела уставшей, а даже наоборот, отдохнувшей.

  В воскресенье я захандрила. Случалось такое крайне редко. Я слонялась по квартире из угла в угол, ничего не хотела делать, пыталась читать, смотреть телевизор, но все было не в радость. Мне вдруг стало себя жалко. Я остро почувствовала, что осталась совсем одна. Конечно, у меня было много хороших, добрых друзей, которым я всегда готова была прийти на помощь и которые всегда готовы поддержать меня, но сегодня я вдруг  остро почувствовала одиночество. Сергей не звонил. Первую половину дня я пыталась разобраться, что привело меня к такому состоянию, потом, не разобравшись, я начала себя жалеть. Жалела я себя всю вторую половину дня, промучившись до самого вечера.  Когда уже не осталось сил разбираться, думать, копаться в себе и жалеть себя, я просто разревелась. На столе лежало письмо, оставленное мне Тамарой Викторовной, и я начала его перечитывать.
  -Я чувствую, что вы рядом, Тамара Викторовна, но что-то мне совсем плохо, подали бы какой-нибудь знак, - проговорила я вслух, всхлипывая после каждого слова
После этих моих слов раздался звонок в дверь, который заставил меня вздрогнуть. Я вытерла слезы и пошла открывать. На пороге стоял Сергей, в руках он держал букет ромашек.
  -Варька, ты чего ревешь, что случилось?
  -Я не реву, я расслабляюсь, сам говорил, что это полезно.
  -Здравствуй, родная, я думал, что сойду с ума в этой длительной командировке, - он протянул мне букет ромашек.
  -Здравствуй, где ты их берешь все время, у тебя что, подпольная ромашковая оранжерея? – спросила я, продолжая всхлипывать.
  -Просто мне всегда попадаются бабушки, которые так же, как и ты, любят ромашки. Эй, прекращай реветь, правда ничего не случилось?
  -Ты не звонил ни вчера, ни сегодня, и мне стало грустно.
  -Зачем звонить, я сам к тебе приехал. Варька, родная, у меня было очень много времени обо всем подумать: если ты не прогонишь меня, то я от тебя никуда не уйду. Я люблю тебя, Варька, очень сильно люблю. Наша встреча на той дороге была не случайной, это судьба. Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. и если ты хочешь того же, то выходи за меня замуж.
  -Я не прогоню тебя, Сережа. Я тебя очень ждала, и у меня тоже было, слишком много времени, чтобы понять, что я тебя люблю, - слезы снова потекли по моему лицу.
  Мы стояли в коридоре, Сергей целовал меня в мокрые глаза, щеки, губы. Мы никак не могли оторваться друг от друга.
  -Сегодня будет наша помолвка, - сказал Сергей и достал из своей сумки бутылку шампанского, - Пойдем отметим наш первый общий праздник.
  Сергей держал меня за руку и не отпускал.
  -Отпусти мою руку, я сейчас накрою стол, - я попыталась освободиться, но Сергей держал меня крепко.
  -Я боюсь, что ты исчезнешь, - он снова стал меня целовать.
  -Сергей, если ты сейчас же не прекратишь, то наш общий праздник может не состояться, - при этом я прижалась к нему еще крепче.
  Наконец, нам удалось оторваться друг от друга, я достала бокалы для шампанского и пригласила Сергея к столу.
  -Подожди, я в пылу страсти, забыл самое главное, - он вышел в коридор и вскоре вернулся. - Дай свою руку, я хочу подарить тебе кольцо. Когда я увидел этот зеленый изумрудик, сразу вспомнил твои зеленые глаза. Я купил его для тебя еще до отъезда, но не смог сразу подарить, побоялся испугать тебя своим стремительным напором. Про себя я все понял еще тогда, в нашем доме, когда зашел к тебе в комнату и поцеловал тебя перед сном. Дай свою руку.
  Я протянула руку, и Сергей надел мне на палец колечко с изумрудом. Оно было мне впору.
  -А как ты размер угадал?
  -Не знаю, взял его в руки и сразу все понял. Давай пить шампанское.
   Мы пили шампанское, Сергей рассказывал о своей длительной командировке, я о своих делах.
  -Варька, а ты можешь завтра сбежать с работы пораньше?
  -Могу, а зачем?
  -В ЗАГС пойдем, заявление подавать, а вечером к моим съездим, они нас ждать будут.
  -Они все знают?
  -Знают, мама сейчас с Сашкой сидят дома и держат за меня, и за тебя, конечно, кулаки. Наверное, волнуются. Давай им позвоним?
  -Давай, только ты сам звони, я что-то боюсь, - я вышла из-за стола и пошла за телефоном.
  Как только Сергей набрал номер, на том конце сразу сняли трубку, видно ждали этого звонка.
  -Мам, это мы. Мы с Варькой завтра вечером приедем к вам. Все хорошо, мам, - он слушал, что говорила ему Тамара Викторовна, - Не переживайте, все будет в полном порядке, мы вас целуем, до завтра.
  -Что сказала Тамара Викторовна?
  -Она сказала, что очень рада, передавала тебе привет и просила, чтобы я тебя не обижал.
  -А как ты не будешь меня обижать?
  -Варька, пойдем спать, ты сама увидишь, как я тебя не обижу, я мечтал об этом все время, с тех пор, как мы расстались около подъезда.
  Это была самая счастливая и самая сладкая ночь в моей жизни. В какие-то моменты я не могла сдержать слез от счастья. Мы занимались любовью, потом разговаривали, потом снова сливались в единое целое. До утра мы так и не сомкнули глаз.
  -Сережка, пора вставать, я пойду, завтрак приготовлю.
  -Как быстро пролетела ночь, мне не хочется расставаться с тобой, даже на мгновенье, - сказал Сергей и крепко сжал меня в своих объятиях.
  -Пора, вставай, - я поцеловала его, освободилась из его объятий и вынырнула из-под одеяла.
  Мы позавтракали и стали собираться на работу.
  -Варь, ты свою машину не бери, я тебя на работу отвезу, а в половине второго за тобой заеду.
  -Ты что, боишься, что я сбегу? – хитро спросила я Сергея.
  -Нет, не боюсь, никуда ты не сбежишь. Я хочу как можно дольше с тобой не расставаться, поэтому мы поедем вместе.
  В прихожей мы снова стали целоваться, и я поняла, что, если мы сейчас не остановимся, я вообще никуда не пойду.
  -Сережка, сжалься надо мной, мне просто необходимо сегодня появиться на работе, я держусь из последних сил, остановись первый.

  Когда я вошла в ординаторскую, там были дядя Саша и Пашка. Они что-то громко обсуждали, но после моего появления дружно замолчали и уставились на меня.
  -Что вы на меня так смотрите, что-то случилось? – испуганно произнесла я.
  -Это у тебя надо спросить, что случилось, ты вся просто светишься от счастья, - удивленно сказал дядя Саша.
  -У меня все в полном порядке, - отрапортовала я.
  -Чутьё мне подсказывает, Варвара, что ты от нас что-то скрываешь, ты ничего нам не хочешь сказать? – изрек Пашка и  встал поближе к дяде Саше, ожидая ответа.
  -Можно, я вам пока ничего говорить не буду, лучше отпустите меня сегодня пораньше, у меня жизненно-важное дело.
  -И во сколько же у тебя это самое жизненно важное дело? – спросил дядя Саша.
  -В половине второго хочу сбежать с работы, отпустите?
  -Попробовали бы мы тебя не отпустить, такое свечение может погаснуть, жалко. Ну что, Паш, отпустим ее сегодня пораньше? – обратился дядя Саша к Пашке и толкнул его в бок.
  -Может, поиздеваемся Александр Семенович, ну хоть чуть-чуть?
  -Пашка, ты садист, я тебе не Машка, без боя не сдамся, отпор будет мощный, имей это в виду, - я подскочила к ним обоим, обняла и закружила по кабинету.
  -Варь, ты, пожалуй иди прямо сейчас, а то я боюсь, что до половины второго ты разнесешь всю клинику, - захохотал дядя Саша, падая на диван.
  -Сейчас я пойду немного поработаю, а в половине второго я вам устрою полное отсутствие моего присутствия. Завтра обещаю быть на работе вовремя.
Мои дорогие, родные друзья и коллеги удивленно переглянулись друг с другом, но промолчали.

  Сергей заехал за мной в точно назначенное время и повез в ЗАГС. Там нам пришлось отстоять небольшую очередь.
  Сотрудница ЗАГСа, принимающая документы, выдала нам бланк и образец его заполнения.
  -Девушка, напишите, пожалуйста, сами, а то у всех мужчин ужасно неразборчивый почерк, -предложила мне женщина, подавая ручку.
  И вдруг меня как будто ударило током:
  -Сереж, а я забыла спросить, как твоя фамилия-то?
  -Грачёв. Грачёв Сергей Михайлович, - сказав это, он протянул мне свой паспорт. - А твоя?
  -Моя – Снегирёва. Снегирёва Варвара Сергеевна.
  -Молодые люди, а вы что, только что познакомились или у вас фиктивный брак? Прежде чем сюда приходить, надо было хотя бы выучить фамилии, имена и отчества друг друга, - оторвавшись от чтения каких-то бумаг, возмущенно произнесла обалдевшая сотрудница ЗАГСа.
  -А наш брак что, прямо сейчас регистрировать будут? – спросил Сергей.
  -Вы издеваетесь, что ли? Через два месяца, не раньше, - строго сказала женщина и посмотрела на нас, как на ненормальных.
  -Ну тогда что ж вы так волнуетесь, у нас еще масса времени, для выяснения подноготной друг друга, - засмеялся Сергей.
  Заявление было заполнено. Дата регистрации назначена.
  -Куда теперь? - спросила я, когда мы вышли из ЗАГСа.
  -Теперь поехали к маме с Сашкой, они нас уже ждут.
  -Сереж, что-то я волнуюсь, ты меня не обманул, они точно не против нашего брака? Все так быстро произошло, так, наверное, нельзя. Тамара Викторовна черт знает что подумает.
  -Что уж тут думать, деваться некуда, мы все уже решили. Да не трясись ты, она рада без памяти, что я женюсь и женюсь именно на тебе.
  Чем ближе мы подъезжали к дому Сергея, тем страшнее мне становилось. Когда вдалеке показались дома, я попросила остановить машину.
  -Сереж, давай немного постоим, мне надо в себя прийти.
  -Ты чего боишься?
  -Они ведь понимают, что ты сегодня у меня ночевал? Мне как то стыдно. Знакомы с тобой без году неделя, и привет - женимся.
  -Они уже поняли, что я тебя очень сильно люблю. Больше им ничего понимать не надо. Все будет хорошо, поехали, нас ждут.
  Нас действительно ждали. Как только мы подъехали к дому, на крыльце сразу появилась Тамара Викторовна в красивом платье, следом за ней вышел Сашка, на нем был строгий черный костюм, в руках он держал букет цветов.
  Тамара Викторовна моментально почувствовала мое состояние.
  -Варюша, ты чего трясешься вся, боишься меня, что ли? – она подошла ко мне, обняла, расцеловала.
  -Боюсь, наверное, все как-то слишком быстро произошло, поэтому и боюсь.
  -Глупенькая, да я счастлива, что вы решили пожениться. Я в тебя влюбилась с первого взгляда, так же как и Сережка. Наконец-то у меня дочь появится. Пошли в дом, холодно на улице, все к столу.
  Сашка подошел ко мне и торжественно вручил букет цветов.
  -Варь, я тоже в тебя с первого взгляда влюбился, но старшему брату пришлось место уступать, да и мне вроде рано еще о семейной жизни думать, пока погуляю. Поцеловать то тебя можно, будущая родственница? – разрешения он ждать не стал и поцеловал меня, крепко при этом обняв.
  В комнате был накрыт праздничный стол, на столе горели свечи.
  -Мы с Сашкой решили сегодня устроить ужин при свечах, повод вполне подходящий, давайте за стол сядем, выпьем и поедим. Сашка, разливай шампанское, а я пойду принесу горячее.
  -Тамара Викторовна, давайте я вам помогу, - проблеяла я дрожащим голосом.
  -Еще чего не хватало, сегодня я тебе точно ничего делать не дам, сегодня ты моя самая дорогая гостья. Недолго, тебе в гостьях ходить осталось, скоро будешь приезжать сюда как хозяйка, уж тогда, не взыщи, завалим работой, сама не рада будешь, - засмеялась Тамара Викторовна.
  -Мама, ну что ты ее пугаешь, посмотри, она трясется, как осиновый листок, всю дорогу дрожала, думал, что сбежит от страха, - сказал Сергей.
  Сашка разлил по бокалам шампанское, и слово взяла Тамара Викторовна:
  -Вчера, когда Сережка сообщил нам, что едет к тебе, Варенька, делать предложение, мы с Сашкой, как дети, весь вечер держали за него кулаки. Расслабились только после вашего звонка. С того самого момента, когда ты появилась в этом доме, я все время думала о том, как порой в жизни складываются обстоятельства. Сергей мог не поехать в деревню со своим другом, ты могла не остановиться на лесной стоянке, могла вообще не ехать в этот день домой, а остаться у своих друзей. Кто-то вел вас именно тем маршрутом, по которому вы шли, шли друг к другу навстречу, и эта встреча состоялась. Мне кажется, что, даже если бы ваши маршруты не пересеклись в тот день, вам все равно суждено было встретиться, через день, месяц, год. Не знаю, как бы это произошло, но произошло бы точно. Вы очень разные и в то же время очень похожи друг на друга. Давайте выпьем за вас, за нас всех, за все хорошее, а в том, что все будет хорошо, я нисколько не сомневаюсь. И еще, несмотря на то, что регистрация вашего брака еще не скоро, я опускаю эту формальность и говорю тебе девочка, добро пожаловать в нашу семью.
  -Ура! – закричал Сашка.
  Мы выпили шампанского.
  Потом Сережка очень смешно рассказывал, как мы в процессе оформления заявления, узнавали друг у друга фамилии и тем самым довели до полуобморочного состояния сотрудника ЗАГСа. Особенно эта история понравилась Сашке, и он весь вечер над нами подшучивал.

  Сергей перебрался в мою квартиру. Он настаивал, чтобы я переехала к нему, но я наотрез отказалась, и ему ничего не оставалось делать, как переехать ко мне. Утром Сергей отвозил меня на работу, а вечером забирал. Все приготовления к предстоящей свадьбе Сергей взял на себя, от меня требовалось только приготовить убранство невесты. Я решила, что свадебное платье мне сошьют в Усадьбе. Туда мы и оправились в очередную субботу, я позвонила Дине и предупредила о нашем приезде.
  -Варька, давай каждый раз, когда мы будем ездить в Усадьбу, обязательно будем останавливаться в том месте, где мы встретились.
  -Давай. Мы будем там останавливаться и выпивать по чашечке кофе.
  -А сегодня у нас есть с собой кофе?
  -Кофе у нас с собой есть всегда. А мы будем останавливаться на нашем месте, когда движемся туда или обратно? - спросила я.
  -Предлагаю так же, как было в первый раз: когда едем обратно.
 
  У Дины, кроме ее семейства, собрались Иван Иванович с женой и Зоя Петровна. На Сергея сразу же набросились с расспросами, кто он, откуда, где работает. После того как он ответил на все вопросы, Иваныч вынес вердикт: - Наш человек.
  Ивана Ивановича дружно поддержали  все остальные, и мы пошли к столу.
  Зоя Петровна вспоминала наш с Диной и Мишкой приезд в поселок. Иваныч рассказывал о делах в поселке. Дина делилась впечатлениями о новых обитателях Усадьбы. Мне было приятно, что Сергей внимательно слушает все, о чем говорят, задает вопросы. Ему все было интересно, я видела, что ему нравятся все эти люди и он не чувствует себя здесь чужим.
  Незадолго до того, когда все начали расходиться, я подошла к Зое Петровне.
  -Зоя Петровна, у меня к вам дело. Хочу попросить поселковых женщин и девчонок из Усадьбы сшить для меня свадебное платье. Не хочу я по всяким ателье и портнихам ходить, хочу платье нашего фирменного производства.
  -А ты какое платье хочешь, небось, пышное, как у царицы? – как-то очень хитро спросила меня Зоя Петровна.
  -Нет, не хочу никаких пышных юбок. Хотела кружевное сделать, да времени не так много осталось, сплести не успеют.
  -А зачем плести кружева, твое кружевное свадебное платье у меня дома в шкафу висит.
  -Как в шкафу, а откуда же оно взялось? – я ничего не могла понять.
  -Еще в прошлом году Тамара Викторовна заказала нам кружева для свадебного платья, девчонки его сшили, всю работу она оплатила. Когда все было готово, сдала мне его на хранение и сказала, чтобы я тебе отдала, когда ты приедешь свадебное платье к нам шить. Зоя Петровна, говорит она мне, Варвара обязательно приедет сюда шить свадебное платье, а так, как захочет она платье из наших кружев, связать к свадьбе вы их можете не успеть, пусть, говорит, платье готовое у вас в шкафу повисит. Она приедет, вы ей его отдайте, и это будет мой ей подарок. Я тогда еще удивилась, спросила ее, мол, откуда она знает, что ты к нам за платьем приедешь, может, у себя в городе будет шить. А она говорит, что точно знает, что приедешь ты сюда и что кружевное платье захочешь. Пусть, говорю я ей, у вас повисит, сами Варьке отдадите, а она как-то странно на меня посмотрела, вздохнула и сказала, что это все уже без нее будет.  Давай мужиков бросим здесь, возьмем Дину и пойдем ко мне, примеряешь, может, чего переделать надо будет.
  -Мистика какая-то. Откуда же она могла все это знать?
  -Она много чего знала, только не говорила никому. Иной раз попросит меня отправить деньги кому-то из наших, говорит, что там положение тяжелое, помочь нужно, точно знаю, что никто не просил, писем слезных не писал, а она сама знает, что именно сейчас надо помочь. И про тебя она все знала, знала, что приедешь, платье шить, знала, что из кружев наших захочешь и что ее уже не будет, все она знала.
  Мы позвали Дину и пошли к Зое Петровне. Войдя в дом, Зоя Петровна повела нас в дальнюю комнату,  раскрыла шкаф там, в прозрачном чехле висело платье.
  -Как Тамара Викторовна его сюда повесила, так оно здесь и висит, я даже к нему не прикасалась, решила, чтоб после ее рук никто его до тебя не трогал, вот и вышло, что из ее рук ты его получаешь. Мы с Диной в ту комнату пойдем, а ты надень и выходи к нам, - сказав это, Зоя Петровна взяла за руку Дину, и они вышли в другую комнату, закрыв за собой дверь.
  Я достала из шкафа чехол, вытащила из него платье, и глаза сразу наполнились слезами. Это было именно то, что я хотела. Я держала платье в руках и горько плакала. Зоя Петровна с Диной меня не торопили, все они понимали и ждали, когда я выйду в свадебном наряде. Поплакав, я переоделась и вышла к ним. Они сидели на диване и, когда увидели меня, тоже заплакали. Так мы и ревели втроем: я, стоя посередине комнаты в свадебном наряде, подаренном мне Тамарой Викторовной, и Дина с Зоей Петровной, сидя на диване.
Когда все вдоволь наревелись, Зоя Петровна отправила меня переодеваться.
  -Переделывать ничего не надо, сидит как влитое. Ты, Варвара, платье забирай, но Сергею своему до свадьбы не показывай, примета плохая, да и вообще никому не показывай, в день свадьбы наденешь, тогда все и увидят эту красоту, поняла меня? – наказывала Зоя   Петровна, упаковывая мой свадебный наряд в неизвестно откуда взявшуюся красивую коробку.
  -Спасибо вам, Зоя Петровна, - я подошла и поцеловала ее.
  -Идите с Богом, - перекрестив и поцеловав каждую, она проводила нас с Диной до калитки, и мы пошли домой к Дине.
  Во дворе ее дома уже толпились гости, собиравшиеся расходиться. После того, когда все разошлись ко мне подошел Сергей.
  -Вы куда пропали?
  -Мы к Зое Петровне ходили.
  -А что это у тебя такое красивое? – спросил он, показывая на коробку.
  -Это подарок к свадьбе от Тамары Викторовны.
  -А что там, если не секрет?
  -Там мое свадебное платье, но ты его не сможешь увидеть до нашей свадьбы.
  -Ты хочешь сказать, что Тамара Викторовна оставила для тебя в подарок свадебное платье? – удивленно спросил Сергей.
  -Да, и именно такое, как я хотела. Знаешь, Сереж, а ведь она все знала: и то, что я уеду на следующий день после ее похорон, и что ты с другом в деревню поедешь, и что машина у вас сломается, и что ливень начнется, и что потом все произойдет именно так, как произошло.
  -Прямо как в сказках?
  -Не знаю, как там в сказках, а в жизни все так и получилось.
Еще два дня мы отдыхали в поселке, ходили в Усадьбу, на могилу Тамары Викторовны.
  -Слушай, Варь, здесь какое-то аномальное место, земля, что ли особенная? Я будто живой воды напился.
  -Нет, Сережа, земля здесь такая же, как и везде, люди особенные, а от этих людей и энергетика хорошая. Здесь все живут, как одна семья, помогают друг другу, переживают, если у кого-то плохо, и радуются, когда все хорошо.

  Возвращались мы домой вечером в воскресенье и, конечно же, остановились на теперь уже нашем месте, на том самом месте, где впервые встретились. Выпив по чашке кофе, мы еще немного посидели в машине и поехали домой.
  Следующая неделя была сумасшедшей. На Сергея навалились срочные дела, он до позднего вечера задерживался на работе. Я после работы по-прежнему, выгуливала Машку. 
 -Варя, ты прости, что я вмешиваюсь, но ты какая-то другая стала, я понимаю, что у тебя что-то происходит, но ты ничего не рассказываешь, а я волнуюсь, сказала Машка на очередной нашей прогулке.
  -Не волнуйся, Машунь, у меня действительно происходят очень интересные и хорошие вещи, но я пока не хотела бы об этом говорить. Потерпи еще немного, все узнаете, и ты с Пашкой, и дядя Саша с тетей Наташей. Одно могу сказать тебе сейчас: у меня все хорошо.
  -Ну, Варь, раз все хорошо, тогда я потерплю.
  -Ты не устала, может, отвести тебя домой?
  -Есть немного, пойдем потихоньку.
  Сумасшедшая неделя заканчивалась. В субботу Сергей ненадолго съездил на работу, а я позволила себе проваляться в постели почти до обеда. Вечером мы решили сходить в кино, фильм нам не понравился, и мы, ушли, не досмотрев его до конца. Дома я соорудила роскошный ужин и, наевшись до отвала, мы пораньше легли спать.
  Утром около 9 часов зазвонил телефон. Звонил Пашка.
  -Варвара, Машке плохо, я не знаю, что делать, скорей приезжай, - закричал он в трубку.
  -Паша, успокойся, что у нее, схватки начались?
  -Ничего я не знаю, она говорит, что у нее живот болит, а мать на рынок уехала, я тут один, что мне делать, не знаю.
  -Дай Машке трубку, я сама с ней поговорю.
  Трубку взяла Маша.
  -Варь, у меня схватки начались, приезжай, надо в больницу ехать. Только ты поскорее приезжай, а то этот мой сумасшедший муж сейчас разнесет всю квартиру и вызовет сюда все экстренные службы города.
  -Ты там до моего приезда рожать-то не начнешь? 
  -Нет, не начну, но поторопиться надо, думаю, что у меня еще есть часа три.
  -Тогда я сейчас Нинке Егоровой позвоню, она сегодня должна дежурить, и сразу к тебе приеду, ты пока потихоньку собирайся и привлеки к сборам Пашку, может, это его немножко отвлечет от сумасшествия.
  Нина была на месте, я ей сообщила о том, что мы сейчас привезем Машку.
  -Варь, может скорую прислать? - предложила Нина
  -Не надо, Нин, мы ее быстрее довезем, прямо сейчас за ней выезжаю.
  Мы быстро собрались с Сергеем и поехали к Машке.
  -Сереж, поднимись со мной в квартиру, а то, боюсь, я с Пашкой одна не справлюсь, постарайся его отвлечь, пока я с Машкой буду.
  Дверь нам открыл Пашка, красный, как рак, на лбу выступили капли пота.
  -Варька, что ты так долго, ей же плохо, давай скорей, надо что-то делать! - кричал он, бегая по квартире.
  -Паш, ты успокойся, вот познакомься, это Сергей, сейчас мы с Машкой соберемся и Сергей нас доставит до роддома, с Ниной я уже поговорила, она нас ждет. Маша вещи собрала, которые с собой будет брать?
  -Да, вон сумка стоит.
  -Вот и бери эту сумку и отнеси ее в машину, а Сергей тебя проводит, - я подмигнула   Сергею, давая ему понять, что Пашку надо выводить из дома.
  -А Машка то, как же? Я без Машки никуда не пойду.
  -Пойдешь, Паша, пойдешь, или ты предлагаешь сумку ей самой тащить, так ей нельзя, ты не переживай, мы с Машкой следом за вами спустимся, по лестнице, - говорила я все это очень спокойно, обычно так разговаривают с маленькими детьми.
  -Почему по лестнице, лифт же есть, ей по лестнице нельзя, - вновь завопил Пашка.
  -Мы потихонечку по лестнице пойдем, лифт в таком деле аппарат ненадежный, в самый неподходящий момент он обычно застревает, поэтому по лестнице, Паша, по лестнице. Бери сумку, и ждите нас в машине.
  -Слышь, - обратился Пашка к Сергею, - мы тоже пешком пойдем, точно лифт застрять может, я об этом даже как-то не подумал.
  Когда я вошла в комнату к Машке, она уже была одета и сидела на диване.
  -Ну, ты как тут, Машунь?
  -Нормально, Варь, ты Нине позвонила? 
  -Позвонила, она нас уже ждет, пойдем потихоньку в машину.
  Мы закрыли квартиру и осторожно спустились вниз. Сергей удерживал Пашку около машины, не давая ему броситься к нам на помощь.
  -Все, они уже идут, садись вперед, пусть Варя с Машей сзади сядут, я Маше помогу, а ты садись и сиденье чуть вперед отодвинь, чтобы ей там свободнее было.
  Видимо, то, что надо что-то сделать полезное для Машки, заставило Пашу сесть в машину и начать двигать сиденье.
  Мы усадили в машину Машку, я села с ней рядом.
  -Сереж, давай потихоньку поедем, здесь недалеко до роддома.
  -Да, ты давай осторожненько, не торопись, - попросил Пашка.
  До роддома доехали спокойно и без приключений. На пороге нас уже встречала Нина Егорова. 
  -Ну что, красавица, будем рожать? – весело спросила она у Машки, заводя ее в смртровую.
  -Будем, Ниночка, будем, - дрожащим голосом ответила Машка.
  -Давно болит?
  -С вечера немного спину тянуло, я решила до утра потерпеть, утром уже похуже, но не очень часто.
  -Ложись, посмотрю, -  Нина подвела Машку к кушетке.
  -Ну как там дела, Нин? – я подошла к ним и присела на край кушетки рядом с Машкой.
  -Вот сейчас мы с Варькой переоденемся и потихоньку пойдем рожать.
  -Ой, - закричала Машка, - воды отходят! - И она виновато посмотрела на Нину.
  -Ну и пусть себе отходят, все идет по плану, а если бы еще немного потерпела, героиня ты наша, вообще дома бы рожала. Лежи здесь, сейчас Мария Семеновна к тебе придет, поможет переодеться и отведет в родильный зал. Пошли, Варвара.
  Как только мы вышли в коридор, к нам бросился Павел:
  -Где Машка, что с ней?
  -Успокойтесь, мужчина, что вы так кричите, всех тут мне перепугаете, это лечебное учреждение, между прочим, а вы шум поднимаете, не успокоитесь, на улицу выгоню, - строгим голосом отчитала Нина Пашку и усадила его на диван, где сидел Сергей.
  -Прости, Нинок, что-то я разнервничался, а вы куда с Варькой собрались?
  -Мы идем переодеваться, будем у твоей красавицы роды принимать.
  -Я с вами, -  Пашка мгновенно вскочил на ноги.
  -А ты себя хорошо вести будешь? – спросила Нина.
  -Нинок, ну я же все-таки врач, я ж все понимаю, тихонько в сторонке постою.
  -Ладно, пошли переодеваться, а вы, молодой человек, тоже с нами или здесь ждать будете? – пошутила Нина, обращаясь к Сергею.
  Сергей поднялся с дивана.
  -Меня зовут Сергей, я, если можно, здесь подожду, удачи вам, - он подошел к Нине и поцеловал ей руку.
  Мы с Ниной переоделись быстро, а вот наш друг Пашка возился долго.
  -Ты чего там застрял, кольчужка маловата? Извини, у нас здесь таких бугаев, как ты,  нет, все больше хрупкие женщины, надо было свою амуницию брать. Вот родится у тебя дочка и что она первое увидит, выйдя в свет? А увидит она своего папашу в укороченных штанишках и в не по размеру, кофточке, не боишься, что стресс девочка получит от увиденного-то? – Нинка ткнула Пашку в бок и расхохоталась.
  -Ниночка, оставь ты его, видишь, товарищ немного не в себе. Паш, не волнуйся, ты у нас во всех нарядах красавец, пошли лучше к Машке.
  Войдя в родильный зал, мы увидели, что Машку полностью приготовили к предстоящему процессу. Акушерка Мария Семеновна спокойно занималась своими делами. Рядом с акушеркой стояли три девочки-практикантки.
  -Ну что, подруга, как ты себя чувствуешь? – Нина взяла Машку за руку.
  -Ничего, пока терплю, – прохрипела Машка.
  -А вот терпеть не надо, расслабься и выполняй все, что тебе Мария Семеновна будет говорить. Схваточка начнется - покричи, закончится – подыши глубоко. Не долго осталось, -ласково говорила Нина.
  Я гладила Машку по голове и периодически поглядывала на белого как мел Пашку. Когда Машка громко закричала, Пашка вдруг начал сползать по стене на пол.
  -Девочки, суньте под нос этому бугаю малахольному нашатыря и выведите его отсюда, - распорядилась Нина.
  Три хрупкие девчушки быстро привели Пашку в порядок и вывели в коридор.
  -Варь, он и у вас на операциях сознание теряет? – рассмеялась Нина.
  -Волнуется он Нин, очень сильно, не надо было его сюда пускать. Подождал бы в коридорчике, как все простые граждане.
  -Кто ж знал, что он такой слабонервный, ты бы хоть коньяком его перед тем, как приехать, напоила. Ну что, Мария Семеновна, рожаем? – обратилась Нина к акушерке.
  -Рожаем, Нина Ивановна.
  И Машка родила Варьку. Маленький сморщенный человечек заорал на весь родильный зал громким басом. Мы с Машкой расплакались. Видимо, детский крик был слышен в коридоре, потому что в родильный зал ворвался взъерошенный Пашка.
  -Ну, как тут у вас, все нормально? Варьку мне скорей покажите!
  -О, малахольный очнулся. Иди, папаша, посмотри на дочку, красавица, вся в тебя.
  Варька лежала на животе у Машки и смешно причмокивала губками.
  -Ты, Паш, если в обморок падать задумаешь, от стола подальше отойди, а то мамочку с дитятком раздавишь, - веселилась Нинка.
  -Ну, что ты, Нинок, я ведь не нарочно, так получилось, прости, больше не повторится, - виновато пряча слезящиеся глаза, сказал Пашка.
  Нина дала время Пашке насмотреться на новорожденную дочку и расцеловаться с Машкой. Потом подошла к ним и сказала:
  -Ладно, пошли, кина больше не будет. Дайте Машке от вас отдохнуть, пошли ко мне в кабинет, я тебе, Пашка, коньячку накапаю в честь праздничка.
  Она подхватила Пашку за руку и потащила к выходу. Я ненадолго задержалась около Машки.
  -Умничка ты моя, какую нам красавицу родила, молодец. Отдыхай. Я пошла. Мы тебя любим.
  -Варь, подожди, не уходи, - остановила меня Машка.
  -Что, Машунь?
  -Варя, а этот Сергей, это он, в смысле тот человек, из-за которого ты на крыльях летаешь последнее время?
  -Маш, я тебе потом все в подробностях расскажу, а пока могу сообщить тебе лишь одно: я выхожу за него замуж.
  -Варька, это правда? – заорала Машка так громко, что Мария Семеновна примчалась из соседнего помещения.
  -Что тут у вас, девчонки, все в порядке?
  -Это я от радости так громко кричу, простите, Мария Семеновна, не удержалась.
  -Радуйтесь, девочки, радуйтесь. Такую работу сделали, сначала от боли покричали, теперь можно и от радости покричать.
  В кабинете у Нины Пашку накачивали коньяком. Когда я вошла, он уже, как мне сразу же доложили, приговаривал вторую половину стакана. Правда, глядя на то, как он этот коньяк пьет, создавалось впечатление, что в стакане простая вода. Нина, не обращая внимания на Пашку, рассказывала Сергею, как протекали роды, Сергей ее очень внимательно слушал.
  -Ниночка, ты к Машке в палату Варьку сегодня не клади, пусть Машка отдохнет немного, - попросила я Нину.
  -Хорошо, Варь, завтра сокровище вручу лично в торжественной обстановке.
  -Ну, что, мальчики, поехали домой. Пашка, хватит Нинкин коньяк уничтожать, он тебе все равно как слону дробина. Пошли переодеваться и поехали.
  В машине Пашка немного приуныл.
  -Ты чего нос повесил, папаша?
  -Варька, ты никому не говори, что я сознание потерял, смеяться будут, - побурчал Пашка.
  -Как это, не говори, обязательно всем расскажу, вот смеху то будет, - пообещала я.
  -Издеваешься, со мной такое в первый раз случилось, сам не ожидал, что поплохеет.
  -Кстати, Паша, это Сергей, я выхожу за него замуж.
  -Вот это да-а-а! Правда, что ли? – не поверил Пашка.
  -Правда, Паша! Подробности о предстоящем событии, немного попозже сообщим, ты сейчас все равно никакую информацию переваривать не в состоянии. Маме скажи, что у Машки все нормально, пусть не переживает. Сегодня в роддом не приезжайте, завтра вечером можете их навестить, пусть Машка отдохнет сегодня, - давала я указания.
  -Уговорила, сегодня никуда не поедем.
  Мы с Сергеем довезли Пашку до дома, попрощались и уехали.
  -Варь, я тебя сегодня первый раз видел в медицинском облачении, тебе очень идет. Так смотришь, девчонка девчонкой, а при медицинской форме сразу становишься взрослой. Нина мне ваша понравилась, вроде шутит все время, а получается строго, боязно слово поперек вставить. Ты тоже у нее будешь рожать, я с ней договорился.
  -Вы, может, с Нинкой уже мне и сроки определили?
  -Сроки определит природа. А место в роддоме заранее застолбить надо, чтоб Нинка твоя после Машки особо не расслаблялась, - засмеялся Сергей.
  -Чувствую, что кончилась моя свободная жизнь, - весело отозвалась я.   
 
  После того как с Машкой все благополучно разрешилось, я с головой ушла в решение вопросов, связанных с предстоящей свадьбой. Составляла списки гостей со стороны невесты, готовила приглашения. В клинике уже все знали о том, что я выхожу замуж. Сергей был представлен дяде Саше с тетей Наташей. С их стороны наше решение пожениться было одобрено.

  Два дня подряд до предстоящего бракосочетания лил сильный дождь и дул холодный ветер. Я даже немного расстроилась из-за плохой погоды. За день до свадьбы ко мне из поселка приехали Дина с Федором и Мишкой, Иван Иванович и Зоя Петровна. Сергей уехал к маме с Сашкой.
  Проснувшись рано утром, я выглянула в окно, и посмотрела на небо, оно было чистое. Вскоре прибежала Машка, маленькую Варьку с удовольствием нянчила Пашкина мама. Из ближайшей парикмахерской пришла знакомая девочка, чтобы уложить мне волосы, я решила обойтись без фаты, боялась, что она испортит вид моего платья, поэтому в прическу были вставлены заранее приготовленные мною цветочки. Пока меня наряжали, прибыли Пашка, дядя Саша с тетей Наташей и Димка с Ириной, с мамой и мальчишками.
  Когда я в свадебном облачении вышла к гостям, все замерли.
  -Ничего себе, - сказала тетя Наташа, - от какого кутюрье сей наряд?
  -Это платье мне подарила Тамара Викторовна, а выполнено оно в мастерских нашей Усадьбы, - гордо сказала я и смахнула набегавшие на глаза слезы.
  -Варька, ты просто красавица! Очень хочется тебя поцеловать, но боюсь до тебя дотронуться, - сказал дядя Саша.
  -Не бойтесь, целуйте.
  Вскоре прибыл жених со своей свитой. Встречала их Машка, она напридумывала кучу всяких веселых испытаний для Сергея, и из комнаты, где испытывали жениха, раздавался громкий смех. Наконец Машка сдалась и Сергею разрешили войти в комнату, где находилась я. Увидев меня, Сергей на некоторое время замер. Потом, видимо справившись с собой, подошел ко мне и сказал:
  -Боже, Варя, какая же ты красивая. Ты самая прекрасная невеста во всем мире.
  Сергей опустился на одно колено, поцеловал мне руку и, поднявшись, повел меня к друзьям и родственникам.  Мы стояли, взявшись за руки посередине комнаты, а вокруг снова повисла тишина.

  После того как наш с Сергеем брак был зарегистрирован, мы вышли из ЗАГСа. И вдруг на противоположной стороне улицы я увидела Тамару Викторовну. Она улыбалась мне, махала рукой и что-то говорила. То ли говорила она очень тихо, то ли вокруг было слишком шумно, но я ничего не смогла услышать и поэтому громко крикнула:
  -Что?
  Она повторила то, что хотела мне сказать, и я закивала в ответ головой, что  все поняла.
  Ко мне подскочила Машка, и я машинально повернулась к ней:
  -Варь, ты кому кричишь?
  -Все хорошо, Маш, просто показалось.
  Когда Машка отошла в сторону, на противоположной стороне улицы уже никого не было.
  В машине Сергей спросил меня:
  -Варя, а кто была та женщина, которая тебе махала и что-то пыталась сказать?
  -Какая женщина, Сереж?
  -Та пожилая женщина, которая стояла на противоположной стороне улицы и пыталась тебе что-то сказать.
  -Ты тоже ее видел? – удивилась я.
  -Видел, а она кто и что сказала?
  -Ты только не удивляйся, Сережа, это была Тамара Викторовна. А сказала она, что после бури и дождя всегда наступает хорошая погода.

Октябрь 2011 г.


Рецензии
Добрый день, Светлана! Зашла с ответным визитом к вам, и не смогла оторваться от повести "После бури и дождя всегда наступает хорошая погода". Спасибо большое.
С уважением,

Любовь Голосуева   25.01.2019 07:04     Заявить о нарушении
Спасибо, Любовь! Мне приятно!
С Уважением,

Светлана Жаворонкова   25.01.2019 22:06   Заявить о нарушении
На это произведение написано 67 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.