Тебе не тяжело, сынок?

ТЕБЕ НЕ ТЯЖЕЛО, СЫНОК?

Из сборника «Погружаясь в прошлое…»

Степь.  Пусто на месте бывшего степного хуторка. Нет, не совсем пусто. Вот стоят отдельные уже одичавшие деревья от домашних садов, заросли бурьяна и репейника на месте снесенных домов, и сохранились только небольшие бугры от отдельных фундаментов.  Не слышно людского говора, лая собак, гомона домашней птицы, гула работающего трактора. Казалось бы этой пустоте должна соответствовать полнейшая тишина, но степь наполнена, как и века назад, своими звуками. Где-то, невидимые в небе, поют птицы, стрекочут в траве кузнечики, шумит трава. Но самый сильный шум издает ветер, он теперь здесь главный.

Я медленно иду по траве, ногой задеваю кустик степной полыни и останавливаюсь. Сколько лет не ощущал этого такого знакомого с самого детства запаха! Что-то как будто обрывается внутри,  и я снова и снова шевелю ногой полынь, впитывая в себя этот запах.   

Хочется найти пригорок, зайти на него, сесть, опершись сзади руками, и закинув голову смотреть на небо, закрыв глаза, впитывать в себя окружающие звуки и запахи. Почему у меня, никогда не курившего, рука вдруг тянется в карман за несуществующей сигаретой, чтобы дымом отогнать те щемящие ощущения, нежданно-негаданно прихватившие меня. Потом положить руки на колени и не спеша смотреть по сторонам на всё до боли известное и знакомое, но такое изменившееся с тех пор за многие годы. Память понемногу рисует картинки из прошлого. Я помню эту местность разной.

Были зИмы. Всё вокруг покрыто слоем белого снега,  лишь дорога, накатанная санями и тракторами. И как было интересно носиться с санками и барахтаться с друзьями в мягких сугробах. Потом, на крыльце или в коридорчике, полынным веником, заготовленным еще летом и высушенным на чердаке, обметать от снега валенки и пальто.

Были вЁсны. Степь зеленеет, только черной лентой выделяется дорога по раскисшему чернозёму. В колеях блестят лужи, и пешком можно передвигаться только по твердой обочине. И чернозем так налипает на сапоги, что через пару шагов приходится стряхивать с них комки грязи. Если повезёт, то недалеко от дороги можно увидеть одинокий цветок тюльпана.

Лето. Жаркое степное лето. Степь уже поменяла свой цвет на светло-серый и немного желтоватый.  Высохшая и окаменевшая дорога двумя параллельными серыми нитками-колеями уходит за бугор. Вот проскочил на велосипеде по дороге мимо нашего дома мой приятель. Эх, за ним бы сейчас. Но…
- Мам, купите мне новый велик, побольше. Я уже не могу на таком маленьком ездить.  Мне их не догнать, они все от меня уезжают.
Мама смотрит.
- Нет, сынок, бери большой и учись ездить.

Я выкатываю на дорогу большой велосипед. Мои плечи чуть выше рамы, голова еле торчит над рулем. Пытаюсь просунуть ногу под рамой  и немного проехать. Толчок ногой и я покатился. Бац, упал.  Снова ногу под раму и ещё одна попытка. Неудачно. Мимо проносятся друзья, а я раз за разом падаю вместе с велосипедом. Ставлю правую ногу на педаль  и пробую угнаться за ними как на самокате. Но куда там, они снова впереди.

Но как-то само собой я проезжаю дальше и дальше. Вот уже удалось прокатиться несколько метров. Это трудно, висеть сбоку велосипеда и крутить педали. Но, виляя и раскачиваясь, я еду. Получается! Мы носимся с товарищами по пыльной дороге и им уже не надо долго дожидаться меня: я тут, рядом. Мне хочется похвастаться, я разворачиваюсь и еду к нашему дому.
- Мама, я поехал! У меня получилось, смотри!
Я отталкиваюсь от крыльца и еду, еду.
- Ты аккуратнее на дороге.

Мама постоит на крыльце, вытрет фартуком мокрые руки, посмотрит на дорогу. Снимет с головы сбившийся набок платок, расправит его и снова повяжет на голову узлом на затылке: нельзя в эту пору без платка, горячее солнце быстро напечет  голову.
Потом она возьмет коромысло, ведра и отправится за водой на пруд. Вечером вернутся корова и овцы,  и обязательно побегут к ведрам с водой. Да и у  кур вода в поилках должна быть.

Скоро я подрасту, и меня тоже отправят за водой, с советом набирать по полведра и нести с перерывами. Я схвачу ведра и вприпрыжку побегу на пруд, до него метров триста-четыреста. Пустые ведра раскачиваются на коромысле  так, что того и гляди разлетятся по сторонам. Я зачерпываю полведра, как приказано, выставляю их на длину коромысла, зацепляю, подныриваю под коромысло и вперед.
 Весь путь мысленно поделен на участки, вот сейчас я должен по дороге дойти до тропинки,  и там сделать первую остановку. Коромысло давит на плечо, но силенки ещё пока есть и этот этап одолеваю легко, прихватив ещё метров пять.

Недолго стою, разогнувшись, укладываю коромысло на левое плечо и снова вперед. Но вёдра уже потяжелели, давят на плечо сильнее, да и натирают тоже. Но и этот кусочек пути позади. Снова остановка и пауза уже побольше, немного саднят плечи, а ещё половина пути.  Отдых, потираю плечи, поднимаю коромысло. На этот раз одного плеча хватает на половину участка, и на ходу пытаюсь переложить коромысло на другое плечо, прихватив и спину. Всё, осталась четверть пути, последний перерыв, и хочется постоять, но внутри какое-то чувство толкает тебя вперед:  надо, ты же будущий мужик, тебе надо силу накачивать, терпи.

И вперед, уже быстрее и мельче перебираешь ногами, сильно согнувшись и уложив коромысло на оба плеча стремишься к дому, сопя и потея. Вот ты во дворе, ведра поставлены у лавки, поднять их на неё сил нету.
- Мам, я принес!
- Тебе не тяжело, сынок, - спрашивает мама.
- Не-е, мам! – отвечаю я, заскакиваю в хату, залпом выпиваю полкружки воды и убегаю на улицу.

ТЕБЕ НЕ ТЯЖЕЛО, СЫНОК, - повторяю я и долго сижу молча. За окном шумит городская улица, в соседней комнате бормочет телевизор, мерцает экран монитора и в горле почему-то стоит комок. Всё это только что нарисовала моя память, вытащив эти видения из своих закоулков. И эти мамины слова тоже.
И почему-то очень не вяжется эта фраза из прошлого с нынешним избитым ответом-цитатой из очередного ментовско-бандитского сериала
-А кому сейчас легко.

Те мамины слова они как из другого мира, другой планеты, другой вселенной, под названием Детство, где ты, ещё маленький, учишься преодолевать свои первые трудности и испытания. Сколько их ещё будет в твоей жизни? А пока и мама такая молодая, и вся жизнь ещё впереди. И будут эти слова сопровождать тебя по ней.

ТЕБЕ НЕ ТЯЖЕЛО, СЫНОК?



На фото: Так выглядела несколько лет назад наша усадьба, а теперь она уже опахана с трех сторон, и только старый сад не дает перепахать её полностью.


Рецензии
Грустный рассказ. Ностальгия - это то, что так свойственно почти всем людям!.. Но - воспоминания воспоминаниями, а, по Гераклиту, в одну реку дважды не войти. И приходится просто улыбнуться воспоминаниям и идти дальше. Завтра будет лучше, чем вчера. А усадьба была красивая!

+, конечно же!

Никита Евгеньевич Попов   03.06.2018 21:23     Заявить о нарушении
Спасибо, Никита Евгеньевич!
Вы верно поняли настроение этого рассказа.
Вам удачи.

Борис Лембик   04.06.2018 00:15   Заявить о нарушении
Смерть раскидает нас по кладбищам и соберёт за облаками...

Владислав Гусаров 7   22.09.2018 08:46   Заявить о нарушении
На это произведение написано 129 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.