Олег Воронин Китайское лицо коррупции 3

( Продолжение тем очерков "Китайские размышлизмы" и "Коррупция с китайским лицом")   
   
    Вон отсюда, коррупция!

    22 января текущего года в Пекине прошел Пленум Центральной комиссии КПК по проверке дисциплины, в котором приняли участие все высокопоставленные чиновники КПК, а так же работники министерства контроля  КНР (этот орган контролирует работу всех учреждений Госсовета КНР, а так же правительств провинций, автономных районов Китая, и городов центрального подчинения). На пресс-конференции руководители двух основных антикоррупционных учреждений открыли некоторые цифры и факты (не исключая и получившего широкую известность «Дела Бо Силая»), опираясь на которые можно попытаться не только набросать социологическую картину китайской коррупции (пусть и приблизительную), но и составить социопортрет китайского коррупционера.
    По их данным к судебной ответственности по обвинению в злоупотреблении властью и взяточничестве в 2012 году было привлечено 4698 партийных функционеров низшего (уездного) уровня. На следующем властном этаже (уровень начальника управления и выше) обобщающих цифр нет, зато впервые появились данные о самом высоком властном уровне (выше уровня заместителя министра), на этом верхнем этаже власти находились 72 человека, привлеченных к судебной ответственности, но еще не осужденных (т.е. более 50%). Из них один партийный и государственный руководитель (это Бо Силай), два генерал-лейтенанта и один генерал-майор (имена не называются), чиновники министерского уровня – 17 человек (видимо министры), заместители министра – 51 человек.
    Вот на этом уровне были названы конкретные имена и инкриминируемые деяния. Среди них Ван Лицзюнь - вице-мэр Чунцина, глава Чунцинского управления безопасности (именно он на суде был одет в форму с генеральскими погонами), его «полупобег» в американское генконсульство наделал много шума в связи с гипотетическим «заговором Бо Силая и Чжоу Юнкана», о котором сами китайские власти вообще ничего не говорят,но  Чжоу Юнкан – бывший глава всемогущей Политико-юридической комиссии КПК, контролировавшей все официальные органы правопорядка, включая полицию, службы безопасности, разведку, суды и прокуратуру, совершенно исчез после съезда из поля зрения. Вану на суде были предъявлены обвинения в «беззаконии» (видимо, незаконное использование аппаратуры прослушивания), «покрытии преступлений других лиц» (пособничество Вана в сокрытии убийства британского поданного), «отступничестве» (видимо встрече с американскими сотрудниками генконсульства), «злоупотреблении властью, взяточничестве и правонарушении». Ван не признал себя виновным в дезертирстве, заявив, что его попытка бегства в консульство США была вынужденным поступком, ради защиты своей жизни. Формулировка приговора тоже была специфически китайской. «Приговор будет объявлен в надлежащее время» (?!).
    Супруга же Бо Силая, бывшая адвокатесса, 53-летняя Гу Кайлай проходила на суде, как простая уголовница. Ее обвинили в убийстве британского бизнесмена Нейла Хейвуда, у которого были с ней общие дела. Хейвуд был вхож в дом Бо, неплохо знаком с ним самим и помогал Гу даже переводить деньги за рубеж. Именно этим компроматом он попытался припугнуть бывшую партнершу, когда они поссорились, но добился противоположного результата. Гу Кайлай пришла к выводу, что он представляет слишком большую опасность, и решила от него избавиться. В ноябре прошлого года в одной из чунцинских гостиниц был найдет труп Нейла Хейвуда. Поначалу официальной версией был несчастный случай. Несмотря на то, что тело кремировали без вскрытия, считалось, что британец скончался от отравления спиртным. Очевидно, это обстоятельство и другие нестыковки заставили Вана Лицзюна продолжить расследование. Выйдя на след Гу Кайлай, Ван отправился к шефу и обо всем ему рассказал, но вместо благодарности был снят с поста начальника полиции и переведен на более низкую должность. Поняв, что опасность угрожает уже и его жизни, он попытался получить убежище в американском консульстве в Чэнду. Так дело об убийстве Нейла Хейвуда выплыло наружу. Если бы в этом году осенью не проходил съезд КПК, на котором произошла смена власти, то Бо Силаю, возможно, и удалось бы замять убийство. Однако его многочисленные конкуренты воспользовались такой удачной возможностью избавиться от одного из главных кандидатов в Постоянный комитет Политбюро. В марте Бо был снят со всех постов и сейчас, по слухам, находится под арестом в военном госпитале недалеко от Пекина. Гу Кайлай была приговорена к смертной казни с отсрочкой (на какой срок?) исполнения приговора. Видимо, надо все же ждать процесса Бо Силая.
    Однако пойдем дальше, новыми персонами антикоррупционных процессов стали следующие чиновники: Люй Иньмин - заместитель главы Гуаньдунского управления по делам водного хозяйства привлечен за «серьезное нарушение дисциплины», Вай Цзиньфэнь - заместитель главы управления финансов той же провинции обвиняется в «неоднократном получении взяток в крупных размерах и получении сверхприбыли за счет спекулятивной торговли земельными участками» (в этом Провинциальном управлении земельных и природных ресурсов общая сумма взяток составила 1,4 млн. юаней, т.е. около 8,5 млн. руб.). Тянь Сюеджень - заместитель председателя правительства провинции Цзилинь обвиняется в «использовании служебного положения в корыстных целях, получении дорогих подарков и крупных сумм денег. Вице-мэр Шеньчженя Лян Даосинь в «нарушении дисциплины при управлении фондом Всемирной студенческой спартакиады. Заметим, что опубликованные формулировки обвинений достаточно трудно перевести на язык российской или международной юрисдикции.

    До сих пор мы приводили лишь факты и цифры из официальных источников. Но, по данным китайской эмигрантской прессы за последние пять лет в КНР было заведено более 120 тыс. дел, связанных с коррупцией и злоупотреблениями. Как сообщило китайское издание «Фаджи жибао», согласно неполной статистике, в период с 2008 по 2012 годы в континентальном Китае (не включая Гонконг, Аомынь и Тайвань) органы прокуратуры завели 121 073 дел, связанных с коррупцией, по которым было наказано, по меньшей мере, 166 299 человек. Наибольшее количество преступлений в этой сфере зафиксировано в провинциях Хэнань, Шаньдун, Гуаньдун, Ляонин и Сычуань. В сообщении также говорится, что за этот период из-за коррумпированности были сняты с должности 742 чиновника высокого звена, уровня управлений и министерств. Больше всего таких коррупционеров было обнаружено в Пекине, провинциях Хунань, Хубэй, Гуаньдун и городе центрального подчинения Чунцине. Новый генсек компартии КНР Си Цзиньпин развернул кампанию по борьбе с взяточничеством, злоупотреблениях властью и прочих коррупционных проявлениях, включая и «неподобающие отношения с женщинами». После XVIII съезда ЦК КПК, минимум 8 высокопоставленных чиновников были сняты со своих постов. В настоящее время ещё двое - заместитель председателя обкома провинции Сычуань Ли Чуньчэн и заместитель руководителя ВСНП провинции Хубэй У Юнвэнь, взяты под следствие.

    Боясь пострадать от кампании по борьбе с коррупцией, развёрнутой новым руководителем, чиновники по всему Китаю массово распродают свои элитные дома. По данным журнала «Китай»: в первой половине января текущего года на вторичном рынке жилья было продано 7940 квартир – на 360% больше с тем же периодом прошлого года…выброс роскошного жилья и дач идет нарастающими темпами по всей стране, в сотни раз возросло количество случаев переоформления прав собственности на квартиры на имя других людей» Профессор АОН КНР Гао Бао так комментирует это: «…они поняли сигналы ЦК КПК…». Но деньги - то убегают из страны. По прогнозам «Центра изучения создания неподкупного аппарата (ох уж эта китайская склонность к великоречивости!), в этом году из страны будет выведено примерно 1,5 триллиона долларов США, что на 50% больше, чем в прошлом году Волна вывода денег из Китая началась в 2011 г., когда из  страны было вывезено около 600 млрд. долл. В 2012 году эта сумма уже превысила триллион. В 2012 г., перед самым началом XVIII съезда КПК, более 1100 государственных служащих выехали из Китая и вовремя не вернулись назад. Власти подтвердили, что минимум 714 из них скрылись за границей. 

    Наш суперэкспресс, вперед лети!

    За фасадом общих цифр часто не улавливается макроэкономических закономерностей, а между тем, сверхцентрализация в экономике так же является питательной средой роста коррупции, Наиболее показательный пример – железнодорожная отрасль и ее модернизация в виде строительства высокоскоростных магистралей, проводимая госкорпорациями. Во время только что завершившейся в Пекине ежегодной сессии ВСНП власти Китая сообщили о планах сокращения числа министерств, с целью более эффективной работы правительства. В частности, планируется расформировать Министерство железных дорог, «прославившееся» многочисленными коррупционными скандалами и долгом в сотни миллиардов долларов. Согласно плану реформирования структуры Госсовета КНР, управления железных дорог будут подчиняться Министерству транспорта, а все коммерческие вопросы бывшего министерства будет решать вновь созданная Китайская корпорация железных дорог. Однако пока неизвестно, как власти собираются поступить с долгом министерства, который по данным на третий квартал 2012 г. достиг 2,66 триллиона юаней (420 млрд. долл.). Главным источником средств Министерства железных дорог являлись банковские кредиты (63%) и облигации (22%). Основная часть долга образовалась после начала в Китае масштабного развития высокоскоростных железных дорог в 2008 г. В данных о векселях Министерства железных дорог за 2013 г. говорится, что из 2,66 трлн. юаней долга, 2,18 трлн. (97%) составляют долгосрочные займы, по которым начисляются проценты. В третьем квартале прошлого года в качестве только одних процентов министерство выплатило 24,9 млн. юаней (3,95 млн. долл.). В настоящее время власти пока не объявили, как они собираются поступить с этим долгом, который к тому же непрерывно растёт, так как министерство уже три года работало в убыток. Еще в конце 2011 г. Министерство приостановило 90% проектов из-за недостатка фондов, оставив незаконченным строительство железнодорожных станций, мостов и туннелей по всему Китаю, и задолжав заработную плату десяткам тысяч рабочих-мигрантов. Были остановлены проекты, охватывающие около 10 тыс. км. железнодорожных путей, Министерство не смогло осуществить платежи на сумму 130 млрд. юаней (20,46 млрд. долл.), которую оно задолжало двум главным железнодорожным строительным гигантам, China Railway Construction Corporation Limited и China Railways Group Limited. Многим рабочим-мигрантам не платили зарплату в течение шести месяцев, и в одной только China Railways Group Limited более 2 тыс. рабочих протестовали против задержки заработной платы. Кроме того, десяткам тысяч людей, работающим на железной дороге Ланюй, главной ветке от Лончжоу в Ганьсу и в Чунцин, задолжали заработную плату в размере целых 300 млн. юаней (47,19 млн. долл.), что и спровоцировало массовые выступления. Это был беспрецедентный случай в истории железных дорог Китая. Высокопоставленный чиновник крупной государственной машиностроительной компании признал: «Как только проект останавливается, это вызывает цепную реакцию. Рабочие, строительные компании и поставщики оборудования и материалов - все затронуты… за 23 года работы я никогда не видел ничего более серьезного…». Уже 1 ноября 2011 г. агентство «Синьхуа» сообщило, что Министерство железных дорог получит более 200 млрд. юаней (31,5 млрд. долл.) финансовой поддержки для повышения ликвидности, но не было указано, куда пойдут эти деньги. Власть была вынуждена признать, что Министерство железных дорог погрязло в скандалах, связанных с коррупцией и низким качеством строительства. В феврале 2012 г. Лю Чжицзюнь, министр железных дорог, был уволен с работы и заключен в тюрьму за то, что он накопил личное состояние в 120 млн. долл. Вскоре Чзан Шугуан, заместитель начальника инженерной службы Министерства, был уволен и обвинен в перечислении 2,8 млрд. долл. на свой оффшорный банковский счет. Банки отказались финансировать проекты железнодорожного строительства или просили более высокие процентные ставки. В августе прошлого года Министерство опубликовало свои финансовые отчеты за первую половину 2011 г., сообщая о долгах свыше 2,09 трлн. юаней (328,88 млрд. долл.), с коэффициентом задолженности 58,53 %. Крушение сверхскоростного пассажирского экспресса 23 июля также вызвало возмущение в стране, Многие осознали, что Министерство железных дорог - бездонная денежная яма, в результате чего финансовая поддержка прекратилась. Однако профессор института экономики и управления при Пекинском транспортном университете Чжао Цзянь считает, что, в конечном счёте, эти долги погасит государство.

    Китайский «Трансконтиненталь»

    В канун нового года была запущена ветка высокоскоростной железной дороги, соединяющая Пекин с Гуанчжоу, которая считается самой длинной в мире в своём классе. На строительство ушло 7 лет. Её протяжённость составляет 2298 км. Она проходит через города Шицзячжуан, Чжэнчжоу, Ухань и Чанша. Максимальная скорость поездов на этой ветке составляет 350 км/ч, средняя скорость - 300 км/ч. Таким образом, расстояние от столицы до Гуанчжоу можно будет преодолеть за 8 часов, то есть в два раза быстрее, чем на обычном поезде. Цена билета составляет 865 юаней (137 долл.) во втором классе, 1383 юаня (220 долл.) в первом классе и 2727 юаней (433 долл.) в бизнес-классе. Для сравнения, авиабилет из Пекина в Гуанчжоу со скидками в декабре прошлого года  стоил от 950 до 1400 юаней. Как сообщили официальные китайские СМИ, каждый километр этой дороги стоил 150 млн. юаней (23,8 млн. долл.). Таким образом, на строительство всей ветки было потрачено 347,7 млрд. юаней. Причём изначально планировалось, что на этот проект будет израсходовано всего 160 млрд. По словам академика из Инженерной академии Китая Ван Мэншу, 90% из общей стоимости проекта этой дороги Министерство железных дорог взяло в кредит, а 10% заплатили местные власти. Таким образом, ежегодно необходимо отчислять несколько миллиардов юаней только в качестве процентов за кредит. Профессор из Института управления и экономики при Пекинском транспортном университете Чжао Цзянь уверен, что этот проект высокоскоростной железной дороги будет убыточным: « Себестоимость строительства высокая, себестоимость обслуживания также высокая. Все эти затраты невозможно вложить в цену билетов. Таким образом, невозможно будет выплачивать даже проценты по кредиту. Дорога будет приносить убытки 10 или даже 20 лет», Он также сообщил, что в настоящее время все высокоскоростные железные дороги в Китае работают в убыток. Например ветка Пекин-Тяньцзинь ежегодно приносит убыток в размере 700 млн. юаней (111 млн. долл.). А скоростная ветка из Уханя в Гуанчжоу постоянно сообщает о снижении скорости своих поездов и цены на билет, чтобы сократить свой долг. Чжао считает, что «для нынешнего Китая вполне достаточно скорости поездов 120 км/ч, максимум 200 км/ч, это в два раза сократит себестоимость работы высокоскоростных линий.  «В Китае не нужно строить железные дороги со скоростью поездов выше 300 км/ч, в противном случае это будут убыточные проекты, которые будут тяжким бременем для экономики. Банки уже не дают на это кредиты», - пояснил профессор.
    История Министерства железных дорог окончательно закончилась 15 марта, когда Госсовет КНР дал указание на создание Китайской генеральной железнодорожной корпорации. Соответствующий документ был размещен на веб-сайте китайского правительства, согласно ему, уставный капитал новой корпорации составит 1 трлн. 36 млрд. юаней (примерно 166,6  млрд. долл.). В документе говорится, что «Китайская генеральная железнодорожная корпорация является предприятием, основанным исключительно на государственном капитале. Министерство финансов Китая выполнит обязанности инвестора от имени Госсовета», Министерство транспорта и Государственное управление железных дорог согласно существующим правовым актам осуществляют контроль над ее деятельностью. Особенно интересно следующее положение Документа «…до урегулирования своего долгового вопроса корпорации не нужно перечислять государству реализованные ей доходы на госактивы…». Т.е. эксперты были правы: «за все заплатит государство!».

    Рынок созидателен! Так ли это?

    Эта железнодорожная эпопея наводит на следующие далеко идущие выводы. Согласно рейтингу китайского консалтингового агентства Hurun Report за 2013 г., в Китае проживает 212 долларовых миллиардеров, в то время как в США только 2011. Однако ни одно из китайских предприятий, которые являются источником капитала этих людей, не входит в 50 самых лучших предприятий мира. Согласно результатам недавнего исследования журнала Fortune, среди 50 самых передовых предприятий мира - большинство американские (первые три - Аpple, Google и Amazon) и нет ни одного китайского. В рейтинг «ста мировых компаний с самой высокой репутацией», по версии влиятельного журнала Barron's за прошлый год вошли всего четыре китайские компании, которые расположились в самом конце (88, 92, 93 и 97 место). Авторы статьи в «Форбс» (а девиз журнала, как известно, «инструмент капитализма») задаются вопросом, как это можно объяснить? Разве накопление капиталов происходит не в результате создания успешных предприятий? Если выразиться иначе, то почему китайские миллиардеры не способны создать свои успешные предприятия? Ответ на эти вопросы они предлагают искать в модели работы предприятий этих двух стран. В США стимулом для создания и работы предприятий служит спрос. То есть, появляется спрос и желания потребителей, и тогда бизнесмены начинают создавать новые формы удовлетворения этих запросов. Именно таким образом и были созданы такие продукты, как iPhone, iPod и так далее, которые завоевали большое уважение у потребителей всего мира и сделали миллиардерами их создателей. То есть, капиталы богатых людей в США можно назвать вознаграждением от потребителей за создание завоевавших уважение предприятий. В Китае же, отмечают авторы статьи, двигателем для предприятий является снабжение. Они создаются для производителей, а не для потребителей. Правительство КНР с помощью увеличения компенсаций стимулирует и поддерживает рост различных отраслей. У такой модели есть два крупных недостатка. Во-первых, руководителям предприятий необходимо потратить немало времени и сил на налаживание хороших отношений с правительственными чиновниками, чтобы получить необходимые льготы и защиту. То есть, фактически все свои инвестиционные риски они переносят на налогоплательщиков. Во-вторых, так как основные силы тратятся на получение льгот от правительства, то слишком мало внимания уделяется изучению рынка, от которого фактически и зависит успех или неудача компании. Это и есть причины, по которым китайские компании не могут создавать «сильную продукцию», несмотря на то, что их руководители уже стали миллиардерами. Одним словом, в Китае миллиардное состояние зачастую не является наградой за создание успешного предприятия, а является результатом хороших отношений с чиновниками, от которых зависит как успех, так  и неудача предприятия.По данным китайских СМИ самым богатым человеком континентального Китая является 68-летний депутат ВСНП и основатель, и ведущий бенефициар компании "Вахаха" (производство прохладительных напитков) Цзун Цинхоу. Его состояние оценивается в 82 млрд. юаней (ок. 13 млрд. долл.), а доходы корпорации в 2012 г. составили ок. 10 млрд. долларов.Интересно, что среди богачей 13% женщины. Самой богатой женщиной Китая является 31-летняя Ян Хуэйянь - дочь основателя девелопера "Country Garden Holdings" Еуна Куока Кеуна, Она же - основной бенефициар холдинга, акции которого Ян получила от своего отца. Ее состояние оценивается в 5,7 млрд. долл.

      Лицо из цифр

    Нельзя сказать, что борьба с коррупцией в Китае, носит лишь декларативный и компанейский характер, да и в ходе бесед с приезжающими в Россию экспертами убеждаешься, что эти темы для граждан КНР становятся более открытыми. По данным же вышеупомянутого Центра по вопросам создания неподкупного аппарата органами прокуратуры в прошлом году было получено 1306822 разоблачительных письма от граждан, из них 866957 описывали факты коррупции и морального разложения среди чиновников, первоначальная проверка ниии в 2012 г. было наказано 160718 человек, из них партийное наказание (какое?) получили 134464 человека, а административное (какое, опять же?) 38487 человек. Но если из первой цифры вычесть сумму второй и третьей цифр, то получаем…отрицательное число! О конкретных же количествах «посадок», на всех уровнях, как выражается наш (а не ихний!) лидер мы так и не знаем. Однако государство возместило ущерб в 7,83 млрд. юаней, бодро сообщает официальная пресса.
    Интересен и статистический портрет китайского коррупционера «верхнего этажа власти», составленный на основании 72 дел (с 2002 по 2012 гг.). Возраст частого возникновения коррупции 52 – 62 года, видимо более молодые функционеры не так часто воруют, средний же возраст коррупционера 59,71 года. Из них, старше 70 лет - 2 человека, от 69 до 63 лет – 20 человек, от 62 до 56 – 31 человек и от 55 до 49 лет – 19 человек. (в возрасте 55 лет 8 и в возрасте 62 года 7 человек). Теперь попробуем проанализировать этот «список 72-х» по категориям преступлений. 60 человек привлечены за преступления в сфере экономики, 31 человек в сфере политики (купля  - продажа служебных постов), 22 человека за моральное разложение и «неподобающие отношения с женщинами». Поскольку, сумма привлеченных по 3-м категориям явно превышает 72, то логично предположить, что многие из коррупционеров привлекались по двум и более категориям. К смертной казни приговорено 4 человека, к смертной казни с отсрочкой исполнения приговора - 24, бессрочному тюремному заключению - 11, тюремному заключению на срок от 11 до 18 лет - 17 человек. Восемь человек исключены из партии и сняты с занимаемых должностей, трое просто сняты, партийные взыскания получили пять человек (по Галичу: «закатили строгача с занесением»).

    P.S.Что делать?

    Китайские эксперты признают, что в работе правоохранительных органов страны еще очень много недостатков. Главное – это параллелизм, когда расследованием дел и наказанием занимаются одновременно и партийные и государственные органы. А среди последних, как судебные, так и контрольные, и аудиторские органы. Отсюда слабый надзор, несвоевременное расследование и разрешение дел, а так же хаос в общественном сознании, так как массовый надзор наиболее рассредоточенный, трудно бывает разобрать, где правда, где ложь.
    По поводу же еще на законченного «дела Бо Силая» профессор Гао Бо видит еще один социальный феномен «коррупции деловых людей», который он связывает с несовершенством отбора и оценки кадров: «неизбежно выдвижение на первое место не деловых, а моральных качеств и реализация «нулевого терпения» к лицам лишенным моральных качеств», далее китайский эксперт вынужден признать «необходимость открытости и прозрачности административных действий», тесно связанную с «упорядочением прав и интересов различных групп населения». А так же признать, что у «коррупции существуют социальные корни». Но ведь, отвлекшись от китайских «усложненных смыслов», это можно квалифицировать как «расширение демократии» и «развитие гражданского общества», пусть даже и «с китайской спецификой».

    P.P.S. Автор считает, что читатель одолевший этот пространный текст, обладает определенным уровнем интеллекта и способностей к компаративистике, поэтому продолжение: «А у нас-то, что не так?» как бы подразумевается.