Вершина. Часть 7. Глава 8

   Вражеская армия двинулась к Маремма и у Порт-Эрколе соединилась с гасконцами.
Теперь, считая своё войско достаточно сильным для обороны Сиены, Пьетро Строцци направился к Монтальчино, и оттуда вернулся в осаждённый город.
   Мариньяно приказал нашим отрядам вернуться в укрепленный лагерь у Порта Камуллиа. Враг не решался напасть на эту крепость, зная о её выгодном месторасположении и неприступности. Там мы оставались какое-то время, ожидая дальнейших действий.
   Валентино поправлялся и восстанавливал силы после перенесённых испытаний, став ещё более взрослым и серьёзным человеком. Он рассказал о своих чувствах к Амелии. При Амато он никогда бы этого не сделал, теперь же мне выдалась возможность заглянуть в сердце этого юноши и познать глубину его души. То, что я там обнаружил, не могло меня не тронуть и не радовать, поэтому я решил во что бы то ни стало помочь ему и посватать девушку при первом же удобном случае. Амелия, хоть и прекрасно образованная, всё равно являлась, по-большому счёту, бесприданницей, если не считать того, что я сумею ей подарить, в обход зоркого Деметрио, привыкшего считать все доходы семьи и распоряжаться ими по своему усмотрению. При всём богатстве семьи, я оставался всегда ограниченным в средствах, крупные покупки и траты должны были быть согласованы с отцом и не имели законной силы без его одобрения.
   Конечно, теперь я получал деньги за службу, точно так же, как Амато и Валентино. Суммы, конечно, у всех были разные, соответственно статусу и рангу.
   И всё же кто мог стать для Амелии лучшим мужем, чем Валентино, с которым она росла бок о бок и делила радости и сладости, горе и печали? Амато просто не готов ещё к любому посягательству на его принцессу, но, рано или поздно, ему придётся смириться с мыслью о неизбежности этого решения, и уж лучше, если принцем на белом коне окажется наш закалённый в боях брат, которого мы все знаем и любим.
   Валентино всегда был чист и душой, и телом, не разбалован, не испорчен, не развращён. Мы с Амато вели аскетический образ жизни, этому и учили своих приёмных детей.
   Мечты юноши о прекрасной возлюбленной полны романтики и идеализма, и это так напоминало мне самого себя: именно таким я был в его годы, спеша на свидания к Эделине:
 
   Безумством юности объятый,
   колдунью дерзкую любил,
   отцом и недругом проклятый,
   свою любовь боготворил...

   Кажется, так поётся в одной народной песенке, кои вечно напевают служанки на кухне. Ещё в детстве я обожал пробираться туда и слушать, о чём говорят простые люди. Меня, как ни странно, принимали с любовью и называли "маленький хозяин". Там я находил настоящую искренность и открытость, чего не скажешь об обществе моего отца и господ из высшего сословия.
   Я залезал на коленки к Маркеле и вкушал с ними скромную пищу, без изыска и излишеств, казавшуюся мне особенно вкусной и привлекательной. Покуда гувернёры обыскивали дворец в поисках исчезнувшего наследника, я с наслаждением наблюдал за работой расторопных поварих и горничных. Потом доставалось за меня Маркеле, но она не сердилась, и каждый раз вновь и вновь я проделывал то же самое.
   Всё случилось со мной, как пелось в той песне: колдунью сожгли на костре, а безутешный влюбленный потерял рассудок... Но никто не знает, что на этом ничего не заканчивается, мы нашли возможность и после смерти Эделины общаться друг с другом. Она со мною на веки вечные и, возможно, что это лишь плод моего больного воображения, без которого у меня просто не хватает сил жить дальше. Всё кажется таким настоящим, но кто сможет подтвердить мне, что мои ночные похождения к ней реальны? И что такое реальность вообще?!
   Я смотрю на неё и думаю, а смог бы я вот также, как Эделина, принять и разделить чувства любимой женщины к другому? Забыть о себе и принимать всё, как есть? От одной мысли об этом вскипает горячая кровь. Кажется, что легче убить их обоих, что и делают многие рогоносцы.
   Эделина же сумела каким-то чудом укротить свой пламенный нрав и не отреклась от меня, не погубила соперницу, более того, даже спасла жизнь Патриции. Мысли об этом наполняют меня глубочайшей благодарностью к ней. И я готов пожертвовать многим ради того, чтобы освободить от проклятия эту любящую душу, просто ещё не ведаю, как это сделать...
   В крепости все страдают от безделья, играют на деньги, порой проигрывая последние штаны. Я всегда держусь от этого в стороне. Мне гораздо интереснее общение с близкими людьми, а ещё приятно предаться размышлениям или просто поспать, убежав к Эделине. Там никогда не бывает скучно, потому что каждый раз у нас с нею всё по-новому.
-  Ты не представляешь, твой друг не перестаёт меня звать с тех пор! - говорит она с восторгом.
-  Может, ты приворожила бедного Амато? - меня почему-то начал нервировать этот разговор.
-  Я считаю, что моя сила могла остаться в нём и теперь притягивает его, мучает жаждой испытать всё вновь... - она задумалась и даже погрустнела. - Но ведь, благодаря этому, несчастный ещё жив!
-  Да, Эделина, прости! Я, наверное, просто ревную. Ты - моё отдохновение, не хочу ни с кем его делить! - погладив её нежную шею, страстно поцеловал.
-  Эрнесто, ты ведь знаешь, я вся твоя.
-  И всё же не могу дать тебе того, что ты заслуживаешь!
-  Перестань, я уже много раз слышала о твоих терзаниях... Вот! Опять!.. Взгляни! - она провела ладонью перед моими глазами, и я увидел лицо Амато, лежащего в своей комнате в темноте с открытыми глазами, непрестанно повторяющего словно заклинание: "Эделина! Эделина! Эделина..."
-  Не мучай его, покажись!
-  И ты, наивный, думаешь, что это его успокоит? Нет ничего сильнее такого потрясения. Вспомни себя! Потом он попросит, чтобы я к нему прикоснулась, а ощутив силу огня, возжаждет её вновь и вновь.
   Я вспомнил ту ночь, когда меня обуял экстаз от проникновения в моё человеческое тело её огненной души. Блаженная мука, от которой не убежать и не спастись. Эделина права, - нет бедному Амато исцеления.
-  Если бы ты знала, сколько он уже перенёс... 
-  Ведаю, любимый. Для меня вы все - что открытая книга: не скрыта ни одна черта ни хорошая, ни плохая.
-  Смилуйся, отпусти его!
-  Тебе нужно было подумать об этом, когда он умирал, любимый. Ты не смог отпустить! А теперь я не в силах забрать обратно то, чем поделилась с ним. Это вечный огонь, понимаешь?! Точно так же ты никогда не забудешь дороги сюда, даже если родишься и умрёшь ещё сотню раз! Это - любовь! Её всегда будет мало. Эту жажду не утолить, только если слиться с Богом, её вечным источником. Только Он в полноте бытия способен залечить любую рану и насытить любой голод! - у неё на глазах появились слёзы.
-  Не плачь, прошу тебя! - я прижал подругу к своей груди. - Мы что-нибудь придумаем, Эделина! Я точно знаю, что выход есть! Мы его обязательно найдём, и я не постою за ценой!
   Она вспыхнула голубым пламенем и тут же притихла, как птичка в моих руках. Кто объяснит нашу связь? Кто объединил и связал нас в прочный узел, который распутать не представляется возможным. Я люблю эту женщину, всегда любил, и, всё же, не принадлежу ей до конца, хоть и жить без неё не могу.

Продолжение: http://www.proza.ru/2013/08/05/1377


Рецензии
Это - любовь! Её всегда будет мало. Эту жажду не утолить, только если слиться с Богом, её вечным источником. Только Он в полноте бытия способен залечить любую рану и насытить любой голод!
***
Эх! Почему не все это чувствуют?..

Ольга Смирнова 8   10.02.2019 12:34     Заявить о нарушении
Потому что сердца закрыты или заняты иным...

Натали Бизанс   11.02.2019 13:55   Заявить о нарушении
На это произведение написано 19 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.