1. 011 Василий Андреевич Жуковский

1.011 Василий Андреевич Жуковский


Василий Андреевич Жуковский
(1783—1852)


Причудлив поэтический мир Жуковского. Оторванный от земли, почти ирреальный, он, тем не менее, стал реальным мостом (выстроенный им вместе с другим великим русским поэтом К.Н. Батюшковым), по которому русская литература перешла от Державина и Фонвизина к Пушкину и Гоголю. По нему же проследовали немецкие и английские черти, ведьмы и русалки, девы и скелеты в черных плащах, средневековые рыцари и древние греки — вся эта архаика и готика благополучно добралась до «золотого века» русской поэзии и была встречена официальным гимном России на слова Жуковского «Боже, царя храни».

Всю жизнь поэт творил, пребывая в воздушных замках, хотя чаще всего это были поместья и дворцы, но, тем не менее, своими сочинениями он нашел отклик в сердцах читателей, проживавших в доходных и частных домах, пребывавших в литературных кружках и в стане русских воинов.

Василий Андреевич Жуковский родился 29 января (9 февраля) 1783 г. в селе Мишинском Тульской губернии. Он был незаконнорожденным сыном помещика Афанасия Ивановича Бунина. Мать его, Елисавета Дементьевна Турчанинова (пленная турчанка Сальха), была нянькой детей Буниных, а позднее экономкой. По просьбе Бунина мальчика усыновил бедный дворянин Андрей Григорьевич Жуковский, живший в имении «нахлебником».

Мария Григорьевна Бунина, потерявшая шестерых детей (из одиннадцати), взяла новорожденного в свою семью и заботилась о нем как о родном ребенке. Но при этом родная мать Васи, «как ни была любима в семье, всё же должна была стоя выслушивать приказания» и урывками ласкать его.

Мальчик тяжело переживал свое двойственное положение, это рано научило его видеть и понимать чужую душу. «Мой юношеский цвет без запаха отцвёл!..» — позднее вырвалось у него. Скорее всего, именно эта душевная зоркость помогла позднее ему «вживаться» в чужой язык и чужие образы и творить переводы «равновеликие подлинникам, а порою и превосходящие их».

Ученье в тульском народном училище у Василия шло со скрипом. В 11 лет его исключили «за неспособность», после чего он воспитывался в семье В. Юшковой, одной из дочерей Бунина. Девичье окружение и музыкально-литературные интересы семьи Юшковых не могли не повлиять на развитие природной мягкости характера Жуковского и на его эстетические вкусы.

В 1797 г. Жуковского определили в Благородный пансион при Московском университете, где он, изучая рисование, словесность, историю, французский и немецкий языки, скоро стал одним из первых учеников. По просьбе Буниных юношу опекал директор университета И.П. Тургенев. Василий сдружился с его сыновьями — Александром, Николаем и особенно с Андреем, чью преждевременную смерть в 1803 г. перенес очень тяжело.

Жуковский стал председателем литературного общества «Собрание» с альманахом «Литературная заря». Дебютировав в печати «Мыслями при гробнице», написанными под впечатлением известия о смерти В. Юшковой, Василий за четыре года пансионской жизни напечатал множество меланхолических стихотворений и эссе, а также завершил перевод романа Коцебу «Мальчик у ручья».

Закончив пансион с серебряной медалью, Жуковский поступил в московскую соляную контору. Через год уволился и, захватив с собой целую библиотеку, уехал в Мишинское. Там он созерцал природу, вел дневник, писал стихи, страдал по своей племяннице Маше Протасовой, соединить с которой судьбу не позволила молодому человеку ее маменька. 17 лет возвышенной любви закончились преждевременной смертью Маши и циклом любовных песен и романсов поэта. В них — «скорбь о неизвестном, стремленье вдаль, любви тоска, томление разлуки»; «все необъятное в единый вздох теснится; и лишь молчание понятно говорит».

Но это было уже в первой четверти нового столетия, а в самом начале века литературную известность Жуковскому принесли элегии «Сельское кладбище» (вольный перевод из Т. Грея) и «Вечер», ознаменовавшие собой появление нового направления — романтизма. Открыв «Америку романтизма», поэт одновременно изучал древнерусскую историю, написал повести «Вадим Новгородский» и «Марьина Роща». Его перевод (с французского) романа Сервантеса «Дон Кихот» поразил читателей своей красотой и мелодичностью. На патриотическое настроение общества поэт отозвался «Песнью барда над гробом славян-победителей». Два года он редактировал журнал «Вестник Европы».

Окончательно романтизм вошел в русскую литературу в 1808 г. с балладой Жуковского «Людмила» — переделкой «Леноры» Г. Бюргера. Успех «Людмилы» воодушевил поэта на множество вольных переводов английских и немецких поэтов, прежде всего из Ф. Шиллера. «Благодаря Жуковскому, — сказал позднее В. Белинский, — немецкая поэзия — нам родная». Тогда же он написал первую часть большой поэмы «Двенадцать спящих дев», много оригинальных стихов, рецензий, литературно-критических статей, в которых, собственно, и заявил о романтизме.

В Отечественную войну 1812 г. Жуковский поступил в Московское ополчение. В лагере под Тарутиным он написал «Певца во стане русских воинов», доставившего ему всероссийскую известность, а затем и самую знаменитую свою балладу «Светлана». М. Кутузову поэт посвятил послание «Вождю победителей». С русским войском Жуковский дошел до Вильны, но, переболев тифом, в январе 1813 г. вышел в отставку. Вскоре он стал секретарем и душою литературного общества «Арзамас», созданного в пику обществу А. Шишкова «Беседа любителей русского слова».

Имя поэта стало известно в Зимнем дворце. «Послание императору Александру», написанное Жуковским в 1814 г., решило его судьбу. Мать царя, вдовствующая императрица Мария Федоровна пригласила поэта в Петербург. Вскоре он стал ее чтецом, затем преподавал русский язык будущей императрице, тогда еще великой княгине Александре Федоровне, а с 1826 г. воспитывал наследника престола, Александра Николаевича.

Чем более маститым становился Жуковский (почетный член, а затем академик Петербургской АН, тайный советник), чем больше времени проводил он за границей, тем меньше оставалось у него сил и времени на творчество. Однако из-под пера поэта продолжали выходить прекрасные лирические стихотворения («Невыразимое», «Мотылек и цветы» и т.п.), сказки («Спящая царевна», «Война мышей и лягушек», «Об Иване царевиче и сером волке», «Кот в сапогах», «Тюльпанное дерево»), переводы баллад И.В. Гёте и Ф. Шиллера, а также его «Орлеанской Девы», «Замка Смеагольм» В. Скотта; «Шильонского узника» Д. Байрона, романа немецкого писателя Ламотт-Фуке «Ундина», иранской и индийской поэм «Рустем и Зораб», «Наль и Дамаянти», пьесы Ф. Гальма «Камоэнс».

На спор Жуковский написал в 1831 г. «Сказку о царе Берендее», а Пушкин — «Сказку о царе Салтане», после чего Василий Андреевич подарил свой портрет Пушкину с надписью: «Победителю ученику от побежденного учителя».

Поэт перевел на современный язык обнаруженное в 1790 г. «Слово о Полку Игореве». Шедевром считается его перевод (с подстрочника) Гомеровской «Одиссеи». «Вся литературная жизнь Жуковского была как бы приготовлением к этому делу», — заметил Н. Гоголь.

Пользуясь своим положением при дворе, Василий Андреевич принимал участие в облегчении участи опальных поэтов (А. Пушкин, М. Лермонтов, Т. Шевченко), В. Даля и А. Герцена, сосланных декабристов и их семей, хлопотал о больном К. Батюшкове, да и вообще помогал каждому, кто обращался к нему со своей нуждой.

В 1837 г. он объездил с наследником цесаревичем Россию и часть Сибири, следующие два года провел с ним в путешествии по Западной Европе. В Риме сблизился с Н. Гоголем.

Весной 1841 г. занятия Жуковского с наследником окончились. Щедро вознагражденный, поэт вышел в отставку, женился на Елизавете Рейтерн, 18-летней дочери своего давнишнего приятеля-живописца. Став отцом двоих детей, 12 лет жил в Дюссельдорфе и во Франкфурте-на-Майне, не имея возможности из-за болезни жены вернуться в Россию. «Лебединой песней» поэта стала его поэма «Странствующий жид» и элегия «Царскосельский лебедь» — о гибели лебедя, некогда жившего в Царском Селе.

12 (24) апреля 1852 г. Жуковский умер; был похоронен в Баден-Бадене. Вскоре его прах перевезли в Петербург и с большими почестями предали земле в Александро-Невской Лавре неподалеку от могилы Н. Карамзина.

В 1883 г. в России праздновался столетний юбилей поэта, а в 1887 г. в Александровском саду ему поставили памятник-бюст из бронзы.

К Жуковскому по-разному относились и при жизни и после. К. Рылеев, например, обвинял его в пагубном воздействии на русскую литературу, а А. Пушкин, напротив, признавал его огромные заслуги в разработке нового поэтического языка и спрашивал у Рылеева: «Зачем кусать нам груди кормилицы нашей?» Впрочем, именно Пушкину, а не Рылееву Жуковский подарил свой портрет с надписью: «Победителю ученику от побежденного учителя». Два века прошло, и прав А. Пушкин: его стихов пленительная сладость прошла веков завистливую даль.


Рецензии
Интересной преставляется "табель о рангах" того времени, выданная трём поэтам читающей Россией (и светом, разумеется, в первую очередь): первое место отдавали Крылову, второе - Жуковскому, и только третье - отводилось Пушкину. Но время, самый справедливый и беспристрастный судия, расставило эту тройку в иной последовательности, выведя "наше всё" в лидеры русской поэзии. Но и быть вторым после Пушкина - дорогого стоит...
Правда, слава Лермонтова "припозднилась", ввиду того, что он был моложе этой тройки, но то же время внесло свои коррективы...

Анатолий Бешенцев   17.10.2013 11:25     Заявить о нарушении
Мне кажется, это в какой-то мере связано с богоборчеством и богоискательством поэтов. Больше и сильнее других этим занимался Лермонтов, поэтому его и оценили позже, оценили даже не современники, а потомки. А менее других озабочен был этим Крылов - он и так пребывал в Боге и не меньше в земных радостях и страстях (игре, еде и пр.). И этим был понятнее и ближе современникам. Так мне кажется.
Спасибо за отзыв, Анатолий!

Виорэль Ломов   17.10.2013 11:31   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.