Сонет сонетов Кристины Россетти 1-7

Monna Innominata: A Sonnet of Sonnets (Christina Rossetti)
Вернись ко мне, к той, кто, не дремля, ждет,
Коль не вернешься, все пройдет тогда,
Пока ты не вернулся навсегда,
Я в предвкушеньи счастья наперед.
Ты не идешь, я думаю, где ты,
И сладко грежу «Вот вернется он…»,
Ты - весь мой мир, один на миллион,
Весь свет покоишь на плечах любви.
Но наша встреча мне несет печаль,
Раз расставанье будет неизбежным,
Луна на небе тает безнадежно,
И ночи вновь разлуку приближают:
Теперь не запою я невзначай
Как в дни, когда счастливою бываю.

Come back to me, who wait and watch for you:-
Or come not yet, for it is over then,
And long it is before you come again,
So far between my pleasure are and few.
While, when you come not, what I do you do
Thinking “Now when he comes”, my sweetest “when”:
For one man is my world of all the men
This wide world holds; O love, my world is you.
Howbeit, to meet you grows almost a pang
Because the pang of parting comes so soon;
My hope hangs waning, waxing, like a moon
Between the heavenly days on which we meet:
Ah me, but where are now the songs I sang
When life was sweet because you called them sweet?

Хотела бы я помнить первый день
И первый миг той нашей первой встречи,
И был ли ярким или мрачным вечер,
Стоял ли зной или мела метель.
Без записи от нас он ускользнул,
А я была слепа, чтоб все предвидеть,
Цветущих дней мне больше не увидеть,
Туман их плотной шторой затянул.
Хотела бы я вновь его вернуть –
День дней! И пусть бы он продлился,
Но он, как снег, растаяв, испарился.
О если бы мне время обмануть,
О, если б распознать могла я суть
В тот миг, когда ко мне ты прикоснулся!

I wish I could remember that first day,
First hour, first moment of your meeting me,
If bright or dim the season, it might be
Summer or Winter for aught I can say;
So unrecorded did it slip away,
So blind was I to see and to foresee,
So dull to mark the budding of my tree
That would not blossom yet for many a May.
If only I could recollect it, such
A day of days! I let it come and go
As traceless as a thaw of bygone snow;
It seems to mean so little, meant so much;
If only now I could recall that touch,
First touch of hand in hand – Did one but know!

Ты снишься мне: о, если б я могла
Не пробуждаться от своих мечтаний,
Но ты ушел, забрав очарованье,
И летних птиц давно прошла пора.
Как счаслив сон, в котором снова ты,
Я в нем краснею, просыпаясь бледной,
Во сне ночь днем становится победным,
Сияя ярче утренней звезды.
Во сне мы вновь сливаемся в одно,
Беря и отдавая без награды,
И верим, что как богачи живем.
Я просыпаюсь из него с трудом,
И в жизни не видать уж мне отрады,
Так лучше мне забыться вечным сном.

I dream of you, to wake: would than I might
Dream of you and not wake but slumber on;
Nor find with dreams the dear companion gone,
As, Summer ended, Summer birds take flight.
It happy dreams  I hold you full in sight,
I blust again who waking look so wan;
Brighter when sunniest day that ever shone,
In happy dreams you smile makes day of night.
Thus only in a dream we are at one,
Thus only in a dream we give and take
The faith that maketh rich who take or give;
If thus to sleep is sweeter than to wake,
To die were surely sweeter than to live,
Though there be nothing new beneth the sun.

Сначала полюбила я тебя, а ты потом,
Взмыв надо мной, пел о любви сильнее,
Воркуя нежно мне, как голубь за окном.
Так у кого из нас любовь была вернее?
Тогда слова твои звучали непреложно,
Любила я тебя и не смогла понять,
Ты то любил, чем я не в силах стать.
Но нам любовь измерить невозможно.
У истиной любви нет ни «мое», ни «ваше».
С раздельным «я» и «вы» ее не сохранить.
Теперь у нас с тобой, все что мое – то наше.
И мы вдвойне сильней, благодаря любви.
Нас двое, в чувство мы вложили силы каждый.
Две части целым стать должны однажды.

I loved you first: but afterwards your love,
Outsoaring mine, sang such a loftier song
As drowned the froendly cooings of my dove.
Wich owes the other most? My love was long,
And yours one moment seemed to wax the strong;
I loved and guessed at you, you construed me
And loved me for what might or might not be –
Nay, weights and measures do us both a wrong.
For verily love knows not ‘mine’ or ‘thine’;
With separate ‘I’ and ‘thou’ free love has done,
For one is both and both are one in love:
Rich love knows nought or ‘thine that is not mine’;
Both have the strengh and both the length thereof,
Both of us, of the love which makes us one.

О, сердце сердца моего, живи!
Пусть для меня тебя Господь хранит,
Пусть вера будет в сердце как гранит
В Того, кому обязан ты любви.
Пусть даст тебе все то, чего ты ждешь,
Подарит радость, заберет всю боль,
В делах успех пошлет, в быту покой,
С Ним совершенство духа обретешь.
Все для тебя, а мне чего желать?
Хочу тебя любить, как не любила,
Пока не заберет меня могила,
Любить сильнее, чем я могу мечтать.
Рекой прохладной берег омывать,
Твой берег наполнять природной силой.

O my heart’s heart, and who are to me
More than myiself myself, God be with you,
Keep you in strong obedience leal and true
To Him whose noble service setteth free;
Give you and all good we see or can foresee,
Make your joys many and you sorrows few,
Bless you in what you bear and what do,
Yes, perfect you as He would have to be.
So much for you; but what for me, dear friend?
To love you without stint and all I can,
To-day, to-morrow, world without an end;
To love you much and yet to love you more,
As Jordan at his flood sweeps either shore;
Since woman is the helpmeet made for man.

Доверься мне, как горек твой упрек!
Любить сильней могу я только Бога,
Поверь, не оглянусь я у порога,
Ты не останешься один, как Лот.
Не ведая, что ждет нас впереди,
Готова я нести земной свой крест,
Быть самой жалкой из Его овец,
Которая за Ним должна идти.
Господь в душе моей на месте первом,
Он чувством светлым одарил меня,
Позволь же мне, боготворя тебя,
Постичь и обожать Его без меры:
Как не могу я верить не любя,
Мне не любить тебя без моей веры

Trust me, I have not earned you dear rebuke –
I love, as you would have me, God the most;
Would lose not Him, but you must one be lost,
Nor with Lot’s wife cast back a faithless look,
Unready to forego what I forsook;
This say I, having counted up the cost,
This, though I be the feeblest of God’s host,
The sorriest sheep Christ shepherds with His crook.
Yet while I love my God the most, I deem
That I can never love you over-much;
I love Him more, so let me love you too;
Yea, as I apprehend it, love is such
I cannot love you if I love not Him,
I cannot love Him if I love not you.

«Люби меня, как я тебя», - я верю,
Что та же фраза на твоих устах.
На том стоим мы, утонув в цветах,
Любовь нашу и море не разделит.
Любовью строим дом мы на скале,
Не на песке, чтоб ветер вмиг развеял.
Кто бросит без присмотра цитадель?
Кто перед вражьим ликом ослабеет?
Я из трусихи стала боевой,
Хотя с тобой встречаюсь очень редко,
А оттого строительство некрепко.
Но утешаюсь Книгой я того,
Кто написал, сильна как смерть любовь,
А ревность, как могила, держит цепко.

‘Love me, for I love you’ – and answer me,
‘Love me, for I love you’: so shall we stand
As happy equals in the flowering land
Of love, that knows not a dividing sea.
Love builds the house on rock and not on sand,
Love laughs what while the winds rave desperatly;
And who hath found love citadel unmanned?
And who half held in bonds love’s liberty? –
My heart’s a coward through my words are brave –
We meet so seldom, yet we surely part
So often; there’s a problem for your art!
Still I find comfort in his Book who saith,
Though jealousy be cruel as the grave,
And death be strong, yet love is strong as death.

(перевод Тани Каммер)