Чужая жена

Острее бритвы......Равнодушный взгляд.Еще вчера пылающий Любовью.Он убивает......Источая яд.Венок терновый ставя к изголовью.................(Пепел)



Жила-была среднестатистическая семья, в типичной двушке  типовой  девятиэтажки. Жили немного немало почти 9 лет вместе. Муж Пашка, жена Маришка и четырёхлетний сынишка Димка. Обоим было под 30 лет. Вы спросите, почему в 30 лет ни Марина, а Маришка? Да потому, что выглядела, как Маришка, маленькая, худенькая,  добродушная, с задорным хвостиком на голове. Незнакомые считали её  больше сестрой Димки, чем матерью.  Жили вроде, тихо, мирно. Пашка работал гос. Служащим, а Маришка никак не могла на нормальную работу устроиться, потому, что Димка, как только пошёл в садик стал без конца болеть. Тут немного поработает, там немного.  Жили от зарплаты до зарплаты, без излишеств. Поженились по молодости, по любви. И всё, как будто бы ничего, но после рождения Димки, Пашка напрочь перестал обращать на Маришку внимание. Она, конечно, следила за собой исправно: и волосы, и маникюр, педикюр, правда сама себе всё делала, так как на дорогие салоны денег не было. Ну, ничего не помогало. Пашка ни то, что цветы хотя бы раз в год перестал дарить, даже ласкового слова от него она не дожидалась, как и  комплимента. Хоть и рядилась на какой-нибудь праздник, крутилась перед ним, привлекая внимание, а он - окинет её безразличным взглядом и дальше в телек уставится. Семейные прогулки тоже были ему в тягость - Маришка с сыном играет, а он сидит хмуро на скамейке парка и минуты считает, когда домой пойдёт в компьютер играть или телек смотреть. Не говоря уж об интиме. Можно было по пальцам пересчитать дни их близости. Все эти женские штучки она  перепробовала с романтическим ужином при свечах и кружевным бельём. Ничего его не брало - повернётся на другой бок,  и храпеть, а Маришка плакать в подушку, мечтая о том, чтобы хотя бы обнял ночью. И разговаривать с ним пыталась, требуя внимания, и скандалить и угрожать, в итоге - ничего.  А у Пашки в мыслях складывалось, что у них всё нормально, как и должно быть после стольких лет вместе, и Маришка напрасно бесится.  Дело даже до психолога дошло, да разве наш мужик пойдёт «такие деньжищи на ветер выбрасывать». 

А на самом деле – примелькалась ему жена, стала, как интерьер мебели - есть и ладно. Бегает, суетится, есть варит, стирает, гладит - и хорошо.  Время от времени на других девчонок заглядывался. А Маришка раздражать начала,  он, даже иногда  не скрывая говорил, мол, да куда ты денешься, тебе ведь уже не восемнадцать, да ещё и с ребёнком - кому нужна? Маришку душила обида и бессилие. После таких разговоров долго сидела закрывшись в ванной, глотая слёзы. Подругам и родственникам  ничего не рассказывала, о том, что в семье ни всё «ладно»- не хотелось ей сор из избы выносить. В чужих глазах Пашка был идеальным супругом. Так и жили - Маришка щи варила, думая, чем бы ещё побаловать домашних и привлечь внимание мужа, а Пашка смотрел телек, играл в комп, со старенькой машиной ковырялся  или пивком с друзьями баловался.

Как- то раз, Маришке посчастливилось на работу хорошую устроиться. Радовалась, как ребёнок, в мыслях уже собираясь скопить деньги,  и на курорт с мужем поехать - отношения поправлять. Её, как нового сотрудника тут же в командировку двухдневную отправили (видно остальные уже наездились). Домочадцы отнеслись к этому хорошо и терпимо, ведь командировка не длительная и деньги в семье нужны.  Женщина быстро сделала порученные ей дела и отправилась  назад домой. Попутчиком оказался солидный мужчина, разговорчивый,  во многих странах  побывавший. Он  много всего  интересного рассказывал Маришке. За несколько часов сложилось впечатление, что знакомы они всю жизнь.  Она слушала, раскрыв рот, потом за рюмочкой коньяка, на которую её уговорил мужчина, девушка выложила  всё, как есть, наматывая слёзы и сопли на кулак. И зная, что больше его никогда  не увидит. Тот, не будь дураком, начал осуждать Пашку, а для обиженной  Маришки нашёл подходящие слова  вперемешку с сотнями комплиментов, которых она от родного мужа  за всю жизнь не слышала. Даже букет цветов умудрился в поезде достать. Раскраснелась она, разомлела, припомнила Пашке в мыслях все его насмешки в её сторону, всё его безразличие,  решив доказать, что она ещё «ничего», и найдётся тот, кому будет нужна…  В итоге, когда свет фонарей дырявил темноту произошло то, чего Маришка от себя не ожидала…

Когда мужчина  уснул, она оделась  и выскочила  на следующей  станции.  До её города было  недалеко. Она села в первую маршрутку и поехала домой. Домашние ещё спали, когда она, не решаясь, тыкала в замочную скважину ключом. Имеет ли она теперь право туда заходить и смотреть в глаза Пашке? Смыв свой позор в ванной, она так и не решилась зайти в спальню к мужу, оставшись на кухне. 

Через несколько часов  на кухню вбежал сын и, радуясь, крепко обнял мать. За ним проследовал заспанный Пашка, окинул её безразличным взглядом, не задержав внимания на её виноватом взгляде исподлобья. И со словами « Аааа, ты? Чего так рано, ты же вечерним поездом должна была приехать»,- скрылся  он в ванной, как бы и, не требуя от неё ответ.  Маришка проводила Димку в садик и вернулась домой. Пашка собирался на работу, посматривая телевизор и на ходу перехватывая бутерброд с кофе. Он больше не смотрел на жену и ничего не спрашивал. Ему было не интересно, как всё прошло, и, как она в первый раз в жизни ночевала вне дома. Маришка села на диван и расплакалась. Не зная даже больше из-за чего: из-за своего грязного поступка или от гнетущего безразличия мужа к ней. 

-Ты чё это?- всё-таки переключил на неё внимание Пашка. 
-Я тебе изменила,- выдавила она.
-Чёёёёёёёёё,- протянул он. – Ты, бредишь что ли?
-Вчера….

Пашка швырнул бутерброд, схватил сумку с курткой и хлопнул дверью с обратной стороны.

Маришка каялась, ругала себя, что не придержала язык. Опять это дурацкое его безразличие вывело её из себя. Но в тот момент ей со страшной силой захотелось сделать ему БОЛЬНО. И хоть таким поганым  образом, но привлечь к себе  внимание.  Целый день она была, как на иголках, ожидая, что же теперь будет. Димка уже пришёл из садика и убежал играть к соседской девчонке. Пашка задерживался. Часов около восьми явился подвыпивший муж и прошёл мимо жены, как будто её вовсе не было дома. «Всё, как всегда»,- с обидой подумала Маришка. Женщина ждала, что он ей закатит скандал, но ничего этого не последовала, он вёл себя, как обычно - холодно и безразлично. Только, когда пришло время, ложиться спать, Маришка не решилась лечь к нему в пастель, а постелила себе в зале. На, что он первый раз за вечер вымолвил.
-Я не понял, это, что правда, что ли?
Она покачала головой.
-Чтобы через три дня тебя не было дома,- процедил он и зарылся под одеяло.

И только после этих слов Маришка осознала, чего натворила. На следующий день, проводив Димку в садик, прибежала домой. Стала плакать, умолять, просить прощения, в ногах валяться, врать, что обманула его. Но Пашка знал - вчера она не врала и это всё правда. Муж был непреклонен, наверное, как и любой мужчина на его месте.

У женщины стали в голове вертеться мысли: куда идти, с сыном? На, что снимать? Родственники далеко. Работа? Садик? – всё здесь… Сама виновата…

Пашка в это день вообще домой не явился. Зато приехал тот, другой, с кем это всё произошло. Он не забыл про Маришку. Приглянулась она ему, несмотря не на что. Он тогда выведал её данные у проводницы, а потом уж по своим связям и её адрес в городе. Она ему - нет и нет! Всё ошибка!  Всё случайно! Всё неправильно! А сама газеты с объявлениями разложила, в поисках квартиры. Уехал он. А позже вернулся с ключами и адресом на бумажке. Снял для неё и сына квартиру на первое время. Делать ей было нечего - взяла, при условии, чтоб никаких обязательств и посяганий на неё не было. Тот безоговорочно согласился. Маришка, спустя несколько дней, ещё раз пробовала с Пашкой помириться, винилась перед ним, умаляла, потому, что любила. Но - нет. Так и ушли они с Димкой в чужую квартиру.  Как могла для его возраста объяснила сыну, что произошло. Проходили дни. Маришка надеялась, что муж простит, и домой их позовёт, но ничего этого не произошло. Более того, до Пашки слух дошёл, что ей кто-то квартиру снял, так через некоторое время женщине пришла повестка в суд - на развод. С мужем больше поговорить  не удалось, он,  и трубки не брал, и на порог её не пускал. Димку по выходным доводила до своего бывшего дома, а там мальчишка сам добегал до квартиры отца.  Через несколько месяцев их развели. Маришка с Димкой  жили в съёмной квартире. Периодически «по-дружески», к ним наведывался её благодетель, несомненно, надеясь впоследствии на большее, но не торопил.
Пашка поначалу злился. Больше даже не из-за самого факта измены, а из-за того: «Да, как она посмела! Тихоня! Всю жизнь бегала за ним, угождала, в рот смотрела! А тут, на тебе! Потом последовало облегчение: никто не звонит и не тревожится, как он доберётся домой - пей пиво, отдыхай с друзьями,  сколько хочешь; никто не достаёт этой парено-вареной едой из-за его гастрита; никто не суетится, мешаясь под ногами,  подбирая галстук к рубашке; никто не пристаёт к нему, требуя внимания и он может спокойно ночами напролёт смотреть телек; никто не тащит его на эти вечерние семейные прогулки! 
Вот это жизнь у него началась!!! Он теперь свободен, как птица в небе - куда хочу, туда лечу! Теперь уже он смеялся над друзьями, которых вызванивали жёны и те потихоньку расходились по домам во избежание семейных сцен, оставляя его в одиночестве с самим собой. И только спустя несколько месяцев проведённых в эйфории наслаждения свободой,  он вдруг понял – что-то не то… А чего!? Ведь, всё именно так, как он и хотел?

Однажды,  утром он проснулся, и как будто его глаза только сейчас по-настоящему открылись. Вокруг валялись пустые бутылки из-под пива, бычки от сигарет,  банки от б/пэшек. Он даже забыл, когда последний раз наводил порядок в своей квартире. Стопка белья, которую погладила Маришка уже несколько месяцев стояла в углу квартиры на гладильной доске. На ручке двери висел её домашний халат. Он открыл  комод и увидел её аккуратно разложенное бельё, которое она почему-то не забрала с собой и очки… « как же она без очков»,-  промелькнула мысль. А в чём он ходил на работу? Пашка даже не заморачивался над гардеробом. Он просто влез в джинсы и толстовку, забыв, про когда-то любимые  рубашки и галстуки… Мужчина вспомнил, что сегодня воскресенье и надо идти с Димкой в парк. И только сейчас он осознал, что в парк идти «НЕ НАДО», а он сам очень хочет увидеть сына. Ведь прошлые две недели у него были какие-то дела и их встречи не состоялись. Он быстро оделся и выскочил на улицу. В первый раз за всё это время он сам позвонил Маришке и сказал, чтобы она привела Димку сразу в парк, а не к его дому.  Сказал это жёстко и, как можно грубее. Она тут же согласилась. Не успел Пашка подождать и  пяти минут, как в условленное место подъехала машина. Из первой двери выскочил Димка и начал что-то быстро тараторить. Следом вышла Маришка. Такая же, как и была. Пашка стоял и смотрел на неё, держа в руках очки.  После суда они больше так и не виделись. Через минуту он протянул их ей в руки. Она поблагодарила и  мягко улыбнулась, сказав, что они ей больше не нужны, она сделала коррекцию.
-Машину водишь? Ты же раньше боялась…
Маришка, виновато опустила глаза и проговорила чего-то невнятное, типа «надо преодолевать свои страхи».

Пашка спрашивал общие вопросы и хмурил брови, как будто то, что сейчас происходит - это не он и не с ним. Потом их разговор прервал визг тормозов подъехавшей иномарки. Оттуда вышел он и, не замечая Пашку, подарил ЕГО Маришке цветы, при этом  торопливо что-то рассказывая. Она стояла и неотрывно смотрела на бывшего мужа, а Пашке так и  хотелось рявкнуть, что Маришка ненавидит розы! Её любимые цветы-хризантемы! Хотя…..это было давно…, вкусы меняются… он помнил, что она ему это говорила, когда они ещё встречались и, когда он ей ещё дарил  цветы… Потом тот, продолжая что-то оживлённо ей рассказывать приобнял её и повёл в ближайшее кафе. А Маришка, аккуратно изворачиваясь от назойливых объятий, всё так же виновато посматривала на бывшего мужа. А Пашке  хотелось дать ему в морду, когда его палец скользнул по обнажённой полоске её тела, между футболкой и короткой  юбкой. Он уже сжал кулаки и целенаправленно направился в его сторону. А потом  вдруг  его осенило - а Маришка-то больше не его! Он  же развёлся с ней! Пашка остановился, как вкопанный, наблюдая, как всё дальше и дальше уходит от него жена. В этот день ему было даже не до сына, который соскучился по отцу и пытался, как можно быстрее рассказать все события, которые произошли, пока они не виделись. Пашка улыбался, играл с ним, поддакивал, но одновременно был очень далеко. Он всё никак не мог понять – как это произошло? Как это – его жена – теперь не его, и он не имеет никаких прав на неё. У мужчины аж горло перехватило, от одной мысли, что теперь её телом владеет тот, другой.  Он слушал себя и не верил. Ведь, когда он узнал об её измене у него не было и сотой доли того чувства ревности, которое всколыхнулось сейчас.  Да, что там, тогда ревности не было совсем, а пострадало только его самолюбие. Через некоторое время подошёл он с Маришкой и забрали Димку с собой. Пашка не настаивал, чтобы сына оставили на подольше, хотя был уверен – одно его слово, и она обязательно согласится. Мужчине хотелось быстрее вернуться  к себе домой… Домой… домой было, когда там жили жена и сын, а теперь просто в квартиру…

***

Пашка сидел, обхватив голову руками, и размышлял: когда он упустил её  и, когда всё пошло не так. Год…два…пять… Равнодушие  уничтожает всё и любому терпению приходит конец… Он сам во всём виноват…  Это он её толкнул в объятия другого… А ведь когда-то любил  до безумия… и сейчас любит…. неужели, только потеряв  навсегда он понял, что не может без неё жить…

У Пашки началась депрессия, он запил,  даже взял отпуск за свой счёт, потому, что был не в силах выйти из дома. Друзья приходили и уходили, а он оставался, один сидеть на полу и пить. На её звонки  снова не отвечал, зная, что звонит только  по поводу Димки.  От злости и ревности  бил кулаком об пол до крови.  В один из дней, Пашка не помнил, даже числа и месяца он вышел  во двор за очередной порцией горячительного. Мужчина пил один, потому, что жёны его друзей тех  больше не отпускали. О Пашке пошла дурная слава. Мужчина вдохнул прохладный вечерний воздух. Уже пахло осенью. От удовольствия он даже прикрыл глаза. Сколько по времени простоял он не знал. Его вернул назад звук захлопывающихся дверей отъезжавшего такси и торопливые шаги.

Он смотрел вдаль и не верил своим глазам. Ему на встречу бежала его Маришка, волоча  за собой Димку,  вся заплаканная,  путаясь, и сбиваясь что-то рассказывала. По щекам текли чёрные нити слёз, вперемешку с тушью. А Пашка смотрел и не мог налюбоваться на свою бывшую жену, такую хрупкую и родную. Как же давно он её не видел и не замечал.   Как давно он не смотрел на неё с такой нежностью, теплотой и одновременно  бешеным желанием.  Когда они подошли  ближе,  до мужчины стали доноситься обрывки её фраз    « Он перебрал лишнего, начал приставать…. Я ему ещё давно сказала, что ничего не может быть…. Он, видно не выдержал…. Димка  начал плакать…. Он грубо оттолкнул его… Пашка, прости меня… Я ведь, после того случая ни с кем…».  Мужчина  прислонил палец к своим губам и протянул: «Чииии.  Теперь у нас всё будет по-другому». 

Маришка уткнулась ему в плечо и  с силой прижалась  к любимому телу. Он ответил на её объятия, с упоением  вдыхая  аромат её волос, а  другой рукой гладя, висевшего на его ноге  Димку… «Вот сейчас можно было идти домой»… Пашка от удовольствия прикрыл глаза и вдохнул свободной грудью осенний воздух…

P.S. Цените то, что имеете


Рецензии
На это произведение написано 46 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.