Заметки о мастерстве- 4 Коварство жанра

                гл.4 

                Давайте согласимся, без обид, что все   будущие писатели, кроме гениев, были в начале пути графоманами. И каждый из них  (из нас) прошел свой путь на верх своих возможностей и достижений  с разной скоростью и разной «походкой». Один шел ровно, преодолевая препятствия шаг за шагом, другой  живо перепрыгивал через несколько  ступенек этой лестницы  –  на самый верх мастерства. Третий мучительно отступал и снова двигался вперед. А кто-то присел отдохнуть и застрял в состоянии творческого кризиса, но  потом рывком выбрался из него. Еще  кто-то сошел с дороги, получив  сердечный удар от неосторожного критика, приклеившего  ему  обидный ярлык – « графоман».
                И все мы, незрелые авторы или наоборот – уже перезревшие, совершали кучу простительных ошибок. Одни – из САМОуверенности, другие – наоборот – от НЕуверенности в своем предназначеньи или  даже способности.
                Прозаики созревают для творчества позднее поэтов. Поэзия – это все-таки необъяснимое чудо природы, вобравшее в себя столько умений, сколько прозаику и не понадобится. Соблюдать рифму, не сбиться с ритма, одновременно возникшую мысль-замысел загнать в рамки определенного размера, не растеряв при этом красоты и меткости СЛОВА, – это особый дар от Бога. Его не  приобретешь ни жизненным опытом, ни старанием. И чаще всего он проявляется в детстве, иногда – в «глубоком».
                Я говорю о ПОЭТАХ, а не о рифмачах, каких полно. И куда больше, чем истинных поэтов.
                Стихи могут быть или прекрасными, или никакими. Уж пусть меня извинят те, кто дара  лишен, но убежден  в обратном. Поэтам свойственна повышенная гордыня. Они редко прячут в стол свои творенье, они храбрее выставляют для прочтения и на слух читателя свои вирши. То есть, при всей  своей тонкой душевной организации – поэты менее скромны, чем прозаики.
                В молодости я несколько раз попадала на заседания литературных поэтических секций – из любопытства. И каждый раз меня удивляло, с каким пафосом читают свои стихи поэты,  как они  яростно защищают  свое «дитя» от критиков,  как они нетерпимы к  ней вообще! И как откровенно скучают, пока собратья по перу читают свои  творенья.
                Плохо это или хорошо? А Бог его знает! Но факт.
                Мне редко  попадались поэты застенчивые, которые хотели знать истинное мнение о своих стихах. Очень быстро выяснялось, что не критики они ждут, а похвалы  или восторга. И  стоило лишь похвалить осторожно один стишок, как на твою голову обрушивался шквал рифмованных строчек… А  уходил сей  «поэт» от тебя с  раной в сердце – в полном убеждении, что не он – серость, а ты, раз тебя не понял, не оценил.
                Снимаю шляпу перед талантом настоящих Поэтов. Моя совесть чиста: я не примазывалась к этой когорте творцов никогда. Раз не дано –  значит – не дано, и не нужно дергаться в попытке что-то там зарифмовать. И меня не вдохновила единственная попытка написать былину (в стиле народных) в честь золотой свадьбы моих родителей. Слушатели так вдохновенно смеялись, что вполне могли бы сбить меня с толку: а вдруг и я – поэт?!
                Я убеждена, что бездарный поэт никогда не станет хорошим, потому что нужно РОДИТЬСЯ поэтом.
                А с прозаиками проще: при наличии воображения, большой начитанности и любви к изложению собственных мыслей в письменном виде,  научиться писать ПРИЛИЧНО – можно. Преодолев множество препятствий на творческом пути, прозаик может найти СВОЕГО читателя, который закроет глаза на погрешности в тексте ради интересной мысли-идеи  или сюжета.
                Однако  почти все прозаики в начале своего творчества мало думают о том жанре, в каком они могут проявить свои способности максимально.
                И напрасно. У каждого жанра есть свои подводные камни, каждый из них коварен по-своему.
                Я уже писала о жанре рассказа. Его первое коварство  – это кажущаяся легкость жанра. И героев вроде бы  не должно быть много, и композиция попроще, и не нужны никакие лирические отступления, подтверждающие эрудицию автора. И ни к чему длинные описания природы и погоды. Сиди и пиши себе, если придумал сюжет!
                И тут начинается!  Со смаком описываешь портреты двух-трех главных персонажей и вдруг понимаешь, что творение твое начинает растягиваться как резина. Уже и намеченного места не хватает на  описание других, второстепенных героев, а они  тоже  требуют, чтобы их как-то обозначили, иначе получатся тени, а не живые люди.
                Или еще загвоздка: и портреты есть, и вроде бы персонажи в действии, и знаешь, как начать и даже чем закончить рассказ!   И тут обнаруживаешь, что герои получаются невыразительными, хотя ты и внешность их прописал, и характер вроде бы описал, и поступок  заставил совершить – по задуманному плану. А вот не клеится что-то!
                Ну, во-первых, характер не нужно ОПИСЫВАТЬ. Он должен проявиться в поступке. Во-вторых, логика поступка должна соответствовать характеру персонажа, его  возможностям. Автор  герою навязал поступок, а  тот НЕ ХОЧЕТ его совершать. И тогда читатель сомневается, не верит, что персонаж  способен именно на такое действие.
                Вы захотели соригинальничать? Вы ни разу не сталкивались с этим явлением, когда твои герои                начинают сопротивляться тебе, хозяину их судьбы! К примеру, ты ему придумал эффектный конец – неожиданную смерть от  страшной болезни  или под колесами чужого авто, а он не желает ни того, ни другого! В кровать не укладывается, на дорогу не выбегает – жить хочет!
                Ты ему другой вариант: утопиться или развестись.  А он упирается четырьмя лапами!  А потом идет  и просто бьет морду сопернику.
                Нет, бывают, конечно, неожиданные пируэты в судьбе человека, а также книжного героя, но  даже там должна быть – пусть скрытая от глаз читателя,  ОСНОВА для случайности, которой тебе захотелось удивить читателя. Потому как существует она  под всякой случайностью. Ибо случайность – это непознанная закономерность, как гласит не то восточная мудрость, не то господин Гегель.
                Если персонажи тебе покорны, значит – либо ты уже мастер, изучивший законы человеческой природы и не насилующий  собственных героев, либо ты классический графоман, которому плевать на  психологию, ибо он упивается процессом собственного писания. 
                Недостаточный психологизм персонажей исходит по двум причинам: либо автор молод и никогда в своей жизни не сталкивался с теми явлениями, которые он описывает, либо автор равнодушен к живым людям. А это уже серьезно, почти неизлечимо.
                Если автор любит только придуманных героев, пусть избирает жанр фантазии, а не реалистического рассказа.
                Нет, рассказ – трудный жанр для начинающих. И он легче дается тем, кто начинал с дневника. Это прекрасный жанр для развития речи. Любой! Тут тебе и дар рассказчика  шлифуется, и  умение найти суть предмета, о котором пишешь. И словарный запас пополняешь, и умение видеть себя со стороны – тоже.
                Все, кто вел дневник с детства или юности, словом владеют  лучше остальных.
                Начинать можно и с мемуаров, которыми обычно маститые авторы кончают творческую жизнь.
                Да, да! Не смейтесь! Мемуары пишут не только  старики. Юношам, девушкам и подросткам  есть что вспомнить. Детство хотя бы, разные случаи из него, оставившие след в душе и памяти.
                Хорошо еще себя попробовать в письмах. Эпистолярный жанр требует внимания к подробностям своего собственного душевного состояния. Мир вообще начинается с себя. В себе нужно разобраться сначала, в ближних, в друзьях, а потом уже творить новую реальность и персонажей.
                Небольшой объем рассказа требует лаконичности в выражении мысли. Каждый пишущий знает, как приятна эта работа – над словом: поиск подходящего синонима, меткой метафоры или сравнения! Какое удовольствие – вышвырнуть «красивость», которая показалась тебе  сначала  чуть ли не находкой! Зачеркнуть целый абзац  с подробностями, которые загромоздили текст и затормозили динамику сюжета!
                Понятно, что у каждого своя манера письма, свой стиль, зависящий от характера автора. И нельзя под собственный вкус подогнать критический обзор. Но можно найти  «своего» автора, с которым не захочешь расставаться. Сначала его глотаешь, потом перечитываешь, получая эстетическое удовольствие, а через какое-то время возвращаешься с удивлением: он по-прежнему актуален, и сердце волнует, и мысль заставляет работать…


Продолжение http://www.proza.ru/2015/03/13/1191


Рецензии
Доброй Вам ночи, Людмила!

«Рассказ – трудный жанр для начинающих». Сущая и неоспоримая правда. Всегда поражался, как в ничтожно малую форму авторы вгоняют смысл. Хорошие Авторы.
А вот передо мной и не стояло вопроса, с чего мне начинать свой «путь» в прозе. И дневников я, увы, не писал, ленив был и слишком жить торопился… В один прекрасный момент просто сел, взял в руки карандаш (именно выкладывал на бумагу со стирательной резинкой в помощь) и начал строчить свою «Мореходку», точнее, Первую Книгу главу за главой. Наболело. Потом уже, после нескольких глав плотно присел за компьютер. Всё же удобнее. Правда, до момента описательного процесса внутри себя мариновался и мурыжился мыслями о написании года полтора, наверное. Но, видимо, всему своё время… Однако писалось мне довольно споро. Вероятно, созрел к процессу…

С подобающим уважением и самыми откровенными симпатиями,
Вячеслав

Людмила! Из глубин души примите мои чуткие поздравления с наступающим 19-м годом!
Как бы хотелось, чтобы его начало стало для Вас хорошим мостиком к оптимистически добрым переменам, а сам год не давал причин для грусти и хандры, и все мы, Ваши читатели, с удовольствием окунулись во взаимные дискуссии и в мир слова в Вашем умном исполнении. Радости от очарований жизни и крепости духа Вам, Людмила!

Мореас Фрост   31.12.2018 00:39     Заявить о нарушении
На это произведение написано 19 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.