Шекспир. Сонет 110. Подтверждение периодичности

Сонет 110

Увы, но – правда! Был и тут, и там,
Стал видом пёстр, а в мыслях – развращён,
Знал, дорогое дёшево продам,
В грех старый новой встречей увлечён.
Ещё верней! На верность я взирал
Без веры, но под взглядом с высоты
Груз грешный сердцу юность вновь придал,
Срок худший доказал, что лучший – ты. 
Теперь же – всё, отныне навсегда:
Мой вкус не станет впредь мельчить меня,
Не будет так испытан никогда
Мой старый друг – мой Бог, с кем скован я.
      Прими ж меня, вслед небу лучшим будь,
      В чистейшую и любящую грудь.


Сонет 110. Оригинальный текст
Alas 'tis true, I have gone here and there,
And made myself a motley to the view,
Gored mine own thoughts, sold cheap what is most dear,
Made old offences of affections new.
Most true it is that I have looked on truth
Askance and strangely; but, by all above,
These blenches gave my heart another youth,
And worse essays proved thee my best of love.
Now all is done, have what shall have no end:
Mine appetite I never more will grind
On newer proof, to try an older friend,
A god in love, to whom I am confined.
Then give me welcome, next my heaven the best,
Even to thy pure and most most loving breast.


Сонет 110. Подтверждение периодичности.
Сонет 110 продолжает серию намёков, начатую в третьем катрене сонета 109. Эти намёки говорят о новых обстоятельствах в «закулисном» сюжете. Поэт прямо признаёт, что был неверен адресату в период размолвки, искал новых встреч и ошибался в этом. Видимо, эти встречи действительно были ошибками, т.к. мы не видели ранее их отражения в сонетах. Они не произвели на поэта такого же впечатления, как отношения с другом, и он не посвятил этим адресатам ни одного сонета. Но примирение с другом не могло быть полным без осуждения поэтом этих обстоятельств своего поведения. Поэтому поэт должен был их упомянуть, продолжая тему «воспоминаний и оправданий».
Но, вполне возможно, что «правда» о «был и тут, и там» на самом деле вовсе не намёк, а прямое указание на факт. Ведь хронология сонетов содержит постоянно повторяющиеся периоды отъездов Вилли Шакспера из Лондона в Стратфорд на побывку в осенне-зимние месяцы и возвращения в Лондон в начале весны. Подтверждаются эти периоды совпадением логики смены адресатов в сонетах в эти периоды. Теперь мы видим прямое указание, т.е. уже словесное подтверждение наличия таких периодов. Это тем более вероятно, что, как известно, Вилли Шакспер не совершал никаких других поездок ни в Англии, ни за её пределами, неизвестно только их количество. Поездка же на горячие источники, упомянутая в сонетах 153-154, была, наверняка, единичной и много позже. Остальное в сонете 110, бесспорно, намёки. 
Также не забываем, что возобновление темы «воспоминаний и оправданий» вызвано обстоятельствами, о которых нам предстоит узнать только в сонете 133. А пока отмечаем, что претензии друга не становятся меньше. Даже, наоборот, друг вынудил поэта признать свои ошибки, свой «старый грех» – «новые встречи». Но какое дело другу до этих «встреч», до несдержанного слова, до разбазаренных «богатств» сердца», до «обряжения в шута», до верности ему поэта? Этот набор претензий опять напоминает отношения более, чем дружеские, хотя, заметим, в нём нет ни одного элемента плотской любви. Но, как мы уже неоднократно видели, рассматривать сонеты отдельно, вне связей с другими сонетами, значит, истолковывать их неверно. Поэтому мы пока просто удивимся такому бурному напору друга в претензиях к поэту и запомним это до анализа сонета 133.    
Можно также отметить, что, в отличие от многих сонетов, здесь возможно определить адресата отдельно по тексту сонета. В оригинале присутствует указание на адресата «older friend» - «старый друг». Это уже бесспорно подтверждает именно новые обстоятельства, а не нового адресата.  Однако, из соображений сохранения нейтральности и самодостаточности сонета к русской литературной традиции, я убрал это указание, выполнив перевод в неопределённом роде адресата.


Рецензии