Шекспир. Сонет 119. Медицинские намёки

Сонет 119

Как эликсир испил из слёз Сирены –
Хоть чист, но мерзок, словно, ад внутри,
Так от надежд и страхов перемены,
Всё ж потерял, что, думал, покорил!
Сколь жалких сбоев сердце совершило,
Себя счастливым возомнив весьма!
О, сколь глазам в орбитах тесно было,
В смятенье той горячки без ума!
О, польза бед! Теперь я знаю – верно,
Что лучше станет лучшее от зла –
В разрушенной любви всё совершенно,
Коль заново она возведена.
    И так, наказан, я вернусь к истоку,
    И обрету втройне, чем дал пороку.


Сонет 119. Оригинальный текст
What potions have I drank of Siren tears,
Distilled from limbecks foul as hell within,
Applying fears to hopes, and hopes to fears,
Still losing when I saw myself to win!
What wretched errors hath my heart committed,
Whilst it hath thought itself so blessed never!
How have mine eyes out of their spheres been fitted
In the distraction of this madding fever!
О benefit of ill! now I find true
That better is by evil still made better,
And ruined love when it is built anew
Grows fairer than at first, more strong, far greater.
So I return rebuked to my content,
And gain by ill thrice more than I have spent.


Сонет 119. Медицинские намёки.
«Медицинские» намёки предыдущего сонета 118 продолжаются. И опять невозможно ни понять эти намёки, ни определить адресата отдельно по тексту сонета 119. И опять в этом нас выручает знание предыстории взаимоотношений с другом и сонетов 117 и 118.
Назвав в замке сонета 118 свою душевную неверность другу «ядом» и высказав мысль о невозможности помочь этим «ядом» в дружбе, поэт начинает сонет 119 с обыгрывания этой же мысли другими поэтическими сравнениями. И опять поэт кается, на этот раз в том, что не ведал, что творил: «терял, что, думал, покорил», «безумной лихорадке мысль отдал». В итоге дружба оказалась «разрушенной». Но опять поэт пытается убедить друга, что в этом нет ничего неисправимого. Подтверждением сюжета служит замок сонета 119, где прямо сказано «упрекай». Значит речь была, действительно, не о болезни, а о размолвке.
Всем этим подтверждается тот же адресат – друг поэта. И также видно, что примирения пока не произошло, несмотря на то, что поэт продолжает покаяние.
То, что в который уже раз, поэт назвал дружбу «любовью», не должно быть непонятно читателю, прочитавшему все предыдущие комментарии. Для тех же, кому недосуг их читать, сонет переведён в неопределённом роде адресата и об этом комментарии можно забыть. Ведь также, как невозможно понять намёки по тексту отдельного сонета, без его связи с другими сонетами, так и не имеет смысла искать такие «недочёты» в отдельном комментарии. Сначала надо «дочитать» все.
Но также не нужно забывать, что некоторые вопросы, на которые хотелось бы получить ответы, ставят не столько сонеты, сколько «закулисный сюжет», т.е. весь комплекс известной и проанализированной информации всех сонетов, всех биографий и всех промежуточных выводов. Вопросами такого рода для сонетов 116-119 является: «Что же стало причиной подозрений поэта в отношении друга? Что сделал друг во вред поэту? Что пытается скрыть друг, предъявляя поэту встречные обвинения? Почему поэт до сих пор верит другу и хочет наладить отношения?»  Но получить ответы на такие вопросы можно только, сопоставив все связанные сонеты. Этим я хочу сказать, что, хотя сонеты 116-119 и связаны временем, преемственностью темы и очерёдностью написания, но это не все сонеты, где существует информация по интересующим нас вопросам. Окончательный ответ даёт анализ «женских» сонетов, которые создавались параллельно. Поэтому именно в комментариях к «женским» сонетам и будут даны ответы. Сейчас же нам нужно просто это запомнить.      


Рецензии