Третий глаз как мост к постижению Истины

Человек в каждую секунду своей жизни — продукт биологической и социальной детерминации: иные гены, другое состояние гормональной системы, иной ландшафт и климат, другое небо над головой и иной социум — и на его месте стоял бы уже другой человек. (Friston K., "The Free-Energy Principle", p.3) Ведическая традиция называет эту совокупность обусловленностей кармой: тем, что накоплено в прошлых жизнях и должно быть преображено в круговороте рождений и смертей, пока сопротивление Реальности, частью которой мы являемся, не превратится в бескорыстную любовь к ней. (Шримад;Бхагаватам 3.31; 11.22, стр.311, 527) Это напоминает сюжет «Дня сурка»: один и тот же мир повторяется до тех пор, пока внутренний взгляд не изменится. (Ramis H., "Groundhog Day", p.12)

Пока этот взгляд спит, человек остаётся щепкой субъективизма в океане абсолютного блага, принимая собственные искажения за истину. Современная нейронаука показывает, что органы чувств не дают «чистую» реальность: мозг конструирует картину мира, постоянно сравнивая сенсорные данные с внутренними моделями и минимизируя ошибку предсказания. (Friston K., "The Free-Energy Principle: A Unified Brain Theory?", p.5; Friston K., Kiebel S., "Predictive Coding under the Free-Energy Principle", p.2) Веды говорят о том же иным языком: обусловленное сознание видит мир сквозь гуны природы и собственные желания. (Бхагавад;гита 3.27; 18.20, стр.145, 403) Лишь третий глаз — внутреннее духовное зрение, традиционно связанное с областью эпифиза и «центра головы», — способен хотя бы отчасти увидеть Реальность такой, какова она есть, до наших проекций. (Descartes R., "Trait; de l’homme", p.101; Klein D. et al., "Pineal Gland — A Spiritual Third Eye", p.169)

Детство, падение в гормоны и «змей кундалини»

В детстве эта внутренняя способность особенно близка: ребёнок ещё не полностью закодирован социальными ролями и экономическими требованиями, его восприятие более целостно и менее «зашумлено» интересами. Не случайно сказано: «Если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное». (Евангелие от Матфея 18:3, стр.214) Но с наступлением полового созревания гормональные потоки перестраивают работу мозга: усиливаются доминанты вожделения, агрессии, соревнования, и тонкое видение как бы засыпает. (Young L., Alexander B., "The Chemistry Between Us", p.87) В ряде эзотерических и тантрических традиций эту энергию описывают как «змей кундалини»: если она движется вслепую, человек живёт инстинктами; если поднимается и трансформируется, она питает третий глаз и «корону». (Woodroffe J., "The Serpent Power", p.55)

Библейский змей, дающий вкусить плод с дерева познания добра и зла, — символ пробуждения разделяющего ума, который начинает оценивать реальность через «нравится/не нравится». (Бытие 3:1–7, стр.4) То, что приятно, мы называем «добром», то, что больно, — «злом», хотя опыт показывает, что оба полюса взаимно переходят друг в друга. Ребёнку насилие родителей, заставляющих учиться, кажется злом, но позже он видит в этом благо; избалованность, наоборот, ощущается добром, но нередко рождает эгоизм и экзистенциальную слабость. Веды говорят, что разумный различает не по вкусу момента, а по итогам для души: «Сначала подобно яду, но в конце подобно нектару» — таково подлинное благо. (Бхагавад;гита 18.37, стр.412)

Третий глаз в этом контексте — способность видеть причинно;следственную сеть целиком, а не отдельные её куски. Суфийская формула «невежество толкает в дуализм» отражает древнее знание: разделение единой Реальности на «моё» и «чужое», «добро» и «зло», «прошлое» и «будущее» — корень страдания. (Ибн Араби, "Футухат аль;Маккийя", т.1, стр.73) Буддизм говорит о прошлом и будущем как о конструкциях сознания: прошлое — лишь память, будущее — лишь проекция, реальна только живая присутствующая мгновенность. (Нагарджуна, "Мула;мадхьямака;карика", гл.19, стр.201)

Космос, ландшафт и формирование человека

Классическая геополитика подчёркивает, что народ, а значит и отдельный человек, формируется не только институтами, но и самой землёй: ландшафтом, климатом, морями и горами. (Ratzel F., "Politische Geographie", p.45) Фридрих Ратцель и Хэлфорд Макиндер показывали, что пространство, в котором живёт народ, задаёт его стратегии, тип хозяйства, режим труда и отдыха — а значит, и характер. (Mackinder H., "Democratic Ideals and Reality", p.28) Современные исследования климатической геополитики добавляют: изменение температуры, засухи, наводнения и солнечная активность влияют на миграции, конфликты и экономику, а через них — на социальный профиль личности. (Hsiang S., "Climate and Conflict", p.438)

Древние традиции идут дальше. Ведическая астрология (джйотиш) настаивает, что не только земля и климат, но и небесный узор в момент рождения — положение Солнца, Луны и звёзд — маркируют определённый тип психофизических качеств, склонностей и испытаний. ("Брихад;парашара;хора;шастра", гл.2, стр.15) Подобные идеи встречаются и в западной астрологической и герметической традиции: «как вверху, так и внизу»; космос и человек структурированы по одному образцу. ("Corpus Hermeticum", Tractate X, p.122) Современная наука осторожна в отношении буквальной астрологии, но космо; и хронобиология подтверждают, что циклы света и тьмы, солнечной активности и даже сезон рождения статистически влияют на риск некоторых состояний и поведение. (Wehr T., "Photoperiodism in Humans", p.97; Bender A., "Season of Birth and Personality", p.54)

С точки зрения современной геополитики и социологии, человек формируется на пересечении всех этих полей: 
- ландшафт и климат задают базовый ритм жизни, тип труда и структуру поселений; 
- солнечно;лунные циклы, световой день и погодные режимы влияют на физиологию, гормоны, настроение; 
- экономика и государство формируют систему стимулов и ограничений; 
- культура и религия интерпретируют всё это и превращают в ценности и запреты. 
(Weber M., "Die protestantische Ethik und der Geist des Kapitalismus", p.21; Bauman Z., "Liquid Modernity", p.12)

Веды, Библия, Коран и другие священные тексты сходятся в одном: человек рождается в мире, уже структурированном кармой, законом, судьбой, но оставлен с возможностью подняться над этими условиями, если внутренний центр — третий глаз — пробуждается. ("Шримад;Бхагаватам" 11.19.1–4, стр.587; Коран 13:11, стр.246)

Нейробиология инсайта и духовные упражнения

Современная когнитивная нейронаука показывает, что инсайт — внезапное озарение, когда решение задачи вспыхивает как целое, — связан с особой конфигурацией мозговой активности: временным подавлением внешнего внимания и последующим всплеском высокочастотной активности в правой височной области. (Kounios J., Beeman M., "The Cognitive Neuroscience of Insight", p.210) Это очень похоже на описания «озарения», «просветления», «мук;ши» в духовных традициях: когда непрерывная аналитическая жвачка умолкает, и нечто более глубокое становится видимым.

Духовные упражнения — молитва, медитация, созерцание, дыхательные практики, пост, ритуальные танцы — по сути, тренируют способность переключать режимы работы сознания: ослаблять грубые потоки страха и вожделения и усиливать внимательность, сострадание и внутреннюю тишину. (Hadot P., "Exercices spirituels et philosophie antique", p.29) Исследования медитации показывают, что длительная практика действительно меняет мозг: усиливает связи в сетях внимания и саморегуляции, уменьшает реактивность миндалины и повышает способность к эмпатии. (Lutz A. et al., "Attention Regulation and Monitoring in Meditation", p.164; Lutz A. et al., "Trends in Cognitive Sciences", p.169)

Игнатий Лойола в "Духовных упражнениях" предлагает последовательный путь: от самопознания через медитацию на жизнь Христа к различению духов, то есть к развитию внутреннего органа, способного распознавать, откуда приходит мысль и к чему она ведёт. (Ignatius Loyola, "Exercitia spiritualia", p.8) В буддизме восьмеричный путь приводит к состоянию, где «ум ясно видит возникновение и исчезновение явлений», что можно рассматривать как раскрытие третьего глаза. ("Дхаммапада", ст.277–279, стр.141)

А третий глаз видит мир таковым, как он есть: одновременно видит причинно;следственную связь всего и не делит мир на «добро» и «зло», не вкушая плод с дерева познания добра и зла. (Нагарджуна, "Мула;мадхьямака;карика", гл.19, стр.201) Как говорили суфии, «невежество толкает в дуализм», то есть в деление божественной реальности на две противоположные части. (Ибн Араби, "Футухат аль;Маккийя", т.1, стр.73) Когда человек видит мир таким, как он есть, не делит его на прошлое, настоящее и будущее, не противопоставляет себя остальному миру, — он испытывает неописуемое удовольствие. ("Шримад;Бхагаватам" 11.19.1–4, стр.587) Ведь все наши проблемы от того, что мы страхи из прошлого пытаемся проецировать в будущее, хотя и прошлое и будущее, как говорят буддисты, — ненужные иллюзии. ("Дхаммапада" 277–279, стр.141)

Прошлое — это память, которую можно забыть; будущее — это мечта, которую может перекроить одно событие. Всё будет только согласно Воле Божией: «без Воли Божией даже волос не шелохнётся на голове». (Евангелие от Луки 12:6–7, стр.246)

По сути, все религиозные и духовные практики, как мистические, так и традиционных церквей и верований, направлены на активизацию гипофиза/эпифиза, то есть на угнетение «змейки» кундалини и преобразование её в свет сознания. (Klein D. et al., "Pineal Gland — A Spiritual Third Eye", p.169) Согласно философскому словарю, эти ритуалы называются духовные упражнения или духовные практики: это практические приёмы, способствующие достижению мистических состояний — озарения, просветления, экстатического состояния, непосредственного общения и единения с божеством. (Hadot P., "Exercices spirituels et philosophie antique", p.29) В современной литературе они часто фигурируют под синонимичными названиями: «мистические упражнения», «психофизические упражнения», «психотехники». (Hadot P., там же, p.31)

Термин «духовные упражнения» был введён св. Игнатием Лойолой, предложившим комплекс из трёх практических приёмов, с помощью которых верующий достигает полного слияния с мистической сущностью Иисуса Христа. (Ignatius Loyola, "Exercitia spiritualia", p.8) Наиболее распространённые разновидности духовных упражнений описаны в статьях «Аскеза» и «Медитация»; среди прочих стоит упомянуть: 
1. Комплексы дыхательных упражнений (пранаяма, цигун, холотропное дыхание и др.), строящихся на изменении естественного ритма дыхания. (Lutz A. et al., "Attention Regulation and Monitoring in Meditation", p.164) 
2. Длительное пребывание в определённых позах, регулирующих циркуляцию жизненной энергии (асаны йогов или созерцание пупка у исихастов). (Patanjali, "Yoga-sutra" III.16–17, p.102) 
3. Монотонное и автоматическое повторение краткой молитвы (джапа, «Иисусова молитва» исихастов, мусульманский зикр, индуистский «ОМ»). ("Дхаммапада", вступление, стр.25) 
4. Длительное хоровое пение или ритмические выкрики, сопровождающиеся стереотипными движениями («радения» хлыстов, коллективные моления шейкеров, пятидесятников и вудуистов, нигуним у хасидов). (Eliade M., "Trait; d’histoire des religions", p.221) 
5. Ритуальные танцы, состоящие из особых символических движений (тайцзицюань, индийские храмовые танцы, танцы дервишей). (Mirage News, "Mysteries of the Pineal Gland: The So-called Third Eye", p.3) 
6. Хаотические движения и возгласы, возникающие без участия сознания (техника, предложенная Шри Раджнишем). (Osho, "Meditation: The First and Last Freedom", p.6) 
7. Ритуальный половой акт (майтхуна). (Woodroffe J., "The Serpent Power", p.112)

В качестве вспомогательных средств при выполнении духовных упражнений иногда используются алкоголь, наркотические и психоделические препараты, гипноз и самогипноз, пейоты и псилоцибины Карлоса Кастанеды, а также непосредственная передача энергии от учителя к ученику. (Castaneda C., "The Teachings of Don Juan", p.45) Современные исследования психоделиков показывают, что такие вещества кратковременно повышают «энтропию» мозговой активности, усиливают гибкость связей и допускают необычные сочетания переживаний, но сами по себе не гарантируют устойчивой духовной трансформации без осмысленной интеграции опыта. (Carhart-Harris R., "The Entropic Brain", p.5; Carhart-Harris R., "The Entropic Brain — Revisited", p.7) Кроме этого, используются длительные посты (вспомните сорокадневный пост Иисуса Христа в пустыне и длительный пост Сиддхартхи Гаутамы Шакьямуни). (Евангелие от Матфея 4:1–2, стр.32; "Буддхачарита" Ашвагхоши, гл.9, p.119)

Всё это получило название «расширение сознания», хотя точнее — подключение бессознательного или осознание бессознательного сознанием. (Hadot P., "Exercices spirituels…", p.35) Одним из ярких примеров проявления в нашей жизни осознания бессознательного сознанием являются моментальные вспышки озарения, особенно знакомые людям творческого труда, когда произведение появляется внезапно и как бы «ниоткуда». (Kounios J., Beeman M., "The Cognitive Neuroscience of Insight", p.210) Авторское произведение нельзя создать только вследствие тщательного аналитического обдумывания: «Сознательное, аналитическое размышление часто медлительно и перегружено деталями, зато озарения бессознательны и автоматичны — их не перегрузить», — поясняет американский психолог Джон Коуниос. (Kounios J., интервью для "Naked Science", p.3)

Как известно из произведений Кастанеды, галлюциногены, к примеру алкоголь и наркотики, ведут к расширению сознания. (Castaneda C., "The Teachings of Don Juan", p.52) Но расширение сознания — не цель, а путь. Цель — постижение, по меткому выражению Платона, «Абсолютного Всеобщего Блага», то есть Бога. (Plato, "Politeia" VI–VII, p.508–509) Если же такой цели нет, то человек, который постоянно живёт в мире расширенного сознания, уходит в противоположную от Абсолютного Всеобщего Блага сторону, то есть уходит из социальной жизни, от социальных ценностей, тем самым доставляя страдания родным и окружающим. (Carhart-Harris R., "Psychedelics and the Entropic Brain", p.11) Но все эти практики становятся духовными только если их совершают с благой целью, то есть с отказом от эгоизма в пользу альтруизма, в пользу всего общества. ("Бхагавад;гита" 3.30; 18.66, стр.186, 421) Поэтому простое употребление алкоголя без этой цели не означает духовную практику, так как нет главного — мотива и достижения благой цели.

То же и с другими видами духовных практик: их приёмы часто используются в политике, маркетинге, спорте для получения конкретной корыстной выгоды, а не для общего блага. (Bauman Z., "Liquid Modernity", p.12) К примеру, это так называемые «волны» на футбольных матчах, когда люди ритмически двигаются и одновременно выкрикивают слова поддержки, достигая единения и получая от этого неописуемое удовольствие. Тот же эффект достигается на массовых митингах или концертах, однако это нельзя называть духовными практиками. (Giddens A., "The Constitution of Society", p.5) Поэтому только сочетание практики и цели — достижения всеобщего блага — даёт тот результат, когда активизируется третий глаз и мы видим неискажённую реальность, реальность такую, как она есть, то есть Истину. ("Шримад;Бхагаватам" 11.19.1–4, стр.587)

Нейронаука медитации подтверждает: регулярная практика меняет структуру и функции мозга — усиливает связи в сетях внимания и саморегуляции, уменьшает реактивность миндалины и улучшает эмпатию. (Lutz A. et al., "Attention Regulation and Monitoring in Meditation", p.164; Lutz A. et al., "Trends in Cognitive Sciences", p.170) То, что мистики описывают языком «снятия завесы», современные учёные описывают как нейропластичность, но вектор движется в одном направлении: от фрагментарного, испуганного сознания к более целостному и устойчивому.

Геополитика, постмодерн и ответственность «имеющего»

Геополитика — как классическая (Ратцель, Макиндер, Хаусхофер), так и современная (Бжезинский, Хантингтон и критики их моделей) — показывает, что большие пространства, цивилизационные блоки, энергетика и коммуникации формируют поле, в котором рождаются определённые типы людей и обществ. (Haushofer K., "Geopolitik der Pan-Ideen", p.17; Brzezinski Z., "The Grand Chessboard", p.38) Один и тот же индивид, родись он на северной морской окраине или в континентальном «хартленде», в пустыне или в тропиках, под небом мегаполиса или степи, получает различные привычки, страхи, ценности — от режима труда и войны до образа Бога. (Huntington S., "The Clash of Civilizations?", p.25)

Постмодерн, описанный Бауманом и другими, размывает старые границы, но взамен создаёт «жидкую» среду, где человек постоянно вынужден заново конструировать свою идентичность, не имея устойчивых опор. (Bauman Z., "Liquid Modernity", p.3) Это усиливает внутреннюю тревогу, но одновременно обостряет вопрос ответственности: если «всё есть проекция нашего ума», то человек уже не может честно переложить всю вину на климат, историю, рынок и звёзды.

Евангелие формулирует это парадоксально просто: «всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет». (Мф.25:29, стр.327) «Имеющий» — это тот, кто обладает особым качеством сознания, позволяющим превращать внешние условия в смысл и рост, а не в повод для разрушения. Ведическая традиция говорит то же: человек, который действует, «предав Ему свои деяния», постепенно освобождается от кармы и поднимается над определяющими влияниями гун природы. ("Бхагавад;гита" 3.30; 18.66, стр.186, 421)

Между детерминацией и свободой: пробуждение третьего глаза

Все рассмотренные пласты — генетика и гормоны, ландшафт и климат, Солнце и Луна, звёздное небо рождения, экономика и государство, культура и религия — образуют сложную решётку детерминаций, через которую проходит человеческая жизнь. (Ratzel F., "Politische Geographie", p.52; Weber M., "Soziologie", p.19) Веды называют это «сетями майи»; Библия — «миром, лежащим во зле»; Коран — испытанием; буддизм — сансарой. ("Шримад;Бхагаватам" 11.19.1–4, стр.587; 1 Ин.5:19, стр.321; Коран 67:2, стр.512)

Третий глаз — не физическая «кнопка» в мозге, а символ внутреннего центра, который способен увидеть эту сеть и не отождествиться с ней полностью. Нейронаука показывает, что мозг может перестраиваться; социология — что структуры общества, хотя и обладают скрытой устойчивостью, всё же меняются; геополитика — что даже самые мощные имперские конструкции не вечны. (Giddens A., "The Constitution of Society", p.5; Wallerstein I., "World-Systems Analysis", p.23) Священные книги добавляют: в самом сердце человека есть то, что превосходит и карму, и историю, и пространство, — способность сказать «да» истине и любви, даже если всё вокруг толкает к иному. (1 Кор.13:9–13, стр.275)

С этой точки зрения третий глаз — мост к постижению Истины, потому что он соединяет два берега: признание полной обусловленности (биологической, социальной, геополитической, космической) и реальное переживание свободы — не как произвола, а как готовности служить всеобщему благу. Когда этот центр пробуждается, человек перестаёт видеть мир только как поле угроз и выгод и начинает воспринимать его как ткань смыслов, в которой он сам ответствен — за мысли, за действия, за то, каким становится мир вокруг него. И тогда даже звёздное небо над местом его рождения — не приговор, а язык, на котором с ним говорит Бог. (Kant I., "Kritik der praktischen Vernunft", Schlu;, p.288)