Порыв к превосходству

Порыв к превосходству

Второе издание

Андрей Белоусов
При содействии Алексея Кучко

ВВЕДЕНИЕ

«Много замыслов в сердце человека, но состоится определение Господне».
(Притчи 19:21)

Человек всегда стремился подняться над самим собой. Задолго до появления науки, философии и сложных общественных институтов люди уже задавались вопросами о своём предназначении, своём месте среди других и о том, что делает одного человека сильнее другого. Порыв к превосходству сопровождает человеческую историю с самого её начала. Оно проявляется в борьбе за власть и богатство, в стремлении к знаниям, в желании быть первым, признанным, услышанным и уважаемым. Но всякое ли превосходство имеет одинаковую ценность?
Именно этот вопрос становится отправной точкой книги Андрея Белоусова «Порыв к превосходству».
На первый взгляд превосходство кажется простой и очевидной категорией. Один человек сильнее, образованнее, богаче, влиятельнее или успешнее другого — следовательно, он превосходит его. Однако при более внимательном рассмотрении становится ясно, что человеческое превосходство невозможно измерить одной шкалой. Физическая сила может сделать человека могущественным, но не обязательно мудрым. Богатство может обеспечить независимость, но не гарантирует достоинства. Власть позволяет отдавать распоряжения, но сама по себе не свидетельствует о внутреннем превосходстве. Интеллект открывает огромные возможности, однако без нравственных ориентиров он может быть использован как во благо, так и во зло.
Поэтому стремление к превосходству имеет двойственную природу. С одной стороны, именно оно побуждает человека развиваться, учиться, создавать, открывать новое и преодолевать собственные ограничения. Благодаря желанию стать лучше появляются научные открытия, произведения искусства, технологические достижения и общественные преобразования. С другой стороны, то же самое стремление может превратиться в жажду господства, подчинения и уничтожения другого человека.
Граница между этими двумя направлениями чрезвычайно тонка.
История человечества даёт нам множество примеров людей, стремившихся к величию. Одни достигали его посредством знаний и созидания, другие — посредством власти и насилия. Одни оставили после себя идеи, изменившие сознание миллионов людей, другие — страх, разрушение и страдания. Поэтому вопрос заключается не только в том, стремится ли человек к превосходству, но и в том, над чем именно он стремится одержать верх.
Возможно, величайшая победа человека — это не победа над другим человеком, а победа над самим собой.
Преодоление собственной слабости, невежества, страха, зависти, агрессии и зависимости от чужого мнения порой значительно труднее, чем подчинение другого человека. Внешнее превосходство может быть заметно окружающим, тогда как внутреннее превосходство часто остаётся невидимым. Человек может казаться слабым, не иметь ни богатства, ни власти и одновременно обладать огромной внутренней силой.
Именно поэтому феномен превосходства заслуживает не только социального или психологического, но и философского осмысления.
Человек существует среди других людей. Его желания, убеждения и поступки постоянно сталкиваются с желаниями, убеждениями и интересами окружающих. Общество создаёт правила, нормы и ограничения, которые одновременно защищают человека и ограничивают его свободу. Возникает парадокс: человек стремится быть свободным, но вынужден жить среди других свободных людей. Он хочет самостоятельно определять свою судьбу, но постоянно сталкивается с обстоятельствами, находящимися вне его контроля.
Именно в этом противоречии рождается значительная часть человеческой борьбы.
Мы хотим быть независимыми, но зависим от общества. Мы стремимся к признанию, но признание зависит от других. Мы желаем власти, но сама власть требует признания со стороны тех, над кем она осуществляется. Мы ищем истину, однако наше понимание истины ограничено знаниями, опытом и самой природой нашего сознания.
Таким образом, стремление к превосходству невозможно рассматривать отдельно от человеческой природы.
Эта книга предлагает взглянуть на человека не только как на биологический организм, но и как на личность, постоянно находящуюся в процессе становления. Человек никогда не бывает полностью сформирован. Он изменяется под влиянием воспитания, образования, культуры, общества, жизненного опыта и собственных решений. На протяжении жизни человек может становиться лучше или хуже, сильнее или слабее, свободнее или зависимее.
Особенно важную роль здесь играет сознание. Именно оно позволяет человеку не просто существовать, но и осмысливать своё существование. Животное борется за выживание, тогда как человек способен спросить себя, зачем он живёт. Человек может отказаться от непосредственной выгоды ради принципа, пожертвовать личным благополучием ради другого, посвятить свою жизнь идее или делу, результаты которого достанутся будущим поколениям.
В этом заключается особый вид человеческого превосходства — превосходства, которое невозможно приобрести исключительно с помощью денег, власти или общественного положения.
Автор рассматривает проблему превосходства не как простой вопрос о том, кто сильнее, умнее или богаче. Гораздо важнее понять механизм, который заставляет человека постоянно сравнивать себя с другими. Почему нам необходимо признание? Почему успех другого человека иногда вызывает восхищение, а иногда — зависть? Почему человек способен пожертвовать собственным достоинством ради общественного статуса? И почему некоторые люди, несмотря на огромную власть, продолжают испытывать потребность доказывать своё превосходство?
Эти вопросы ведут нас от внешнего мира к внутреннему.
Возможно, человек, который постоянно стремится доказать своё превосходство над другими, на самом деле пытается компенсировать внутреннюю неуверенность. И наоборот, человек, действительно обладающий внутренней силой, может не испытывать постоянной потребности демонстрировать её окружающим.
Поэтому истинное превосходство может быть парадоксальным: чем сильнее человек нуждается в доказательстве своего превосходства, тем менее очевидным оно становится.
Истинная сила проявляется не только тогда, когда человек способен победить, но и тогда, когда он способен не использовать свою возможность для унижения другого. Не только тогда, когда он может заставить, но и тогда, когда способен убедить. Не только тогда, когда он получает власть, но и тогда, когда способен использовать её ответственно.
В этом смысле превосходство становится нравственной категорией.
Однако книга не ставит своей целью дать читателю окончательную формулу человеческого превосходства. Напротив, её задача — побудить к размышлению. Автор предлагает взглянуть на привычные явления с другой стороны, подвергнуть сомнению устоявшиеся представления и самостоятельно искать ответы.
Поэтому читатель не обязан соглашаться со всеми высказанными здесь идеями. Несогласие может быть не менее продуктивным, чем согласие. Более того, именно столкновение противоположных взглядов часто становится источником интеллектуального развития.
Истина редко рождается в тишине полного согласия.
Она возникает там, где существует вопрос, ещё не имеющий окончательного ответа; там, где человек способен сказать: «Возможно, я ошибаюсь». Способность сомневаться в собственной правоте — не признак слабости, а одна из наиболее сложных форм интеллектуальной зрелости.
Поэтому «Стремление к превосходству» следует рассматривать не как попытку установить универсальную иерархию людей, а как исследование одного из фундаментальных человеческих стремлений. Что заставляет нас подниматься выше? Что заставляет нас сравнивать себя с другими? Где заканчивается здоровое стремление к развитию и начинается стремление к господству? И, наконец, возможно ли превосходство без унижения другого?
Каждому читателю предстоит самостоятельно искать ответы на эти вопросы.
В конечном счёте человек постоянно оказывается перед выбором: стремиться быть выше других или стать выше самого себя.
Первый путь может привести к власти. Второй — к личности.
И, возможно, в этом заключается главная идея книги: истинное человеческое превосходство начинается не там, где человек получает возможность возвыситься над другими, а там, где он приобретает способность подняться над собственными ограничениями.
Эта книга — приглашение к такому поиску.
Не к поиску чужой истины, которую необходимо принять, а к поиску собственной — истины, которую необходимо выдержать, проверить разумом, жизненным опытом и совестью.
И если после прочтения этой книги у вас появятся новые вопросы, а некоторые прежние убеждения будут поколеблены, значит, её главная цель будет достигнута.
Потому что человек развивается не тогда, когда получает все ответы.
Он развивается тогда, когда начинает задавать более глубокие вопросы.


СОДЕРЖАНИЕ

1. ПОРЫВ К ПРЕВОСХОДСТВУ
2. ЧЕГО ХОТЯТ ЖЕНЩИНЫ?
3. ПРИЗРАКИ: РЕАЛЬНОСТЬ ИЛИ ИЛЛЮЗИЯ?
4. СЕКРЕТ УСПЕХА В ШОУ-БИЗНЕСЕ
5. КОМУ СУЖДЕНО СТАТЬ БОГАТЫМ?
6. ЗАВИСИМОСТЬ СУДЬБЫ ОТ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ
7. ВОЗРОЖДЁННЫЙ РИМ
8. ФЕНОМЕН «КАЛИГУЛЫ», ИЛИ ОСВОБОЖДЁННОЕ СОЗНАНИЕ
9. ФУНДАМЕНТ ПОЛИТИЧЕСКОГО АЙСБЕРГА
10. ЗАКЛЮЧЕНИЕ



ПОРЫВ К ПРЕВОСХОДСТВУ

««И сказал я: мудрость лучше силы; однако мудрость бедняка презирается, и слов его не слушают». — Екклесиаст 9:16»

СИЛА — НЕ ВСЕГДА ПРЕВОСХОДСТВО

Если человек обладает большой физической силой и хорошо развитым телом, но не умеет логически мыслить, многие будут считать его нелепым, неприятным или недалёким. Одна лишь сила не является признаком превосходства. Она лишь даёт человеку способность влиять на окружающий мир. Если он не знает, как правильно использовать эту способность, сила может оказаться бесполезной или даже стать причиной его поражения.
Человек может быть способен поднимать огромные тяжести, выдерживать изнурительный физический труд, быстро бегать и обладать превосходными рефлексами. Но ни одно из этих качеств не поможет ему, если ситуация требует точной оценки обстоятельств, предвидения последствий и выбора наиболее разумного образа действий. Физическая сила позволяет человеку действовать немедленно. Разум же сначала определяет, какое действие вообще следует совершить.
То же самое относится к богатству. Человек может обладать огромными денежными суммами, но не уметь логически мыслить. Деньги открывают возможности, однако автоматически не дают способности мудро ими пользоваться. Богатый человек может купить лучшее образование, медицинское лечение, оборудование, путешествия и профессиональную помощь, но он не может просто приобрести способность отличать истину от заблуждения. Материальное благополучие даже может создать иллюзию превосходства. Тот, кто привык получать с помощью денег всё, чего хочет, может начать верить, что его мнение автоматически ценнее мнений других людей. Однако экономическое превосходство и интеллектуальное превосходство — совершенно разные вещи.

ЗНАНИЯ — НЕ МЫШЛЕНИЕ

То же различие относится и к образованию. Учёный может знать каждую деталь своей области, помнить наизусть формулы, определения, данные, имена и результаты бесчисленных исследований — и при этом быть неспособным мыслить самостоятельно. Можно знать ответ, не понимая, почему он верен. Можно повторять чужую идею, не умея её защищать. Можно даже случайно прийти к правильному выводу, не зная, как именно к нему пришёл.
Во всех этих случаях человек обладает информацией, но не обязательно настоящим мышлением. Логическое мышление в интеллектуальном смысле — это способность ясно формировать понятия, устанавливать связи между ними, распознавать противоречия и доводить мысль до её естественного вывода. Человек, который лишь повторяет чужие слова, может казаться образованным, однако его образованность остаётся внешней. Настоящее мышление начинается тогда, когда человек способен самостоятельно проверять и понимать знания, осознавая, почему они должны быть истинными.

РЕАЛЬНОСТЬ И ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ОПИСАНИЯ

Многие люди не различают реальность и представление, а также знания, которые можно проверить опытом, и идеи, существующие лишь в сознании. Это понятно. Мы рождаемся в уже упорядоченном мире и постепенно формируем в своём сознании столь же упорядоченные схемы. Однако эти схемы не обязательно соответствуют лежащей в основе реальности.
Прежде чем человек начинает мыслить самостоятельно, ему говорят, что хорошо и плохо, правильно и неправильно, нормально и ненормально. Он получает язык, систему ценностей, религиозные или светские убеждения, политические взгляды, исторические интерпретации и бесчисленное множество готовых ответов. В конце концов он может начать воспринимать эти ответы как саму реальность.
Но любое описание мира отличается от самого мира. Карта — не территория, а человеческое понятие — не тот предмет, который оно описывает. Поэтому настоящее мышление требует, чтобы мы постоянно сравнивали свои представления с реальностью.

ИСКУССТВЕННЫЙ МИР ЦИВИЛИЗАЦИИ

Современная культура глубоко изменила человеческую жизнь. Мы создали огромную искусственную среду и настолько к ней привыкли, что часто забываем, насколько она отличается от естественных условий.
Представим современного человека, который часами проводит время за компьютером, погружённый в интерактивные сайты и компьютерные игры. Он мог пройти самые сложные игры, знать их правила и персонажей и иметь мнение почти обо всём. Однако виртуальный опыт — не то же самое, что практический опыт.
Такой человек может уверенно рассуждать о Боге, культуре, политике, истории и обществе. Его уверенность в себе может быть безграничной. Но уверенность в себе не является доказательством. Человек может быть абсолютно уверен в своей правоте и одновременно полностью ошибаться.
Представим, что такого эксперта отправили бы в древние Афины. Внезапно многие предположения, которые в привычной для него среде казались само собой разумеющимися, пришлось бы пересмотреть. Искусственный мир, созданный цивилизацией, может наделить человека необычайными способностями и одновременно скрыть границы этих способностей.

ИНТЕЛЛЕКТ ПРОТИВ ГРУБОЙ СИЛЫ

Исторически Спарта прежде всего ассоциировалась с военной дисциплиной, физической выносливостью, мужеством и подчинением государству. Афины пошли по другому культурному пути, на котором процветали философия, литература, искусство, политическая мысль и интеллектуальные дискуссии. Идеи, связанные с Сократом, Платоном и Аристотелем, пережили тысячи лет и продолжают влиять на человеческое мышление по сей день.
Это противопоставление не следует понимать как простое утверждение, будто одна цивилизация обладала добродетелью, а другая — нет. Скорее, оно показывает две разные формы власти. Военная сила может завоёвывать территории, принуждать к повиновению и защищать государство. Интеллектуальная сила может влиять на поколения, которые никогда не переживали первоначального исторического конфликта.
Поэтому Афины оставили исключительно влиятельное философское и культурное наследие, тогда как Спарта стала прежде всего историческим символом военной дисциплины. Это раскрывает один из величайших уроков цивилизации: грубая сила может завоевать территории, но интеллект может завоевать время.
Военная сила может подчинить человека, но не может заставить его мыслить. Оружие может разрушить город, однако идея, однажды родившаяся в человеческом сознании, способна пережить целые империи.
В конечном счёте история сохраняет не только победы армий. Она сохраняет идеи, которые меняют то, как последующие поколения понимают мир.
Одно общество может ценить силу, дисциплину и мужество. Другое — разум, дискуссию и творчество. Третье — богатство, предпринимательство и практический успех. Поэтому человеческое превосходство нельзя измерять по одному-единственному критерию.
Однако в интеллектуальной сфере существует качество, позволяющее превращать информацию в новое знание: способность мыслить.

ТЕХНОЛОГИЯ И ОСЛАБЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ СПОСОБНОСТЕЙ

Технологии сделали жизнь легче, однако это удобство может иметь свою цену. Нам больше не нужно запоминать огромные объёмы информации, поскольку поисковые системы способны почти мгновенно предоставить любой ответ. Нам больше не требуется огромная физическая сила, потому что машины выполняют значительную часть физической работы. Для большинства повседневных задач нам нужно меньше выносливости и подвижности. Нам больше не приходится добывать пищу так, как это делали наши предки.
Жизнь стала значительно легче. Однако если человек полностью отдаёт свои природные способности технологическому прогрессу, последствия могут быть серьёзными.
Технология должна быть расширением человеческих способностей, а не их заменой. Калькулятор полезен. Но если его использование приводит к тому, что человек утрачивает способность понимать элементарные математические связи, он становится зависимым от инструмента.
Поисковая система — выдающееся достижение. Но если человек перестаёт оценивать найденную информацию, доступ к большему объёму знаний не делает его мудрее. Компьютер может дать ответ. Но он не всегда может сказать нам, какой вопрос вообще следовало бы задать.
Часто сформулировать правильный вопрос труднее, чем найти ответ.

РАЗВИТИЕ ТРЕБУЕТ СОПРОТИВЛЕНИЯ

Если мы не вернём свои природные способности из-под власти цивилизации, то рискуем столкнуться с серьёзной деградацией. Природа дала нам тело, чтобы взаимодействовать с миром, и разум, чтобы его понимать.
Всё вокруг нас постоянно меняется. Поэтому пассивный человек не находится в согласии с природой существования. Развитие требует напряжения. Мышца развивается, когда работает. Интеллект развивается, когда сталкивается с трудностями. Характер развивается, когда человек должен преодолевать сопротивление.
Слишком лёгкая жизнь, в которой человек не ставит перед собой добровольных испытаний, может постепенно лишить его способности преодолевать реальные препятствия.
По этой причине развитие требует определённой степени сопротивления. Трудность не обязательно является врагом человеческого развития. Иногда именно она создаёт условие, делающее развитие возможным.

ВЕЛИКИЕ МЫСЛИТЕЛИ И ИСТОРИЧЕСКАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ

В истории европейской цивилизации мы можем увидеть две выдающиеся фигуры: Иисуса Христа, Мессию, посланного Богом, и Иммануила Канта, которого мы метафорически могли бы назвать «мессией, посланным наукой». Эта метафора не ставит Канта в религиозное положение, равное Христу. Скорее, она выражает необычайную интеллектуальную трансформацию, связанную с его трудом.
Великие фигуры не появляются изолированно. Они рождаются из своей исторической эпохи. Великий мыслитель становится великим не только потому, что решает быть великим. За ним стоит историческая необходимость.
Прежде чем может возникнуть новая идея, должны соединиться бесчисленные прежние идеи, противоречия, вопросы без ответов и попытки найти решения. Каждый значительный мыслитель стоит на огромном интеллектуальном сооружении, возведённом до него.
Образованный человек знает, что уже было создано. Великий мыслитель способен увидеть то, чего другие ещё не увидели.
Поэтому величайшие достижения человеческой мысли — это не просто добавление новой информации. Это изменения в структуре, посредством которой человечество понимает реальность.
Ньютон не создал природу. Дарвин не создал эволюцию. Эйнштейн не создал пространство и время. Они создали новые способы понимания явлений, существовавших независимо от них.

ФИЛОСОФЫ И МЫСЛИТЕЛИ

Для целей этой работы мы можем различить две великие интеллектуальные тенденции.
Первая состоит главным образом из тех, кто интерпретирует, систематизирует и развивает существующие идеи, не производя фундаментального изменения в структуре человеческого понимания.
Вторая состоит из мыслителей, чья работа выводит человеческое мышление на качественно новый уровень.
Это различие не является абсолютным. Философ может интерпретировать прежние идеи и одновременно порождать совершенно новые. В действительности некоторые из величайших философов в истории именно этим и занимались.
К мыслителям, глубоко изменившим человеческое понимание, мы можем отнести Аристотеля, Эпикура, Спинозу, Канта, Адама Смита, Ньютона, Дарвина, Эйнштейна и других.
Поэтому существенное различие проходит не между «философами» и «нефилософами», а между интеллектуальной деятельностью, которая главным образом сохраняет существующие структуры мышления, и интеллектуальной деятельностью, которая фундаментально их изменяет.
Мыслитель не просто повторяет существующее знание; он изменяет структуру, посредством которой это знание понимается.
Открытие не обязательно означает обнаружение нового предмета. Иногда оно означает открытие совершенно нового взгляда на уже известное.

СОЦИАЛЬНЫЙ УСПЕХ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ ВЕЛИЧИЕ

В современном обществе люди, лучше всего приспособившиеся к социальным условиям, часто занимают политические, экономические или административные властные позиции. Они могут обладать уверенностью в себе, убедительностью, лидерскими качествами и способностью достигать общественно значимых целей.
Однако здесь возникает важное противоречие. Человек может быть чрезвычайно полезен обществу, не будучи великим мыслителем. И наоборот, кто-то может совершать важные открытия и понимать глубокие истины, почти не получая признания, потому что общество ещё не осознаёт практической ценности его достижений.
Общество не всегда способно сразу распознать новую идею. История содержит множество примеров мыслителей, которых современники не понимали.
Поэтому общественное признание не является абсолютным критерием истины.
Мы должны общаться, защищать свои интересы, объяснять свои действия и убеждать других принимать наши предложения. Поэтому способность убеждать является важной частью социальной жизни.
Однако убедительность и интеллектуальное величие — не одно и то же. Способность убеждать других может привести к социальному успеху, не приводя к истине.

ЦЕЛЬ ОБРАЗОВАНИЯ

Современное образование в значительной степени готовит людей к функционированию внутри уже существующей культуры. Оно передаёт знания, необходимые для участия в установленной системе.
Однако человек, который ищет знания ради них самих, может пойти дальше и попытаться понять законы природы и место человечества в мире.
Понимание даёт человеку ощущение контроля. Неизвестное пугает нас. Противоречия раздражают нас. Неопределённость вызывает тревогу. Поэтому человеческий разум стремится упорядочить реальность в целостную систему.
Но здесь возникает опасность: человек может начать защищать не истину, а собственную систему убеждений. Тогда логика перестаёт быть инструментом открытия истины и превращается в оружие для защиты заранее заданной позиции.
Настоящее логическое мышление должно быть готово изменить свой вывод, если обнаружена ошибка.
Поэтому мышление должно включать не только способность выиграть спор, но и способность обнаружить собственные ошибки.

УБЕЖДЕНИЕ КАК ФОРМА ВЛАСТИ

Способность защищать собственную позицию жизненно важна в современном обществе. Мы сталкиваемся с рекламой, политическими обещаниями, стереотипами, социальным давлением и бесчисленными попытками повлиять на наше поведение.
Какое обещание реалистично, а какое является лишь привлекательной риторикой? Способность выявлять ложные выводы — важный элемент интеллектуального выживания.
Однако опровержение аргумента другого человека автоматически не доказывает правильность нашего собственного аргумента. Мы можем показать, что позиция ошибочна, не установив истинность её противоположности.
Здесь проходит граница между настоящим мышлением и обычным спором.
В споре люди часто хотят победить. В мышлении они должны хотеть понять.
Настоящее убеждение отличается от манипуляции. Манипулятор хочет, чтобы другой человек принял желаемую позицию независимо от того, истинна она или нет. Мыслитель должен показать, почему определённый вывод следует из определённых предпосылок.
Если человек способен логически защищать свою позицию, он получает интеллектуальное преимущество. Если при этом он способен распознавать слабости собственной позиции, он получает ещё большее преимущество — превосходство над самим собой.

ДАРВИН И НЕПРАВИЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ ЭВОЛЮЦИИ

Распространённое утверждение, что «человек произошёл от обезьяны», часто заслоняло подлинное значение теории Дарвина.
Естественный отбор касается всех живых организмов, включая человека и других животных. Человек и ныне живущие человекообразные обезьяны не находятся в простом отношении родителей и детей. У них были общие предки, так же как у человека с множеством других форм жизни есть более отдалённые общие предки.
Естественный отбор — это не просто выживание сильнейших. Это различное выживание и различное размножение организмов, наследуемые признаки которых при определённых условиях окружающей среды оказываются полезными.
Мамонты обладали огромной физической силой, однако исчезли. Муравьи, несмотря на свои небольшие размеры, чрезвычайно успешны.
Поэтому сила — лишь один из возможных инструментов выживания, а не универсальный закон. Иногда развитие означает стать сильнее. Иногда — стать более приспособленным. Иногда — стать эффективнее, более кооперативным, выносливым или способным реагировать на изменения окружающей среды.
Таким образом, эволюция даёт ещё один впечатляющий пример того, почему физическую силу нельзя считать универсальной мерой превосходства.

ОБЩЕСТВО И ВЛАСТЬ СЛОВ

Общество существует потому, что его члены признают определённые правила. Законы меняются, моральные нормы меняются и политические системы исчезают, однако потребность в какой-либо форме социального порядка сохраняется.
Поэтому способность убеждать — это также способность выживать.
Физическое насилие непосредственно воздействует на тело. Деньги действуют через материальные возможности. Политическая власть действует через социальные структуры. Убеждение непосредственно воздействует на сознание.
Человек, способный изменить мнение другого с помощью аргументов, обладает особым видом власти.
Однако эта власть становится опасной, если отделяется от истины. Убедительная речь может защищать истину или распространять ложь. Поэтому одной красноречивости недостаточно.
Необходимо быть логичным. Нужно отличать убедительность формы от истинности содержания.
Красивые слова не делают ложь истинной. Уверенный голос не делает ошибочный вывод правильным. Большинство людей оценивает убеждение по его эмоциональному воздействию, тогда как логическое мышление требует исследования структуры аргумента.
Здесь находится одна из подлинных форм интеллектуального превосходства: не в том, чтобы говорить громче, запугивать других, обладать большими деньгами или иметь более сильное тело, а в том, чтобы видеть связи между причинами и следствиями и уметь объяснять эти связи другому человеку.

ЦЕЛЬ ЭТОЙ КНИГИ

Мы хотим, чтобы эта книга служила руководством для жизни — напоминанием для тех, кто готов столкнуться с мощными и постоянно ускоряющимися динамиками современного общества.
Человек должен вовремя распознавать происходящее, понимать, как реагировать, и избегать обмана обещаниями, создающими ложные ожидания и вводящими в заблуждение направления.
Сегодня информация распространяется с необычайной скоростью. Событие на другой стороне планеты может стать известным миллионам людей в течение нескольких минут. Реклама может достичь человека именно тогда, когда он наиболее уязвим. Политическое заявление может мгновенно повлиять на общественное мнение. Ложная информация может распространяться быстрее, чем её успевают проверить.
В таких условиях независимое мышление — не роскошь. Это необходимость.
Человеку нужны прочные знания, развитое мышление и способность убеждать. Однако знания нельзя просто накапливать. Их необходимо постоянно проверять.
Логику следует использовать не только для доказательства собственных убеждений, но и для их исследования. Убеждение должно основываться не на эмоциональном давлении, а на демонстрации разумности вывода.

ПРЕВОСХОДСТВО НАД САМИМ СОБОЙ

Так мы приходим к более глубокому значению превосходства.
Превосходство — это не обязательно власть над другим человеком. В более глубоком смысле это способность освободиться от собственных заблуждений.
Человек, способный признать собственную ошибку, в одном отношении сильнее того, кто будет защищать заблуждение любой ценой. Человек, способный изменить своё мнение при появлении новых доказательств, сильнее того, кто отказывается меняться лишь потому, что боится признать ошибку.
Человек, способный выслушать аргументы противника, сильнее того, кто слышит только себя.
Поэтому интеллектуальное превосходство требует внутренней дисциплины. Нужно уметь слушать, а не только говорить. Нужно анализировать, а не только спорить. Нужно понимать, а не только побеждать.
Истинное превосходство объединяет несколько качеств: способность мыслить, действовать, адаптироваться, убеждать и отличать личную выгоду от истины.
Но его глубочайшая форма — это само преодоление: способность подняться над собственным невежеством, предрассудками, эмоциональными импульсами и ранее принятыми выводами.

ВЫСШАЯ ФОРМА ПРЕВОСХОДСТВА

Власть превосходства — это не просто власть одного человека над другим. Это власть разума над хаосом собственных мыслей.
Это способность не оставаться пассивным объектом обстоятельств, а становиться активным участником событий.
Мы не можем остановить изменение общества или прогресс технологического развития. Но мы можем развить свой разум настолько, чтобы не потеряться в этом движении.
Мы можем пользоваться машинами, не превращаясь в машины, пользоваться интернетом, не становясь его рабами, и воспринимать знания других, не отказываясь от независимого мышления.
Мы можем стремиться к успеху, не превращая успех в единственную ценность. Мы можем убеждать других, не обманывая их. Мы можем защищать свои интересы, не теряя способности видеть интересы других.
Поэтому высшая форма превосходства — это не подавление другого человека, а сохранение собственной интеллектуальной независимости.
Физически сильный человек может заставить более слабого подчиниться. Богатый человек может купить то, что бедному не по карману. Влиятельный человек может принудить других к повиновению.
Но человек, который понимает, почему происходят события, и способен убедительно объяснить это понимание другим, обладает иным и более устойчивым видом власти.
Такая власть не всегда заметна. Она не обязательно сопровождается богатством. Она не обязательно связана с высоким общественным статусом. Иногда её носитель может быть почти совершенно неизвестен.
Однако такая власть способна пережить человеческое тело, богатство и политический авторитет.
Физическая сила исчезает вместе с человеком. Богатство может быть утрачено. Положение может быть отнято. Государство может исчезнуть.
Но идея, действительно изменившая человеческое мышление, может пережить века.
Поэтому история человечества — это не только история войн, государств и богатства. Это также история идей.
Одни люди создавали империи. Другие разрушали их. Одни создавали оружие. Другие создавали философские системы. Некоторые контролировали огромные территории. Другие не обладали ничем, кроме собственного разума.
И иногда идея оказывалась сильнее армии.

МУДРОСТЬ СИЛЬНЕЕ ВЛАСТИ

Это придаёт словам Екклесиаста — «мудрость лучше силы» — их более глубокое значение.
Однако сразу возникает другой вопрос: почему мудрость бедного человека можно игнорировать, тогда как слова могущественного или богатого человека охотно слушают?
Потому что общество не всегда сразу распознаёт подлинную ценность.
Люди часто оценивают источник информации прежде, чем оценивают саму информацию. Если говорит богатый человек, люди склонны ему верить. Если говорит знаменитость, они слушают. Если говорит человек с уважаемым титулом, к его словам относятся серьёзнее.
Если говорит неизвестный человек, его могут даже не услышать.
Это одна из фундаментальных слабостей человеческого общества. Мы часто оцениваем не аргумент, а человека, который его высказывает.
Настоящее логическое мышление требует обратного подхода: сначала необходимо проверить аргумент, и лишь затем оценивать его автора.
Истина не становится истинной лишь потому, что её высказал великий человек. Ложь не становится ложью лишь потому, что её произнёс неизвестный человек.
Поэтому интеллектуальная свобода начинается тогда, когда человек способен отделить содержание идеи от статуса её автора.

ПУТЬ НЕПРЕРЫВНОГО РАЗВИТИЯ

Одна из главных целей этой работы — показать необходимость развивать способность мыслить.
Мы должны научиться распознавать противоречия, задавать вопросы, отличать факты от предположений, отличать уверенность от доказательств и понимать, что сильнейшее интеллектуальное утверждение иногда звучит просто: «Я не знаю».
Человек, знающий границы собственного знания, уже сделал первый шаг к его расширению. Тот, кто считает, что знает всё, закрывает дверь к дальнейшему развитию.
Поэтому превосходство не является окончательным состоянием. Это непрерывное движение.
Человек не становится мудрым навсегда; он может лишь становиться мудрее. Он не становится сильным навсегда; он может становиться сильнее. Он не достигает окончательной истины одним шагом; он может непрерывно приближаться к ней.
Если природа находится в постоянном движении, то и человек, желающий оставаться частью природы, должен двигаться — физически, интеллектуально и духовно.
Пассивность означает остановку.
А в мире, который продолжает двигаться, остановка по сути означает движение назад.

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПРЕВОСХОДСТВА

Власть превосходства прежде всего заключается в способности не останавливаться: не прекращать учиться, развиваться, подвергать сомнению собственные убеждения или двигаться вперёд, когда возникают трудности.
И прежде всего — не останавливаться на уже достигнутом.
Человек может победить другого и остаться неизменным. Но человек, победивший собственное невежество, уже преобразился.
Эта форма превосходства наиболее устойчива, потому что её нельзя отнять физической силой. Её нельзя просто купить за деньги или уничтожить титулом либо должностью. Она существует внутри самого человека.
Поэтому величайшая человеческая власть — не способность сильнее ударить, накопить больше денег или занять более высокое положение. Это способность видеть, понимать, мыслить и убеждать.
Если соединить это со способностью действовать в соответствии со своим пониманием, человек сможет не просто приспосабливаться к окружающему миру. Он сможет стать фактором его изменения.
Это и есть настоящее превосходство.
Не превосходство силы над слабостью, богатства над бедностью или статуса над неизвестностью, а превосходство понимания над непониманием, знания над невежеством, логики над противоречием и независимого мышления над слепым повторением чужих слов.
Это превосходство, которого человек может достичь над самим собой.
И поэтому оно является самой трудной — и одновременно самой ценной — формой превосходства.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Порыв к превосходству — это не просто желание человека быть лучше другого. Это более глубокий принцип человеческого развития: стремление превзойти существующее состояние, преодолеть границы и создать то, чего прежде не существовало.
В этом смысле стремление к превосходству можно понимать как одну из сил, лежащих в основе развития как отдельного человека, так и общественных институтов. Оно побуждает людей создавать новое, продвигать знания, развивать науку и культуру, совершенствовать образование, строить институты и изменять социальные отношения.
Правительство, школы, университеты, наука, искусство, технологии и другие формы совместной деятельности могут поэтому рассматриваться по-разному как выражение постоянной попытки человечества преодолеть существующие границы и двигаться к иному будущему.
Если бы этого порыва не существовало, у людей было бы мало внутренней мотивации к развитию. Общество стремилось бы сохранять своё нынешнее состояние, а не изменять его. Вместо сотрудничества, обмена знаниями и создания общего будущего человеческая деятельность всё больше сводилась бы к повторению уже достигнутого.
Однако порыв к превосходству не следует понимать как желание господствовать над другими людьми.
Его высшая форма — это желание превзойти самого себя.
Превзойти собственное невежество, предрассудки, собственные ограничения, существующее знание, выводы, принятые без достаточной проверки.
В этом смысле превосходство не является постоянным владением. Это направление движения.
Человек движется от невежества к знанию, от замешательства к пониманию, от зависимости к независимости и от пассивного принятия к осознанному суждению.
Общество проходит через похожий процесс. Каждое поколение наследует интеллектуальную и культурную структуру, созданную предыдущими поколениями, но также обладает возможностью изменить эту структуру.
Величайшие мыслители иллюстрируют этот принцип. Они не просто добавляют ещё один факт к накопленному запасу знаний. Они изменяют способ, которым человечество видит уже существующие факты.
Поэтому глубочайшее значение превосходства — не господство, а развитие.
Тот, кто побеждает другого, может доказать силу. Тот, кто побеждает собственное невежество, доказывает нечто большее.
Тот, кто заставляет других подчиняться, обладает властью над ними. Тот, кто понимает, мыслит и убеждает, обладает иным видом власти.
А тот, кто способен распознавать границы собственного понимания, возможно, обладает важнейшей формой интеллектуальной свободы: свободой продолжать развиваться.
Поэтому порыв к превосходству в конечном счёте следует понимать как человеческое стремление стать большим, чем ты уже являешься.
Это движение от существующего к возможному.
И, возможно, это самая фундаментальная форма всякого превосходства: не возвышаться над другим человеком, а подняться над самим собой.



ЧЕГО ХОТЯТ ЖЕНЩИНЫ?

«Мужья, обращайтесь с женами благоразумно, как с немощнейшим сосудом».
— 1 Петра 3:7

ЖЕНЩИНА В ГЛАЗАХ МУЖЧИНЫ

Во многих культурах женщина воспринималась как необыкновенное существо: нежное, заботливое, привлекательное, грациозное и хрупкое — существо, к которому следует относиться с особой осторожностью. Особенно в европейской культуре мужчины, охваченные любовью, традиционно отдавали женщине своё сердце и добровольно подчинялись силе чувства. Они писали в её честь стихи, воспевали её красоту, воздвигали в её честь памятники и храмы и иногда клали завоёванные королевства к её ногам. Таким образом, женщина становилась для мужчины чем-то большим, чем просто спутницей жизни. Она могла стать источником вдохновения, объектом поклонения и даже целью, ради которой он был готов совершать необыкновенные поступки. Однако история отношений между мужчинами и женщинами содержит удивительное противоречие. Та же женщина, которую поэты идеализировали, одновременно подвергалась их критике. Она могла изображаться одновременно как ангел и как источник беспорядка, как воплощение нежности и как существо, якобы подвластное иррациональным импульсам. Почему это противоречие существует на протяжении столь долгого времени? Возможно, часть ответа заключается не только в природе женщины, но и в том, каким образом мужчины пытались её понять.

ВОСХИЩЕНИЕ И КРИТИКА

С древности женщинам приписывали непостоянство, переменчивость, чрезмерную разговорчивость и эмоциональность. Подобные суждения неоднократно встречаются в классической литературе. Но прежде чем принимать эти обвинения как описание женской природы, следует задать другой вопрос: не судили ли мужчины женщин по тем качествам, которые сами считали важными? Человек по своей природе склонен оценивать других по тем меркам, которыми он оценивает самого себя. Для одного твёрдость может быть добродетелью, тогда как гибкость будет восприниматься как слабость. Молчание одному может казаться проявлением достоинства, а другому — холодностью. Эмоциональность может восприниматься либо как нестабильность, либо как открытость. Поэтому часть традиционной критики женщин может говорить о мужчинах, которые её формулировали, не меньше, чем о самих женщинах, которых они описывали.

ЖЕНЩИНА ГЛАЗАМИ АНТИЧНЫХ ПОЭТОВ

Античная литература даёт множество примеров негативных суждений о женщинах. Вергилий, например, сравнивал изменчивую природу женщины с изменчивым движением ветра. Плавт и другие римские писатели также неоднократно изображали женщин разговорчивыми, требовательными или трудными для понимания. Среди известных изречений, приписываемых античным писателям, встречаются, например, следующие:

> «Слова девушек легче опадающих листьев». «Нет ничего невыносимее богатой женщины». «Две женщины хуже одной». Подобные высказывания принадлежат определённой литературной и культурной традиции. Поэтому их следует понимать в историческом контексте, а не рассматривать как объективное научное описание женщины. Катулл также выражал скептическое отношение к заявлениям, которые женщины делают в моменты страсти, подчёркивая непостоянство, способное сопровождать романтические чувства. Но, возможно, существует и другое толкование. То, что античные писатели называли непостоянством, с другой точки зрения может быть понято как чувствительность к изменяющимся обстоятельствам. То, что они называли чрезмерной эмоциональностью, иногда может быть большей готовностью выражать внутренние переживания. То, что они называли болтливостью, может частично отражать более сильную потребность в общении и поддержании социальных связей. Свойство не обладает абсолютной ценностью независимо от обстоятельств. Его ценность отчасти зависит от того, чего оно позволяет достичь.



МУЖЧИНЫ ИЩУТ СЕБЯ В ЖЕНЩИНАХ

Мужчины часто пытались понять женщин, сравнивая их с собой. Они ожидали от женщин поведения в соответствии с нормами, традиционно связанными с мужским характером, а отклонение от этих норм воспринимали как недостаток. Если женщина открыто выражала свои чувства, это могло называться эмоциональностью. Если она подробно говорила о своих переживаниях, это могли считать чрезмерной разговорчивостью. Если она пересматривала своё решение после изменения обстоятельств, это могли воспринимать как непостоянство. Но одно и то же поведение может иметь другое значение. Готовность пересмотреть решение может свидетельствовать о способности адаптироваться. Эмоциональная выразительность может облегчать общение. Чувствительность к отношениям может позволять человеку замечать изменения, которые другой человек не замечает. Основная ошибка заключается в предположении, что отличие от самого себя обязательно является недостатком.

КОГДА МУЖЧИНА ИЩЕТ В ЖЕНЩИНЕ «МУЖЧИНУ»

Мы знали одного мужчину, приближавшегося к тридцатидвухлетнему возрасту, который всё ещё не нашёл спутницу жизни — или, точнее, не мог сделать выбор. Выслушав его описание женщины, на которой он хотел жениться, мы пришли к необычному выводу: он искал женщину, обладающую почти исключительно качествами, которые традиционно приписываются мужчинам. Он хотел видеть в ней решительность, последовательность, независимость, твёрдость, эмоциональную сдержанность и способность действовать без колебаний. Поэтому ему сказали, наполовину в шутку: «Тебе следует искать мужчину, а не женщину. Качества, которые ты ищешь, чаще связывают с мужской половиной человечества». Разумеется, это утверждение не следует понимать буквально. Его смысл заключался в том, чтобы показать противоречие в его ожиданиях. Он требовал от человека, которого собирался любить, во многом именно тех качеств, которые традиционно рассматривались как противоположность женскому характеру. Когда мы встретили его снова через шесть лет, почти не оставалось сомнений в том, что произошло: человек, который ищет исключительно качества, традиционно приписываемые собственному полу, может постоянно испытывать разочарование в своём выборе. Это не означает, что таких женщин не существует. Индивидуальные характеры чрезвычайно разнообразны. Проблема заключается скорее в предположении, что от другого человека можно требовать воплощения идеала, полностью созданного из собственной природы. Человек может всю жизнь искать собственное отражение, а затем удивляться, почему не находит его в другом поле.

МУЖСКИЕ И ЖЕНСКИЕ КАЧЕСТВА

Мужчины и женщины биологически различаются, а на протяжении большей части человеческой истории они также выполняли различные социальные и репродуктивные роли. Женщина вынашивает ребёнка и рожает его, а традиционно также несла особенно непосредственную ответственность за ранний уход за детьми. От мужчин во многих обществах ожидалось, что они будут защищать, обеспечивать семью, конкурировать и противостоять внешним опасностям. Эти различия не определяют личность каждого человека. Тем не менее биологические и социальные условия в ходе человеческой эволюции могли способствовать формированию различных поведенческих тенденций. Поэтому мужчины и женщины могут различаться не только физическим строением, но и в среднем некоторыми особенностями внимания, эмоционального выражения, восприятия риска, социального поведения и принятия решений. Но главное заключается не в том, что каждая женщина ведёт себя одним образом, а каждый мужчина — другим. Главное заключается в том, что само различие обладает ценностью.

РАЗНООБРАЗИЕ КАК УСЛОВИЕ ЖИЗНИ

Человек — лишь одна из многочисленных форм жизни на Земле. Природа сохраняет жизнь, в частности, благодаря разнообразию. Организмы обладают различным строением, различными способностями и различными способами реагирования на окружающую среду. Когда условия окружающей среды изменяются, не все организмы одинаково успешно приспосабливаются к ним. Одни погибают, другие выживают. Благодаря этому разнообразию жизнь в целом получает большую способность к адаптации. Исчезновение динозавров не означало исчезновения жизни. Их вымирание открыло экологические возможности для других организмов и способствовало последующему развитию иных форм жизни. Поэтому разнообразие имеет огромное значение для сохранения жизни. Если бы все живые существа обладали совершенно одинаковыми свойствами, способностями и реакциями на внешние обстоятельства, жизнь была бы значительно менее приспособлена к изменениям. Тот же принцип можно философски применить и к человеческим отношениям. Различия не обязательно разделяют людей. Различия могут сделать сотрудничество возможным.

ПРИРОДНОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ

Женщина, как и мужчина, участвует в сохранении человеческой жизни. Однако размножение создаёт особую связь между женщиной и будущим поколением: она вынашивает ребёнка в своём теле и рожает его. Поэтому решения женщины, связанные с отношениями, могут сознательно или бессознательно включать соображения, выходящие за пределы её собственной личности. Выбор партнёра может включать не только вопрос: «Кого я люблю?», но и более глубокие вопросы: «Кто сможет быть рядом со мной? Кто сможет защитить и поддержать семью? Кому я могу доверять? Какое будущее я могу создать вместе с этим человеком?» Эти вопросы не являются исключительно женскими. Однако биологические последствия размножения исторически придавали им особое значение для женщин.

ВЫБОР ПАРТНЁРА И ПРОДОЛЖЕНИЕ РОДА

При выборе партнёра человек может учитывать множество качеств: внешность, здоровье, темперамент, надёжность, интеллект, социальное положение, финансовую стабильность, доброту, силу или способность оказывать эмоциональную поддержку. Для женщины соображения, связанные с безопасностью и будущим, могут иметь особое значение, поскольку беременность и ранний уход за ребёнком исторически создавали для неё большие физические нагрузки. На бессознательном уровне на выбор партнёра также могут влиять качества, которые женщина хотела бы впоследствии видеть в своих детях. Это не означает, что женщины сознательно выбирают мужей на основе какого-либо биологического расчёта. Человек значительно сложнее этого. Природа не обязана проявляться в сознании в форме явного приказа. Инстинкт может действовать, даже если человек не понимает его происхождения.

ПРИРОДА И КУЛЬТУРА

Человеческая культура глубоко изменила наши естественные модели поведения. Сегодня люди вступают в брак не только — и даже не обязательно прежде всего — ради продолжения рода. Партнёрство и брак могут включать любовь, дружбу, социальный статус, финансовые интересы, общие ценности, личную самореализацию, companionship и желание определённого образа жизни. Любовь может переплетаться с расчётом. Экономическая безопасность может соединяться с привязанностью. Общественные ожидания могут переплетаться с биологическими импульсами. Современный человек поэтому существует на пересечении природы и культуры. Мы можем сознательно отвергать инстинкт, переосмысливать его или придавать ему совершенно иную культурную форму. Однако существование культуры не означает, что биология перестала иметь значение. Человек — не чисто инстинктивное животное и не чисто рациональное существо, оторванное от природы. Мы являемся и тем и другим.

ЖЕНЩИНА И СОХРАНЕНИЕ ВИДА

Продолжение существования человечества неразрывно связано с репродуктивным вкладом женщин. Благодаря беременности, рождению и воспитанию детей женщины непосредственно участвуют в продолжении человеческой жизни. Материнство поэтому представляет собой одну из наиболее глубоких форм связи отдельной человеческой жизни с поколениями, которые ещё не существуют. Мать сохраняет не только настоящее. Она участвует в создании будущего.

ИНСТИНКТ ВЫЖИВАНИЯ И ПОВЕДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

Человек обладает сильными механизмами самосохранения и продолжения рода. Однако цивилизованная жизнь помещает эти импульсы в рамки социальных норм, морали, воспитания, законов и личной ответственности. Мы часто сдерживаем свои желания, потому что обстоятельства требуют от нас этого. Когда эти ограничения ослабевают, импульсы, которые когда-то помогали адаптации, могут стать разрушительными. Тенденция, полезная при одних условиях окружающей среды, может оказаться вредной при других. Этот принцип важен потому, что человеческая природа формировалась в условиях, существенно отличавшихся от условий современной цивилизации. Мы несём древние инстинкты в мир, который является новым с технологической и социальной точки зрения.

ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ СЛАБОСТЬЮ?

Что мы на самом деле имеем в виду, когда называем человека эмоциональным? Мы говорим о том, что человек открыто выражает свои чувства? Или о том, что он позволяет эмоциям определять каждое своё решение? Это не одно и то же. Женщина может плакать, страстно говорить, выражать недовольство, проявлять привязанность или открыто выражать радость, не будучи неспособной к рациональному суждению. Внешнее выражение эмоций не обязательно показывает внутренний механизм, посредством которого было принято решение. Человек может сильно чувствовать и одновременно тщательно обдумывать свои поступки.

ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТЬ И РАЦИОНАЛЬНОСТЬ

Эмоциональность иногда может выполнять практическую функцию. Она способна выражать страдание, укреплять отношения, привлекать внимание к проблеме или создавать эмоциональные связи между людьми. Забота о детях также может влиять на принятие решений, не делая эти решения иррациональными. Мать может учитывать не только то, что лучше для неё самой, но и то, что лучше для её ребёнка. Поэтому её решения могут включать более длительную перспективу и учитывать более широкий круг последствий. Сам факт того, что подобное мышление сопровождается эмоциями, не делает его иррациональным. Эмоции и разум не всегда являются врагами. Эмоция может определять, что важно; разум может определять, как этого достичь.

МУЖЧИНЫ И ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ВЛЕЧЕНИЕ

Мужчины также являются глубоко эмоциональными существами. Мужчина может увидеть красивую женщину и почувствовать непосредственное влечение, которое возникает раньше осознанного размышления. Подобно мотыльку, летящему к цветку, он может быть притянут тем, что его очаровывает. Но эмоции не обязательно ослабляют мужчину. Они могут придавать ему необычайную настойчивость. Мужчина, эмоционально привязанный к идеалу, может годами стремиться к нему. Он способен переносить неудачи, жертвовать комфортом, преодолевать препятствия и продолжать движение даже тогда, когда чисто рациональный расчёт подсказывает ему отказаться от цели. Таким образом, эмоциональная привязанность может стать источником силы. То, что с одной точки зрения кажется иррациональным, с другой может давать энергию, необходимую для исключительной настойчивости.

ДВЕ ФОРМЫ МУДРОСТИ

Возможно, поэтому можно различить две противоположные формы мудрости. Одна форма стремится правильно выбрать. Другая стремится настойчиво добиваться выбранного. Первая рассматривает альтернативы, сравнивает возможности, оценивает последствия и спрашивает, является ли выбранный путь наилучшим. Вторая привязывается к цели и продолжает двигаться к ней, несмотря на препятствия. В широком философском смысле эти тенденции можно связать с женскими и мужскими моделями, не утверждая, что каждая женщина обладает первой, а каждый мужчина — второй. Женщина может проявлять исключительную настойчивость, а мужчина может быть чрезвычайно осторожным и аналитичным. Поэтому данное различие является скорее архетипическим, чем абсолютным.

ЖЕНСКАЯ РАЦИОНАЛЬНОСТЬ И МУЖСКАЯ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ

Архетипическая женщина спрашивает: «Какой выбор является наилучшим?» Архетипический мужчина спрашивает: «Как мне добиться того, что я выбрал?» Первая сторона подчёркивает оптимизацию выбора. Вторая — настойчивость в достижении цели. Ни одна из них сама по себе не является достаточной. Идеальный выбор без силы воплотить его остаётся лишь идеей. Настойчивое движение к неправильной цели может привести к катастрофе. Поэтому мудрость может возникать из соединения обеих способностей: способности правильно выбирать и способности решительно действовать.

ПРИЧИНЫ МУЖСКОЙ И ЖЕНСКОЙ НЕВЕРНОСТИ

Такая же разница может помочь рассмотреть некоторые формы неверности, хотя ни одно объяснение не подходит каждому человеку. Мужчина может почувствовать сильное влечение к другой женщине, потому что её внешность, нежность, личность или присутствие вызывают в нём сильную эмоциональную реакцию. Само влечение может стать источником искушения. Женщина также может испытывать неудовлетворённость отношениями, если сталкивается с пренебрежением, унижением, нестабильностью или постоянным отсутствием эмоциональной либо материальной безопасности. Ни одна из этих моделей не является универсальной. Мужчины и женщины могут изменять по множеству причин: из-за желания, неудовлетворённости, стремления к новизне, обиды, одиночества, возможности, эмоциональной привязанности или простого неуважения к существующим обязательствам. Тем не менее противопоставление влечения и безопасности может дать одну из возможных перспектив для исследования различий в отношениях.

ЖЕНЩИНА И ПОТРЕБНОСТЬ В БЕЗОПАСНОСТИ

Для многих женщин сила мужчины не ограничивается физической мощью. Сила может означать способность принимать решения, брать на себя ответственность, защищать тех, кто от него зависит, выдерживать трудности и обеспечивать стабильность, когда обстоятельства становятся неопределёнными. Поэтому женщину может привлекать не только сильное тело, но и психологическое ощущение, что рядом находится человек, способный оставаться сильным тогда, когда она сама уязвима. Но сила без нежности может превратиться в тиранию. Сила, которая никогда не уступает, становится угнетающей. Поэтому идеалом является не господство, а сила, способная стать мягкой.

КРАСОТА КАК ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ СИГНАЛ

Красота обладает огромной эмоциональной силой. Когда мы называем женщину красивой, мы не делаем чисто математического утверждения. Красота вызывает эмоциональную реакцию. Грация, нежность, обаяние и физическая привлекательность могут пробуждать в мужчине восхищение и желание. Они могут вызывать стремление приблизиться к женщине, защищать её, любить её и создать с ней связь. Таким образом, восприятие женской красоты может действовать как эмоциональный сигнал: что-то в женщине привлекает внимание мужчины и направляет его желание. Но влечение — не то же самое, что обладание. Тот, кто смешивает эти понятия, сводит любовь к инстинкту.

ЧЕГО ЖЕНЩИНА ХОЧЕТ ОТ МУЖЧИНЫ?

Чего женщина хочет от мужчины? Не существует единственного ответа, который подходил бы каждой женщине. Однако если рассмотреть более глубокую логику человеческой привязанности, можно увидеть одно повторяющееся стремление: стремление к определённости в отношениях. Женщина может хотеть знать, что мужчина, которого она любит, действительно предан ей, что он останется рядом, что на него можно положиться и что у этих отношений есть будущее. В этом смысле желание «обладать» мужчиной лучше понимать как желание исключительности, привязанности, безопасности и уверенности. Она не обязательно хочет власти над ним. Она хочет знать, что он не исчезнет, когда она будет в нём нуждаться.

ПАРАДОКС ОБЛАДАНИЯ

Однако человеческое желание содержит парадокс. То, чем полностью овладели, может перестать вызывать прежнюю силу желания. Отдалённая цель возбуждает воображение. Неопределённое будущее создаёт ожидание. Возможность успеха создаёт эмоциональное напряжение. Когда всё становится полностью определённым, часть этого напряжения может исчезнуть. Этот принцип не является исключительно женским или мужским. Он относится к человеческой психологии в целом. Однако особенно заметным он может быть в романтических отношениях. Человек может сильно желать другого, пока пытается завоевать его расположение, а затем обнаружить, что эмоциональная интенсивность изменилась после того, как отношения стали полностью определёнными. Сам объект желания от этого необязательно становится менее ценным. Изменяется скорее психологическое состояние желания.

СИЛА, УСТУПАЮЩАЯ НЕЖНОСТИ

Притяжение между мужской силой и женской нежностью можно понять через тот же парадокс. Женщину может привлекать сила, потому что сила обещает безопасность. Но сила, которая никогда не уступает, может стать пугающей. Силу делает привлекательной отчасти именно понимание того, что она может быть сильной, но по отношению к любимому человеку добровольно выбирает мягкость. Сильная рука, способная защищать, может также ласкать. Решительный мужчина может уметь слушать. Сильный человек может добровольно стать нежным. Такое сочетание создаёт особую форму близости: силу, сдерживаемую любовью.

ЖЕЛАНИЕ И ОЖИДАНИЕ

Обещания также способны поддерживать романтическое влечение. Не обязательно великие или невозможные обещания, а скорее представление о будущем, которое кажется достижимым, но всё ещё остаётся за пределами полного осуществления. Ожидание создаёт движение. Пока что-то находится впереди, желание имеет направление. Когда всё уже достигнуто, психологическое напряжение ожидания может ослабнуть. Поэтому людей иногда особенно привлекает то, что остаётся частично недоступным.

ПОЧЕМУ НАС ПРИВЛЕКАЕТ НЕДОСТИЖИМОЕ?

Полностью недостижимая цель со временем может привести к смирению. Полностью достигнутая цель может потерять своё прежнее напряжение. Между этими крайностями существует особенно сильное психологическое состояние: желаемый объект находится достаточно близко, чтобы порождать надежду, но достаточно далеко, чтобы сохранять ожидание. Этот принцип проявляется не только в романтических отношениях, но и в стремлении к успеху, искусстве, открытиях, богатстве, знаниях и стремлении к превосходству. Человека часто мотивирует не только обладание, но и движение к обладанию. Сам путь может стать частью награды.

ПАРАДОКС ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Отсюда возникает парадокс. Человек может сильнее всего желать именно того, чем ещё не обладает полностью. Надежда усиливает внимание. Ожидание создаёт эмоциональную энергию. Неопределённость стимулирует воображение. Но когда всё становится совершенно определённым, часть этой энергии может исчезнуть. Поэтому испытание длительных отношений заключается не только в том, чтобы завоевать другого человека, но и в том, чтобы сохранить восхищение после исчезновения неопределённости. Любовь должна пережить переход от желания к обладанию. Это может быть одним из величайших испытаний человеческих отношений.

ВЗАИМНОЕ ВЛЕЧЕНИЕ РАЗЛИЧИЙ

Это помогает объяснить, почему мужчины и женщины, несмотря на свои различия, на протяжении всей истории человечества вновь и вновь притягивались друг к другу. Мужчину могут привлекать такие качества, как красота, нежность, грация, эмоциональное тепло и способность вдохновлять его. Женщину могут привлекать такие качества, как сила, надёжность, решительность, мужество и стабильность. Это тенденции, а не универсальные законы. Индивидуальные различия огромны, и качества, традиционно приписываемые одному полу, могут встречаться и у другого. Но более общий философский принцип сохраняется: Мы часто испытываем влечение к качествам, которые дополняют наши собственные.

МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА КАК ДОПОЛНЕНИЕ ДРУГ ДРУГА

Различия между мужчинами и женщинами поэтому не следует рассматривать исключительно как источник конфликтов. Они могут быть и основой сотрудничества. То, чего не хватает одному человеку, может быть у другого. То, что одному кажется чрезмерной эмоциональностью, для другого может быть источником тепла. То, что одному кажется жёсткостью, другому может давать стабильность. Осторожность одного может уравновешиваться мужеством другого. Отношения не требуют двух одинаковых людей. Они требуют двух людей, способных превращать различия в сотрудничество. Если мы требуем, чтобы женщина стала мужчиной или мужчина стал женщиной, мы уничтожаем именно то различие, которое может сделать их отношения значимыми.

СИЛА РАЗЛИЧИЯ

Женщина не становится ценнее от того, что подражает мужчине. Мужчина не становится ценнее от того, что подавляет в себе всё, что традиционно связывается с мужественностью. Женщина может обладать нежностью, чувствительностью, интуицией, способностью к адаптации и заботе и одновременно быть сильной, умной, решительной и независимой. Мужчина может обладать решительностью, мужеством, настойчивостью и физической или психологической силой и одновременно быть мягким, сострадательным, эмоционально открытым и заботливым. Человек сложнее любого стереотипа. Тем не менее различия между полами могут иметь более глубокое значение, чем простая противоположность. Женщина может привносить в отношения качества, способствующие привязанности, заботе, эмоциональной связи и учёту будущего. Мужчина может привносить качества, способствующие настойчивости, защите, инициативе и достижению цели. Ни одно из этих качеств не является исключительно мужским или женским. Но когда взаимодополняющие качества встречаются в двух людях, может возникнуть нечто большее, чем каждый из них по отдельности. Сила отношений не обязательно заключается в том, что два человека одинаковы. Она может заключаться в том, что они способны оставаться разными, не становясь разделёнными. Женщина остаётся женщиной не потому, что ей недостаёт силы, а потому, что её сила может принимать другую форму. Мужчина остаётся мужчиной не потому, что ему недостаёт нежности, а потому, что его сила может сочетаться с нежностью. Поэтому глубочайшее притяжение между ними может заключаться не в одинаковости, а во взаимном дополнении. Каждый человек обнаруживает в другом не просто собственное отражение. И, возможно, именно в этом заключается ответ на вопрос, с которого мы начали: Чего хотят женщины? Не все женщины хотят одного и того же. Не все мужчины хотят одного и того же. Но за индивидуальными предпочтениями может скрываться более универсальное человеческое стремление: найти в другом человеке то, что дополняет, бросает вызов, поддерживает и вдохновляет собственное существование. Истинная цель влечения заключается поэтому не только во владении. Она заключается в связи. И величайшая сила этой связи может возникнуть именно там, где различие превращается в дополнение.



ПРИЗРАКИ: РЕАЛЬНОСТЬ ИЛИ ИЛЛЮЗИЯ?

«Ты думаешь, что движешься, но это тебя движут!»
— Гёте

СКАЗКИ, МИФЫ И ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СТРЕМЛЕНИЕ К НЕИЗВЕДАННОМУ

С древнейших времён человечество воспитывало детей с помощью сказок, легенд, преданий и мифов. Посредством вымышленных историй, в которых необыкновенные события переплетаются с человеческими отношениями, дети получают первые нравственные уроки. Через сказочных персонажей они учатся различать добро и зло, понимать последствия своих поступков, сопереживать другим и представлять себя в обстоятельствах, отличающихся от их собственных. Сказка позволяет ребёнку мысленно войти в мир, выходящий за пределы привычной реальности, и тем самым расширить границы понимания. Она учит не только посредством фактов, но и посредством образов.
Сказки не обязательно являются ложью или преднамеренной попыткой представить альтернативную реальность как нечто действительно существующее. Прежде всего, они являются инструментом воспитания, позволяющим выражать серьёзные вопросы в образной форме. В то же время они раскрывают важную особенность человеческой природы: нашу тягу ко всему странному, необъяснимому, величественному и таинственному.

ЛЮБОПЫТСТВО КАК ДВИЖУЩАЯ СИЛА ЦИВИЛИЗАЦИИ

Желание открыть неизвестное порождает любопытство. Стремление узнать, что находится за пределами видимого мира, побуждает нас исследовать окружающее, задавать вопросы, формулировать гипотезы и искать ответы. Даже фантастические представления древних народов сыграли определённую роль в культурном развитии. Они стимулировали воображение, а воображение стало одним из источников познания.
Когда человек смотрит на звёздное небо, он может представить себе необъятные пространства космоса, которые ещё остаются неисследованными. За каждой звездой может скрываться нечто неизвестное; за каждым космическим явлением может ожидать новая загадка. Желание проникнуть в неизвестное является одной из сил, двигающих цивилизацию вперёд.
Однако у любопытства есть и другая сторона. Человеческий разум не только задаёт вопросы — он также создаёт объяснения. Когда знаний недостаточно, эти объяснения могут принимать форму мифов, сверхъестественных сил или вымышленных миров.

МИФОЛОГИЯ И ИСТОКИ ФАНТАСТИЧЕСКОГО

Элементы мифологии можно обнаружить практически в каждой культуре. Мифы были одними из первых форм, посредством которых люди пытались объяснить явления, которых они не понимали.
Достаточно вспомнить странствия Одиссея: его встречу с циклопами, встречи с богинями, путешествие в царство мёртвых, сирен с их смертельно опасными голосами и различных странных существ, которых он встречал на своём пути. Подобные образы показывают, насколько глубоко стремление к необычному укоренено в человеческом сознании.
Однако фантастические представления постоянно сталкиваются с сопротивлением повседневного опыта. Мы живём в мире, где события, по-видимому, подчиняются определённому порядку. Мы просыпаемся, работаем, едим, общаемся, наблюдаем движение предметов и постепенно привыкаем к закономерности происходящего. Тем не менее обычный опыт никогда полностью не устранял веру в необыкновенное.

КОГДА СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОЕ ВХОДИТ В ПОВСЕДНЕВНУЮ ЖИЗНЬ

Фантастические представления продолжают существовать в рассказах о встречах с инопланетянами, призраками, умершими родственниками и другими сверхъестественными существами.
Здесь возникает сложный вопрос: как убедить человека, встретившего умершего, что произошедшее не было реальным, если для самого человека эта встреча была абсолютно убедительной?
Мы не можем просто сказать: «Ты ничего не видел». Человек действительно мог увидеть образ, услышать голос или почувствовать присутствие другого существа.
Однако здесь необходимо провести важное различие между реальностью переживания и объективной реальностью предполагаемой причины этого переживания.
Переживание может быть совершенно подлинным, не доказывая при этом, что воспринимаемый объект существует независимо от наблюдателя.

ИСТОРИЯ О МАГИИ, ГОРЕ И СТРАХЕ

История, рассказанная нам одним знакомым, показывает, насколько убедительными могут становиться подобные переживания.

«Много лет назад я снимал комнату в квартире одной семьи. В их жизни произошла страшная трагедия: они потеряли единственного ребёнка, на которого возлагали столько надежд. Родители приложили огромные усилия ради его будущего, вложили в него свои средства и, можно сказать, вложили в него значительную часть смысла своего существования.
Они потеряли драгоценный дар, который, как они считали, судьба им преподнесла. Семья пережила невосполнимую утрату, и это постепенно отразилось на их прежнем благополучии.
Чтобы облегчить своё горе, отец начал пить. Алкоголь временно позволял ему отстраниться от болезненных эмоций, но одновременно ослаблял его способность рационально оценивать происходящее.
Через некоторое время у него появилась женщина, которая давно его желала и теперь увидела возможность воспользоваться трагедией семьи. Страсть, любовь и слёзы — какой человек полностью невосприимчив к эмоциональному искушению? Постоянное употребление алкоголя лишь усиливало его любовные приключения.
Но на этом дело не закончилось. Женщина решила прибегнуть к магии. Привороты и советы гадалок, по её мнению, должны были помочь ей полностью завладеть мужчиной. Вскоре это способствовало разрушению брака».

«ЛЮБОВНАЯ ВЕДЬМА»

Новоявленная «любовная ведьма» использовала всевозможные уловки. Она рассыпала соль перед дверью квартиры, совершала странные движения и рисовала кресты, которые якобы должны были воздействовать на жертву на расстоянии. Каждое новое действие объяснялось магическими причинами.
В то время в квартире жил молодой человек. Позже туда переехал и я. Женщине удалось подружить свою дочь с этим молодым человеком. Пользуясь моментами, когда семьи не было дома, дочь приходила в квартиру и тайно оставляла среди обычных вещей иголки, связанные кости и другие странные предметы.
Тем временем мать погибшего ребёнка переживала серьёзные эмоциональные трудности. Когда она обнаружила происходящее в своём доме, она была поражена попытками соперницы вмешаться в её семью и начала бороться за последнюю надежду, которая ещё связывала её с прежней супружеской жизнью.

ПОИСК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПРОКЛЯТИЯ

Всё стало ясно после тщательного осмотра квартиры. Были проверены одежда, постельное бельё и другие вещи. Осматривался каждый шов, вытряхивались подушки — проверялось буквально всё.
Когда были обнаружены странные предметы, такие как связанные кости, семья окончательно убедилась, что влюблённая женщина намеренно осуществляет какой-то замысел.
Жена попросила друзей убедить мужа посетить ясновидящую и снять предполагаемое проклятие. После долгих уговоров им это удалось.
Постепенно «заговорённый» мужчина начал приходить в себя. Он перестал пить, помирился с женой, и их отношения постепенно улучшились.
Именно в таком состоянии я и застал их брак. Прежнего жильца выгнали. Позже он женился на дочери той женщины и стал жить вместе с ними. Казалось, что всё закончилось.

ВОЗВРАЩЕНИЕ СТАРЫХ ПРОБЛЕМ

Однако год спустя глава семьи вновь вернулся к своим любовным приключениям. Они сопровождались пьянством и ссорами.
Друзья семьи снова пытались убедить его, что на него наложили проклятие, и советовали обратиться к гадалке. На этот раз он отказался. Он прямо заявил, что никакой магии не существует, и просто сказал, что больше не хочет жить со своей женой.
Алкоголь, постоянное напряжение и бесконечные конфликты начали разрушать его здоровье. Его жена попросила меня подтвердить, что он был проклят, чтобы она могла вернуть мужа к нормальной жизни.
В конце концов он согласился посетить гадалку.

КОГДА СТРАХ СТАНОВИТСЯ ЗАРАЗИТЕЛЬНЫМ

Будучи свидетелем этих событий, я сам испытал сильнейшее психологическое напряжение. Постоянные разговоры о колдовстве, проклятиях, приворотах и сверхъестественных силах постепенно начали воздействовать и на моё собственное сознание.
Однажды на выходных, когда семья уехала, я спал в спальне хозяев, потому что мою комнату ремонтировали.
Посреди ночи я услышал шаги. Я поднял голову и открыл глаза — и чуть не умер от страха.
В изголовье моей кровати стояла женщина, которая стала причиной семейной драмы.
Я застыл. Казалось, страх парализовал всё моё тело. Она наклонила голову и внимательно посмотрела на меня.
Первым импульсом было включить свет, закричать или убежать, но я не мог пошевелиться. Наконец я каким-то образом ударил по ногам фигуры — и она исчезла в темноте.
Только после этого я начал понимать, что могло произойти. После нескольких месяцев страшных рассказов и психологического напряжения мой разум оказался подготовлен к тому, чтобы интерпретировать неоднозначное ночное восприятие как нечто сверхъестественное.
В такие моменты мы часто вспоминаем Бога, даже если обычно о Нём не думаем. Я прочитал «Отче наш», перекрестился, накрыл голову одеялом и в конце концов уснул.
После той ночи я больше никогда не оставался ночевать в спальне хозяев.

КОНЕЦ СЕМЕЙНОЙ ДРАМЫ

Хозяина квартиры несколько раз водили к гадалкам, которым отчасти удалось убедить его в том, что на него наложено проклятие.
Мой пугающий опыт лишь усилил эти убеждения.
Тем временем постоянное пьянство серьёзно подорвало его здоровье. Больницы, лекарства, расходы и новые проблемы следовали один за другим.
Затем произошёл сердечный приступ, операция на сердце и постоянная зависимость от лекарств. Состояние здоровья сделало невозможным продолжение прежнего образа жизни, и постепенно семья вернулась к своему прежнему укладу.
Во время очередной ссоры я переехал в другую квартиру.

ПСИХОЛОГИЯ, СТОЯЩАЯ ЗА «ПРИЗРАКОМ»

Эта история интересна не потому, что доказывает существование призраков, а потому, что показывает, насколько сильно ожидание и эмоциональное напряжение могут влиять на восприятие.
Когда человек ожидает чего-то пугающего, неоднозначные ощущения могут приобретать определённый смысл. Тень превращается в фигуру, звук — в шаги, а обычное движение начинает казаться намеренным.
Возникающий страх при этом совершенно реален. Неопределённым остаётся не эмоциональная реакция человека, а интерпретация её причины.
Именно это различие позволяет серьёзно относиться к переживанию человека, не принимая автоматически сверхъестественное объяснение.

ВСТРЕЧА С МЁРТВЫМ

Рассмотрим ещё один случай, произошедший со знакомой.
Мать молодой женщины, будучи одинокой, привела в дом мужчину. Через некоторое время семья получила известие о его трагической смерти.
Покойный был энергичным, общительным и жизнерадостным человеком. Его смерть стала потрясением для всех, но особенно глубоко переживала её семья.
Его похоронили на местном кладбище.
На второй день после похорон раздался стук в дверь. Наша знакомая открыла её и застыла.
Перед ней стоял умерший.
Он выглядел совершенно нормально, с привычным выражением лица, словно ничего не произошло. Он спросил, где находится мать девушки.
Узнав, что она на работе, он попросил передать ей, что приходил. Затем повернулся и ушёл.
Девушка долго не могла прийти в себя. Она задавалась вопросом, не была ли это душа умершего, пришедшая навестить их. Возможно, думала она, он оставил что-то незаконченным или не успел сказать что-то при жизни.
Подобные объяснения соответствовали убеждениям, которые она слышала на протяжении всей своей жизни.

МОГИЛА БЫЛА НЕ ТРОНУТА

На следующий день они с матерью пошли на кладбище, чтобы проверить, не была ли нарушена могила.
«Может быть, он воскрес?» — заметила наша знакомая.
Место захоронения оказалось совершенно нетронутым.
После этого они пошли в церковь, помолились и поставили свечу за упокой его души.
Больше никто из членов семьи никогда его не видел.
Наша знакомая до сих пор убеждена, что встретилась с душой человека, который около года жил вместе с ними.
Но и здесь необходимо снова провести различие между уверенностью в пережитом и доказательством объективной причины этого переживания.

СУБЪЕКТИВНЫЙ ОПЫТ И ОБЪЕКТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Человеческое восприятие не является фотографическим аппаратом, механически записывающим окружающий мир. Между внешним раздражителем и осознанным восприятием происходит сложная деятельность мозга.
Поэтому восприятие включает не только получение информации, но и её интерпретацию.
Память, эмоции, ожидания, культурные убеждения и физическое состояние могут влиять на этот процесс. Смерть и горе способны оказывать особенно сильное воздействие.
Человек, недавно потерявший близкого, может быть чрезвычайно сосредоточен на воспоминаниях о нём. В необычных обстоятельствах яркое восприятие поэтому может приобрести исключительное значение.
Переживание может быть искренним и убедительным, но искренность не превращает интерпретацию в объективное доказательство.
Тот же принцип относится ко всем необычным восприятиям: то, что человек переживает, заслуживает серьёзного отношения, но то, что вызвало это переживание, необходимо устанавливать отдельно.

ЧЕЛОВЕК, ЖИВШИЙ В МИРЕ МИСТИКИ

Мы также услышали интересную историю от человека, который, на наш взгляд, демонстрировал другую форму погружения в мистику.

«На нашей работе был сотрудник, чрезмерно увлекавшийся книгами мистического содержания и скандинавской мифологией. Во время одного из наших жарких споров он пытался доказать существование призраков.
Он утверждал, что некая группа учёных, исследовавших это явление, пришла к выводу о существовании определённых концентраций энергии, питаемых движущей силой природы, которые они называли духами.
Раньше он часто рассказывал, как иногда погружается в другой, вымышленный мир и, отвлекаясь от повседневной жизни, забывает о своих проблемах.
Как выяснилось, мытьё за собой посуды и выполнение других мелких дел, которые обнаруживали его лень, а также сама жизнь такой, какая она есть, тоже были для него проблемами.
Жена и дети обременяли его существование, тогда как мир фантазий хотя бы временно давал ему покой.
Его разговоры часто сводились к рассказам о том, как хорошо он отдыхал: пил вино, курил трубку, смотрел фильм или сидел с братом за несколькими кружками пива.
Сама реальность казалась ему величайшим испытанием. В ней было слишком много проблем, и поэтому он уходил в нереальное пространство.
Естественно, он старался скрывать этот побег в мир иллюзий от окружающих, поскольку уже сталкивался с насмешками и издевательствами».

МИСТИКА ПРОТИВ БЕГСТВА ОТ РЕАЛЬНОСТИ

Многие люди интересуются мистикой, читают научную фантастику, смотрят фильмы и следят за фантастическими историями. Само по себе это не свидетельствует о психологической проблеме.
Человека всегда привлекало неизвестное.
Важно различать удовольствие от фантазии и использование вымышленного мира как средства бегства от реальности.
В мире фантазий наш герой мог временно освободиться от домашних обязанностей, семейных конфликтов и других трудностей. Но от реальных проблем невозможно бесконечно уклоняться.
Рано или поздно реальность требует ответа.
Человек, который постоянно убегает от реальности, в конечном счёте может обнаружить, что он убегал от самого себя.

КАК РАЗУМ СОЗДАЁТ ОБРАЗЫ

Мы постигаем мир посредством понятий, воспоминаний, идей и мысленных образов.
Нам необязательно иметь перед собой настоящий стул, чтобы думать о стуле; разум способен сохранять его форму и характеристики как представление.
Эта способность позволяет человеку мыслить независимо от непосредственного присутствия объектов.
Но она также означает, что разум способен создавать представления, которым не соответствуют независимо существующие объекты.
Мы можем помнить умершего человека, хотя физически его рядом нет. Мы можем представить гору, хотя перед нами нет горы. Мы можем создавать целые миры, существующие только в сознании.
Таким образом, способность создавать образы является одновременно силой человеческого разума и возможным источником ошибки.

КОГДА МОЗГ СОЗДАЁТ ВНЕШНЕЕ «ПРИСУТСТВИЕ»

Мозг способен порождать яркие восприятия без сознательного намерения человека, который их испытывает.
Подобные переживания могут возникать при различных обстоятельствах, включая сильный стресс, страх, истощение и состояния, связанные со сном.
Внутренне созданный образ может восприниматься так, словно он находится во внешнем мире.
Человек не принимает сознательного решения его выдумать и поэтому естественным образом может предположить, что образ возник извне.
Однако отсутствие сознательного контроля не доказывает сверхъестественную причину.
Это может объяснять, почему люди иногда сообщают о встречах с призраками или умершими людьми. Переживание может быть неожиданным, ярким и эмоционально подавляющим, оставаясь при этом результатом внутренних процессов восприятия.

ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ МЕСТ И ПРЕДМЕТОВ

Предметы и места приобретают значение благодаря человеческой деятельности, памяти и ассоциациям.
Картина может вызывать сильные эмоции благодаря своему сюжету, истории или обстоятельствам, связанным с её созданием.
Старый дом может производить сильное психологическое впечатление, если мы знаем что-либо о его прежних обитателях или событиях, произошедших в нём.
Атмосфера такого места поэтому может быть психологически реальной, не требуя существования какой-либо сверхъестественной энергии.

СТАРЫЙ ДОМ И ОЖИДАНИЕ СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОГО

Представим, что мы переезжаем в старый дом и нам рассказывают, что когда-то там произошла трагедия.
В обычных обстоятельствах скрип половицы, колыхание занавески или изменение освещения могли бы остаться незамеченными.
Но если человек ожидает чего-то пугающего, каждое явление может интерпретироваться иначе.
Ожидание не обязательно создаёт сознательную фантазию. Оно изменяет способ понимания неоднозначной информации.
Тень может превратиться в фигуру; звук — в шаги.
Возникающее восприятие может быть непроизвольным и совершенно убедительным. Тем не менее его субъективная достоверность сама по себе не устанавливает существование сверхъестественного существа.

ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛИ СУЩЕСТВУЮТ ПРИЗРАКИ?

Сообщения о призраках прежде всего следует рассматривать в связи с человеческим восприятием, памятью, эмоциями, ожиданиями и функционированием мозга.
Это не требует насмешек над людьми, сообщающими о подобных переживаниях, или их полного отрицания. Их переживания могут быть глубокими, пугающими и совершенно искренними.
Однако необходимо отвергнуть предположение, будто сама искренность является доказательством.
Пережить что-либо — это один факт. Установить, что стало причиной этого переживания, — совершенно другой.
На сегодняшний день нет достаточных доказательств, позволяющих установить существование призраков как независимых сверхъестественных сущностей.
Это не доказывает метафизическую невозможность их существования; это лишь означает, что имеющиеся свидетельства не позволяют установить их существование. Необычные утверждения требуют таких доказательств, которые позволили бы отличить сверхъестественное объяснение от множества известных способов, посредством которых восприятие может создавать убедительные переживания.
Поэтому более глубокий философский вопрос заключается не только в том, существуют ли призраки.
Вопрос заключается в другом: может ли уверенность нашего опыта когда-либо быть достаточной для установления независимой реальности того, что мы воспринимаем?
Человек не встречается с миром как пассивный записывающий прибор. Мы воспринимаем, интерпретируем, запоминаем, ожидаем и создаём смысл.
Возможно, именно поэтому призраки сопровождают человечество на протяжении всей истории.
Они могут рассказывать нам гораздо меньше о сверхъестественном мире за пределами нас, чем об удивительном мире внутри нас — мире, способном превращать страх в присутствие, память — в видение, а неопределённость — в убеждённость.
Возможно, тайна заключается поэтому не в том, обитают ли призраки во внешнем мире, а в том, насколько легко человеческий разум способен создать переживание того, что они действительно существуют.


СЕКРЕТ УСПЕХА В ШОУ-БИЗНЕСЕ

«Всё, что мы считаем случайным, на самом деле происходит в соответствии со скрытой закономерностью». — Луций Анней Сенека Младший

Много лет мы пытались понять, что стоит за необычайным успехом группы «Ласковый май». Этот феномен неоднократно обсуждался журналистами, музыкальными критиками, поклонниками и комментаторами, и было предложено множество объяснений. Однако ни одно из них само по себе не кажется достаточным. Бывший Советский Союз породил огромное количество музыкальных коллективов и исполнителей. Одни обладали замечательными голосами, другие отличались высоким профессиональным мастерством, третьи пользовались поддержкой влиятельных людей или возможностями, которые предоставляла государственная концертная система. Однако почти никто не вызвал той массовой увлечённости, которая возникла вокруг «Ласкового мая». Особенно впечатляет масштаб этого успеха. Исполнители, связанные с Аллой Пугачёвой, достигали тринадцати концертов подряд на стадионе «Лужники», тогда как «Ласковый май» дал семнадцать. Такое сравнение само по себе не доказывает превосходство одного музыкального стиля над другим, но показывает, что произошло нечто необычное. Следовательно, этот феномен нельзя объяснить только музыкальным качеством, известностью, рекламой или ценой билетов. Здесь присутствовало нечто иное: точное соответствие характера песен психологическому состоянию огромной аудитории.
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА УСПЕХА
Один из поклонников описал свой опыт знакомства с «Ласковым маем» весьма показательно:
«Когда я впервые услышал песни “Ласкового мая”, я не обратил особого внимания на их простоту. К тому времени их уже слушали повсюду: из открытых окон, во дворах, в машинах, на дискотеках. Молодые люди ходили по улицам с магнитофонами в руках, распространяя эти простые мелодии по всему Советскому Союзу. Я даже не заметил, как, проводя время с друзьями, наблюдая розовый вечер, входя в серую ночь и переживая нежный майский день, я начал получать эмоциональное удовольствие от этих ничем не примечательных мелодий. В конце концов я уже не мог перестать их слушать». В этом рассказе раскрывается нечто более важное, чем просто предпочтение определённого музыкального стиля. Привязанность возникала постепенно. Сначала песни казались обычными. Затем они стали частью окружающей человека среды. Наконец, они начали ассоциироваться с привычными местами, людьми, настроениями и воспоминаниями. Музыка перестала быть просто чем-то услышанным. Она стала частью эмоционального мира слушателя. Это позволяет сформулировать важный принцип: люди не всегда выбирают музыку посредством сознательной оценки. Человек может считать песню простой или даже художественно слабой и одновременно получать от неё значительное удовольствие. Интеллектуальная оценка и эмоциональное притяжение не обязательно совпадают. Это различие имеет принципиальное значение для понимания массовой культуры.
ПРОСТОТЫ НЕДОСТАТОЧНО
Некоторые объяснения популярности «Ласкового мая» связывают её с низкой стоимостью билетов на концерты. Но дешёвые или бесплатные концерты были далеко не уникальным явлением в Советском Союзе. Публичные выступления на Крещатике и в других местах автоматически не превращали исполнителей в кумиров миллионов. Нельзя объяснить этот феномен и просто популярностью музыкального жанра. Советская популярная музыка уже содержала множество исполнителей, работавших с доступными мелодиями, простыми текстами и танцевальными ритмами. Следовательно, простота была условием доступности, но не являлась окончательным объяснением. Решающим является не просто то, насколько произведение просто. Важно, соответствует ли эта простота чему-то уже существующему внутри аудитории. Песня становится исключительно сильной тогда, когда слушатель узнаёт в ней самого себя.
СОЗДАТЕЛЬ, ИСПОЛНИТЕЛЬ И ПОСРЕДНИК
Каждому таланту необходим человек, способный его распознать и представить публике. Именно поэтому значительная часть успеха «Ласкового мая» традиционно связывается с Андреем Разиным. В таком объяснении есть рациональное основание. Разин обладал необыкновенной способностью распознавать коммерческий и психологический потенциал. Он понял, что определённые песни способны найти огромную аудиторию, и создал систему, позволившую распространять их в масштабе, который прежде было трудно представить. Но это не означает, что Разин в одиночку создал весь феномен. Песни создавал Сергей Кузнецов. Юрий Шатунов придал им узнаваемый вокальный образ. Разин распознал их потенциал, организовал их представление и превратил их в массовый культурный феномен. Каждый выполнял свою функцию. Это различие важно, поскольку способность создать нечто ценное и способность распознать ценность созданного — это не один и тот же талант. Человек может написать прекрасную песню и не суметь найти для неё аудиторию. Другой человек может обладать небольшими творческими способностями, но иметь исключительное чутьё на то, что примет публика. Массовый успех часто возникает именно там, где эти две способности встречаются. Ранние песни Кузнецова особенно интересны потому, что, по всей видимости, они создавались не как результат масштабной коммерческой теории, а под влиянием определённого эмоционального и психологического состояния. Это не означает, что биография автора доказывает смысл его песен. Это лишь означает, что эмоциональная атмосфера, в которой создаётся произведение, может влиять на его характер. Поэтому в дальнейшем мы сосредоточимся главным образом на первом альбоме и на отдельных песнях второго и третьего альбомов. На наш взгляд, многие более поздние композиции, связанные с Кузнецовым и его последующими проектами, уже не обладают тем же сочетанием эмоциональной лёгкости и психологической доступности.
ПСИХОЛОГИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ
Рассмотрим простой пример:
«Парни больше не будут смеяться надо мной
Возле твоего подъезда,
Мне больше не надо бродить с тобой по ночам;
Лучше спокойно спать». На поверхности это песня о расставании. Однако психологически здесь происходит другой процесс. Герой превращает поражение в кажущуюся свободу. Вместо того чтобы сказать: «Меня отвергли», он фактически говорит: «Мне это больше не нужно». Таким образом, неприятная реальность превращается в добровольное решение. Этот механизм обладает большой психологической силой, поскольку человеку трудно признать собственное бессилие. Гораздо легче переосмыслить нежелательный результат как нечто, что мы сами выбрали. Герой не просто страдает. Он объявляет себя свободным. Окружающие образы усиливают это превращение: вечер, небо, ночь, движение по городу. Эмоциональный конфликт сохраняется, но помещается в атмосферу, делающую боль переносимой. Такое сочетание грусти и лёгкости характерно для многих ранних песен Кузнецова.
ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ПАРАДОКС «БЕЛЫХ РОЗ»
Наиболее известным примером являются «Белые розы». Песня рассказывает о хрупких цветах, подвергшихся холоду и уничтожению:
«Белые розы, белые розы — шипы у них беззащитны». Главная тема — уязвимость. Однако мелодия остаётся лёгкой, запоминающейся и почти беззаботной. Возникает эмоциональный парадокс. Текст содержит печаль, но музыкальная форма не позволяет слушателю полностью погрузиться в отчаяние. Человек может переживать грусть, не будучи ею подавленным. Таким образом, песня осуществляет своеобразное психологическое преобразование: боль признаётся, но помещается на безопасную эмоциональную дистанцию. Возможно, именно поэтому песня оказалась настолько доступной массовой аудитории. Слушателю не нужно решать проблему. Песня позволяет ему просто пережить её.
РОЛЬ РИТМА И МЕЛОДИИ
Музыкальная структура усиливает этот психологический эффект. Умеренный и относительно равномерный ритм не требует постоянной концентрации. Такая музыка может сопровождать разговор, прогулку, поездку, танец или обычные повседневные занятия. Слушателю не нужно останавливаться и анализировать композицию. Мелодия также обладает плавным, повторяющимся характером. Повторение снижает необходимость сознательного внимания. Постепенно слушатель перестаёт анализировать структуру и просто находится внутри неё. Это не делает музыку художественно бессмысленной. Напротив, сама доступность структуры может быть одним из её главных достоинств в массовой культуре. Музыка, требующая интеллектуальной концентрации, выполняет одну психологическую функцию. Музыка, позволяющая сознанию расслабиться, выполняет другую. «Ласковый май» исключительно эффективно использовал второй механизм.
ПРОБЛЕМА И ЕЁ ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ РАЗРЕШЕНИЕ
Другой характерный приём — появление проблемы и последующее эмоциональное разрешение. В «Белых розах» за стеклом существует тепло, тогда как вокруг цветов царит холод:
«Чуть теплее за стеклом, но в лютый мороз
Я вхожу в эти двери, как в сад июльских цветов». Затем герой хочет защитить цветы: «Мне так хочется их отогреть своей лаской». Но цветы остаются уязвимыми. Таким образом, слушатель сталкивается со знакомой человеческой ситуацией: существует нечто прекрасное, нечто угрожает ему, и человек пытается это защитить. Та же структура возникает в песнях о любви, ревности, одиночестве, отвержении и расставании. Это не редкие переживания. Они принадлежат обычной человеческой жизни. Именно поэтому песни смогли достичь такой огромной аудитории.
ЦЕЛЕВАЯ АУДИТОРИЯ
«Ласковый май» особенно сильно воздействовал на подростков и молодёжь — одну из наиболее активных категорий потребителей музыкальной культуры. Но сам возраст аудитории не может объяснить этот феномен. Более глубокое объяснение заключается в психологическом соответствии песен эмоциональным переживаниям слушателей. Подростковый возраст — это период, когда признание, отвержение, первая любовь, одиночество, независимость, обида и желание казаться взрослым приобретают особое значение. Опыт Кузнецова, связанный с работой с подростками, мог помочь ему хорошо понимать эти эмоциональные состояния. Сознательно или интуитивно он находил формы, способные выражать их предельно простым языком. Песням не требовалось, чтобы слушатель изучал философскую систему. Требовалось лишь узнавание. Слушатель мог услышать ситуацию и подумать: это про меня. Этот момент узнавания является одной из основ массового искусства.
МУЗЫКА КАК ЗЕРКАЛО
В одной из более поздних песен, исполненной Юрием Шатуновым, есть слова:
«Забудь его, забудь, любовь пройдёт как дым,
Ведь в его мечтах не ты, не ты, не ты». Здесь действует другой, но связанный с предыдущим психологический механизм. Человек, страдающий от безответной любви, слышит болезненный вывод, сформулированный непосредственно: желанный человек мечтает не о тебе. Почему человек может сознательно слушать то, что усиливает уже существующую боль? Потому что само узнавание способно приносить облегчение. Слушатель уже испытывает определённую эмоцию. Песня придаёт этой эмоции форму. Музыка становится зеркалом. Человек слышит, как кто-то другой выражает то, что он сам не мог сформулировать. Поэтому эмоциональное искусство может приносить удовольствие даже тогда, когда его содержание связано с печалью. Слушатель не обязательно ищет в песне счастье. Иногда он ищет подтверждение собственной эмоциональной реальности.
ДВА ТИПА МАССОВОГО УСПЕХА
На этом этапе можно различить два различных механизма. Первый — психологический успех. Произведение становится успешным потому, что точно соответствует эмоциональному состоянию аудитории и даёт ей узнавание, эмоциональную разрядку или временное освобождение от психологического напряжения. Феномен «Ласкового мая» в значительной степени относится именно к этой категории. Второй — идеологический успех. Произведение становится мощным потому, что выражает идею, значение которой выходит за пределы непосредственного эмоционального состояния слушателя. Этот второй механизм особенно ясно проявляется в истории группы The Beatles.
THE BEATLES: ОТ ПСИХОЛОГИИ К ИДЕЕ
The Beatles достигли необычайного мирового успеха, а их музыка продолжила оказывать влияние спустя много лет после распада группы. Их популярность нельзя объяснить только мелодией, ритмом, вокалом или психологической разрядкой. За многими их песнями стоит более широкая идея. Одна из самых простых и универсальных — любовь. The Beatles часто представляли любовь не как разрушительную страсть, а как близость, нежность, привязанность и желание быть рядом с другим человеком. Фраза вроде «I Wanna Hold Your Hand» практически не требует интеллектуальной подготовки. Её смысл понятен сразу. Такая простота была не недостатком. Она стала одним из условий универсальности. Сложное философское утверждение может быть понято тысячами людей. Простое выражение фундаментальной человеческой потребности может быть понято миллионами.
«ALL YOU NEED IS LOVE»
Это особенно ясно проявляется в песне «All You Need Is Love». Фраза чрезвычайно проста и повторяется до тех пор, пока почти не превращается в формулу. Повторение закрепляет идею в сознании. Таким образом, утверждение действует на двух уровнях. Оно одновременно является строкой популярной песни и упрощённой формулой мировоззрения. Идея представлена не как философский аргумент, а как эмоциональная истина. В этом заключается одна из величайших возможностей массовой культуры: превращать абстрактную идею в эмоционально доступную формулу. В этот момент музыка выходит за пределы развлечения. Она становится носителем идей.
ДЖОН ЛЕННОН И «IMAGINE»
Здесь необходимо сделать важное уточнение. «Imagine» — сольная песня Джона Леннона, а не песня The Beatles. Тем не менее она имеет отношение к более широкому развитию культурных идей, связанных с Ленноном и поколением, возникшим в эпоху The Beatles. Песня предлагает представить мир без привычных разделений между нациями, без войн и без некоторых традиционных религиозных и политических границ. Её видение сознательно утопично. Но сила песни отчасти заключается именно в простоте предложения: представь другой мир. От слушателя не требуется создавать политическую теорию. Ему предлагается просто представить. Это демонстрирует ещё один механизм культурного влияния. Идея может распространяться не потому, что она философски завершена, а потому, что представлена в форме, позволяющей миллионам людей узнать её и эмоционально принять.
ОТ МУЗЫКИ К КОЛЛЕКТИВНОМУ СОЗНАНИЮ
Отсюда возникает более общий вопрос. Почему определённые идеи появляются в определённые исторические моменты и становятся чрезвычайно успешными? Мы часто называем подобные события случайными. Но «случайным» может быть просто то, причины чего мы не способны увидеть. Песня может стать успешной благодаря конкретному исполнителю, конкретному продюсеру, конкретному историческому моменту, определённой технологии и определённому эмоциональному состоянию общества. Однако за этими обстоятельствами может скрываться нечто более глубокое: существование идеи, которая уже развивается в коллективном сознании. Успешный создатель может не изобретать эту идею. Он может лишь придать ей форму, которую общество уже готово принять.
СИЛЬНЕЙШИЕ ИДЕИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РАЗУМА
Мы предполагаем, что в основе многих великих культурных и социальных явлений лежат пять сильнейших фундаментальных идей человеческого разума. Мы называем их сильнейшими идеями потому, что они соответствуют наиболее глубоким и устойчивым направлениям человеческого сознания. Они вновь и вновь появляются в различных цивилизациях, религиях, философских системах, политических движениях, литературе, искусстве и массовой культуре. Это:
I — ИДЕЯ СИЛЬНОЙ ЛИЧНОСТИ.
МЫ — ИДЕЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ, СОЛИДАРНОСТИ И ЗАБОТЫ О ДРУГИХ.
СВОБОДА ВЫБОРА — ИДЕЯ О ТОМ, ЧТО ЧЕЛОВЕК МОЖЕТ САМОСТОЯТЕЛЬНО ОПРЕДЕЛЯТЬ НАПРАВЛЕНИЕ СВОЕЙ ЖИЗНИ.
СЧАСТЬЕ — СТРЕМЛЕНИЕ РЕАЛИЗОВАТЬ СОБСТВЕННЫЙ ИДЕАЛ ЖИЗНИ.
СМЫСЛ ЖИЗНИ — СТРЕМЛЕНИЕ ПОНЯТЬ И ОСУЩЕСТВИТЬ КОНЕЧНУЮ ЦЕЛЬ СВОЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ.
Мы не утверждаем, что эти пять идей исчерпывают всё содержание человеческого разума. Мы предполагаем лишь, что они представляют пять наиболее сильных фундаментальных направлений человеческого сознания. Другие важные понятия — истина, красота, справедливость, любовь, знание, власть и многие другие — часто могут рассматриваться как выражения, сочетания или следствия этих более глубоких направлений. Поэтому пять идей представляют собой не жёсткую психологическую классификацию, а философскую модель сильнейших направлений человеческого сознания.
I — СИЛЬНАЯ ЛИЧНОСТЬ
Первая идея — личность. Человек хочет существовать как независимая и сильная личность. Он хочет преодолевать ограничения, отличаться от других и демонстрировать свои способности. Немногие философы выразили этот принцип столь радикально, как Фридрих Ницше. Его концепция Сверхчеловека стала одним из наиболее сильных философских выражений стремления к индивидуальному превосходству. Современная массовая культура постоянно воспроизводит эту идею. Огромная популярность супергероев — от Супермена до Человека-паука — показывает, насколько устойчивым остаётся человеческое стремление к образу исключительной индивидуальной силы.
МЫ — ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СООБЩЕСТВО
Вторая идея — «Мы». Человек существует не только как изолированная индивидуальность. Он стремится к принадлежности, солидарности, семье, дружбе, сообществу и взаимной заботе. Религиозное выражение этого принципа можно найти в представлении о человечестве как о духовной семье. В христианстве идея Бога как Отца придаёт этому принципу особенно сильную форму: люди являются не просто отдельными индивидуальностями, а членами более широкого нравственного сообщества. В таком понимании идея Бога имеет не только религиозное, но также социальное и нравственное измерение. Внешний религиозный ритуал, отделённый от нравственного содержания, может выродиться в суеверие или фанатизм. Более глубокое значение заключается в нравственных отношениях между людьми.
СВОБОДА ВЫБОРА
Третья идея — свобода. Человек хочет определять собственную жизнь, а не просто подчиняться внешним силам. Политическая история даёт бесчисленные примеры движений, основанных на этом стремлении. Революционные движения часто превращают свободу в свой центральный принцип. Владимир Ленин и связанная с ним революционная традиция являются одним из исторических примеров того, как идеи освобождения, равенства и народной власти могут стать силами, способными преобразовывать общество. Однако свобода содержит в себе фундаментальную проблему. Если свобода означает лишь возможность сделать любой выбор, человек всё равно должен определить, какой выбор является добрым, а какой разрушительным. Поэтому свобода неизбежно приводит к морали. Глубочайшая форма свободы — это не просто отсутствие ограничений. Это способность сознательно выбирать и принимать ответственность за свой выбор.
СЧАСТЬЕ
Четвёртая идея — счастье. Каждый человек имеет некоторое представление о хорошей жизни. Для одного счастье означает любовь, для другого — благополучие, семью, здоровье, признание, духовную реализацию или внутренний покой. Религиозные и духовные движения часто выражают это стремление в упрощённых формулах: «Бог любит меня». «Бог благословляет меня». «После смерти я буду жить в лучшем мире». Здесь религия может становиться средством выражения человеческого стремления к личному счастью. Эта идея сильна потому, что касается наиболее непосредственного вопроса отдельного человека: Как мне жить, чтобы быть счастливым?
СМЫСЛ ЖИЗНИ
Пятая идея выходит за пределы непосредственного счастья. Человек может спросить не только: «Как мне быть счастливым?», но и: Почему я существую? Это вопрос смысла. Религиозные традиции часто давали на него всеобъемлющие ответы. В иудаизме, например, человеческая жизнь связана с ответственностью, заповедями, нравственным долгом и отношением человека к Богу. В христианстве смысл жизни также связан с отношением к Богу и нравственным преобразованием человека. Поэтому вопрос смысла выходит за пределы временного удовольствия. Он касается конечной цели существования.
ПЯТЬ ИДЕЙ И КОЛЛЕКТИВНОЕ СОЗНАНИЕ
Эти пять идей существуют не только внутри отдельных людей, но и в обществах. В разные исторические моменты одна из них может становиться сильнее остальных. Общество может быть захвачено идеей индивидуальной силы. В другое время доминировать может коллективная солидарность. В иной период центральным стремлением становится свобода. Где-то на первый план выходит личное счастье. В религиозную эпоху доминирующим может стать вопрос конечного смысла. Баланс никогда не остаётся постоянным. Усиление «Я» может ослаблять «Мы». Усиление «Мы» может ограничивать индивидуальную независимость. Стремление к счастью может уменьшать стремление к смыслу. Стремление к абсолютной свободе может вступать в конфликт с нравственной ответственностью. Таким образом, человеческую историю можно частично понимать как непрерывное движение между этими фундаментальными идеями.
ХРИСТИАНСТВО И ИДЕЯ БОГА
С нашей точки зрения, христианство особенно значимо потому, что оно стремится объединить несколько этих идей в единой нравственной системе. Идея Бога как духовного Отца выражает «Мы». Нравственная свобода личности выражает ответственность и выбор. Стремление к вечному счастью связано с человеческим желанием полноты существования. Смысл жизни связан с конечной целью бытия. Таким образом, христианская идея не просто даёт один отдельный ответ. Она стремится организовать сильнейшие направления человеческого сознания в целостную нравственную систему. Именно поэтому мы различаем внешнюю форму религии и лежащую в её основе идею. Формула «Бог есть любовь» может быть эмоционально сильной, но сама по себе она может оказаться слишком простой. Если идея Бога сводится лишь к приятному эмоциональному состоянию, её нравственные требования исчезают. Более глубокое понимание заключается в том, что идея Бога накладывает определённый принцип на человеческое поведение.
ЛЮБОВЬ КАК МАССОВО-КУЛЬТУРНАЯ ФОРМА БОЛЕЕ ГЛУБОКОЙ ИДЕИ
Это помогает понять культурное значение любви в современной массовой культуре. После катастроф XX века, особенно после Второй мировой войны, европейское общество пережило глубокий кризис доверия к традиционным политическим и нравственным структурам. Война, массовое насилие и разрушение поставили под сомнение устоявшиеся представления о цивилизации. Однако потребность в морали не исчезла. Согласно нашей гипотезе, часть нравственного содержания, традиционно выражавшегося религиозным языком, постепенно начала проявляться в светской культуре через более простые понятия: любовь, мир, терпимость, человеческая солидарность и взаимопонимание. Таким образом, любовь стала чем-то большим, чем частное чувство. Она могла выполнять функцию светского языка для выражения более глубокой нравственной потребности. Это помогает понять, почему фраза «All You Need Is Love» смогла приобрести культурное значение, далеко выходящее за пределы обычной песни о любви.
УСПЕХ КАК РАСПОЗНАВАНИЕ НЕВЫРАЖЕННОЙ ИДЕИ
Теперь мы можем вернуться к первоначальному вопросу: что создаёт необычайный успех? Ответ заключается не только в таланте. Не только в рекламе. Не только в деньгах. Не только в исторических обстоятельствах. Все эти факторы могут способствовать успеху, но выдающийся результат часто возникает тогда, когда несколько условий совпадают. Создатель должен создать нечто, способное воздействовать на людей. Исполнитель должен придать этому соответствующую человеческую форму. Посредник должен распознать потенциал и донести его до аудитории. Исторический момент должен быть благоприятным. И, что особенно важно, произведение должно соответствовать чему-то уже существующему в сознании аудитории. В случае психологического успеха это может быть эмоциональное состояние, которое люди не способны выразить самостоятельно. В случае идеологического успеха это может быть сильная идея, которую общество ещё не выразило в достаточно простой и привлекательной форме. Создатель, обнаруживший такую форму, может казаться необычайно успешным. Но, возможно, он не создал саму потребность. Он её распознал.
КАКАЯ ИДЕЯ СЕГОДНЯ НАХОДИТСЯ В НАИБОЛЕЕ НЕУСТОЙЧИВОМ СОСТОЯНИИ?
Это приводит нас к последнему вопросу. Какая из пяти сильнейших идей человеческого разума сегодня находится в наиболее нестабильном состоянии? Если рассмотреть современное общество, невозможно не заметить огромное количество политических конфликтов, протестов, культурных столкновений и споров об индивидуальных правах и социальных обязанностях. Это позволяет предположить, что свобода выбора сегодня является одной из наиболее нестабильных и противоречивых идей. Проблема заключается не в самой свободе. Проблема заключается в её границах. Если свобода понимается как право делать любой выбор без нравственной ответственности, она в конечном итоге становится противоречивой. Человек получает свободу, но теряет ясный критерий, позволяющий определить, что именно следует выбрать. Более последовательное понимание свободы заключается в способности сознательно выбирать и принимать ответственность за последствия. С нашей точки зрения, глубочайшая форма свободы — это поэтому не свобода от морали, а свобода внутри нравственного выбора — способность выбирать между добром и злом и понимать, что сам выбор имеет последствия. Эта тема может обладать огромным потенциалом для будущей массовой культуры. Если художники, писатели, режиссёры и музыканты смогут выразить проблему свободы в форме, доступной коллективному сознанию, результат может обладать значительной культурной силой.
СЕКРЕТ УСПЕХА
Теперь мы можем вернуться к «Ласковому маю». Его необычайный успех не обязательно был результатом сложной музыкальной формы. Его сила заключалась в другом. Песни соответствовали эмоциональному миру своей аудитории. Они были достаточно простыми, чтобы их запоминать, достаточно ритмичными, чтобы сопровождать повседневную жизнь, достаточно эмоционально узнаваемыми, чтобы становиться личными, и достаточно лёгкими, чтобы давать временное освобождение от психологического напряжения. Кузнецов создавал материал. Шатунов воплощал его. Разин распознал его потенциал и превратил его в массовый феномен. The Beatles демонстрируют другой механизм. Их музыка сочетала психологическую привлекательность с идеями, способными выходить за пределы конкретного исторического момента. Любовь, мир, близость и мечта об ином обществе могли выражаться в формах, достаточно простых для того, чтобы достичь миллионов. Таким образом, существует более одного пути к массовому успеху. Произведение может стать успешным потому, что снимает психологическое напряжение. Оно может стать успешным потому, что выражает сильную идею. Величайшие культурные феномены могут объединять оба механизма. Поэтому глубочайший секрет успеха в шоу-бизнесе заключается, возможно, не только в таланте и не только в рекламе. Он может заключаться в способности почувствовать то, что уже существует внутри людей, прежде чем они сами это полностью осознают, а затем придать этому скрытому психологическому состоянию или сильной идее форму, понятную миллионам. То, что кажется внезапным успехом, может оказаться видимым результатом гораздо более длительного невидимого процесса. Аудитория уже ждала. Идея уже развивалась. Эмоция уже существовала. Успешным создателем оказался лишь тот, кто нашёл правильную форму в правильный момент.



КОМУ СУЖДЕНО СТАТЬ БОГАТЫМ?

«Всемогущая Фортуна и неумолимая Судьба.»
— Вергилий

В наши дни деньги стали неотъемлемой частью человеческого существования, и от этого факта невозможно уйти. Как бы человек ни относился к материальному богатству — отрицательно, безразлично или с явным стремлением к нему, — деньги продолжают играть важнейшую роль в современной жизни. Они необходимы для приобретения пищи, жилья, образования, медицинской помощи, транспорта, информации и практически всего, что составляет материальную сторону человеческого существования. Поэтому зарабатывание денег для обеспечения своего существования является всего лишь необходимостью. Однако необходимость зарабатывать на жизнь и желание стать богатым — далеко не одно и то же. Первое определяется естественными потребностями человека; второе часто связано с амбициями, стремлением к независимости, власти, безопасности, престижу или желанием изменить своё положение в обществе. Многие люди постоянно задают себе вопрос: «Как мне стать богатым?» Но этот вопрос можно сформулировать иначе: Действительно ли вообще возможно стать богатым? Если да, то кому это удаётся и почему? В такой форме вопрос становится значительно интереснее. Если богатство является исключительно результатом личных усилий, то каждый человек, прилагающий достаточно усилий, в принципе должен иметь возможность добиться подобного результата. Однако действительность демонстрирует совершенно иное. Одни люди работают всю жизнь и остаются бедными. Другие постепенно накапливают состояние. Кто-то неожиданно получает большое наследство. Кто-то выигрывает в лотерею. Один становится богатым благодаря таланту, другой — благодаря благоприятному стечению обстоятельств, а третий получает доступ к возможностям, которые для большинства людей совершенно недоступны. Почему возникает такая разница? Мы попытаемся ответить на этот вопрос, основываясь на собственном опыте, наблюдениях и анализе причинно-следственных связей, лежащих в основе человеческой жизни. Люди часто говорят: «У каждого своя судьба, и если человеку суждено стать богатым, он станет богатым». Признаем, что те, кто так говорит, хотя их слова могут звучать как суеверие, в определённом смысле всё же правы. Но тогда сразу возникает другой вопрос: Почему одному человеку суждено стать богатым, а другому — нет? Ответ, как нам представляется, заключается в обстоятельствах, которые заставляют человека действовать определённым образом. И речь идёт не только о внешних обстоятельствах. Огромную роль играют происхождение человека, воспитание, образование, способности, здоровье, характер, место рождения, историческая эпоха, социальная среда, случайные встречи, доступные возможности и бесчисленное множество других факторов. В ходе нашего анализа мы увидим, что человек принимает решения не в вакууме. Он всегда действует внутри уже существующей системы обстоятельств. Человеческая жизнь основана на причинно-следственной связи, которая является условием существования как природы, так и человечества. Когда мы что-либо делаем, нам кажется, что мы осуществляем собственную волю и что выбор полностью зависит от нас. Действительно, если рассматривать отдельное действие, например падение монеты на пол после того, как мы её отпустили, мы можем сказать: «Я решил её бросить». Но если связать это изолированное событие с более продолжительным отрезком времени, картина меняется. Тогда мы можем увидеть, как последовательность предшествующих событий привела именно к этому результату. Для того чтобы человек оказался в определённом месте в определённое время, огромное количество других событий должно было произойти прежде. Он должен был родиться именно в этой семье, получить определённое воспитание, встретить определённых людей, приобрести определённые знания, принять бесчисленное количество решений и оказаться в конкретных обстоятельствах. Обычно мы замечаем конечное действие, но не видим всей цепи причин, которая к нему привела.
ЛИНИЯ СУДЬБЫ
У каждого человека есть собственная судьба, собственный жизненный путь, отличный от путей других людей, и собственное предназначение. Мы идём по дороге, по обеим сторонам которой находятся высокие скалы, не позволяющие нам бесконечно менять направление. Они позволяют нам двигаться только в определённом пространстве возможностей. Человек может выбирать направление движения внутри этого пространства, но сам этот выбор обусловлен накопленным психологическим опытом. Более того, человек не способен создать для себя совершенно новую реальность, независимую от законов природы и общества. Отсюда возникает вопрос: Можно ли предсказать будущее? Ответ: «Его можно предположить, но нельзя утверждать с уверенностью». Почему? Потому что обстоятельства, окружающие нашу жизнь, настолько разнообразны, что расчёты такого рода становятся практически невозможными. Ещё несколько десятилетий назад человеку могло казаться, что судьба значительно более предсказуема. Было достаточно проанализировать десять лет, предшествующих определённому моменту, и можно было предположить, что следующие десять лет, с определёнными поправками, будут развиваться примерно по тому же сценарию. Но, вероятно, это было лишь кажущееся ощущение стабильности. Современный мир настолько взаимосвязан, что событие, происходящее в одном месте, почти мгновенно может изменить положение миллионов людей в совершенно другом месте. Технологическое открытие, сделанное за тысячи километров, в другой стране или на другом континенте, способно изменить экономику, профессии, образ жизни и даже систему ценностей людей, которые никогда не слышали о человеке, совершившем это открытие. Точно так же кризис, катастрофа, война, эпидемия, природная катастрофа или финансовый крах могут за очень короткое время изменить судьбы огромного количества людей. Финансово-экономический кризис 2008 года, начавшийся в США, имел последствия для экономик практически всего мира. Люди, которые ещё вчера считали своё финансовое положение стабильным, внезапно столкнулись с безработицей, падением стоимости недвижимости, сокращением доходов и радикальным изменением жизненных планов. Таким образом, человек может строить планы на десятилетия вперёд, тогда как сама реальность способна изменить направление его движения за несколько месяцев или даже дней.
ДВЕ ЛИНИИ СУЩЕСТВОВАНИЯ
Человек постоянно связывает причинно-следственную связь своих мыслей с линией судьбы — то есть с реальностью, — за исключением случаев, когда нормальное рациональное восприятие серьёзно нарушено. Рассмотрим простой пример. Человек идёт в магазин за покупками и по дороге находит крупную купюру. С интеллектуальной точки зрения он нашёл её случайно. Он не планировал её находить, не знал, что деньги лежат там, и не мог заранее рассчитать это событие. Но с точки зрения естественной последовательности событий можно сказать иначе: он оказался именно в этом месте, потому что пошёл за покупками; владелец денег находился там по другой причине; деньги выпали у него из кармана; а другой человек оказался именно в этом месте именно в этот момент. У каждого события была своя предшествующая причина. В природе случайность существует для нашего сознания как отсутствие знания о полной цепи причин. Поэтому интеллектуальная линия причин и следствий в потоке наших мыслей постоянно прерывается тем, что мы называем случайностью. Таким образом, в нашей жизни можно условно выделить две линии существования: линию судьбы и интеллектуальную линию. Интеллектуальная линия представляет собой последовательность наших мыслей, намерений, планов и решений. Линия судьбы — объективная последовательность событий, происходящих независимо от того, насколько полно мы их осознаём. Мы постоянно воспринимаем и корректируем прежде всего собственный поток мыслей. Поэтому возникает иллюзия, будто мы непосредственно управляем своей судьбой. В действительности мы постоянно сопоставляем свои мысли с реальностью. Мы запланировали одно — реальность внесла коррективу. Мы изменили план — возникло новое обстоятельство. Мы снова скорректировали свои действия — и вновь столкнулись с неожиданностью. Таким образом, мы постоянно пытаемся привести две линии существования к большей или меньшей синхронизации. Если предположить, что мы полностью контролируем свою судьбу, нам пришлось бы устранить элемент случайности. Но это невозможно. Мы не можем разорвать материальную линию судьбы — то есть реальность — и полностью приспособить её к своим желаниям.
МОЖНО ЛИ ПРЕДСКАЗАТЬ СУДЬБУ?
Предсказание судьбы вовсе не означает, что выхода нет или что мы обречены на неизбежное. Напротив, люди постоянно пытаются предвидеть будущее. Это необходимое условие существования. Мы планируем, рассчитываем, сравниваем, составляем прогнозы, приобретаем знания и используем опыт именно потому, что хотим уменьшить неопределённость. Однако наша оценка происходящего может не соответствовать реальному ходу событий. Например, вы смотрите на человека, который бесконечно лежит на диване, и думаете: «Из тебя, мой друг, уже ничего не выйдет». Через некоторое время вы получаете удивительную новость: этот, казалось бы, бездеятельный человек выиграл в лотерею крупную сумму денег. Некоторым людям просто везёт! Но и здесь необходимо учитывать характер человека. Возможно, тот, кто случайно выиграл деньги, склонен к риску, обладает азартным темпераментом и смелостью. Однако эти же качества могут привести к противоположному результату. Он может выиграть миллион, а через несколько лет потерять его. Поэтому отдельное событие ещё не определяет судьбу человека. Необходимо учитывать не только результат, но и тенденцию. Сейчас вы читаете эту книгу. Сам факт того, что вас интересует информация такого рода, свидетельствует о любознательности и показывает тенденцию к расширению жизненного опыта. Со временем человек может совершать меньше ошибок, поскольку именно благодаря опыту мы способны расширять свои знания. Но опыт не гарантирует полного контроля над будущим. Он лишь позволяет эффективнее ориентироваться в пространстве возможностей. Если человек считает, что способен всё рассчитать и добиться желаемого результата, только применение его расчётов на практике может показать, прав он или нет. Столкнувшись с суровой реальностью, человек часто говорит: «Я недостаточно хорошо всё продумал. Я ошибся. Мне не удалось рассчитать всё до конца». Но, возможно, проблема заключалась вовсе не в недостатке интеллектуальных способностей. Человеку просто не хватило жизненного опыта. Математические расчёты точны в пределах заданных условий, тогда как законы природы и человеческого поведения невозможно свести к одной математической модели. Именно поэтому опытный человек в определённых жизненных ситуациях может оказаться значительно мудрее человека, обладающего выдающимися способностями к абстрактным вычислениям.
БОГАТСТВО И ИЛЛЮЗИЯ КОНТРОЛЯ
Однажды, разговаривая с неким «экспертом» в области «как стать богатым», мы выяснили, что примерно десять лет назад он прочитал книгу «Думай и богатей» и с тех пор увлёкся подобной литературой, продолжая настойчиво изучать такие книги. По его словам, было очень важно каждое утро несколько раз повторять слова: «Я стану богатым» как магическое заклинание и искренне в них верить. Мечтатель! Пусть он теперь добавит к своей вере результаты, полученные благодаря этому методу. За десять лет его состояние нисколько не увеличилось, зато он значительно развил способность фантазировать. Он мог перечислить множество книг о богатстве, успехе, мышлении и мотивации, но не мог продемонстрировать соответствующего изменения в своей материальной жизни. Именно здесь возникает фундаментальная проблема. Чтение книги о богатстве — не то же самое, что создание богатства. Вера в успех — не то же самое, что достижение успеха. Желание заработать деньги — не то же самое, что их зарабатывание. Формулирование цели — не то же самое, что её достижение. Между мыслью и материальным результатом находится огромное поле реальности, наполненное действиями, конкуренцией, риском, обстоятельствами и случайностью. «Недавно я прочитал книгу под названием «Чтобы стать богатым, не обязательно ходить в школу». В ней много интересных идей», — сказал он. Мы не смогли обнаружить логику в названии этой книги. Разве в школе нас учат тому, как стать богатыми? Школьная программа прежде всего предназначена для формирования социально функционирующего сознания, позволяющего человеку сталкиваться с вызовами общества и адекватно на них реагировать. Школа не обязана превращать каждого ученика в миллионера. Её задача значительно шире: дать человеку базовые знания, научить взаимодействовать с другими людьми, понимать окружающий мир, пользоваться информацией, развивать способность рассуждать и принимать решения. Творческое мышление и расчёт могут принести значительно большую практическую пользу с точки зрения увеличения капитала: инвестирование денег в перспективный бизнес, недвижимость, ценные объекты, развитие профессиональных навыков или создание нового продукта либо услуги. Но даже правильный расчёт не даёт абсолютной гарантии. Инвестиция может оказаться неудачной. Перспективный бизнес может обанкротиться. Недвижимость может потерять в стоимости. Новый продукт может не найти покупателей. Поэтому богатство нельзя рассматривать исключительно как результат правильного мышления.
«Я ХОЧУ СТАТЬ БОГАТЫМ, ЧТОБЫ ПОМОГАТЬ ДРУГИМ»
«Я хочу стать богатым, чтобы помогать другим», — продолжил он. «Разве Иисус и его ученики были богаты? Конечно, один из них разбогател благодаря тридцати сребреникам — Иуда, — но это уже совсем другая история». «Возможность стать богатым зависит от самого человека. Каждый может стать богатым, если для него сложатся благоприятные обстоятельства». Высказав свою гипотезу, человек даже не заметил логического противоречия между двумя частями собственного утверждения, поскольку хаотическое мышление подкреплялось уверенностью, созданной эмоциями. «Возможность стать богатым зависит от самого человека». Это утверждение предполагает, что решающим фактором является сам человек. Но затем появляется другая часть: «Каждый может стать богатым, если для него сложатся благоприятные обстоятельства». Здесь уже признаётся зависимость от обстоятельств. Возникает противоречие. Если богатство зависит исключительно от самого человека, тогда внешние обстоятельства не должны иметь принципиального значения. Если же для богатства необходимы благоприятные обстоятельства, то возможность достижения результата зависит не только от самого человека. «Если для него сложатся благоприятные обстоятельства» — это гипотетическое утверждение, относящееся к определённому условию. «Возможность стать богатым зависит от самого человека. Каждый может стать богатым» — общее категорическое утверждение. Опыт однозначно показывает, что благоприятные обстоятельства не могут сложиться для всех. Например, человек может родиться в бедной семье, в стране с низким уровнем экономического развития, получить недостаточное образование, иметь физические ограничения или столкнуться с другими обстоятельствами, которые значительно сужают доступный ему диапазон возможностей. Другой человек может родиться в богатой семье, получить прекрасное образование, унаследовать капитал и с детства иметь доступ к информации и людям, недоступным большинству. Можно ли сказать, что исходные возможности этих двух людей одинаковы? Очевидно, нет. Следовательно, логически правильное утверждение должно звучать следующим образом: Богатыми могут стать только те люди, для которых складываются благоприятные обстоятельства. В приведённом выше примере между двумя частями утверждения существует логическая эквивалентность. Категорическое утверждение нашего собеседника можно представить только в гипотетической форме: «Каждый мог бы стать богатым, если бы для него сложились благоприятные обстоятельства». Формулируя идею таким образом, мы делаем две части утверждения логически эквивалентными. Гипотеза в данном случае имеет логическую связь, но не соответствует действительности. Все не могут стать богатыми, поскольку благоприятные обстоятельства не могут сложиться для всех. Более того, если бы все одновременно стали богатыми, само понятие богатства потеряло бы часть своего относительного значения. Богатство существует не только как количество денег, но и как положение человека относительно других людей и доступных обществу ресурсов.
ВОЛЯ И ГРАНИЦЫ СВОБОДЫ
«Я считаю, что ничто не существует безусловно и всё имеет свою причину. Но мы способны контролировать эти причины. С помощью силы воли мы можем изменить судьбу, направляя её в соответствии со своими желаниями по необходимому пути, ведущему к реализации наших намерений. Человек свободен выбирать пути, по которым он идёт», — настаивал наш собеседник. Да, если эти пути демонстрируют определённую тенденцию, возможно, он правильно угадал, делая свой выбор. Но сам выбор ещё не является гарантией результата. Человек выбирает профессию, но не знает, как изменится рынок труда. Человек создаёт бизнес, но не знает, появится ли конкурент. Человек покупает недвижимость, но не знает, как изменится экономика. Человек инвестирует деньги, но не знает, как поведёт себя рынок в будущем. Человек вступает в отношения, но не может заранее определить все будущие обстоятельства. Таким образом, свобода выбора существует в определённых границах, но наш внутренний психологический опыт является главным ориентиром, показывающим, какой выбор сделать. Победитель лотереи, выигравший миллион, может по своей природе быть человеком, склонным к азартным играм и не боящимся риска. Но эта же черта характера способна привести к быстрому обнищанию. Человек, склонный к риску, может однажды выиграть крупную сумму денег, а затем решить, что удача стала постоянной чертой его жизни. Он начинает повторять рискованные действия. Первый успех укрепляет его уверенность. Второй создаёт иллюзию закономерности. Третий может ещё сильнее убедить человека в собственной непогрешимости. А затем приходит потеря. Человек обнаруживает, что случайный успех был принят им за доказательство личного контроля над судьбой. По какой-то причине он приписал причинно-следственную связь исключительно собственной личности, забыв о множестве людей, подобных ему, преследующих ту же самую цель. Все они толпятся на одной узкой дороге, и на финише остаются лишь те, кто лучше всего приспособлен к этому испытанию, — те, кто обладает природной предрасположенностью к подобным испытаниям. Когда множество людей одновременно стремится к одной и той же цели, успех одного человека автоматически не означает успеха всех остальных. Напротив, конкуренция ещё больше усложняет ситуацию. Столкнувшись с другими людьми, которые также прокладывают себе путь в жизни, человек оказывается на дороге, по которой он может продвигаться, лишь преодолевая тех, кто слабее его, — физически, финансово, интеллектуально или каким-либо иным образом, — и уступая тем, кто сильнее. Это и есть судьба.
«МЫСЛЬ МАТЕРИАЛЬНА»
«Мысль материальна, а значит, мечты о богатстве тоже материализуются». Да, мы согласны с тем, что как физиологический процесс, происходящий в мозге, мысль действительно имеет материальную основу. Мозг является материальным органом, а процесс мышления связан с физическими и биохимическими процессами. С другой стороны, содержание мысли является идеальным, то есть нематериальным. У мысли может быть материальный носитель, но сама идея не является материальным объектом в том же смысле, в каком материальны деньги, камень или автомобиль. Эту ошибку допускает не только современная популярная психология, но и представители некоторых восточных религиозных традиций. Если человек говорит, что мысль материализуется, необходимо уточнить, что именно он подразумевает под материализацией. Если речь идёт о физиологическом влиянии мысли на поведение, определённая связь действительно существует. Человек думает о цели, начинает действовать, изменяет своё поведение, приобретает навыки, ищет возможности — и в результате вероятность определённого исхода может увеличиться. Но это не означает, что сама мысль каким-то магическим образом превращается в материальный объект. Что же тогда включает в себя понятие «материя»? Существует ли вообще какая-либо «нематериальная материя»? Если смешивать материальное и идеальное, мы рискуем потерять логическую ясность. Поэтому необходимо различать мысль как физиологический процесс и содержание мысли как идею.

ДЕНЬГИ И ВЛАСТЬ
«Деньги — это свобода», — завершил он свою аргументацию последней фразой, очевидно заимствованной из повседневной мудрости. Согласно Томасу Гоббсу, деньги в сочетании со свободой образуют великую силу. Действительно, деньги способны расширять пространство возможностей, доступных человеку. Они позволяют получить образование, приобрести жильё, путешествовать, заниматься предпринимательством, приобретать товары и услуги, а также покупать время и труд других людей. Но деньги не являются абсолютной свободой. Человек, обладающий огромным капиталом, всё равно остаётся зависимым от законов природы, государства, общества, собственного тела и других людей. Деньги способны расширить поле действий, но не устраняют границы существования. Глубоко внутри каждого человека существует стремление к превосходству. Оно ищет возможность удовлетворения многих инстинктов, выражение которых ограничено социальными границами допустимого. У одних людей это стремление ярко проявляется в форме амбиций, у других оно остаётся дремлющим. Деньги в определённом смысле являются заменителем власти. Они дают возможность некоторым инстинктам расширить поле, в котором они могут действовать. Чем больше материальных ресурсов у человека, тем больше его возможности влиять на окружающую среду. Но одновременно возрастает и ответственность. Поэтому сами по себе деньги не делают человека свободным, счастливым или нравственным. Они лишь увеличивают его возможности. То, как человек использует эти возможности, во многом зависит от его характера.
ЗАВОЕВАТЕЛИ И БОРЦЫ
В зависимости от отношения к жизни можно выделить два основных психологических типа людей. Первые — завоеватели, привыкшие побеждать. Вторые — борцы, борющиеся за выживание. Завоеватель ставит перед собой цель и направляет все свои силы на её достижение. Средства, которые он использует, становятся инструментами его побед. Давно существует выражение: «Цель оправдывает средства». Однако и к этому утверждению необходимо относиться осторожно. Если человек ставит перед собой материальную цель, он может быть готов пойти на значительные жертвы ради её достижения. Борцы, напротив, удовлетворены самой борьбой, и средства становятся для них самоцелью. Такие люди часто останавливаются на полпути, увлекаясь то одним, то другим и в конечном итоге оказываясь неспособными завершить то, что первоначально задумали. Они удовлетворяются самим процессом «выживания», а не победой над вершиной, которую выбрали для покорения. Для одного человека борьба является средством достижения результата. Для другого сама борьба становится содержанием жизни. Один постоянно спрашивает: «Чего я достиг?» Другой: «Я всё ещё борюсь?» Разница между ними может показаться незначительной, но именно она способна определить долгосрочную траекторию жизни человека.
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ И БОГАТСТВО
Можно выделить следующие основные психологические тенденции, отражающие определённые закономерности жизни. Мечтатель мечтает стать богатым, но не делает ни материального, ни интеллектуального продвижения к этой цели. Он заменяет действие фантазией и постепенно начинает воспринимать саму мечту как достижение. Игрок, склонный к риску, имеет возможность быстро разбогатеть и столь же быстро обеднеть. Риск способен привести к крупной прибыли, но тот же механизм может уничтожить накопленное состояние. Трудолюбивый и бережливый человек, постепенно и последовательно увеличивающий свои сбережения, демонстрирует тенденцию к будущему благосостоянию. Такой путь редко приводит к мгновенному богатству, но создаёт основу для устойчивой финансовой безопасности. Амбициозный человек, готовый идти далеко, настойчивый, терпеливый и способный добиваться своих целей, демонстрирует тенденцию к власти и деньгам. Такой человек способен сохранять выбранное направление значительно дольше, чем другие уже сдаются. Человек, живущий не по средствам, тратящий больше, чем имеет, — «вечный должник», расточитель — демонстрирует тенденцию к будущему обнищанию. Даже высокий доход не спасёт человека, если его расходы постоянно превышают его возможности. Добрый, щедрый, отзывчивый и мягкий человек, готовый помогать другим, склонен приобретать любовь и уважение родственников и знакомых. Такой человек может не стать богатым, но приобретает другую форму капитала — человеческое доверие и уважение. Все перечисленные тенденции могут быть дополнены мудростью, содержащейся в известной поговорке: «Что посеешь, то и пожнёшь». Однако и эту пословицу не следует понимать механически. Иногда человек сеет труд и получает неудачу. Иногда человек почти ничего не делает и неожиданно получает огромную выгоду. Следовательно, речь идёт не о гарантии, а о тенденции.
ИНДИВИД И ОБЩЕСТВО
Человек осознаёт себя только в контексте общества, и это делает его глубоко зависимым от социальных законов. Человек не существует отдельно от окружающей среды. Он рождается в определённой стране, говорит на определённом языке, получает определённое воспитание, приобретает определённые привычки и взаимодействует с другими людьми. Даже понятие богатства формируется обществом. Для одного человека богатство означает большой дом. Для другого — возможность не работать. Для третьего — власть. Для четвёртого — свободу путешествовать. Для пятого — возможность помогать другим. Поэтому бесконечные утверждения о том, что каждый является абсолютным хозяином собственной судьбы, являются не более чем фикцией и иллюзией. Человек действительно обладает определённой степенью свободы. Но эта свобода всегда существует внутри системы ограничений, а его выбор обусловлен психологическим опытом. Мы можем выбирать между несколькими дорогами, но не можем выбрать все дороги одновременно. Мы можем изменить профессию, но не можем изменить уже прожитые годы. Мы можем заработать деньги, но не можем гарантировать, что обстоятельства не уничтожат полученный результат. Мы можем строить планы, но не можем приказать будущему исполнить их.
ЛИТЕРАТУРА О БОГАТСТВЕ
Книги вроде «Я притягиваю деньги», «Как стать богатым», «Думай и богатей» и «Чтобы стать богатым, не обязательно ходить в школу» привлекательны прежде всего своими заманчивыми названиями. Когда вы их покупаете, может происходить обратный процесс: те, кто умеет искусно фантазировать, становятся богаче, а вы — беднее. Фразы вроде: «Если ты такой умный, покажи мне свои деньги». Или: «Если хочешь стать богатым — будь богатым». И другие подобные софизмы звучат довольно забавно. Книги такого рода наполнены различными советами, которые полностью соответствуют предполагаемым правилам достижения успеха. Они интересны, занимательны и даже увлекательны. Они рисуют в нашем воображении картины будущего процветания, наполняют нас надеждами и ожиданиями и заставляют верить в возможность перемен. Но здесь возникает главный вопрос: Где заканчивается полезная мотивация и начинается самообман? Повторим ещё раз: такие книги являются всего лишь теорией. Когда мы применяем их инструкции на практике, мы получаем результат, соответствующий только нашим собственным возможностям в пределах обстоятельств, ограничивающих нашу жизнь, — и ничего более. Книга может дать идею. Она может предложить метод. Она может изменить образ мышления человека. Но она не может дать человеку чужие способности, наследство, здоровье, место рождения, связи или благоприятный исторический момент. Поэтому книга может увеличить вероятность успеха, но не способна его гарантировать.
УТОПИИ ПРОЦВЕТАНИЯ
Подобные книги писались ещё в древности. Они претендуют на то, чтобы давать практические наставления, но на самом деле обычно отражают человеческие надежды и стремления, продиктованные конкретной исторической эпохой, в которой они были написаны. Например, во времена Платона (428–347 гг. до н. э.) вокруг Средиземноморья уже существовали могущественные государства: Персидская империя и Карфаген, тогда как Рим и Греция превращались в крупные политические силы. Стремясь представить идею идеального государства, Платон написал своё знаменитое произведение «Государство». Как показала история, за более чем две тысячи лет идеальное государство так и не появилось на карте мира. Это не означает, что идеи Платона были бесполезны. Напротив, они оказали огромное влияние на развитие политической философии. Но идеал и реальность — две разные вещи. Идея может быть совершенной на бумаге и практически недостижимой в реальности. С наступлением христианской эпохи Августин Блаженный написал «О граде Божьем», отразив надежды и интеллектуальные тревоги другой исторической эпохи. Одним из наиболее выдающихся представителей эпохи Возрождения был Томас Мор, автор «Утопии». Каждая историческая эпоха создаёт собственный образ идеального общества. Люди мечтают не только о богатстве, но и о справедливости, равенстве, счастье, свободе, безопасности и гармонии. Современные ожидания породили множество гуманистических движений и литературных произведений. Такие произведения наполнены поучительными рекомендациями, но, к сожалению, могут изображать реальность в идеализированном виде. Вместо объяснения реальности они иногда способны запутать наше мышление, если мы подходим к подобной литературе без критического суждения. Гуманисты могут утверждать, что улыбка, доброта и вежливость гарантируют успех в жизни. Но достаточно посмотреть на окружающий мир, чтобы понять: добрый человек не обязательно богат, вежливый человек не обязательно успешен, а сама по себе улыбка не создаёт капитал. Доброта может способствовать формированию доверия. Вежливость может облегчать общение. Умение сотрудничать может расширять социальные связи. Но ни одно из этих качеств не является абсолютной гарантией материального успеха. Со временем возникнут новые тенденции, а эти книги останутся в прошлом как продукты определённых форм человеческого воображения. В будущем люди могут говорить о них примерно так: «В те времена люди верили, что можно стать богатым, только если быть добрым и улыбаться каждому». Подобные книги существовали и будут существовать. Для историков они, безусловно, представляют большой интерес. Они позволяют понять, чего хотели люди определённой эпохи, чего боялись, на что надеялись и каким представляли себе идеальное будущее. Но современный человек должен отличать описание желаемого мира от описания реального мира. Современные книги, предлагающие подобные «утопические уроки», часто принимаются безоговорочно, без критического анализа. Именно здесь возникает опасность. Человек начинает воспринимать красивую формулу как закон природы. Он начинает верить, что если достаточно сильно чего-то захотеть, его желание обязательно должно исполниться. Но между желанием и результатом находится огромная территория реальности. На этой территории существуют усилия, способности, конкуренция, обстоятельства, случайность, время, социальные ограничения и человеческая природа. Поэтому вопрос «Кому суждено стать богатым?» невозможно решить одной формулой. Богатство не является исключительно результатом мечты. Оно не является исключительно результатом тяжёлого труда. Оно не является лишь следствием удачи. И оно не является исключительно результатом силы воли. Богатство возникает на пересечении множества причин, одними из которых человек способен управлять, тогда как другие остаются за пределами его контроля. Человек может подготовиться к возможности, но не может гарантировать, что эта возможность появится. Он может воспользоваться благоприятным моментом, но не может создать все обстоятельства, которые породили этот момент. Он может увеличить вероятность успеха, но не может превратить вероятность в абсолютную необходимость. Поэтому популярное выражение «У каждого своя судьба» содержит значительно больше смысла, чем может показаться на первый взгляд. Именно поэтому разумнее не обещать всем богатство, а изучать те закономерности, которые увеличивают или уменьшают вероятность его достижения. В конечном счёте никто не способен полностью управлять собственной судьбой, поскольку сам выбор обусловлен предшествующими причинами. Однако если человек выбирает другой путь в жизни, он не обязательно выходит за пределы своей судьбы; он просто следует по другому пути, который сам возник из его предыдущих обстоятельств и психологического опыта. Такой человек предрасположен к тому, чтобы совершить подобную перемену. Иными словами, сама способность измениться является частью его судьбы. Человек не может приказать миру предоставить ему возможности, которых не существует в пределах его реальности. В этом заключается фундаментальное различие между рациональным стремлением к богатству и утопической верой в его неизбежность. Богатство возможно, но оно не гарантировано. Успех достижим, но он определяется не одним лишь желанием. Человек способен выбирать направление движения, но не способен отменить все обстоятельства, окружающие его жизнь. И, возможно, это наиболее реалистичный ответ на вопрос, с которого мы начали наше рассуждение: Человек становится богатым не просто потому, что хочет этого сильнее всех остальных, а потому, что его способности, действия и благоприятные обстоятельства в определённый момент совпадают таким образом, что возникшая возможность действительно превращается в результат.

УСПЕХ, ОБСТОЯТЕЛЬСТВА И ПРЕДОПРЕДЕЛЁННОСТЬ ВЫБОРА
Каждое успешное начинание сопровождается определёнными составляющими успеха. Однако было бы ошибкой предполагать, что вера, решимость, всепоглощающее желание, настойчивость и терпение сами по себе способны превратить любое начинание в успешное предприятие. Если приписать все эти качества человеку, который с самого начала взялся за дело, не имеющее перспектив, то, несмотря на чрезмерные усилия, мы можем получить лишь неудачу. Отсюда следует важный вывод: прежде всего должна существовать жизнеспособная идея, а также реальные средства и возможности для её осуществления. Вера, настойчивость, терпение, решительность и все остальные психологические качества становятся эффективными только после того, как уже существует объективная возможность достижения желаемого результата. Они могут укрепить перспективное начинание, но не способны создать перспективу там, где её объективно нет. Иными словами, сначала должна существовать возможность успеха, и только затем появляется пространство для проявления личных качеств. Представим, например, что вы владеете фабрикой по производству алкогольных напитков и пытаетесь заработать большие деньги, экспортируя свою продукцию в Объединённые Арабские Эмираты. Вы можете быть чрезвычайно предприимчивым человеком, обладать огромным желанием разбогатеть, каждый день убеждать себя, что обязательно добьётесь успеха, нанять лучших специалистов и потратить значительные суммы на организацию экспорта. Но если законы и действующие социальные нормы не позволяют реализовать вашу идею в задуманной форме, ваши психологические качества не смогут устранить это препятствие. В Объединённых Арабских Эмиратах существуют строгие правила, регулирующие оборот алкоголя, а его распространение связано с лицензированием и другими правовыми ограничениями. Таким образом, у всего есть свой предел, своё место и своё время. Мы не можем добиться результата только потому, что очень сильно этого хотим. Иными словами, успех сопутствует перспективному начинанию. Если кто-то хочет продавать катапульты, способные метать камни, чтобы сбивать реактивные самолёты в африканских странах, вряд ли такое предприятие окажется успешным. Можно сколько угодно верить в эту идею, проявлять настойчивость, убеждать других в её гениальности и постоянно повторять себе, что успех неизбежен. Но сама идея не соответствует реальным потребностям или технологической действительности. Поэтому спросите любого человека, обладающего достаточным жизненным опытом, как добиться успеха, и, скорее всего, он ответит примерно следующее: «Начните дело, которое востребовано в настоящий момент или может стать популярным в будущем, если оно действительно необходимо людям, и обладайте необходимыми ресурсами — как материальными, так и психологическими, то есть соответствующим характером, темпераментом, знаниями и способностями, — чтобы воплотить его в жизнь. Тот, кто пробует, прилагает усилия, учится на собственных и чужих ошибках, падает, поднимается и продолжает настойчиво двигаться к цели, имеет шанс добиться успеха». Слово «шанс» здесь особенно важно. Даже сочетание перспективной идеи, достаточных ресурсов и соответствующих личных качеств не превращает успех в абсолютную гарантию. Оно лишь значительно увеличивает вероятность успеха. Между возможностью и результатом всегда остаётся пространство, заполненное обстоятельствами, которыми человек не способен полностью управлять. Именно это обстоятельство мы считаем фундаментальным.
ИСКУССТВО УБЕЖДЕНИЯ
Хотя из необычных книг о достижении богатства и успеха можно чему-то научиться, первое, чему из них можно научиться, — это искусству убеждения. Именно в этом заключается та сила превосходства, о которой мы говорили ранее. Автор книги может обладать выдающейся способностью воздействовать на сознание читателя. Он выбирает убедительный язык, приводит отдельные примеры успешных людей, рассказывает истории стремительного обогащения и создаёт впечатление закономерности там, где на самом деле существует множество неизвестных факторов. Вооружённые такой силой убеждения, авторы способны убедить читателей, что их советы действительно способны творить чудеса. И тогда происходит нечто особенно интересное: читатель покупает следующую книгу, следующий курс, следующий набор рекомендаций, а автор приобретает известность и деньги. Таким образом, иногда наиболее успешным продуктом подобных книг является не метод обогащения, а вера читателя в существование универсального метода обогащения. Возникает парадоксальная ситуация: человек читает книгу о том, как стать богатым, тогда как первым богатеет тот, кто эту книгу написал.
КАК ЛЮДИ СТАНОВЯТСЯ БОГАТЫМИ
Человек может стать богатым, унаследовав деньги. Удача может прийти к тому, кто случайно оказался в нужном месте в нужное время. Богатство может быть результатом предпринимательского таланта, высокой профессиональной компетентности, удачной инвестиции, политической или социальной ситуации, семейных связей или сочетания обстоятельств. Амбиции человека могут сделать его богатым, как и его готовность поставить на карту собственное здоровье, безопасность и благополучие — а иногда и здоровье, безопасность и благополучие своих близких. Иногда богатство достигается благодаря крайней рациональности поведения, когда человек постоянно руководствуется принципом: бизнес есть бизнес. В таком случае дружба и любовь могут отодвигаться на второй план, милосердие и сострадание притупляться, а личная выгода становиться главным критерием. Однако уточним: такой человек вовсе не обязательно должен выглядеть открытым эгоистом. Напротив, проявления доброты могут оказаться полезными инструментами на пути к богатству. Семья может быть важным фактором продвижения человека по карьерной лестнице. Благотворительность также способна создавать положительный общественный образ. Умение быть вежливым, внимательным и отзывчивым может способствовать установлению полезных социальных связей. Таким образом, внешняя дружелюбность и внутренняя мотивация человека далеко не всегда совпадают. Представим доброго человека, который помогает другим, не ожидая личной выгоды, ценит дружбу и любовь выше деловых отношений, часто уступает, скромен, не демонстрирует своё эго, не стремится доминировать над другими и не готов переступать через людей ради личного продвижения. Скажите: каковы шансы такого человека стать действительно богатым? Мы не утверждаем, что такой человек обязательно останется бедным. Он может стать богатым благодаря наследству, счастливому стечению обстоятельств, профессиональному таланту или совершенно неожиданной возможности. Но именно это подтверждает нашу мысль: личные качества определяют не всё, а лишь определённую часть вероятности конкретного результата.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ВАЖНЕЕ ЖЕЛАНИЯ
Черты характера лишь указывают на определённые жизненные тенденции и не являются абсолютными определителями успеха. Гораздо более важную роль играют обстоятельства, окружающие нашу жизнь. Человек может обладать огромным желанием разбогатеть, но родиться в условиях, где доступ к образованию, капиталу, социальным связям и возможностям ограничен. Человек может обладать высоким уровнем интеллекта, но оказаться в среде, где интеллектуальные способности не ценятся. Кто-то может иметь прекрасные физические способности, но не иметь возможности получить необходимую спортивную подготовку. Человек может быть исключительно предприимчивым, но родиться в стране или историческую эпоху, где предпринимательская деятельность сильно ограничена. Следовательно, человека нельзя рассматривать отдельно от среды, в которой он существует. Среди основных обстоятельств, формирующих нашу судьбу, можно выделить три большие группы: Место рождения, связанные с ним возможности и материальное положение семьи; Воспитание и образование; Пол и физическое состояние. К этим факторам можно добавить множество других обстоятельств: исторический период, экономическое состояние общества, политическую систему, состояние рынка труда, доступ к информации, социальные связи, случайные встречи, здоровье и бесчисленное множество других факторов. Но даже перечисленные выше три группы уже показывают, насколько ограниченной является идея полного контроля человека над собственной судьбой.
СЕМЬЯ И ВОСПИТАНИЕ
Следует отметить, что наличие денег в семье не всегда является гарантией положительного развития ребёнка. В значительной степени здоровое развитие зависит от характера, уровня образования и интеллекта самих родителей, а также от их отношения к ребёнку и друг к другу. Некоторые утверждают: «Всё зависит от самого ребёнка. Хорошие дети могут вырасти и в неблагополучных семьях». Конечно, исключения существуют. Но исключение не отменяет общей закономерности. Представим следующую ситуацию: мать и отец постоянно пьют, ссорятся, унижают друг друга, ведут себя агрессивно, избивают детей или постоянно их наказывают. Что именно впитает ребёнок? Если рядом нет никого, кто мог бы показать другую модель поведения, ребёнку будет чрезвычайно трудно самостоятельно сформировать альтернативную модель. Ребёнок не рождается с готовой системой социальных представлений. Он наблюдает, подражает, сравнивает. Постепенно он воспринимает окружающий мир как норму. Основные модели поведения формируются в детстве и могут сохраняться на протяжении многих лет: детский сад, школа, улица, друзья, увлечения, отношения с родителями, первые успехи и первые поражения. Даже то, что взрослому кажется незначительным, может стать для ребёнка важнейшим жизненным уроком.
ТЕМПЕРАМЕНТ И СУДЬБА
Темперамент, частично обусловленный генетическим наследованием от родителей, играет важную роль в жизни человека, но не является ни единственным, ни, тем более, главным фактором. Возьмём холерический темперамент — наиболее энергичный и импульсивный тип в классической типологии. Такой человек быстро реагирует на жизненные вызовы, способен принимать решения под давлением и часто добивается успеха в нестабильных ситуациях. Он может хорошо адаптироваться во время кризисов, в военной среде, экстремальных обстоятельствах и ситуациях, где необходимо демонстрировать авторитет. Но та же скорость реакции может стать его слабостью. Холерику может не хватать вдумчивости, терпения и способности анализировать последствия решений на длительном отрезке времени. Он может быстро выиграть конкретную ситуацию, но проиграть в долгосрочной перспективе. Стабильность и социальный порядок могут быть для него менее благоприятными, поскольку в таких условиях успех определяется не только личными качествами, но также деньгами, связями, образованием, репутацией и социальным положением.
САНГВИНИК
Второй тип темперамента — сангвиник. Представители этого типа обычно являются приятными, общительными, эмоционально открытыми людьми, склонными к мягкому характеру. Они выражают себя скорее внешне, чем внутренне, что иногда может приводить к недостаточной рефлексии. Тем не менее именно благодаря дружелюбию, способности устанавливать контакты и поддерживать отношения они могут получать поддержку более влиятельных покровителей. В определённых социальных условиях это может стать огромным преимуществом. Человек может быть не самым умным или трудолюбивым членом группы, но если он умеет вызывать доверие и поддерживать отношения, его социальные возможности могут оказаться значительно шире.
ФЛЕГМАТИК
Третий тип темперамента — флегматик. Главной характеристикой человека с таким темпераментом является способность сохранять относительное равновесие между внутренним и внешним мирами. Такой человек вдумчив и расчётлив и стремится находить гармонию как в отношениях с другими, так и внутри себя. Он не так быстр, как холерик или сангвиник, и поэтому может проигрывать им в ситуациях, требующих немедленной реакции. Но в долгосрочной перспективе его преимущества становятся более очевидными. Основная энергия такого человека направлена на глубокое размышление, анализ и планирование, что иногда уменьшает внешние проявления активности. Такой человек способен добиться успеха там, где требуются тщательное распределение ресурсов, последовательность и выносливость. Он может стать хорошим политиком, руководителем или стратегом, поскольку умеет искать компромисс и находить золотую середину.
МЕЛАНХОЛИК
Меланхолик — четвёртый тип темперамента. Его представитель часто находит себя в точных науках, аналитической работе и деятельности, требующей тщательности, настойчивости и высокой концентрации. Он любит уединение, не отличается особой разговорчивостью и склонен быть более сосредоточенным на своём внутреннем мире. Человек с таким темпераментом может стать прекрасным учёным, финансистом, программистом, аналитиком или исследователем. Слабость в одной области одновременно может быть преимуществом в другой. Как видно из сказанного выше, темперамент в определённой степени может влиять на сферу деятельности, в которой человеку легче реализовать свои способности. Представим, что мрачный меланхолик неожиданно становится политическим лидером, а волевой холерик полностью посвящает себя философии. Мы можем сразу заметить определённое несоответствие между темпераментом и предполагаемым призванием и сказать: «Перестань притворяться. Будь собой!» Но и здесь следует избегать крайностей. Темперамент — не приговор. Он лишь создаёт определённые тенденции, которые человек способен частично компенсировать посредством воспитания, образования, опыта и сознательной работы над собой.
ЗНАНИЯ КАК ОСНОВА ВОЗМОЖНОГО УСПЕХА
Чтобы приобрести базу знаний, необходимую для возможного успеха, важно изучать такие дисциплины, как социология, мораль и право, экономическая теория, финансы, бухгалтерский учёт, маркетинг и другие. Это необходимо для того, чтобы человек не отрывался от реальности и был способен трезво оценивать ситуацию и действовать адекватно. В противном случае как человек может добиться успеха, если он обладает ограниченным интеллектуальным потенциалом, недостаточными физическими способностями для профессионального спорта, не имеет лидерских качеств, не обладает стартовым капиталом и не понимает, как работает финансовая система? Если человек не знаком с документацией, необходимой для ведения бизнеса, и не имеет влиятельных знакомых, родственников или друзей, возможно, ему стоит отложить в сторону фантастические книги о том, «как стать богатым», и начать работать над собой. Ему необходимо приобрести знания. Развить свои способности. Понять свои реальные сильные и слабые стороны. Определить сферу, в которой эти сильные стороны могут быть использованы. И только после этого искать возможности для их реализации. Всё остальное, возможно, последует естественным образом.

ИЛЛЮЗИЯ СВОБОДЫ ВЫБОРА
Многие современные авторы строят свои книги вокруг темы «свободы выбора», и подобные книги в изобилии можно найти на полках книжных магазинов. Возьмём несколько примеров: «Как завоёвывать друзей и оказывать влияние на людей», «Как стать личностью», «Формула успеха», «Как заработать большие деньги без стартового капитала» и другие. Авторы подобных книг часто основывают свои рассуждения на ситуативных примерах. Они берут конкретный случай, в котором определённое действие привело к определённому результату, а затем создают у читателя впечатление, будто этот случай представляет собой универсальную закономерность. Но отдельный пример ещё не является законом. Человек может добиться успеха определённым способом, но это не означает, что любой другой человек, повторив его действия, получит тот же результат. Почему? Потому что исходные условия различны. На наш взгляд, именно здесь возникает главная ошибка подобных теорий.
МАКСИМА ПОВЕДЕНИЯ
При совершении выбора человек руководствуется максимами поведения, которые разум выводит из обстоятельств. Например, если человек следует максиме: «Относись к другим так, как хочешь, чтобы они относились к тебе», то намерения, лежащие в основе его действий, даже без применения специальных психологических техник, прежде всего будут казаться ему самому справедливыми и правильными. Если человек постоянно стремится получать личную выгоду за счёт других, он в конечном итоге столкнётся с сопротивлением общества и собственной совести. Никакая психология манипуляции не способна полностью устранить это противоречие. Более того, книги такого рода иногда могут поощрять безнравственное поведение. Вооружившись техниками влияния на других людей, некоторые начинают использовать психологические методы исключительно для получения ситуативных преимуществ, не учитывая последствий. Мы считаем чрезвычайно важным, чтобы наши действия содержали отголоски нравственных максим и приносили пользу как отдельному человеку, так и обществу.
СВОБОДА ВЫБОРА И НРАВСТВЕННОСТЬ
Свобода выбора — это интеллектуальная способность человека изменять характер своих намерений, например превращать злые намерения в добрые. Оценка, которую общество даёт нашим действиям, может не совпадать с характером намерений, лежащих в их основе. Но это не изменяет сущности нашего внутреннего состояния. Даже если действия, первоначально мотивированные злыми намерениями, общество интерпретирует как добрые, в глубине души мы можем чувствовать, что изменилось лишь отношение людей к нам, а не наша собственная сущность. Например, сожжение еретиков на костре в Средние века могло восприниматься исполнителями как действие, мотивированное благими намерениями — защитить Церковь и людей от влияния тех, кого считали еретиками и неприятными Богу. Последствия подобных действий также считались многими людьми необходимыми и правильными. В современном мире такие действия, независимо от того, исходили ли они из благих намерений или нет, осуждаются обществом как преступные. Следовательно, общество оценивает наши действия в соответствии с обычаями, предрассудками и законами конкретного места и исторического периода. Поэтому самостоятельно мы можем оценивать прежде всего свои намерения как добрые или злые, правильные или неправильные. Окончательная же общественная оценка наших действий будет дана другими людьми.
СХЕМА ПРЕДОПРЕДЕЛЁННОСТИ ВЫБОРА ДЕЙСТВИЙ
Два человека оказываются в совершенно одинаковой ситуации. Перед ними возникает выбор: один совершает преступление, а другой воздерживается от него. Каждый действует индивидуально, принимая решение на основании своего жизненного опыта, воспитания, характера, темперамента и внутреннего состояния. Таким образом, каждый человек предрасположен сделать именно тот шаг, который диктуется его жизненным опытом и личными обстоятельствами. Если предположить, что человек действует совершенно произвольно, это означало бы, что его выбор вообще не зависит от воспитания, характера, темперамента или прошлого опыта. Тогда человек был бы подобен траве, которая сгибается в разные стороны под порывами ветра, а его жизнь определялась бы исключительно внешними обстоятельствами. Более того, если выбор не связан с вашей личностью, то фактически он не является вашим. Каждый делает собственный выбор, но этот выбор тесно связан с качествами человека и его положением в обществе. Человек действует в соответствии с необходимостью, и, согласно нашей концепции, его выбор полностью предопределён. Причина и следствие управляют всей нашей жизнью. Мы не можем изменить прошлое, поскольку не способны разорвать цепь предшествующих действий. Мы также не можем непосредственно изменить будущее, которое станет следствием настоящего. Мы можем пытаться влиять на настоящее, но даже наши попытки уже являются результатом предшествующего опыта. Именно поэтому возникает парадокс: Человек ощущает себя свободным именно потому, что не способен увидеть всю цепь причин, которая привела его к определённому выбору.
СХЕМА ПРИЧИНЫ И СЛЕДСТВИЯ
ОТЕЦ — СЫН — ВНУК
Внутри цепи причин и следствий разрыв невозможен. В природном мире, в отличие от интеллектуального мира, всё имеет причину, и не существует ничего полностью произвольного, независимого и безусловного. Каждое событие является продолжением предшествующего состояния системы. Если мы видим лишь один момент, нам кажется, что он возник случайно. Но если мы способны проследить всю цепь событий, случайность постепенно превращается в закономерность, которую мы просто не замечали раньше.
СЧАСТЬЕ КАК ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ
Каждый человек по своей природе стремится к счастью. Счастье не является непрерывным состоянием эйфории. Скорее это нематериальная идея состояния покоя или радости, богатства, красивой жизни, славы, уважения, свободы, любви и многого другого. Для одного человека счастье может заключаться в богатстве; для другого — в семье; для третьего — в научном открытии; для четвёртого — в свободе; для пятого — в признании со стороны других. Поэтому счастье невозможно измерить по точным и универсальным критериям. Это идея, заложенная в нас природой, которой каждый человек придаёт собственное содержание и через которую стремится реализовать своё представление о желаемой жизни. Все наши действия, иногда кажущиеся абсурдными или противоречивыми, в конечном итоге ведут к некоторой цели, за которой стоит наше представление о счастье. С самого раннего возраста мы впитываем социальные ценности. Разум постоянно сканирует обстоятельства нашей жизни, сравнивает людей, события и возможности и постепенно формирует собственную картину желаемого будущего. По отношению к идеям, лежащим в основе нашего существования, разум часто действует интуитивно. Он суммирует доступные нам обстоятельства и приходит к определённому выводу, который затем влияет на направление наших будущих предпочтений.
ДЕТСКАЯ МЕЧТА
Как бы странно это ни звучало сегодня, в советскую эпоху В. И. Ленин являлся для многих людей моральным и интеллектуальным авторитетом. Один наш знакомый однажды сказал: «Когда я был ещё ребёнком, я мечтал стать похожим на Ленина. Со временем я отказался от этой мечты, считая её всего лишь продуктом детской фантазии, хотя идея стать похожим на Ленина бессознательно направляла всю мою жизнь. Она была маяком, который притягивал меня и заставлял отдавать предпочтение одному выбору перед другим. В краткосрочной перспективе мои действия казались мне не только несовершенными, но в некоторых случаях даже ужасными. В то время я не мог знать, что мой разум выбирал из доступных вариантов те, которые лучше всего соответствовали моей бессознательной цели. Сегодня, оглядываясь назад, я понимаю, что если бы моя детская мечта была другой — например, стать богатым, как Генри Форд, — возможно, я достиг бы большего в материальном отношении. А возможно, и нет». Эта история показывает, насколько глубоко идея, сформировавшаяся в детстве, может влиять на человека. Человек может забыть свою первоначальную мечту, перестать говорить о ней и воспринимать её как детскую фантазию, однако сама структура его стремлений может продолжать двигаться в том же направлении.
ВОСПИТАНИЕ МЕЧТЫ
Если ребёнок с раннего возраста впитывает идею богатства или роскошной жизни, но не имеет материальных ресурсов и возможностей для её реализации, он может прибегнуть к крайностям просто для того, чтобы воплотить эту привлекательную, а иногда и бессознательную идею богатства в жизнь. Поэтому с раннего возраста детей следует воспитывать в окружении моральных авторитетов и конструктивных идеалов. Например, мечта стать президентом требует значительных физических усилий, интеллектуального развития, лидерских качеств, хорошего образования, способности общаться с людьми, умения принимать решения и многих других полезных качеств. Даже если человек никогда не станет президентом, сама мечта может заставить его развиваться. Она становится движущей силой образования, дисциплины и самосовершенствования. Идея богатства или «красивой жизни», усвоенная ребёнком в детстве, может привести к совершенно иному результату. Если богатство воспринимается исключительно как возможность удовлетворять собственные желания, человек постепенно может стать эгоистичным, жадным и корыстным. В другом случае идея «красивой жизни» может превратить человека в любителя вечеринок или расточителя. А если он не способен реализовать эту идею законными средствами, она потенциально может подтолкнуть его к преступлению. Следовательно, проблема заключается не только в самой мечте, но и в её нравственном содержании.

МЕЧТА КАК СКРЫТАЯ ДВИЖУЩАЯ СИЛА
Человеческие поступки — плохие или хорошие, полезные или вредные, рациональные или бессмысленные — могут вести к той мечте, которую разум сформировал в детстве. Человек может никогда её не достичь, но она всё же в большей или меньшей степени определяет характер его действий. Когда мы советуем кому-либо изменить что-то в своей жизни, даём различные рекомендации и надеемся, что человек им последует, мы часто забываем о «великой» цели — достижении счастья, — которая удерживает нас на выбранном пути. Каждый идёт к нему собственной дорогой. И для каждого человека счастье имеет свой облик. Один видит счастье в богатстве, другой — в любви, третий — в уважении, четвёртый — в свободе, пятый — в служении обществу. Поэтому универсального рецепта счастья не существует.
МЕЧТА НАРОДА
Более того, такая путеводная звезда существует не только для отдельного человека, но и для целого народа. Когда она из бессознательной идеи превращается в ясно сформулированную цель, народ объединяется общей устремлённостью к её достижению и становится нацией. Таким образом, коллективная идея может выполнять ту же функцию, что и личная мечта. Она объединяет множество людей, заставляет их жертвовать настоящим ради будущего и формирует политические движения, культурные проекты и исторические процессы. Народ может долгое время существовать с бессознательным представлением о желаемом будущем. Но когда это представление получает чёткое выражение, оно превращается в политическую или социальную цель. И тогда начинается движение.
СУДЬБА И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
Следовательно, многое в нашей жизни зависит от обстоятельств — как благоприятных, так и неблагоприятных, как внутренних, так и внешних. Именно совокупность этих обстоятельств определяет возможности человека стать богатым. Нам лишь кажется, что мы действуем так, как хотим. В действительности весь психологический опыт, накопленный до момента действия, направляет наш выбор. Мы не выбираем из бесконечного числа возможностей. Мы выбираем из тех возможностей, которые способны увидеть, понять и принять. А наша способность увидеть возможность сама формируется предыдущим опытом. Таким образом, человек может испытывать ощущение свободы выбора и одновременно оставаться связанным огромной системой причин и обстоятельств. Здесь мы сталкиваемся с одной из наиболее сложных философских проблем. Если практический выбор человека предопределён, а человек способен прежде всего изменять характер своих намерений — добрых или злых, — тогда каким образом вообще возможны социальная свобода, моральная ответственность и этический выбор? Этот вопрос выходит далеко за пределы проблемы богатства. Он касается самой основы человеческого существования. Поэтому в следующей теме нам необходимо рассмотреть, каким образом свобода и ответственность за человеческие действия могут существовать при наличии причинной предопределённости.



ЗАВИСИМОСТЬ СУДЬБЫ ОТ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

«Судьба ведёт желающего и тащит нежелающего». — Клеанф, древнегреческий философ, III век до н. э.

СУДЬБА КАК ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННАЯ СВЯЗЬ
Древние греки понимали судьбу не просто как мистическую силу, управляющую человеческой жизнью. Во многих философских трактовках судьба была тесно связана с необходимостью и причинностью — с представлением о том, что события возникают из предшествующих условий и что каждое действие, в свою очередь, становится причиной последующих событий. С этой точки зрения нет необходимости обращаться к суевериям. Вместо этого возникает рациональная идея: человек не может произвольно изменить то, что уже стало результатом определённого сочетания причин. Мы можем изменить своё отношение к происходящему. Мы можем действовать, сопротивляться, приспосабливаться и пытаться влиять на окружающий мир. Однако и наши действия сами становятся частью цепи причин и следствий. Это приводит нас к одному из самых сложных вопросов человеческого существования: Насколько свободен человек в определении собственной судьбы? Каждый день нам кажется, что мы выбираем между несколькими возможностями. Мы решаем, куда пойти, с кем поговорить, какую профессию выбрать, вступать ли в брак, иметь ли детей, принять ли какое-либо предложение, покупать ли что-либо или начинать ли определённое дело. Однако за каждым выбором стоят предшествующие обстоятельства: воспитание, образование, характер, физическое состояние, прошлый опыт, социальное окружение, финансовое положение, отношения с другими людьми, случайные встречи и бесчисленное множество других факторов. Поэтому свобода выбора может быть значительно более ограниченной, чем нам кажется. Мы выбираем, но сам выбор не возникает из ничего. Он возникает из определённого состояния человека, взаимодействующего с определённым состоянием окружающего мира. Именно эту зависимость мы и предлагаем исследовать.
ДРЕВНИЙ ЧЕЛОВЕК И ЖИВАЯ ПРИРОДА
Культура Древней Греции во многих отношениях отличалась от современной культуры своим отношением к окружающему миру. Для древнего человека природа была не просто безжизненным механизмом, существующим исключительно для удовлетворения человеческих потребностей. Ручьи, леса, рощи, горы и луга могли восприниматься как части живого и наполненного смыслом мира. Человек не обязательно считал себя абсолютным хозяином природы. Скорее, он воспринимал себя участником более великого порядка. Это различие имеет большое значение. Современный человек благодаря развитию науки и технологий приобрёл чрезвычайные возможности воздействовать на окружающую среду. Мы преобразуем ландшафты, используем энергию, создаём сложные машины, преодолеваем огромные расстояния и вмешиваемся в природные процессы. Постепенно это способствовало восприятию природы как чего-то, что можно измерять, рассчитывать, контролировать и использовать. Древнее сознание, как правило, было более осторожным. Человек осознавал свою зависимость от сил, значительно превосходящих возможности отдельной личности. Древние греки представляли многие из этих сил посредством богов, судьбы, необходимости и мифологических образов. Боги могли наказывать высокомерие, гордыню и попытки поставить себя выше установленного порядка. Таким образом, древняя культура содержала важное понимание: человек не является абсолютной мерой всего существующего. Ни один человек не может нарушить порядок реальности без последствий. Разумеется, греческая мифология не объясняла законы природы в современном научном смысле. Тем не менее мифологическое сознание иногда с удивительной психологической точностью выражало наблюдение, которое остаётся актуальным и сегодня: человек не способен контролировать всё, что с ним происходит.
ОТ ДРЕВНЕГО РЕАЛИЗМА К СОВРЕМЕННОМУ ИНДИВИДУАЛИЗМУ
Современная культура пошла по другому пути. Вместо преимущественно коллективного и мифологического восприятия реальности современные общества всё в большей степени развивали индивидуалистическое понимание человеческого существования. Современное произведение искусства часто воспринимается прежде всего как выражение индивидуального видения художника. В этом развитии есть огромное преимущество. Оно открыло культурное пространство для бесчисленного множества людей, позволяя им выражать свои способности и таланты. Художнику, писателю или музыканту больше не обязательно воспроизводить единственный официально признанный образ мира. Он может создавать индивидуальную интерпретацию реальности и выражать личные переживания, фантазии, страхи, желания и убеждения. Однако вместе с этим изменилось и отношение человека к реальности. Современное произведение искусства не обязательно должно быть реалистичным. Оно может быть субъективным, символическим, странным, абстрактным или намеренно непонятным. Его ценность может заключаться именно в его индивидуальности. Один человек может увидеть в таком произведении гениальность, другой — бессмыслицу, а третий — выражение внутреннего мира художника. Таким образом, современная культура значительно расширила возможности индивидуального самовыражения. Но одновременно она усилила тенденцию воспринимать отдельного человека как автономный центр существования. Из этой тенденции возникает популярная идея: «Каждый человек — архитектор собственной судьбы». На первый взгляд этот принцип привлекателен. Он обещает почти неограниченную свободу: если человек достаточно настойчив, умён, дисциплинирован и целеустремлён, то, как предполагается, он способен создать любое желаемое будущее. Однако жизненный опыт заставляет относиться к этому утверждению с осторожностью. Человек может приложить огромные усилия и всё же не добиться желаемого результата. Другой человек может достичь успеха, приложив сравнительно небольшие усилия. Один человек рождается в благоприятных обстоятельствах; другой — в бедности, конфликте или лишениях. Один получает сильную поддержку семьи и общества; другой с детства сталкивается с препятствиями. Поэтому обстоятельства нельзя исключать из серьёзного анализа человеческой судьбы.
ЧЕЛОВЕК И НЕУМОЛИМАЯ СУДЬБА
Древние греки с большой проницательностью наблюдали зависимость человека от сил, превосходящих его индивидуальную волю. В их мировоззрении человек существовал в объятиях неумолимой судьбы. Для современного сознания такое мировоззрение может показаться чрезмерно пессимистичным. Современная культура, напротив, склонна подчёркивать самореализацию, личный успех, автономию и способность каждого человека изменить собственную жизнь. Но полностью ли соответствует эта оптимистическая картина реальности? Если бы человек был способен полностью контролировать свою судьбу, почему тогда существуют трагические несчастные случаи, тяжёлые обстоятельства, стихийные бедствия, войны, экономические кризисы, неожиданные болезни и внезапная смерть? Почему один человек сталкивается с благоприятной последовательностью обстоятельств, тогда как другой — с разрушительной? Простого ответа нет. Тем не менее мы можем предположить, что судьбу не обязательно понимать как отдельную мистическую силу. Её можно рассматривать как результат огромного количества взаимодействующих причин, многие из которых находятся вне контроля отдельного человека. В этом смысле судьба становится не противоположностью логики, а одним из следствий причинности.
МИФ О НАРЦИССЕ
Чтобы глубже понять человеческую природу, обратимся к древнегреческому мифу о Нарциссе. Согласно наиболее известной версии этой истории, Нарцисс обладал необыкновенной красотой. Многие желали его любви, но он оставался равнодушным к ним. Когда нимфа Эхо влюбилась в него, он отверг её. Эхо постепенно угасла, и от неё остался лишь её голос. Те, кого отверг Нарцисс, пожелали ему наказания, и Немезида услышала их просьбу. Однажды, возвращаясь с охоты, Нарцисс подошёл к чистому источнику и увидел своё отражение в воде. Он был заворожён этим образом и уже не мог от него оторваться. Нарцисс стал пленником собственного отражения. Он не мог обладать объектом своей любви, потому что этим объектом был он сам. Таким образом, его желание превратилось в замкнутый круг, из которого не было выхода. В конце концов Нарцисс умер, и, согласно мифу, на месте его смерти вырос цветок. Эта история приобрела огромное значение в истории западной мысли, поскольку может быть истолкована как символическое изображение чрезмерной сосредоточенности человека на самом себе. Нарцисс становится образом человека, оказавшегося в плену собственного «Я».
ЭГО И ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ОДИНОЧЕСТВО
Мы предлагаем рассмотреть этот миф не просто как историю о тщеславии, а как образ более широкого психологического процесса. Человек постоянно сравнивает себя с другими. Он стремится к признанию, любви, дружбе, уважению, принадлежности и социальному значению. Человек узнаёт что-то о себе через других людей. Он сталкивается с самим собой в их реакциях: его любят или отвергают, уважают или презирают, принимают или исключают. Таким образом, между внутренним образом человека и реакцией окружающего мира постоянно существует напряжение. Если человек считает себя чрезвычайно значимым, тогда как окружающее общество оценивает его иначе, может возникнуть внутренний конфликт. И наоборот, если человек постоянно получает сигналы о том, что он бесполезен, непривлекателен, неспособен или никому не нужен, эти переживания постепенно могут войти в его представление о самом себе. Именно здесь изоляция от других людей может стать особенно опасной. Когда человек теряет значимые связи с окружающими, его собственную интерпретацию себя становится всё труднее корректировать посредством обычного социального взаимодействия. Человек начинает жить внутри всё более замкнутой психологической системы.
О САМОУБИЙСТВЕ И ПРЕДЕЛАХ СУЖДЕНИЯ
На протяжении истории общества нередко относились к самоубийству с исключительной строгостью. В некоторых культурах людей, умерших в результате самоубийства, лишали обычных погребальных обрядов или считали морально осуждёнными. Современное понимание этой проблемы значительно сложнее. Самоубийство нельзя свести к одной-единственной причине, так же как нельзя в каждом случае объяснить его эгоизмом, слабостью или желанием наказать других. Суицидальное поведение может быть связано с тяжёлыми психологическими страданиями, психическими расстройствами, травматическим опытом, социальной изоляцией, чувством безнадёжности, межличностными кризисами или сочетанием множества факторов. Тем не менее остаётся важный философский вопрос: Что происходит, когда внутренний образ человека оказывается глубоко оторванным от окружающей его реальности? В состоянии крайнего отчаяния внимание человека может настолько сосредоточиться на собственных страданиях, что остальной мир становится психологически недоступным. Человек может временно утратить способность воспринимать последствия своей смерти для тех, кто его любит. Это не означает, что самоубийство следует просто трактовать как эгоизм. Подобное суждение было бы психологически неадекватным и морально опасным. Человек, переживающий суицидальный кризис, может испытывать глубокое сужение сознания, при котором альтернативы, видимые другим людям, практически становятся для него невидимыми. Тем не менее последствия для других остаются реальными. Смерть близкого человека не заканчивается самой смертью. Она может оставить родителей, детей, партнёров, родственников и друзей с горем, которое продолжается годами или даже всю оставшуюся жизнь. В некоторых отдельных случаях суицидальные мысли также могут включать фантазии о том, чтобы наконец доказать свою значимость, выразить гнев, сообщить о невыносимой боли или заставить других признать глубину своих страданий. Однако это не следует считать универсальным объяснением. Человеческие мотивы обычно сложнее одной психологической формулы. Философское значение этой проблемы заключается в другом. Человек может настолько погрузиться в собственную внутреннюю реальность, что временно утратит ощущение своей принадлежности к более широкому человеческому миру. Поэтому восстановление этой связи имеет фундаментальное значение. Любовь к другим людям не устраняет страдания, но способна вернуть человеку осознание того, что его существование связано с существованием других. Его жизнь не является изолированным объектом, принадлежащим исключительно ему самому. Она участвует в сети отношений. Именно поэтому поддержка, общение, психологическая помощь и человеческая связь могут иметь решающее значение в периоды крайнего отчаяния. Поэтому проблема самоубийства требует не осуждения, а попытки понять сложные обстоятельства, которые приводят человека к состоянию, в котором смерть начинает казаться единственной оставшейся возможностью.
РАЗУМ И «РАЗРУШИТЕЛЬНАЯ ИДЕЯ»
Здесь мы подходим к центральной части нашего рассуждения. Человек живёт не только в мире физических объектов. Он также живёт в мире идей. Из фактов, впечатлений, воспоминаний, переживаний, отношений и социальных взаимодействий постепенно формируется представление человека о самом себе. Мы не просыпаемся каждое утро и сознательно не создаём заново свою личность с самого начала. Мы просто ощущаем себя самими собой. В этом смысле идея «Я» обладает для человеческого сознания непосредственным и глубоко укоренённым характером. Разум постоянно обрабатывает информацию. Он соединяет отдельные события, сравнивает переживания, выявляет закономерности и формирует более общие представления. Таким образом, разрушительный вывод может возникать постепенно. Это может быть не одна мысль, сознательно выбранная человеком. Скорее, он может стать результатом длительного накопления опыта и его интерпретаций. Это различие имеет принципиальное значение. Человек не обязательно выбирает каждый вывод, который возникает в его сознании. Некоторые выводы формируются в результате взаимодействия обстоятельств, памяти, эмоций, интерпретаций и предшествующего опыта.
РАЗНИЦА МЕЖДУ ЖЕЛАНИЕМ И ВНУТРЕННИМ ВЫВОДОМ
Одно из наиболее важных различий в нашем анализе — это различие между тем, чего человек сознательно желает, и выводом, к которому он постепенно приходит под влиянием накопившихся обстоятельств. Человек, находящийся в трудной ситуации, может желать совершенно нормальной жизни. Он может хотеть восстановить отношения с близкими. Он может хотеть решить свои проблемы. Он может надеяться улучшить своё финансовое положение. Он может снова хотеть почувствовать себя нужным. И всё же одновременно может постепенно возникнуть другой вывод: «Для меня уже никогда ничего не изменится». Таким образом возникает конфликт между сознательным желанием и внутренним убеждением. Именно поэтому сознательное желание нельзя полностью отождествлять со всей совокупностью психологических процессов, происходящих внутри человека. Человек может сознательно хотеть одного, одновременно действуя под влиянием более глубокой системы предположений, ожиданий, страхов и интерпретаций. В этом смысле жизненный путь человека может формироваться задолго до того, как он осознаёт направление, в котором движется.
СУДЬБА И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
Таким образом, судьба связана не только с драматическими событиями. Она формируется множеством обстоятельств, многие из которых по отдельности кажутся незначительными. Одно событие влияет на другое. Одна встреча меняет направление человеческой жизни. Одна случайная встреча создаёт другую возможность. Одно решение формирует новые условия, из которых возникают последующие решения. Поэтому человеческую судьбу не следует представлять как заранее написанный сценарий, существующий независимо от реальности. Гораздо полезнее понимать её как постоянно развивающуюся цепь причин и следствий. Мы существуем внутри этой цепи и одновременно сами становимся её частью. Наши действия влияют на других людей. Их действия влияют на нас. Социальные процессы воздействуют на отдельные человеческие жизни, тогда как индивидуальные действия иногда способны влиять на общество. В результате каждый человек существует внутри огромной системы взаимодействий, которую можно контролировать лишь частично. Именно поэтому особое значение приобретает древняя формула, приписываемая Клеанфу: «Судьба ведёт желающего и тащит нежелающего». Мы можем сопротивляться обстоятельствам, но само сопротивление становится ещё одним событием в причинно-следственной цепи. Поэтому человеческая свобода не обязательно заключается в способности разорвать причинность. Возможно, она прежде всего состоит в понимании обстоятельств, осознании их влияния и выборе наиболее конструктивной реакции, доступной человеку в данных обстоятельствах. Таким образом, древняя идея судьбы неожиданно сближается с современной философской проблемой свободы воли. Чем глубже мы исследуем человеческое поведение, тем очевиднее становится, что человек не существует отдельно от обстоятельств. Обстоятельства формируют человека. Человек реагирует на обстоятельства. Эта реакция создаёт новые обстоятельства. В этом непрерывном взаимодействии возникает то, что мы называем судьбой.
ТРАГИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ: СЛУЧАЙНОСТЬ ИЛИ ЗАКОНОМЕРНОСТЬ?
Если человеческая судьба формируется обстоятельствами, возникает другой вопрос: Что же тогда представляет собой трагическая смерть? Является ли она просто несчастным случаем — случайным стечением обстоятельств, которое невозможно было предвидеть? Или даже кажущееся случайным событие имеет свою историю, состоящую из множества предшествующих условий, каждое из которых в своё время казалось незначительным? Чтобы приблизиться к ответу на этот вопрос, необходимо рассмотреть структуру человеческого поведения. Каждый человек одновременно существует в физическом мире и во внутреннем мире идей, воспоминаний, ожиданий и ценностей. Каждый человек обладает определённым характером, привычками, опытом, желаниями и ожиданиями относительно будущего. Но откуда возникает этот образ самого себя? На протяжении всей жизни в нервную систему человека поступает огромное количество информации. Часть этой информации осознаётся, большая часть — нет. Переживания сравниваются, соединяются, запоминаются, забываются и интерпретируются. Постепенно возникает относительно устойчивая модель самого себя. Мы не повторяем постоянно про себя: «Я — это я». Чувство собственной идентичности обычно существует без сознательного усилия. Следовательно, значительная часть нашей психологической структуры формируется посредством процессов, которые не полностью доступны сознательному контролю.
КАК ФОРМИРУЕТСЯ ВНУТРЕННЯЯ ИДЕЯ
Представим человека, который на протяжении многих лет получает преимущественно негативную информацию о самом себе. Он снова и снова слышит или думает: «Я никому не нужен». «Я неинтересен». «Я непривлекателен». «Я неспособен добиться успеха». «Меня никто не любит». «Я никогда не добьюсь успеха». «Моя жизнь не имеет смысла». Ни одна из этих мыслей сама по себе не определяет будущее человека. Но повторение может иметь накопительный эффект. Разум может начать воспринимать повторяющиеся интерпретации как доказательство устойчивой закономерности. Отдельные переживания объединяются в общий образ, и этот образ постепенно становится внутренней моделью реальности. Человек уже не просто думает, что пережил неудачу. Он начинает считать себя неудачником. Он уже не просто переживает одиночество. Он начинает воспринимать себя как человека, которому суждено быть одному. Когда отдельное обстоятельство становится частью определения собственного «Я», изменить ситуацию может стать значительно труднее. Человек начинает действовать в соответствии с созданной им моделью. Таким образом возникает замкнутый цикл: обстоятельства влияют на самооценку; самооценка влияет на поведение; поведение создаёт новые обстоятельства.

РАЗУМ КАК СИСТЕМА ВЫВОДОВ
Здесь мы используем понятие «разум» в особом философском смысле. Сознательное мышление позволяет человеку сопоставлять информацию, анализировать альтернативы, формулировать аргументы и принимать обдуманные решения. Под «разумом» в более широком смысле, используемом здесь, мы понимаем более глубокую способность синтезировать накопленный опыт и формировать общие выводы, в том числе такие выводы, которые не находятся постоянно в поле сознательного внимания. Если человек накапливает большое количество негативного опыта, сформировавшийся в результате внутренний вывод может стать крайне пессимистичным. В то же время сознательное желание может ему противоречить. Человек может хотеть жить. Он может хотеть любви, семьи, дружбы, успеха и нормального будущего. И всё же его внутренняя модель мира может подсказывать ему, что всё это невозможно. Таким образом, возникает противоречие между сознательным желанием и системой убеждений, которая формировалась с течением времени. Ситуация становится особенно сложной, когда человек перестаёт проверять свои убеждения на соответствие реальности. Он начинает жить внутри собственной модели мира.
ТРАГИЧЕСКОЕ СОВПАДЕНИЕ
Вернёмся к вопросу трагической смерти. Иногда человек погибает при обстоятельствах, которые кажутся совершенно случайными. Однако сама случайность может оказаться последним звеном длинной цепи предшествующих событий. Чтобы проиллюстрировать эту мысль, рассмотрим историю, связанную с одним из наших знакомых. Когда ему было шестнадцать лет, он вместе с несколькими друзьями отправился в соседнее село, расположенное примерно в шести километрах от его дома. Там они проводили время вместе, разговаривали, слушали музыку и знакомились с новыми людьми. Однажды он встретил четырнадцатилетнюю девушку, которая приехала из Киева провести каникулы у родственников. В городе её свобода была более ограничена, тогда как в селе ей разрешали оставаться с друзьями на улице до позднего вечера. Несколько дней ничего необычного не происходило. Молодые люди разговаривали, шутили, слушали музыку и постепенно знакомились друг с другом. Однако последовательность этих обычных событий впоследствии приобрела трагическое значение.
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ
В первый день они встретились. Ничего необычного не произошло. Это была обычная встреча двух молодых людей, которая могла закончиться дружбой, кратковременным романтическим интересом или вообще ничем существенным. Однако если понимать судьбу как цепь причин и следствий, то цепь начинается именно с таких, на первый взгляд незначительных событий.
ВТОРОЙ ДЕНЬ
На второй день девушка неожиданно начала говорить о загробной жизни. За месяц до этого молодой человек прочитал книгу о вампирах, поэтому он смог поддержать разговор. Он не особенно хотел обсуждать мрачные темы, особенно вечером, но девушка проявила интерес, и разговор продолжился. Сам по себе этот разговор не содержал ничего опасного. Его значение проявилось только ретроспективно.
ТРЕТИЙ ДЕНЬ
На третий день девушка попросила молодого человека остаться дольше обычного. Вместо того чтобы уйти примерно в одиннадцать часов, они продолжали разговаривать примерно до половины второго ночи. Они обсуждали музыку, которая была одной из центральных тем общения среди молодых людей этого возраста. Перед расставанием девушка рассказала историю об одиннадцатилетнем мальчике, который однажды забрался в соседский сад, чтобы поесть вишни. Согласно этой истории, хозяин сада окружил дерево электрически заряженными проводами. Мальчик погиб от поражения электрическим током. В тот момент эта история показалась всего лишь неприятным рассказом. Однако позднее она приобрела необычайное символическое значение.
ЧЕТВЁРТЫЙ ДЕНЬ
На четвёртый день молодые люди снова встретились. После дождя они решили изменить свой обычный маршрут и пойти по противоположной стороне улицы. Дорога была мокрой, а земля стала тяжёлой от грязи. Именно это, на первый взгляд незначительное, изменение маршрута стало ещё одним звеном трагической последовательности. Внезапно девушка закричала и упала в лужу. Она подняла руку. Молодой человек находился рядом. Не понимая, что происходит, он схватил её за запястье. В этот момент электрический ток прошёл через его тело.
БОРЬБА ЗА ЖИЗНЬ
Первый удар электрического тока был настолько сильным, что молодой человек почувствовал, как его тело постепенно перестаёт подчиняться воле. В таких обстоятельствах угроза смерти становится непосредственной. Сознание может резко измениться. Воспоминания, образы и лица близких людей могут возникать с необычайной интенсивностью. Однако наиболее важная борьба происходит на физическом уровне. Тело пытается сопротивляться воздействию электрического тока. Через несколько секунд силы молодого человека почти иссякли. Казалось, смерть неизбежна. Затем неожиданное движение изменило ситуацию. Под воздействием собственного веса он упал назад, и его рука оторвалась от контакта с девушкой. Он оказался свободен. Однако девушка продолжала находиться под воздействием электрического тока. Попытка спасти её началась немедленно. Один из друзей побежал за мотоциклом, чтобы использовать его фару для освещения места происшествия. Молодой человек сам был промокшим от дождя, а сухой одежды поблизости не было. Он снял мокрую майку и попытался использовать её как изолирующее средство, чтобы оттащить девушку. Опасность поражения электрическим током сохранялась. Его физические силы быстро истощались. В конце концов был обнаружен электрический провод. Используя майку в качестве изолирующего средства, он попытался вытащить провод из-под девушки. Несмотря на опасность, он продолжал попытку. Через некоторое время ему удалось убрать провод. Но девушку спасти не удалось.
ЦЕПОЧКА ОБСТОЯТЕЛЬСТВ
На первый взгляд это выглядит как обычный трагический несчастный случай. Электрический провод случайно оказался в опасном месте. Дождь создал лужу. Девушка случайно оказалась рядом. Молодой человек оказался рядом с ней. Именно в этот момент он взял её за руку. Однако если рассмотреть последовательность более внимательно, обнаруживается огромное количество предшествующих обстоятельств. Они познакомились всего несколькими днями ранее. Девушка приехала в село на каникулы. Она решила проводить время именно с этими молодыми людьми. Однажды вечером их разговор продолжался необычно долго. На следующий день они изменили свой обычный маршрут. Прошёл дождь. Они пошли по другой части дороги. Там оказался электрический провод. Ни одно из этих обстоятельств само по себе не обязательно имело трагическое значение. Значение приобрела их совокупность. В этом и заключается центральная мысль. Событие может казаться случайным и одновременно иметь длительную причинную предысторию.
ИНФОРМАЦИЯ, ПОЛУЧЕННАЯ ПОЗДНЕЕ
Через несколько лет молодой человек узнал дополнительную информацию от матери погибшей девушки. Незадолго до трагедии в семье состоялся трудный разговор. Мать пыталась убедить дочь не проводить время с сельскими мальчиками, поскольку считала, что подобные отношения могут привести к нежелательному будущему. Разговор стал эмоциональным. По словам матери, дочь сказала: «Я уйду и никогда не вернусь». Эти слова могли быть всего лишь эмоциональной реакцией подростка. Однако после трагедии они приобрели совершенно иной эмоциональный смысл. Кроме того, незадолго до этого девушка пережила окончание отношений с другим мальчиком. Для взрослого человека подобное событие может показаться относительно незначительным. Однако для подростка, переживающего первую романтическую привязанность, такая потеря может ощущаться как нечто подавляющее. И вновь мы не можем утверждать, что какое-либо из этих обстоятельств стало причиной трагедии. Они лишь показывают, насколько большой объём информации может стоять за событием, которое со стороны выглядит мгновенным и случайным.
ИНФОРМАЦИЯ, СОХРАНИВШАЯСЯ В ПАМЯТИ
Особенно примечательным обстоятельством было то, что в день трагедии члены семьи девушки обсуждали электрический провод. По их словам, они говорили о соседях, которые не сообщили местным властям о неисправности. Возможно, девушка увидела провод или услышала этот разговор. Мы не можем знать, запомнила ли она эту информацию сознательно и повлияла ли она каким-либо образом на её поведение. Мы также не можем утверждать, что эта информация стала причиной трагедии. Философское значение заключается в другом. Человек постоянно получает огромное количество информации, большая часть которой никогда не становится объектом сознательного размышления. Тем не менее память, внимание, ожидания и восприятие взаимосвязаны. Информация, которая в один момент кажется незначительной, позднее может приобрести смысл. Это показывает, насколько трудно человеку знать всю цепь причин, способствующих определённому действию или событию.
МОЖНО ЛИ НАЗВАТЬ ЭТО СУДЬБОЙ?
Мы не утверждаем, что описанный случай доказывает существование мистической судьбы. Напротив, он позволяет сформулировать более рациональный вопрос. Если хотя бы одно звено этой последовательности было бы иным, трагедии могло бы не произойти. Но именно это и делает понятие судьбы столь сложным. Она может зависеть не только от крупных решений, но и от, казалось бы, незначительных обстоятельств. Изменение маршрута. Разговор. Встреча. Задержка. Изменение погоды. Техническая неисправность. Момент невнимательности. Каждое из них может стать звеном гораздо более крупной цепи.
ЧЕЛОВЕК НЕ ЗНАЕТ ВСЕЙ ЦЕПИ ПРИЧИН
Каждый человек уникален. Одно и то же обстоятельство может вызывать совершенно разные реакции у разных людей. Для одного человека потеря отношений может стать временным разочарованием. Для другого она может превратиться в глубокий психологический кризис. Для одного человека критика может стать стимулом к развитию. Для другого она может подтвердить уже существующее убеждение в собственной несостоятельности. Для одного человека одиночество может стать возможностью для размышления. Для другого оно может стать источником отчаяния. Поэтому человеческую судьбу нельзя понимать исключительно через внешние обстоятельства. Необходимо учитывать и внутреннее состояние человека. Именно взаимодействие внешних условий и внутренней структуры формирует определённую модель поведения.
РАЗУМ КАК «ВНУТРЕННИЙ СУДЬЯ»
Разум постоянно сравнивает настоящие обстоятельства с накопленным опытом. Он оценивает события, устанавливает связи и формирует выводы. Мы не всегда можем знать, какой именно вывод возникнет. Иногда он является сознательным и явно сформулированным. Иногда он остаётся неявным. Иногда человек понимает, почему он поступил определённым образом. Иногда он осознаёт свою мотивацию только впоследствии. Поэтому разум можно метафорически назвать внутренним судьёй. Однако у этой метафоры есть важное ограничение. Разум не обязательно формирует объективно правильные выводы. Он работает с той информацией, которая ему доступна. Если исходная информация неполна, искажена или одностороння, то и итоговый вывод может оказаться ошибочным. Это одна из фундаментальных проблем человеческого познания: человек способен построить логически последовательное объяснение, исходя из ошибочных предпосылок.
ОПАСНОСТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ФАКТОРА
Эта проблема становится особенно очевидной в ситуациях, когда человеческая ошибка может привести к катастрофе. Люди, работающие в опасных отраслях, постоянно сталкиваются с необходимостью учитывать человеческий фактор. Даже самая совершенная техническая система не существует независимо от человека. Человек может устать или отвлечься. Он может неправильно понять инструкции. Он может переоценить свои способности. Он может испугаться начальства. Он может принять неправильное решение под давлением. По этой причине современные системы безопасности стремятся уменьшить зависимость критически важных процессов от индивидуальных человеческих ошибок. Однако полностью исключить человеческий фактор невозможно. Технологии создаются людьми. Инструкции составляются людьми. Контроль осуществляется людьми. Решения принимаются людьми. Следовательно, поведение человека остаётся одним из фундаментальных элементов любой сложной системы.
СУДЬБА И ИНСТИНКТ СОХРАНЕНИЯ ВИДА
Человек является одновременно биологическим и социальным существом. Он нуждается в пище, физической безопасности и биологическом выживании, но также нуждается в отношениях, принадлежности, признании и осмысленном участии в общественной жизни. Семья, дети, друзья, профессиональная деятельность, творческая работа и общественное признание могут способствовать ощущению собственной значимости. Длительное отсутствие значимых отношений или чувства принадлежности к обществу может создавать сильное психологическое напряжение. Однако мы не должны превращать это наблюдение в универсальное правило. Определённый возраст, семейное положение или структура семьи сами по себе не определяют психологическое благополучие. Люди слишком разнообразны. Один человек может иметь семью и оставаться глубоко несчастным. Другой может не иметь детей и при этом находить глубокий смысл в науке, искусстве, профессиональной деятельности, дружбе или служении обществу. Следовательно, важна не просто внешняя форма жизни человека, а ощущаемое им чувство смысла, значимости, принадлежности и связи с другими.
ЧЕЛОВЕК НАХОДИТ СМЫСЛ ЧЕРЕЗ СВЯЗЬ С ДРУГИМИ
Здесь мы вновь возвращаемся к социальной природе человека. Люди часто оценивают свою жизнь через отношения с другими. Именно поэтому старая поговорка о том, что человек должен посадить дерево, построить дом и вырастить ребёнка, сохранила свою символическую силу. За этими простыми образами скрывается более глубокая идея: человек хочет, чтобы его существование продолжалось за пределами непосредственных границ его индивидуальной жизни. Это продолжение может быть биологическим — через детей. Оно может быть материальным — через дом, предприятие или другое творение. Оно может быть интеллектуальным или духовным — через книгу, идею, научное открытие или произведение искусства. Человек хочет чувствовать, что его существование создало нечто, что останется после него. Это чувство может стать важным источником психологической устойчивости и смысла.
ОТ ИНДИВИДУАЛЬНОЙ ТРАГЕДИИ К КОЛЛЕКТИВНЫМ
Если судьба отдельного человека формируется через взаимодействие множества обстоятельств, то судьба большой группы людей становится ещё более сложной. Катастрофы, в которых погибают десятки, сотни или тысячи людей, обычно невозможно объяснить одной изолированной причиной. Они возникают в результате взаимодействия технических систем, организационных структур, человеческих решений, условий окружающей среды, политических институтов и сбоев коммуникации. Чернобыльская катастрофа представляет собой мощный исторический пример. Какие бы более широкие политические выводы ни делались относительно советской системы, катастрофа продемонстрировала, каким образом технологический риск может усиливаться организационными недостатками, недостаточной культурой безопасности, нарушениями коммуникации и человеческими решениями. В жёсткой иерархической системе подчинённый может колебаться, прежде чем оспорить решение руководителя. Руководитель, в свою очередь, может следовать указаниям вышестоящего руководства. Информация передаётся по цепочке. Каждый участник может предполагать, что кто-то другой уже оценил опасность. Таким образом, индивидуальная ошибка может превратиться в системный сбой.
АВТОРИТАРИЗМ И ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ РИСК
Чем сложнее становится технологическая система, тем важнее становится прозрачная коммуникация. Если сотрудник боится сообщить о проблеме, система теряет возможность исправить ошибку. Если от подчинённого ожидают беспрекословного подчинения, критическое мышление ослабевает. Если руководство предполагает, что его решения не могут быть ошибочными, предупреждения могут восприниматься как неповиновение, а не как информация, связанная с безопасностью. Следовательно, техническая безопасность зависит не только от качества оборудования. Она также зависит от институциональной культуры. Технологическая цивилизация требует не только математических расчётов. Она требует способности ставить под сомнение предположения, проверять информацию, сообщать о сомнениях, выявлять ошибки и пересматривать решения.
ФУКУСИМА И ГРАНИЦЫ РАСЧЁТА
Подобные проблемы возникали и в других технологически развитых обществах. Авария на АЭС «Фукусима-1» продемонстрировала, что даже чрезвычайно сложная технологическая система не может быть полностью отделена от природных сил, технических ограничений, организационных решений и человеческих суждений. Отсюда следует важный философский вывод: расчёт не тождественен реальности. Математическая модель может быть чрезвычайно точной в рамках определённого набора предположений. Однако реальность может содержать обстоятельства, которые не были включены в модель. Поэтому математическое моделирование должно оставаться связанным с наблюдением, проверкой, опытом и постоянной переоценкой. Здесь мы сталкиваемся с более широким вопросом о роли математики в человеческом познании.
МАТЕМАТИКА И ПРИРОДА
Человечество совершило огромный интеллектуальный шаг вперёд, научившись описывать отношения математически. Древние цивилизации постепенно перешли от подсчёта конкретных объектов к оперированию абстрактными величинами. Развитие математики в Древнем Египте было важным этапом этого процесса, хотя математическое мышление независимо и постепенно развивалось в нескольких древних цивилизациях. Ключевым интеллектуальным шагом стала способность рассматривать не только конкретные объекты, но и отношения между ними. Два объекта можно было представить числом два. Пять объектов можно было представить числом пять. Впоследствии числа стало возможно рассматривать независимо от объектов, которые они первоначально обозначали. Это было фундаментальное интеллектуальное преобразование. Человек получил способность создавать абстрактные модели, которые сначала существовали в мышлении, а затем могли применяться к физической реальности. На этой способности возникла одна из основ науки и техники.
МАТЕМАТИКА КАК ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ
Математика обладает замечательным свойством. Она позволяет создавать структуры, которые могут непосредственно не существовать в нашем непосредственном опыте. Мы можем мысленно построить фигуру, вычислить её свойства, определить отношения между величинами, а затем исследовать, существует ли аналогичная структура в природе. В этом смысле математика является не просто пассивной записью наблюдений. Она позволяет человеку создавать новые теоретические структуры. Однако здесь возникает определённое ограничение. Математический объект идеализирован. Физический объект — нет. Математическая точка не стареет. Математическая окружность не изнашивается. Математическая величина не устаёт. Физические объекты, напротив, существуют в изменяющейся среде и подвергаются воздействию бесчисленного количества факторов. Следовательно, математические модели не следует смешивать с самой реальностью. Они представляют отдельные аспекты реальности. Их чрезвычайная эффективность не устраняет различия между моделью и миром.

ИДЕАЛЬНОЕ МЫШЛЕНИЕ И РЕАЛЬНЫЙ МИР
Такие мыслители, как Платон, Лейбниц и Декарт, продемонстрировали необычайную силу абстрактного мышления. Их философские системы показывают, насколько далеко человек способен развивать понятия, выходящие за пределы непосредственного опыта. Это одна из величайших возможностей философской мысли. Человек способен мысленно создать идеальное государство, совершенно справедливое общество, идеального человека, безупречную логическую систему или совершенную математическую модель. Но между идеей и реальностью существует фундаментальное различие. Идея может быть внутренне непротиворечивой, тогда как реальность может сопротивляться полной концептуальной организации. Математическая модель может быть совершенной внутри своей формальной структуры, однако реальные люди не обязательно ведут себя в соответствии с этой структурой. Именно поэтому философские и политические системы, которые кажутся логически безупречными, могут сталкиваться с серьёзными трудностями при соприкосновении с историей. Человеческое общество сложнее любой идеальной схемы. Человек не является исключительно рациональным существом. Человеческое поведение включает эмоции, инстинкты, привычки, страх, стремление к признанию, стремление к превосходству, привязанность, подражание и множество процессов, которые не полностью осознаются. Поэтому любая идеальная теория человеческого поведения сталкивается со сложностью реального человека.

ГЛАВНАЯ ПРОБЛЕМА ПРИКЛАДНОЙ ПСИХОЛОГИИ
Это подводит нас к важной проблеме современной прикладной психологии. Психологическое консультирование, программы личностного развития и различные формы психологической помощи стремятся влиять на поведение человека, работая с восприятием, интерпретацией, эмоциями и мышлением. Но возникает важный вопрос: В какой степени человек способен самостоятельно преобразовать собственную внутреннюю структуру? Люди часто предполагают, что мышление и воля являются инструментами, полностью находящимися под сознательным контролем. Кажется, что сначала мы думаем, затем принимаем решение и наконец действуем. Однако этот процесс можно рассматривать и с другой точки зрения. Мы постоянно получаем информацию из окружающего мира. Мы видим людей. Слышим их слова. Читаем книги. Смотрим фильмы. Получаем образование. Переживаем успехи и неудачи. Всё это способствует формированию нашей внутренней системы представлений. Человек не выбирает сознательно каждую мысль, которая возникает в его сознании. Мысль просто появляется. Иногда мы принимаем её. Иногда отвергаем. Иногда даже не замечаем её. Но сама возможность возникновения определённой мысли связана с предыдущим опытом и нынешними обстоятельствами.
РАЗУМ, МЫШЛЕНИЕ И ВОЛЯ
Для целей нашего анализа полезно различать три уровня когнитивной деятельности. Первый — информация, поступающая из внешнего мира. Второй — обработка и интерпретация этой информации посредством мышления. Третий — формирование более широких понятий, ценностей и выводов. Разум в этом процессе выполняет синтезирующую функцию. Он соединяет отдельные фрагменты информации и создаёт более общую картину. Эта картина затем влияет на мышление и волю. Человек действует не просто потому, что получил информацию. Он действует в соответствии со значением, которое эта информация приобретает внутри его психологической и ценностной системы. Поэтому одно и то же событие может иметь совершенно разное значение для двух людей. Для одного человека увольнение с работы может быть катастрофой. Для другого оно может стать возможностью начать новую жизнь. Для одного человека критика может означать унижение. Для другого она может представлять собой полезный совет. Для одного человека одиночество может означать страдание. Для другого — свободу. Следовательно, внешнее обстоятельство само по себе не определяет поведение. Оно взаимодействует с внутренней структурой, которая уже сформировалась в человеке.
РАЗУМ, ОБСТОЯТЕЛЬСТВА И ВЫБОР
Разум и обстоятельства можно рассматривать как две взаимодополняющие системы, взаимодействие которых формирует человеческий выбор. Индивид обладает системой ценностей, воспоминаний, ожиданий и интерпретаций, которая направляет его практические решения. В то же время внешний мир определяет условия, в рамках которых эти решения могут быть приняты. Когда мы оцениваем поступки других людей — или пересматриваем собственные решения после произошедшего, — выбор может показаться глупым, иррациональным или ошибочным. Однако такие суждения часто основываются на неполной информации. Мы редко способны полностью восстановить всю психологическую и внешнюю ситуацию, существовавшую в тот самый момент, когда принималось решение. Человек действует не только на основе объективных обстоятельств, но и под влиянием предыдущего опыта, эмоций, убеждений, ожиданий и восприятия. Поэтому человеческий выбор нельзя понимать исключительно как результат полностью независимого рассуждения. В каждый конкретный момент сознание работает с психологическим материалом, накопленным к этому времени. Обстоятельства определяют пространство возможностей, тогда как психологический опыт влияет на то, как это пространство воспринимается. Следовательно, наши решения формируются на пересечении двух реальностей: того, что происходит вокруг нас, и того, что уже сформировалось внутри нас.
МОЖЕТ ЛИ ИЗБЫТОК ИНФОРМАЦИИ ПРИВЕСТИ К ПСИХИЧЕСКОМУ РАССТРОЙСТВУ?
Иногда утверждается, что чрезмерный объём информации перегружает мозг и приводит к неправильным выводам, которые в конечном итоге могут стать причиной серьёзных психических расстройств. К такому утверждению следует относиться осторожно. Большое количество информации само по себе не означает, что у человека разовьётся психическое расстройство. Современный человек ежедневно получает огромное количество информации: новости, социальные сети, книги, разговоры, изображения, рекламу и профессиональные материалы. Человеческий мозг обладает механизмами отбора, фильтрации и обработки информации. Поэтому проблему нельзя сводить только к количеству. Важно также то, как информация интерпретируется, насколько она противоречива, насколько стрессовой становится окружающая среда, насколько человек способен адаптироваться и какие психологические уязвимости уже существуют. Таким образом, информационную перегрузку, хронический стресс и клинические психические расстройства необходимо различать. Философская проблема является более точной. Если человек постоянно получает искажённую или неполную информацию и на её основе формирует свою внутреннюю модель реальности, эта модель постепенно может расходиться с самой реальностью.
РЕАЛЬНОСТЬ И ВНУТРЕННЯЯ МОДЕЛЬ
Человеческое познание создаёт внутреннее представление о мире. Это представление никогда не может быть полной копией реальности. Мы не способны одновременно воспринимать все существующие обстоятельства. Сознание выбирает определённые элементы, связывает их между собой, придаёт им значение и создаёт интерпретацию. В этом смысле каждый человек одновременно живёт в двух мирах: объективном мире обстоятельств и субъективном мире интерпретации. Чем больше расхождение между этими мирами, тем сложнее может становиться адаптация. Поэтому здоровое мышление требует определённой способности сопоставлять внутренние убеждения с внешней реальностью. Человеку необходимо иметь возможность сталкиваться с несогласием, признавать ошибки, пересматривать предположения и изменять выводы. Это одна из причин, по которой социальное взаимодействие имеет столь большое значение для интеллектуального развития.
ОДИНОЧЕСТВО КАК ИСТОЧНИК ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ИЗОЛЯЦИИ
Одним из обстоятельств, способных изменить внутренний мир человека, является продолжительное одиночество. Когда человек на протяжении длительного времени изолирован от общества, он теряет важный механизм проверки собственных восприятий посредством сопоставления их с восприятиями других людей. Проблема заключается не только в отсутствии общения. Она также заключается в отсутствии интеллектуального обмена. Разговор заставляет нас объяснять себя. Возражение заставляет нас исследовать аргумент. Критика может выявить слабые стороны. Согласие может укрепить определённые выводы. Таким образом, общество метафорически выполняет функцию зеркала, в котором человек постоянно сталкивается с альтернативными интерпретациями себя и окружающего мира.
УХОД В СЕБЯ
Другим обстоятельством является сознательное или вынужденное отстранение в замкнутую интеллектуальную среду. Представим лидера небольшой идеологической или религиозной группы, который практически не сталкивается с интеллектуальным сопротивлением. Последователи постоянно подтверждают его правоту. Он почти не общается с людьми за пределами группы. Постепенно может сформироваться замкнутая интеллектуальная система. Каждая новая мысль подтверждает предыдущую. Каждый последователь укрепляет авторитет лидера. Каждая внешняя критика может интерпретироваться как свидетельство враждебности со стороны внешнего мира. Такая система становится всё более устойчивой внутренне и одновременно всё более невосприимчивой к внешней коррекции. Таким образом, человек может стать абсолютно убеждённым в собственной правоте, даже если его убеждения кажутся окружающим совершенно необоснованными. Важно подчеркнуть, что религиозная или идеологическая приверженность сама по себе не является патологической. Опасность возникает тогда, когда любая система — религиозная, политическая, идеологическая, научная или личная — полностью закрывается от возможности исправления.
СОСРЕДОТОЧЕННОСТЬ НА ТОЧНЫХ НАУКАХ
Третье обстоятельство связано с чрезмерным ограничением мышления формальными системами. Математика обладает особенностью, отличающей её от большинства социальных отношений. В рамках определённой формальной системы, если положение строго доказано из принятых исходных предпосылок, доказательство решает вопрос внутри этой системы. Например: 2 + 2 = 4. Нет необходимости согласовывать этот результат с личными предпочтениями. Социальная жизнь принципиально отличается. Для большинства человеческих ситуаций не существует простого математического эквивалента. Человек может быть прав с одной точки зрения и неправ с другой. Одно действие может принести пользу одному человеку и причинить вред другому. Поэтому перенос уверенности формального математического рассуждения непосредственно в социальный мир может привести к чрезмерной самоуверенности. Математика чрезвычайно эффективна для описания количественных отношений. Однако человеческая жизнь содержит качественные, исторические, эмоциональные и межличностные измерения, которые не всегда можно свести к числам.
ОПАСНОСТЬ СОЗДАНИЯ СОБСТВЕННОЙ РЕАЛЬНОСТИ
Если человек в течение длительного времени остаётся внутри замкнутой интеллектуальной среды, он может сталкиваться со всё меньшим сопротивлением своим убеждениям. Он больше не слышит противоположных мнений. Он перестаёт проверять свои выводы. Он не исправляет ошибок. Его внутренняя система начинает функционировать как самоподтверждающаяся структура. В конечном итоге он может прийти к выводу, что неправильно устроен весь окружающий мир, вместо того чтобы допустить возможность ошибки собственной интерпретации. Здоровое интеллектуальное развитие требует противоположного процесса. Мы общаемся. Мы объясняем. Мы сталкиваемся с возражениями. Мы совершаем ошибки. Мы пересматриваем свои выводы. Мы проверяем свои идеи на соответствие реальности. Этот непрерывный процесс помогает сохранять связь между внутренними представлениями и внешним миром.
ПОНИМАНИЕ И РАЗУМ
Здесь мы вновь возвращаемся к философии Иммануила Канта. Для целей нашего исследования особенно важным является кантовское различение рассудка (Verstand) и разума (Vernunft). Рассудок связан с понятиями, суждениями и организацией опыта. Разум стремится к более широкой целостности. Он пытается соединить отдельные формы знания в более всеобъемлющие системы мышления. Это различие имеет значение для нашего исследования судьбы и обстоятельств, поскольку человек сталкивается не просто с отдельными событиями. Он постоянно пытается связывать их между собой. Мы видим отдельные явления и ищем отношения между ними. Мы переживаем отдельные события и пытаемся построить общую картину. В этом смысле человеческий разум обладает естественной тенденцией к синтезу.
МОЖЕТ ЛИ РАЗУМ ОШИБАТЬСЯ?
Если разум делает выводы на основе доступной информации, возникает другой вопрос: Может ли сам вывод быть ошибочным? Безусловно. Однако полезно различать логическую структуру рассуждения и истинность его предпосылок. Человек может рассуждать последовательно исходя из имеющейся у него информации. Но если эта информация неполна, искажена или одностороння, полученный вывод может не соответствовать реальности. Следовательно, проблема не обязательно заключается в способности рассуждать. Она может заключаться в материале, с которого начинается рассуждение. Если человек постоянно сталкивается только с одной стороной реальности, его понимание также может стать односторонним. Поэтому интеллектуальное развитие требует не просто информации, но и сравнения, критики, альтернативных точек зрения и готовности пересматривать свои выводы.
ОБЩЕСТВО КАК СИСТЕМА КОРРЕКЦИИ
Человек не создаёт всю свою систему ценностей из ничего. Общество передаёт огромное количество культурного опыта, накопленного поколениями. Моральные нормы, традиции, законы, философия, религия, литература, искусство и образование предоставляют человеку системы координат, посредством которых он ориентируется в мире. Когда одна система ценностей теряет авторитет, общество начинает искать альтернативы. Именно поэтому люди не могут существовать в полном вакууме смыслов. Когда традиционные объяснения мира ослабевают, возникают новые объяснения. Психология, философия, религия, идеология, массовая культура и различные духовные движения могут становиться источниками смысла. Человеку нужна не только информация. Ему также необходима интерпретация собственного существования.
ПСИХОЛОГИЯ, ФИЛОСОФИЯ И РЕЛИГИЯ
Современная психология в определённой степени взяла на себя функции, которые исторически преимущественно связывались с философией, религией и нравственным воспитанием. Человек не обязательно обращается к психологу только с конкретной практической проблемой. Он также может спрашивать: Почему я такой, какой я есть? Почему я несчастлив? Как мне следует жить? Каково моё место в мире? Эти вопросы выходят за пределы клинической психологии. Они содержат философские и экзистенциальные измерения. Когда традиционные системы смыслов ослабевают, люди часто ищут новые источники объяснения и надежды. Это помогает объяснить, почему психологи, философы, религиозные деятели, духовные учителя, гадатели и народные целители могут привлекать людей, ищущих ответы на вопросы существования. Их популярность нельзя объяснять исключительно невежеством. Она также может отражать глубокую человеческую потребность в смысле, объяснении, принадлежности и надежде.
ПРАКТИЧЕСКАЯ СВОБОДА
Если судьба связана с причинностью, означает ли это, что свободы не существует? Мы не считаем, что такой вывод необходим. Человек обладает определённой степенью практической свободы. Он может прервать импульс. Он может отказаться от действия. Он может переосмыслить прошлое. Он может изменить своё представление о будущем. Он может выбирать между доступными альтернативами. Но эта свобода не абсолютна. Она существует внутри системы ограничений. Человек не может отменить законы природы. Он не может изменить то, что уже произошло. Он не может мгновенно оказаться за тысячи километров от себя, не пройдя через какой-либо физический процесс. Мы можем представить себя на далёком острове, но для того, чтобы физически попасть туда, необходимо совершить путешествие. Природа не содержит произвольных разрывов. События связаны между собой процессами и условиями.
СОЦИАЛЬНАЯ СВОБОДА
Существует и другой уровень свободы — социальная свобода. Общество ограничивает поведение индивида посредством законов, морали, традиций, институтов и социальных ожиданий. На первый взгляд это, кажется, уменьшает индивидуальную свободу. Но социальные ограничения одновременно могут создавать условия для большей свободы на коллективном уровне. Если бы каждый человек был свободен удовлетворять любое своё желание независимо от последствий для других, свобода одного человека быстро превратилась бы в ограничение свободы другого. Поэтому цивилизация требует взаимного ограничения индивидуальных притязаний. Мы отказываемся от некоторых возможностей, чтобы создать возможность совместной жизни. Таким образом, социальная свобода — это не просто отсутствие ограничений. Это также существование условий, в которых люди могут сосуществовать, не разрушая постоянно свободу друг друга.
ЧЕЛОВЕК КАК ОБЪЕКТ И СУБЪЕКТ
Человек может воспринимать себя двумя различными способами. С одной стороны, он является объектом — физическим организмом, существующим в пространстве и времени. С другой стороны, он воспринимает себя как субъект — внутреннее «Я», способное мыслить, желать, оценивать и выбирать. Эта двойственность создаёт одну из центральных философских проблем психологии. Откуда возникает представление о внутреннем «Я»? Наши лица отличаются от лиц других людей. Наши тела обладают определёнными характеристиками. Мы получили определённое воспитание. У нас есть конкретные отношения, воспоминания, вещи, привычки, знания и интересы. Наша когнитивная система объединяет эти элементы в относительно устойчивое представление: «Это я». Таким образом, внутреннее «Я» не возникает в изоляции. Оно формируется посредством непрерывного взаимодействия с окружающим миром.
ПРЕДОПРЕДЕЛЁН ЛИ НАШ ВЫБОР?
Если каждое состояние человека имеет предшествующие причины, неизбежно возникает сложный вопрос о свободе воли. Мы выбираем действие. Но почему мы выбираем именно это действие? Потому что обладаем определённым характером. Почему у нас именно такой характер? Потому что на него повлияли наследственность, воспитание, опыт, образование и окружающая среда. Почему мы получили именно такой опыт? Потому что до этого произошли определённые события. Таким образом, возникает, по-видимому, бесконечная цепь причин. Наш выбор становится частью общей причинности. Но это не означает, что ответственность должна исчезнуть. Напротив, понимание причин поведения может увеличить ответственность. Если мы понимаем, почему определённые обстоятельства вызывают определённые реакции, мы можем получить возможность изменить эти обстоятельства или изменить собственную реакцию на них. Следовательно, свобода может заключаться не в разрушении причинности, а в понимании причинности и сознательном действии внутри неё.
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СВОБОДА
Человек обладает важной формой свободы в мышлении. Мы можем представлять различные варианты будущего. Мы можем переосмысливать прошлое. Мы можем создавать альтернативные возможности. Мы можем менять своё отношение к событиям и людям. Но интеллектуальная свобода не означает физической свободы от законов природы. Мы можем представить себе полёт без самолёта. Но наше воображение не делает человеческое тело способным самостоятельно летать. Мы можем представить себе физическое возвращение в прошлое. Одно лишь воображение не обращает вспять течение времени. Мы можем представить себя в любом месте Земли. Однако физическое перемещение в это место требует времени, энергии и соответствующих условий. Следовательно, человеческая свобода существует внутри объективной реальности, а не вместо неё.
МОГУТ ЛИ ПСИХОЛОГИ И ЦЕЛИТЕЛИ ПОМОГАТЬ?
Мы не можем категорически утверждать, что психологическая помощь или традиционные методы целительства никогда не приносят пользы. Разговор, внимание, эмоциональная поддержка, ожидание и вера могут влиять на субъективный опыт человека и, в некоторых обстоятельствах, на его поведение и физиологическое состояние. Стресс может негативно влиять на сон, концентрацию, настроение и общее самочувствие. Если человек уменьшает тревожность, лучше спит, получает социальную поддержку и вновь обретает чувство безопасности, его общее состояние может улучшиться. Следовательно, вмешательство иногда может приносить реальную пользу даже тогда, когда объяснение этой пользы является ошибочным. Это различие имеет большое значение. Реальность определённого эффекта автоматически не доказывает истинность объяснения, которое с ним связывается.

СИЛА ВНУШЕНИЯ
Вспомним историю пожилой женщины, рассказывавшей о событии из своего детства. Когда ей было семь лет, она заметно уступала в росте другим детям своего возраста. Родители заботились о ней, но продолжали беспокоиться о её развитии. В конце концов мать отвела её к народному целителю. Целитель провёл определённый ритуал и заявил, что обнаружил «проклятие». Согласно более поздним воспоминаниям женщины, после этого она начала расти. Сегодня подобная история не может использоваться как доказательство существования сверхъестественного проклятия. Дети естественным образом растут, и сроки роста могут значительно различаться. Тем не менее психологические последствия этого опыта могли быть реальными. Ребёнок мог получить эмоциональное успокоение. Мать верила, что предпринимаются определённые действия, чтобы помочь дочери. Девочка могла почувствовать надежду вместо беспомощности. Одновременно её организм естественным образом проходил процессы развития. Таким образом, совпадение двух событий не устанавливает причинно-следственной связи между ними. Однако психологический эффект самого переживания тем не менее мог быть реальным.


БОРОДАВКИ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЭФФЕКТ
Другой пример связан с молодым человеком, у которого на руках были бородавки. Его родители испробовали несколько методов лечения. В конце концов мать отвела его к народному целителю. После проведённого обряда бородавки исчезли. Однако и это нельзя автоматически рассматривать как доказательство сверхъестественного исцеления. Некоторые кожные заболевания проходят самопроизвольно. Лечение могло просто совпасть с естественной ремиссией. Тем не менее вера в лечение способна влиять на эмоциональное состояние и уровень стресса. Более спокойный человек может испытывать меньше тревоги и ощущать улучшение общего самочувствия. Поэтому взаимосвязь между убеждением и физическим состоянием значительно сложнее простого противопоставления «научного» и «ненаучного». Необходимо различать воздействие самого опыта и объяснение, которое этому воздействию даётся.
СТРЕСС КАК ФАКТОР ЗДОРОВЬЯ
Человек постоянно взаимодействует с окружающей средой. Стресс может возникать тогда, когда воспринимаемые требования превышают воспринимаемые человеком возможности справиться с ними. Когда стресс становится хроническим, он может отрицательно влиять на сон, настроение, концентрацию, поведение и общее состояние здоровья. Поэтому иногда человеку помогает не само необычное лечение, а ощущение, что его услышали, поддержали, защитили и что он больше не находится в полном одиночестве. Именно поэтому разговор с родственником, другом, психологом или даже случайным знакомым иногда может оказывать сильное психологическое воздействие. Человеку становится лучше отчасти потому, что его внутренний мир больше не остаётся полностью замкнутым.
ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ СОВЕТЫ
Проблема возникает с некоторыми популярными психологическими рекомендациями. Человеку могут сказать: «Измени себя. Стань лучше. Возьми свою жизнь под контроль». А затем он может услышать: «Оставайся собой. Принимай себя таким, какой ты есть». На первый взгляд эти утверждения противоречат друг другу. Однако они обращены к различным психологическим потребностям. Первое подчёркивает развитие. Второе — самопринятие. Если человек полностью отвергает себя, самопринятие может быть необходимым. Если же человек использует «самопринятие» для оправдания разрушительного поведения и отказывается от любого развития, тогда необходимым может стать изменение. Поэтому фраза «будь собой» сама по себе недостаточна. Сначала необходимо определить, что именно мы понимаем под «собой» и какие стороны этого «я» следует принять, изменить или развить.
ПСИХОЛОГИЯ КАК АНАЛИЗ
Психологический анализ становится особенно ценным именно здесь. Вместо того чтобы просто давать человеку советы, может быть полезнее исследовать причины его поведения. Почему он реагирует именно таким образом? Какие обстоятельства сформировали его убеждения? Какой опыт повлиял на его представление о самом себе? Почему одни ситуации вызывают страх, а другие — агрессию? Почему один человек легко адаптируется к изменениям, тогда как другой оказывается ими подавлен? Эти вопросы значительно глубже простых рекомендаций. Психология становится особенно полезной тогда, когда помогает человеку увидеть структуру собственного поведения.
ПРЕСТУПЛЕНИЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Эта проблема важна и для общества. Традиционные правовые системы, как правило, реагируют на преступление уже после того, как оно совершено. Человек нарушает закон. Следует расследование. Затем может последовать наказание. После этого может предприниматься попытка реабилитации. Но возникает другой вопрос: Можно ли воздействовать на некоторые причины вредного поведения ещё до того, как будет совершено преступление? Профилактическая работа может быть полезной, если она направлена на выявляемые факторы риска, опасные обстоятельства, эскалацию конфликта или обращения за помощью. Однако здесь необходима крайняя осторожность. Человека нельзя считать преступником только на основании черт его личности, внешности, диагноза, социального происхождения или отдельных психологических характеристик. Любая система профилактики должна уважать индивидуальные права и принцип презумпции невиновности. В противном случае попытка предотвратить преступление сама может стать источником несправедливости. Поэтому психологический анализ следует использовать для оказания помощи, выявления опасных ситуаций и снижения реальных рисков, а не для наказания людей за преступления, которых они ещё не совершили.
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОФИЛАКТИКА
В идеале общество должно стремиться не только устранять последствия, но и уменьшать вероятность возникновения разрушительных ситуаций. Для этого необходимы: доступная психологическая помощь; поддержка семьи; социальная интеграция; образование; открытое общение; ранняя поддержка в периоды серьёзных личных кризисов; безопасные условия труда; эффективные механизмы выявления и разрешения опасных ситуаций; защита людей, сталкивающихся с серьёзными социальными или психологическими трудностями. Этот подход непосредственно соответствует общей логике нашего исследования. Если обстоятельства участвуют в формировании судьбы, то изменение обстоятельств может изменить и последующие результаты.
СУДЬБА И ВОЗМОЖНОСТЬ ЕЁ ИЗМЕНЕНИЯ
В начале нашего рассуждения мы задали вопрос: Может ли человек изменить свою судьбу? Теперь мы можем дать на него более сложный ответ. Если под судьбой понимать мистический сценарий, заранее предопределённый во всех деталях, то её существование невозможно доказать эмпирически. Если же под судьбой понимать постоянно развивающуюся последовательность причин и следствий, формирующую человеческую жизнь, тогда она существует как реальная характеристика человеческого существования. Мы не можем отменить прошлое. Но мы можем изменить настоящее. А изменение настоящего становится одной из причин иного будущего. Следовательно, человек не может выйти за пределы причинности. Но он может стать активным участником причинно-следственного процесса. Это различие имеет фундаментальное значение. Мы не выбираем все свои обстоятельства. Но на некоторые из них мы можем влиять. Мы не выбираем прошлое. Но можем изменить своё понимание прошлого. Мы не можем знать всё будущее. Но можем создавать условия, повышающие вероятность определённых результатов. В то же время не каждый человек обладает одинаковыми психологическими, социальными, материальными или физическими ресурсами для таких изменений. Поэтому личную трансформацию нельзя представлять как простой вопрос силы воли.
СИСТЕМА ЦЕННОСТЕЙ И РАЗУМ
Социология предоставляет ещё одну важную перспективу, поскольку рассматривает человека внутри сетей отношений, институтов, групп и социальных структур. Она изучает закономерности поведения и общественного развития посредством наблюдения, эмпирических данных и статистического анализа, а не только на основе индивидуальных впечатлений. В то же время социология, как и любая эмпирическая дисциплина, должна оставаться в пределах того, что действительно может быть исследовано. Из этого можно сделать важный вывод. Изменение положения человека в жизни не изменяет сами законы природы. Однако оно может радикально изменить отношение человека к этим законам. Человек может изменить свои убеждения, ценности и цели, тогда как внешний мир продолжает подчиняться собственным процессам. В первую очередь изменяется сам человек — его восприятие обстоятельств, интерпретация событий и направление деятельности. Поэтому прикладная психология приобрела всё более значительную роль в современном обществе. Это развитие вполне понятно. Современная наука поставила под сомнение многие традиционные объяснения мира и преобразовала интеллектуальную среду, в которой прежде существовали религиозные и философские системы. Такие работы, как «Происхождение видов» Чарльза Дарвина и теория относительности Альберта Эйнштейна, способствовали интеллектуальной трансформации, в ходе которой природные явления всё чаще стали объясняться посредством натуралистических моделей, а не исключительно традиционными теологическими концепциями. В результате психологические и научные интерпретации человеческого существования всё в большей степени занимают интеллектуальное пространство, которое прежде принадлежало религиозным объяснениям. Однако человек продолжает нуждаться в системах смысла. Не каждый способен самостоятельно построить сложное философское мировоззрение. Большинству людей необходима понятная система, способная организовать огромное количество разрозненной информации в осмысленную структуру. Это помогает объяснить продолжающееся распространение психологии, культуры саморазвития, философии, духовности и других систем интерпретации. Люди продолжат задавать фундаментальные вопросы: Зачем мне жить? Как я должен относиться к другим? Что я должен считать ценным? Как мне относиться к страданию? Что делает жизнь осмысленной? Эти вопросы невозможно устранить простым увеличением количества доступной нам информации.
ИЕРАРХИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ РАЗУМА
Под словом «система» мы понимаем иерархическую организацию идей, в которой более общие понятия организуют более конкретные. Для ясности эту структуру можно представить следующим образом: Центральная идея ; Абстрактные понятия и принципы ; Общие идеи ; Конкретные объекты и переживания Конкретный опыт организуется посредством общих идей. Общие идеи, в свою очередь, могут подчиняться более абстрактным принципам. В конечном счёте понимание человеком мира может быть организовано вокруг одной или нескольких центральных идей. Для некоторых людей такой центральной идеей может быть Бог. В такой системе отдельные события, моральные нормы, знания, страдания и личные цели приобретают смысл в рамках религиозной системы. Современная индивидуалистическая культура часто побуждает человека организовывать свою жизнь вокруг идеи самого себя. Человеку предлагается рассматривать себя как автономный центр принятия решений, обладающий свободой и ответственностью. Религиозная иерархия помещает высшую точку отсчёта в другое место. Центральной идеей становится воля Бога. Здесь уместна традиционная поговорка: «Человек предполагает, а Бог располагает». Когда Иисус Христос молился перед Своим арестом, согласно Евангелию от Луки, Он сказал: «Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет». — Луки 22:42 Таким образом, различие между двумя системами заключается не просто в наличии или отсутствии ценностей. Оно заключается в положении, которое занимает высший организующий принцип. В одной системе высшее положение занимает человеческое «я». В другой — Бог.
КАК ЦЕНТРАЛЬНАЯ ИДЕЯ ОРГАНИЗУЕТ ИНФОРМАЦИЮ
В зависимости от того, какой принцип является центральным, люди склонны интерпретировать новую информацию через соответствующую систему. Если новая информация противоречит фундаментальному убеждению, разум может переосмыслить её, интегрировать в существующую структуру или отвергнуть. Это явление не является исключительной особенностью религии. Человек, чьё мировоззрение сосредоточено на Боге, может интерпретировать противоречащие ему свидетельства посредством теологии. Но человек, чьё мировоззрение сосредоточено на автономном «я», также может отвергать информацию, угрожающую его вере в полную независимость, контроль или личное превосходство. Любое мировоззрение может стать замкнутым. Появление многочисленных книг и систем, обучающих людей организовывать свою жизнь, преодолевать трудности, достигать счастья, контролировать свою судьбу и добиваться успеха, отражает усиливающийся культурный акцент на психологическом самоуправлении. Таким образом, современная культура сформировала мощную светскую систему ценностей, сосредоточенную на личности. Это не обязательно означает исчезновение религии. Скорее, это свидетельствует о том, что люди всё чаще используют несколько конкурирующих систем, когда ищут ответы на фундаментальные вопросы.
ПРИНЦИП РАЗУМА
В рамках предлагаемой здесь концептуальной модели разум можно понимать как способность мозга и сознания синтезировать обстоятельства в идеи, ценности и практические ориентиры, а также направлять поведение на их реализацию. Разум динамичен. Обстоятельства меняются. По мере изменения обстоятельств может изменяться и значение, которое им придаётся. Одни ценности становятся сильнее. Другие ослабевают. Третьи исчезают. Представим человека, который переживает серьёзную аварию и оказывается близок к смерти. В один момент он может прийти к выводу, что жизнь потеряла смысл. Но если он выживает и его обстоятельства меняются, тот же опыт впоследствии может получить иное толкование. Смысл может вернуться. Таким образом, разум постоянно переоценивает реальность. Человек оценивает практически всё. Объекты и события могут казаться приятными или неприятными, полезными или вредными, желательными или нежелательными. Мы любим, не любим, боимся, желаем, отвергаем, восхищаемся или игнорируем. Представим человека, у которого есть ноутбук и который полностью им доволен. Затем он видит у друга более новый компьютер. Позже он обнаруживает, что многие его знакомые уже используют более новые модели. Его оценка меняется. Старый ноутбук, который прежде был вполне достаточным, теперь кажется менее желательным. Разум заново оценил обстоятельства. Человек может решить приобрести новый компьютер. Кто-то может возразить: «Меня устраивает мой старый ноутбук». Это вполне возможно. В таком случае просто другая ценность занимает более высокое положение. Возможно, человек предпочитает откладывать деньги на путешествия, образование, жильё или нужды семьи. Таким образом, разум способен пожертвовать одной ценностью ради другой, которую считает более важной. Поведение человека определяется не изолированными желаниями. На него влияет иерархия ценностей.
МНЕНИЕ И ИСТИНА
Мнение можно понимать как предварительную интерпретацию явления, основанную на неполной информации. В упрощённом виде: МНЕНИЕ = доступная фактическая информация + интерпретация + гипотезы и предположения Когда человеку не хватает достаточного количества фактов для достижения логически полного понимания, разум заполняет пробелы гипотезами. Это неизбежно. Человек постоянно делает предварительные предположения, чтобы ориентироваться в неопределённом мире. Если гипотеза впоследствии подтверждается дополнительными свидетельствами, первоначальное мнение становится более точным. Но правильная догадка не тождественна знанию. Истина требует соответствия между утверждением и реальностью, к которой оно относится. В упрощённом виде: ИСТИНА = представление, соответствующее самому явлению. Следовательно, различие между мнением и истиной связано не просто со степенью уверенности. Человек может быть чрезвычайно уверен и при этом ошибаться. Главное — соответствие реальности.
ГОРЕ, РАДОСТЬ И СЧАСТЬЕ
В рамках нашей концептуальной модели горе можно понимать как психологическое состояние, при котором воспринимаемые неблагоприятные обстоятельства перевешивают благоприятные, особенно если неблагоприятное обстоятельство связано с высоко ценимым объектом. Серьёзная потеря может затмить множество положительных обстоятельств. Например, смерть близкого человека может временно сделать финансовый успех, имущество или профессиональные достижения незначительными. Поэтому эту идею можно представить схематически: ГОРЕ = воспринимаемые неблагоприятные обстоятельства перевешивают воспринимаемые благоприятные обстоятельства. Идея смерти представляет собой крайнюю форму утраты: СМЕРТЬ = необратимая утрата жизни. Радость, напротив, можно понимать как состояние, в котором благоприятные обстоятельства преобладают над неблагоприятными. РАДОСТЬ = благоприятные обстоятельства преобладают над неблагоприятными обстоятельствами. Счастье является более сложным явлением. Его можно рассматривать как более широкое и устойчивое состояние, при котором человек воспринимает свою жизнь в целом как благоприятную и осмысленную. Однако абсолютное счастье трудно определить, поскольку реальная жизнь всегда содержит неопределённость, потери, изменения и новые требования. Поэтому стремление к счастью становится процессом, а не состоянием, которое можно навсегда обеспечить.
СНЫ КАК РАБОТА РАЗУМА
Работу разума можно также исследовать через сновидения. Во время сна обычный критический контроль изменяется, тогда как воспоминания и эмоциональный опыт продолжают перерабатываться. В течение дня человек получает бесчисленное множество впечатлений. Среди них может возникнуть одно доминирующее эмоциональное состояние: радость, тревога, страх, горе, ожидание или возбуждение. Разум может связывать эти свежие переживания с воспоминаниями и ранее сформированными ассоциациями. Поэтому сновидения могут содержать сочетания недавнего опыта и более старых воспоминаний. Их содержание может быть искажённым, символическим, фрагментарным или эмоционально преувеличенным. Фрейд, как известно, интерпретировал сновидения в связи с желаниями и бессознательными стремлениями. Предлагаемая нами интерпретация несколько отличается. Сновидение можно также рассматривать как попытку спящего разума создать определённую форму связности из фрагментированных ощущений, воспоминаний и эмоций. Это не означает, что все сновидения имеют один универсальный механизм. Это также не означает, что кошмары представляют собой скрытые желания пережить ужас или разрушение. Скорее, сновидения демонстрируют, что разум способен организовывать опыт способами, радикально отличающимися от обычного бодрствующего мышления.
ТРАНСЦЕНДЕНТНАЯ ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА
Согласно предлагаемой здесь философской концепции, важной особенностью человеческого существования является способность выходить за пределы непосредственного опыта посредством идей, идеалов, целей и смыслов. Природа характеризуется постоянным изменением. Материя переходит из одного состояния в другое. События происходят в определённых последовательностях. Мы интерпретируем эти последовательности посредством причинно-следственных связей. Однако человек делает нечто большее. Он создаёт смыслы, выходящие за пределы непосредственного настоящего. Человек может жить ради будущей цели. Он может пожертвовать настоящим удовольствием ради будущего предназначения. Он может действовать в соответствии с идеалом, который никогда не был полностью реализован. Он может хранить память о человеке, которого уже нет в живых. Он может посвятить жизнь идее, последствия которой проявятся лишь спустя поколения. Поэтому человеческое существование нельзя адекватно описать только как непосредственную последовательность биологических событий. Человек живёт не только посредством физических процессов, но и посредством смыслов.

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНЫЕ, ТРАНСЦЕНДЕНТНЫЕ И ИММАНЕНТНЫЕ ИДЕИ
Здесь необходимо сделать важное философское уточнение. В кантовской философии слово «трансцендентальный» не означает просто «находящийся за пределами опыта». Кант использует этот термин для обозначения условий, при которых вообще возможны опыт и знание. В отличие от него, «трансцендентное» относится к тому, что выходит за пределы возможного опыта. Это различие важно для терминологии, используемой в нашем рассуждении. Трансцендентальный анализ задаёт вопрос: Что делает опыт или знание возможными в принципе? Трансцендентная идея, напротив, касается того, что не может быть установлено как объект возможного эмпирического опыта. Например, Бог, душа, свобода и бессмертие становятся в философии Канта центральными идеями разума, но их нельзя просто рассматривать как эмпирические объекты, доказанные тем же способом, что и физические явления. Поэтому мы предлагаем различать три категории. Имманентные идеи — это идеи, которые остаются в пределах возможного опыта и которые, по крайней мере в принципе, могут быть исследованы эмпирически. Например, утверждение о том, что материя имеет атомную структуру, относится к области эмпирического исследования. Трансцендентные идеи относятся к тому, что выходит за пределы возможного эмпирического опыта. Они могут выполнять функцию метафизических, моральных или регулятивных идей, но не могут быть установлены посредством обычного эмпирического наблюдения. Трансцендентальный анализ, наконец, исследует условия, делающие возможными опыт и познание. Это различие не позволяет рассматривать эти три понятия как синонимы.

ЭВОЛЮЦИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ИДЕЙ
Конечно. Ниже — полный перевод на русский язык с сохранением структуры и без пустых строк между абзацами; пустые строки оставлены только между заголовками.
Schreiben
ЭВОЛЮЦИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ИДЕЙ
Эволюция человека происходила одновременно с развитием всё более сложных форм познания.
Согласно выдвигаемой здесь гипотезе, раннее человеческое сознание было прежде всего ориентировано на непосредственные биологические потребности: выживание, пищу, защиту, размножение и избегание опасности.
По мере усложнения окружающей среды человеку требовались всё более совершенные системы для понимания окружающего мира.
Возникло элементарное осознание самого себя.
Первая идея: «Я».
Индивид осознал себя как отдельный организм.
Вместе с этим осознанием появилось понимание внешнего мира, который не подчинялся его желаниям.
Затем возникла необходимость учитывать других людей.
Вторая идея: «Мы».
Совместное существование повышало защищённость от опасности и создавало сотрудничество, взаимозависимость и общие интересы.
Из этой социальной структуры постепенно возникали всё более сложные представления о личном и коллективном благополучии.
Третья идея: «Счастье».
Одновременно человек столкнулся с силами, которые не мог объяснить: бурями, молниями, землетрясениями, болезнями, смертью и огромными масштабами космоса.
Эти явления способствовали возникновению сверхъестественных объяснений.
Четвёртая идея: «Бог».
Наконец, проблема смерти потребовала ещё одного объяснения.
Человек сформировал представления о продолжении существования после смерти.
Пятая идея: «Загробная жизнь».
Представления о награде и наказании после смерти могли затем стать принципами, определяющими поведение человека в земной жизни.
Эти пять идей не следует понимать как буквальную историческую последовательность, установленную научными доказательствами.
Они представляют собой философскую модель того, каким образом человеческое сознание может организовывать фундаментальные вопросы: самость; сообщество; благополучие; высшая реальность; судьба после смерти.
РАЗВИТИЕ ДЕТСКОГО СОЗНАНИЯ
Если мы наблюдаем за развитием современного ребёнка, можно провести определённые общие аналогии с этой философской моделью.
Сначала ребёнок постепенно развивает осознание собственной личности.
Затем он открывает для себя других людей и формирует понимание принадлежности к семье и обществу.
Он становится всё более осознанным в отношении собственных желаний.
Позднее он начинает задавать вопросы о справедливости, смерти, существовании, мире и смысле.
Более целостное представление о существовании обычно формируется значительно позже, когда отдельные ценности объединяются в более широкое мировоззрение.
Это не доказывает, что индивидуальное развитие буквально повторяет историческую эволюцию человечества.
Это лишь указывает на интересную аналогию:
развитие индивидуального сознания может воспроизводить некоторые структурные вопросы, с которыми человечество сталкивалось на протяжении всей своей истории.
Психология в рамках этого подхода занимается внутренним опытом и поведением индивида.
Философия рассматривает более широкие вопросы о системах смыслов, в рамках которых этот опыт интерпретируется.
ЭВОЛЮЦИОННАЯ СХЕМА
Пять фундаментальных идей эволюционной модели можно представить следующим образом:
Я
Мы
Счастье
Свобода выбора
Смысл жизни
Здесь:
Свобода выбора означает воспринимаемую способность выбирать между доступными возможностями и стремиться к достижению личных целей.
Счастье представляет собой идеал благоприятного существования и личного благополучия.
Смысл жизни представляет собой попытку понять и реализовать конечную цель существования.
В рамках такой системы человека можно считать нравственным, если он принимает такой принцип, как:
«Поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы они поступали с тобой».
РЕЛИГИОЗНАЯ СХЕМА
Религиозную систему можно представить следующим образом:
Душа
Бог
Свобода выбора
Благословение
Царство Божие
Здесь:
Благословение представляет собой стремление жить в соответствии с божественной волей и обрести Божье благоволение.
Свобода выбора означает способность выбирать между нравственно различными намерениями и поступками.
Царство Божие представляет собой конечную цель праведной жизни.
С этой точки зрения религиозные системы можно считать исторически значимыми, поскольку они создавали целостные модели понимания существования задолго до возникновения современных светских систем.
Несмотря на различия, религиозные и светские эволюционные системы обращаются ко многим одним и тем же фундаментальным вопросам.
Что представляет собой человек?
Что имеет ценность?
Как следует жить?
В чём заключается цель существования?
Что происходит после смерти?
Различает их прежде всего интерпретация этих вопросов.
В религиозном понимании центральными понятиями могут быть Бог, душа, нравственная свобода, божественное благословение и Царство Божие.
В светских системах объединяющим принципом могут выступать человечество, любовь, индивидуальное процветание, свобода, научный прогресс или другая универсальная ценность.
Таким образом, различие заключается не обязательно в наличии или отсутствии ценностей.
Различие касается конечного основания, на котором эти ценности организованы.
НРАВСТВЕННОСТЬ И ЛИЧНОЕ БЛАГОПОЛУЧИЕ
Когда человек сосредотачивается исключительно на себе и теряет связь с обществом, он может постепенно утратить важный источник смысла.
Это не означает, что каждый человек, ориентированный на личное благополучие, становится безнравственным.
Личное благополучие само по себе не является злом.
Проблема возникает тогда, когда личные интересы становятся настолько доминирующими, что интересы и достоинство других людей систематически игнорируются.
Человек существует внутри сложных сетей взаимоотношений.
Личное благополучие частично зависит от семьи, друзей, коллег, сообществ, институтов и общества.
Тем не менее возникает сложный вопрос.
Если многие люди, которых мы считаем безнравственными, живут успешной жизнью и доживают до глубокой старости, означает ли это, что нравственность не имеет отношения к человеческой судьбе?
Ответ может частично заключаться в относительности человеческого суждения.
Люди часто расходятся во мнениях относительно того, что представляет собой нравственный поступок.
Человек может действовать так, что со стороны его поведение кажется безнравственным, хотя сам он считает, что действует из преданности своей семье, сообществу, организации или нации.
Следовательно, нравственность нельзя свести просто к верности собственной группе.
Необходим более широкий нравственный принцип.
Христианская традиция выражает такую универсальность через заповедь любить Бога и ближнего своего.
Историческое осуждение Иисуса также демонстрирует важный факт: общественные суждения о нравственности не являются безошибочными.
Общество может осудить человека, которого последующие поколения будут считать нравственно образцовым.
ПРОБЛЕМА СВОБОДЫ
Свобода является одной из самых сложных проблем философии.
Иммануил Кант дал этой проблеме особенно глубокое рассмотрение, разграничив теоретический и практический разум и связав нравственное действие с автономией.
Мы также можем обратиться к словам, приписываемым Иисусу Христу:
«Если пребудете в слове Моём, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными».
Свобода в христианском понимании не обязательно означает отсутствие каких-либо обязательств.
Человек может освободиться от одной формы зависимости, чтобы добровольно принять на себя другое обязательство.
Поэтому свободу можно частично понимать как способность определять собственное намерение и направление.
Нравственная философия Канта предлагает ещё одно важное измерение.
Категорический императив требует от нас действовать в соответствии с принципами, которые могли бы быть желаемы в качестве всеобщих законов.
Например, в рассуждении Канта о самоубийстве рассматривается вопрос о том, может ли максима, допускающая самоубийство, быть непротиворечиво возведена во всеобщий закон.
Философское значение этого аргумента заключается не только в практическом выводе, но и в попытке оценить индивидуальный поступок через лежащий в его основе универсальный принцип.
Однако возникает ещё одна трудность.
Намерение человека и оценка его поступка обществом могут расходиться.
Представим себе город, окружённый врагом.
Один человек убеждает его защитников сдаться, потому что считает, что безусловная любовь к врагу требует примирения.
С точки зрения его личного нравственного принципа он может считать себя оправданным.
Однако с точки зрения жителей города его поступок может выглядеть как предательство, если капитуляция подвергает их серьёзной опасности.
Следовательно, нравственная оценка поступка включает как намерение, так и последствия, а различные этические теории придают им различный вес.
Это демонстрирует сложность применения абстрактных нравственных принципов к конкретным историческим ситуациям.
ТРИ ВИДА СВОБОДЫ
Мы предлагаем различать три измерения свободы:
Свобода внутри природы
Интеллектуальная свобода
Социальная свобода
Свобода внутри природы не означает свободу от законов природы.
Она означает способность человека регулировать своё поведение, вместо того чтобы автоматически реагировать на каждый физический импульс.
Человек может испытывать голод и откладывать приём пищи.
Он может испытывать страх и тем не менее действовать в соответствии с осознанной целью.
Он может испытывать гнев и воздерживаться от агрессии.
Таким образом, человек одновременно свободен и зависим.
Он зависим как биологический организм, находящийся внутри природы.
Он способен к свободе как сознательный субъект, способный оценивать импульсы и формировать намерения.
Интеллектуальная свобода включает способность воображать, размышлять, сравнивать альтернативы, пересматривать убеждения и выбирать намерения.
Социальная свобода включает свободу передвижения, слова, объединения, участия и другие свободы, признанные в рамках общественного порядка.
Разум оценивает ценности:
добро и зло,
правильное и неправильное,
любовь и ненависть,
щедрость и жадность.
Воля затем переводит выбранные намерения в действие.
Нравственность возникает тогда, когда человек способен подчинять непосредственные импульсы более широким ценностям.
НРАВСТВЕННОСТЬ КАК ДИНАМИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС
Нравственность действует наиболее эффективно тогда, когда её принципы поддерживаются значительной частью общества.
Человек может мгновенно изменить своё намерение.
Однако он не всегда способен изменить последствия уже совершённого поступка.
Это создаёт фундаментальную асимметрию.
Как её преодолеть?
Один из ответов заключается в непрерывном развитии нравственного сознания.
Христианская традиция учит, что человек должен прославлять Бога своими поступками.
С более широкой философской точки зрения нравственное развитие начинается с отдельных людей и постепенно может влиять на сообщества.
Когда нравственный принцип становится широко принятым, институты и общественные практики могут начать изменяться в соответствии с ним.
Таким образом, нравственность не является статичным достоянием.
Это динамический процесс.
Она требует передачи, воспитания, личного примера, критики и обновления.
Нравственная система также требует идей, способных сосредоточивать внимание человека.
В рамках христианской традиции одной из наиболее мощных объединяющих формулировок является:
«Отче наш, сущий на небесах».
Это выражение помещает людей в более широкую нравственную семью и устанавливает точку отсчёта, находящуюся за пределами индивидуального эгоизма.
ВЕРА И ЛИЧНОЕ БЛАГОПОЛУЧИЕ
Если человек воспринимает себя как принадлежащего к реальности, превосходящей обычное материальное существование, ценности, вытекающие из веры, могут стать для него более важными, чем непосредственный личный комфорт.
В таком случае личное благополучие может отойти на второй план перед идеей наследования Царства Божия.
Но верующий остаётся физическим человеком.
История религии содержит примеры отшельников и затворников, которые удалялись от обычного общества, чтобы полностью посвятить себя Богу.
Однако уход от общества — не единственное возможное выражение веры.
Религиозное мировоззрение также может побуждать к активному служению.
Верующий может рассматривать помощь другим, заботу о слабых и распространение нравственных ценностей как более высокую цель, чем личный комфорт.
Таким образом, вера способна изменить иерархию ценностей, не требуя физического ухода из общества.
ПРАКТИЧЕСКОЕ ПОНИМАНИЕ СВОБОДЫ
В повседневной жизни свобода является прежде всего практическим понятием.
Мы решаем проблемы.
Мы строим планы.
Мы преследуем цели.
Мы преодолеваем препятствия.
Мы замечаем, что могли бы поступить иначе, и поэтому приходим к выводу, что наш выбор зависел от нас.
Таким образом, разум формирует практическое понятие свободы.
Древнегреческая и древнеримская мысль различала такие понятия, как fatum — необходимость или судьба — и fortuna — удача или случай.
Человек не может с полной уверенностью знать будущее.
Он не знает, какие обстоятельства возникнут.
Однако даже тот, кто считает, что судьба предопределена, продолжает действовать.
Он продолжает надеяться.
Он продолжает выбирать.
Возможно, fortuna станет благоприятной.
Это демонстрирует важный момент:
практическое понятие свободы может направлять поведение, даже если метафизический вопрос об абсолютной свободе воли остаётся нерешённым.
АБСОЛЮТНАЯ СВОБОДА И ВООБРАЖЕНИЕ
Абсолютная свобода, если вообще использовать этот термин, принадлежит прежде всего сфере воображения.
Разум способен создавать возможности, которые невозможно непосредственно реализовать.
Поэтому интеллектуальную деятельность человека можно проиллюстрировать посредством двух основных способностей:
математического конструирования и воображения.
Воображение способно расширять знания, комбинируя уже существующий опыт новыми способами.
Идея человеческого полёта является хорошим примером.
Люди наблюдали за птицами и представляли себе полёт.
Постепенно они приобрели знания о механике, материалах, аэродинамике, двигателях и управлении.
В конце концов эта идея стала технически осуществимой.
Схематически это можно выразить следующим образом:
ИДЕЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПОЛЁТА + накопленные эмпирические знания + технологическое развитие = практическая возможность
Тот же принцип можно применить к сложным технологическим проблемам.
Рассмотрим идею отправки человека на Марс.
Сама по себе цель не решает проблему.
Она должна быть связана со знаниями о двигательных установках, системах жизнеобеспечения, радиации, навигации, энергетике, связи, посадке и бесчисленном количестве других факторов.
Чем больше необходимых знаний приобретается, тем ближе идея становится к практической реализации.
Но существует и другая форма воображения: создание возможностей, для которых пока не продемонстрирован никакой практический принцип.
Человек может представить себе машину, способную физически перемещаться в прошлое.
Если не существует физического механизма, способного осуществить такое перемещение, идея остаётся гипотетической независимо от сложности математической модели.
Однако современные технологии способны моделировать исторические среды.
Виртуальная реальность может создавать впечатление пребывания в другой исторической эпохе.
Но виртуальная реконструкция не является физическим обращением времени вспять.
Поэтому необходимо различать:
расширение практического опыта
и
симуляцию опыта.
РЕЛИГИЯ КАК ИЗМЕНЕНИЕ СИСТЕМЫ ЦЕННОСТЕЙ
Человек не всегда способен сознательно сформировать глубочайшие основания собственной системы ценностей.
Многие ценности постепенно возникают под влиянием воспитания, культуры, взаимоотношений, опыта и размышлений.
Тем не менее человек иногда способен изменить иерархию собственных ценностей.
Яркий пример можно найти в Нагорной проповеди, приписываемой Иисусу Христу.
Одними из центральных положений этой проповеди являются Заповеди блаженства:
«Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное».
Эта система ценностей позволяет переосмыслить страдание, поражение, отвержение, преследование и даже смерть.
В рамках нашей интерпретации Нагорная проповедь представляет собой изменение смысла, приписываемого страданию и утрате.
Человек, пришедший в отчаяние из-за земного существования, может обнаружить другую систему координат.
Через религиозную веру его прежняя иерархия ценностей может символически «умереть», а вместо неё возникает другая иерархия.
Физически, однако, человек продолжает жить.
Такая трансформация может изменить поведение именно потому, что она изменяет смысл, приписываемый обстоятельствам.
Важно подчеркнуть, что это описание относится не к каждому верующему.
Для многих людей религия прежде всего является культурной традицией, семейной практикой или формой участия в жизни сообщества.
Настоящий аргумент относится к человеку, для которого религиозная вера становится центральным организующим принципом существования и предоставляет новую систему координат, через которую интерпретируются страдание и неопределённость.

ИЗМЕНЕНИЕ СУДЬБЫ ЧЕРЕЗ ИЗМЕНЕНИЕ ЦЕННОСТЕЙ
Человеческое сознание развило способность синтезировать огромное количество обстоятельств и направлять поведение к выбранным целям.
Однако получающееся направление не всегда соответствует общепринятым ценностям.
Иногда оно может приводить к разрушительным последствиям.
Это приводит нас к одному из наиболее сильных выводов нашего рассуждения:
Один из наиболее доступных способов, с помощью которого человек может изменить ход своей жизни, заключается в изменении собственной системы ценностей.
Когда человек изменяет свои ценности, он начинает по-другому оценивать одни и те же обстоятельства.
То, что раньше казалось поражением, может превратиться в вызов.
То, что казалось бессмысленным страданием, может обрести значение.
То, что казалось концом, может стать началом нового этапа.
Изменение мировоззрения не изменяет объективные законы природы.
Оно изменяет направление поведения внутри этих законов.
Разум создаёт осмысленную реальность — не отдельную физическую вселенную, а интеллектуальную систему координат, внутри которой обстоятельства приобретают значение.
Здесь мы сталкиваемся с важной формой внутренней свободы.
Свобода заключается не только в управлении природой.
Она также может заключаться в перестройке смыслов, посредством которых интерпретируются природа и обстоятельства.
Разум остаётся частью природы, однако посредством идей, идеалов, ценностей и целей он способен выходить за пределы непосредственных импульсов и организовывать поведение вокруг абстрактных целей.
Таким образом, человек одновременно принадлежит двум измерениям.
Он является биологическим организмом, подчинённым природной необходимости.
Но он также является субъектом, создающим смыслы, способным формировать идеалы и цели, выходящие за пределы непосредственных биологических потребностей.
Мы рассматриваем эту способность как одну из главных основ человеческой свободы.
Изменение системы ценностей не изменяет магическим образом судьбу как объективную последовательность обстоятельств.
Оно изменяет путь, по которому человек движется внутри этой последовательности.
Он не получает контроля над каждым событием.
Он получает возможность по-другому реагировать на события.
В этом заключается центральная идея настоящей концепции:
Человек не может полностью контролировать мир, но он способен в определённой степени изменить систему ценностей, через которую воспринимает мир. Изменяя эту систему, он может изменить свои интерпретации, решения, действия и направление своей жизни.
И поскольку каждое действие становится новой причиной, изменение ценностей может стать изменением последующей цепи обстоятельств.
В этом смысле человек не находится вне судьбы.
Он участвует в её формировании.
Он формируется обстоятельствами, но одновременно воздействует на них.
Он получает прошлое, интерпретирует настоящее и вносит свой вклад в будущее.
Таким образом, судьба не является ни просто внешней силой, ни всего лишь частной иллюзией.
Она представляет собой непрерывно развивающееся отношение между обстоятельствами, человеческой природой, сознанием, ценностями, выбором, действием и последствиями.
Поэтому древний вопрос остаётся открытым:
Ведёт ли судьба желающих и тащит нежелающих?
Возможно, самый глубокий ответ заключается в том, что мы никогда полностью не находимся вне цепи, определяющей нашу жизнь.
Но внутри этой цепи остаётся пространство — пусть и ограниченное — для понимания, оценки, намерения и действия.
И именно в этом пространстве становится возможной человеческая свобода.



ВОЗРОЖДЁННЫЙ РИМ

«Каждая жизнь подчинена собственной судьбе; никто не может избежать ошибок…»
— Цюй Юань

ТАЙНА ПРОИСХОЖДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

Если люди приобрели способность решать чрезвычайно сложные логические задачи, разработали технологии, позволяющие преобразовывать окружающий мир, и даже приблизились к управлению некоторыми силами природы, возникает неизбежный вопрос: существует ли ещё более высокая форма интеллекта, способная создать само человечество?
Или всё гораздо проще? Возможно, ответ следует искать не в некоем высшем разуме, а, напротив, в самой природе человека — существа, которым на заре исторического существования прежде всего руководили инстинкты выживания, размножения и стремление к превосходству.
В любом случае происхождение и развитие человечества остаются одной из величайших тайн бытия. Как отмечал Карл Ясперс, возникновение человека представляет собой глубокую тайну, которая никогда не становилась полностью доступной человеческому пониманию.
Мысленно вернёмся в далёкое прошлое, в период, когда первые люди только начинали отделять себя от животного мира. Согласно одной из возможных гипотез, изменения окружающей среды вынудили наших далёких предков искать новые источники пищи и постепенно покидать привычную древесную среду обитания.
Прямохождение также можно понимать как результат длительной адаптации к изменяющимся условиям. Когда верхние конечности перестали быть необходимыми прежде всего для передвижения, они приобрели новые функции: переносить пищу, манипулировать предметами, использовать примитивные орудия, бросать камни, держать палки и защищаться от хищников. Постепенно руки перестали быть лишь органами движения и стали важнейшими инструментами взаимодействия с окружающим миром.
Так биологическое изменение постепенно превратилось в культурное преимущество. Рука, способная изготавливать и использовать орудие, уже не была просто частью тела; она стала инструментом, посредством которого сама природа могла быть преобразована.

БОРЬБА ЗА ВЫЖИВАНИЕ И СТРЕМЛЕНИЕ К ПРЕВОСХОДСТВУ

Подобно многим другим животным, первые люди жили группами. Внутри этих групп естественным образом формировались иерархии, и самый сильный, опытный или агрессивный индивид мог занять доминирующее положение.
Подобные отношения можно наблюдать у многих социальных животных. Конкуренция за положение в группе связана не только с доступом к пище, но и с размножением, безопасностью и влиянием на других членов сообщества.
Однако по мере изменения условий окружающей среды борьба за существование становилась всё более трудной. Когда ресурсы истощались, разные человеческие группы могли вступать в конфликт друг с другом. Борьба за территорию, пищу, убежище и безопасность постепенно стала неотъемлемой частью человеческого существования.
Здесь начало проявляться одно из великих противоречий человеческой природы. Люди способны к сотрудничеству и солидарности, но также способны уничтожать других людей ради собственных интересов.
Стремление к превосходству постепенно приобретало всё более сложные формы. В то время как животное обычно реагирует на непосредственные стимулы и инстинктивные импульсы, человек способен помнить прошлое, планировать будущее, разрабатывать стратегии и предвидеть возможные последствия своих действий.
Здесь мы сталкиваемся с одной из фундаментальных трагедий человеческого существования: развитие интеллекта не устранило инстинкт конкуренции. Напротив, интеллект придал этому инстинкту новые и гораздо более могущественные формы.

РОЖДЕНИЕ СОЗНАНИЯ И ПАМЯТИ

Мы можем представить древнего человека, ставшего причиной смерти другого члена своей группы — возможно, даже собственного брата. Это уже не был просто конфликт между двумя животными.
Человек обладает способностью осознавать собственные действия. Он может помнить умерших, испытывать вину, сожалеть о случившемся и пытаться сохранить связь с тем, кого уже невозможно вернуть к жизни.
Подобные переживания могли стать одной из основ, на которых возникли ранние религиозные представления.
Умерший человек не просто исчезал из сознания живых. Он продолжал существовать в памяти. Отсюда могла возникнуть другая мысль: возможно, умерший не перестал существовать полностью, а перешёл в иной мир, присоединился к предкам или вошёл в реальность за пределами видимого мира.
Из таких представлений постепенно могли возникнуть ритуалы, погребальные обряды, символические предметы и формы поклонения силам, которых люди не могли видеть или полностью понимать.
Люди столкнулись с фундаментальным противоречием: физическое существование заканчивается, тогда как образ человека может продолжать жить в сознании других.
В этом смысле смерть могла стать одним из важных источников философской мысли.
Люди начали задавать вопросы, на которые нельзя было ответить посредством непосредственного наблюдения: что происходит после смерти? Куда уходит человек? Почему существует жизнь? Откуда возник мир? Существует ли иная реальность за пределами видимого существования?
Так движимое инстинктами существо постепенно стало символическим существом — существом, способным не только жить в мире, но и создавать смыслы о нём.

ЧЕЛОВЕЧЕСТВО — СОЗИДАТЕЛЬ И РАЗРУШИТЕЛЬ

Люди отличаются от других живых существ не только способностью созидать, но и способностью разрушать созданное ими.
Они изобретают инструменты и одновременно оружие. Разрабатывают методы лечения и методы уничтожения. Строят города и могут их разрушить. Создают культуру и одновременно могут обратить достижения культуры против самих себя.
Поэтому принцип «выживает сильнейший» приобретает в человеческом обществе особое значение.
Люди стремятся не просто выжить. Они стремятся превзойти других.
Это стремление может проявляться во множестве форм: в богатстве, знаниях, политической власти, физической силе, технологическом превосходстве, социальном влиянии или культурном авторитете.
Особенно очевидно это становится в истории оружия.
Многие технологические достижения возникали или ускоренно развивались в условиях военной конкуренции. Государства стремились получить преимущества над соперниками, а технологии, первоначально разработанные для военных целей, позднее находили мирное применение.
Таким образом, история человечества содержит глубокий парадокс: стремление получить превосходство над другим человеком иногда становилось стимулом технологического и социального развития.
Однако тот же процесс создаёт огромную опасность. Технологическая мощь может развиваться гораздо быстрее, чем моральная и политическая способность управлять ею.
Человек становится всё могущественнее, не обязательно становясь пропорционально мудрее.

ДРЕВНЯЯ ГРЕЦИЯ И РОЖДЕНИЕ ЭСТЕТИЧЕСКОГО ИДЕАЛА

Особое место в истории человечества принадлежит Древней Греции.
Греческая культура выработала особое эстетическое и философское отношение к миру. Красота понималась не просто как нечто, способное доставлять удовольствие, но и как выражение гармонии, пропорции, порядка и меры.
Современная культура значительно преобразовала эстетические ценности. Возникло огромное пространство для художественных экспериментов, в котором существует мало общепризнанных стандартов.
С одной стороны, это означает свободу. Художник больше не связан единой устоявшейся эстетической системой.
С другой стороны, возникает важный вопрос: может ли неограниченная свобода эстетического выбора в конечном счёте привести к исчезновению самого понятия красоты?
Современная массовая культура обладает огромным влиянием. Коммерциализация искусства побуждает оценивать произведения не только по их художественным качествам, но и по способности привлекать внимание, вызывать эмоциональную реакцию и приносить прибыль.
Следовательно, существует важное различие между повседневным пониманием красоты и философским понятием прекрасного.
Сказать «мне это нравится» — значит выразить личную реакцию. Спросить, является ли нечто прекрасным в более глубоком эстетическом смысле, — значит поставить вопрос о пропорции, гармонии, форме, смысле и культурном понимании.

ФОРМИРОВАНИЕ ВКУСА

Когда один человек смотрит на предмет и говорит: «Мне это нравится», а другой отвечает: «Это уродливо», люди часто замечают: «О красоте не спорят».
Но сразу возникает другой вопрос. Если вкус формируется культурой, образованием, опытом и окружающей средой, можно ли считать любую форму вкуса одинаково развитой?
Эстетическое восприятие требует определённого уровня культурного опыта.
Мы можем воспринимать предмет как красивый не просто потому, что он доставляет непосредственное удовольствие, а потому, что распознаём в нём внутреннюю гармонию: отсутствие лишних элементов, соразмерность, единство формы и соответствие между её частями.
Тот же принцип можно применить к человеческой внешности.
На протяжении истории разные цивилизации вырабатывали собственные представления об идеальных пропорциях человеческого тела и лица. Особенно ярко это проявлялось в древнем искусстве, где физическая форма часто связывалась с более широкими представлениями о гармонии и порядке.
Таким образом, эстетическое восприятие можно рассматривать не просто как эмоциональную реакцию, а как сложную форму интеллектуального и культурного опыта.
Вкус необходимо развивать.
Он постепенно формируется благодаря знакомству с произведениями искусства, историей культуры, архитектурой, музыкой, литературой и философией.
Именно поэтому вопрос о красоте одновременно является вопросом образования. Научиться видеть красоту — значит в определённом смысле научиться воспринимать порядок и смысл.

ПРОТИВОРЕЧИЕ ДРЕВНЕЙ КРАСОТЫ

Однако было бы ошибкой считать древнюю культуру полностью гармоничной.
А. Ф. Лосев обращал внимание на парадоксы отношения Платона к искусству. В идеальном государстве Платона художник и поэт не занимают того привилегированного положения, которого можно было бы ожидать от цивилизации, считающейся одним из главных источников европейской эстетической мысли.
Здесь мы сталкиваемся с важным противоречием. Цивилизация, создавшая одни из наиболее влиятельных произведений искусства и заложившая основы европейской эстетики, одновременно выражала серьёзные сомнения относительно роли и влияния художественного изображения.
Следовательно, древняя красота не была просто жёсткой системой правил.
Возможно, современная цивилизация также имеет возможность создать новое эстетическое пространство — новую эстетосферу, в которой традиционные представления о красоте смогут обрести новый смысл.
Но новое не обязательно требует отказа от прошлого.
Напротив, задача может заключаться в объединении исторического опыта с современными формами творчества.
Цивилизация развивается не только разрушая то, что существовало до неё, но и преобразуя и переосмысливая это.

ГРЕЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ И ФОРМИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕКА

Греческая трагедия оказала огромное влияние на человека античного мира.
Произведения Эсхила, Софокла и Еврипида ставили человека перед лицом судьбы, богов, природы и неизбежных последствий его действий.
Трагедия заставляла зрителей переживать страдания героя.
Но это переживание имело более глубокую цель, чем развлечение.
Наблюдая трагедию другого человека, зритель получал возможность эмоционально столкнуться с тем, что могло произойти и с ним. Страдание другого становилось зеркалом, в котором зритель мог увидеть хрупкость собственного существования.
Так греческий театр стал своеобразной школой человеческого бытия.
Музыка, хор, актёрская игра, движение и драматическое действие объединялись в едином художественном пространстве. По мере развития театральных форм появление дополнительных актёров сделало возможными всё более сложные диалоги, конфликты и драматические структуры.
Трагедия показывала людям пределы их собственных возможностей.
Перед лицом судьбы они не были всемогущими хозяевами своей жизни, а оказывались существами, вынужденными сталкиваться с обстоятельствами, превосходящими их контроль.
Современная драма часто уделяет больше внимания психологической чувствительности и индивидуальному опыту. Это может углублять эмоциональное осознание, но также может делать человека более уязвимым перед собственными эмоциями.
Однако в древнем мире трагедия была не просто источником сострадания. Она также была способом столкновения с неизбежностью.
Зритель не просто жалел героя. Ему напоминали, что само человеческое существование подчинено ограничениям, которые не всегда можно преодолеть.

«ИЛИАДА» И «ОДИССЕЯ»: РОЖДЕНИЕ КУЛЬТУРНОЙ ПАМЯТИ

Высокий эстетический идеал можно также увидеть в двух великих произведениях, традиционно связанных с именем Гомера, — «Илиаде» и «Одиссее».
Греческая культура развивалась в тесной связи с мифологической традицией, и эти эпосы занимали центральное место в культурном сознании древнегреческого мира.
«Илиада» не рассказывает обо всей Троянской войне от начала до конца. Её повествование сосредоточено на определённом периоде войны и прежде всего на конфликте, связанном с Ахиллом.
«Одиссея», напротив, обладает более завершённой структурой ухода, странствий, борьбы и возвращения.
Эти произведения не просто сохраняли память о прошлом. Они помогали формировать представления общества о героизме, чести, судьбе, верности, мести, дружбе и человеческом достоинстве.
Эпическая традиция передавалась из поколения в поколение, а её исполнение составляло важную часть коллективной культуры.
Греки вновь и вновь возвращались к этим историям, сопоставляли различные эпизоды и традиции и стремились понять, как отдельные повествования могут образовывать единое культурное целое. Более завершённая структура «Одиссеи» могла служить образцом, благодаря которому слушатели представляли, как другие повествования можно расширять, связывать или завершать.
Это были не просто занимательные истории. Они воплощали нравственный и эстетический мир, в котором люди, боги, природа, общество, честь и судьба были взаимосвязаны.
Возможно, это был один из способов возникновения высокой культуры — культуры, способной воспринимать мир не как совокупность несвязанных объектов, а как структурированное целое.
Идея гармонии между человеком, природой и обществом на протяжении многих веков оставалась одним из центральных вопросов европейской мысли.

ПЕРВАЯ ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

На протяжении многих веков повседневная жизнь людей менялась относительно медленно.
Однако начиная с XVII века и особенно в XVIII столетии Европа вступила в период ускоренного научного и технологического развития.
Главный вопрос заключается в следующем: почему это преобразование произошло именно в тот исторический момент?
Чтобы понять этот процесс, необходимо обратиться к истории Римской империи.
Рим создал огромную политическую систему, объединившую множество народов и территорий. Его влияние распространялось на значительную часть Европы, Северную Африку и Ближний Восток. Империя также включала территории вокруг северного Причерноморья, в том числе важные греческие города и торговые центры.
Широкое использование рабского труда было одной из особенностей римской экономики. При определённых условиях наличие дешёвой принудительной рабочей силы могло снижать экономический стимул к замене человеческого труда сложными механизмами.
Это не означает, что рабство само по себе препятствовало технологическому развитию. Римская цивилизация создала множество важных изобретений и инженерных достижений. Тем не менее экономическая структура империи принципиально отличалась от структуры более поздних индустриальных обществ, в которых технологии, сберегающие труд, становились всё более ценными.
Последующий распад Западной Римской империи стал одним из великих поворотных моментов европейской истории.

КРИЗИС РИМСКОЙ ИМПЕРИИ

К факторам, способствовавшим ослаблению и последующему преобразованию Западной Римской империи, относились:

истощение и рост затрат на военные ресурсы;

непрерывные внутренние и внешние конфликты;

демографические трудности;

экономическая нестабильность;

ослабление административных и социальных институтов;

политическая нестабильность и гражданские войны;

усиление внутренних противоречий;

давление со стороны внешних народов и миграционные процессы;

изменения в культурной и религиозной структуре общества.
Однако падение Рима нельзя объяснить одной причиной.
История империи стала результатом сложного взаимодействия экономических, политических, военных, демографических и культурных процессов.
Христианство также стало важной частью этих преобразований, но сводить падение Рима исключительно к возникновению христианства было бы чрезмерным упрощением.
Империи редко исчезают из-за одного события или одной идеи. Обычно они приходят в упадок, когда многочисленные взаимосвязанные системы начинают утрачивать прежнее равновесие.
Поэтому падение Рима представляет собой не просто исчезновение политического государства, а преобразование целой цивилизации.

ХРИСТИАНСТВО И ЕВРОПЕЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

Необходимо различать учения, приписываемые Иисусу Христу, более широкую христианскую религиозную традицию и исторические институты христианской церкви.
Действительно, между евангельским идеалом любви и некоторыми действиями, осуществлявшимися религиозными институтами на протяжении европейской истории, существовало противоречие.
Европейская история включает религиозные войны, преследование еретиков, крестовые походы и инквизицию. Эти явления показывают, насколько исторические институты иногда могли отдаляться от этических принципов, которые они заявляли как свои.
В то же время христианская традиция привнесла или укрепила в европейской культуре идеи милосердия, сострадания, нравственной ответственности, благотворительности и духовной ценности личности.
Поэтому историческую роль христианства в Европе нельзя оценивать исключительно в чёрно-белых тонах.
Оно одновременно было источником духовного единства, нравственной мысли, образования, искусства и культурной преемственности — и в определённые исторические периоды инструментом политической власти и репрессий.
Именно эта двойственность делает его историческое значение столь сложным.
Христианство не просто заменило античный мир. Оно унаследовало, преобразовало, сохранило и иногда отвергло различные элементы греческой и римской цивилизации.
В ходе этого длительного процесса преобразований Европа постепенно приобрела культурную структуру, объединившую античную философию, римское право, христианскую мысль и последующее научно-технологическое развитие.

ОТ АЛХИМИИ К ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

После распада Западной Римской империи европейские общества пережили длительный период преобразований.
Возникали новые государства. Развивались новые экономические отношения. Постепенно появлялись новые образовательные и интеллектуальные институты.
Особую роль в этом длительном процессе играла алхимия.
Алхимики стремились превращать обычные вещества в золото, искали философский камень и исследовали свойства металлов, минералов и различных соединений.
С точки зрения современной науки многие их теории были ошибочными. Однако их экспериментальные практики в определённой степени способствовали накоплению практических знаний о веществах и химических процессах.
Люди всё чаще стремились не просто созерцать природу, но и экспериментировать с ней.
Это изменение во взаимоотношениях человечества и природы имело огромное значение.
Наблюдение постепенно превращалось в эксперимент.
Предположение становилось гипотезой, которую можно было проверить.
Ремесло постепенно развивалось в технологию.
А любопытство всё чаще превращалось в систематическое исследование.
Человек уже не просто спрашивал, что представляет собой природа. Он всё чаще спрашивал, что с ней можно сделать.
В этом преобразовании можно увидеть некоторые основы, из которых возникли научная революция, а позднее и промышленная революция.
Стремление понять природу и стремление управлять ею постепенно переплетались.

ВОЗРОЖДЁННЫЙ РИМ

История Европы представляет собой удивительный исторический цикл.
Когда-то Римская империя объединила значительную часть европейского мира. После её распада на протяжении веков возникали и независимо развивались многочисленные государства.
Однако идея европейского единства не исчезла.
Она сохранилась в языке культуры, римском праве, христианской традиции, античной философии, литературе, политической памяти и общем историческом наследии.
Проходили столетия.
Европейские государства переживали войны, религиозные конфликты, династические распри, революции, экономические кризисы и технологические преобразования.
И всё же идея объединённой Европы постепенно возвращалась.
В этом смысле Европейский союз можно рассматривать как своего рода историческое возвращение к идее политического и экономического единства континента.
Разумеется, Европейский союз не является буквальным продолжением Римской империи. Это принципиально иная политическая система, основанная не на завоевании и подчинении, а на сотрудничестве, общих институтах, согласованных правилах и добровольном участии суверенных государств.
Тем не менее символическая связь сохраняется.
Когда-то Рим создал форму европейского единства посредством военной силы.
Современная Европа пытается создать единство посредством права, экономики, общих институтов и политического соглашения.
Именно поэтому название «Возрождённый Рим» не следует понимать как утверждение, будто Римская империя была буквально восстановлена. Это философская метафора сохранения исторических идей.
Цивилизации исчезают, но идеи могут пережить государства.
Империи рушатся, но культурное наследие продолжает существовать.
Политические структуры меняются, но человеческое стремление к единству, безопасности, власти, превосходству и смыслу сохраняется.
Поэтому история Европы раскрывает более глубокий парадокс.
Человечество постоянно создаёт новые формы общества, пытаясь преодолеть ограничения собственной природы, но вновь и вновь воспроизводит многие конфликты, существовавшие в далёком прошлом.
Всё начинается с борьбы за пищу и территорию.
Мы создаём деревни, города, государства и империи.
Мы развиваем науку и технологии.
Мы строим чрезвычайно сложные политические и экономические системы.
И всё же продолжаем сталкиваться с вопросами, возникшими у первых людей.
Что такое человек?
Почему человечество стремится к превосходству?
Почему люди способны одновременно любить и разрушать?
Почему мы создаём красоту и одновременно создаём оружие?
Почему интеллект порождает и цивилизацию, и новые формы конфликта?
Возможно, историю человечества можно понимать как непрерывную попытку превратить инстинкт в разум, так и не устранив инстинкт полностью.
Римская империя исчезла, но идея политического единства сохранилась.
Античная философия исчезла как живая система, однако её вопросы продолжили формировать европейскую мысль.
Древние религии изменились, но человеческий поиск смысла сохранился.
Технологии стали могущественнее, но фундаментальные человеческие противоречия остались удивительно устойчивыми.
Поэтому будущее цивилизации может зависеть не просто от дальнейшего развития интеллекта, а от того, сможет ли нравственное сознание развиваться сопоставимыми темпами.
Человечество уже приобрело огромную власть над природой.
Более важный вопрос заключается в том, сможет ли человечество обрести достаточную власть над самим собой.
Возможно, именно это определит следующий этап человеческой истории.



ФЕНОМЕН «КАЛИГУЛЫ», ИЛИ ОСВОБОЖДЁННОЕ СОЗНАНИЕ

«Человек рождается свободным, но повсюду он в цепях. Один человек считает себя господином других, однако остаётся большим рабом, чем они».
— Жан-Жак Руссо

Император Калигула остаётся одной из самых печально известных фигур в истории Древнего Рима. В массовой культуре его образ прочно связан с безумием, жестокостью, распущенностью и неограниченной властью. Современные представления о нём особенно сильно сформированы литературой, театром и кинематографом, где Калигула часто изображается психически неуравновешенным правителем, неспособным к рациональному мышлению. Однако такой образ неизбежно упрощает историческую личность.

Если оставить в стороне наиболее скандальные эпизоды его биографии и рассмотреть более общую картину его действий, возникает другой вопрос: каким образом человек, якобы лишённый разума, мог приобрести и удерживать власть над огромной империей, быстро оценивать политические обстоятельства, обеспечивать поддержку армии и народа, инициировать административные меры, организовывать масштабные строительные проекты и одновременно вести сложную борьбу с Сенатом?

Действительно ли Калигула был настолько неразумным, каким его часто изображает массовая культура? Или мы имеем дело с гораздо более сложным психологическим феноменом — человеком, сознание которого могло быть глубоко изменено детской травмой, постоянной угрозой смерти, длительной зависимостью от других людей и внезапным приобретением практически неограниченной власти?

Для целей нашего психологического анализа мы условно заменим прозвище «Калигула» именем «Маленький сапожок». Латинское слово caligula было уменьшительной формой слова caliga — разновидности военной обуви. Прозвище возникло в детстве, когда он сопровождал своего отца Германика в военных походах. Для ребёнка изготовили военную одежду соответствующего размера, включая маленькую пару солдатских сандалий. Именно эти сандалии дали ему прозвище, под которым он впоследствии стал известен.

Германик был опытным военачальником и пользовался огромной популярностью среди римлян. Поэтому вполне разумно предположить, что его маленький сын с раннего возраста оказался в центре общественного внимания. Для ребёнка такое внимание может стать мощным психологическим стимулом. Ребёнок начинает частично воспринимать себя через реакцию окружающих: сегодня им восхищаются, его любят и окружают вниманием; завтра обстоятельства могут измениться — и всё это исчезнет.

Если устойчивая внутренняя система ценностей ещё не сформировалась, подобные колебания могут глубоко повлиять на личность. Ребёнок постепенно может понять, что безопасность и общественное признание нестабильны, а его положение зависит от сил, находящихся вне его контроля.

Короткий период семейного благополучия сменился гораздо более тяжёлыми обстоятельствами. Популярности стало недостаточно; главным вопросом стало выживание. Необходимыми стали осторожность, хитрость, выдержка и находчивость. Ему приходилось наблюдать за настроением окружающих, предугадывать опасность и понимать, о чём другие могли думать ещё до того, как они открыто выражали свои мысли.

После смерти отца его мать вернулась в Рим вместе с детьми. Её отношения с императором Тиберием были крайне напряжёнными. Маленький сапожок стал свидетелем уничтожения части собственной семьи. После ссылки матери он и его сёстры жили под постоянным наблюдением агентов Тиберия. Фактически ребёнок находился в условиях, напоминавших заключение.

Однако, возможно, наиболее значительной особенностью его поведения было то, что он не проявлял открытой ненависти. Он согласился сопровождать Тиберия на Капри. С точки зрения обычной морали такое поведение может выглядеть как покорность. Однако с точки зрения самосохранения оно могло быть вполне рациональным. Чтобы выжить, ему необходимо было молчать. Он должен был скрывать свои эмоции. Он должен был наблюдать. Он должен был ждать.

Поэтому годы, проведённые на Капри, по крайней мере гипотетически, можно рассматривать как своего рода школу выживания. В этот период его мать и брат умерли в заключении. Он был вынужден переживать уничтожение близких ему людей и одновременно демонстрировать лояльность человеку, которого он мог связывать с несчастьями своей семьи.

Такое психологическое состояние вряд ли могло пройти бесследно. Продвижение и выживание требовали молчания, подавления гнева и контроля над выражением эмоций. За свою безопасность он должен был заплатить чрезвычайно высокую психологическую цену.

Однако механизмы, сформированные для выживания, не обязательно исчезают после исчезновения опасности. Стратегия, которая когда-то защищала человека, впоследствии может стать источником разрушительного поведения. То, что когда-то было необходимо для выживания, со временем может превратиться в постоянный способ восприятия мира.

Маленький сапожок избежал судьбы нескольких других членов своей семьи и в конечном итоге завоевал расположение Тиберия. Длительная борьба за выживание могла чрезвычайно усилить его инстинкт самосохранения.

Человек, живущий в подобных условиях, может стать чрезвычайно чувствительным к опасности. Он учится читать выражения лиц, интонации, жесты, изменения в поведении и даже молчание. Внутренне он постоянно готов к тому, что что-то произойдёт.

Для обычного человека такое состояние может быть изнурительным. Но для будущего правителя та же психологическая чувствительность могла превратиться в инструмент политической власти.

ВЛАСТЬ КАК ПРОДОЛЖЕНИЕ ИНСТИНКТА САМОСОХРАНЕНИЯ

Маленький сапожок понимал, что его продвижение в глазах Тиберия отчасти зависело от его отношений с людьми, окружавшими императора. Его внимание привлёк преторианец по имени Марк, с которым будущий император установил дружеские отношения. Этот политический манёвр, по-видимому, оказался полезным. Марк отзывался о Маленьком сапожке положительно, тем самым уменьшая подозрения Тиберия. Более поздние предания даже предполагали, что Марк мог способствовать ускорению его восхождения на престол.

Независимо от того, насколько достоверны эти истории, лежащая в их основе политическая логика заслуживает внимания. Маленький сапожок, по-видимому, понимал, каким образом люди функционируют внутри политической системы. Он мог отличать тех, кто способен быть полезным, от тех, кто представлял угрозу; тех, кто мог способствовать его продвижению, от тех, кто после изменения обстоятельств мог стать опасным.

Здесь мы сталкиваемся с одной из важнейших возможных особенностей его характера.

Человек, долгое время находившийся в положении потенциальной жертвы, после приобретения власти может начать воспринимать других людей не как равных, а как потенциальные источники опасности. Может возникнуть простая психологическая формула:

Если я не контролирую другого человека, то однажды этот человек может контролировать меня.

Если контроль над другими начинает ассоциироваться с личным выживанием, власть перестаёт быть лишь политическим инструментом. Она превращается в психологическую необходимость.

Через несколько месяцев после провозглашения императором Маленький сапожок тяжело заболел. Античные источники связывали болезнь с различными обстоятельствами, включая чрезмерные излишества и возможное отравление. Точная причина остаётся неизвестной. Однако независимо от медицинской реальности психологическое значение такого события могло быть весьма существенным.

Он только что получил почти абсолютную власть и почти сразу столкнулся с возможностью собственной смерти.

Подобный опыт мог усилить уже глубоко укоренившееся убеждение в том, что смерть никогда не находится далеко, даже тогда, когда опасность, казалось бы, исчезла.

После выздоровления он приказал казнить некоторых людей, которые связывали свои политические расчёты или клятвы с возможной смертью императора. С точки зрения предложенной здесь психологической модели это могло стать важной границей.

До болезни власть могла восприниматься прежде всего как возможность.

После болезни власть могла начать ассоциироваться с выживанием.

В этот момент могла произойти глубокая трансформация. Человек, проведший значительную часть жизни в страхе перед возможностью собственного уничтожения, получил способность уничтожать других. Потенциальная жертва превратилась в потенциальный источник опасности.

СТРАХ СМЕРТИ И НЕОГРАНИЧЕННАЯ ВЛАСТЬ

С этого момента поведение императора становится всё труднее отделить от проблемы страха.

Маленький сапожок мог стать пленником усиленного инстинкта самосохранения. Получив огромную власть, он всё чаще стремился устранить потенциальные угрозы ещё до того, как они становились реальностью.

Страх смерти способен искажать суждение. Когда человек начинает видеть опасность повсюду, устранение угроз становится важнее различия между реальными и воображаемыми угрозами. В конечном итоге сама власть может не уменьшать тревогу, а увеличивать её.

Смерть становится, метафорически говоря, постоянным судьёй, стоящим за каждым решением.

Одним из первых крупных конфликтов стал конфликт с Сенатом. Император унижал сенаторов, демонстрировал их зависимость от себя, вмешивался в их личные дела и подрывал традиционное достоинство политической элиты Рима.

Такое поведение, безусловно, можно интерпретировать как жестокость. Но оно могло иметь и политическое измерение.

Послание могло звучать так:

Вы больше не можете контролировать меня.

До его восшествия на престол Сенат всё ещё обладал значительным политическим влиянием и сохранял память о республиканских традициях. Длительное отсутствие Тиберия в Риме также позволяло части сенаторской элиты действовать с определённой степенью самостоятельности.

Поэтому новый император столкнулся с людьми, которые имели собственное представление о том, как должна функционировать политическая власть.

Если Маленький сапожок воспринимал Сенат как потенциальную угрозу своему выживанию, его ослабление становилось логической политической целью, независимо от психологических мотивов, лежавших за этим.

Здесь мы сталкиваемся с хорошо знакомым механизмом авторитарной власти. Правитель, стремящийся укрепить свою власть, должен заручиться достаточной поддержкой нескольких опор общества: народа, армии и по крайней мере части политической элиты.

Маленький сапожок начал двигаться именно в этом направлении.

НАРОД, АРМИЯ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОПУЛИЗМ

Стремясь завоевать любовь народа, император организовывал зрелища, гладиаторские игры и массовые развлечения. Одновременно он находил объекты общественного недовольства среди людей, связанных с прежним режимом, а также среди состоятельных граждан.

Это повторяющийся политический механизм. Когда общество испытывает недовольство, направить его на конкретную узнаваемую группу бывает легче, чем объяснить сложность экономических, политических и социальных обстоятельств.

Маленький сапожок также стремился заручиться поддержкой армии, увеличивая выплаты солдатам.

Для правителя, понимавшего природу политической власти, это было чрезвычайно важно. Армия была не просто военной организацией. В политической структуре Римской империи она являлась одной из главных гарантий положения императора.

Одновременно он разрушал отдельные элементы репрессивной системы Тиберия и возвращал изгнанников. Поэтому он мог представить себя правителем, пришедшим освободить общество от наследия предыдущего режима.

Затем последовали административные меры:

отмена некоторых налогов;

помощь людям, потерявшим имущество в результате пожаров;

организация общественных наград и состязаний;

принятие новых людей в Сенат;

восстановление некоторых избирательных и общественных процедур.

Эти меры могли повышать его популярность, одновременно раздражая традиционную аристократию.

Однако вскоре проявилась другая закономерность. Популярность, купленная огромными расходами, в конечном счёте сталкивается с финансовой реальностью.

Расточительность может истощить казну. Когда имеющихся ресурсов становится недостаточно, правитель вынужден искать новые источники доходов.

Тогда направление политики меняется на противоположное. Если прежде император отдавал народу, то теперь он всё чаще начинает брать у него.

Богатых граждан обвиняли в преступлениях, после чего их имущество могло конфисковываться. Таким образом, богатые становились удобной мишенью общественного недовольства, а их имущество — источником государственных доходов.

Появлялись новые сборы и налоги. Использовались различные механизмы пополнения казны, включая платежи, связанные с судебными процессами, браками, проституцией и другими видами деятельности. Бывших центурионов также вынуждали отдавать накопленное имущество.

Таким образом, политическая система постепенно переходила от щедрости к принуждению.

АДМИНИСТРАТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ МАЛЕНЬКОГО САПОЖКА

За периодом политической и административной активности последовал продовольственный кризис, связанный с перебоями в поставках зерна из Египта. Ситуация могла также усугубляться нехваткой кораблей и значительными государственными расходами.

Однако реакция императора была сравнительно быстрой. Были приняты меры по восстановлению поставок и улучшению работы важных портов.

Затем последовали крупные инженерные и архитектурные проекты. Среди наиболее значительных были акведуки Aqua Claudia и Anio Novus — монументальные сооружения, позднее ставшие выдающимися примерами римской инженерии. Были начаты и другие строительные проекты, включая дороги, укрепления, храмы и монументальные сооружения.

Эти обстоятельства заставляют пересмотреть чрезмерно простую характеристику Калигулы как человека, полностью неспособного к рациональному мышлению. Даже если некоторые античные свидетельства были преувеличены, искажены или находились под влиянием политической враждебности, эффективное управление огромным государством требовало определённых интеллектуальных способностей.

Правитель должен был быстро оценивать ситуацию, выбирать между различными вариантами действий, понимать психологию разных групп, учитывать интересы армии, контролировать чиновников, распределять ресурсы, реагировать на чрезвычайные ситуации и поддерживать политические союзы.

Поэтому продуктивнее изучать не просто предполагаемую интеллектуальную несостоятельность Калигулы, а трансформацию личности, получившей практически неограниченную власть.

Ключевой вопрос заключается не обязательно в том, был ли он рациональным или иррациональным.

Гораздо интереснее другое: как рациональные способности могут сосуществовать с разрушительными импульсами?

Человеку вовсе не обязательно быть полностью иррациональным, чтобы в определённых обстоятельствах вести себя иррационально.

ВОЙНА С СЕНАТОМ

Получив значительную поддержку армии и народа, Маленький сапожок всё чаще вступал в конфликт с Сенатом.

Он пересматривал судебные процессы времён Тиберия и ставил под сомнение их законность. Представители прежнего режима подвергались давлению.

Знаменитая история о том, что его конь Инцитат был назначен на высокий государственный пост, стала кульминацией его предполагаемого издевательства над Сенатом.

Историческая интерпретация этого эпизода остаётся неопределённой. Он мог быть проявлением эксцентричности, сатирой, политической провокацией или намеренной демонстрацией императорской власти.

Однако в рамках нашей концепции его символическое значение особенно интересно. Если политический институт претендует на власть, но правитель якобы способен пригрозить заменить его представителей животным, то объектом демонстрации является не лошадь. Объектом демонстрации является власть.

Послание становится следующим: Я могу назначить на эту должность даже животное, а вы бессильны мне помешать.

Таким образом, поступок превращается в форму политического унижения.

Маленький сапожок как будто демонстрировал, что титулы, традиции, происхождение и институциональное достоинство ничего не значат без реальной власти, стоящей за ними.

Так политические институты могут ослабляться не только посредством их формальной ликвидации, но и посредством публичной демонстрации их неспособности противостоять правителю.

ПОДЧИНЕНИЕ ПРИРОДЫ И ПРЕВРАЩЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА В «БОГА»

Один из самых известных эпизодов, связанных с Калигулой, касается его предполагаемого похода в Британию, после которого его солдатам якобы было приказано собирать морские раковины.

Традиционно эта история интерпретировалась как свидетельство безумия. Однако к подобным рассказам следует относиться осторожно. Античная история писалась людьми, которые часто имели сильные политические мотивы, а необычные действия легко могли превращаться в истории, предназначенные для высмеивания непопулярного правителя.

Армия была одной из главных опор императорской власти. Поэтому трудно автоматически предполагать, что Калигула намеренно стремился разрушить собственный авторитет среди солдат.

Приказ мог иметь символический смысл, быть связан с военной демонстрацией или интерпретироваться позднейшими историками иначе.

Каково бы ни было его точное значение, эта история иллюстрирует важное изменение публичного образа императора. Как только правитель приобретает репутацию эксцентричного или безумного человека, любое необычное действие начинает восприниматься как подтверждение этой репутации.

Однако наряду со скандальными эпизодами существовали вполне рациональные административные и архитектурные проекты.

Маленький сапожок продолжал крупные строительные работы, включая храм Августа, акведуки, дороги, укрепления и монументальные сооружения. Был построен грандиозный цирк, а из Египта доставлен огромный обелиск.

Проекты такого масштаба требовали организации, управления рабочей силой, финансовых ресурсов, логистики, инженерных знаний и административной координации.

Здесь мы сталкиваемся с поразительным противоречием. С одной стороны, перед нами политический стратег и администратор, способный организовывать масштабные проекты. С другой — правитель, совершавший поступки, которые казались абсурдными, унизительными или саморазрушительными.

Возможно, именно это противоречие является ключом к пониманию феномена. Человеческое сознание не всегда действует как единая и идеально рациональная система. Человек может обладать выдающимися способностями в одной сфере и одновременно находиться под властью разрушительных импульсов в другой.

БОЖЕСТВЕННОСТЬ КАК ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПЕНСАЦИЯ

Маленький сапожок был увлечён божественной символикой и, согласно сообщениям, появлялся в одежде богов, требуя к себе отношения, подчёркивающего его исключительный статус.

С политической точки зрения такое поведение могло подчёркивать императорское величие и дистанцировать его от обычных людей. Для Сената это могло быть глубоко унизительным.

Однако с психологической точки зрения оно могло иметь и более глубокое значение. Человек, испытывавший в детстве бессилие, после приобретения огромной власти может попытаться стать полной противоположностью тому, кем он когда-то был.

Когда-то он зависел от решений других. Теперь решения других зависели от него. Когда-то ему приходилось скрывать свои чувства. Теперь он мог заставлять других скрывать свои чувства. Когда-то он боялся смерти. Теперь другие боялись его.

Это создаёт форму психологической компенсации. Человек пытается создать идентичность, радикально отличающуюся от того уязвимого «я», которое он когда-то переживал.

Возможно, это объясняет, почему абсолютная власть может быть особенно опасной для людей, переживших длительное унижение или беспомощность.

Внешняя власть не обязательно исцеляет внутреннюю травму. Напротив, она может предоставить травме практически безграничное пространство для выражения.

СЕМЬЯ И ГРАНИЦЫ НОРМАЛЬНОГО

Слухи об интимных отношениях Калигулы с его сёстрами относятся к числу наиболее скандальных элементов его биографии.

К подобным сообщениям следует относиться критически. Античная политическая пропаганда часто использовала обвинения в сексуальной распущенности для уничтожения репутации правителей и политических противников.

Тем не менее в рамках предлагаемой здесь психологической модели этот сюжет обладает символическим значением.

Маленький сапожок потерял значительную часть своей семьи в результате политических преследований. Его ближайшие родственники стали жертвами борьбы за власть.

В таких обстоятельствах привязанность к оставшимся в живых членам семьи могла приобрести необычную психологическую интенсивность.

Если человек начинает воспринимать себя не просто как члена семьи, а как фигуру, обладающую абсолютной властью, обычные отношения могут искажаться. Любовь может превратиться во владение. Забота — в контроль. Близость — в зависимость.

Это одна из опасностей того, что мы называем освобождённым сознанием. Когда внешние границы исчезают, человек может начать считать допустимыми действия, которые прежде казались невозможными.

Как гласит польская поговорка:

«Что слишком — то нездорово».

Избыток способен превратить даже естественный человеческий импульс в патологическую форму поведения.

КАЛИГУЛА И ПАРАДОКС БЕЗОПАСНОСТИ

Чрезмерное стремление к безопасности в конечном итоге может привести к противоположному результату. Человек пытается уничтожить любую возможную угрозу. Но чем больше угроз он уничтожает, тем сильнее люди начинают его бояться. Чем сильнее люди его боятся, тем больше потенциальных врагов он начинает видеть вокруг себя.

Таким образом, Маленький сапожок мог оказаться в ловушке самоподдерживающейся системы.

Сенаторы боялись его. Он боялся сенаторов. Армия поддерживала его. Однако армия одновременно могла стать инструментом переворота. Народ восхищался им. Но общественное мнение могло измениться.

Абсолютная власть поэтому не обязательно освобождает человека от страха. Она может лишь увеличить количество вещей, которых, как ему кажется, он должен бояться.

В конце концов члены Сената и преторианской гвардии приняли участие в заговоре против императора.

Однако важно понимать, что поддержка Калигулы различными группами не обязательно исчезла одновременно. Для одних он был ненавистным тираном. Для других он всё ещё мог казаться популярным или благоприятным для народа правителем.

Один и тот же человек поэтому может стать символом освобождения для одной социальной группы и символом угнетения для другой.

Это выводит нас за пределы биографии Калигулы к более общему вопросу: как формируется человеческое сознание и почему общество считает одни действия нормальными, а другие — безумными, аморальными или преступными?

СОЦИАЛЬНАЯ СВОБОДА И ФОРМИРОВАНИЕ СОЗНАНИЯ

На ранних этапах человеческого развития люди в значительной степени были бессильны перед природой. Они зависели от климата, голода, хищников, болезней и бесчисленного множества других угроз.

Чтобы выжить, люди должны были сотрудничать. Это сотрудничество создало необходимость во внутренних ограничениях. Человек должен был отказываться от некоторых непосредственных желаний ради группы. Он не мог просто взять пищу другого человека без последствий. Он не мог постоянно нарушать установленные правила. Он не мог убивать членов собственной группы, не угрожая стабильности сообщества.

Человеческий разум, взаимодействуя с опытом, постепенно способствовал формированию правил поведения, которые компенсировали человеческую слабость перед природой.

В этом смысле цивилизация создала новую форму свободы: свободу от непосредственного господства инстинкта и обстоятельств.

Люди не перестали быть биологическими организмами. Вместо этого они приобрели способность регулировать своё поведение.

Они могли подавлять голод. Они могли сдерживать агрессию. Они могли переносить боль ради будущей цели. Они могли жертвовать непосредственной личной выгодой ради выживания группы.

Способность контролировать непосредственные импульсы стала одним из величайших преимуществ человеческого вида.

ОТ МОРАЛИ К ЗАКОНУ

По мере роста первобытных поселений возникла новая проблема.

Внутри небольшой группы личные отношения, традиции, обычаи и религиозные представления могли регулировать поведение. Но по мере расширения общества одной моральной общности становилось недостаточно.

Древние города, особенно Афины, столкнулись с необходимостью формализовать отношения между всё большим количеством людей.

Так возник закон. Закон стал, в определённом смысле, внешним продолжением морали.

Мораль говорит: «Не делай этого». Закон говорит: «Если ты сделаешь это, последуют последствия».

Это был фундаментальный этап развития социальной свободы. Люди получили возможность жить среди большого количества незнакомцев благодаря существованию системы правил, ограничивавших поведение каждого.

Однако здесь сразу возникает ещё один парадокс. Чем больше свободы получают люди, тем больше правил может потребоваться для сохранения этой свободы. Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого. Поэтому общество постоянно вынуждено устанавливать границы.

Первоначально эти границы поддерживались главным образом религией, обычаями и традициями. Позднее всё более важную роль стали играть государство, закон, образование и другие институты.

ОСЛАБЛЕНИЕ ВНУТРЕННИХ ОГРАНИЧЕНИЙ

По мере развития цивилизации человек приобрёл всё больший контроль над окружающей средой.

Математика и технологии расширили его возможности. Люди научились строить города, создавать машины, управлять энергией, лечить болезни, преодолевать огромные расстояния и преобразовывать окружающий мир.

Внешний контроль стал настолько мощным, что в некоторых сферах необходимость внутреннего самоограничения начала казаться менее очевидной.

Современный человек может выражать мысли, которые когда-то могли привести к изгнанию, тюремному заключению или смерти.

Это представляет собой колоссальное расширение социальной свободы.

Но возникает другая проблема. Общество может расширять внешнюю свободу быстрее, чем отдельные люди развивают внутреннюю культуру, необходимую для ответственного использования этой свободы.

Человек может быть свободен говорить, не будучи способным ответственно использовать речь. Он может обладать властью, не будучи способным управлять собой. Он может обладать богатством, не умея им распоряжаться. Он может обладать социальным статусом, не будучи психологически подготовленным к нему.

Именно здесь появляется феномен освобождённого сознания.

ЧТО ПРОИСХОДИТ, КОГДА ИСЧЕЗАЕТ СИСТЕМА ОГРАНИЧЕНИЙ?

Человеческое сознание можно отчасти понимать как внутреннюю систему ограничений. Эти ограничения формируются семьёй, культурой, религией, образованием, обществом, государством и личным опытом. Они устанавливают границы, за которые человек старается не заходить, чтобы не нарушать свободу других.

Но что происходит, когда внешние ограничения внезапно исчезают?

Представим человека, который всю жизнь мечтал о богатстве, но никогда не имел средств для удовлетворения своих желаний. Если он внезапно получает огромное наследство, его поведение может измениться.

Однако само богатство не обязательно создало новые желания. Оно предоставило возможность реализовать желания, которые уже существовали.

Тот же механизм может действовать и с властью. Если человек всю жизнь испытывал унижение, зависть, агрессию, обиду или желание доминировать, но обстоятельства не позволяли ему выражать эти импульсы, внешние условия могли временно подавлять их.

После приобретения власти эти ограничения могут исчезнуть. Тогда накопившиеся импульсы получают возможность проявиться.

Это не означает, что каждый бедный человек, став богатым, становится аморальным, или что каждый человек, получивший власть, превращается в тирана. Решающее значение имеет не сама власть. Важны отношения между властью и внутренней структурой личности.

ПОСТЕПЕННОСТЬ И ВНЕЗАПНОСТЬ ПЕРЕМЕН

Постепенный характер социального развития чрезвычайно важен. Ребёнок, выросший в благополучной и морально устойчивой среде, может с раннего возраста привыкать к ответственности.

Он учится обращаться с ресурсами, учится учитывать интересы других, учится понимать, что решения имеют последствия.

Если богатство и ответственность присутствуют на протяжении всего его развития, благополучие не воспринимается как внезапное освобождение.

Человек, внезапно получивший огромное богатство, может испытывать совершенно иное состояние.

Вчера он не мог купить, сегодня он может купить почти всё. Вчера он зависел от других, сегодня другие зависят от него. Вчера обстоятельства ограничивали его желания, сегодня обстоятельства могут больше не быть препятствием.

Такой психологический переход может быть чрезвычайно сильным.

Поэтому значение может иметь не только изменение статуса само по себе, но и скорость, с которой происходит это изменение.

Внезапный переход от бессилия к власти может быть особенно опасным для личности, которая не имела достаточного времени для формирования внутренних ограничений.

ОСВОБОЖДЁННОЕ СОЗНАНИЕ

В рамках предложенной здесь концепции освобождённое сознание возникает тогда, когда ранее подавленные желания и накопившееся недовольство получают возможность превратиться в действия.

Психологическое напряжение можно метафорически представить как энергию, заключённую внутри замкнутой системы. Пока социальные границы сохраняются, человек вынужден сдерживать определённые импульсы.

Когда эти границы исчезают, ранее подавленное поведение может проявиться. Власть становится разрешением, богатство становится разрешением, безнаказанность становится разрешением.

Изоляция от общества также может стать разрешением.

Однако освобождение от внешних ограничений не обязательно означает освобождение человека. Напротив, человек может стать рабом собственных импульсов.

Это возвращает нас к Руссо: человек может считать себя господином других и одновременно оставаться рабом самого себя.

Калигула представляет собой особенно яркий пример в рамках этой модели.

Он мог заставлять других подчиняться ему, однако сам мог оставаться зависимым от собственного страха. Он обладал властью над людьми, но не обладал полной властью над собой.

Он мог уничтожить врага, но не мог уничтожить страх перед появлением нового врага. Он мог заставить сенаторов склониться перед ним, но не мог заставить самого себя перестать их бояться.

Абсолютная власть поэтому не обязательно сделала его свободным. Она могла сделать его пленником собственной психологической структуры.

МОРАЛЬНЫЙ ПОРОГ И ФОРМИРОВАНИЕ РЕБЁНКА

Формирование сознания частично начинается с подавления поведения, которое считается социально неприемлемым.

Однако граница допустимого различается в зависимости от среды. То, что считается нормальным в одной семье, может быть неприемлемым в другой. То, что разрешено внутри определённой группы, может осуждаться обществом. То, что допустимо в одной стране, может противоречить законам другой.

Поэтому моральный порог не является одинаковым для всех людей. Он формируется через несколько взаимосвязанных уровней:

семья и непосредственное окружение;

сообщество и социальная группа;

государство и национальная культура;

международное сообщество и универсальные представления о правах человека.

Каждый последующий уровень способен расширять моральную ответственность.

Сначала ребёнок учится тому, что нельзя причинять вред близким. Затем он понимает, что правила регулируют поведение внутри общества. Позднее он знакомится с законами государства. В конечном счёте он может прийти к пониманию того, что моральная ответственность распространяется за пределы его семьи, сообщества и страны.

Таким образом, круг людей, которых человек признаёт обладающими моральной ценностью, может постепенно расширяться.

ДОБРО И ЗЛО КАК ПРОБЛЕМА ОЦЕНКИ

Представим следующую ситуацию. Ваш ближайший друг, которому вы полностью доверяли, берёт у вас крупную сумму денег и отдаёт её другому человеку. Естественно, вы возмущены. Для вас ваш друг становится плохим человеком.

Затем вы узнаёте обстоятельства. Деньги были отданы человеку, находившемуся в крайнем кризисном положении.

Ваше отношение может измениться. Вы можете простить друга. Но представим, что ситуация повторяется. На этот раз деньги отчаянно нужны вам самому, возможно, для решения серьёзной проблемы, а ваш друг снова решает помочь кому-то другому. Ваше отношение, вероятно, снова изменится.

Однако человек, получивший помощь, будет считать вашего друга благодетелем.

Здесь мы сталкиваемся с философской проблемой объективности добра и зла.

С точки зрения развиваемой здесь концепции моральная оценка отчасти зависит от положения наблюдателя.

В природе не существует ярлыков «добро» и «зло» в человеческом смысле. Природа действует посредством взаимодействия сил, организмов, потребностей и инстинктов.

Моральные категории возникают в человеческом сознании и обществе. Они служат механизмами регулирования человеческого поведения. Поэтому то, что одно общество считает добром, другое может считать злом. Моральные нормы, следовательно, изменяются на протяжении истории.

МОРАЛЬНЫЙ АБСОЛЮТ

Максимальное проявление добра или зла не обязательно может постоянно сохраняться в абсолютно одинаковой форме. Человеческая природа динамична. Люди изменяются под воздействием обстоятельств.

Человек может совершить выдающийся моральный поступок, но не обязательно способен постоянно оставаться на максимально возможном уровне морального напряжения.

В Евангелии высшее выражение любви представлено как самопожертвование ради других:

«Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих». — Иоанн 15:13

Что может быть ценнее жизни? Ничего. И сколько раз человек может отдать свою жизнь? Только один раз.

Именно поэтому самопожертвование можно рассматривать как абсолютный моральный акт.

Мать может погибнуть, спасая своего ребёнка. Защитник может пожертвовать жизнью ради своей страны. Человек может отказаться от собственных интересов, чтобы спасти другого. Общество обычно рассматривает подобные поступки как высшие формы нравственного поведения.

Однако именно потому, что они требуют крайней жертвы, они не могут стать обычным постоянным состоянием. Это идеалы, к которым человек может стремиться.

МОРАЛЬНЫЕ ПОРОГИ РАЗНЫХ ОБЩЕСТВ

Моральный порог общества зависит от условий, в которых это общество существует.

Он может различаться:

от семьи к семье;

от сообщества к сообществу;

от культуры к культуре;

от государства к государству;

от одной исторической эпохи к другой.

Человеку, выросшему в неблагополучной среде, может быть трудно адаптироваться к нормам более организованного общества.

Человек, выросший внутри изолированной группы, может перенести её внутренние правила в среду, где эти правила неприемлемы.

И наоборот, человек, воспитанный в условиях исключительно строгих моральных требований, может испытывать конфликт, когда окружающие обстоятельства требуют поведения, которое он считает неправильным.

Именно поэтому социализация имеет такое большое значение. Сознание не развивается в изоляции. Оно постоянно взаимодействует с окружающей средой.

ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ ЛОЖЬ И САМОУТВЕРЖДЕНИЕ

Патологическую ложь также можно интерпретировать как своеобразное переживание свободы.

Человек, который постоянно придумывает истории и обманывает других без очевидной практической причины, иногда может пытаться создать ощущение собственной значимости, которого не предоставляет реальность. Он создаёт альтернативную реальность, в которой занимает более высокое положение. Почему? Потому что реальность не предоставляет ему желаемого психологического статуса.

Тогда сознание создаёт компенсацию. Человек фактически заявляет: «Я тот, кем хочу быть, даже если реальность говорит обратное».

Подобный механизм также может быть связан с освобождением внутренних желаний. В реальном мире человек ограничен обстоятельствами. В воображаемом мире он свободен.

Поэтому ложь может выступать не только средством обмана других, но и психологическим способом освобождения самого себя от нежелательной реальности.

ИНСТИНКТ САМОСОХРАНЕНИЯ И СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИНКТ

Каждый человек обладает индивидуальным сознанием и одновременно принадлежит социальному организму.

Здесь взаимодействуют два принципа. Первый — индивидуальное самосохранение. Второй — сохранение социальной группы. Когда индивидуальные интересы совпадают с интересами общества, возникает относительная гармония. Но когда личная выгода вступает в конфликт с интересами группы, необходимо сделать выбор.

Человек может понимать, что определённое действие выгодно ему, но вредно другим. Тогда его сознание должно решить, как поступить. Если внутренние моральные ограничения сильны, он может отказаться от личной выгоды. Если они слабы, он может нарушить социальные нормы.

Это одно из условий возникновения преступления. Преступление — это не просто нарушение писаного закона. На более глубоком уровне оно может представлять собой столкновение индивидуального интереса с системой социальных ограничений.

КАЛИГУЛА И ИСКУПЛЕНИЕ

Человек, который неоднократно действует против принципов своей культуры, законов и собственных моральных убеждений, может испытывать чувство вины.

В рамках нашей интерпретации можно предположить, что повторяющиеся нарушения могли создавать всё возрастающее психологическое бремя для Калигулы.

Чем больше нарушений совершает человек, тем сильнее может становиться его потребность сохранять власть, чтобы защитить себя от возможных последствий.

Искупление тогда может принимать искажённые формы. Человек, совершивший серьёзное зло, может бессознательно искать наказания или обстоятельств, через которые внутренний конфликт мог бы разрешиться.

В жизни Калигулы можно предположить своеобразную последовательность саморазрушительного поведения. Казнь близких ему людей может рассматриваться как один из этапов, предполагаемое унижение его сестёр — как другой. Тогда собственная смерть может ретроспективно выглядеть последней стадией разрушительного процесса.

Такую интерпретацию невозможно установить как исторический факт. Она остаётся психологической гипотезой. Однако одна деталь особенно примечательна: отношение Калигулы к Кассию Херее, командиру преторианской гвардии.

Согласно сообщениям, Калигула высмеивал высокий голос Хереи и неоднократно унижал его. Подобное поведение было чрезвычайно опасным.

Учитывая выраженную заботу императора о собственном самосохранении, трудно не задаться вопросом, почему он снова и снова провоцировал влиятельного военного офицера. Могло ли это быть просто жестокостью и безрассудством? Безусловно.

Но можно рассмотреть и другую возможность. Могло ли такое поведение отражать более глубокий процесс саморазрушения?

Возможно, накопление преступлений и конфликтов постепенно ослабило страх смерти, который когда-то доминировал в его личности. Возможно, сознательно или бессознательно он всё чаще ставил себя в ситуации, из которых уже не существовало безопасного выхода. В конце концов его собственная жизнь стала последней ценой.

Эта тема особенно ярко раскрыта в «Преступлении и наказании» Достоевского.

В литературе преступление редко остаётся без психологических последствий. Даже когда человек избегает официального суда, внутри него может продолжать действовать собственный суд.

Поэтому мы можем сформулировать более широкое философское положение:

Сознание — это внутренний судья человека.

НАГРАДА И НАКАЗАНИЕ

Нет полной гарантии, что преступник будет наказан способом, точно соответствующим тяжести его поступков. Правовая система может наказывать лишь в пределах, установленных законом.

Психологические последствия, однако, гораздо сложнее. Человек может расплачиваться страхом. Он может потерять доверие близких, разрушить свою семью, жить в постоянном ожидании разоблачения. Он может потерять способность испытывать внутренний покой.

Поэтому наказание не обязательно заканчивается тюремным заключением или казнью.

Иногда человек становится пленником собственного существования.

Но существует и другой трагический парадокс. Если человек убил сто человек, государство в конечном счёте может наказать его только одной жизнью. Правовая система не способна вернуть все уничтоженные жизни. Поэтому человеческое правосудие неизбежно сталкивается с пределами наказания.

МОРАЛЬ В ПЕРВОБЫТНОМ И СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ

В первобытном обществе община представляла собой основной моральный порог.

Если человек совершал насилие против другой группы, это не обязательно воспринималось как преступление. Напротив, он мог считаться героем. Если он приносил пищу или добычу своей группе, его действия могли восприниматься как проявление заботы. Слабость могла считаться пороком. Жестокость по отношению к чужакам могла превращаться в добродетель. Это демонстрирует, насколько сильно моральная оценка зависит от социальных границ.

Современная цивилизация значительно расширила эти границы. Понятие моральной ответственности теперь может распространяться на людей, которых человек никогда не встречал и которые живут на другом конце планеты.

Однако исключения сохраняются. Война, самооборона, политическая идеология и групповая идентичность способны радикально изменить моральную интерпретацию насилия. Поступок, считающийся преступным в одном контексте, может быть назван героическим в другом.

Именно поэтому человек, изолированный от более широкого общества и постоянно находящийся под воздействием узкой идеологической среды, может постепенно принять нормы, которые более широкое общество считает неприемлемыми.

КОЛЛЕКТИВНОЕ СОЗНАНИЕ

Изолированные группы могут обладать особенно сильным влиянием, поскольку человек начинает чувствовать ответственность прежде всего перед членами собственной группы. Если группа убеждает его, что внешний мир является врагом, его моральные границы могут постепенно перестраиваться. Убийство чужака может перестать восприниматься как преступление. Оно может превратиться в «служение».

Коллективная психология поэтому способна как укреплять, так и разрушать моральные ограничения. Внутри группы люди склонны становиться похожими друг на друга. Становится легче принимать мнение большинства. Становится труднее противостоять коллективному суждению. Вырваться из ошибочного коллективного убеждения бывает чрезвычайно трудно.

По этой причине проницательные мыслители на протяжении истории иногда удалялись от общества, чтобы избежать его непосредственного влияния.

Отстранение не обязательно означает отказ от общества. Иногда это просто способ снова услышать собственный разум.

СОЗНАНИЕ КАК ВНУТРЕННИЙ СУДЬЯ

Таким образом, сознание можно рассматривать как внутренний суд, регулирующий человеческое поведение.

Оно устанавливает границы, сравнивает намерения с нормами, оценивает последствия и порождает чувство вины. Оно способно остановить человека ещё до совершения действия. В этом смысле сознание функционирует как ворота между инстинктом и действием.

Инстинкт может требовать одного. Социальные нормы — другого. Разум выступает посредником между ними.

Именно поэтому человек может желать совершить определённое действие и одновременно понимать, что совершать его не следует.

Когда сознание достаточно развито, возникает самоконтроль. Когда самоконтроль ослабевает, возрастает вероятность нарушения установленных норм.

ВОЗМОЖНО ЛИ ВЛИЯТЬ НА ПОДСОЗНАНИЕ?

Утверждение о том, что для коррекции человеческого поведения необходимо непосредственно воздействовать на подсознание, представляется недостаточным. Подсознание, если понимать его широко, можно рассматривать как содержащее огромное количество информации, опыта, привычек, ассоциаций и автоматических реакций. Однако намеренное поведение не обязательно определяется исключительно этими процессами. Когда человек сознательно оценивает действие, информация проходит через осмысление, интерпретацию и суждение.

Поэтому в рамках предлагаемой здесь концепции основное воздействие должно быть направлено на сознательное понимание. Без осмысления поведение легко может превратиться в автоматическую реакцию.

ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА СОЗНАНИЕ

Несколько факторов способны существенно изменять функционирование сознания.

1. ВНЕШНИЕ СТИМУЛЯТОРЫ И ОПЬЯНЯЮЩИЕ ВЕЩЕСТВА

Алкоголь, психоактивные вещества и другие физиологические воздействия могут изменять способность человека к самоконтролю и суждению. В результате уже сформированные поведенческие ограничения могут ослабевать.

2. СИЛЬНЫЕ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ СОСТОЯНИЯ

Радость, горе, страсть, ненависть, страх и другие сильные эмоции могут временно изменять способность человека рационально оценивать обстоятельства.

Чем сильнее эмоциональное возбуждение, тем труднее может быть сохранить обычный уровень самоконтроля.

3. НЕПОЛНАЯ ЛОГИЧЕСКАЯ ЦЕПОЧКА

Вывод может быть представлен таким образом, что разум воспринимает его как уже завершённый.

Например: «Враг будет разбит. Победа будет за нами». Такое утверждение не доказывает победу. Однако оно способно создать психологическое ощущение уверенности.

Когда одна и та же идея многократно представляется в различных формах, может возникнуть иллюзия логической завершённости.

4. ЧУВСТВО ВИНЫ

Чувство вины обладает значительной психологической силой. Если человек убеждается, что его неудачи являются следствием какого-либо предыдущего проступка, его разум может начать искать способ искупления. Такой человек может становиться более покорным, послушным и уязвимым для влияния. Он стремится уменьшить внутреннее напряжение и поэтому может принять первый предложенный ему путь к «очищению».

5. КОЛЛЕКТИВНЫЙ РАЗУМ

Внутри группы человек может постепенно принимать её господствующие взгляды. Чем сильнее давление группы, тем труднее сохранять независимое суждение. Группой иногда легче управлять, чем отдельным человеком, поскольку её участники начинают контролировать друг друга.

6. ГИПНОТИЧЕСКОЕ И ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ

Различные формы внушения способны изменять человеческое поведение. Однако влияние не следует понимать просто как выключение сознания. Чаще оно связано с изменением способности или готовности человека критически оценивать поступающую информацию.

СОЗНАНИЕ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ПОСТОЯННОЙ ВЕЛИЧИНОЙ

Из всего сказанного выше можно сделать вывод, что сознание нельзя рассматривать как абсолютно постоянную величину. Оно изменяется в зависимости от обстоятельств. На него влияют физическое состояние, психологическое состояние, социальная среда, опыт, воспитание, страх, радость, горе, власть, богатство и множество других факторов.

Один и тот же человек может вести себя совершенно по-разному в разных условиях. Поэтому для понимания поступка недостаточно изучать только самого человека. Необходимо также изучать среду, в которой он оказался.

Именно поэтому история Калигулы интересна не только как биография римского императора. Она представляет собой модель взаимодействия личности и обстоятельств.

Человек может обладать определёнными склонностями, но обстоятельства определяют, получат ли эти склонности возможность проявиться.

Заключённый, содержащийся в изоляции, может обладать огромными агрессивными импульсами, но не иметь возможности их реализовать.

Калигула, напротив, получил чрезвычайную власть. Многие внешние препятствия исчезли. То, что в обычном человеке оставалось лишь внутренним желанием, в руках императора могло превратиться в реальное событие.

Власть поэтому становится своеобразным экспериментом над сознанием.

РАЗЛИЧНЫЕ МОРАЛЬНЫЕ ПОРОГИ, ФОРМИРУЮЩИЕ СОЗНАНИЕ

Моральный порог социальных норм формируется на нескольких уровнях:

СЕМЬЯ И ОКРУЖЕНИЕ РЕБЁНКА

СООБЩЕСТВО

СТРАНА

МЕЖДУНАРОДНОЕ СООБЩЕСТВО

Каждый уровень вводит дополнительные ограничения. Одновременно каждый уровень способен расширять свободу.

На первый взгляд это кажется парадоксальным. Чем больше существует правил, тем меньше непосредственной свободы получает человек. Однако именно эти правила делают совместное существование возможным.

Если человек знает, что другой не может безнаказанно украсть его имущество или причинить ему вред, он получает больше свободы для действий.

Социальные ограничения поэтому одновременно ограничивают свободу и создают её. Это один из фундаментальных парадоксов цивилизации.

СВОБОДА И ЦЕПИ

Люди стремятся к свободе. Однако абсолютная свобода невозможна внутри общества.

Если каждый делает всё, что хочет, свобода одного человека может уничтожить свободу другого.

Поэтому цивилизация создаёт систему добровольных и обязательных ограничений. Человек отказывается от некоторых естественных возможностей в обмен на большую социальную безопасность.

Именно поэтому Руссо говорит о человеке, который рождается свободным, но оказывается в цепях. Однако эти цепи не обязательно являются лишь инструментами угнетения. Некоторые из них представляют собой фундамент цивилизации.

Закон ограничивает убийцу, но защищает его потенциальную жертву. Мораль сдерживает агрессивного человека, но повышает безопасность окружающих. Образование ограничивает ребёнка, одновременно предоставляя ему возможность стать независимым членом общества.

Таким образом, человеческая свобода возникает не из полного отсутствия ограничений. Она возникает благодаря созданию таких ограничений, которые позволяют людям безопасно сосуществовать.

ФЕНОМЕН КАЛИГУЛЫ

Возвращаясь к Калигуле, мы можем увидеть возможный обратный процесс.

В детстве его свобода была жёстко ограничена внешними обстоятельствами. Он был вынужден подавлять себя. Он стал свидетелем уничтожения близких ему людей. Ему приходилось скрывать эмоции. Он должен был подчиняться людям, которых мог бояться или ненавидеть.

Затем ситуация радикально изменилась. Он получил власть. Внешние ограничения ослабли или исчезли.

Внутренне подавленные элементы его личности получили беспрецедентную возможность для выражения.

Таким образом, Калигула может представлять собой не просто феномен безумия, а феномен, при котором внешняя свобода расширилась быстрее, чем внутренняя моральная организация.

Его история выходит далеко за пределы Древнего Рима. Тот же принцип потенциально может применяться к любому человеку, который внезапно приобретает богатство, власть, славу, влияние или безнаказанность.

Сама по себе власть не обязательно превращает человека в тирана. Она создаёт возможность для проявления ранее существовавших склонностей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Общество создаёт многие условия, через которые формируется личность. С детства человек учится подавлять непосредственные импульсы и соотносить свои действия с интересами других.

В процессе воспитания формируется моральный порог. Сначала он может ограничиваться семьёй. Затем расширяется до сообщества. Позднее может распространяться на государство. В современном мире он потенциально способен охватывать всё человечество.

Однако человек остаётся биологическим организмом. В нём продолжают действовать инстинкты самосохранения, агрессии, размножения, обладания, статуса и безопасности.

Цивилизация не устраняет эти инстинкты. Она учит человека их регулировать.

Это одна из важнейших функций сознания. Если внешние ограничения исчезают, а внутренние ограничения остаются недостаточно развитыми, ранее подавленные желания могут получить возможность превратиться в действия.

Так возникает то, что мы назвали освобождённым сознанием.

Человек, получивший богатство, может стать расточительным. Человек, получивший власть, может стать тираном. Человек, получивший безнаказанность, может перестать соблюдать социальные нормы.

Но человек с развитой внутренней моральной структурой способен сохранять самоконтроль даже тогда, когда внешние ограничения исчезают.

Поэтому главная защита общества от тирании заключается не только в законах. Она находится также внутри самого человека.

Чем сильнее внутренний моральный порог, тем меньше внешнего принуждения требуется. И наоборот, чем слабее внутренний контроль, тем больше внешних ограничений вынуждено устанавливать общество.

Отсюда возникает фундаментальная проблема свободы воли.

Если сознание формируется обществом, если моральные нормы возникают из исторических обстоятельств и если человеческое поведение в значительной степени зависит от воспитания, окружающей среды, наследственности, физического состояния и жизненного опыта, то в какой степени человек действительно свободен?

Если свобода воли является трансцендентной идеей, выходящей за пределы непосредственного опыта, и если человек в значительной степени действует под влиянием необходимости, возникает следующий вопрос: насколько справедливо полностью наказывать человека за совершённое им преступление?

Если само общество участвует в формировании системы ценностей, внутри которой развивается человек, и если эта система оказывает решающее влияние на сознание, то наказание отдельного человека в определённом философском смысле можно рассматривать как наказание части самого общества.

Однако общество не может наказать себя как единый субъект. Именно общество создаёт законы, устанавливает нормы, определяет преступления и наказания.

Поэтому для сохранения общественного порядка практическая необходимость возлагать ответственность на отдельных людей за нарушения остаётся.

Но наказание не должно пониматься исключительно как возмездие. Его целями могут быть восстановление социального равновесия, защита потенциальных жертв, предотвращение дальнейшего вреда и, где это возможно, изменение поведения преступника.

История Калигулы раскрывает ещё одну сторону этой проблемы.

Если общество помогает формировать человека, то человек, получивший абсолютную власть, в свою очередь может преобразовать общество.

Он может разрушать институты, изменять политические нормы, переопределять допустимое поведение. Он может заставлять других жить по собственным правилам.

Взаимодействие личности и общества поэтому представляет собой непрерывный обмен влиянием.

Общество формирует человека.

Человек формирует общество.

Общество устанавливает границы сознания.

Сознание способно бросать вызов этим границам или нарушать их.

И когда внешние границы исчезают раньше, чем успевает сформироваться внутренняя моральная культура, свобода может превратиться в произвол.

Феномен «Калигулы» — это поэтому не просто история одного римского императора. Это предупреждение о том, что может произойти, когда внешние цепи исчезают, а внутренние никогда не были сформированы должным образом.

Истинная свобода начинается не тогда, когда человеку позволено делать всё, что он хочет. Истинная свобода начинается тогда, когда человек становится способен самостоятельно решить,что ему не следует делать.


ФУНДАМЕНТ ПОЛИТИЧЕСКОГО АЙСБЕРГА

«Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены».
— Апостол Павел, Послание к Римлянам 13:1

ПОВЕРХНОСТЬ И ГЛУБИНА ПОЛИТИЧЕСКОГО АЙСБЕРГА

Вершина политического айсберга состоит из реалий, которые мы можем непосредственно наблюдать: политических партий, движений, лидеров, предвыборных программ, лозунгов, идеологических заявлений и публичных противостояний. Демократические, социалистические, коммунистические, христианские, зелёные, националистические, либеральные, консервативные и другие политические силы отстаивают свои представления, пытаются убедить избирателей и в конечном итоге получить политическую власть.

Однако политика, подобно айсбергу, имеет не только видимую поверхность. Значительно большая её часть остаётся скрытой под водой. Если погрузиться в глубины политических процессов, становится очевидно, что за кажущимся разнообразием партий, лозунгов и идеологий действуют механизмы, которые являются гораздо более устойчивыми.

Любая политическая организация состоит из людей. А люди остаются людьми независимо от того, какой флаг они носят, какую идеологию исповедуют или к какой политической партии принадлежат. Если число её сторонников падает до нуля, политическая организация исчезает вместе со своими лозунгами и институтами.

Поэтому политические реалии могут казаться чрезвычайно разнообразными и при этом испытывать влияние повторяющихся элементов человеческой природы: стремления к безопасности, собственности, признанию, влиянию, справедливости, принадлежности, власти и превосходству.

Политическая история — это не просто последовательность случайных событий. Она также отражает различные стадии развития человеческого общества.

Каждая политическая система возникает в определённой социальной среде. На неё влияют экономические отношения, социальная структура, образование, культура, технологии, исторический опыт, а также способность различных групп организовываться и защищать свои интересы.

Политика особенно привлекательна для человека потому, что придаёт абстрактным принципам эмоциональную и личную форму. Человек может возлагать свои надежды на кандидата, который, как ему кажется, воплощает близкие ему ценности. И наоборот, он может возлагать ответственность за определённые проблемы на конкретного политика, хотя на самом деле эти проблемы являются результатом множества взаимосвязанных причин.

Таким образом, политика превращается в арену человеческих эмоций: надежды, страха, восхищения, обиды, зависти, лояльности, ненависти, разочарования и желания возмездия.

Поскольку люди являются эмоциональными существами, политическое восприятие естественным образом склонно к разделению. Люди защищают одних, критикуют других, доверяют определённым людям и воспринимают других как врагов. В достаточно развитых политических системах эта тенденция в конечном счёте может привести к возникновению двух крупных политических лагерей или коалиций, которые постоянно конкурируют за поддержку населения.

Однако под видимой борьбой политических партий лежит более глубокий принцип: политика представляет собой борьбу различных интересов за распределение общественных ресурсов и за правила, согласно которым управляется общество.

РИМ КАК ПРИМЕР ПОЛИТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

Когда мы думаем о Древнем Риме, невозможно не восхищаться мощью и устойчивостью его цивилизации. Его армия, право, политические институты, инженерное искусство, литература, архитектура и культура оказали влияние на многие последующие поколения.

Римляне многое заимствовали у греков и других народов. Однако перенять достижения — не то же самое, что просто обладать ими. Общество должно обладать достаточной организационной силой, чтобы принять заимствованное, сохранить его, адаптировать и развить дальше.

Что же способствовало возникновению римского государства?

Одним из важных факторов было постепенное развитие республиканских институтов. Латинское выражение res publica в самом широком смысле обозначало общественные дела или государственное сообщество. Со временем Рим развил институты, посредством которых различные общественные группы могли участвовать в политической жизни и конкурировать за влияние.

Современную политическую систему нельзя просто отождествлять с Римской республикой. Современная демократия значительно сложнее и включает всеобщее избирательное право, конституционный порядок, политические партии, средства массовой коммуникации, представительные институты и всеобъемлющие системы гарантированных законом прав.

Тем не менее Рим представляет собой важный исторический пример того, как политические институты могут возникать в результате длительных социальных конфликтов и компромиссов.

Демократические институты невозможно просто перенести указом из одной страны в другую. Их устойчивое функционирование зависит от наличия общественных институтов, способных служить их опорой.

Поэтому демократию нельзя просто заимствовать. В важном смысле общество должно развить условия, при которых демократические институты смогут функционировать.

Чтобы понять этот процесс, мы можем рассмотреть возникновение Римской республики.

Согласно римской традиции, Рим был основан Ромулом, который стал его первым царём. После периода монархии последний царь был изгнан, а римская традиция традиционно относит начало республики к 509 году до н. э. Однако современные историки рассматривают возникновение республиканских институтов как значительно более постепенный и сложный процесс.

Политическая власть постепенно стала осуществляться избираемыми должностными лицами. Среди них центральное положение занимали два консула. Они обладали широкими гражданскими полномочиями и командованием армией.

Однако изменение формы правления автоматически не привело к гармонии. С самого начала республика была отмечена конфликтами между различными общественными группами.

В V веке до н. э. особенно важным стал конфликт между патрициями и плебеями. Войны тяжело ложились на беднейших граждан, тогда как задолженность могла приводить к значительной экономической зависимости.

Плебеи требовали большей защиты и политического представительства, в то время как патрицианская элита стремилась сохранить свои привилегии.

Возникло фундаментальное противоречие. Риму были необходимы плебеи как солдаты, однако многие из них обладали лишь ограниченным политическим влиянием. Во времена внешней опасности политическая элита получала более сильные стимулы к компромиссу. Когда опасность уменьшалась, внутреннее напряжение возвращалось.

В конце концов конфликт достиг критической точки.

Согласно традиционному преданию, плебеи покинули Рим — событие, известное как Первая сецессия плебса. Кризис угрожал военной и политической стабильности республики.

Для переговоров с ними был направлен Менений Агриппа.

Согласно рассказу Ливия, Агриппа использовал знаменитую притчу о человеческом теле. Различные части тела восстали против желудка, поскольку считали, что они трудятся, тогда как желудок лишь наслаждается плодами их труда. Однако когда руки перестали приносить пищу ко рту, а рот перестал её принимать, всё тело ослабло.

Этой притчей Агриппа подчеркнул взаимозависимость различных частей общества.

Патриции и плебеи могли бороться друг с другом, однако полное уничтожение одной из сторон поставило бы под угрозу стабильность всего политического сообщества.

Конфликт в конечном итоге способствовал созданию и признанию института народных трибунов — представителей, уполномоченных защищать интересы плебеев и обладавших особой юридической защитой.

Это развитие демонстрирует фундаментальный политический принцип: государство не обязательно становится сильнее, когда конфликты исчезают. Оно может стать сильнее, если конфликты получают легитимные институциональные формы.

КОНФЛИКТ КАК МЕХАНИЗМ РАЗВИТИЯ

Борьба между различными общественными группами продолжалась и после введения института трибуната. Политические институты редко устраняют конфликты навсегда; скорее, они создают механизмы, посредством которых конфликты могут регулироваться.

История Гнея Марция Кориолана демонстрирует ещё одно измерение политической жизни Рима. После изгнания из Рима Кориолан присоединился к вольскам и повёл войско против своего бывшего города.

Когда Рим оказался на грани уничтожения, к нему обратились римские женщины, среди которых были его мать и жена. Их вмешательство в конечном итоге способствовало его решению прекратить нападение.

Эта история демонстрирует важное свойство политической жизни: институты не существуют независимо от человеческих отношений. Политические решения принимаются людьми, которые одновременно являются членами семей, сообществ, культур и социальных сетей.

Другой римский институт раскрывает ещё один принцип.

Во времена чрезвычайной опасности Рим мог назначить диктатора, который на ограниченный срок получал чрезвычайные полномочия. В своей традиционной республиканской форме диктатура рассматривалась как чрезвычайный институт, а не как постоянная система правления.

Здесь мы сталкиваемся с важным принципом политической организации: даже развитая республика перед лицом чрезвычайной угрозы может временно концентрировать власть. Решающий вопрос заключается в том, остаётся ли чрезвычайная власть ограниченной по времени, закону и институтам.

Поэтому политические системы не являются статичными структурами. Они изменяются в соответствии с обстоятельствами.

МОДЕЛЬ РАЗВИТИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

Политическое развитие условно можно описать как последовательность взаимосвязанных стадий:

Семья — первоначальный социальный институт, в котором власть и ответственность сначала сосредоточены внутри домашнего хозяйства.

Племя — объединение родов или семей, требующее более широкой координации и руководства.

Автократия — политический порядок, в котором власть сосредоточена у верховного правителя или узкого центра власти.

Олигархия — система, в которой значительное политическое и экономическое влияние сосредоточено у относительно небольшого числа могущественных групп или отдельных лиц.

Республика — система, в которой политическая власть осуществляется посредством институтов, представляющих различные интересы и подчинённых правовым ограничениям.

Современная демократия — сложная система, объединяющая представительство, выборы, конституционные права, разделение властей, публичную подотчётность и механизмы разрешения конкурирующих интересов.

Эту последовательность не следует рассматривать как универсальный или механически предопределённый закон истории. Различные цивилизации проходили разные пути, соединяли различные институты и иногда двигались как вперёд, так и назад.

Тем не менее эта последовательность полезна как аналитическая модель.

Не менее важно различать демократию и республиканскую форму правления.

В классическом значении демократия означает власть народа или участие народа в управлении. Республика, напротив, делает акцент на институтах, представительстве, праве и ограничениях политической власти.

Одно лишь господство большинства не гарантирует свободу. Большинство может угнетать меньшинство так же, как отдельный правитель может угнетать своих подданных.

Поэтому развитая политическая система должна сочетать участие населения с конституционными ограничениями, защитой меньшинств, независимой судебной системой, правами собственности и пространством свободы для общественных объединений.

ОТ СЕМЬИ К ГОСУДАРСТВУ

Семья представляет собой одну из древнейших и фундаментальных форм общественной организации. До возникновения сложных политических институтов люди в основном жили относительно небольшими группами, в которых влияние зависело от силы, опыта, родства, авторитета и способности обеспечивать защиту.

С возникновением семьи появилась новая форма ответственности. Глава семьи отвечал уже не только за себя, но и за безопасность и выживание других.

Несколько семей могли объединяться в клан, а несколько кланов — в племя.

По мере увеличения размеров групп руководство становилось всё более важным. Вождь мог координировать совместные действия, особенно во время войн, миграций, голода или других опасностей.

В небольших сообществах важные решения иногда могли приниматься непосредственно членами группы. Такие практики можно рассматривать как ранние формы участия в управлении.

Историческими примерами являются народные собрания в Древней Греции, собрания свободных мужчин в средневековой Исландии, а также традиции общинного принятия решений и выборного руководства, связанные с Запорожской Сечью.

Однако с ростом общества непосредственное принятие решений становится всё более сложным. Возникает необходимость в представительстве, управлении, правовых институтах и специализированных формах политической организации.

Так возникает государство.

АВТОКРАТИЯ И ОЛИГАРХИЯ

По мере того как племена увеличивались и завоёвывали друг друга, политическая власть всё больше централизовалась. Цари, фараоны, монархи и другие верховные правители появились во многих древних цивилизациях.

На относительно ранних стадиях технологического развития централизованная власть могла обеспечивать значительные организационные преимущества. Крупные ирригационные системы, монументальные сооружения, налогообложение, ведение войн и другие коллективные проекты требовали координации больших масс людей.

Государства расширяли свои территории, извлекали ресурсы и развивали системы налогообложения и зависимого труда.

Однако развитие торговли и усиление экономической специализации постепенно создали новые центры влияния.

Богатые люди и группы приобретали ресурсы, которые обеспечивали им определённую независимость от центральной власти. По мере накопления богатства эти группы всё активнее стремились к политическому влиянию и правовым гарантиям своей собственности.

В различных исторических условиях это способствовало развитию олигархических форм правления.

Олигархия отличается от аристократии прежде всего основанием формирования элиты. Аристократия традиционно основывает свой статус на происхождении, наследственных привилегиях или дворянском звании. Олигархическое влияние, напротив, может возникать из богатства, экономической мощи, политической организации или контроля над важными ресурсами.

Современные политические системы также демонстрируют тесную связь экономики и политики.

Экономические группы стремятся влиять на законодательство, налогообложение, регулирование, государственные инвестиции и другие решения. Это может происходить непосредственно посредством политического участия или косвенно через политические организации, общественное представительство интересов, лоббирование, избирательные кампании и другие законные формы влияния.

Поэтому политику невозможно полностью отделить от экономики.

СРЕДНИЙ КЛАСС И ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ

По мере роста благосостояния и усложнения экономики возникают новые группы влияния: профессиональные объединения, профсоюзы, бизнес-ассоциации, гражданские инициативы, политические партии и общественные движения.

Эти группы конкурируют с уже существующими центрами власти. Процесс может быть конфликтным, однако конфликты также могут заставлять политические институты адаптироваться.

Предприятия стремятся к благоприятным условиям для предпринимательства. Работники требуют более высокой заработной платы и лучших условий труда. Профсоюзы используют коллективные действия. Гражданские организации добиваются изменения законодательства. Политические партии пытаются объединить интересы различных групп.

Если государство предоставляет правовые механизмы, посредством которых эти интересы могут быть выражены, конфликт становится частью нормального функционирования политической системы.

Однако при отсутствии легитимных каналов давление может накапливаться за пределами институциональных рамок.

РЕВОЛЮЦИЯ И ЕЁ МЕХАНИЗМ

Если влиятельные общественные группы не имеют эффективных законных возможностей защищать свои интересы, политический конфликт может перерасти в открытое противостояние.

Отдельные протесты могут становиться более радикальными, если их неоднократно подавляют. Если движение получает широкую поддержку, а существующий политический порядок теряет легитимность, могут возникнуть революционные условия.

Тем не менее необходимо различать общественный конфликт и революцию.

Общественный конфликт может способствовать институциональному развитию, если он разрешается посредством правовых механизмов и приводит к расширению прав или совершенствованию политических институтов.

Революция в рассматриваемом здесь смысле означает радикальную перестройку или разрушение существующего политического порядка и его замену принципиально иной системой.

Такие преобразования могут иметь как конструктивные, так и разрушительные последствия. Существующие институты могут быть уничтожены прежде, чем будут созданы эффективные структуры, способные их заменить. Экономические связи могут быть нарушены, собственность перераспределена, профессиональные группы вытеснены, а накопленные институциональные знания утрачены.

Революционные движения часто обещают освобождение, справедливость, равенство и благосостояние. Но как только существующая политическая структура уничтожена, немедленно возникает другой вопрос: кто будет контролировать тех, кто получил власть?

Это одна из фундаментальных опасностей революционной политики.

Большие массы людей могут превратиться в инструменты борьбы организованных групп. После успеха революции наиболее дисциплинированная и организованная фракция может получить непропорционально большое влияние на новый политический порядок.

Население, поддержавшее революцию в надежде на улучшение своей жизни, затем может обнаружить, что политические решения принимаются новой элитой.

ИДЕОЛОГИЯ КАК ИНСТРУМЕНТ МОБИЛИЗАЦИИ

Революционному движению обычно необходима идея, способная объединить большое количество недовольных людей.

Такая идея часто должна быть достаточно простой, чтобы её можно было широко распространять, и одновременно достаточно сильной, чтобы создать веру в возможность принципиально иного будущего.

Обещание благосостояния, справедливости, равенства или национального возрождения может стать одним из наиболее мощных источников политической мобилизации.

Возникают лозунги с сильным эмоциональным воздействием: требования власти народу, перераспределения богатства, социального равенства, национального возрождения или полного разрушения существующего порядка.

Практическая программа часто оказывается эмоционально менее привлекательной, чем образ будущего. Идеализированная картина лучшего общества может быть для людей более понятной, чем сложная система экономических расчётов и институциональных реформ.

Одновременно революционная идеология часто определяет врага.

В коммунистических движениях таким врагом часто объявлялись буржуазия или классовый враг. В национал-социалистической идеологии этнические и социальные группы объявлялись врагами нации.

Идеологические механизмы принципиально различались, однако можно увидеть повторяющуюся закономерность: сложные общественные проблемы упрощаются путём возложения их в основном на определённую группу.

Так возникает козёл отпущения.

С психологической точки зрения легче объяснять сложность мира действиями определённого врага, чем признавать существование множества взаимосвязанных экономических, социальных, технологических и исторических причин.

ЛИДЕР, СИМВОЛ И РИТУАЛ

Революционному движению часто необходим узнаваемый лидер.

Лидер становится воплощением политической идеи и символом борьбы. Со временем лояльность лидеру может стать практически неотделимой от лояльности самому движению.

Возникает внутренняя иерархия. Обычные сторонники образуют нижние уровни, тогда как местные организаторы и региональные руководители координируют всё более крупные группы. На вершине находится центральное руководство.

Возникают механизмы внутренней дисциплины, призванные сохранять единство.

Особое значение приобретают символы. Цвета, флаги, эмблемы, униформа, жесты, песни и другие визуальные или ритуальные элементы позволяют человеку ощущать себя частью большего коллектива.

Символ может воздействовать на человека сильнее, чем длинная политическая программа, поскольку он создаёт непосредственную эмоциональную связь между человеком и группой.

Ритуалы могут усиливать эту связь.

Человек может принести клятву, принять символ, участвовать в церемониях или публично демонстрировать свою лояльность. Тогда нарушение клятвы или выход из движения может восприниматься не просто как изменение политического мнения, а как предательство.

Таким образом, политическое движение может превратиться из группы людей, разделяющих общую идею, в высокоорганизованную общественную систему.

ДЕСЯТЬ ОСНОВНЫХ ПРИНЦИПОВ РЕВОЛЮЦИОННОГО ДВИЖЕНИЯ

Можно выделить несколько характерных признаков, которые часто встречаются в революционных или сильно мобилизованных политических движениях:

1. Вера в особый статус и историческое значение простых людей.

2. Авторитетное учение, представленное как объяснение общественной реальности.

3. Обещание будущего благосостояния, справедливости, равенства или национального возрождения.

4. Сильная и эмоционально насыщенная символика.

5. Ориентация на широкую поддержку масс.

6. Определение конкретного идеологического или общественного врага.

7. Возникновение привилегированной внутренней структуры руководства.

8. Нетерпимость к конкурирующим идеологиям.

9. Возвышение личности лидера.

10. Превращение погибших участников в мучеников и символы моральной правоты движения.

Эти признаки помогают объяснить, каким образом определённые политические движения становятся способными мобилизовать огромное количество людей.

Чем сильнее эмоциональная связь между человеком и движением, тем труднее этому человеку может быть покинуть его — даже тогда, когда реальность начинает противоречить первоначальным обещаниям.

КОНФЛИКТ КАК ФУНДАМЕНТ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА

Общество развивается посредством взаимодействия и конфликта различных интересов.

Известное выражение «Жизнь — это борьба» не обязательно означает физическое насилие. Оно также может описывать постоянную конкуренцию между различными потребностями, амбициями, ценностями и интересами.

Люди различаются своими способностями, ресурсами, убеждениями и целями. Поэтому полностью бесконфликтного общества, вероятно, не существует.

Можно выделить несколько основных форм внутренних политических конфликтов:

Гражданская война — вооружённое противостояние между организованными группами внутри государства.

Восстание — внезапная вспышка коллективного гнева, которая может перерасти в беспорядки или насилие.

Социально-экономический конфликт — конкуренция между социальными и экономическими группами за права, ресурсы, заработную плату, налогообложение, собственность или политическое влияние.

Идеологический конфликт — борьба за фундаментальные принципы и направление развития политической системы.

Эти категории могут пересекаться.

Решающий вопрос заключается не в том, существуют ли конфликты, а в том, как общество с ними справляется.

Если социально-экономические и политические конфликты могут разрешаться через суды, выборы, переговоры, коллективные переговоры, демонстрации, парламенты и другие правовые институты, конфликт может стать механизмом общественной адаптации.

РЕВОЛЮЦИЯ КАК ШАГ НАЗАД

С этой точки зрения революционный путь иногда может иметь регрессивные последствия.

Если существующий институциональный порядок разрушается без наличия эффективной замены, обществу приходится заново создавать фундаментальные механизмы управления, права, собственности и политической координации.

Таким образом, революция может уничтожить не только слабости прежней системы, но и часть её достижений.

Революционные события в России в 1917 году представляют собой особенно важный исторический пример для такого рассмотрения.

За распадом имперского политического порядка последовали гражданская война, радикальные институциональные изменения, экономические потрясения и, в конечном итоге, концентрация политической власти в руках нового централизованного режима.

Возникла парадоксальная ситуация: движение, провозглашавшее освобождение человека от эксплуатации, в конечном итоге способствовало созданию чрезвычайно централизованной политической системы.

Это не означает, что каждая революция неизбежно приводит к одному и тому же результату. Однако это показывает, что разрушение одной формы власти автоматически не означает уничтожения власти как таковой.

Власть стремится заполнить вакуум.

Если в обществе отсутствует достаточное количество независимых институтов, способных ограничивать государственную власть, политический вакуум может быстро заполниться другой централизованной силой.

КРИТИКА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ЭКСПЕРИМЕНТА

Эта проблема особенно отчётливо проявилась в политической практике большевизма.

В работе Государство и революция Владимир Ленин рассматривал государство прежде всего как инструмент классового господства и выступал за революционное переходное государство, способное подавлять бывшие господствующие классы.

Последующая история Советского Союза продемонстрировала опасности, которые могут возникать при сильной концентрации политической власти и отсутствии независимых институтов, способных её ограничивать.

Маркс, Энгельс и Ленин разработали теории общественного развития, в которых центральное место занимали классовые различия и производственные отношения.

С другой точки зрения, существование различных социальных классов можно рассматривать также как выражение общественной и экономической дифференциации, а не исключительно как доказательство эксплуатации.

Люди, владеющие капиталом, могут инвестировать в производство, технологии и предприятия. Средний класс вносит значительный вклад в потребление, предпринимательство, занятость и экономическую стабильность. Рабочие непосредственно участвуют в производстве. Учёные, педагоги, инженеры, художники и другие представители интеллектуальных профессий способствуют развитию знаний и культуры.

Таким образом, социальная стратификация сама по себе не означает разрушения общества.

Более фундаментальный вопрос заключается в том, существует ли социальная мобильность.

Могут ли люди улучшать своё экономическое положение? Могут ли они защищать свою собственность? Могут ли создавать предприятия? Могут ли получать образование? Могут ли конкурировать друг с другом? Могут ли входить в политическую систему и мирным путём бросать вызов существующим элитам?

Здоровье общества зависит не только от того, существует ли неравенство, но и от того, позволяют ли его институты людям изменять своё положение и развиваться дальше.

ЭКОНОМИКА И ПРОБЛЕМА ЦЕНЫ

Особого внимания заслуживает экономическая теория Карла Маркса.

Маркс пытался объяснить стоимость товаров посредством трудовой теории стоимости и анализировал внутренние механизмы капиталистического производства.

Современная экономическая наука, напротив, рассматривает рыночные цены как результат взаимодействия множества факторов, включая спрос, предложение, дефицит, ожидания, конкуренцию, производственные издержки, технологии и предпочтения потребителей.

Таким образом, цена не является постоянной величиной природы.

Она представляет собой динамический сигнал.

Если спрос растёт, а предложение остаётся ограниченным, цены могут повышаться. Если предложение превышает спрос, цены могут снижаться. Технологические инновации способны уменьшать производственные издержки или приводить к снижению ценности существующих ресурсов. Изменения потребительских предпочтений могут создавать совершенно новые рынки.

Рынок функционирует именно потому, что цены изменяются.

С этой точки зрения одной из существенных трудностей централизованно планируемой экономики является попытка заменить многочисленные децентрализованные экономические сигналы административными решениями, принимаемыми относительно небольшим числом институтов.

Исторический опыт показывает, что такие системы могут сталкиваться с серьёзными проблемами, включая дефицит, избыток продукции, искажённые стимулы и неэффективное распределение ресурсов.

Поэтому спор о собственности одновременно является спором о механизме, посредством которого принимаются экономические решения.

ОЛИГАРХИЯ И РАЗВИТИЕ СРЕДНЕГО КЛАССА

Сегодня политики часто называют олигархическую власть абсолютным злом.

Однако эта проблема заслуживает более дифференцированного рассмотрения.

Возникновение крупного капитала означает, что в обществе накопились значительные экономические ресурсы. Компании, контролируемые состоятельными людьми, могут создавать рабочие места, платить налоги, инвестировать в производство и поддерживать целые экономические регионы.

Это не означает, что концентрация олигархической власти безвредна.

Когда экономическое и политическое влияние сосредоточено в руках немногих, возрастают риски коррупции, монополизации, захвата регулирующих институтов и неравного политического влияния.

Однако адекватный ответ не обязательно должен заключаться в уничтожении самого капитала.

Более важная цель состоит в создании правил, согласно которым капитал должен конкурировать, соблюдать закон, платить налоги и действовать в рамках прозрачных институтов.

С развитием среднего класса возникает дополнительное противодействие чрезмерной концентрации власти.

Средний класс, как правило, заинтересован в стабильных правилах, надёжных правах собственности, предсказуемом налогообложении, доступе к кредитам, функционирующих судах и конкурентных рынках.

Поэтому развитие широкого среднего класса может стать важной основой политической стабильности и демократизации.

РЕВОЛЮЦИЯ ИЛИ ПОСТЕПЕННАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ?

Если общественные группы обладают законными возможностями защищать свои интересы, стимул к революционному преобразованию, как правило, уменьшается.

Экономические группы могут влиять на политические партии. Профсоюзы могут вести переговоры и организовывать забастовки. Гражданские организации могут обращаться в суды и парламенты. Журналисты могут расследовать нарушения. Избиратели могут отправлять политических представителей в отставку посредством выборов.

Благодаря этим механизмам политические системы могут изменяться, не разрушая своих институциональных основ.

Компания может поддержать политическую кампанию и выступать за реформу законодательства. Профсоюз может организовать коллективные действия для повышения заработной платы. Общественное движение может оказывать давление на парламент с целью изменения закона.

Все эти действия предполагают конфликт.

Однако в развитой политической системе конфликт происходит внутри институтов, а не за их пределами.

Способность государства превращать общественные конфликты в законную политическую конкуренцию является одной из важнейших характеристик развитого гражданского общества.

СОВРЕМЕННАЯ ДЕМОКРАТИЯ

Современная политическая система объединяет элементы, возникшие из нескольких исторических форм правления.

Условно можно выделить два крупных компонента.

Республиканский компонент включает избираемых представителей, разделение властей, конституционные ограничения, независимую судебную систему и верховенство права.

Демократический компонент включает участие граждан посредством выборов, референдумов, публичных дискуссий и других форм выражения политического мнения.

Современные государства также могут иметь механизмы чрезвычайной концентрации исполнительной власти во время кризисов. Такие механизмы являются легитимными только тогда, когда они подчинены закону, принципу соразмерности, контролю и чётким временным или институциональным ограничениям.

Поэтому современная демократия — это не просто власть большинства.

Это сложный механизм согласования конкурирующих интересов при одновременном сохранении фундаментальных прав.

В развитой системе власть не должна постоянно находиться у одного человека или одной группы. Она должна быть распределена между институтами, которые способны ограничивать и контролировать друг друга.

Политические системы различных стран демонстрируют различные сильные стороны. Соединённые Штаты представляют собой примечательный пример институционального разделения властей. Швеция, Финляндия и Норвегия обладают высокоорганизованными гражданскими и общественными институтами. Германия и Япония достигли выдающегося уровня технологического и промышленного развития, одновременно сохранив сложные институциональные структуры.

Однако ни одна система не должна рассматриваться как окончательная. Каждая политическая система продолжает развиваться.

УКРАИНА И ПОЛИТИЧЕСКИЙ АЙСБЕРГ

Какое же положение сложилось в Украине?

Украина — относительно молодое независимое государство, политические институты которого продолжают развиваться.

В рамках предлагаемой здесь модели существенной особенностью является значительное влияние крупного капитала в сочетании с относительно слабой организацией малых и средних экономических субъектов. Профсоюзы часто обладают ограниченным влиянием, гражданские организации существенно различаются по своей эффективности, а общество может быть фрагментировано по региональным, экономическим, культурным и политическим линиям.

Однако фрагментация не означает отсутствия политического потенциала.

Кажущееся неорганизованным общество при определённых обстоятельствах способно проявить огромную политическую энергию. Поэтому задача государства заключается не просто в подавлении недовольства, а в создании законных механизмов, посредством которых недовольство может превращаться в институциональные изменения.

Проблему нельзя решить простым устранением богатых людей.

Если капитал покидает страну, вместе с ним могут исчезнуть инвестиции, предприятия, рабочие места и налоговые поступления.

Поэтому более конструктивный вопрос заключается в следующем: как государству создать правила, при которых крупный капитал будет заинтересован инвестировать внутри страны, одновременно соблюдая закон и честно конкурируя с другими экономическими группами?

Известная поговорка «деньги делают деньги» выражает простое экономическое наблюдение: капитал способен порождать дополнительный капитал, если существуют условия для продуктивных инвестиций.

Поэтому рациональная государственная политика должна быть направлена не просто на уничтожение капитала, а на обеспечение того, чтобы капитал способствовал развитию национальной экономики и одновременно подчинялся закону и конкуренции.

РАЗВИТИЕ ВНУТРЕННЕГО РЫНКА

Одним из возможных инструментов экономического развития является поддержка отечественного производства.

Если финансовые институты обеспечивают предприятия доступом к кредитам на приемлемых условиях, предприятия получают больше возможностей для расширения производства.

Рост производства способен создавать рабочие места, расширять налоговую базу, увеличивать доходы домохозяйств и расширять внутренний спрос.

Рост доходов, в свою очередь, укрепляет внутренний рынок.

Однако любая такая политика влияет на конкурирующие интересы.

Если отечественное производство растёт, предприятия, зависящие от импорта, могут столкнуться с усилением конкуренции. Если государство целенаправленно поддерживает отечественных производителей, оно изменяет баланс интересов между различными экономическими группами.

Таким образом, экономическая политика одновременно является политикой общественной.

Результат не обязательно определяется тем, кто является самым богатым или самым многочисленным.

В стабильной институциональной системе преимущество, как правило, получают те группы, которые способны организоваться, чётко сформулировать свои интересы и добиваться их законными средствами.

НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ

Стабильное развитие требует большего, чем экономическое благополучие. Оно также требует определённой степени общественной сплочённости.

Нации необходимы идеи, позволяющие её гражданам воспринимать свою историю как имеющую смысл, а будущее — как общее.

Для этого не требуется создание искусственной мифологии. Напротив, национальная идея становится сильнее, если основана на реальной истории, культуре, языке, литературе, архитектуре, научных достижениях и исторической памяти.

История Украины предоставляет богатый материал для подобных размышлений.

Украинское казачество является важной частью этой истории, хотя его политическое развитие было сложным и противоречивым. Различные интерпретации политики Богдана Хмельницкого и других исторических деятелей затрудняют создание вокруг них полностью однозначной политической мифологии.

Наследие Киевской Руси поэтому может стать ещё одним важным элементом украинского исторического сознания.

Однако одну историческую эпоху не следует абсолютно противопоставлять другой.

Историю лучше понимать как непрерывную последовательность, в которой различные эпохи способствуют формированию последующих поколений.

Киев, его князья, архитектура, культура, литература, религиозные традиции и политическое наследие могут одновременно служить источниками исторического осмысления и национальной гордости.

Молодёжь имеет в этом процессе особое значение.

Молодое поколение часто особенно восприимчиво к идеям, которые предлагают смысл, принадлежность и видение будущего. Однако во времена политических преобразований молодые люди также могут быть особенно уязвимы перед радикальными идеологиями.

Поэтому государство должно инвестировать не только в экономическое развитие, но и в образование, культуру, исторические знания и развитие независимого критического мышления.

ДЕМОКРАТИЮ НЕЛЬЗЯ ПРОСТО НАВЯЗАТЬ

История показывает, что демократию невозможно механически перенести из одного общества в другое.

Политические институты функционируют эффективно только тогда, когда существует общественная среда, способная их поддерживать. Если отсутствуют независимая судебная система, эффективно действующие гражданские организации, политическая конкуренция, свободные публичные дискуссии, развитый средний класс и культура верховенства права, формальные демократические процедуры могут быть захвачены узкими интересами.

Поэтому одних выборов недостаточно. Функционирующая демократия требует, чтобы проигравший кандидат принимал результат, чтобы победитель оставался ограниченным законом, чтобы суды были независимыми, чтобы собственность была защищена, а оппозиция сохраняла право организовываться и участвовать в политической конкуренции.

Демократия — это не просто момент голосования. Это постоянный процесс согласования конкурирующих интересов.

ПОЛИТИКА КАК ДИНАМИКА

Многие люди рассматривают политическую жизнь как статическое состояние. Они представляют себе, что общество наконец достигнет состояния постоянной гармонии, если к власти придёт «правильный» политик, будет принята «правильная» конституция и будут приняты «правильные» политические решения.

Однако политика не может быть статичной. Как и само человеческое общество, она представляет собой процесс постоянного движения. Возникают новые технологии. Развиваются новые профессии. Появляются новые экономические группы. Старые отрасли приходят в упадок. Новые формы коммуникации изменяют политическое поведение. Новые поколения формируют другие ожидания. Поэтому политическая система, которая перестаёт адаптироваться, в конечном итоге отстаёт от общества, которым управляет.

Каждая страна обладает политической системой, которая в определённой степени соответствует уровню развития её общественных институтов.

Демократия не падает с неба. Политические права необходимо защищать и институционализировать. Однако всякий раз, когда это возможно, эта борьба должна вестись посредством права, политической организации, гражданского общества и мирной конкуренции.

ПОЛИТИЧЕСКИЙ АЙСБЕРГ

Теперь мы можем вернуться к образу айсберга. На поверхности мы видим политические партии, президентов, парламенты, выборы, лозунги, скандалы и отдельных политиков.

Под поверхностью находятся:

экономика;

собственность;

социальные классы;

профессиональные объединения;

профсоюзы;

экономические группы;

гражданские организации;

культурные традиции;

историческая память;

человеческие эмоции;

борьба за безопасность;

борьба за ресурсы;

борьба за влияние.

Эта скрытая часть способствует формированию видимой вершины. Когда общество изменяется, изменяется и его политическая система.

Устоявшаяся общественная группа естественным образом стремится сохранить порядок, от которого она получает выгоду. Её благосостояние, влияние и политическое положение зависят от существующих институтов. Однако каждая общественная группа имеет собственный жизненный цикл: возникновение, развитие, процветание, трансформацию и, в конечном счёте, упадок.

Новые технологии создают новые отрасли. Новые отрасли создают новые профессии. Новые профессии создают новые экономические интересы. Новые идеи создают новые политические движения.

Эти новые группы в конечном итоге сталкиваются со старыми центрами влияния, и возникающая в результате конкуренция изменяет общественную структуру.

По этой причине социологию нельзя свести к вечным формулам и неизменным константам. Человеческое общество динамично. Время создаёт новые обстоятельства, а новые обстоятельства создают новые интересы.

БУДУЩЕЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

Возможно, в далёком будущем человечество достигнет состояния, в котором материальные различия между богатыми и бедными, сильными и слабыми значительно сократятся. Технологическое развитие однажды может привести к тому, что многие базовые материальные потребности станут доступными практически всем людям. Однако абсолютное равенство, вероятно, останется скорее идеалом, чем реальностью.

Люди различаются своими способностями, амбициями, характером, предпочтениями, творческими способностями, трудолюбием и склонностями. Даже при относительно равных материальных условиях различия между отдельными людьми сохранялись бы.

Тем не менее человечество может постепенно двигаться к обществу, в котором индивидуальные интересы будут всё больше согласовываться с коллективными интересами.

Однако даже в таком обществе конфликт, вероятно, не исчезнет полностью. Изменится лишь его форма.

Сегодня люди конкурируют за землю, капитал, политическое влияние и материальные ресурсы. В будущем они могут всё больше конкурировать за доступ к знаниям, технологиям, информации, интеллектуальной собственности, научным возможностям и возможностям самореализации.

Политический айсберг продолжит существовать, даже если изменится его внешний облик. Поэтому политическое развитие невозможно остановить. Каждая достигнутая ступень становится фундаментом для следующей.

Семья породила более широкие родственные структуры. Кланы развились в племена. Племена способствовали возникновению государств. Государства породили конкуренцию между элитами. Конкуренция между элитами в определённых исторических условиях способствовала развитию республиканских институтов. Рост общественных групп и политического участия в конечном итоге способствовал возникновению современных демократических систем.

Однако демократия не обязательно является конечной точкой истории. Это лишь очередная ступень продолжающейся попытки согласовать человеческие интересы.

Украина, как и другие общества, переживающие глубокие преобразования, будет продолжать свой собственный исторический путь. Этот путь не может быть полностью гладким, поскольку конфликт является существенной частью общественного развития. Главная задача заключается в том, чтобы не допустить разрушительного характера конфликтов. Развитое общество — это не общество без противоречий. Это общество, способное разрешать противоречия, не разрушая самого себя.

Поэтому политическая зрелость государства определяется не отсутствием противостояний, а его способностью превращать противостояния в конструктивное развитие. Каждая политическая система существует лишь до тех пор, пока сохраняет способность адаптироваться к изменяющемуся обществу.

Поэтому мы должны смотреть не только на вершину политического айсберга, где видим партии, выборы, парламенты и отдельных политиков, но и на его огромную скрытую часть: экономику, социальную структуру, институциональные рамки, человеческую психологию, историческую память и борьбу интересов.

Именно там, под поверхностью, находится более глубокий фундамент политического общества. Там возникает власть. Там формируется её будущее. И именно там следует искать объяснения политическим событиям, которые на поверхности могут казаться неожиданными, хаотичными или противоречивыми.

Известная поговорка гласит: «Всему своё место и своё время».

Политическое развитие также имеет своё место и своё время. Общество не может просто перескочить через условия, необходимые для функционирования его институтов. Оно может ускорять своё развитие, учиться на опыте других стран, исправлять свои ошибки и заимствовать успешные институты из-за рубежа. Однако институты невозможно полностью отделить от общественных условий, которые их поддерживают.

Поэтому будущее принадлежит не тем государствам, которые пытаются остановить историю, а тем, которые способны понять её движение и научиться управлять конфликтами, не разрушая свободу, экономическое развитие и человеческое достоинство.

Политический айсберг продолжает двигаться. Видимая вершина изменяется первой. Но реальные политические изменения часто начинаются в глубине.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

«Всё полно труда; человек не может пересказать всего; не насыщается око зрением, не наполняется ухо слушанием. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем».
— Екклесиаст 1:8–9

Куда приведёт вас следующий поиск истины, через тернистые лабиринты жизни, мы не знаем. Возможно, вы найдёте ответы на некоторые вопросы, поставленные в этой книге. Возможно, напротив, обнаружите ещё больше вопросов. Но именно это является естественным состоянием человека, стремящегося к познанию. Любознательный ум никогда не прекращает попыток постичь смысл нашего существования на этой планете. И иногда кажется, что вместо того, чтобы становиться яснее, этот смысл всё глубже скрывается в тумане новых тайн.

Наука достигла высот, которые когда-то казались немыслимыми. Многое из того, что ещё несколько десятилетий назад существовало лишь на страницах научно-фантастических книг, стало повседневной реальностью. Человечество научилось видеть то, что прежде было скрыто от человеческого глаза, проникать в глубины материи, наблюдать удалённые космические объекты, создавать чрезвычайно сложные технологические системы и проникать в области знания, которые когда-то казались недоступными.

Поэтому может показаться, что почти не осталось уголка природы, куда ещё не проник пытливый взгляд исследователя. Однако чем дальше мы продвигаемся, тем отчётливее сталкиваемся с парадоксом познания: каждое найденное нами объяснение порождает новые вопросы. За каждой разгаданной загадкой появляются ещё несколько — более глубоких, более сложных и иногда более таинственных, чем первоначальная. Человечество словно приближается к горизонту, который постоянно отступает, как только мы пытаемся его достичь.

И всё же человечество отказывается оставаться в пределах уже достигнутого. Мы постоянно пытаемся выйти за границы непосредственного опыта и заглянуть туда, где привычные понятия теряют свою силу. Само бытие остаётся одной из величайших загадок. Мы ощущаем его величие и поэтому склонны искать в нём не только рациональный, но также философский и порой мистический смысл.

Пройдя этот противоречивый путь вместе с вами, мы всё же должны попрощаться и позволить вам самостоятельно продолжить это увлекательное путешествие в неизвестное. Эта книга не является конечной точкой наших размышлений. Скорее, это одна из многих временных остановок на бесконечном пути человеческой мысли.

Именно этот вечный поиск порождает великих людей, которые двигают человечество вперёд. Но это движение не происходит по ровной и хорошо вымощенной дороге. Напротив: путь познания извилист и труден. Он проходит через болота и топи, густые леса и высокие горы. Мы ошибаемся, спотыкаемся, иногда возвращаемся назад, переосмысливаем свои убеждения, а затем вновь поднимаемся, чтобы продолжить свой путь вверх.

История человечества показывает, что прогресс редко возникает из полного согласия. Напротив: новые идеи почти всегда сталкиваются с сопротивлением устоявшихся убеждений. Поэтому сомнения, критика и разногласия не обязательно являются препятствиями на пути к истине. Иногда они становятся её незаменимыми спутниками.

Зло также не всегда очевидно. Оно может надеть маску, принять приятный и привлекательный облик и тем самым перестать вызывать такое же непосредственное отторжение, как прежде. Всё может превратиться в предмет обмена, в то время как ценности, сохранявшиеся на протяжении столетий, постепенно утрачивают свою силу и становятся предметами торговли. Упрямые отказываются от своих принципов, те, кто чего-то желает, получают то, чего ищут, а общество постепенно приспосабливается к новым правилам.

В определённой степени такое состояние действительно способно снизить общественное напряжение. Однако одновременно оно заставляет нас задать вопрос: если у всего есть цена, то что же остаётся бесценным? Если любое убеждение можно обменять на личную выгоду, где проходит граница между разумным компромиссом и отказом от самого себя?

Человеческая природа несовершенна, и именно это делает её столь увлекательной. В каждом из нас существует огромное пространство для развития — духовного, нравственного и интеллектуального. Человек способен изменяться, пересматривать свои взгляды, учиться на ошибках и подниматься выше того уровня, на котором он находился ещё вчера.

Мы не будем огорчаться, если наши аргументы покажутся вам абсурдными или недостаточно убедительными. Каждый человек имеет право на собственное мнение, если оно сформировано самостоятельно и основано на искреннем стремлении понять реальность. Эта книга представляет лишь одну точку зрения и ни в коем случае не претендует на обладание абсолютной или неоспоримой истиной.

Мы лишь попытались показать работу разума в его практическом применении: способность наблюдать, сомневаться, сравнивать, делать выводы, а затем вновь подвергать эти выводы критическому анализу.

Важно защищать ту точку зрения, в которую человек искренне верит. Однако не менее важно не превращать собственное убеждение в догму. Мы не должны слепо искать истину другого человека, потому что у каждого свой путь к её пониманию. Мы должны сомневаться, удивляться, задавать вопросы и настойчиво стремиться к истине.

Новые взгляды и убеждения должны основываться не только на доверии к собственной правоте, но и на готовности эту уверенность проверять. Только тот, кто способен поставить под сомнение собственную позицию, получает возможность действительно её укрепить.

Для человека сохранение своей индивидуальности одновременно означает сохранение самого себя как личности. В мире, где общественное мнение, материальные интересы, социальное давление и различные формы влияния постоянно пытаются унифицировать человеческое сознание, способность мыслить независимо становится одной из важнейших форм свободы.

Если во время чтения этой книги вы критически рассматривали наши аргументы и не соглашались с ними, значит, мы стали достойными противниками. Ведь истина открывается не только через согласие, но и через столкновение различных точек зрения, дискуссию, аргументацию и взаимные уступки.

И что же тогда представляет собой сила превосходства, спросите вы снова?

Существует известная история, относящаяся к последним годам жизни Иммануила Канта. Когда один врач посетил умирающего философа, он сначала едва мог понять, что говорит Кант: его голос стал чрезвычайно слабым и невнятным. Тогда врачу объяснили, что Кант из вежливости не мог сидеть, пока его гость стоял. Врач едва мог в это поверить. Он пришёл навестить тяжело больного человека, который с трудом держался на ногах, но всё же считал себя обязанным проявить уважение к другому человеку.

Согласно преданию, врач наконец услышал, как Кант ясно произнёс:

«Я ещё не утратил своего чувства принадлежности к человечеству».

Вот она — невидимая сила человеческого превосходства.

Истинное превосходство — это не власть над другим человеком. Это не способность заставить кого-либо подчиниться, не богатство и не физическая сила. Истинное превосходство заключается в способности оставаться человеком тогда, когда обстоятельства позволяют отказаться от собственного человеческого достоинства.

Человек может заслужить общественное признание благодаря тому, что превосходит других полезными достижениями, научными открытиями, борьбой за справедливость, преданностью своей родине или проявлениями мужества и сострадания. Именно здесь, а не в подавлении других, должна проявляться настоящая сила человека.

Возможно, мы не получили окончательного ответа на все вопросы, которые поставили. Но, возможно, окончательный ответ вообще не является главной целью человеческого поиска. Главное — само путешествие: способность спрашивать, искать, сомневаться, ошибаться, начинать заново и продолжать идти.

Человек становится сильнее не тогда, когда перестаёт сомневаться, а тогда, когда учится жить с сомнением и всё же продолжает искать истину. Человек возвышается над другими не тогда, когда подчиняет их, а тогда, когда способен преодолеть собственную слабость, свои ограничения и страх.

И поэтому мы прощаемся с вами не с готовым ответом, а с вопросом, на который каждый человек должен ответить самостоятельно:

В чём именно заключается ваша личная форма превосходства и что вы готовы сделать, чтобы продолжить свой путь?

Возможно, ответ на этот вопрос станет началом вашего собственного восхождения.

ИЗБРАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

АРИСТОТЕЛЬ

Аристотель. Никомахова этика. Перевод У. Д. Росса; редакция Лесли Браун. Оксфорд: Oxford University Press, 2009.

Аристотель. Политика. Перевод Эрнеста Баркера; редакция Р. Ф. Сталли. Оксфорд: Oxford University Press, 1995.

ПЛАТОН

Платон. Государство. Перевод Десмонда Ли; редакция Мелиссы Лейн. Лондон: Penguin Classics, 2007.

АВГУСТИН БЛАЖЕННЫЙ

Августин Блаженный. Исповедь. Перевод Генри Чедвика. Оксфорд: Oxford University Press, 2008.

Августин Блаженный. О граде Божьем. Перевод Р. У. Дайсона. Кембридж: Cambridge University Press, 1998.

Августин Блаженный. О свободе воли. Перевод Томаса Уильямса. Индианаполис: Hackett Publishing, 1993.

ЦИЦЕРОН

Цицерон. Об обязанностях (De Officiis). Под редакцией и в переводе М. Т. Гриффина и Э. М. Аткинса. Кембридж: Cambridge University Press, 1991.

Цицерон. О государстве и О законах. Под редакцией и в переводе Джеймса Э. Г. Цетцеля. Кембридж: Cambridge University Press, 1999.

Цицерон. Тускуланские беседы. Перевод Дж. Э. Кинга. Кембридж, Массачусетс: Harvard University Press, 1927.

БИБЛИЯ

Святая Библия: New Revised Standard Version Updated Edition. Вашингтон, округ Колумбия: National Council of Churches, 2021.

Особенно важные книги: Бытие; Иов; Псалтирь; Притчи; Екклесиаст; Евангелие от Матфея; Евангелие от Иоанна; Послание к Римлянам; Первое послание к Коринфянам; Откровение.

ТОМАС МОР

Мор, Томас. Утопия. Под редакцией Джорджа М. Логана, Роберта М. Адамса и Кларенса Х. Миллера. Кембридж: Cambridge University Press, 1995.

ПЛОТИН

Плотин. Эннеады. Перевод Ллойда П. Герсона и др. Кембридж: Cambridge University Press, 2018.

ФРЭНСИС БЭКОН

Бэкон, Фрэнсис. Новый Органон. Под редакцией Лизы Джардин и Майкла Сильверторна. Кембридж: Cambridge University Press, 2000.

Бэкон, Фрэнсис. О достоинстве и приумножении наук. Под редакцией Майкла Кирнана. Оксфорд: Oxford University Press, 2000.

ДЖОН ЛОКК

Локк, Джон. Опыт о человеческом разумении. Под редакцией Питера Х. Ниддича. Оксфорд: Oxford University Press, 1975.

Локк, Джон. Два трактата о правлении. Под редакцией Питера Ласлетта. Кембридж: Cambridge University Press, 1988.

ХРИСТИАН ВОЛЬФ

Вольф, Христиан. Philosophia Rationalis sive Logica. Франкфурт и Лейпциг, 1728.

Вольф, Христиан. Philosophia Prima sive Ontologia. Франкфурт и Лейпциг, 1730.

Вольф, Христиан. Cosmologia Generalis. Франкфурт и Лейпциг, 1731.

ИММАНУИЛ КАНТ

Кант, Иммануил. Критика чистого разума. Перевод и редакция Пола Гайера и Аллена В. Вуда. Кембридж: Cambridge University Press, 1998.

Кант, Иммануил. Основоположение к метафизике нравов. Перевод и редакция Мэри Грегор и Йенса Тиммермана. Кембридж: Cambridge University Press, 2012.

Кант, Иммануил. Критика способности суждения. Перевод Пола Гайера и Эрика Мэттьюза. Кембридж: Cambridge University Press, 2000.

Кант, Иммануил. К вечному миру: Философский проект. В Practical Philosophy. Перевод и редакция Мэри Дж. Грегор. Кембридж: Cambridge University Press, 1996.

ФРИДРИХ НИЦШЕ

Ницше, Фридрих. Так говорил Заратустра. Перевод Грэма Паркса. Оксфорд: Oxford University Press, 2005.

Ницше, Фридрих. По ту сторону добра и зла. Перевод Джудит Норман. Кембридж: Cambridge University Press, 2002.

Ницше, Фридрих. Рождение трагедии. Перевод Рональда Спирса. Кембридж: Cambridge University Press, 1999.

НАПОЛЕОН ХИЛЛ

Хилл, Наполеон. Думай и богатей. Нью-Йорк: The Ralston Society, 1937.

Хилл, Наполеон. Закон успеха в шестнадцати уроках. Мериден, Коннектикут: The Ralston Society, 1928.

НАСИМ НИКОЛАС ТАЛЕБ

Талеб, Насим Николас. Чёрный лебедь: Под знаком непредсказуемости. Нью-Йорк: Random House, 2007.

ДРУГИЕ КЛАССИЧЕСКИЕ И ФИЛОСОФСКИЕ ИСТОЧНИКИ

Гомер. Илиада. Перевод Роберта Фэглза. Нью-Йорк: Penguin Books, 1990.

Гомер. Одиссея. Перевод Роберта Фэглза. Нью-Йорк: Penguin Books, 1996.

Гераклит. Фрагменты. В The Presocratic Philosophers. Кембридж: Cambridge University Press, 1983.

Марк Аврелий. Размышления. Перевод Грегори Хейса. Нью-Йорк: Modern Library, 2003.

Декарт, Рене. Размышления о первой философии. Индианаполис: Hackett Publishing, 1993.

Спиноза, Барух. Этика. Перевод Эдвина Кёрли. Лондон: Penguin Classics, 1996.

Лейбниц, Готфрид Вильгельм. Философские эссе. Под редакцией и в переводе Роджера Арью и Даниэля Гарбера. Индианаполис: Hackett Publishing, 1989.

Шопенгауэр, Артур. Мир как воля и представление. Кембридж: Cambridge University Press, 2010.

Кьеркегор, Сёрен. Страх и трепет. Перевод Аластера Ханнея. Лондон: Penguin Classics, 1985.

Гегель, Г. В. Ф. Феноменология духа. Перевод А. В. Миллера. Оксфорд: Oxford University Press, 1977.

Фрейд, Зигмунд. Недовольство культурой. Лондон: Penguin Classics, 2002.

Юнг, К. Г. Архетипы и коллективное бессознательное. Принстон: Princeton University Press, 1969.