2-из жизни моих предков, оренбургских казаков

-Баб, про дедушку Леонтия давно обещала рассказать, дак, когда расскажешь-то?- пристаёт Витька к бабушке Лизе.
-Дак, вот сейчас прям и начну, внучек,- откликается бабушка, устраиваясь поудобнее на своей лежанке. Витька уже тоже на  полатях. Позади ещё один день деревенской жизни в бывшей казачьей станице. Воробьиными шажками надвигается ночь.
 - У Павла-то Тимофеича, прадедушки твоего, про которого я тебе давеча сказывала, было несколько сыновей. Все стАтью, да удалью в отца пошли. ЛИха каждому досталось по казацкой части…Про родного твоего деда Леонтия, с молодых его лет тебе поведаю.Раньше наша станица на две части делилась, один край двоеданский, а другой край курский. В двоеданском краю староверы жили. Их так прозвали двоеданами ещё с тех пор, как царь Пётр обложил их двойным налогом и разрешил придерживаться старой божьей веры. А курский край тоже с незапамятных времён образовался. Переселенцы  из Курской губернии за лучшей жизнью сюда приехали да тут и обжились.
- Баб, а в школе мы с пацанами дразним друг друга, кого двоеданами, а кого куршапятами,- вставляет Витька.
-Ну, это ваши мальчишечьи дела,- откликается бабушка,- да какие же вы двоеданы, если все поголовно октябрята, да пионеры..Слушай дальше, Витюшка.Леонтий-то, когда ещё Лёвкой был, в молодых парнях, сильно статью да удалью от своих ровесников отличался. На масленицу-то у нас в станице игрища затевались среди молодёжи, так он там был впереди всех. Не было ему ровни. А уж, как бой кулачный затевался между двоеданами да курскими, так против Лёвки в курском ряду ещё до боя разбегались, а ведь и мужики молодые там же, в стенках, были с парнями. Бывало достанет он в кулачном бою противника, а тот и с копылков сразу валится. Упадёт и кричит, что мол у Лёвки свинчатка в руке зажата. А Лёвка подойдёт к нему, ладошку раскрытую покажет, а потом интересуется, не хочет ли тот ещё без свинчатки попробовать, cравнить значит. Желающих не было.Пришло время служить Леонтию в войске казацком, в Оренбурге. Справила ему семья всю амуницию, какая казакам положена, оружие и коня, конешно. Куда ж казак без коня. А в те годы в войске традиция была.  Когда молодые казаки прибывали на службу, то на войсковом кругу устраивали показательные схватки борцовские между ними. Каждая станица выдвигала своего представителя из молодого пополнения. Да ты уж спишь, поди,внучек,- обращается к Витьке бабушка.
-Нет, нет, я слушаю. Дальше рассказывай, баб,- откликается Витька.
- Пошла у них борьба. Станиц-то много. А из нашей сразу Леонтия выдвинули. Поборол он многих супротивников, и дошёл до последней схватки, где определялся самый сильный казак нынешнего призыва. Достался ему соперник достойный.Пошире был в плечах-то, чем Леонтий наш. Сошлись они и, ни тпру, ни ну.Ни один другому не поддаётся! Топтались они, топтались, да вдруг тому казаку пришло на ум сказать Леонтию про то, что он, мол, сейчас будет крынку простакиши бить. Простоквашей, значит, Леонтия обозвал, а тот и взъярился. Откуда, что взялось, сам Леонтий не смог потом сказать, а оторвал он того казака от земли да и грохнул оземь-то. Бедняга прожил три дня и помер. Леонтия потом этот грех  всю остатнюю жизнь мучал. А войсковой атаман, уж после этого случая, отменил схватки-то между молодыми казаками.Отслужил казаком Леонтий четыре года, даже царя довелось охранять в Царском селе. Цари –то знают, кому свою охрану доверять. Вернулся он домой, да его тятенька да маменька и посватались ко мне , чтоб я стала женой Леонтия. Мои-то тятенька да маменька благословили меня, и я с радостью вышла за него замуж. Детей-то наших, ты, всех знаешь, и дядю Гаврила, и тетю Нюру, и тётку Матрёну,и тётку Татьяну. Дак и отец твой, Николай, тоже наш сын.Германская война, когда в 14 году началась, Леонтий в самой могутЕ был. 35 годков всего. А хоть и силён был, сгинул он на той войне. Казаки сказывали, что перед конём его, снаряд пушечный взорвался, и хоронить даже нечего было..Ладно, давай, Витюшка, спать-ночевать.