аксф28-30

Глава 28

Провожали в последний путь господ Овсянникова и Гусинцева без музыки, слёз, моря цветов и суеты. Первым прикатил на своём «джипе» распорядитель, деловой малый реальной комплекции и с обтекаемой физиономией. Он проследовал в бюро ровно без трёх минут одиннадцать, мельком зыркнул на единственного посетителя в виде Сергея Ивановича Хромова, затем скрылся в недрах заведения, там что-то зашумело, раздались голоса и процесс пошёл. Затем прибыла ещё группа товарищей, каждый на своём лакированном сарае. Товарищи дисциплинированно потянулись в бюро, и третьим в процессии оказался господин Митин Григорий Иванович по кличке «Слон».
- Здорово, - просипел Сергей Иванович и свободной походкой подканал к господину Митину.
- Обух, ты, что ли? – не разлепляя губ, процедил Григорий Иванович. Его братва стояла рядом, распорядитель скоро к ним присоединился, а из служебного помещения, соединённого с залом прощаний специальным транспортёром, выкатились два поместительных гроба, то ли из морёного дуба, то ли деланных под него.
- Он самый, - просипел бывший пограничник. – Шикарные похоронюшки.
- Покажь ксиву, - потребовал Слон.
- Логично, - возразил Сергей Иванович и достал паспорт. Слон минуту разглядывал документ, потом сунул его себе в карман и моргнул братанам. Те сноровисто оттеснили Сергея Ивановича в сторонку и быстро (и профессионально) обшмонали.
- Чистый, - сказал один братан.
- Вот, кое-что, - сказал второй и протянул Слону новый телефон Сергея Ивановича, маленький ворох российских денег плюс записную книжку. К записной книжке был прикреплён затрапезного вида механический карандаш.
- Что, писать научился? – криво ухмыльнулся Слон, листая книжку. Но ничего интересного не обнаружил. В этой книжке Сергей Иванович начеркал разных инициал, аббревиатур и номеров.
- Так это, - просипел Сергей Иванович, - паспорт верни. И остальное. И не вздумай напрягать на этом телефоне контакты: я его вчера у одного опойка тиснул.
- Логично, - буркнул Слон и вернул бывшему пограничнику всё, кроме паспорта. – Когда ты успел добыть мой телефон у Зелёного? Он мне про это ничего не говорил.
- Не успел, наверно, - пожал плечами Сергей Иванович. – Он же не знал, что помрёт так быстро. Кстати, что случилось?
- Инфаркт, - снова криво ухмыльнулся Слон. – А ты откуда знаешь, когда он помер?
- Я с ним общался три дня назад, значит…
- Ладно, тихо. Держись рядом. Сейчас едем в колумбарий…
«Ничего не понимаю, - подумал Сергей Иванович, - а на хрена было тут кантоваться? И эти гробы каждый тыщ по сто за одну только фурнитуру?»

Но, как выяснилось в пути, всё было правильно. В бюро господ Овсянникова с Гусинцевым привели в надлежащий вид и запаковали в гробы. Потом, когда гробы выставили в специальном зале колумбария и их открыли, Сергей Иванович только рот разинул. Потому что покойники хоть и были прикрыты по пояс покрывалами, однако всё остальное у них выглядело так, как будто товарищи слегка притомились и прилегли отдохнуть. Братаны со Слоном минуты две постояли, потом гробы укатили в печь, а через десять минут два служащих вынесли две урны. Братаны, Сергей Иванович и Слон проводили прах господ Овсянникова с Гусинцевым до стены памяти, ещё минуту постояли в молчании и потянулись на выход.
«Однако никаких родственников усопших я тут не видел», - мысленно констатировал бывший пограничник, однако спрашивать ни о чём не стал. Потому что знал: в деловом обществе лишние расспросы не в чести. Надо будет, сами всё скажут

- Ну, как ты тут очутился? – первым делом осведомился господин Митин, когда они с фальшивым зеком по кличке Обух уселись в «джип» столичного предпринимателя. Тачка, тронутая в нужном месте, послушно заурчала и покатилась на выезд из городка. За ней – Сергей Иванович подглядел в зеркало заднего вида – потянулись остальные.
- Проездом, - просипел Сергей Иванович. – Рутина задавила. К тому же домашний мусоропровод засорился. Подался в Тамбов, к Зайцу. Ну, он и намекнул: дескать, Слон с Зелёным теперь в центре и на подъёме. И наколол на Зелёного.
На зека по кличке «Заяц» бывший пограничник также наткнулся в материале от генерал-майора Кулакова.
- Понятно, - буркнул Григорий Иванович. – Ладно, я старых корешей не забываю. Сейчас поедем ко мне на дачу, там помянём пацанов, а потом я тебя куда-нибудь определю на жильё. А там и с работкой прикинем. Или тебе ни того, ни другого не надо?
- А на хрена я здесь? – удивился бывший пограничник. – Надо. Но ксиву верни.
- На!
Слон, удерживая баранку левой рукой, правой достал паспорт, протянул его Сергею Ивановичу, но, когда тот хотел взять документ, его сосед движением фокусника дематериализовал паспорт, а бывший пограничник машинально схватил пустую ладонь «бизнесмена». Тот сжал ладонь Сергея Ивановича, но тот не спасовал и на сильное пожатие ответил такими тисками, что Слон только крякнул.
- Молоток! – похвалил он. – Ты и в зоне шестую арматуру (39)  гнул пальцами, и теперь силу не растратил. В общем, работка тебе гарантирована. А паспорт я твой пока придержу… для регистрации.
При этом господин Митин не очень хорошо ухмыльнулся, а Сергей Иванович не поверил в регистрацию.
«Вот, сучьё! – мысленно выругался он. – Теперь жди любой подляны…»

Ждать пришлось недолго. Сначала братаны вкатились на территорию дачи Слона, запарковались на поместительном дворе и стали покидать свои тачки. Слон встал напротив фронтона здания, так же похожего на загородную дачу, как Тадж-Махал на зал игровых автоматов. Он сделал ручкой Сергею Ивановичу и вывалился из своего авто на асфальт парковки. И, не обращая на него внимания, пошёл к входу в свой «мавзолей». Бывший пограничник достал затрапезного вида механический карандаш и сунул его в рукав куртки, придерживая указательным и большим пальцами. Братаны тоже не обращали внимания на чужака, они закучковались перед входом, Слон не спеша ковырялся в замке, один из пацанов повторил вялый жест рукой, обращённый к Сергею Ивановичу и тот решил не тормозить, но подыграть братве. Бывший пограничник подтянулся к группе граждан, часть граждан расступилась, и чужак невольно оказался среди братвы. Слон резко прекратил вялую возню, он хищно обернулся и подал знак. Пацаны дружно навалились на бывшего пограничника, и началась потеха.
- Аккуратно, не повредите клиента, на арене он вот как пригодится! – услышал Сергей Иванович азартный голос Слона.
«Сейчас, пригожусь!» - мелькнуло в голове бывшего пограничника, он достал карандаш, двойным щелчком кнопки удлинил корпус до двадцати трёх сантиметров и двумя быстрыми точными ударами в глаз отправил на тот свет первых двух бизнесменов. Одновременно Сергей Иванович оценил место действия: полгектара реликтового вечнозелёного леса с дачным строением посередине, перед которым была оборудована поместительная асфальтированная площадка, декорированная двумя фонтанами. Соседи, во всяком случае, за происходящим на территории господина Митина наблюдать не могли. Разве что с помощью спутника. А вот услышать они кое-что могли. Выстрелы, например. Поэтому стрелять никто из участвующих в потасовке не собирался.
«Всё верно! – подумал бывший пограничник, укокав ещё одного бизнесмена. – Да и есть ли у них из чего стрелять? Нормальные люди, во всяком случае, на похороны оружием не запасаются…»
Тем не менее, он нащупал у одного свежего жмурика плечевую кобуру под кожаным пиджаком. Однако ему не дали даже засунуть руку под пиджак, но грамотно заломили руки, оглушили ударом колена по голове и потащили к входу. Карандаш, ясное дело, был потерян. Его Сергей Иванович делал на заказ у одного колумбийского армянина. Взял армянин за работу круто, зато карандаш вышел на славу. Простой такой, невзрачный, из низколегированной сверхпрочной стали, способный удлиняться почти вдвое и в таком «раскрытом» виде, при правильной постановке удара, пробивать дюймовую доску.
- Чё это у него было? – услышал сквозь условную вату Сергей Иванович голос Слона. – Ни хрена себе…
«Точно: ни хрена себе, - мысленно передразнил хозяина дачи бывший пограничник. – Однако их было одиннадцать человек вместе с начальником, и теперь их только восемь вместе с ним же…»
Четверо из оставшихся сейчас тащили чужака в дом. Они держали его за руки по двое, а вот ноги потенциального гладиатора крысиных боёв волочились по асфальту.
«Карандашик надо будет вернуть», - снова подумал бывший пограничник. Он перестал изображать из себя полудохлого дядю, но по возможности расслабил заломленные руки и заплёл своими ногами ноги одного из тех бизнесменов, кто тащил его в дом Слона. Бизнесмен законно повалился мордой вниз, вместе с ним, сцепленные посредством чужака, повалилось на асфальт ещё двое товарищей. Один, правда, просто выпустил руку чужака и удержался на ногах. Но это не спасло ситуации. Потому что чужак выказал отменную сноровку, он помог себе ногами и практически выцарапался из свалки, где его продолжали удерживать за руки.
- Не стрелять! – придушённо крикнул Слон.
«Ни в коем случае! – поддержал его бывший пограничник. – Или вы когда-нибудь видели, чтобы покойники сражались на гладиаторских аренах?»
Он стремительным маршем одолел крыльцо и вломился в загородный дом господина Митина. За ним тотчас образовалась погоня. И форы у Сергея Ивановича было секунды три, не больше. Он одним махом миновал столовую, на ходу снял со стенки небольшой ножик с заострённым лезвием, на ходу же попробовал лезвие и, оставшись удовлетворённым на предмет заточки ножа, побежал на второй этаж. Кто-то из преследовавших засёк чужака и открыл по нему плотную пальбу из какого-то особенно оглушительного пистолета. Но не попал, а чужак безболезненно скрылся в спальной. Спальная выходила окном на парковку. Шторы были раздвинуты, и Сергей Иванович увидел в окно, что под ним перед входом торчит один бизнесмен. Очевидно, оставленный на стрёме.
«Это хорошо», - мелькнуло в голове бывшего пограничника, и он прыгнул в окно, сгруппировавшись так, чтобы попасть в проём левой створки двухстворчатого пластикового окна размерами сто двадцать сантиметров на девяносто и выбить стёкло локтями согнутых рук и коленами ног. Он недаром выбрал именно левую створку, поскольку бдительный бизнесмен стоял не прямо перед входом, а самую чуточку в стороне. Перед самым контактом с окном Сергей Иванович ещё успел подумать о том, что вот будет смеху, если окно сделано не из простого стекла, а…
«Нормально!» - ухнуло в голове бывшего пограничника вместе со звоном разбиваемого вдребезги окна. Он рухнул на нижнего товарища из банды Слона, и, не успел тот понять, в чём дело, как оказался с перерезанным горлом. Сергей Иванович освободил бандита от ствола, моментально его идентифицировал как ППС (40)  и снова вошёл в дом.

Глава 29

На входе ему пришлось открыть стрельбу. Двое бандитов остались внизу, они не сразу сообразили, кто именно входит в дом, чуток опоздали со своими партиями и отправились за своими братанами туда, куда принимают всяких нехороших людей в виде криминальных отморозков, вороватых чиновников и охреневших от жадности олигархов. Ну, типа, в какой-нибудь специализированный филиал преисподней, потому что в саму преисподнюю тамошние служащие давно отказались принимать бывших граждан РФ вышеупомянутых категорий. Ну, чтобы уберечь нормальных грешников от общения с грешными россиянами известных квалификаций и ещё большего грехопадения. А сотрудников классического ада – от растления, взяточничества и утраты остатков морали.

На уборку остальных сотрудников господина Митина у Сергея Ивановича ушло от силы тридцать минут. Опыт и хорошая физическая форма сделали своё дело. Сам господин Митин пока нигде не показывался.
«Струсил, что ли?» - с неудовольствием предположил бывший пограничник, обходя дом. Но не тут-то было. Господин Митин, как истинный русский человек, никогда не трусил. Тем более, когда речь заходила о его кровном. Он просто выжидал нужный момент. И вооружился небольшим автоматиком товарища Калашникова. Эдакий милицейский вариант с коротким стволом, способный изображать повышенную скорострельность. Однако момент оказался не совсем нужным. Ведь Сергей Иванович, благодаря своим опыту и хорошей физической форме, не просто обходил дом, но делал это как призрак, который любит пошуметь там, где он пока идти не собирался. Другими словами, бывший пограничник, прежде чем миновать тот или иной узкий участок, имитировал мнимое движение впереди себя с помощью разных подручных средств. И, как профессионал, не швырял перед собой пустые пивные банки или опорожненные бутылки из-под разных креплёных напитков, но либо шуршал комком кинутой перед собой бумаги, либо использовал другие подходящие предметы. Так, дом господина Митина изобиловал разными декоративными безделушками, которые украшали его многочисленные коридоры, проёмы, переходы и даже лестничные марши. Тут были и стилизованные до абсурдности птички, от колибри в натуральную величину до аналогичных фазанов на специальных подставочках, какие-то жуткие чучела земноводных, закреплённые на стенах и балясинах лестничных ограждений и невероятное множество всевозможных аппликаций. Вот они и сгодились Сергею Ивановичу. Бывший пограничник бесшумно срывал их со стен, комкал и разбрасывал по сторонам, за угол, перед тем как туда повернуть, или вверх по лестнице. Разворачиваясь, аппликация характерно шелестела, и могла имитировать шум крадущегося по дому осторожного человека. В принципе, другой профессионал вроде бывшего пограничника не клюнул бы на такую уловку, однако ни господин Митин, ни его покойные братаны таковыми не являлись. Они даже в армии не служили, но, будучи обыкновенными крысами по натуре, сумели добиться материального успеха и удерживали его с помощью наглости, беспринципности и беспощадности по отношению к любому, кто хотя бы косо глянул на результат их «труда». Хотя стрелять умели все, на недостаток оружия, как гладкоствольного, так и автоматического нарезного, не жаловались, и ни черта в этой жизни не боялись. Но стрелять можно научить и медведя, однако…
Короче говоря.
Перед выходом на боковую лестницу, соединяющую цоколь с остальным домом и продолжающуюся неизвестно насколько вверх, Сергей Иванович запустил туда чучело средней упитанности варана, а сам приготовился миновать проём и войти в нишу с какой-то дверью, соединяющей, опять же, неизвестно что. Чучело бухнулось рядом с первой площадкой, и сверху, расщепляя деревянные ступени первого лестничного марша на растопочную лучину, тотчас стреканула длинная очередь.
«Калаш модифицированный, милицейский, - машинально определил бывший пограничник, - стреляет негромко, да только в такой храмине хоть из гаубицы пали, ни одна собака не услышит…»
С этой стремительной мыслью, занявшей в десять раз меньше времени на продумывание, чем на её написание, Сергей Иванович метнулся к нише и длинной очередью из ППС полоснул по стене грубой кирпичной кладки, модной в некоторых современных домах. Стрелял бывший пограничник под углом градусов семьдесят к кирпичной стене, которая являлась внешней по отношению к стрелку. Сам автоматчик, судя по стремительно рвущемуся звуку простреливаемых досок, находился метрах в двух от переходной площадки и, соответственно, выше неё. В ответ на пистолетную очередь ударила новая очередь из автомата. Но, судя по её прерывистости, господина Митина таки зацепило.
«Попал!» - обрадовался Сергей Иванович. Стрелять рикошетом его научил один «наркологический» отморозок из Уругвая. Этот наполовину немец, наполовину португалец с хорошей примесью индейской крови, владел всеми видами стрелкового оружия в совершенстве и умел поражать любую цель из любого статического положения и в движении. Он научил Сергея Ивановича стрелять по группе противника так рационально, как это требовалось для максимального уничтожения членов данной группы. Хотя чего проще? Ну, увидел толпу и пали по ней, взяв автомат наперевес. Но не тут-то было. Поскольку именно стреляя по толпе, нужно быть наиболее аккуратным, если тебе не по барабану: отправиться на тот свет прямо сейчас или чуть погодя.
Что касается рикошета.
Опуская такие подробности, как стрельба из гладкоствольного оружия мелкой дробью рикошетом от воды по отражению водоплавающей дичи, следует помнить, как и от чего рикошетит пуля чисто свинцовая или пуля в латунной оболочке. Именно этому и обучил в своё время Сергея Ивановича его временный коллега по тогдашней работе Ганс Вейердорф Вилья Миграччо. Научил и помер, потому что тогдашняя их с русским коллегой работа была хоть и не пыльная, но вредная для здоровья. Царство, в общем, ему небесное, потому что выучка его сегодня как никогда пригодилась гостю прикинутого дачного особняка в Подмосковье.
Мимолётно порадовавшись возможной удаче, Сергей Иванович предпринял следующие действия: он взял пистолет в левую руку и погнал наверх приставными шагами от правой ноги к левой. В принципе, такой поход был чреват смертельной раной в левый бок, однако выбирать не приходилось: господин Митин, раненный или целый, находился выше площадки и справа по ходу движения гостя вверх. Поэтому идти туда следовало именно так, как сейчас шёл бывший пограничник. В пистолете оставалось патронов тринадцать. Не доходя до площадки полметра, Сергей Иванович максимально вытянулся вперёд, повернул кисть руки максимально вовнутрь и произвёл ещё одну очередь. Патронов на пять, не больше. Затем стремительно поднялся наверх и увидел хозяина дачи, истекающего кровью. Бывший пограничник выбил из его рук автомат и присел рядом с раненным.
- Жить хочешь? – спросил он.
- Вызови скорую… платную… номер… вот… - просипел господин Митин и непослушной рукой указал на себя.
«Карман», - догадался Сергей Иванович и освободил хозяина дачи от телефона.
- Вызову, - пообещал он и самым честным образом заглянул в глаза Слона. – Где хранится вся твоя информация о твоём бизнесе?
- Скорую!
Судя по интонации и по взгляду, господин Митин пребывал в нормальном сознании. Впрочем, особо опасных ран на нём не наблюдалось. Хотя одна пуля задела его по шее капитально. Вот он и сипел.
- Вся информация о твоём сраном бизнесе! – рявкнул Сергей Иванович и ткнул пальцем в рану на шее.
- А ты кто такой? – скривился Слон.
- Да тебе какая разница? Ну, говори, сука, или подохнешь!
- Ноутбук в кабинете… Пароль – 176235444, имя пользователя – Григорий.
- Нормально. Поехали в кабинет. Где это?
- Ты чё творишь? Я ведь кровью… Бля-а!
- Какой ты нежный. Где кабинет?!

Кабинет оказался недалеко. Ноутбук оказался несвежий. Но надёжный. Сергей Иванович открыл интерфейс, порыскал в документах и без труда обнаружил папку с названием «Деловая». Папка имела ещё одну вложенную папку с пометкой «Доступ». Сергей Иванович открыл её и нашёл отлично выполненный в программе “Access” статистический документ. Бывший пограничник мало «общался» с данной программой, но так как в ней, компилируя разные данные и сведения, работал явно не бандит по кличке «Слон», но какой-нибудь ушлый информационный технолог, то документ был составлен в таком виде, в каком его мог прочесть и ребёнок.
- Очень хорошо, - пробормотал Сергей Иванович, - та-эк-с… Митин Григорий Иванович, вице-президент компании «РА»… Что это за название? Сотрудники… Клиенты... Контакты… Ага, вот! Ресурсы…
- Ты… блин… обещал… - подал голос Слон. Во время транспортировки он потерял сознание, но теперь пришёл в себя.
- Обещанного три года ждут, - буркнул Сергей Иванович и продолжил изучение главной страницы документа. Первым делом его интересовали люди, участвующие в «единоборствах». И они были сгруппированы по категориям в разделе «ресурсы». Категории подразумевали место и время использования того или иного «ресурса». Участники крысиных боёв все шли под нормальными инициалами, с пояснениями в теме их задолженности либо других причин, вследствие каковых они попали в лапы Слона и его подельников.
- Есть! – радостно выдохнул бывший пограничник. – Хромов Андрей Иванович, предприниматель, задолженность… ни хрена себе! база в Миккели, вторая очередь ожидания… не зря, значит, я сюда съездил…
- Скорую… ты обещал… гад… - продолжал канючить Слон.
- Где эта база в Миккели? – спросил Сергей Иванович и прижал ствол пистолета к ране на шее Слона.
- Какая Микели ты чё? – зашипел хозяин дачи.
- Пётр Ростовченко? – задал наводящий вопрос Сергей Иванович.
- Какой Росс… щ-щ-щ… ко-о…
Слон дёрнул ногой, его нога толкнула гостя, он слегка стронулся с места и слегка навалился на пистолет, который прижимал к горлу бандита. Рана разошлась, у Слона открылось внутреннее кровотечение, тот пару раз булькнул и умер.
- Что? Как?!! Ах, ты… - запоздало запричитал бывший пограничник. Он даже потряс хозяина дачи, но только зря старался. В общем, нарушение шестой заповеди (41)  на нём висело железно. Потому что сколько можно?
Однако долго горевать не приходилось. Сергей Иванович нашёл свой карандаш, вернул ему невзрачный вид и закрепил на блокноте. Затем он изъял из ноутбука жёсткий диск, сунул его в карман и дёрнул на волю. Там Сергей Иванович сел в тачку Слона и, благо она как-то взаимодействовала с воротными сенсорами, без препятствий выкатился на боковую улицу дачного посёлка. Через несколько минут бывший пограничник припарковался возле супермаркета, обошёл его, на ходу (но не виду видеокамер) избавился от внешности гражданина Обухова и сел в первую маршрутку.

Глава 30

Сначала Сергей Иванович переехал в другую гостиницу. Болтаясь по Москве, он только диву давался: куда подевались бывшие столичные отели? (42)  Однако частный сектор не дремал и ночлежек с номерами для часового времяпрепровождения с путанами хватало. Можно было найти и приличное заведение, где останавливались всякие деловые люди, занимающиеся портняжным бизнесом в Торжке, или цирюльным в Севилье. Всё верно: по Москве шастало невероятное количество иностранцев, мечтающих перевезти своё дельце из заграницы в Москву, где можно было либо сложить кости, либо заработать кучу денег. Другими словами: вселяясь в новую гостиницу, бывший пограничник столкнулся с двумя мужичками, бойко базарящих на каталонском наречье. Он выждал, когда «земляки» свалят на улицу и снял минимальный номерок за смешные сто долларов в сутки. В номере Сергей Иванович распаковался, переоделся, осмотрелся, помылся, заказал еду и занялся изучением диска с ноутбука Слона.

Еда снова оказалась отвратной. Впрочем, иной она быть не могла. Потому что чего можно желать от обеда за семьсот рублей, если нормальный бифштекс (в единственном числе без гарнира) из нормальной говядины, приготовленной из нормального бычка максимум неделю назад на личной ферме министра сельского хозяйства РФ, стоит пять тысяч рублей? Впрочем, в некоторых московских ресторанах можно купить бифштекс и дороже, и не из относительно свежего мяса, а из такого, которое стало мясом два месяца назад в Аргентине. Однако не таковские русские люди, чтобы мелочиться из-за цены или собачиться из-за свежести (съедобности) мяса. Главное дело: шикарная обстановка, душевная музыка, доступные (в коммерческом плане) девочки и бармен-молодец, имеющий до двадцати штук в смену только за недолив, не считая пересортицы из-за палёного бухла вместо лицензионного.
Информация, на изучение которой бывший пограничник потратил минут сорок, оказалась также нестоящей. Иначе говоря: он много узнал о бизнесе, приносящем баснословные прибыли Слону, какому-то его покровителю из столичной администрации по кличке «Дядя Паша» и группе московских полицейских. Входные билеты на своеобразное шоу под названием «Люди и крысы» стоили от десяти тысяч евро с носа. На шоу присутствовал непременный тотализатор, принимающий ставки на время, какое могло потребоваться крысам, чтобы завалить очередного гладиатора. Плюс на время, которое могло потребоваться грызунам, чтобы начисто обглодать данного гладиатора. Также существовал специальный сайт с платным доступом, где любой желающий мог посмотреть вышеупомянутое шоу всего за сто евро за просмотр одного представления.
Ещё Сергей Иванович нашёл ссылки на подробные подземные схемы, на специальную разработку по возможным связям с некоторыми московскими чиновниками среднего звена, но его это мало интересовало. Бывший пограничник не собирался бороться со столичной преступностью, справедливо полагая, что с этим успешно справится новый мэр. Под руководством самого президента. Но со временем. Потому что это на словах победить преступность легко, а на деле такое дело стоит больших денег. Вернее, их потери.
В общем, ничего нового о своём брате Сергей Иванович на диске из ноутбука Слона не нашёл: так, фамилия, имя, отчество, сумма задолженности и место временного содержания. Предположительно, на финской даче господина Ростовченко.
«Значит, надо ехать в эти Миккели», - подумал бывший пограничник и отзвонился в греческий пансионат. И предупредил хозяина о своей задержке. Однако просил оставить домик за ним, потому что скоро туда приедет.
«Теперь звоним Салиму», - решил Сергей Иванович и набрал номер телефона своего нового знакомого таджика, гоняющего мебельные фуры из одной дачи господина Ростовченко в другую.

Говорили по-таджикски. Сергей Иванович запомнил этот язык, однажды спасший ему жизнь, до конца своих дней. Салим, кстати, отдыхал. Но назавтра собирался в Миккели. Поводом для звонка бывший пограничник изобразил свой интерес к некоторым памятным местам в Таджикистане, где он в своё время побывал. Дескать, сидел вечером возле компьютера и случайно набрёл на туристический сайт, где показывали виды среднеазиатской горной республики.
Салим оживился, рассказал о своём кишлаке в районе Курган-Тюбе. Он также помянул нескольких своих земляков, служивших на российских заставах.
Сергей Иванович вспомнил тех таджиков, кто служил у него и невзначай перешёл на Финляндию. Дескать, финские виды по сравнению с таджикскими – ерунда. Салим подхватил тему и так, без труда, бывший пограничник выпытал у него адресок, по которому располагалась зарубежная дача господина Ростовченко.
Потом Сергей Иванович потрепался ещё минуту и закруглился. Они с Салимом тепло распрощались, и бывший пограничник занялся подготовкой к поездке в Финляндию.
«Миккели, Миккели, - думал он, пакуя сумку для предстоящего вояжа, - интересно, а где там охотничий домик Андрея? Позвонить, что ли, Ольге и уточнить? Да, нет, не стоит…»

Когда Сергей Иванович приготовил сумку, он «обработал» номер так, чтобы затем обнаружить в нём следы постороннего присутствия и нездорового любопытства. Затем бывший пограничник справился о расписании поездов до Питера и нашёл один подходящий, отправляющийся поздно вечером с Ленинградского вокзала.
«Отлично, - подумал он, - часа три можно подремать, а потом – в путь. А то когда ещё придётся нормально поспать…»

Перед выходом Сергей Иванович снова справился в интернете на предмет магазинов «Охота – рыбалка». Запомнил четыре и вызвал такси. А затем позвонил дежурному администратору и предупредил женщину, что он уедет на неделю, но номер оплатит, чтобы оставить его за собой. Одновременно он поинтересовался: может ли он быть уверенным за сохранность своих вещей, оставляемых в гостинице. На что услышал самые искренние заверения в надёжности их заведения.
- Приятно слышать, - возразил Сергей Иванович, - тогда я сейчас подойду к вам, рассчитаюсь и поеду.
- Вы далеко? – машинально осведомилась дежурная.
- Да нет, но отсюда не видно, - уклончиво сказал фальшивый испанец и побрёл на выход.

Сергей Иванович отпустил частника возле первого специализированного магазина «Охота – рыбалка» в районе метро Марксистская. Если быть точным, бывший пограничник вышел напротив пивного ресторана, рассчитался с «извозчиком» и прогулялся до нужного магазина пешком. Там Сергей Иванович выбрал четыре ножика для разделки рыбы и дюжину утяжелённых грузил. А когда продавец стал впаривать ему леску с блёснами, бывший пограничник купил и их. Но на этом остановился, потому что дай волю продавцу, он бы втюхал «иностранцу» и болотные сапоги, и прорезиненный комбинезон и электронное приспособление для отпугивания комаров, гнуса, слепня, овода и прочих насекомых кровососущих паразитов. Разделив покупки на два пакета, Сергей Иванович покинул магазин и отправился на Ленинградский вокзал. По пути он снял с карточки пятнадцать тысяч долларов. А на вокзале без труда отоварился билетом на экспресс «Москва – Санкт-Петербург» в общий вагон и, спустя некоторое время, катил в северную столицу.

Российско-финскую границу бывший пограничник решил примитивно нарушить, не морочась с визами и разрешениями.
Ранним утром следующего после приезда в бывший Ленинград дня Сергей Иванович вырядился по-походному и вышел на трассу Питер – Петрозаводск. Там он тормознул потрёпанную иномарку с номерами соседней губернии и доехал до столицы Карелии. По пути фальшивый испанец разузнал о местонахождении местных леспромхозов. Один находился в Суоярви, всего в ста километрах от вожделенной границы. И откуда, как показал словоохотливый водитель иномарки, круглосуточно пёрли строевой лес в Финляндию. При этом на вывозе леса работали строго финские парни, поскольку антироссийские санкции ещё не отменили, и российские лесовозы временно простаивали без работы. Но так как антироссийские санкции не распространялись на российский лес, то его рубили, щепки летели, а финские шоферюги толстели от регулярных перегонов и премиальных.

От Петрозаводска до Суоярви ходили маршрутки. Прибыв на место, Сергей Иванович взял местного частника и доехал до автозаправки возле лесхоза. Там имелась придорожная гостиница, а на парковке скопилось до дюжины большегрузных автомобилей. Четыре из них были лесовозы. Их гоняли, для лучшей зарплаты, по одному водителю без сменщиков. Все были гружены лесом и готовы в путь. Бывший пограничник обошёл гостиницу, посетил закусочную и обратил внимание на четверых мужиков, сидящих за одним столиком. Все четверо имели вполне финский вид, и трепались на незнакомом Сергею Ивановичу языке. Всё верно: финским языком бывший наёмник не владел. Однако у него был острый глаз, и он быстро определил среди закусывающего квартета одного такого, который явно тяготел к славянскому происхождению. Бывший пограничник медленно прогулялся мимо столика, и ему повезло подслушать несколько слов, сказанных по-фински предполагаемым земляком.
«Украинец, - определил по характерному выговору Сергей Иванович, - как бы его подцепить?»
Бывший пограничник сел за столик, заказал кофе с пирожком и нацарапал на салфетке следующее послание:
«Будь в сортире есть дело на 10 тыщ долларов».
Когда официанта принесла ему заказ, Сергей Иванович рассчитался с ней, показал тысячный билет, сунул ей в руку салфетку и указал на широкую спину предполагаемого финна украинского происхождения. Официантка понятливо кивнула и пошла выполнять поручение.
«Что ж, сойду за голубка, снимающего сочного молодца в придорожном заведении», - подумал бывший пограничник. Он моргнул мужику, поворотившему к нему свою скуластую физиономию под белёсой растительностью, и отметил некоторое скабрезное оживление среди его товарищей. Те, ясное дело, содержимого послания не увидели, так как сочный молодец смял салфетку и сунул её в карман. Потом он неторопливо оторвал свой матёрый зад от стула и направился в сортир. Сергей Иванович, проигнорировав кофе с пирожком, последовал за ним.

- Ну, какое дело? – на хорошем русском, но уже с заметным скандинавским акцентом, поинтересовался молодец.
- Мне надо нелегалом в Финляндию, - с места в карьер объявил бывший пограничник.
- Шё-о? – сузил глаза натурализованный финский водила.
- Десять тысяч долларов за то, что я доеду на твоём лесовозе до первого посёлка в Финляндии без визы и загранпаспорта, - слегка развил тему бывший пограничник. – Ну?
В принципе, Сергей Иванович мог попасть в Финляндию без геморроя и лишних затрат и по паспорту сеньора Гуэльо, однако он не хотел палить паспорт с легендой после возможного криминал в Миккели.
- Ага, так это сел и поехал! – принялся базарить водила. – Не, видали?
Он реально поверил в возможность заработать кучу денег за каких-нибудь пять минут. А то. Педерастов в России развелось невероятное множество, а большинство из них неплохо устроилось в современной жизни. Деньги, в общем, у таких граждан водились.
- Десять тысяч долларов налом, - повторил бывший пограничник. – Я, конечно, понимаю: облом получился. Вместо богатого пидора – опасный нелегал.
- Блин! – только и сказал «финн». Десятка тысяч его забрала реально. В месяц он зарабатывал до семи штук евро вместе с премиальными. А тут целая зарплата только за одну ездку. Тем более, никаких осложнений с перевозкой несанкционированного тела не предвиделось.
- Ну? – повторил Сергей Иванович.
- А ты покажь свои десять тысяч, - продолжил кочевряжиться бывший украинец.
- Смотри, - бестрепетно молвил фальшивый испанец.
- А не боишься, что я эти деньги у тебя так отыму? – набычился «финн».
- Попробуй, - возразил бывший пограничник и сунул свободную руку в карман. Якобы, за оружием. Хотя, как настоящий профессионал, никогда зря не носил на себе ничего огнестрельного.
- Так нас же четверо, - упавшим голосом сказал гарный молодец.
- Угу. Так ты и побежал с ними делиться.
- Ладно, давай деньги.
- Три сейчас, семь – после высадки. Какой твой лесовоз?
Бывший украинец пересчитал деньги, спрятал их поглубже и назвал номер своего грузовика.
- Я поеду последний, - стал объяснять он, - минут через десять тронемся. Выйди к шляху и жди там. Перед поворотом на шлях я приторможу, и ты можешь подсесть. Понял?
Клюнув на хороший приработок, водила лесовоза даже не поинтересовался: а на хрена нелегально и так далее? Он даже паспорта не попросил предъявить. Впрочем, когда-то сам давший дёру из развалившегося СССР, нынешний благополучный финн мог понять любого нелегала, дёргающего из родной неустроенной сверхдержавы в крохотную уютную Финляндию.
- Понял, - согласно кивнул Сергей Иванович. От лесхоза к международной трассе шла плохонькая шоссейка. А поворот предполагался налево. То есть, впередиидущие коллеги бывшего украинца не могли увидеть «маневр» своего приятеля. Если, конечно, тот вовремя притормозит, а попутчик вовремя займёт своё место.






 (39) Арматура диаметром 6 миллиметров





 (40) Пистолет-пулемёт Стечкина 20-тизарядный





 (41) Не убий





 (42) Для тех, кто не знает: отели выгодней сдавать частями в аренду всяким отдельным предпринимателям, частным конторам и целым фирмам. Во-первых, одними туристами с приезжими (гастарбайтеры не в счёт) по московским ценам отели нынче не наполнишь, во-вторых, можно избавиться от обслуживающего персонала и обходиться тремя служащими в виде бухгалтера, кассира и замдиректора


Рецензии