Библейские представления о естествознании

Статья включает записи:

Введение в тему
Книга Иова. Естествознание как условие преодоления бедствий
Знания и воображение
Книга Екклесиаста: знание как божественное назначение

Введение в тему

Библейские тексты описывают устройство мира и место человека в нём. В них показано:
– как работает природа: день и ночь, времена года, дождь, ветер, рост растений, поведение животных;
– как человек наблюдает природу: смотрит на небо, замечает движение светил, следит за погодой;
– как человек действует в мире: пашет землю, собирает урожай, ориентируется по звёздам, использует природные явления;
– как человек понимает мир: размышляет, делает выводы, учится на наблюдениях.
Библия описывает мир, человека и его опыт. Это позволяет задать вопрос: какое значение в библейском повествовании придаётся естествознанию — знаниям о мире и его роль в жизни человека.
Поиск в системе «Рамблер» по запросу «Библия о естествознании»  (лето 2010 года) дал ответ: «К сожалению, в данном разделе по вашему запросу ничего не найдено». В октябре 2021 года результат поиска остался тем же: «По введённому запросу ничего не найдено».  Результаты поиска показывают не отсутствие темы, а отсутствие её разработки. Автор статьи считает, что в библейских текстах присутствуют не только наблюдения природы, но и указания о значении знания для человека. Обоснование этой мысли есть цель данной статьи.
Рассмотрение темы определяется принципом, сформулированным Бенедиктом Спинозой (1632–1677):
«Все познание Писания должно заимствовать из него одного. <...> общее правило толкования Писания таково: не приписывать Писанию в качестве его учения ничего, чего мы не усмотрели бы самым ясным образом из его истории. <...> Она должна содержать природу и свойства языка, на котором книги Писания были написаны» (Бенедикт Спиноза. Богословско-политический трактат. Об истолковании Писания).
Библеистика
Существует устойчивая, порой не осознаваемая, граница между толкованием Библии и исследованием её текста.
Толкование предполагает принятие содержания Библии в рамках религиозной традиции — через авторитеты, сформировавшие способы понимания текста и передающие их из поколения в поколение. Исследование направлено на понимание содержания описываемых событий на основе самого библейского текста.
Для исследования библейских текстов необходимо образование и знания. Свободное чтение Библии привело автора статьи в учебное заведение «Открытый университет. Израиль», где были пройдены курсы: «Евреи и христиане. Полемика и взаимовлияние культур», «Иерусалим в веках», «Введение в Устную Тору», а также «Введение в библеистику».
Библеистика — научная дисциплина, изучающая Библию средствами текстологического и литературного анализа. Как дисциплина она зародилась в Германии более двух столетий назад.
Для автора записей значимым шагом в изучении основ библеистики стало участие в семинаре «Практика и вопросы изучения Библии», который проходил в 2015–2017 годах в обществе «Дом Учёных» при Либеральной еврейской общине Гамбурга, с 2025 года — Israelitischer Tempelverband zu Hamburg. Занятия вели Исидор Геймович Левин (1919 - 2018) — российский и эстонский учёный еврейского происхождения, профессор Санкт-Петербургского института религии и философии, доктор наук, — и его супруга, немка по происхождению доктор филологических наук Гизела Шенкович-Левин (ум. в 2023 году).Позиция профессора И. Левина о религии и знании:
«Религия — это наличие или отсутствие отношения к Богу, как бы ни представляли его себе каждый. <...> Должность учёного раввина требует умение дать ответ на поступающие к нему бытовые, религиозные и исторические вопросы на основе Талмуда и Библии. Обязанностью наставников-проповедников, глав общин стало правилом призывать евреев вернуться вспять в прошлое, исправить своё поведение, являющееся условием Божественного прощения <...>. Евреям остается слушать раввинов, проповедников и уповать на пришествие Мессии, когда каждый получит награду или наказание за свои поступки при жизни. К этому положению в течение двух с половиной тысяч лет были официально сводимы сведения и изучение истории евреев и Священного Писания. Доколе? Уже давно нужен иной подход каждого человека, который хочет узнать историю своего народа. Для этого необходимо предъявить требования к себе, для этого требуются знания» [Исидор Левин. Книга "Еврейские знания начинающим"].

Библейская «литература мудрости»

Библейские тексты, которые библеистика относит к жанру «литературы мудрости», — позволяют определить отношение Библии к естествознанию и к роли знания в жизни человека.
Тексты литературы мудрости обращены к человеческому опыту и показывают, что библейское откровение имеет всечеловеческий характер:
«Человек пытается дать ответы на те или иные вопросы не с помощью религиозной традиции, завещанной от прежних поколений, а с помощью рациональной мысли, опирающейся на собственный опыт и наблюдение за реальностью» (Тора. Современный комментарий).
К литературе мудрости относят Книгу Иова и Книгу Екклесиаста. Книга Екклесиаста рассматривает тему естествознания философски, Книга Иова раскрывает её через судьбу конкретного человека.
Статья включает короткое изложение некоторых библейских текстов и обширные цитаты. Они задают направление анализа, делают выводы автора статьи более весомыми. В отдельных записях статьи библейские цитаты приводятся в порядке их появления в тексте, что исключает искажение его смысла.

Книга Иова. Естествознание как условие преодоления бедствий
Вступление

Статья предлагает прочтение Книги Иова, отличное от традиционного понимания её как повествования об испытании веры. Финал книги не сводится к восстановлению благополучия Иова, а заключается в Откровении Бога, которое раскрывает человеку значение естествознания. Рассматривается мотив «ограды», представляющий собой защиту человека от бедствий, основанную не на праведности, а на знании устройства природы. Статья выражает идею: Книга Иова — размышление о знаниях как условии преодоления бедствий.

Традиционное толкование книги

Останется ли праведник верным Богу, если подвергнется страданиям? Текст Библии:
«Был человек в земле Уц, имя его Иов; и был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла» (Иов 1:1). «И был день, когда пришли сыны Божии предстать пред Господа; между ними пришел и сатана» (Иов 1:6).
Бог говорит об Иове:
«Человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла» (Иов 1:8).
Сатана, падший ангел, отвечает:
«Разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли кругом оградил его и дом его и все, что у него? Дело рук его Ты благословил <...>; но простри руку Твою и коснись всего, что у него, — благословит ли он Тебя?» (Иов 1:9-11).
«И был день, когда сыновья его и дочери его ели и вино пили в доме первородного брата своего. <...> волы орали, и ослицы паслись подле них, как напали Савеяне и взяли их, а отроков поразили острием меча; <...> огонь Божий упал с неба и опалил овец и отроков и пожрал их; <...> Халдеи расположились тремя отрядами и бросились на верблюдов и взяли их, а отроков поразили острием меча; и вот, большой ветер пришел от пустыни и охватил четыре угла дома, и дом упал на отроков, и они умерли»  (Иов 1:12-20).
Иов сам заболевает мучительной болезнью.
Иов считает, что Бог:
«умножает безвинно мои раны, ... пресыщает меня горестями» (Иов 9:17-18).
Жена Иова, имя которой не упоминается в Писании, в отчаянии пожалела своего страдающего мужа. Видя его мучения, она предложила ему прекратить страдания — похулить Бога и умереть. Однако Иов ответил:
«доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать?» (Иов 2:10).
Друзья предложили Иову признать свою вину:
«Что такое человек, чтоб быть ему чистым, и чтобы рожденному женщиною быть праведным?» (Иов 15:14).
Иов обратился к Богу:
«Зови, и я буду отвечать, или буду говорить я, а Ты отвечай мне. Сколько у меня пороков и грехов? покажи мне беззаконие мое и грех мой» (Иов 13:22-23).
Иов говорит в уверенности своей правоты:
«Пути Его я хранил и не уклонялся. От заповеди уст Его не отступал; глаголы уст Его хранил больше, нежели мои правила» (Иов 23:10-12).
И Бог ответил Иову. Услышав Бога, Иов выразил своё состояние:
«Говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня, которых я не знал <...>. Я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле» (Иов 42:3-5).
Праведник остался верен Богу. Заключительные стихи Книги Иова говорят за награду за такое поведение:
«Возвратил Господь потерю Иова, <...>; и дал Господь Иову вдвое больше того, что он имел прежде» (Иов 42:10).

Два традиционных комментария на Книгу Иова

Первый: «Как Господь удвоил праведному мужу Иову все, что раньше отнял. В том числе, детей его, сыновей и дочерей. А как же те, которых он забрал, чтобы проверить верность Ему?».

Второй комментарий, как ответ на первый: «Как Господь удвоил праведному мужу Иову все, что раньше отнял…». По-моему, это примитивное понимание книги Иова, которое иудаизм считает «детским пониманием». По-моему, в иудаизме это НЕ финал Книги Иова, а всего лишь второстепенное следствие финала. Финал — это когда Господь открылся Иову — и Иов это принял. А принять это очень-очень тяжело. Ведь Господь сказал Иову примерно: «Все смерти и страдания имеют смысл потому, что у Меня есть план и это его часть. … Но вы, люди, и не должны полностью понимать Мой план. … И каждый должен заниматься своим делом: люди своим, а Я своим». Утешение тут НЕ в том, что «у меня еще будут дети». Утешение тут «у Господа есть план — и все, абсолютно все, смерти и страдания является частью этого плана».

Считаю, что оба комментария неверны.
Во первых, в библейском тексте нет утверждения, что Господь «отнял» у Иова детей. Оно принадлежит комментатору, а не Писанию.
Во вторых, комментатор утверждает, что человек должен «заниматься своим делом», но не раскрывает, что именно означает это «дело». В результате смысл финала книги сводится к морали о терпении, хотя сама книга — о другом. Предложим своё понимания личности Иова и содержания Книги Иова.

Определения

«Сыны Божии» (Иов 1:6) — это духовные силы, через которых Бог осуществляет управление природным порядком.
«Пришел и сатана» (Иов 1:6). Сатана — духовная сущность, которое олицетворяет бедствия человека. Библейская традиция не приписывает сатану самостоятельной силы вызывать природные катастрофы, болезни или социальные бедствия. Не являются ли страшные события результатом действий самого человека, вернее, его бездействия? Он не предусмотрел защиту от врагов, не построил надежные дома, не научился лечить болезни.
«Кругом оградил его и дом его и все, что у него» (Иов 1:9), это мотив ограды как защита Иова. Её разрушение, с разрешения Бога, сделало Иова уязвимым для бедствий.
«Ужасы Божии» (Иов 6:4) имеют естественный характер: набеги кочевых племён, молния («огонь Божий»), ураганы, болезни.

Иов — учёный

Иов в повествовании предстает человеком, обладающий знаниями о природе. Он знает, что Бог «повесил землю ни на чём» (Иов 26:7), что земля «внутри изрыта как бы огнём» (Иов 28:5).
Бенедикт Спиноза писал, что содержание и стиль «Книги Иова» позволяют относиться к Иову не как к
«человеку тяжко болящему, сидящему в пепле, но размышляющему на досуге в кабинете» (Богословско-политический трактат, гл. VII).
Когда бедствия обрушились на Иова, он начал рассудочно искать их причину. Его метод отражает структуру научного исследования:
• Иов, опираясь на опыт и знания выдвигает гипотезы.
• Он обсуждает их с друзьями, выслушивает критику, аргументирует и сверяет свои рассуждения с тем, что считает выражением Божьего порядка.
• Если предположение оказывается несостоятельным, Иов отказывается от него.
• Он формулирует новое предположение .
• Принимает обоснованное.

Идея Книги Иова

Идея Книги Иова заключается в ответе на вопрос Иова как избежать несчастий:
«Что за сила у меня, чтобы надеяться мне? <...> Есть ли во мне помощь для меня, и есть ли для меня какая опора»? (Иов 6:11-13)
Ответ сообщен в Книге Иова. Таким образом, эта книга может быть прочитана как размышления учёного о значении естествознания, а также о пути поиска и нахождения причины бедствий человека.

Гипотезы Иова о причине бедствий

Первая его гипотеза о причине бедствий: ошибка Бога в оценке его праведности.
Иов говорит, что Бог
«разит меня и умножает безвинно мои раны» (Иов 9:17).
Друзья отвергают его мысль:
«Как человеку быть правым пред Богом?» (Иов 25:4).
Иов отвергает их критику:
«Дыхание мое во мне и дух Божий в ноздрях моих, не скажут уста мои неправды, и язык мой не произнесет лжи! Далек я от того, чтобы признать вас справедливыми» (Иов 27:3-5).
Размышление Иова о природе и её разумности приводит его к утверждению:
«Откуда же исходит премудрость? и где место разума? Сокрыта она от очей всего живущего и от птиц небесных утаена. Бог знает путь ее, и Он ведает место ее. ... Он прозирает до концов земли и видит под всем небом.    Он ... сказал человеку: вот, страх Господень есть истинная премудрость, и удаление от зла – разум» (Иов 28:20-28).
Но такое рассуждение Иова делает также его гипотезу невозможной. Если Бог видит всё, то ошибка невозможна.

Разум и знания

Иов произносит:
«Он ... сказал человеку: вот, страх Господень есть ис-тинная премудрость, и удаление от зла – разум» (Иов 28:28).
Иов цитирует Бога, но в тексте нет таких слов Бога.
Иов уверен, что передаёт божественную мысль, но Бог позже говорит ему:
«Кто сей, омрачающий замысел без знания?» (Иов 38:2). И возникает вопрос: откуда Иов цитирует Бога?
Ответ может быть только один: Иов знал литературу библейской мудрости. Библия различает два понятия: разум (;;;;, бина) и знание (;;;, даат). Эти понятия не совпадают и не заменяют друг друга. Разум — это способность, знание — содержание. Разум строит, знание ограждает.
Псалом 119:34: «Дай мне разуметь, и буду хранить закон Твой».

Вторая гипотеза Иова: Бог стал враждебен ему

Иов предлагает новое объяснение его бедствий:
«Люди отверженные, люди без имени, отребье земли! ... Встает это исчадие, сбивает меня с ног, направляет гибельные свои пути ко мне. ... Они пришли ко мне, как сквозь широкий пролом» (Иов 30:1-15).
Мотив ограды («кругом оградил его и дом его и все, что у него») – это защита (Иов 1:9) . Её разрушение, с разрешения Бога, сделало Иова уязвимым для бедствий. Убеждение, которое Иов считал божественным — что «удаление от зла – разум» (Иов 28:28), — не работает, так как зло достигло его «сквозь широкий пролом»:
«Ужасы устремились на меня. ...... Я взываю к Тебе, и Ты не внимаешь мне» (Иов 30:1-15, 20).
 Друг Иова Элиуй (имя означает «Бог мой — Он») не указал причину несчастий Иова, он сказал:
«Ты говорил в уши мои, и я слышал звук слов: чист я, без порока, невинен я, и нет во мне неправды; а Он нашел обвинение против меня и считает меня Своим противником; ... Вот в этом ты неправ, отвечаю тебе, потому что Бог выше человека. Для чего тебе состязаться с Ним? Он не дает отчета ни в каких делах Своих». (Иов 33:8-33)

Видение Иова

«Бог говорит однажды и, если того не заметят, в другой раз: во сне, в ночном видении, ... Тогда Он открывает у человека ухо и запечатлевает Свое наставление, чтобы отвести человека от какого-либо предприятия и ... чтобы отвести душу его от пропасти и жизнь его от поражения мечом. Если имеешь, что сказать, отвечай» (Иов 33:8-33)
В заключении своей речи Элиуй сказал о Боге:
«Он никого не угнетает» (Иов 37:23).

Откровение Бога

Иов не ответил Элиую. После окончании его речи
«Господь отвечал Иову из бури» (Иов 38:1).
В Словах Бога нет одобрения благочестия Иова. Иов для Бога человек, «омрачающий Провидение словами без смысла» (Иов 38:2). Другой перевод библейского стиха: «без знания омрачающий замысел» [М. И. Рижский. Книга Иова]. Оригинальное слово библейского иврита в тексте книги: ";;;;;" ("даат"), перевод: "знание".
Бог обращается к Иову с вопросами:
«Нисходил ли ты во глубину моря и входил ли в исследование бездны? <...> Обозрел ли ты широту земли? <...> По какому пути разливается свет и разносится восточный ветер по земле? Кто проводит протоки для излияния воды и путь для громоносной молнии, чтобы шел дождь на землю безлюдную, на пустыню, где нет человека, чтобы насыщать пустыню и степь и возбуждать травные зародыши к возрастанию? Есть ли у дождя отец? или кто рождает капли росы? Из чьего чрева выходит лед, и иней небесный, — кто рождает его? <...> Воды, как камень, крепнут, и поверхность бездны замерзает <...> Можешь ли возвысить голос твой к облакам, чтобы вода в обилии покрыла тебя?» (Иов 38:4-34).
Разговор о природе понятен Иову, а скрытые свойства «простой» воды демонстрируют неполноту знаний человека. И сегодня человек задумывается над словами Бога:
«Входил ли ты в хранилища снега и видел ли сокровищницы града, которые берегу Я на время смутное, на день битвы и войны?» (Иов 38:22-23).
Бог считает Иова человеком, который преувеличивает свою учёность. Он требует ответа :
«Будет ли состязающийся со Вседержителем еще учить? Обличающий Бога пусть отвечает Ему» (Иов 39:32).

Реакция Иова на Откровение

Ответ Иова после получения Откровения Бога:
«Говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня, которых я не знал» (Иов 42:3).
Иов осознал: бедствия достигают его вследствие нарушения ограды, ранее защищавшей его от зла.
Таким образом, вопрос о причине бедствий отступает на второй план. На первый план выходит проблема иной природы: какова структура ограды, которая позволяет удалиться о т зла?
Эта мысль представляет собой поворот в повествовании. Внимание переносится не на причины  зла, а на понятие того, что удерживает, отдаляет  зло от человека и что может быть нарушено. Речь идёт не о божественной вражде и не о наказании, а о той ограде, которую человек должен сохранять, чтобы бедствия не могли преодолеть её. В книге Иова эта ограда описывается словом ;;;;;;;; — «ты оградил», происходящим от корня ;;;;;;, обозначающего действие по созданию защитной границы.

Ограда в библейской традиции

Одним из наиболее близких по внутренней логике текстов является «Песнь о винограднике» в Книге Исайи. Бог сравнивает народ Израиля с виноградником, который Он «оградил» и «очистил от камней». Здесь используется существительное ;;;;;;;;; (месуха) — «ограда», происходящее от того же корня ;;;;;;, что и глагол в книге Иова. Из за неверности народа Бог объявляет: «С сниму ограду его, и будет он опустошаем» (Исайя 5:5).
Здесь ограда — символ божественной защиты, а её разрушение может стать причиной бедствий. Это созвучно первоначальной мысли Иова: бедствие пришло к нему не как следствие утраты защитной границы, а как акт прямой вражды. Поэтому Иов сказал Богу: «Ты сделался жестоким ко мне, крепкою рукою враждуешь против меня» (Иов 30:21).

Идея Книги Иова

Идея Книги Иова заключается в вопросе Иова Богу о том, как избежать несчастий:
«Что за сила у меня, чтобы надеяться мне? <...> Есть ли во мне помощь для меня, и есть ли для меня какая опора»? (Иов 6:11-13) и
Ответе Бога Иове:
«укрась же себя величием и славою, облекись в блеск и великолепие; излей ярость гнева твоего, посмотри на все гордое и смири его; взгляни на всех высокомерных и унизь их, и сокруши нечестивых на местах их; зарой всех их в землю и лица их покрой тьмой. Тогда и Я признаю, что десница твоя может спасать тебя» (Иов 40:5-9).
Ответ Бога построен как образное описание того, что должно стать для человека защитой. Через воспринимаемые образы раскрывается иносказательное представление о человеческой способности создавать ограду, удерживающую зло.

Иносказание о знании

В словах Бога через воспринимаемые образы раскрывается иносказательное представление о человеке, занимающего естествознанием.
Украшение «величием и славой» и облечение в «блеск и великолепие» — это образ знания, которое становится крепостью на пути зла. Знание создаёт ту самую ограду, о которой спрашивает Иов: границу, удерживающую разрушительные силы вне человеческого пространства.
Так же как в книге Исайи ограда виноградника удерживает бедствие до тех пор, пока она не будет разрушена, в книге Иова знание выполняет аналогичную функцию: оно отделяет пространство жизни от пространства разрушения. Утрата знания, отказ от него или его недостаточность — это и есть разрушение ограды, после которого бедствие получает доступ.

Миссия учёного

«Взгляни на всех высокомерных и унизь их, и сокруши нечестивых» (Иов 40:8) — иносказание о миссии учёного: борьба с невежеством, разоблачение лжи, защита знания.
Высокомерные и нечестивые — это не люди, а силы невежества, которые стремятся разрушить ограду знания. Их «унижение» и «сокрушение» — это образ научного труда, направленного на устранение заблуждений и укрепление границы, защищающей человека от хаоса.
Выражение «Десница твоя может спасать тебя» (Иов 40:9) представляет иносказание о действиях человека, которые могут избавить его от бедствий.
Символом всемогущества Бога является Его десница: «Десница Твоя, Господи, прославилась силою; десница Твоя, Господи, сразила врага» (Исход 15:6).
Десница Бога - Его действия. Но что означает «десница» человека?

Десница человека

Когда евреи, преследуемые фараоном, оказались на берегу моря,  Моисей
«сказал народу: не бойтесь, стойте — и увидите спасение Господне, которое Он соделает вам <...>. И сказал Господь Моисею: что ты вопиешь ко Мне? скажи сынам Израилевым, чтоб они шли, а ты подними жезл твой и простри руку твою на море, и раздели его, и пройдут сыны Израилевы среди моря по суше. ... И простер Моисей руку свою на море, и гнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь и сделал море сушею, и расступились воды» (Исход 14:13-17; 14:21).
Моисей сказал своему народу: стойте и ждите, и вы увидите, как погибнут ваши враги от действий Бога. Но Бог сказал Моисею: «не кричи! Ты простри руку твою на море, и раздели его!». Спасение стало возможным благодаря действию Моисея, который знал о природе чуда.
О природе чуда выразился Б. Спиноза:
«Чудеса могут быть объяснены из известных принципов естествознания. … Если бы Бог делал что-нибудь вопреки законам природы, это было бы вопреки Его природе. Нелепее этого ничего нет. … То, что случилось помимо, даже вопреки порядку природы, произошло естественным образом».
Бог призывает Иова поступить так же, как Моисей
Иов считал, что его праведность и богобоязненность — это ограда от бедствий. Удаление от зла  не защита от бедствий. Иов ищет их причину. Он выдвигает гипотезы, отвергает неверные, но в конце концов оказывается перед пустотой: его знания недостаточны.
Бог говорит Иову то же самое, что сказал Моисею: перестань ждать чуда;  перестань приписывать Мне то, чего Я не говорил. Ты должен создать свою Ограду — из своих знаний.
Защита — это ограда из знаний
Моисей действует, потому что знает, что он совершит, что назовут чудом. Иов страдал, потому что его знаний было мало.
Иов признаёт значение знания. Он понимает, что Бог предлагает человеку иметь разум, чтобы избежать несчастий. Когда Иова настигли бедствия, его разум не смог предотвратить их: его ограда была неполной.
В Откровении Бог показывает Иову, что он знает недостаточно полно, и предлагает стремление к знанию как путь к защите — к созданию ограды.
Ответ Иова после получения Откровения Бога:
«Говорил о том, чего не разумел, о делах чудных для меня, которых я не знал» (Иов 42:3).
Эти слова можно представить так: «не разумел, что знания ограждают человека от несчастий». Знания — это и есть та ограда, которую человек должен иметь, чтобы бедствие не могло преодолеть её.

Заключение. Ограда человека — знания

Единственное действие, имеющее отношение к Иову и прямо описанное в тексте, передано словами сатаны: «Ты снял ограду вокруг него» (Иов 1:10). Снятие Богом ограды означает снятие защиты от бедствий: граница, удерживающая разрушительные силы, исчезает.
В начале рассказа Иов говорит:
«ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня; и чего я боялся, то и пришло ко мне» (Иов 3:25).
Когда чувство крепости ограды ослабевает, страх становится реальностью. В Книге Иова раскрывается мысль: ученый в отличие от неученого знает, что он знает недостаточно полно. Когда знания нет, человек страдает, потому что не понимает природы происходящего и не может предотвратить бедствие.
Удаление от зла само по себе не является защитой. Иов через Откровение пришёл к разумной мысли: избегание зла заключается в обладании знанием. Там, где знание недостаточно, зло становится неодолимым.
Мотив ограды становится ключом к пониманию Книги Иова. Бог предлагает Иову ограду от зла: знание, которое человек должен создавать и поддерживать сам.
Путь к прекращению страданий — это путь к знанию.
***
Знания и воображение

В Книге Иова показан третий путь научного поиска  — воображение, как способ проникновения в неизвестное.
Можно ли считать воображение началом науки? История научных открытий даёт утвердительный ответ. Существует способ познания неизвестного через воображение. В науке познание неизвестного через воображение, возможно, определяется как научное открытие. Оно представляет собой процесс выявления новых знаний, которые ранее были неизвестны.

Запись: К. Циолковский, А. Эйнштейн

Константин Циолковский в труде «Исследование мировых пространств реактивными приборами» (1911–1912) формулирует уравнение реактивного движения, но и осмысляет путь научного открытия:
«Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка; за ними шествует научный расчет, и уже, в конце концов, исполнение венчает мысль».  «Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка; за ними шествует научный расчет, и уже, в конце концов, исполнение венчает мысль».
Альберт Эйнштейн имел смелость сказать то, что, возможно, догадывались, но не сказали другие учёные:
«Воображение важнее, чем знания. Знания ограничены, тогда как воображение охватывает целый мир, стимулируя прогресс, порождая эволюцию» [А. Эйнштейн. Статья What Life Means to Einstein в Saturday Evening Post, 26 октября 1929].               
Что Библия говорит о человеческом воображении?
Текст Библии:
«Сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему» (Бытие 1:26).   
Выскажем предположение, что сообразность человека Богу («по образу Нашему») заключается в наличии у человека некой способности. Данная способность сходна («по подобию Нашему») божьей Способности, о которой известно из библейского текста. В Библии показана Способность Бога: мир сотворен из небытия Его Словом. Человек получил в дар способность: создавать образы подобно Богу своим словом. Слово – высказанная вслух мысль, способ существовании мысли. Мысль (слово) создаёт в сознании человека образ, воображение как известного, так  и неизвестного, который позволяет получать информацию (См. запись в этой книге «Слово – это образ»).
Исследование библейских текстов показывает, что познание неизвестного происходит через воображение. Оно воспринимается как способ восприятия — не через рассуждение, а через образы, которые возникают в сознании человека. Эта идея получила обоснование в трудах Б. Спинозы, в его труде «Богословско-политический трактат». В нём пророчество трактуется как способ познания, основанный не на рациональном мышлении, а на воображении. Философ Э.  Л. Радлов (1854–1928) в предисловии к русскому изданию трактата Б. Спинозы [Э. Радлов. Предисловие к книге «Бенедикт Спиноза. «Богословско-политический трактат»] подчёркивает: «Откровение, по Спинозе, есть не что иное, как особая форма познания, доступная человеку, — форма, в которой воображение играет решающую роль. Пророки воспринимали божественные истины не через логическое рассуждение, а через живые образы, возникающие в их уме».
Таким образом, пророческое знание в библейской традиции — это восприятие, выраженное в видениях. Оно опирается на воображение, которое открывает доступ к тому, что в настоящем не определяется через опыт. Но может быть понято в будущем — когда воображение воплотиться в реальность. Именно такой путь — от интуитивного озарения к осуществлению — прослеживается в трудах К. Циолковского и А. Эйнштейна, а также в действиях библейского Пророка Даниила.
История научных открытий показывает, что неизвестное может определяться не из наблюдений и экспериментов, и не из логических выводов, а из создания в сознании образа, который  представляет что-то несуществующее. Книга Иова свидетельствует о пути познании через воображение — способность увидеть неизвестное в образе, возникающем в сознании, прежде, чем оно станет, возможно, предметом исследования.
В библейской традиции знание у пророков опирается на воображение, которое предвосхищает реальность.

Пророк Даниил – учёный

Библейская Книга Даниила рассказывает о Данииле (имя означает «Судья мой Бог») и его товарищах — вавилонских пленниках — о юношах, «обладающих знаниями и понятливых в науке» (Даниэль 1:4). В синодальном переводе: «понятливых для всякой науки и разумеющих науки» (Даниил 1:4).
Отмечаются особые качества Даниила:
«Даниилу ещё даровал разуметь и всякие видения и сны… дух великий, и знания, и разум, и умение толковать сны, разгадывать загадки и разрешать запутанное» (Даниил 1:17; 5:12).
Библия описывает человека ученого.
Многим людям приходят догадки о том, что остаётся тайной для окружающих. Но не все способны принять откровение.
Библия описывает, как ведёт себя Даниил, когда ему
«было откровение  <…> и истинно было это откровение и великой силы. Он понял это откровение и уразумел это видение <…>. Только один я, Даниил, видел это видение, а бывшие со мною люди не видели этого видения; но сильный страх напал на них, и они убежали, чтобы скрыться. И остался я один и смотрел на это великое видение» (Даниил 10:1-8).
Такой путь — от воображения к осуществлению — у библейского пророка Даниила, и прослеживается в трудах современных учёных. Подобно тому как Даниил переживал напряжение, страх и одиночество перед открывшимся ему видением, Альберт Эйнштейн описывает свой путь к разгадке теоретической проблемы физики как «долгие годы поисков в темноте, полные предчувствий, напряженное ожидание, чередование надежд и изнеможения и, наконец, прорыв к ясности» (А. Эйнштейн. Работа " Автобиографические заметки", 1945).
Цитата:
«В знаменитой Киотской лекции Эйнштейн в 1922 году рассказал: «В то время я был уверен в справедливости уравнений электродинамики Максвелла-Лоренца. Более того, <...> Я потратил впустую почти год, пытаясь несколько видоизменить идеи Лоренца, и пришёл к выводу, что загадка совсем не проста. <...> Но в один прекрасный день <...>». Присутствует признание Эйнштейна о том состоянии, в котором он находился перед открытием СТО: «Правда, я должен сказать, что в самое первое время, когда во мне складывалась специальная теория относительности, я наблюдал в себе разные нервные явления, по целым неделям я был как в угаре». В немецком оригинале сказано даже сильнее, он был как молодой человек под действием наркотиков. Но потом всё это изменилось, и Эйнштейн сохранял спокойствие даже тогда, когда другие волновались, совпадут ли с экспериментом его теоретические выводы. Он стал уверенным в себе». (Е. М. Беркович. «Признание Эйнштейна, которое не вошло в большинство его биографий», блог  журнала «Семь искусств», 11 октября 2024 года).

Альберт Эйнштейн сформулировал то, что многие учёные чувствовали, но не решались сказать:
«Воображение важнее, чем знания. Знания ограничены, тогда как воображение охватывает целый мир, стимулируя прогресс, порождая эволюцию» (What Life Means to Einstein, Saturday Evening Post, 1929, Интернет).
Состояние учёного накануне научного открытия удивительно созвучно переживанию пророка Даниила перед Откровением ему Бога.
Если Книга Иова раскрывает значение человеческого знания через испытание бедствиями, то Книга Екклесиаста исследует другую грань — невозможность достичь полноты знания и одновременно необходимость стремиться к естествознанию.

Книга Екклесиаста: знание как божественное назначение

Екклесиаст — мудрец, который понимает природу знания и показывает неискушённому слушателю смысл и цену его. Главная мысль книги формулируется уже в первых строках:
«Предал я сердце мое тому, чтобы исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом: это тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем. ... и сердце мое видело много мудрости и знания. ... во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь)» (Екклесиаст 1:12-18).
Знание, по Екклесиасту, — не человеческое достижение, а дар Бога:
«Человеку, который добр пред лицем Его, Он даёт мудрость и знание и радость»(Екклесиаст 2:24).
Эта мысль — ключ к пониманию всей книги: стремление к знанию — не случайность, и не прихоть, а часть божественного замысла о человеке.
Образ царя как литературный приём
Многие исследователей библейской Книги «Екклесиаст, или Проповедник» полагают, что стихи «Слова Екклесиаста, сына Давида, царя в Иерусалиме» (Екклесиаст 1:1) и «Я, Екклесиаст, был царем над Израилем в Иерусалиме» (Екклесиаст 1:12) представляют собой литературный приём. Согласно их мнению, автор книги — проповедник, использующий образ царя, чтобы придать своим словам больший авторитет. Ведь согласно библейским текстам Соломон превозносил разум и мудрость выше всех земных благи, и что Бог оценил его выбор:
«Ты не просил богатства, имения и славы, и души неприятелей твоих, и также не просил ты многих дней, а просил себе премудрости и знания <...> премудрость и знание дается тебе» (2-я книга Паралипоменон 1:11-12).
Параллели между Екклесиастом и Притчами Соломона
Важными для понимания стихов являются два наблюдения: Екклесиаст знал притчи царя Соломона, а также: его речи обращены к юному человеку. Иначе невозможно правильно понять некоторые стихи Книги Екклесиаста.
Пример непонятного стиха:
«Нашёл я, что горче смерти женщина, потому что она — сеть… добрый пред Богом спасётся от неё, а грешник уловлён будет ею» (Екклесиаст 7:26).
Логично предположить, что слова "горче смерти ... уловлен будет ею" нельзя считать утверждением Екклесиаста. Их следует считать цитатой в контексте Притчей Соломона ("дом ее ведет к смерти, и стези ее – к мертвецам; никто из вошедших к ней не возвращается и не вступает на путь жизни" (Притчи 2:19), "многих повергла она ранеными, и много сильных убиты ею: дом ее – пути в преисподнюю, нисходящие во внутренние жилища смерти (Притчи 7:27)), где описана падшая женщина, представляющая опасность для незрелого юноши.
Но мудрость Соломона ясно говорит:
«Глупый человек пренебрегает мать свою» (Притчи 15:20).
Стихи  можно читать,  Возможно, стих (Екклесиаст 7:26) необходимо понимать так, выделяя слова глупых людей  как цитату:
«Нашёл я, что многие люди говорят: “женщина горче смерти…”. Но я увидел, что люди пустились во многие глупости»
Такой приём — характерная черта литературы мудрости: сначала показать заблуждение, затем дать слушателю время для размышления.
Высказывания мудреца
Чтобы понять высказывание мудреца "кто умножает познания, умножает скорбь" (Екклесиаст 1:18), Екклесиаст обращается к теме, присутствующей в Книге Бытия — к сотворению человека.
Параллели между Екклесиастом и Книгой Бытие
Как понять мысль мудреца:
«Все создал Он прекрасным в свое время, даже вечность вложил в их сердца, но так, чтобы дела, творимые Б-гом, не мог постичь человек от начала и до конца. Узнал я: все что Б-г творит, это будет вовек, к тому нельзя прибавить и от того нельзя убавить; а сотворил Б-г так, чтобы боялись Его» (Еврейская редакция. Когелет 3:11).
«Всё сделал Он прекрасным в своё время и вложил мир в сердце их, хотя человек не может постигнуть дел, которые Бог делает от начала до конца. ... Познал я, что всё, что делает Бог, пребывает вовек: к тому нечего прибавлять и от того нечего убавить, – и Бог делает так, чтобы благоговели пред лицем Его» (Синодальный перевод. Екклесиаст 3:11-14).
Выражение «всё сделал Он прекрасным в своё время и вложил "алам" (;;;;;) в сердце их» следует сопоставить со стихами Книги Бытие.
Бог творил пять дней мир и отмечал  каждый день  оценкой созданного "хорошо" (на иврите "тов"). "В своё время", на шестой день Бог сотворил человека. Оценка созданию "хорошо" поставлена не была. Но человек был сотворен, считает Екклесиаст, с оценкой "прекрасным" (на иврите "яффа"):
Почему исследование и испытание Деяний Бога есть тяжелое занятие, которое Бог дал сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем. Почему стремление к знаниям приносит печаль и умножает скорбь? Почему человек должен испытывать страх перед Богом?
Но почему человек не способен постичь дела Бога?
По логике текста ответы заключаются в том, что в сердце человека было вложена "вечность" или "вселенная" ("мир"). Однако ответы на такие утверждения могут быть только на основе библейских повествований.
Философ Бенедикт Спиноза писал:
«Все познание Писания должно заимствовать из него одного. Писание не дает определений вещей, о которых оно говорит, как не дает также и природа. <...> общее правило толкования Писания таково: не приписывать Писанию в качестве его учения ничего, чего мы не усмотрели бы самым ясным образом из его истории. <...> Она должна содержать природу и свойства языка, на котором книги Писания были написаны» (Богословско-политический трактат. Об истолковании Писания).
Вечность, мир или сокрытие? Филологический анализ слова ;;;;;
В  библейском стихе: «Все создал Он прекрасным в свое время, даже вечность вложил в их сердца, но так, чтобы дела, творимые Богом, не мог постичь человек от начала и до конца» (Когелет 3:11) слово «вечность» есть перевод слова иврита «;;;;;». Слово не содержит букву «;;» («вав»).
Но слово «;;;;;» допускает другой перевод.
Словарь Стронга — H5956: ;;;;;, значение слова: тайный, скрытый, закрывать, покрывать, скрываться, прятаться, уклоняться, транслитерация: «алам»). Вот библейский текст со словом «;;;;;» («скрытость, тайное»):
«Ибо  всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо» (Екклесиаст 12:14).
Слово «вечность» в библейском иврите: «;;;;;;». Оно содержит букву «;;» («вав»). Пример текста со словом «вечность» (Словарь Стронга — H5769: ;;;;;;, значение слова: вечность, вечно, вовек; транслитерация: олам):
«... завет вечный» (Бытие 17:13).
Итак, в стихе (Когелет 3:11) слово иврита «;;;;;» («алам») не содержит букву «;;» («вав»). Тогда это слово должно быть переведено не как "вечность", а как  «тайна, скрытие». Почему слово ;;;;; в Когелет 3:11 в Библии переводится как «вечность»?
Мудрец Раши объясняет, что в слове библейского иврита «;;;;;» («алам») (Когелет 3:11) должна быть  буква «;;» («вав»), но эта буква в написании слова пропущена .
Итак, принято считать, что слово библейского иврита «;;;;;» («алам») (Когелет 3:11) в тексте написано с пропущенной буквой «;;» («вав»). Поэтому перевод библейского слова «;;;;;» («алам») без буквы «;;» («вав») читается как с буквой «;;» (";;;;;;", «вав»), и это слово можно перевести как «вечность».
Но прочитаем слово «;;;;;» («алам») (Когелет 3:11) так, как оно есть в тексте, то есть без буквы «;;» («вав»). Тогда слово переводится как «утаение, тайное, сокрытие». Филологическое изменение меняет содержание стиха и открывает новую его интерпретацию.
Другой смысл
Выражение  иврита ";;;;;;;;;;;" ("чтобы благоговели", синодальный перевод. "чтоб боялись", еврейская редакция )  состоит из слов ";;;;;" ("чтобы", "пусть") и    ";;;;;;;;" ("страх"). Выражение ";;;;;;;;;;;" можно прочитать как "чтобы имели страх перед Богом".
 Если в стихе «Все создал Он прекрасным в свое время, даже вечность вложил в их сердца, но так, чтобы дела, творимые Б-гом, не мог постичь человек от начала и до конца» (Когелет 3:11) слово библейского иврита «;;;;;» («алам») перевести не как слово «вечность», а как «скрытие», то стихи (Екклесиаст 3:11-14), возможно, будут звучать так:
"Бог всё сделал прекрасным в своё время, и тайну поместил в сердце человека. Поэтому человек не поймёт никогда от начала до конца замыслы Бога. Познал я, что всё, что делает Бог, пребывает вовек: к тому нечего прибавлять и от того нечего убавить, – и Бог делает это с целью, чтобы имели страх пред лицем Его" (предполагаемый перевод). Как понять "тайну" Бога? Она в Его решении. Оно недоступно для понимании:
"По образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их (Бытие 1:27).
Можно ответить на ранее заданные вопросы.
Высказывание "кто умножает познания, умножает скорбь" (Екклесиаст 1:18) объясняет, что скорбь возникает потому, что вся полнота знания — у Бога.
Высказывание "имели страх пред лицем Его" объясняется тем , что Бог тайну поместил в сердце человека.
Когда Екклесиаст говорит, что Бог вложил в сердце человека тайну, он имел в виду, что  вся полнота знаний устройства мира была скрыта от человека.
От человека скрыто начало мира, его развитие и конец — тайна, которая «вложена в сердце» человека. Почему мудрец от себя выбрал этот прекрасный образ о сердце?
Библия многократно описывает сердце как орган непрерывного внутреннего действия: оно размышляет, ищет, хранит и принимает.
«И придал я сердце моё к тому, чтобы познать мудрость…» (Екклесиаст 1:17). Сердце направляется к познанию — это действие, требующее усилия и непрерывности.
«Господи… сердце моё ищет лица Твоего» (Псалмы 26:8). Сердце ищет — это постоянное движение, не одноразовый акт.
«Слово Твоё сокрыл я в сердце моём» (Псалмы 118:11). Сердце хранит — значит, работает непрерывно, удерживая знание.
«Больше всего хранимого храни сердце твоё, потому что из него источники жизни» (Притчи 4:23). Если сердце — источник жизни, оно по определению действует непрерывно.
«Чтобы страх Мой был в сердце их» (Второзаконие 5:29).
Эти образы подтверждают мысль: как сердце работает непрерывно, так и человек обязан постоянно стремиться к полноте знания», скрытого Богом в сердце человека.
Екклесиаст в начале книги сказал:
 "Познал я, что всё, что делает Бог, пре¬бывает вовек: к тому нечего при¬бавлять и от того нечего убавить, – и Бог делает так, чтобы бла¬го¬говели пред лицем Его" (Екклесиаст 3:14).
Мысль Екклесиаста в конце книги:
«Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом всё для человека» (Екклесиаст 12:13).
Именно признание этой скрытой полноты знания — того, что начало и конец бытия принадлежат только Богу — вызывает у человека горечь, благоговение, страх перед Богом. Это не ужас, а осознание: человек понимает, что стоит перед тайной, которую Бог удерживает от него в его сердце.
Эта мысль вытекает из решения Бога о сотворении человека и первых заповедей Бога.
Как тайна решения Бога создать мир таким, каким он есть.
Екклесиаст лишь формулирует то, что уже заложено в человеке: он ощущает в себе присутствие тайны, но не может её раскрыть.
На чем основаны заповеди, данные людям?
Заповеди Бога
Выражение "бойся Бога" можно, как указывалось раннее, понимать как иносказание о тайне полноты знаний о природе прямое указание соблюдать заповеди.
О каких заповедях идёт в речи мудреца?
Екклесиаст не упоминает Прародителей евреев: ни Авраама, ни Исаака, ни Израиля, которым Он давал указания и благословления.  Он не ссылается на Синайский закон, данный Моисею. Речь идёт не о ритуальных или юридических предписаниях Прародителям и вождям евреев. Можно предположить, что речь — о заповедях Бога, данных человеку сразу после его сотворения.
Заповедь человеку «стремление к знаниям» прямо не записана в Библии. Стремление к знаниям не является заповедью, за невыполнение которой, человек получает наказание, как, например, за непочтение родителей.
Библия утверждает, что окружающий человека мир есть воплощение замысла и силы Бога. В мире существует зло. Преодолеть его человек может, если он надеется на Бога: «Служите Господу, Богу вашему, и Он благословит хлеб твой и воду твою; и отвращу от вас болезни» (Исход 23:25).
Сравнение благословений Бога, данные живым существам, включая как животных, так и человека, и данные только человеку, подчёркивает эту мысль. Животным дана простая биологическая программа:
«Благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле» (Бытие 1:22).
Мужчине и женщине дана другая программа действия, которая включала и понятия естествознания:
«И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте» (Бытие 1:28).
Смысл первых божественных заповедей, данные человеку, можно раскрыть так:
• Плодитесь — сейте семя (мужественность);
• Размножайтесь — рождайте (женственность);
• Наполняйте землю — создавайте (семьи, народы).
Следующие заповеди, отличающие человека от животного:
• Овладевайте землёй — использование естественных сил и даров природы (естествознание);
• Владычествуйте — осваивайте богатства мира (основа науки и техники).
Изучение библейского текста показывает, что познание законов мира— неотъемлемая часть человеческой природы, «вложенная» в человека при его сотворении, наряду с потребностью в пище и размножении. Искать, понимать, исследовать — значит не просто расширять кругозор, а исполнять волю Бога, соприкасаться с тайной, которую Он вложил в сердце человека.
Вывод: стремление человека к знаниям определено в Библии
В книге сказано:
Кроме того, что Екклесиаст был мудр, он учил еще народ знанию  (Екклесиаст 12:9).
Екклесиаст не отрицает знания. Екклесиаст утверждает: полноты знаний у человека не будет никогда. Полнота — у Бога. Устройство мира скрыто. Начало и конец бытия — тайна, которую человек не способен раскрыть.
Сокрытие не означает запрет на познание. Познание — путь трудный, сопровождаемый разочарованиями, сомнениями в собственных силах и в полезности достигнутого. Мудрец сказал о получении знаний:
«Это тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем» (Екклесиаст 1:13).
Какие доказательства приводит мудрец? Он не ссылается на пророков, не апеллирует к авторитетам. Это — указание Бога: человеку заповедано познавать мир.
Книга построена через выражения сомнения во всех начинаний человека. В начале повествования звучит вызов:
«Что пользы человеку от всех его трудов?» (Екклесиаст 1:3).
Далее следует мрачное, почти безысходное описание человеческого бытия: глупость, ошибки, относительность радости, торжество зла, пустота удовольствий, бессмысленность богатства и подвигов. Даже мудрость и безумие — равны в своей конечной бесполезности. Но это — литературный приём. Екклесиаст не отрицает знание, а говорит о его ценности и о том, Кто его дал. Финал книги расставляет всё по местам:
«Послушаем всему заключенье: Бога бойся и соблюдай Его заветы, потому что в этом — вся суть человека» (Екклесиаст 12:13).
Автор Книги Екклесиаста не просто размышляет о жизни — он ведёт читателя через лабиринт сомнений, используя литературные приёмы, чтобы утвердить мысль мудреца.
Всё начинается с вопроса, который звучит как вызов:
«Что пользы человеку от всех его трудов, над которыми трудится он под солнцем?» (Екклесиаст 1:3).
«Это тяжелое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нем» (Екклесиаст 1:13).
Этот вопрос — отправная точка. Может показаться, что автор подводит читателя к выводу: знание тщетно. Однако это — литературный приём. Автор как будто критикует  "знание", но на самом деле это — защита или утверждение этой ценности:
«Камень, который отвергли строители, стал главою угла» (Псалом 117:22)
Но именно этот «непригодный» камень становится краеугольным — то есть: опорой, оказывается главным.
Екклесиаст о естествознании
Екклесиаст не отрицает знание, а говорит о его ценности и Кем оно дано:
«И предал я сердце мое тому, чтобы исследовать и испытать мудростью все, что делается под небом: это тяжёлое занятие дал Бог сынам человеческим, чтобы они упражнялись в нём» (Екклесиаст 1:13).
Знание — не путь к радости. «Во многом знании — много печали» (Екклесиаст 1:18). Но это путь, данный Богом. И в этом — ключ к пониманию всей книги. В финале Екклесиаст произносит слова, которые расставляют всё по местам:
«Послушаем всему заключенье: Бога бойся и соблюдай Его заветы, потому что в этом — вся суть человека» (Екклесиаст 12:13).
Один из первых заветов Бога человеку, как это раскрывается при изучении библейского текста Книги Екклесиаста — стремление к знанию. Человеку указано познавать мир, несмотря на его скрытость. Полнота знания принадлежит Богу, но человек призван искать, исследовать, сомневаться и получать новые знания.
Суть книги. Книга Екклесиаста — это беседа мудреца с учеником. Мудрец показывает две стороны каждого явления, чтобы ученик увидел границу человеческого знания. И в конце он произносит слова, без которых книга была бы непонятна:
«Бойся Бога и соблюдай Его заповеди — в этом всё для человека».
Страх перед Богом — признание того, что полнота знания принадлежит только Ему. Полнота знания — тайна. Тайна вложена в сердце человека. И потому человек должен познавать мир непрерывно, как работает сердце. Стремление к знанию — заповедь, данная в Библии.
Литературная параллель: А. П. Чехов, «Огни»
Книга Екклесиаста рассказывает о беседе мудреца со своим учеником. Ученик может не так многое понять. Поэтому мудрец дает оценку разным понятиям с двух противоположных сторон. Тогда действительно, всё выглядит как "суета - сует". По-моему такая мысль в повести А. П. Чехова "Огни".
А. П. Чехов (1860–1904), повесть «Огни».
Литературные персонажи повести: горный инженер Ананьев и его помощник студент ведут разговор. Ананьев рассуждает о том, как понимают молодые люди соображения о жизни. Слова инженера можно отнести к идеям Книги Екклесиаста, которую, видимо, он знает. В финале книги Екклесиаст произносит слова: «Послушаем всему заключенье: Бога бойся и соблюдай Его заветы, потому что в этом — вся суть человека» (Екклесиаст 12:13). Если бы Екклесиаст не произнёс эти слова то, цель его книги была бы непонятна, а может, учитывая стиль и его манеру доказывать свои соображения, даже вредна для неискушённому читателю. Такую мысль, возможно, высказал А. П. Чехов в своей повести "Огни".
Вот текст:
«— Да, — пробормотал студент в раздумье. — Когда-то на этом свете жили филистимляне и амалекитяне, вели войны, играли роль, а теперь их и след простыл. Так и с нами будет. Теперь мы строим железную дорогу, стоим вот и философствуем, а пройдут тысячи две лет, и от этой насыпи, и от всех этих людей, которые теперь спят после тяжелого труда, не останется и пыли. В сущности, это ужасно!
— А вы эти мысли бросьте... — сказал инженер серьезно и наставительно.
— Почему?
— А потому... Такими мыслями следует оканчивать жизнь, а не начинать. Вы еще слишком молоды для них.
— Почему же? — повторил студент.
— Все эти мысли о бренности и ничтожестве, о бесцельности жизни, о неизбежности смерти, о загробных потемках и проч., все эти высокие мысли, говорю я, душа моя, хороши и естественны в старости, когда они являются продуктом долгой внутренней работы, выстраданы и в самом деле составляют умственное богатство; для молодого же мозга, который едва только начинает самостоятельную жизнь, они просто несчастие! Несчастие! <...> Если мы нашли способ взбираться на верхнюю ступень без помощи нижних, то уж вся длинная лестница, то есть вся жизнь с ее красками, звуками и мыслями, теряет для нас всякий смысл. Что в ваши годы такое мышление составляет зло и абсурд, вы можете понять из каждого шага вашей разумной, самостоятельной жизни. ...Теперь, положим, к вам, как к умному человеку, приходят люди и спрашивают вашего мнения, например, хоть о войне: желательна, нравственна она или нет? В ответ на этот страшный вопрос вы только пожмете плечами и ограничитесь каким-нибудь общим местом, потому что для вас, при вашей манере мыслить, решительно всё равно, умрут ли сотни тысяч людей насильственной или же своей смертью: в том и в другом случае результаты одни и те же — прах и забвение. ... Разве это не несчастье?».
Alla Mitelman, Rabbinical student, Abraham Geiger College // Potsdam University School of Jewish Theology.  On Fri, 8 Nov 2024, Leonid Tsalman wrote:
«По поводу литературных аллюзий, конечно, их нельзя математически прикладывать к библейскому тексту и определять «истинно-ложно», потому что они скорее про природу человека задаваться вопросами о смысле жизни и всех прикладываемых усилий, чтоб оставаться живым и действовать не автоматически, но понимать свое место и роль в системе, управляемой Богом. Уныние не одобряется ни одной религией, но все мы периодически сомневаемся в нужности и ценности того, на что мы тратим свою жизнь. Экклезиаст как бы присоединяется ко всем уставшим от жизни, перечисляя все возможные очарования и разочарования человека, и приводит их тонкой тропой к нетленному смыслу в служении Непостигаемому».
Отклик на мысль Лессинга
Мировоззрение мудрецов Иова и Екклесиаста можно определить как отклик на ситуацию, сформулированную немецким поэтом и мыслителем Г. Э. Лессингом (1729–1781):
«Если бы Бог предложил мне на выбор в правой руке всю истину, а в левой единое вечное стремление к истине, соединенное с постоянными заблуждениями, я принял бы во внимание, что сама истина существует только для Бога, и почтительно попросил бы Его отдать мне то, что лежит в Его левой руке».
В соответствии с мыслью Г. Э. Лессинга, мудрец Иова —  до момента Откровения Бога — заблуждался: он выбирал то, что было в «правой руке» Бога — иллюзию на полное знание. Екклесиаст не отрицал знания.  Екклесиаст с благодарностью и ответственностью выбирает то, что находится в «левой руке» Бога: вечное стремление к знаниям, полнота которых остаётся вечно недосягаемой.