Пойди туда, не зная куда...

               
    Как описать то, что не подается законам логики, разумному пониманию?!
- Судьба, что ты есть?! – анализировал и раздирался Разум вопросом. Сердце молчало и постанывало, надрываясь от жизни. Душа просто существовала, упиваясь своим  бытием. Эти первые бунтовали, взрывались, жаловались, а Душа замирала, в каждом прожитом мгновении.

   В старом саду на его окраине жила была яблоня. Когда-то ее, выкопав в лесу, посадил на своем участке человек. Это был знатный садовод. Он привил на  яблоньку разные сорта яблок.
- Так, ты девочка у нас раннеспелая - разглядывая листья молоденькой яблоневой дички - рассуждал садовых дел мастер, - попробуем летние сорта: мелбы, белого налива и грушовки московской... У него все получилось. На одном деревце яблони поспевали разные сорта яблок летом с очередностью в две - три недели.

    Яблоня любила всех своих детищ. Первым вызревал белый налив: неприметное зеленое яблочко среднего размера начинало наливаться янтарной белизной и если его не снимали вовремя с ветки, оно начинало лопаться от чрезмерного желания быть замеченным. Потом созревала мелба: яркая, красная, с размытым румянцем. Она манила своим ароматом, белой, брызгающей соком, мякотью и кисло – сладким вкусом. Последней была грушовка. Радужная в своей окраске желто – розово-полосатой, она была очень утонченной во вкусе: медовая сладость подчеркивалась грушевой душистой изюминкой.

   Человек без устали экспериментировал со многими деревьями в своем саду: на грушевых деревьях любил прививать айву, на вишне – несколько сортов черешни, на тутовом дереве - инжир.

Годы шли, многого навидалась на своем веку яблонька. Со своим домом - садом она прошла все этапы жизни от становления до угасания. Сейчас под ее некогда раскидистой кроной сидел постаревший садовод. Перед ним на земле стояла маленькая корзинка со сливами и персиками. Пару лет тому назад, старый мастер принес на свой участок несколько деревьев дикого терна. А через несколько месяцев, на самом прижившемся деревце, сделал несколько подвоев сливы, персика и абрикоса.

   Прошло несколько лет. Деревья стали плодоносить. Из выросших плодов вкусными были только слива да плоды терна были хороши. Абрикос и персик были никудышны.
- Так... дикость терна задушила сладость абрикоса и благородство персика. А вот сливка удалась, - рассуждал он, сидя под яблоней на земле,  разжевывая сливу.- Красавица моя, любимая, - гладил корявый ствол яблоневого дерева старик, - постарели мы с тобой. Вот и прошла жизнь. Ни кому мы не нужны.

  Захар был дряхл и одинок. Вернее рядом с ним не было ни кого из родных. Жена давно умерла, она так и не приняла его любовь к саду. Родив и вырастив детей, Катерина стала болеть и ненавидеть сад, который отнял у нее мужа. Взяв еще одну сливу, старик погрузился в воспоминания.

- Посиди с ребятишками, - сказала жена в выходной день, - я сбегаю в магазин за продуктами.
Мужчина кивнул головой, взял детей за руки и повел к деревьям, рассказывая историю приобретения и посадки каждого деревца или кустика. Внезапно он заметил несколько гусениц на дереве айвы.

- Это же непарный шелкопряд! - ужаснулся садовод, разглядывая серых с рыжеватым оттенком гусениц.- Вот еще, - подойдя к соседнему дереву, продолжал охать Захар.- Я останусь без сада! Откуда они появились? – забурчал он, вспоминая прожорливость вредителя.

- Аришка, Дениска, поиграйте сами. Мне нужно обработать деревья от этой заразы, - наспех пробормотал садовод, направляясь к сараю. Там хранился различный инвентарь и препараты для борьбы с вредителями. На ходу Захар быстро прикидывал, что он будет делать.

- Так... у меня есть специальный порошок ромашки. Он прекрасно помогает от насекомых и гусениц, но быстро осыпается. Нужно будет вначале деревья побрызгать инсектицидом, а потом обсыпать ромашковой пылью.- зайдя в сарай, садовод стал готовить препараты для обработки сада.
 
   С полными сумками Катя мчалась домой, перебирая в голове меню воскресного обеда и ужина. 
- Тесто стоит с раннего утра, уже готово для выпечки. Начинки для пирогов тоже в холодильнике дожидаются своего звездного часа. Буду печь: курник, кулебяку, вот какие сладкие пирожки, еще не решила. Дочка любит пироги с абрикосом и вишней, сынок со сладким творожком, муж к сладкому равнодушен.

   Подойдя к своему дому, и открывая калитку, внезапно женщина почувствовала укол в сердце. Она по характеру была паникершей. У неё сразу стали ватными руки и ноги. Не глядя, Катя примкнула куда–то сумки, стала звать детей и мужа.
- Ариша! Захар! Денис! – никто не отозвался.

  Женщина обошла дом и пошла в сад. В начале участка было несколько хозяйственных построек. В проеме двери одного из сараев, она увидела спину Захара, который что – то делал. Однако детей с ним не было.

- Ариша! Денис! – закричала она,- где вы?- Захар! Где дети!?

    Потом женщина вспомнила,что в дальнем сарае, расположенном в конце сада,  соседская кошка на чердаке родила котят. Но лестница там не стояла. Поэтому, Катя с Захаром решили, что дети не будут интересоваться кошачьим семейством. Катерина помчалась в конец сада.

   Еще издали она увидела, что сын и дочка, подтянув какую–то лестницу, штурмуют чердак. Семилетний Денис открыв чердачную дверь, влезал в проем. Пятилетняя Ариша стояла на несколько ступенек ниже брата и ждала, когда тот залезет на чердак и поможет ей подняться.

   Денис, влезая на четвереньках на чердак, нечаянно ногами отпихнул лестницу. Несколько секунд лестница простояла вертикально. Аришка закричала и лестница стала падать вместе с девочкой. Что помогло матери в одно мгновение преодолеть десяток метров, удержать лестницу, и схватить дочь, Катерина не помнила.

    Она очнулась, сидя на земле, стиснув малышку в руках. Ариша тихонько плакала, а Денис истошным голосом кричал:"Снимите меня! Не оставляйте меня одного!"

  Женщина помогла сыну спуститься вниз, взяла детей за руки и пошла в дом. Идя по дорожке, Катя увидела спину мужа, который по –прежнему стоял в сарае склонившись над своими банками и порошками. Две недели не разговаривала жена с мужем.
- Как ты мог? – как заведенная, она повторяла слова, пресекая все попытки Захара оправдаться.
  Мужчина был в недоумении, все закончилось благополучно, дети живы и здоровы. Почему Катерина злится на него? Именно с этого момента их супружеская лодка дала течь, и спустя десять лет окончательно затонула.
 
    Захар для своей жизненной философии использовал слова деда:
- Что Бог дал, то и взял. Что Судьбой назначено, то жизнью исполнено.
    Старый Пантелей говаривал своему внуку:
- Захарка! Ты помни, Господь наделил тебя и судьбой, и дорогой. Он все предусмотрел на твоем пути. А вот мысли, да дела твои Бог поручил тебе. Хозяин ты голове, да рукам своим.
 
   А еще дед очень любил притчи. Он рассказывал их постоянно.
В детстве Захар думал, что дедушка просто пересказывает чужие басни. Повзрослев, внук понял, что дед притчи сочинял сам.
  Больше всего Захару нравились две притчи: про три яблочка и о судьбе.

                Притча о трех яблочках.

   Выросли яблоки на яблоне. Созрели плоды и налились соком медовым. Отяжелели ветви, вниз сгибаются от сладостной ноши. Пришло время отпустить дереву, рожденные им фрукты. Да вот чудо! Дерево выросло не в саду, а на уступе неприступного утеса.

    Каменная площадка на уступе была достаточно большая, с наклоном к горе.  Птицы устроили там столовую, и уборкой пернатые себя не утруждали. Вот однажды среди гор мусора появился робкий зеленый росток. Он был удачлив от рождения. Судьба одарила "зеленец" защитной "рубашкой". В его первые годы жизни было много тепла, дождей. Ветер подбросил землицы для роста неокрепшего сеянца, и даже прожорливые птицы не склевали нежный стебелек. Улетели они куда–то с насиженного места.

    Росточек постепенно становился деревцем, у него появились корень и корешки. И тут мать природа не оставила свое дитя. Внутри горы были источники, которые прокладывали себе изменчивый путь. Они образовывали большие и малые трещины, орошая  влагой камни. Как раз одна такая щель появилась прямо под молодым корешком. Вода уже не бежала в ней, а только слегка сочилась.

    Время для природы мчится незаметно. И вот уже практически из скалы выросла и зацвела яблоня. Ее первое бело–розовое платье заметили все. Солнце ласково касалось цветков, ветер трепетно игрался лепестками. Дикие пчелы неустанно жужжали над деревом. Даже суровый утес приосанился и выглядел довольным. Яблоневый цвет на фоне темной горы выглядел нарядным облаком, присевшим на уступ скалы.

  Завязи на дереве было много, но созрело только три яблочка. Они были неказистые на вид: маленькие, зеленовато-бурые, скорее кислые, чем сладкие, но очень душистые. Одно яблоко упало вниз, второе – на ветке успела склевать птица, а третье – почернело и засохло на дереве.

  Яблоня не знала радоваться или огорчаться, что ее первые плоды разошлись такими разными путями. Сказать, что дерево задумалось о судьбе своих детищ, это ничего не сказать, растительный мир не может обладать мыслями. Однако, яблоня озадачилась.
  Но вдруг она услышала шепот. То – ли утес, то – ли ветер, то – ли Судьба обмолвились: "Одно уйдет от тебя, второе достанется другому, а третье – будет твоим".
  Спокойно приняла свою долю яблоня, и по назначенному свыше сценарию стала  жить дальше. Часть яблок падала вниз, их съедала лесная живность; другую – склевывали на дереве птицы, а третья – засыхала на ветвях.

- Дед, в чем смысл этой истории? – Захар с недоумением смотрел на старика.

- Дело в том, внучек, что каждому от рождения дан свой путь. Сила и время для его прохождения. Когда ты понимаешь, что твой путь уже определен, то не тратишь силы на поиск этого пути.

- Дед! Получается у яблони, только такая есть жизнь, - спросил Захар.- Другой нет?

- Ты прав!– улыбнулся старик,- в природе ни дерево, ни зверь не ищут другого пути. Они живут и развиваются по заданной генетической программе с поправкой на свою участь.

- Как же мы – люди? – пытливо допрашивал внук. – Обидно как – то. Я – ведь не дерево, сидеть на одном месте рядом с отцом и матерью не хочу!

- Да и не хоти! Все равно будет так, как должно быть. Бог учел все твои стремления и возможности. Семена нашей жизни посеяны Им еще до рождения.
Судьба – это сценарий, написанный Божественным началом для тебя, заточенный под тебя и нераздельно связанный с тобой.
  В нем уже прописаны вероятностные главные действующие лица, падения и взлеты, испытания и даже уровень материального достатка.

- Помни, Захар! Судьбу устраивает Провидение, а смыслом наполняет человек. Судьба подобна песне, из которой не выбросишь слов. И только от человека зависит, будет ли она соловьиной трелью, карканьем вороны или скрипом ржавого флюгера на ветру.
Умирая, дед сказал Захару:
- Единственное, внучек, что я не понял это: Человек рождается с судьбой или для Судьбы уготовано человеческое тело?

   Катерина этих дедовых слов не принимала и системы взглядов мужа не разделяла. Женщина росла в семье, где часто повторялись слова: «Что написано пером, то не вырубить топором». А любимой фразой ее родителей были слова древнего философа: «Рукописи не горят».
   Отец преподавал в институте философию, а мать заведовала библиотекой там же. Родители могли спорить часами о смысле того или иного мифа, картины, статуи.
 
- Понимаешь, Катенька,- говорила мама, - изложенные мысли на бумаге, выраженные чувства в полотнах, скульптурах или иных творениях человека не исчезают бесследно. Они являются атрибутами эпохи, символом познаний человека или примером жизни и любви. 
- Где писали перья, кисти – суд времен навек бессилен, - одновременно восклицали мать с отцом.

   Выйдя замуж, уже буквально через несколько дней, Катя поняла, что совсем не знает Захара и не понимает его. Для мужа любая веточка или еще не завязавшаяся почка были важнее всего на свете. Мужчина с раннего утра до поздней ночи занимался садовым участком.
   Нет, он не обижал свою молодую жену, но в его мыслях и мечтах был только сад. Свой первый приготовленный обед мужу, Катюша запомнила на всю жизнь.
   Она так старалась: сварила наваристый борщ, приготовила картофельный соус с мясом, нарезала салат из свежих овощей, даже успела сладких пирожков напечь. Потом взяв книгу, присела на веранде в ожидании мужа.

- Чего ты расселась с книжонкой? - сказал мужчина, появившись на террасе – приболела что – ли.
- Что – ты, Захар! Вот тебя жду. Обед вкусный готов.
- Пойдем, пойдем, - заторопил он жену, - посмотрим, что ты мне наготовила.

   Катя с важностью наливала и накладывала в тарелки свой первый кулинарный почин.
- Все. Поел, - вытирая ладонью рот, сказал, улыбаясь, Захар, - только сладкие пирожки я не люблю, не пеки больше.
- Вкусно? – в ожидании похвалы, спросила жена?
- Смешная ты, Катя, как можно из хороших продуктов, плохого наготовить? Мясо, я самое лучшее купил, картошка, капуста да лук с морковью, мною выращены.

  Улыбка медленно сползла с лица молодой жены.
- Я так старалась, - растерянно проговорила женщина.
  Захар встал из – за стола, подошел к Кате и погладил ее по голове.
- Я пошел в сад, - сказал он, - ты книжицами особо не увлекайся, если по дому все переделала, приходи мне помогать. В моем саду работа для всякого найдется.
   Муж развернулся и ушел. Молодая женщина подошла к мойке с грязной посудой и стала ее мыть, ничего не видя. Слезы вначале капали, потом полились ручьем. Не такой представляла она, свой первый совместный обед с мужем.


   Прошел год. У них родился первенец. Потом дочка. Все у них с Захаром было хорошо, он не обижал ее. Мужчина дарил дорогие подарки жене и детям, в доме никогда не было пьяного раздора.
  Сын с дочкой росли здоровыми и ладненькими. Но все чаще и чаще Катя стала вспоминать, как вечерами или в выходные дни, они всей семьей ходили в музей или театр, читали на диване вслух книги.

   Вот притащив теплые пледы, поставив на журнальный столик стакан с водой, семейство, усевшись рядышком, открывало книгу.
   Катюша очень любила, когда читал папа. Он всегда декламировал рассказ в лицах: то громыхал голосом мужика или старчески дребезжал, то пищал голосом ребенка или «истерил»  вредной бабой.

   Выйдя замуж за любимого Захара, Катюша попыталась перенести традиционное чтение в свою семью. Однако муж категорически был против.

- Вот еще мода лоботрясов, - ворчал он, - у меня времени на дела не хватает, а ей часы на безделье подавай! Дуреха, ты, Катерина! Выдалась минутка свободная, так в сад иди. Посиди под деревом, посмотри по сторонам, прислушайся к звукам природы. Деревья тебе и здоровье подарят и настроение поднимут. Детей с собой бери. Деревья ведь ничему плохому не научат, а в книгах вреда больше, чем во всех вредителях сада, вместе взятых.

- Захар, да как же так! Ты, что против книг? А как же школа, учеба? – пыталась настоять на своем Екатерина.

- Ты, жена, праведное с грехом не путай. Учиться надо. Для этого люди специальные есть: учителя, мастера производственные, ученые люди. Они обучают грамоте да делу профессиональному. Правда, маленьким детям сказки да разные побасенки можно читать. Ты, вот Катя, - сама подумай, - продолжал ровным голосом Захар.- Когда ребенок в школу пошел, он, что там изучает?! – глядя жене в глаза, спросил мужчина.

- Русский язык, математику, - растеряно  вспоминала женщина, - физику, химию, иностранный язык.
- Правильно говоришь.
- Чтение! Я совсем забыла. Чтение и литература есть в школе,- радостно сказала Катерина.
- Ты, Катюша, у меня как маленький ребенок! Детей ведь читать учат, да мысли свои излагать, а чужие – понимать.
- А как же, Захар, художественная литература, романы известных писателей?
- Катя, ты книг много в своей жизни прочитала? – продолжал увещевать жену садовод.
- Да! Очень много. Вместе с мамой и отцом читали. Да и сама тоже немало страниц перевернула.
- А я – нет, - сурово ответил Захар,- по садоводству много книг прочел, но это специальные для работы: справочники, руководства, инструкции. Они мне за садом ухаживать помогают. А  романчики всякие не читал и читать не буду.
  Мне сторонние истории не интересны. Ведь жизнь подобна дому, каждый человек строит, как может, а подглядывать в чужие окна, я не приучен. От этих вольных книг вред один, - разошелся мужчина.- Только человек мысли в «кучку» соберет и правильно жить начинает. А тут, откуда ни возьмись книжонка: о счастье на белом коне, или приключениях на свою голову. В голове сумбур начинается, и по жизни пустоцвет получается.

   Слезы набежали на глаза женщины:" А любовь! Ромео и Джульетта? Рука об руку и до последней минуты жизни вместе! Как же без этого жить?"
- Катюша, пустые слова эти, - Захар погладил жену по голове,- Любовь, Катерина, - это жизнь. Я за садом ухаживаю, да продажей урожая  деньги для семьи зарабатываю. Ты детьми да домом занимаешься. Вот это и есть наша любовь: трудовые хлопоты, уважение и забота друг о друге. 
  Женщина с недоумением слушала слова Захара. Она была согласна с его рассуждениями, только сердце ее болезненно сжималось.

  Неожиданно вспомнились Кате слова родителей, когда замуж выходила.
- Доченька, ты же Захара совсем не знаешь. Не торопись с замужеством!
- Люблю я его. Пока зовет, пойду за него. А вдруг передумает, вон, сколько девчонок вокруг него крутится.
- Катенька! Выбирая мужа нужно знать, что у тебя и у него должно быть что – то общее. Это могут быть цели, образ жизни, система  мировоззрения,- увещевал отец.- Если у вас общего ничего нет, то приготовься к трудностям в браке. Главной проблемой которого, скорее всего, будет непонимание друг друга да разногласия в воспитании детей,– подытожил Арсений Григорьевич.

- Нам с отцом легко жить,- убеждала мать дочь, - мы с ним на мир одинаково смотрим. Захар твой, что любит, что ценит? Какие традиции в семье у него?
- Ничего, мамочка не знаю, просто люблю его. Как возьмет он меня за руку, так ничего не помню.
- Ты приводи его к нам домой, - предложил отец.
- Да, он сам сказал, что через две недели к вам свататься придет, - улыбаясь, сказала Катенька.
- Как придет? Мы же с ним не знакомы! – в один голос воскликнули жена с мужем.
– Мы его совершенно не знаем,- потухшим голосом добавила мама.
- Вот и познакомитесь!– радостно заявила дочь.

  Сватовство прошло стремительно. Захар явился со свахой, молодой энергичной женщиной, рот которой не закрывался и ссыпал поговорками да прибаутками. Нарядно одетый жених принес два роскошных букета роз: для невесты - белые, будущей теще – розовые.
   Захар разразился кратким спичем о любви к Катерине и попросил согласия на брак у ее родителей. Они не успели кивнуть головой, как помолвка состоялась мМужчина одел девушке колечко на пальчик и предоставил слово свахе.

- Жених состоятельный.– Важно начала она, - невесту желает всем обеспечить сам. Все свадебные хлопоты берет на себя. Родителей невесты приглашают на свадьбу.
- Свадьба состоится через три месяца. – продолжил жених, вставая из – за стола.– Все подробности, список гостей, детали свадебного торжества обсудим позже.- Захар направился к двери.

   Все остолбенели, особенно сваха, которая любила поесть и намеревалась попробовать как можно больше приготовленных блюд. Арсений Григорьевич только хмыкнул, Светлана Владимировна удивленно покачала головой:
- А за столом вы не посидите? Мы с Катей столько наготовили?!
- Да, я не против, - смущенно ответила сваха, - на невесту поглядеть бы надо, как подаст, как уберет, вкусно ли готовит?

- Мне надо работать,- отрезал жених и пошел к двери.
 Сваха, пожав плечами, взяв пару пирожков со стола, потянулась за ним. Катя вышла провожать гостей.
- Не нравится мне жених, Арсюша, не простоват – ли для Катюши. Парень молодой, а такой суровый и практичный.
- То, что неприветлив, вреда особого нет. Наоборот компании не будет в дом водить, - успокаивал Арсений Григорьевич жену.– Меня другое смущает, как я понял, жених отдыхать не любит, для него главное работа. Не будет ли он,  Катю держать в «черном теле», не давая времени на отдых, развлечения?

 - Папочка, ты его совсем не знаешь, - раздался взволнованный голос дочери из прихожей.
- Ты так быстро вернулась, мы думали, задержишься, - сконфузилась Светлана Владимировна.
- Захар сказал, что разговорами сыт не будешь, а он хочет дать мне обеспеченную жизнь.
- Совсем возразить нечем, на слова, будущего зятя, - нахмурил брови Арсений Григорьевич.
- Папа! Мама! Не волнуйтесь вы. Любит он меня! Роскошную жизнь в замужестве обещает подарить. Правда, правда, все это!

   - Правда! Ты сказала правда? – повторил отец. На его лице отразилось лукавство и глаза засияли.
- Лучше бы ты этого слова не упоминала,- всплеснула руками Светлана Владимировна. Задела ты отца за живое, его любимый конек: «правда» и «кривда», теперь долго его не остановишь.

  - Дорогие, мои женщины, - торжественно начал глава семейства, его плохое настроение уже улетучилось.- Что такое «правда»?! Над осмыслением этого критерия бьются философы много веков подряд.
   Если использовать современный язык, то «правда» - это достаточно узкое релевантное отражение события или оценка происходящего в рамках существования  конкретного мира иллюзии.
  Не забывайте, что подача любой информации, также осуществляется в рамках определенной точки зрения и при помощи выбранных критериев. Весь этот информационный инструментарий оценки происходящего определяется системой мировоззрения. Она может быть общепринятой или индивидуальной.
  Большинство людей разделяют общепринятые системы взглядов. Ценность восприятия окружающего мира и деление на что такое «хорошо» и что такое «плохо» у  каждого народа своя. 
  За рамки установленных суждений выходят единицы. Есть люди, которые хотят общепринятую систему нарушить, но до самой своей смерти боятся это сделать, другие - специально ее разрушают, бросая вызов большинству. 
  Тем не менее, система оценки восприятия окружающего мира для человека достаточно субъективна. Она базируется на общепринятом мировоззрении,  менталитете страны, в которой вырос человек, особенностях семейных традиций, его личном восприятии.
  Эта система оттачивается посредством собственного опыта и индивидуальных знаний человека, – разразился речью отец Кати.

- Хорошо. Хорошо. Мы с тобой полностью согласны, - попыталась остановить супруга жена.

- Но я еще не все сказал, - отозвался мужчина.
 Но женщины уже не слушали его, они стали убирать посуду со стола, а потом двинулись на кухню. Арсений Григорьевич переместился за ними, сев на кухонный диванчик, он продолжил любимую тему. Светлана Владимировна, поставила перед супругом стакан с чаем.

- Вы, только вдумайтесь, как в сказках в виде круговорота обыгрывается это сложное понятие,- с удовольствием отхлебывая душистый чай, изрекал он, - при этом имя Правды и Кривды носят герои, как мужского, так и женского пола. 
   Еще с Эзоповских времен, Кривда обставлял Правду до поры до времени. Ведь Правда живет трудной дорогой добродетелей, Кривда выбирает легкую дорожку пороков. Но все на свете взаимосвязано и перетекает друг в друга.
  Приходит время, когда невозможно разобраться, где – тут правда, а где – ложь. Кривда прислуживает Правде, и Правда использует Кривду для прозрения или торжества справедливости.

- А Захар сказал, что правды и лжи столько человеку отмеряно, сколько судьбой предначертано, - не выдержала отцовского монолога Катя.

- Я в судьбу не верю! – рассердился Арсений Григорьевич,- что в жизни захочешь, то иметь будешь – вот закон жизни! Ишь ты, отца родного перестала слушать, один только Захар на уме.

- Да будет вам, - стала успокаивать родных Светлана Владимировна, - все слова хороши, если для блага используются.
    
   Мастер садовод уже несколько часов просидел под поредевшей кроной яблони. Время для него приобрело другой ритм. Часы раздумий и воспоминаний сливались в один миг, а момент реальной жизни тонул в бесконечности.
   Захар беспечно улыбался, вспоминая дедовские притчи.

                Притча о Судьбе.
 
   Жили были мужик да баба. Их дом стоял на окраине деревни и своим  участком в лес уходил. Было в семье трое детей, все погодки. Восьмилетнего старшенького: крепенького да ладненького Иванушкой звали, среднего: высокого да тонкого – Васильком, а дочь меньшую да любимую всеми - Алёнушкой.
 
  Мужик охотой да рыбным промыслом занимался. Благо речка неподалеку была. Баба готовила да убирала, с детьми в лес по ягоды да грибы ходила.
   Была у них рядом с домом делянка земли. Да неурожайная она была. Какие - только овощи да фрукты они не пытались вырастить в своем наделе. Ни картофель, ни свекла, ни капуста не росли на их огороде. Вот и сейчас виднелись несколько почерневших капустных вилков да несколько саженцев каких-то деревьев. Они вначале набрали силы, выбросили листочки, а теперь стояли сухие со скрюченными ветвями.

   Вышла баба на крыльцо, да детей стала звать: "Ваня! Вася! Аленушка! Отзовитесь! Мне помощь ваша нужна. В лесу малина поспела. Сходите за ягодой."
   Братья сразу перед материнскими глазами появились, а Аленка хоть и самая маленькая, но больно шустрая уродилась.
- Где, сестра – то ваша? – стала укорять их мать.
- Да только здесь была. Все куклу из сухих стебельков делала. – закрутили головами братья.
- Вон, в дальнем углу, рядом с лесом  красная косынка! – завопил старший Иван.
- Приведите сестру, – сказала женщина.
Мальчишки наперегонки побежали за девочкой.

- Мама, мама! Я такие красивые листочки нашла! Можно сделать моей кукле обновку! – обрадовано защебетала Аленка, вываливая из подола гору листьев перед матерью.
- Я тебе сколько раз говорила, на край участка к лесу самой не ходить! – сердилась женщина. – Не ровен час: зверь какой, или человек чужой напугает!
- Хорошо, я больше не буду, - с хитринкой сказала дочка. А сама с восторгом прикладывала листочки к самодельной куколке.

- Вы сейчас вместе за малиной пойдете. Далеко в лес не ходите. Рядом с домом малины полно. Вот вам плетенки. – Строго наказывала мать детям. - Иван, ты за старшего будешь. Смотри, с Аленки да Васи глаз не спускай, - велела женщина. – Я буду иногда звать вас, вы мне отвечайте.
 
  Старший брат, взяв меньших за руки, степенно повел их вдоль участка в лес. Но как только, мать  скрылась в доме, дети завизжали и бросились бежать  в малинник.
- Сколько малины уродилось!- радостно закричала Аленка, вползая в кусты, облепленные поспевшей малиной в несколько ярусов.- Вася!Ваня! Давайте вначале наедимся, а потом в корзинки будем собирать. Однако ответа девочка не дождалась, ибо рты братьев уже во - всю перемалывали нежную и душистую ягоду.
- Уф! Я наелась! – спустя некоторое время раздался девчачий голосок.
- Я тоже! – ответил кто – то из братьев.
- Давайте немного передохнем, а потом быстро насобираем малину домой. – Предложила сестра.

- А мы уже на полянке животы греем, - отозвался Ваня.- Давай к нам.
Солнце ласково освещало небольшую полянку среди малинника, на которой в густой траве расположились дети. Разомлев от солнца и съеденной ягоды, они стали прикрывать глаза и задремали.

- Вася! Ваня! Алена! – раздался с участка  голос матери, который разбудил детей.
- Мы здесь! – в разнобой  закричали они.
- Дети, я уже обед приготовила. Возвращайтесь домой.
- Сейчас! – громко крикнула Аленка, - еще чуть – чуть и мы вернемся.
Сестра с братьями дружно бросились собирать малину в туески. Внезапно Аленушка, что – то почувствовала.

- Ваня, мне кажется в малиннике кто – то есть.
Дети замерли. Раздался треск сучка, потом еще раз. Девочка побелела, а у братьев от страха расширились глаза.
- Ложитесь, на землю и замрите, - сказал Иван.- Я пойду, посмотрю.
Спустя несколько мгновений младшие услышали, как Ваня с кем – то поздоровался.
- Выходите! – крикнул старший брат, - это монашка.
Василий и Алена, взявшись за руки, пошли на голос старшего брата.

   Рядом с Иваном стояла женщина, одетая в темное одеяние. В ее руках была светящаяся корзинка, в которой лежали разноцветные искрящиеся клубки. Женские   глаза улыбались и дети, почувствовав доверие к незнакомке, близко подошли к ней.

- Какая у вас странная корзина? – поразилась Аленушка, - Вася! Ваня! Смотрите плетенка необычная! Как будто из солнечных лучей соткана?! Из каких веточек корзинка сделана? – продолжала изумляться девочка.– А клубки, какие красивые!

- Возьми! Один из них принадлежит тебе, - приободрила женщина Алену.
- Мне? – рассмеялась девочка.
- Наверное, мама с отцом попросили эту женщину сделать нам подарки, - солидно предположил Иван. Братья и сестра заворожено рассматривали удивительную корзину с клубочками ниток.

- Бери! Не бойся! – подтолкнула отшельница Алену.
- Какие они разные? - удивилась девочка, рассматривая их, - как будто на цветные нити насажены живые огоньки. Мне нравится вот этот, как мой платочек, с красными искорками.
  Аленушка запустила руку в корзинку, и понравившийся клубок сам закатился ей в руку. Она покрутила, внимательно разглядывая его. А потом сказала:
- Мне разонравился он. Я хочу другой, с золотыми нитками. 
- Попробуй возьми, - предложила монахиня.

  Девочка положила первый  клубок в корзинку и стала брать второй. Но не тут – то было. Красный комочек оказался в корзинке, да только ниточка от него на пальцы Алены намоталась. А другой клубок норовил от ее руки уйти.

   Рассердилась девочка, ножкой топнула: "Не хочу первый, хочу второй!"
И попыталась она нитку от пальцев оторвать, а ничего не получается. Ниточка тоньше становится, в пальцы  врезается, но не обрывается. Заплакала девочка. Странница ей говорит: "Не плачь! Свое в руки всегда берется, а чужое – тебе не дается."

   Посмотрела она в глаза Аленушке, улыбнулась ей и перестала девочка капризничать. Протянула женщина старшим братьям корзину и те взяли по клубку, который им понравился. Стали дети свои клубки разглядывать. Да опять голос матери услышали:
- Ваня! Вася! Аленушка! Домой! Обед стынет.

   Посмотрели ребята по сторонам, а монашки нигде нет. Только их плетенки, полные лесной малины, стоят рядом. Схватили они каждый свой туесок и побежали домой, выронив  дарованные  клубочки на землю.

   Аленушка наклонилась, чтобы поднять клубок, а он в руки не дается и впереди дорогой вьется. Затем на глазах изумленной девочки обесцветился и в воздухе растворился. С клубками братьев тоже самое случилось. Испугались дети и припустили домой.

- Мамочка! – завизжала Аленушка, - впереди меня  клубок бежит, я сейчас на него наступлю!

- Мама! Мама! – кричали братья. – Мы сейчас в нитях запутаемся.
Добежали братья с сестрой к матери, уткнулись в ее подол лицами и запричитали.
- Нам страшно. Мамочка, нам так страшно!

- Ну – ну, вояки! Что могло моих мужиков да дочку в лесу напугать?! Гляньте, малину, подрастеряли. Али не полные корзинки набрали?!
  Женщина корзинки у детей забрала, на крыльце присела, Аленку от юбки оторвала и говорит: "Рассказывай. Да все по порядку. А вы сестру не перебивайте. Потом добавите".

   Алена стала рассказывать про встречу с монахиней в лесу, да корзинку со странными клубочками ниток.
- Потом, мы  выбрали клубки. А они привязались к нам, и побежали впереди, - закончила дочь.

   В начале рассказа женщина нахмурилась, а потом заулыбалась.
- Счастливые вы, дети. Сегодня сама Судьба встретилась вам. Видно приглянулись вы ей. Она показала наглядно, что каждый человек от рождения сам свою судьбу выбирает. Судьбоносная нить тропинкой завивается, и жизни человеческой кружево сплетается.

- Мамочка! Я хотела поменять один клубочек на другой, а у меня не получилось? – стала дочь жаловаться матери.

- Глупенькая! Да, разве можно свою судьбу на чужую обменять? У каждого человека своя судьба. Мне еще прабабка моя, Матрена, говорила: «Человек родился. Богом окрестился, Судьбой опылился и для жизни определился».
И отец ваш любит слова народные повторять: «Желающего Судьба ведет, не желающего – тащит.»
- Вы детки вырастите и каждый своим делом займется. Ваня землю любит. Узнает он, почему на нашем участке ничего не растет. А потом здесь такой сад громадный разведет!

- Мне с отцом нравится на охоту ходить, - радостно произнес Василий.
- Я буду делать куклы или платья, - торопливо продолжила Алена.- Нет, нет! Я  передумала! Я буду как ты мама, вкусно готовить.   
- Живите, дети, с любовью в сердце и смирением к судьбе. Она каждому предопределила по надобности, - улыбаясь, проговорила женщина.- Пойдемте обедать. Обняв детей, потрепав их за волосы, мать поднялась с крылечка, и они вошли в дом.

  Дед закончил притчу словами:"Помни, Захар! Не ты дорогу выбираешь,"Судьба прокладывает путь тебе."
- Дедушка, дедушка! – не дослушав слова старика, перебил внук. - Так это история про моего прадеда! Ведь, ты мне всегда рассказывал про своего отца Ивана. Он на земле, на которой ничего не росло, сад вырастил.
- Догадался - таки, – рассмеялся дед, - про него!
- Упрямый оказался. Столько деревень исходил, все искал умельцев - земледельцев, чтобы могли объяснить, почему ничего на земле не растет.
- Дед, не тяни! – взмолился Захар, - что за причина?  Почему, земля неурожайная была!?
- Очень много в земле солей было. Участок оказался на глубоко - засоленной почве. Лет десять мой отец с землей, как с недужным ребенком возился.
  По определенной схеме вносил гипс, навоз, мел, купорос; засаживал необходимыми травами; использовал сложную систему орошения. В общем, поднял землю и сад посадил. Меня научил землю любить и правильно ухаживать за нею.
               
   Внезапно привычную картину звуков и запахов сада нарушил резкий звук тормозов и едкий машинный запах.
  Напротив старой яблони была калитка, ею практически не пользовались, даже Захар редко вспоминал  о ее существовании.

   Калитка резко распахнулась под напором чужих ног. Двое мужчин направились к Захару.
- Дед, слышь! Кто, хозяин этого участка земли?

  С трудом вырвавшись из мира грез, садовод с недоумением посмотрел на чужаков.
- Кто Вы?
- Оно тебе надо! Кто хозяин? Мы к нему.
- Зачем Вам хозяин?
- Дед, не тупи! Зови владельца!
- Я – хозяин!
- Здорово! В общем, слушай. Твой участок приглянулся нашему Хозяину.

- Земля не продается. Она бесценна, в ней вся моя жизнь, - перебил незнакомца Захар.
- Дед, нам твоя жизнь не интересна. Раз цены на товар нет, сад  берем задаром.
- Нет! Так не пойдет! Мой сад, я - хозяин! Я его не продаю! – начал кричать Захар, поднимаясь с земли.

   Но встать в полный рост ему не удалось. Тот из мужчин, кто был поменьше ростом, слегка пихнул старика и мастер упал на спину. Боли он не почувствовал, а вот чужие слова заставили сердце замереть, а потом забиться в бешеном ритме.
- Повезло, тебе дед! Сад берем у тебя по цене дорогой. Стоимость участка - цена жизни твоей, старик. Радуйся, что живой остался, мотай отсюда. Даем тебе на все про все три дня.
   Чужаки с удовольствием сплюнули на землю Захара и ушли. Мастер  впал в ступор.

  Сколько времени садовод находился в таком состоянии, он не знал.
Неожиданно для себя, Захар услышал голос деда: "Помни, внучек! Чувствуя себя частицею Божественного замысла, ты спокойно принимаешь свой путь."

- Да, дедушка, видно пришел мой час, - прошептал старик старику.- То, что рядом со мной, здесь и сейчас, хочу я этого или не хочу - и есть мой Путь, - стал бормотать Захар, - это и есть мой Путь.
   Старый садовод выпрямил спину и пошел, стараясь не шататься к пока еще своему дому. С каждым шагом его походка становилась все тверже и тверже. Захар шел по дороге своей Судьбы.
- Жизнь – это лабиринт, а Судьба – эта нить Ариадны, которую дал в руки человеку Бог, - расхрабрился в своих мыслях одинокий пожилой мужчина.


   Безбрежен мир энергетической вселенной. Не возможно вообразить формы и модели жизни творчества Всевышнего. У Земли есть человек. У человека – Судьба, у Души  – время, у Духа (осознание) – программа развития или путь преобразований.
Именно Осознание является элементом, которое  связывает различные  миры в единую картину Мироздания. Душа – носитель осознания, микроскопической частицы Духа энергетической Вселенной.
    Судьба это программа самореализации Души в человеческом теле. Это некая прогрессивная установка на развитие личности в формате самотека. При этом учтены личные особенности индивидуума. Жизненный путь для человека выстраивается таким образом, что постоянно происходит замена или перерастание  сильных сторон личности в слабые, а положительные возможности приобретают характер угроз. Смысл данного сценария жизни заключается в динамике духовных человеческих качеств любым путем.


   Луна заглядывает в детскую спальню и видит пасторальную картинку: хорошенькая девочка лет шести лежит в постели и заворожено смотрит на отца. У него в руках большая красочная  книга сказок.
- Сонечка, какую тебе сказку почитать? Давай про Буратино.
- Папа, ты уже читал про этого непослушного деревянного мальчика.
- Давай, еще раз почитаем. Я так люблю эту сказку.
- А почему, она тебе нравится? – с любопытством спросила дочь.
- Я когда был маленьким, на Буратино был похож.

- Ты родился поленом, - ужаснулась дочь,- а кто же из тебя сделал человека? Ведь бабушка с дедушкой давно умерли?
- Нет, солнышко! Я родился любопытным мальчиком, который не слушал своего отца.
- Папочка! – прозвенел голосок,- ты, наверное, очень любил свою мамочку и слушался только ее.
- Славная, ты моя! – мягко улыбнулся мужчина, - уже поздно, давай спать! Завтра я почитаю тебе еще.

   Он поправил одеяло и поцеловал дочь.
- Папа, посиди со мной, пока я не усну, - попросила Соня.
- Знаешь, дорогая! Я вам с мамой приготовил сюрприз. У нас скоро будет новый красивый дом с большим садом. Там растет много яблок, груш, персиков.
- Папочка, я буду сама срывать яблочки с дерева? Любое, какое захочу? – радостно воскликнула малышка.
- Будешь, будешь, - отозвался отец, - и яблочки, и сливки. Все…все растет в нашем саду.

   Сонечка взяла руку отца и уткнулась щекой в большую ладонь. Она  закрыла глаза, на ее губах появилась улыбка. Богдан старался не шевелиться, чтобы не тревожить ребенка. Расположившись в уютном кресле, мужчина стал представлять себе новый участок с огромным садом. На территории которого он собирался построить красивый дом. Он чувствовал себя довольным, благополучным и успешным.

    Как это все давно и неожиданно началось. Богдан тогда вместе с матерью, жил в коммунальной квартире. Отец не выдержал семейных испытаний: непоседливого и непослушного сынишку, требовательную жену, множественных соседей. Он ушел из семьи к другой женщине - с отдельным жильем, которая не хотела иметь детей. Спустя несколько лет мужчина пытался наладить отношения  с сыном, но парень не простил ему измены матери.

   Дом Богдана по тем временам - был распространенный вариант жилья. Восемь комнат, восемь столов на громадной кухне, две плиты и один туалет с ванной на всех. Квартира была чистая и не шумная. Взрослые работали, детвора: кто в садике, кто в школе.
   Но один из соседей все – таки выделялся из благополучного коммунального мирка. Это была женщина по имени Зоя. Ее комната, была как раз напротив комнаты семьи Богдана.

    Молодая, привлекательная, пышная брюнетка, с легким характером,она сутками пропадала на неизвестном предприятии. Иногда к Зое приходили мужчины. Девушка была приветлива со всеми, но женщины коммуналки с ней не общались, а мужчины неправдоподобно громко ее приветствовали. Но Зоя, была ровна со всеми, а встречая Богдана в коридоре, смеясь, говорила:"Ну, что женишок, подрастай быстрее, пока я за замуж за другого не вышла!"
   Потом, вдруг девушка посерьезнела, стала избегать соседей и постоянно закрывалась в туалете. Однажды Богдан даже спросил у своей матери, когда та хлопотала у плиты:
- Мам, а что Зоя заболела, она похудела сильно? Мать ничего не ответила, только махнула рукой. Зато другая соседка, которая тут – же варила борщ, открыла мальчишке глаза: «Ребеночек у нее будет». Богдан оторопел и решил расспросить мать попозже.

   Однако время полетело в напряженных учебных буднях, и с матерью к этому вопросу они больше не возвращались. У Богдана на носу были выпускные школьные экзамены. Он много занимался. Паренек знал, если не поступит в институт, его ждет служба в армии. Денег на репетиторов не было, он сам упорно грыз школьный «гранит науки». Но за Зоей парнишка стал частенько наблюдать.
 
   Был теплый апрельский день. Воскресенье. Все жители большой коммуналки разошлись: кто на рынок, кто с детьми гулять, кто в музей или театр. В квартире остались только Богдан, он готовился к экзаменам, да Зоя, которая в последние дни практически никуда не выходила.

   Как слышал мальчишка, разговор соседей в коридоре, что она со дня на день должна родить. Беременной даже продукты в магазине покупали, наконец – то подобревшие женщины.
- Намается еще - то сама с ребенком. Трудно ей будет его поднимать, – без конца судачили они на коммунальной кухне. - Зоя! – пришли бабы однажды в ее комнату гурьбой. – Ты на нас не сердись. Что надо, завсегда говори. Тут мы тебе кое – что  для малыша собрали. – протянули ей целый мешок детских принадлежностей и одежек. Зоя даже прослезилась, но от вещей отказалась. Тут женщины такой гвалт подняли, что мужики сбежались в Зойкину комнату. Всем миром заставили молодуху взять вещи.

   В коммунальной квартире было жарко, дверь в комнату соседки была открыта. Ситцевая занавеска заколыхалась от легкого сквозняка, немного сдвинулась,  приоткрыв жилье беременной женщины. 
   Уткнувшись в учебники, Богдан старательно запоминал формулы. Внезапно ему показалось, что напротив его двери в коридоре кто – то говорит. Он решил, что вернулась его мать, и вышел в коридор.
   Никого не было, но мальчишка явно услышал женский голос: «Посмотри на денежку. Какая она красивая. Понюхай ее. На эту денежку мы купим платьице, на эту – шубку. А потом мы купим дом!»

   В начале, паренек решил, что соседка смотрит какой – то фильм. Но подойдя к двери, и заглянув в ее комнату, понял, что Зоя с кем – то разговаривает. Он слышал мягкий женский голос: «Чувствуй… Чувствуй…денежку. Смотри! Она такая маленькая, но такая сильная! Это наша с тобой свобода. Запомни, детка!  Хорошая жизнь поддерживается деньгами и везением. Сейчас я расскажу тебе сказку».

   Ощущая, как любопытство раздирает его, Богдан, рискуя быть увиденным, еще больше заглянул в комнату женщины. Зоя лежала на диване, ее обнаженный большой живот был усыпан денежными купюрами. На его глазах, она взяла одну из них и сказала: «Мой котеночек, слушай сказку. Жил – был на свете рубль. Родился он на фабрике.Было у него много братьев и сестер».

    Парень опешил и тихонько отошел  от двери.   
- Зоя разговаривает со своим еще не родившимся ребенком. Недаром, мужики говорят, что все бабы – дуры! - утвердился  в правоте слов взрослых Богдан.
   Но слова женщины врезались в память мальчишки, и со временем он стал понимать, что человек может создавать обстоятельства, которые приносят  деньги.

    Богдан не поступил в институт, и пошел служить в армию. Служба пролетела легко и быстро. Ему повезло, он был направлен в пограничные войска, и отслужил срок на маленькой тихой заставе. Когда он вернулся, Зоя с маленькой дочкой уже съехали с коммунальной квартиры.

    Парень устроился на работу и стал мозговать, как жить дальше. Он только набирался своего житейского опыта и еще не знал принципов жизни, что если Господь задает задачу (создает ситуацию), то дает возможность и способы ее выполнения.

- Мне нужно заработать много денег. Я притягиваю деньги. Деньги – всему голова.– с этой мыслью он просыпался и засыпал.- Я хочу научиться зарабатывать, - эта дума не оставляла его ни днем не ночью.

    И у него стало получаться: предложили вторую работу, затем он нашел более оплачиваемую. Стали копиться деньги. Не все было гладко, приходили и уходили трудности. Кое – где приходилось искать лазейки в законах. Но за десять лет Богдан крепко встал на ноги.
   Ему также повезло в делах семейных. Он женился по любви, у него родилась прекрасная малышка. В своих женщинах, он не чаял души. Делал дорогие подарки жене, безмерно баловал дочь.

    Внезапно Соня, распахнула глаза и озадаченно сказала: «Папочка, ты совсем забыл. Прежде чем сорвать яблочко, мы должны посадить деревце. А мы деревья еще не сажали». Она соскочила с кровати и принесла другую книжку, быстро стала ее листать.
- Смотри, ты же мне сам рассказывал, - озадаченно водила пальчиком по картинкам девочка, - вот косточка, вот семечко, а потом из них вырастает деревцо, а потом мы долго ждем – когда вырастут сливка, яблочко.

- На наших деревьях уже есть плоды, - ответил Богдан.
- Кто же их посадил? – проявила недетскую рассудительность дочь
- Один дедушка много – много лет тому назад посадил немало разных деревьев. Теперь они выросли и плодоносят. Спи, дочь. Завтра ты все увидишь своими глазами.

    Для Захара три дня тянулись нескончаемо. Вначале, он хотел встать на защиту своей земли. Разные мысли были у него в голове: устроить засаду на не прошенных гостей, пойти в полицию или на поклон к криминальным авторитетам.  Внезапно он понял, что бесконечно устал жить один.

    Садовод слишком поздно осмыслил, что живя в семье, нужно уделять внимание и жене, и детям. Его родители жили дружно, но детьми занимались мало. Детки росли, как бурьян в огороде без хозяйских рук.
  Захар больше всего помнил своего деда, который разглядел во внуке интерес к природе, и привил ему безграничную преданность саду. Ведь настоящий интерес у у мужчины был только к миру саженцев, кустов, деревьев. Он называл каждое деревце по имени, ежедневно интересовался состоянием яблонь, груш, слив. А когда брал в руки любую фруктинку, всегда разговаривал с ней. Без устали ухаживал за больными деревьями, боролся с вредителями. Его трясло несколько дней, если ветер обламывал ветви у его питомцев. Вся его жизнь заключалась в благополучии сада.

    Когда умерла Катерина, Захару стало досадно, что теперь ему придется самому готовить еду и убираться по хозяйству.
   Аришка и Денис быстро уехали из отчего дома. Вначале, они пытались общаться с отцом, все – таки Катя очень старательно прививала детям любовь к отцу. Но у него по их приезду не находилось времени общаться с детьми. Неожиданно случался сильный ветер с дождем, то вредители нападали на деревья, то нужно было срочно снимать урожай с ветвей. В конце концов, они окончательно выпали из его жизни. И сейчас Захар не знал, где они, что с ними, есть ли у него внуки?

    Садовод сидел под яблоней с корзинкой фруктов. Захар был готов  к  встрече с незваным Хозяином  его дома. Он был одет в свой лучший наряд.
  Рядом с ним не было ни чемоданов, ни баулов, ни узлов. Но у него были деньги: банковская карта, много наличных денег, которые он старательно спрятал на себе в мешковатой одежде.
  Захар решил для себя, что  у него не будет больше дома. Он просто будет путешествовать по миру, пока где – нибудь, в какой – нибудь гостинице, на краю света повстречается со своей смертью.
 
   Он прислушивался к звукам и ждал, когда привычную картину звуков и запахов сада  нарушит звук подъезжающего автомобиля.
- Вот и машина подъехала, - со вздохом констатировал Захар, перебирая и поглаживая рукою яблоки в корзине. Легкие шаги направились к калитке.
- Папа, папа! Мы уже приехали! – услышал он детский голосок.

    Садовод приготовился жестко встречать не прошенных  гостей, захватчиков его земли. Но мужчина совершенно оказался не готовым к встрече с ребенком. У него внутри все обмякло. Весь его решительный настрой пропал.
   Калитка распахнулась, навстречу Захару вышли двое. Его глаза, из идущей пары людей, выхватили бело – розовое облачко. Ветерок, дующий навстречу путникам, раздувал фалдами легкое платье малышки, создавая иллюзию крылышек за ее спиной.

- Это девочка… Это садовая фея, о которой мне всегда говорил дед, - изумился мастер. - Ты, фея? Как тебя зовут? – спросил удивленный Захар, подошедшую девочку.
  Хорошо одетый мужчина, ее спутник улыбнулся, не проронив ни слова.

- Меня зовут Сонечка. Это твои яблоки? Можно мне взять одно? Какие они красивые!
   Садовод протянул корзинку и внимательно стал рассматривать девочку. Большие,сияющие любопытством глаза, маленький носик, копна темно – русых волос, красивое воздушное платье и в руках кружевная сумочка.

- В твоей сумочке волшебная пыль? – заворожено спросил старик. – Я знаю ее свойства. Она лечит растения. Большие вещи делает маленькими и наоборот. А еще у меня дерево заболело, ты можешь подлечить его своим порошком?
  Сонечка рассмеялась.
- Дедушка, ты знаешь о садовой фее? Ты такой большой и веришь в нее? Но ведь это же сказка! Это просто красивая история, - девочка присела рядышком, надкусила яблоко и стала с любопытством смотреть на старика.

- Слушай, Сонечка. Мне мой дед, когда я был маленьким, таким как ты, рассказал сказку, - начал Захар. - Жила была маленькая фея по имени Флора. Домик ее был соткан из солнечных и лунных лучей. Мебелью служили  цветы и листья. Больше всего на свете она любила просыпаться утром и лететь помогать своим обожаемым питомцам. Деревья, кустарники, цветы тянулись к ней и радовали ее.

  Флора потянулась, глубоко вздохнула раннюю свежесть сада, и распахнула глаза.
- Я совсем  забыла! Сегодня бабушка Черешня отмечает свой юбилейный урожай. Уже 50 лет вызревают на ее ветвях сладчайшие фрукты. Я ей не приготовила подарок!
    Фея быстро надела свое любимое бело – розовое платье и полетела к старой черешне. Ветви дерева золотились в лучах солнца. Спелые, почти черные крупные черешенки, блестели глянцем от солнечной купели. Рядом с юбиляршей уже носились бабочки, стрекозы, деловито жужжали жуки.

- Как ты, бабуля?! – примостившись на верхней ветке рядом с большой гроздью спелой черешни, прокричала Флора.
- Скриплю, - отозвалось дерево, - хоть ствол весь коряв и рассохся, да фрукта есть. Черешенок не богато. Зато крупные какие! С перепелиное яйцо! А по сладости меду не уступают! – не удержалась от хвастовства бабуля. - Да, время уже не то, – продолжила она, - солнце не так ярко светит, пчелки плохо трудятся, дети ветви обламывают, к коре зараза какая – то прицепилась. Вот когда я была молодой черешней.-
  Фея, прикрыв глаза, стала в пол уха слушать ворчание старого дерева.

- Флора! Флора! – очнулась от забытья фея.
- А ты не слетаешь в дальний угол сада? Там моя веточка привита на дерево  вишни шпанки, несколько  лет тому. Как она там, прижилась ли? Вкус свой медовый не потеряла?! Привет передай ей от меня.

- Слетаю, слетаю, бабуля.
- Ты сейчас лети, - не унималась юбилярша, - старая я уже. Ветра стала бояться. Гибкость вся моя ушла, а хрупкость с каждым днем прибывает.
- Хорошо, - согласилась Флора. Она расправила крылышки и полетела искать вишнево – черешневый эксперимент.

   По дороге фея подлетала то к кустику, то к деревцу, то любовалась полевым цветком, выросшим под тенью сливы. Вернулась Флора к имениннице поздно, когда та уже спала.
- Бабуля, я принесла хорошие новости, - прошептала фея,- веточка прижилась, уже стала плодоносить. Я попробовала капельку ее сока. Вкуснющий, медово - сладкий с тонкой кислинкой.

   Ночью разразилась гроза, бушующий ветер сгибал деревья в саду. Могучий санитар Земли врачевал природу: отлетал сухостой, обламывались старые и больные ветви. Юбилярша не выдержала его натиска. Дерево черешни надломилась почти у самой земли. Бабуля упала аккуратно, бочком, не повредив ни одной ветви, рядом растущих деревьев.

   Флора очень крепко спала и не слышала ночной грозы. Проснувшись, она быстро полетела к старой черешне. Оглядываясь по сторонам, фея поняла, что ночью бушевала буря. Ее маленькое сердечко сжалось в предчувствии беды.
   Бабуля лежала на земле: искореженный старый ствол, вперемежку обломанные ветки,  листья и яркие плодовые пятна.
  Флора присела на одну из черешневых веток и горько заплакала. Ее прозрачные слезы смешались с густым соком спелых раздавленных черешен. Внезапно фее показалось, что бабуля вздохнула и прошептала:
- Цени, деточка, миг жизни, каким бы он не был.
- Ты жива! Мы тебя подлечим!– радостно закричала фея.
Но старая черешня не отвечала.

 - Вот, Сонечка, такая грустная история,- закончил сказку садовод.
 Девочка пригорюнилась, и на ее глазах показались слезинки.
- Но мой дедушка, - продолжил старик, - сказал мне еще такие слова: Захарка, мир Земли богат, только она дарит своим детям радость и удовольствия.

   Богдан стоял рядом и думал: «Потешный старик. Сонечке очень понравился. Зря его мои хлопцы так напугали. Ведь за садом надо будет ухаживать, а он лучше всех сможет это сделать. Да и дом его маловат для меня, ведь я новый буду строить».
- Дед, ты прости моих ребят, - твердо сказал мужчина, - переборщили они. Сад у тебя никто забирать не будет. Продай мне его, денег дам, сколько запросишь.  Но сам с земли не уходи, оставайся здесь жить. Ведь, я знаю, семьи у тебя нет, живешь один. Будешь продолжать смотреть за садом. Дом твой не трону, другой строить буду. Правда, немного деревьев нужно будет убрать.
- Мне нужно подумать, - ответил Захар.

   Мир Земли для человека многогранен: плоть дарит мир ощущений, разум  -  силу знаний, сердце - творчество желаний.
   Но человек – существо противоречивое. Сейчас – он король, спустя мгновение -  бедняк. Ныне он хочет жить, через секунду - умереть. 
   Для человека миг жизни всегда обладает двумя противоположными полюсами, ведущими в роскошь и нищету, жизнь и смерть, любовь и ненависть. Неизвестно, что является более притягательным для него. Человек счастлив пока ему это не прискучило.

   Пассажиры ехали в автобусе. Дождь бил в окна. Народ ехал с работы уставший и раздраженный, каждый стремился как можно быстрее добраться домой. В мыслях, кто – то покупал уже продукты в магазине, кто – то жарил картошку или варил пельмени.
   На одной из остановок в автобус  впорхнули две подружки – школьницы,  лет пятнадцати. Ярко одетые, они сразу привнесли веселый колорит в мрачноватую массу  народа.
- Рита, деньги у тебя? – спросила одна другую.
Девочка молча, достала 50 рублей и дала подружке. Девчонка взяла купюру в руку и сделала неожиданный жест. Она поднесла деньги к носу и с видимым наслаждением стала нюхать. Рита засмеялась: "Ленка, ты даешь! Нашла, что нюхать. Деньги - ведь это ни цветы, ни парфюм. Они не пахнут.
- Дура, ты просто не слышишь этого запаха. У каждой монетки и бумажки свой запах. Пассажиры автобуса стали с интересом прислушиваться к разговору школьниц.
- А ты можешь с закрытыми глазами, не беря в руки деньги определить по запаху их номинал?
- Да, - ответила Лена.
- Врешь, - засмеялась подруга.
- Спорим, - ответила Лена, - только бесплатно я это делать не буду. Если я отгадаю, ты отдаешь мне эту денежку.
- А если ошибешься, - спросила Рита?
 - Тогда половину отгадываемой суммы,- отрезала Елена, - бесплатно шоу устраивать не буду.

    Вскоре весь автобус участвовал в процессе тестирования денежных знаков: один рубль, пять, десять, пятьдесят, сто.
Лена, с закрытыми косынкой глазами, нюхала деньги и определяла номинал монеты или купюры. Несколько человек протянули на ладошку Риты деньги. Лишь однажды Лена ошиблась, вернее не смогла определить купюру.

  За действием с недоверием наблюдали многие пассажиры автобуса. Кто-то улыбался, некоторые ворчали. Больше всех возмущался упитанный мужчина с портфелем в руке.
- Это розыгрыш! Нас обманывают! Она подглядывает или подружка подсказывает! Сейчас денег насобирают и свалят, – шумел он, протиснувшись поближе к девчонкам. Затем поколебавшись, мужчина достал пятитысячную купюру и на своей ладони протянул девочке под нос. Она долго морщила свой носик, просила перевернуть купюру на другую сторону, а потом сказала:
- Не знаю, мне этот запах не знаком. Он вообще к запаху денег не относится. Лена сняла повязку с глаз.
- Это фальшивка, - сказала она.

  Мужчина озадачился и смутился, а стоявшая рядом женщина строго спросила:
- Откуда у вас фальшивая купюра?
Однако автобус подошел к очередной остановке, и мужчина поспешно вышел из автобуса.
- Хотел девочку обмануть, - раздались громкие голоса.
Но девчонки тоже приехали и выскочили из автобуса.

- Ленка, а как у тебя, получается, отгадывать деньги?
- Не знаю, я больше всего на свете люблю деньги. Я часто достаю деньги из маминого кошелька и нюхаю их, - закрыв глаза от удовольствия, улыбнулась девчонка.             
               
    Пойди туда, не зная куда… Принеси то, не зная что…
 Эти слова будто отражают механизм действия Судьбы. Никто не знает, в каком направлении, и каким будет следующий шаг в этой жизни. Какие последствия принесут самые обычные действия и поступки. Что приобретешь ты или потеряешь в эту минуту?

    Судьбу не возможно ни понять, ни наделить значением. Часто человеку совершенно не понятно: зачем сейчас он это делает? Почему это происходит с ним?
   Люди нередко ищут смысл в вещах бессмысленных, искусственно наделяя их значением и чувственными эмоциями. И наоборот, не принимают очевидное в расчет.

    Но время идет, и Жизнь человека собирает разрозненные куски мозаики Судьбы. Никто не знает, что найдет, где потеряет…


Рецензии
Онлайн чтение книги Осень патриарха The Autumn of the Patriarch
Габриэль Гарсиа Маркес. Осень патриарха
На исходе недели стервятники-грифы разодрали металлические оконные сетки, проникли через окна и балкон в президентский дворец, взмахами крыльев всколыхнули в дворцовых покоях спертый воздух застоявшегося времени, и в понедельник на рассвете город очнулся наконец от векового летаргического сна, в который он был погружен вместе со всем своим превращенным в гниль величием; только тогда мы осмелились войти, и не было нужды брать приступом обветшалые крепостные стены, к чему призывали одни, самые смелые, или таранить дышлами воловьих упряжек парадный вход, как предлагали другие, ибо стоило лишь дотронуться, как сами собой отворились бронированные ворота, которые в достославные для этого здания времена устояли под ядрами Уильяма Деймпера[1], и вот мы шагнули в минувшую эпоху, и чуть не задохнулись в этом огромном, превращенном в руины логове власти, где даже тишина была ветхой, свет зыбким, и все предметы в этом зыбком, призрачном свете различались неясно; в первом дворе, каменные плиты которого вздыбились и треснули под напором чертополоха, мы увидели брошенное где попало оружие и снаряжение бежавшей охраны, увидели длинный дощатый стол, уставленный тарелками с гниющими остатками воскресного обеда, прерванного паникой, увидели мрачное полутемное строение, где некогда размещалась канцелярия, а в нем – яркие ядовитые грибы и бледные смрадные цветы, проросшие из груды нерассмотренных дел, чье прохождение длилось медленнее самой бездарной жизни; а еще мы увидели в этом дворе поставленную на возвышение купель, в которой крестились пять поколений обитателей этого дворца, и увидели в глубине двора допотопную вице-королевскую конюшню, превращенную в каретный сарай, и в нем, среди туч моли, мы увидели карету эпохи Великого Шума, крытую повозку времен Чумы, выезд года Кометы, похоронные дроги времен Прогресса в рамках порядка, сомнамбулический лимузин Первого Века Мира, и все это было в приличном состоянии и выкрашено в цвета национального флага, хотя и покрыто грязью и паутиной; в следующем дворе за железной оградой цвели розы, серебристые, словно припорошенные лунной пылью; под сенью этих роз в былые, славные для этого дворца времена спали прокаженные; розовые кусты так разрослись без присмотра, что заполонили все кругом; воздух был напоен запахом роз, однако к нему примешивалось зловоние, исходящее из глубин сада, а к этому зловонию примешивался смрад курятника, смрад коровьих испражнений, а также смрад солдатской мочи – солдаты испокон веку справляли малую нужду у стены колониальной базилики, превращенной в молочную ферму; пробираясь сквозь удушливый розовый кустарник, мы вышли к арочной веранде, уставленной горшками с гвоздиками, махровыми астрами и анютиными глазками; это была веранда курятника для его женщин, и, судя по грудам разного валявшегося здесь барахла и количеству швейных машин, можно было предположить, сколько женщин обитало в этом бараке, – не менее тысячи с кучей детей-недоносков каждая; мы увидели мерзость запустения на кухнях, увидели сгнившее в корытах белье, увидели разверстый сток нужника, общего для солдат и женщин; увидели вавилонские ивы, привезенные из Малой Азии в гигантских кадках с тамошней землей, – сизые, словно покрытые изморосью ивы, а за ивами предстал перед нами его дворец, его дом, огромный, угрюмый, – сквозь оконные проемы, жалюзи с которых были сорваны, все еще влетали и вылетали грифы; нам не пришлось взламывать двери, они распахнулись сами, словно повинуясь нашим голосам, и вот мы поднялись на главный этаж по каменной лестнице, покрытой опереточно роскошным ковром, который был истоптан коровьими копытами, и, начиная от первого холла и кончая последней спальней, мы заглянули во все комнаты, прошли через все служебные помещения, через бесчисленные приемные, и всюду бродили невозмутимые коровы; они жевали бархатные шторы и мусолили атласную обивку кресел, наступая на святые иконы и на портреты полководцев, валявшиеся на полу среди обломков мебели и свежих коровьих лепешек; коровы хозяйничали в столовой и в концертном зале, оскверняя его своим мычанием, – всюду были коровы; а еще мы увидели поломанные столики для игры в домино и сукно бильярдных столов, зеленовато-белесое, словно луга после выгула коровьих стад, и увидели брошенную в углу машину ветров, лопасти которой могли имитировать морской ветер любого направления, дабы обитатели этого дома не мучились тоской по морю, покинувшему свои берега; а еще мы увидели висящие повсюду птичьи клетки с наброшенными на них платками, – как набросили их на ночь на прошлой неделе, так они и остались; а из бесчисленных окон был виден город – огромное животное, еще не осознавшее исторический понедельник, в который оно вступало, а за городом до самого горизонта тянулись пустынные кратеры, холмы шершавого, словно лунного, пепла на бесконечной равнине, где некогда волновалось море; а из запретной обители, куда недавно осмеливались войти лишь немногие, доносился запах гниения, запах падали, слышно было, как там астматически дышат грифы, и мы ступили туда и, ведомые ужасным запахом и направлением полета грифов, добрались до зала заседаний, где обнаружили все тех же коров, только дохлых, – их червивые туши, их округлые филейные части множились в громадных зеркалах зала; мы толкнули потайную боковую дверь, ведущую в его кабинет, и там увидели его самого в полевой форме без знаков различия, в сапогах; на левом сапоге блестела золотая шпора. Старше любого смертного на земле, более древний, чем любое доисторическое животное воды и суши, он лежал ничком, зарывшись лицом в ладони, как в подушку, – так, в этой позе, спал он всегда, все долгие ночи долгой жизни деспота-затворника; но когда мы перевернули его, чтобы увидеть лицо, то поняли, что опознать его невозможно, и не только потому, что лицо исклевали грифы; как узнаешь, он ли это, если никто из нас не видел его при жизни? И хотя профиль его отчеканен на любой монете с обеих сторон, изображен на почтовых марках, на этикетках слабительных средств, на бандажах и на шелковых ладанках, хотя его литографический портрет в золотом багете, изображающий его со знаменем и драконом на груди, был перед глазами у каждого в любой час и повсюду, мы знали, что это были копии с давних копий, которые считались неверными уже в год Кометы, когда наши родители узнавали от своих родителей, кто он такой и как выглядит, а те знали это от своих дедов; с малых лет мы привыкли верить, что он вечен и вечно здравствует в Доме Власти; мы знали, что кто-то в канун праздника видел, как вечером он зажигал в Доме Власти шары-светильники, слышали рассказы о том, как кто-то увидел его тоскливые глаза, его бледные губы в оконце президентской кареты, увидел его руку, просунутую из оконца поверх затканной серебром, словно церковная риза, шторки, – руку, задумчиво благословляющую пустынную улицу, мы знали, что он жив-здоров, от одного слепого бродяги, которого много лет назад схватили воскресным днем на улице, где этот бродяга за пять сентаво читал стихи позабытого поэта Рубена Дарио, – схватили, но вскоре выпустили счастливым, с монеткой из чистого золота в кармане, пожалованной ему в качестве гонорара за вечер поэзии, который был устроен только для самого; бродяга его, разумеется, не видел, ибо был слеп, но если бы даже он был зряч, то все равно не смог бы увидеть генерала, потому что со времен Желтой Лихорадки увидеть его не мог ни один смертный. И все-таки мы знали, что он – есть, знали, потому что земля вертелась, жизнь продолжалась, почта приходила, духовой оркестр муниципалитета до субботнего отбоя играл глупые вальсы под пыльными пальмами и грустными фонарями площади де Армас, и все новые старые музыканты приходили на смену умершим; даже в последние годы, когда из обиталища власти не доносились ни голоса людей, ни пение птиц, когда перестали отворяться окованные броней ворота, мы знали, что во дворце кто-то есть, потому что в окнах, выходящих в сторону бывшего моря, как в иллюминаторах корабля, светился свет, а если кто-нибудь осмеливался подойти поближе, то слышал за дворцовой крепостной стеной топот копыт и дыхание каких-то крупных животных; а однажды в январе мы увидели корову, которая любовалась закатом с президентского балкона; представьте себе, корова на главном балконе отечества! какое безобразие! ну не дерьмовая ли страна?!

ВОТ НЕ САМОЕ ДЛИННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ПО_НАСТОЯЩЕМУ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ! По крайней мере автор -Нобелевский лауреат, о махатма!

Юрий Николаевич Горбачев 2   21.09.2021 03:03     Заявить о нарушении
Ваше самолюбование не производит впечатление. Монолог слишком затянулся.

Ольга Марж   21.09.2021 14:34   Заявить о нарушении
Оля! Ну просто , как об стену горохом! ЭТО НАПИСАЛ ГАБРИЭЛЬ ГАРСИА МАРКЕС-признанный во всём мире литературный гений 20 столетия.Не я...Ну да ладно! Квадратное так квадратное, лишь бы было однообразное. Скука!

Юрий Николаевич Горбачев 2   21.09.2021 15:51   Заявить о нарушении
На это произведение написано 14 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.