В лучах солнца. О фильме Виталия Манского

    Посмотрела на днях фильм и решила о нём написать: хороший фильм тем и хорош, что режиссёр не давит на зрителя, даёт возможность подумать, и Манский - хороший режиссёр.

    Пространная цитата из Плахова:"Этот фильм целый год со времени своей европейской премьеры в Лейпциге вызывает волны полемики.

   Виталий Манский приехал на съемки в Пхеньян, сюжет и герои (отец, мать и восьмилетняя дочь) были утверждены корейскими товарищами. Документальное кино в тамошнем понимании предполагает тщательные репетиции под эгидой кураторов-спецслужбистов.

   По ходу их многое меняется: герой из журналиста превращается в инженера, план на фабрике выполняется на 150 процентов, в следующем дубле — уже на 200. Картина становится все более совершенной, близкой к идеалу, а отвечает ли она реальности — вопрос риторический. Так же как нельзя быть стопроцентно уверенным, что выступающие в фильме папа, мама и дочка — это действительно семья, а не подставленные статисты.

   Так или иначе, сюжет задан. Папа-инженер и мама-работница молокозавода добиваются все более ярких профессиональных достижений. Дочка, готовясь вступить в ряды пионеров, встречается с ветераном войны и готовится к всенародному празднику, который становится кульминацией фильма. Маленькие девочки, читая со сцены стихи о великих вождях, впадают в экстаз, а сидящие в зале взрослые дяди с каменными лицами внимают этому почти порнографическому зрелищу.

   Но режиссеру, обманув бдительность спецслужб, удалось также запечатлеть кое-что из репетиций и немножко — из подлинной жизни Пхеньяна за окном отеля: например, серая масса на улице, толкающая автобус, чтобы он тронулся с места. Съемки не были завершены даже наполовину, когда корейская сторона прервала работу над фильмом, так что он монтировался из того, что все же успели отснять и вывезти из страны.

   В адрес Манского посыпались обвинения в обмане, и не только со стороны корейцев. Негодующие инвективы звучат и из России: ведь обман может обернуться репрессиями, чуть ли не казнями для героев картины. "Стоит ли искусство слезинки ребенка?" — вопрошают моралисты. Они не слышат пошлости, звучащей в этом вопросе, подозреваю, от нее поморщился бы и Достоевский, доживи он до наших дней. Ведь, как правило, эти моралисты легко мирятся с чудовищными гнусностями, творящимися не только в Корее, но и гораздо ближе, у них на глазах.

   Дилемма "спасать или снимать" подстерегает каждого документалиста, и каждый решает ее в согласии со своей совестью и интуицией. В определенном смысле роль кинематографиста, попадающего на территорию тиранического антимира, можно сравнить с работой разведчика. Но стоит сменить оптику, систему приоритетов — и вот уже документалист обернется злокозненным вредителем, тогда и впрямь выйдет, что Манский — шпион германский...

   Фильм не дает никаких оснований полагать, что герои непременно пострадают. Они с блеском выполнили все порученное им кураторами, а девочка сорвалась только один раз, от напряжения бесконечных репетиций пустив слезинку (ту самую?). Другое дело, что маразм деспотической власти не имеет границ, и в любом случае ни о судьбе снимавшейся в фильме восьмилетней Ли Джин Ми, ни о ближайшем будущем миллионов ее соотечественников мы могли бы ничего и никогда не узнать. Однако случилось иначе, и это, если угодно, можно назвать хеппи-эндом фильма Манского. Как сообщила наша агентура, Джин Ми теперь самый известный ребенок в КНДР: ей поручили вручать цветы лидеру на закрытии съезда партии". Конец цитаты.

   Дочитав, вздохнула с облегчением. Действительно, хеппи-энд!

   У режиссёра, по его словам, была возможность выбрать героиню из нескольких девочек, и, сравнивая личико выбранной им девочки с лицами ровесниц, видишь, что выбрал он самое выразительное.

   В фильме есть длинные безмолвные крупные планы героини, когда в школьном автобусе февральским утром девочка едет в школу и смотрит за стекло, ничего особенного, но личико такое выразительное, глаза такие печальные, что ни к селу ни к городу вдруг вспоминаешь: "Как будто бы железом, обмокнутым в сурьму, тебя вели нарезом по сердцу моему".

   Поэт так сказал о дорогой ему женщине, на долю которой выпала тюрьма и сума, а тут всего лишь маленькая девочка из чужой далёкой страны.

   В финале фильма автор спросит у неё сам - единственный раз - о ёё сокровенном, и она скажет, что теперь, вступив в пионеры, она уже взрослая, сама отвечает за свою жизнь и должна сама думать о том, что она может сделать для дорогого вождя. И заплачет.

   Тут я с Плаховым не согласна, сколько бы не было репетиций, мне кажется - это не от напряжения, это она сама себе умилилась, мужчинам этого не понять.

    Маленькая тоненькая девочка, изящно танцующая и тянущая руку в пионерском салюте. Вообще не заметила в кадре ни одного не то что толстяка, но просто упитанного человека, то ли, действительно, национальная корейская кухня такая правильная, сбалансированная, то ли до сих пор, после массового голода в середине 90-х, едят через раз.

   Если не помнить об этом факте - недавнем масссовом голоде - то многого в фильме не поймёшь: почему они такие послушные и улыбаются по команде.

   И откуда берутся эти "кураторы", вездесущие шестёрки-шестерёнки власти, суетящиеся в кадре. 

   Я вступала в пионеры в 1973-м году. Голода не помню, ну разве что "перестроечный", но то был не столько "голод", сколько "диета", совсем голодать не приходилось.

   А Манский снимал в Корее зимой - весной 2014-го. Я почитала его интервью, говорит, что раньше думал, там всё на страхе держится, но когда пожил и поснимал там - убедился, что нет.

   Странно, что ему не пришла в голову эта мысль, о голоде и хроническом недоедании, одними лагерями всех так не построишь и всех туда не загонишь, а вот "диетой" многого можно добиться.

   "Красные кхмеры" - это тема отдельная, не буду сейчас об этом. "Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись!" - кроме как на русской земле.

   Читаю сейчас с сыном Повесть временных лет, откуда пошла есть русская земля, и склонна согласится с летописцем, что "по потопе разделил Ной землю между сыновьями и Хаму достался юг, Иафету - север и запад, а Симу - восток".

   Пишут, через севернокорейскую границу только на воздушных шариках можно переправить флешки - диски, в том числе с Библиями и прочей христианской литературой.  Интернета для народа там нет, христианской церкви как таковой нет, только немногие отдельные общины...

   Позабавило замечание Манского о том, что по пересечении российской границы, во Владивостоке, им просто эйфория  овладела от того, что свобода! Но ненадолго.

   Позабавило тем, что мне это чувство знакомо, в молодости я один семестр училась в режимном лётном училище, жила в казарме. А потом, бывало, в монастырях отпуск проводила, и вот вернёшься в город и какое-то время словно на крыльях летаешь от того, что никакого тебе подъёма в 6, правила и грядок с сенокосом.

   Причём после монастыря эйфория больше, чем после казармы, может, потому, что в монастыре мне физический труд тяжелей давался, чем за партой сидеть: ученье - свет, а неученье - чуть свет и на работу.

   Чем больше себя принуждаешь - тем больше потом эйфория осовобождения, кто испытывал - тот поймёт, а кто нет - тому ничего не объяснишь.

   Но я отвлеклась от фильма, думаю, посмотреть его стоит, Виталий Манский хороший снял фильм, как говорится: "Госпожа Бовари, ой, Джин Ми - это я".

   В Контакте в комментах к фильму выложили видео с Прохановым с "России 24", где он воспевает КНДР. Угу, угу. Бедный старик. 

   Про "обыкновенный фашизм". Есть у Манского этот отсыл, но, кажется, что в его фильме смешные эпизоды не нарочно сняты. Когда на школьной сцене увешанный до конца торса наградами ветеран закончившейся больше 60 лет назад войны рассказывает сонным детям о своих подвигах под руководством великого вождя, или, как-то очень смешно подпрыгивая, маршируют великовозрастные пионерские лидеры и военные, комический эффект возникает спонтанно. Но в итоге получился мой любимый жанр "трагикомическая мелодрама для семейного просмотра", а что документальная - так тем лучше.


Рецензии
Не то чтобы я опять хотел возвращаться к нашей дискуссии о сыновьях Ноевых, а вот никак не могу удержаться от цитаты из интереснейшей статьи "Япония тонет"
"Я, кстати, имел некоторый опыт общения с корейскими воцерковленными протестантами. Думаю, тоталитаризм так и выглядит. Они дома должны только спать и вне церкви – работать. Все остальное вместе. Их там грузят каждый день кучей вещей, не давая ни спуску, ни продыху. Странное это производит впечатление".
Я не спец в корейской истории и культуре, но сильно подозреваю, что корейский социализм не очень похож на советско-брежневский, только может быть внешне.
А вот красных кхмеров Вы не напрасно упомянули. Я бы еще в этот "библейский ряд" поставил геноцид в Руанде.


Евгений Ерусалимец   24.01.2017 21:23     Заявить о нарушении
Автор статьи о Японии - Ардавазд Гулиджанян.
Случайно набрел на Прозе.

Евгений Ерусалимец   24.01.2017 21:26   Заявить о нарушении
Я тоже подозреваю, Евгений, что за внешним сходством могут скрываться различия.

Но в то же время, вслед за Манским (я же не придумала это, а увидела в его фильме) не могу не видеть знакомых по собственной жизни реалий, то есть, точнее-то говоря, не реалий, а символов...

И вот тут скорее Вам карты в руки, чем мне, поскольку у Вас гораздо живописнее получаются описания подобных вещей, у меня не хватает словаря (или терпения) для того, чтобы составить из слов те же картины, которые разом схватывает камера.

Все эти обезличивающие восточные культы (секты) я на самом деле слабо себе представляю, как-то страшно мне сейчас во всё это вникать. Но зато я хорошо помню, что когда-то, уже после крещения, но до воцерковления, мне привлекательным представлялся буддизм, такой экологической религией: не наступи на мошку, никого не ешь...

Потом-то я почитала и Кураева раннего ("Оккультизм для интеллигенции"), и Воробьевского, и ещё кого-то, разобралась во всех этих рерихах с блаватскими, в том числе и в том, какую роль сыграли они в русской революции.

И думаю сейчас, что просто к тому времени, когда я вступала в пионеры, это оккультное заражение во многом преодолено было русской в советском обличье культурой, но неимоверной ценой и неимоверными жертвами: о чём, собственно, Вы в своём романе и написали.

Но не везде, обе заразы - и тоталитаризма, и либерализма - живы, никуда не делись. И для меня в данном случае просто не так важно, как они связаны с хамитами, важнее то, что перед нами классический пример: когда диавол предлагает тебе выбор - неважно, какую руку ты выберешь, правую или левую, в обоих - смерть.

А жизнь только в соборном единении верных со Христом - чему одинаково противостоят и либеральная самость и тоталитарное обезличивание...

Наталья Чернавская   24.01.2017 22:59   Заявить о нарушении
Ну да, мысль Ваша понятна, просто меня впечатлило внутреннее сходство северокорейского коммунизма и южнокорейского протестантизма.
Это как история об одном крестьянине, который попал на какую-то разборку, кажется, между большевиками и кадетами. Казалось бы, что между ними общего? А вот что -"Там евреи и тут евреи"( он, разумеется, немного по другому сказал)

Евгений Ерусалимец   24.01.2017 23:37   Заявить о нарушении
Я прочитала статью про Японию.

Посочувствовала автору. Все эти его эксперименты с шаманами и прочая "дань язычеству" - опасные игры, поскольку впечатление человека, утверждённого в православной вере, он на меня этим текстом не произвёл.

Не знаю, что там у язычников-японцев, на меня большое впечатление общение с нашими местными цыганами произвело несколько лет назад. Отношение к женщине как к вьючному животному, не говорю уж про самих животных - очень меня отрезвили, поначалу-то я ринулась помогать одной многодетной цыганке под впечатлением от русских (белорусских) непутёвых мамаш, в отличие от которых она по крайней мере не пила.

Но по мере общения всплыли другие особенности их жизни, то есть в целом картина была примерно такая же, как у этого автора: сначала некая очарованность экзотическими особенностями чужого быта, а потом - прозрение.

В этом отношении я, кажется (если верно Вас поняла), разделяю Вашу точку зрения на хамитов: христианской проповеди они поддаются плохо, поскольку даже при формальном принятии сохраняют свои ментальные особенности, и корейцы или японцы - всего лишь частный случай на фоне растущей громады Китая, о которой тот же Кураев уже лет 20 назад говорил, что нужно готовить миссионеров специально для Китая - ну и кто его тогда послушал...

Наталья Чернавская   25.01.2017 09:08   Заявить о нарушении
Ну да, я об этом. Хотя в свое время, например, копты и финикийцы (и те и другие, согласно Писанию -Хамиты)дали миру великих святых. А был еще великий Хамит -Царь Мелхиседек.
Я в свое время мечтал выучить или японский или китайский, завидовал тем, кто этими языками владел. А сейчас совсем не интересно - другая, чужая планнта

Евгений Ерусалимец   25.01.2017 10:34   Заявить о нарушении
В начале постсоветского времени у всех, наверное, был интерес к восточным культурам. Да и к западной тоже. Сужу по себе. Выписывалась куча толстых журналов, включая "Иностранную литературу", всё это прочитывалось и, слава Богу, отзывалось несварением желудка, то есть по мере погружения - нарастало отторжение и становилось тоскливо как-то, что и привело (меня) в родную гавань, в церковь.

Относительно же перспектив православной миссии - всё возможно Богу, но, по-человечески судя, времени для неё остаётся всё меньше, потому что пока не будет русского Царя - вряд ли что-то получится с миссией, а Царя и на горизонте не видать...

Наталья Чернавская   25.01.2017 10:54   Заявить о нарушении