Грачёв

Середина рабочего дня. Обеденный перерыв. На месторождении в столовой  - множество людей с подносами в руках  выстроилось в нетерпеливую очередь на раздачу первого и второго, и салатов, и булочек с пирожками, а ещё – и сока, и компота, и чая... Переминаются с ноги на ногу, предвкушают. Здесь вкусно готовят, все об этом знают. Да, и работа на свежем воздухе аппетиту способствует изрядно, честно скажу.
В самом хвосте очереди, чуть прислонясь к дверному косяку, скромно стоит человек с простым исконно русским лицом в опрятной  чёрной рабочей робе с жёлтой майкой , выглядывающей на груди из-за лацкана куртки. Вот ещё кто-то подошёл. Мужчина поздоровался и отступил, пропуская знакомого вперёд. А, может, и не знакомого. Похоже, что он тут со всеми здоровается. Или все – здороваются с ним? В чём дело?
Приглядываюсь: действительно, в очереди нет никого, кто бы с ним не поздоровался, хотя он вроде и не привлекает себе никакого внимания. Просто дожидается своей очереди на раздачу и всё. Двое рослых мужиков оживлённо громко беседуют возле него на рабочие темы. Он слушает и молчит, молчит и слушает, наконец, не выдерживает и вступает в разговор короткой, меткой, уточняющей  фразой, из которой становится ясно, что он - полностью в теме их  разговора, и – знает то, о чём говорит, далеко не понаслышке. Впрочем, заметно, что человек этот привык больше слушать и слышать других, чем говорить сам. Собеседники продолжают разговор, а он снова молчит, прислушиваясь и изредка кивая головой.
Очередь тем временем незаметно растаяла. Да и за столами народу поубавилось. Мужчина с подносом, уставленным посудой со снедью, трапезничает, вроде и не привлекая к себе никакого внимания, однако, здороваясь с каждым входящим в столовую... Кто же он?
6 ноября. Полярная зима. Воскресенье. Заснеженная заледенелая станция Фарафонтьевская. Пронизывающий морозный ветер. На железнодорожной платформе в транспортировочном положении лежит гигантское  тридцатишестиметровое металлическое сооружение - блок колонны деэтанизации, доставленный с завода-изготовителя по железной дороге сюда, в сердце Ямала. Конструкция требует чрезвычайно бережного обращения, любые деформации при эксплуатации могут привести к большим неприятностям. Необходимы точнейшие измерения и постоянные проверки прямолинейности колонны: в момент прибытия к месту назначения, затем после перегрузки с закреплением колонны на автомобильном транспорте, затем при транспортировке, и далее - по факту разгрузки на объекте строительства.
Выходной день. Возле колонны суетятся рабочие и специалисты. За всеми циклами погрузо-разгрузочных работ, невзирая ни на ветер, пробирающий до костей, ни на мороз,  внимательно следит тот самый скромный человек с истинно русским лицом, редко, но метко вмешиваясь в рабочие процессы чёткими руководящими указаниями. Взъерошенный, как воробей, усталый, но спокойный и внимательный. Здесь его знают все: это Александр Анатольевич Грачёв,  начальник управления добычи нефти, газа и газового конденсата АО «РОСПАН ИНТЕРНЕШНЛ»  - наша гордость.
С той поры, как основатель предприятия, первооткрыватель тюменской нефти человек-легенда Фарман Курбанович Салманов лично отобрал для работы в Роспане молодого выпускника-механика московского института нефти и газа имени И.М. Губкина, вся жизнь Александра Анатольевича связана с новоуренгойскими недрами. Родившийся в Нефтеюганске в семье нефтяника, Грачёв начал свой трудовой путь с должности слесаря, участвовал в запуске в эксплуатацию и Ново-Уренгойского, и Восточно-Уренгойского промыслов уже в качестве их начальника.Он - живое сердце нашего предприятия, он - наш талисман.


Рецензии