Судьба мудрее. Глава 16. Куда пойти учиться

      После окончания десятого класса вопрос о том, куда дальше пойти учиться, меня не беспокоил. Всё было заранее обдумано, взвешено и окончательно решено. Я желала стать педагогом и в новом качестве вернуться в любимую школу. Так не хотелось с ней расставаться! 
      Учителя поддержали благие намерения, дали мне целевое направление в пединститут и замечательную характеристику-рекомендацию. На льготных условиях предстояло сдавать всего два экзамена вместо четырёх. Здорово! Шансы на поступление увеличивались во много раз.   

      Выбор пал на химико-биологический факультет, в этой области я соображала отлично и надеялась на светлые пророчества Галины Николаевны: может, и правда наукой займусь. А не сложится, так без работы не останусь.
      В верности моих планов усомнилась только литератор Нина Александровна. Она недовольно вздыхала и считала, что лучше бы я связала жизнь с журналистикой. Однако таких специалистов в Хабаровске не готовили. Поездка в другой город требовала немалых материальных средств, их в нашей семье и без того не хватало. Приемлема была только педагогика.

      Документы в ВУЗ я подала в первые часы работы приёмной комиссии и, как примерная абитуриентка, тут же записалась на толковые подготовительные курсы. Вскоре обнаружилось, что делать там нечего. Уровень знаний у выпускников нашей школы был очень высоким. Я дожидалась экзаменов как праздника: непременно покажу, на что способна!

      За считанные дни до предполагаемого звёздного выхода декан факультета с неблагозвучной фамилией Дулин придумал собеседование. Не обязательное, просто полуделовой разговор для желающих учиться под его началом. Я радостно поспешила на встречу, совершенно не предчувствуя крутого разворота.
      В назначенный срок потопталась у оббитого порога, отгоняя внезапную робость, да и вошла в просторный кабинет с сияющей улыбкой. Даже о складки на тонкой ковровой дорожке не споткнулась!
      Присела скромно у краешка стола, подробно рассказала о былых успехах, по пунктам обосновала профессиональный выбор. Сама верила, что призвание нашла, и декана в том настоятельно убеждала. Он слушал меня внимательно, не перебивая, правда, смотрел больше в сторону.

      Я надеялась на участие и одобрение, но вдруг наткнулась на отчуждённо-хмурый взгляд и получила резкое предложение поступать на другой факультет. Физмат, например. Опешив, посмела вежливо возразить: "Так это совсем не моё!". А в ответ хладнокровно: "Какая разница, Вас всё равно примут, там недобор студентов каждый год".
      Меня будто кипятком ошпарило - вспотела, покраснела, в голове звон колокольный, дышать трудно, собственным ушам не верю, гадаю, чем не угодила. Оказывается, "заботливый" руководитель предвидел мои затруднения с летней полевой практикой. Без неё, мол, нельзя освоить биологию.
      Но не была я чересчур немощной. Конечно, ходила неэстетично, однако в посторонней помощи совсем не нуждалась. Стоило замаячить конкретному "надо", могла бы в лесу и в поле листочки, цветочки да грибочки собрать – невелик труд. Я ведь наравне со здоровыми детьми училась, и тут бы не оплошала.

      Только мои истинные возможности декан не рассматривал, блестящие знания и нескрываемые амбиции какой-то дэцэпэшницы его совершенно не касались. Спасибо, хоть заявил откровенно и своевременно: "На мой факультет не поступите! Даже не пытайтесь".
      Окончательный вердикт меня ошарашил. Я легко выяснила, что выездные занятия часто проводятся в местном дендрарии, удобно обустроенном в черте города. Исключения предусматривались для беременных женщин и студентов с ослабленным здоровьем. Но не для меня! Взрослый умный человек (педагог!) не желал видеть нездоровую абитуриентку, тем более учить.

      Казалось, вся жизнь рушится, инвалидность стала настоящим приговором, его не обжаловать! И смириться не получалось, мою душу раздирал дикий внутренний протест. Колючие эмоции заполонили сознание и словно шипы впились в тело.
      Разбитая горем, я долго бродила под дождём по тихим унылым дворам и придумывала, как смягчить для мамы непредвиденный удар. Она и так из-за меня настрадалась, не добавлять же боли. 
      Мысли и чувства совсем запутались, помрачнели. Под ноги я не смотрела, без конца оступалась, вздрагивала от резких автомобильных сигналов и собачьего лая. Редкие встречные прохожие торопливо отводили взгляды от моего заплаканного лица и, прикрываясь пёстрыми зонтами, молча шли мимо. Их чужая беда не волновала.

      Утро, как положено, было вечера мудренее, и я решила не поступать в педагогический институт. Варианты с другими факультетами не рассматривала. Злая обида пленила разум.
      Потеряв над собой контроль, я стала равнодушной и безучастной, рано засыпала, поздно просыпалась, что-то ела, пила, не ощущая вкуса. Дышала и двигалась по инерции, учебники забросила. Мечты и желания разом погибли. Где теперь счастье искать? 

      Опасаясь быть в тягость маме, через несколько дней я устроилась на работу. Вакансии не перебирала, согласилась на первую попавшуюся должность няни в ближайшем Доме ребёнка.
      Разная уборка меня не слишком затрудняла, а несложный уход за маленькими детьми с непривычки стал большой нагрузкой. Я настроилась её выдержать, скопить деньги и через год уехать из родного города. Во Владивостоке, расположенном не за тридевять земель, можно было получить специальность журналиста. Но это потом, в ближайших планах - труд и снова труд.

      Хлопотные обязанности помощника воспитателя забирали силы, время и отвлекали меня от дурных мыслей. С утра до вечера я приглядывала за брошенными малышами, ласковыми и отзывчивыми на доброту и внимание. Кормила их, умывала, переодевала, укладывала спать, поочерёдно обняв каждого.
      В минуты затишья мыла горшки, пол и посуду. В общем, всюду была нужной. Трудилась по десять часов в сутки до нудных болей в спине и ломоты в мышцах. На усталость не жаловалась, терпела. К распорядку дня в детской обители привыкла быстро, с ребятишкам и сотрудниками ладила. Коллеги знали о моей неудаче, сочувствовали, ободряли.
      Мама понимала, что физическая занятость - лучшее лекарство от хандры, но работу на износ не одобряла. Она хотела, чтобы я подумала о мединституте, пока срок подачи документов не истёк. Ещё бы, самый престижный ВУЗ нашего города! Мечта любого здравомыслящего родителя.

      В те времена профессия врача пользовалась спросом и была в большом почёте, её выбирала третья часть выпускников школ. Абитуриенты сдавали экзамены по четырём предметам: письменно - литературу, устно - физику, химию и биологию.
      К сожалению, магическая сила целевого направления в педагогику на медицинскую отрасль не распространялась. В случайный успех верилось слабо, однако попытка - не пытка, можно было рискнуть. Зря, что ли, я хорошо училась десять лет? 
   
      Одноклассница Жанна не совсем тактично обрадовалась моему отрыву от вожделенного учительства и уговорила вместе осваивать врачевание. Она год ходила на подготовительные курсы, читала медицинские книжки, обещала, что учиться будет необычайно интересно.
      В общем, в угоду маме и подруге я понесла заявление о поступлении в другую приёмную комиссию. В последний день и час её работы секретарь торопливо принял документы, а мою хромоту оставил без внимания. 
      

      Фото из Сети Интернет. Хабаровский Пединститут.
      Продолжение следует - http://www.proza.ru/2017/01/16/261


Рецензии
Здравствуйте, Марина.
В каждой избушке свои игрушки. Нешуточные страсти бушуют в юной душе.
Сколько приходиться преодолевать препятствий. Многие оо этом даже не подозревают.
Но я в медицину не гожусь. Я боюсь крови.
Успехов.

Андрей Жунин   14.06.2021 00:41     Заявить о нарушении
Приветствую Вас, Андрей!
Спасибо, что заглядываете в мою "избушку". )
С теплом,

Марина Клименченко   14.06.2021 05:58   Заявить о нарушении
На это произведение написано 80 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.