Огонь у стоиков

Завоевания Александра Македонского сильно изменили античный мир. Полисное начало греческой цивилизации ослабело, уступив главенство централизованной власти. Греки, всегда склонные к путешествиям и колонизации, массово мигрировали в побежденные азиатские страны, формируя местную элиту. Античная классика стала культурным эталоном в огромном регионе «ойкумены». Сосуществование греческого язычества с местными религиозными культами и их частичная гибридизация способствовали развитию религиозной индифферентности и своеобразного космополитизма среди культурной элиты. Возникла потребность в новой практической философии, сочетавшей классическое происхождение, рациональную основу и жизненную мудрость. Этой новой философией и стал стоицизм. Появившись в начале III века до н. э., он доминировал около 500 лет, уступив место неоплатонизму. Учение стоиков хорошо прижилось в Риме, вдохновляя твердость духа и жизненную стойкость строителей империи. Впоследствии, элементы стоицизма органично влились в христианство, обогатив его этическое учение.

Хотя масштабы влияния школы стоиков хорошо известны, их натурфилософия не всегда получала должную оценку. В европейской культуре, начиная со Средних Веков, доминировало наследие Платона и Аристотеля. Стоицизм же был независимым ответвлением сократической школы. Он не продолжал платоно-аристотелевское направление с его дуализмом идеального и материального, а дал новую жизнь древнему гилозоизму.  Стоическая физика, построенная на понятии одушевленного динамического континуума, противостояла и эпикурейскому атомизму, отличаясь от него столь же резко, как «стоическое» отношение к жизни от «эпикурейства». Однако, лавры осуществленного пророчества достались победившему атомизму.  В глазах современных историков философии, стоицизм оказался на втором плане.

Между тем, на почве стоической системы расцвел целый букет новых понятий, предвосхитивших фундаментальные концепции науки Нового Времени. Важнейшие из них: сплошная среда, силы, силовые поля, и смешение. Современная молекулярно-кинетическая теория в действительности построена на синтезе атомистических и стоических идей, так как существенно использует силы межмолекулярного притяжения, полностью отсутствовавшие в античном атомизме. Именно стоики впервые четко разделили материю на активное и пассивное начало, т.е. на силы и тела. При этом основным активным элементом мироздания, генератором сил и процессов был, по древней традиции, огонь. Стоики не только постулировали творческую миссию огня, но и предложили детально разработанную схему её реализации.

ВНАЧАЛЕ  БЫЛА  ПНЕВМА

Стоики утверждали, что все реальное – телесно. На этом основании их учение называют материалистическим. Однако, оно имело мало общего с современным материализмом, в котором духовное само по себе нематериально, но определяется материальным. Античный материализм рассматривал духовное как разновидность материального. Платоновский дуализм материального и духовного тем самым сохранялся в сглаженной форме, как противопоставление двух видов материи. При этом духовная разновидность материи могла так же точно играть определяющую роль. Телесность первичного духовно-материального принципа лишь подчеркивала  и усиливала его реальность и главенство. Именно такой подход использовали стоики. Все, что мы называем идеальным, включая качества, формы, законы  природы и даже этические принципы они считали как бы закодированным  в некоей материальной матрице, которая называлась пневмой. Пневма пронизывала как живые существа, так и неживые предметы, определяя их структуру и свойства.

Пневма представлялась тонкой материей, образованной из воздуха и огня. Конечно, речь шла не о горении, а об элементе огонь – носителе тепла. Пневма была подобна теплому дыханию, но её роль была намного сложнее и многограннее простого согревания. Она была носителем информации о свойствах предметов и также силовым полем, формирующим эти предметы из пассивной материи в соответствии с содержащейся в пневме информацией. Если платоновский демиург однократно формировал предметы на основе идеальных форм и больше ими не занимался, то у стоиков сформировавшая предмет пневма продолжала в нем присутствовать, скрепляя физическую связность, стабильность свойств и индивидуальность вещи. Для живых организмов пневма была душой (psyche). Для неживых предметов она была тоже чем-то вроде души, но в обедненном виде, как набор свойств и качеств. Без пневмы не было ни жизни ни вообще предметности: организмы умирали, растения сохли, а вещи крошились и распадались, превращаясь в труху.

Учение о пневме нуждалось в теории смешения. Смеси у стоиков были трех видов: (1) механические, как бобы с горохом или песок с камнями; (2) смеси-растворы, как вино, разведенное водой, или кофе с молоком (3) смеси-соединения, что-то вроде наших химических соединений. Все эти типы смесей участвуют в функционировании пневмы. Второй тип смесей описывал проникновение пневмы в другие тела. Подобно тому как даже капля вина в бочке с водой сообщает толику вина любой частице воды, также и пневма незаметно «растворялась» в предметах, проникая, пусть по-малу, во все их кусочки и закоулки. Сама же тонкая материя пневмы была смесью третьего типа, т.е. результатом соединения огня и воздуха.

Каким образом пневма могла содержать все многообразие живой и неживой природы? Для решения этой проблемы постулировали множественность разновидностей пневмы, отличавшихся пропорцией огня и воздуха и, возможно, способом их соединения [1]. Если Вас удивляет как всего из двух элементов получалось такое разнообразие видов пневмы, подумайте о мире живых организмов, построенных на основе лишь двух элементов: углерода и водорода. Ведь даже чистые углеводороды впечатляют разнообразием свойств. Каждая разновидность пневмы отвечала за определенный аспект или свойство предмета (например, цвет). Таким образом, суммарная пневма индивидуальных предметов и живых существ складывалась из множества разновидностей пневмы и была по характеру близка к смесям первого типа (так как сохранялась индивидуальность компонент).

Пневма действовала на материю прямо и без посредников. Поэтому её необходимо было мыслить динамической средой, способной на движение и силовое воздействие. Пневма представлялась эластичной, напряженной, как бы натянутой. Движения пневмы уподобляли волнам на воде: пневма как целое покоилась, но её частицы совершали колебательные и волнообразные движения. Интенсивность колебаний пневмы и сила её натяжения были связаны с интенсивностью проявления тех качеств, за которые отвечал данный вид пневмы – каждая разновидность пневмы имела свой тип движения (как мы могли бы сказать сейчас – свой спектр собственных частот) [2].

Пневма исполняла все функции души, включая восприятие ощущений. Она понималась как напряженная материя, и её упругими волнами объясняли все процессы восприятия, включая даже зрение.  В ней имелся управляющий центр, который обычно отождествляли с сердцем. Пневма функционировала наподобие нервной системы, передавая возбуждения от периферийных органов чувств в центр. Для объяснения механизма передачи информации через пневму, её сравнивали с паутиной. Сердце уподобляли пауку, занявшему позицию в центре своей сети. Судороги попавшей в паутину мухи передавались пауку через натянутые нити паутины. Подобные биологические аналогии были популярны. Так как весь космос считался одушевленным, античные ученые стремились объяснить неживой мир по аналогии с живым.

КОСМОГОНИЯ ПНЕВМЫ И ОГОНЬ-ТВОРЕЦ

Жизненный цикл пневмы определял повторяющиеся циклы творения-разрушения космоса. Все  начиналось с чисто огненной «набухшей» пневмы, содержавшей в потенциале все последующее развитие мироздания. В этой фазе миротворения божественный разум был идентичен бытию, и пневма была максимально напряженной, как бы заряженной. Стремясь ослабить напряжение, она высвобождала элементы материи: сперва огонь, а затем и воздух, часть которых конденсировалась в воду и землю. Четыре элемента делились на пассивные (вода и земля) и активные (огонь и воздух). Именно вода и земля были той пассивной материей, из которой формировались вещества и предметы. С течением времени, напряжение пневмы опять возрастало, она вбирала в себя материальное, и мир сгорал, возвращаясь в исходное состояние, но лишь для того, чтобы начать новый цикл.

В физике стоиков огонь и воздух должны были существовать в двух видах: как отдельные элементы и в составе пневмы. В самом деле, пламя костра и ветер в  парусах корабля не были, очевидно, частью неощутимой пневмы. Вся  пневма космоса представлялась единой душой, сердце которой размещалось не в центре, а на периферии, в эфирных небесах, отделяющих космос от пустоты. Космогонические взгляды разных авторов могли различаться в деталях, но главный принцип непрерывности, единства и связности космоса был принципиально важен для всех стоиков. Эта связность и обеспечивалась пневмой. Характерно, что стоики не признавали реальности границ предметов и считали их иллюзией, т.е. проповедовали своеобразное материалистическое всеединство.

Пневма была настолько уникальна по своим свойствам, что была фактически пятым элементом. Когда мы читаем, что пневма состояла из воздуха и огня, нам хочется представить себе процесс, в котором первоначально присутствуют сами чистые элементы, а потом их часть соединяется в пневму. Но у стоиков первичным элементом была сама пневма, а элементы выделялись из нее таким образом, что в реальном мире пневма присутствовала в виде тонкой материи, проявлявшей огненный и воздушный аспекты. Точное соотношение между природным огнем-элементом и пневматическим огнем-творцом неочевидно и вряд ли было детально артикулировано. Формулировка физической доктрины происходила в начальный период стоицизма, от которого остались лишь фрагменты текстов и поздние комментарии. Так что существующие в настоящее время описания стоической физики, хоть и основываются на достоверных сведениях, но с неизбежностью включают в себя элементы реконструкции.

Лучше всего сохранились тексты поздних римских стоиков, которые уделяли главное внимание практическим аспектам учения. Физика интересовала их лишь в той мере, в какой она способствовала целостности учения и подводила фундамент под этику. Стоическая этика ставила во главу угла разум: идеалы праведности и мудрости совпадали. Мудрец должен был изучать природу вещей и находить образ действий, отвечающий этой природе, то есть угадывать божественный замысел, единый для космоса и человека, и признавать суверенитет Провидения над человеческой волей [3].

Бог стоиков был философским концептом и не принадлежал сфере религии в современном смысле. Всепроникающая душа-пневма была одним из его проявлений или даже им самим. Такому пантеистическому Богу не приносились жертвы и не возносились молебны. Он был душой космоса и проникал всюду, в том числе и в человеческую душу, в которой разум был наиболее божественным качеством. При этом стоики не возражали против культа языческих богов, которых они считали просто более совершенным и могущественным видом людей. Будучи творением поэтов, олимпийские боги не отвечали за устройство мира и не лезли в философию.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Учение стоиков формировалось на базе классических систем, которые в эллинистический период уже начали восприниматься именно как классика, т.е. как затвердевшие концепции, готовые для заимствования и цитирования. Стоикам удалось построить достаточно целостную систему, включающую разнородные компоненты этой классики, пусть и не всегда хорошо «притертые» друг к другу. Они должны были интегрировать систему четырех элементов, которая стала общим местом со времени Эмпедокла. Но они не могли пройти мимо платоно-аристотелевского дуализма материального и идеального, который превратился у них в дуализм активных (огонь и воздух) и пассивных (вода и земля) элементов. В их учении легко  различить влияние пифагорейцев и Анаксимена. В их трактовке огня очевидно влияние Гераклита с его богоравным творящим огнем-логосом. Однако у стоиков огонь действовал не как могучая своенравная стихия, а был встроен в фундамент их системы как подходящий поставщик материала пневмы. Основным инструментом творения были напряжения и колебания пневмы, а огонь лишь исполнял свою привычную работу наиболее активного материального агента.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Гален излагал учение стоиков так: «Пневма – это разновидность материи, похожая на душу. Конкретные качества этой материи определяются соотношением долей воздуха и огня при их смешении» (цит. по Sambursky, p. 10).
2. Хрисипп писал: «Материя, сама по себе инертная, есть субстрат для свойств, которые являются разновидностями пневмы  (pneumata) и воздушными  напряжениями, сообщающими определенную форму тем частям материи, в которых они находятся» (цит. по Sambursky, p. 8-9).
3. Единство космоса и человека было настолько важно для стоиков, что они безоговорочно признавали астрологию. Важным аргументом в пользу астрологии была связь фаз Луны с морскими приливами. В самом деле, если Луна способна двигать огромные массы воды, то совсем неудивительно влияние планет на человеческие дела, в которых достаточно гораздо более слабого воздействия.

ЛИТЕРАТУРА

1. Sambursky, S. Physics of the stoics. Princeton Univ. Press, 1959
2. Hicks, Robert Drew. "Stoics". Encyclop;dia Britannica, v. 25, 11th ed. Cambridge University Press, 1911, pp. 942–951
3. White, M. J. Stoic natural philosophy. In “The Cambridge companion to the stoics”, ed. B. Inwood, Cambridge Univ. Press, 2003, p. 124-152.
4. The stoics reader: selected writings and testimonia. Ed. B. Inwood, L. P. Gerson, Hackett Pub, 2008
5. Sellars, J. Stoicism. Univ. of California Press, 2006 (первое издание в 1971 г.)


Рецензии