Среди людей. Глава 4. Ликбез

      Взрослая идея ликвидации моей безграмотности оказалась своевременной и увлекательной. Затянувшемуся детскому безделью враз пришёл конец.
      К очередной встрече с Александром Михайловичем я приготовилась основательно: прибыла в условленное место с чистой, правда, немного помятой тетрадкой, ещё принесла альбом для рисования, цветные карандаши и облезлый ластик. Всё, подходящее для уроков, нашла дома.
      
      Удобно устроившись на коленях старшего друга, я внимала каждому сказанному слову. Догадывалась, конечно, что букв на свете много, но раньше их количеством и разнообразием не интересовалась. Когда все они предстали перед моим взором, я запуталась и смутилась: вдруг что-нибудь не усвою или позабуду. 
      Александр Михайлович уловил замешательство и настойчиво повторял, что именно эти буковки, большие и маленькие, красивые и не очень, однажды сделают меня умной. Я верила ему и усердно склонялась над печатным текстом, чтобы лучше разглядеть непонятные значки. Даже трогала их осторожно.
 
      Соответствующих учебников у нас не было, для азов образования сгодились толстые книги из библиотеки, а также газеты и журналы, попавшие под руку. Мы аккуратно раскладывали их на высоких ступенях больничного крыльца, и ветер, словно невидимый ревизор, забавно шелестел потёртыми страницами.
      Я отбирала у воздушного озорника то один, то другой экземпляр периодики и в цепочках слов, отражающих весь алфавит, отыскивала одинаковые буквы. В многочисленных строчках прессы они встречались сотни раз. Ещё не ведая, что повторение – мать учения, я с удовольствием их запоминала и собирала в невидимые закрома разума. Чем больше – тем лучше!
      А в заключение вырисовывала уже знакомые контуры на бумаге. С третьего или четвёртого раза мои буковки обретали отчётливое сходство с книжным вариантом. Иногда получалось так красиво, что самой нравилось! Александру Михайловичу тоже.

      Игровой азарт да желание поумнеть мощно стимулировали уличное обучение. Я всё время ждала продолжения «АБВГДейки», настроившись на самую главную волну познания.
      Вскоре незнакомых буковок не осталось, гласные и согласные перестали быть тайной. Я прислушивалась к их звучанию и составляла простые слоги и слова. Первым прочитанным стало не "ма-ма" из Букваря, а "о–го–нёк". Так назывался популярный журнал страны Советов,  – любимое учебное пособие. 

      Я делала успехи, и Александр Михайлович, заметив способности и характер своей ученицы, не скупился на похвалу. Как-то раз он встретился с мамой и долго рассказывал ей про мою светлую голову, хорошее образование и жизненные перспективы. Только родители должны уделять ребёнку больше внимания.
      К сожалению, замечательный совет был невыполнимым. Папа к нам уже не приходил, ни игрушек, ни книжек не покупал. Мама много работала, буковки мне не показывала, едва успевала сказку на ночь глядя почитать. Чаще всего на самом интересном месте повествования засыпала не я, а она.

      В общем, уличным занятиям альтернативы не нашлось. Чужой дядя, поделившийся теплом души, становился мне всё ближе и роднее. Я желала его видеть, слышать и радовать, мысленно готовилась к нашим урокам и без конца на стрелочки часов поглядывала: скорее бы свои умения показать! Ох, как нравились мне эти демонстрации! Не могла я опоздать.
      Мы с Александром Михайловичем встречались в тенистом сквере после сончаса, чтоб не нарушать больничный режим. Он удивлялся моей послушности, сообразительности и привычно выуживал из карманов сладости в блестящих обёртках.
      Я замирала от гордости, жмурилась от удовольствия и ласковых лучей вечернего солнца. Вкус успеха был неповторимым, но похожим на шоколадный. А первые "могу" и "знаю" не шли ни в какое сравнение даже с самыми дорогими конфетами.

      Осилив пару десятков цифр сверх алфавита, я получила великолепный подарок - самодельные качели. Точно такие, о которых давно мечтала!
      Александр Михайлович привязал к толстым яблоневым ветвям две крепкие верёвки и на нужной высоте прицепил к ним отполированную дощечку. Мне было удобно усаживаться не неё без посторонней помощи, и ноги по земле не шоркали. Восхищенная беспредельно, я взлетала вверх и проваливалась вниз – аж дух захватывало. Ветер шумел в ушах, трепал волосы и подол платья, а сердце ускоренно выбивало мелодию счастья.


      Фото из сети Интернет.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/03/28/292


Рецензии
Доброе утро!
Я в детстве бегала к соседней старушке, бабушке Фросе. Очень ее любила. Она была баптисткой, но никогда не навязывала мне своей веры., а книжек всяких религиозных у нее много было. Светлый был человек, добрый.
Спасибо Вам за то, что поделились частичкой своей души.
С уважением, Марина.

Марина Ермолова-Буйленко   22.04.2021 09:11     Заявить о нарушении
Тепло приветствую Вас, Марина!
Рассказ про бабушку Фросю написать не думаете?
С взаимным уважением и благими пожеланиями,

Марина Клименченко   22.04.2021 14:49   Заявить о нарушении
На это произведение написано 110 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.