Среди людей. Глава 8. Книжные герои

      Мои дальнейшие школьные годы были удачными. С одноклассниками отношения сложились неплохие, наша физическая разница ни меня, ни их не напрягала.
      Я лидировала в учебных делах, но после уроков всякие экскурсии, походы, демонстрации, спортивные и самодеятельные конкурсы проходили без меня.
      Роль безучастного зрителя угнетала, и я тщательно пряталась за стеной показного безразличия. С одной стороны, привыкала быть «за бортом», с другой – не желала с этим мириться и много размышляла о своих «не могу».

      То, что для ровесников являлось простым, меня затрудняло. Наши взгляды на мир часто разнились. Я пыталась использовать сохранившиеся физические возможности, а одноклассники всячески избегали лишних усилий.
      Девчонки рьяно приближали взрослость - пробовали курить, пить пиво, грубо выражались. После занятий одевались вызывающе, неумело накладывали пятнистый макияж и строили глазки старшим мальчикам.
      Нехитрые приёмы привлечения мужского внимания срабатывали, то и дело завязывались школьные и внешкольные романы. Такую «романтику» я не воспринимала, тянулась больше к дневнику, чем к реальным людям.

      Жизнь без конца обостряла мои внутренние противоречия. Собаками, цветочками и букашками досуг уже не заполнялся. Душа просила дополнительной подпитки. Учебники не давали однозначных ответов на вопросы о предназначении человека, об ошибках, грехах, чести, совести, долге. Надо было самой думать, наблюдать, делать выводы. Но как удостовериться в истинности заключений?   
      Не имея взрослых друзей, я искала поддержки у настоящих и вымышленных книжных героев. Их правильная жизнь воспринималась как параллельная реальность: вроде мы рядом, а не соприкасаемся.
 
      В четырнадцать лет я с удивлением обнаружила, что интересные рассказы можно слагать и об инвалидах. Повесть Альберта Лиханова «Солнечное затмение» была написана столь убедительно, что непридуманная колясочница Лена сразу стала мне родной. Я вглядывалась в своё литературное отражение и забывала про одиночество.
      Нас, ровесниц, объединяли схожие мысли, мечты, сновидения и даже умные фразы из записных книжек. Мы обе, не по годам рассудительные, непросто свыкались с ущербностью тел: сторонились сцен и зеркал, избегали невольной демонстрации телесных изъянов, умели терпеть, запрещали себе тоску, отчаяние и слёзы. Считали, что жить хорошо, даже если у тебя нет ног.
      Я вместе с Леной категорично отвергала собственную слабость, боролась за каждый полноценно прожитый день, остро воспринимала свои и чужие страдания. Из возвышенно-тревожных чувств разрасталось светлое желание быть кому-нибудь полезной.
 
      Лена училась в интернате среди подобных мальчиков и девочек, а в моём окружении так и не нашлось особенного ребёнка. Я нуждалась в настоящем равноправии, стремилась к жизни, в которой костыли и коляски не играют роли. Полагала, что всем больным людям присущи доброта и сердечность.
      Героиню полюбившейся повести поддерживал мудрый папа. Он постоянно внушал неходячей дочке: не быть – гораздо проще, чем быть. Со мной родители на такие важные темы вообще не разговаривали, поэтому я безоговорочно верила чужому отцу, считающему беды солнечными затмениями, а жизнь - солнцем.

      Первая любовь растревожила и согрела душу Лены, искорки её светлого чувства и меня обожгли. Но я страшилась колючек неравенства, и на деле избегала знакомства с хорошим пареньком, который мне очень нравился.   
      Саша был на два года старше и казался почти взрослым. Значит, умным. Я хотела убедить его и себя, что внутренний мир людей не зависит от увечий. Он, скрытый за кулисами внешности, может быть прекрасно-многогранным, добрым, ярким. Не зная, как начать заветный разговор, я молчала, молчала, молчала.
      Саша симпатий ко мне не проявлял, сносно учился, в общественной жизни школы не участвовал, однако всерьёз занимался велоспортом. На каждой перемене, украдкой поглядывая в его сторону, я грустила о том, что никаким образом не могу оказаться поблизости. 

      Звонок на урок возвращал к учебникам и книжкам, ответов на мои «почему?» в них не было. Зато появились примеры потрясающей стойкости - Павел Корчагин и Алексей Маресьев. Я поражалась воле и мужеству этих людей, но судьбы наши даже мысленно не связывала. 
      У Павки за плечами были бои, победы, революция, как великая цель. У Маресьева – самолёты, война, возвращение в строй. Болезнь накрыла их взрослыми, не затронув детство и юность. Они познали счастье полноценной жизни, а мне не на что было оглянуться, опереться. 
      Я упорно искала реального друга, имеющего физический недостаток. Обыкновенного, без громкого имени, просто хорошего человека, обязательно сильного, чтоб тянуться к нему и за ним.
      
      Рассказ Владимира Амлинского о жизни Эрнста Шаталова пришёлся кстати, он буквально «перепахал» подростковое сознание. Я оказалась в исковерканном, но отнюдь не бессмысленном мире главного героя.
      В силу своих лет не оценила глубину произведения, однако главную установку усвоила крепко: «Пока у тебя есть голова и сердце, ты обязан существовать не как раб немощи, а как личность».

      Своеобразность счастья Эрнста удалось принять спустя много лет. До сути книги надо было дорасти: «Бедные здоровые люди, они не понимают, что весь покой и здоровье их условны, что одно мгновение, одна беда – и всё перевернулось, и они сами уже вынуждены ждать помощи и просить о сострадании».
      Вывод я сделала верный - застраховаться от инвалидности нельзя, но жить с ней можно! На этой оптимистичной ноте книжные знакомства с товарищами по несчастью закончились. Заботливая судьба повела меня на следующий этап взросления.


      Фото из сети Интернет.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/04/01/391


Рецензии
Доброе утро!
Я тоже инвалид с детства и мне близки Ваши мысли. Закончила университет, работала с 16 лет, старалась быть полноценным человеком во всех смыслах. Физическое здоровье - это просто бонус. И многие его п.......т, спиваясь или становясь наркоманами.
Спасибо Вам за творчество!
С уважением, Марина.

Марина Ермолова-Буйленко   04.05.2021 09:49     Заявить о нарушении
Не ожидала такого совпадения. Весомая предпосылка для духовной близости.
Вам теплый привет, тезка!
С уважением и сердечным теплом,

Марина Клименченко   04.05.2021 12:39   Заявить о нарушении
На это произведение написано 98 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.