Среди людей. Глава 9. Нина

      Будто услышав сокровенное желание, судьба устроила мне встречу не с книжной героиней, а с настоящей особенной девочкой. Только она не была старше и сильнее, как мечталось. Идти следовало не за ней, а к ней.
      Я приглядела малышку на праздничной школьной линейке. Для меня звонок, извещающий о старте очередного учебного года, тренькал уже седьмой раз, а для неё надрывался впервые. Новоиспечённая школьница заметно волновалась и с опаской топталась в стороне от взбудораженных одноклассников. Увесистый портфель был явной помехой, да и огромный букет разномастных цветов её тяготил. Родственников поблизости я не разглядела. Удивилась тому, заподозрила неладное, но нужды в срочной помощи не заметила.
 
      Девчушка была невысокой, крепенькой, очень симпатичной, тожественно-нарядной и … хромой. Одна ножка показалась мне совершенно здоровой, а другая не сгибалась в колене и приволакивалась, сносно подражая правильным движениям. Скорее всего, была деревянной. Наш сосед дядя Саша так ходил на поскрипывающем протезе. Но довольно бойко, сразу не догадаешься, в чём проблема. Видимо, и первоклашка осталась без ноги. Мало ли, что могло случиться. Беды ведь не спрашивают, к старым иль к малым идти.
      Подробности чужого несчастья меня не сильно интересовали. Главное, в школе появился ещё один ребёнок-инвалид! Я с любопытством наблюдала, сколь похоже девочка спотыкается о знакомые мне препятствия, боязливо прижимается к стеночкам, избегает тесных компаний. Двигается неловко, настороженно - всё вокруг пока чуждо, но привлекательно. В глазах-то искорки озорства пляшут!

      Ожидая начала уроков, мы часто и вроде бы не нарочно оказывались рядом в тихом уголке у окна. До реального "вместе" оставалось полшага, моя душа уже томилась в светлом предчувствии и подсказывала нужные ходы и слова. Вот бы повторить конфетные трюки Александра Михайловича! Детки любят сладости и всякие представления.
      Полночи я смотрела на звёзды и размышляла о том, что большая дружба вполне может начаться с приятных мелочей. А поутру, набрав горсть крохотных квадратиков шоколада, отправилась в школу в чудесном настроении. 
      Фокусник из меня не вышел, но на большой перемене я отыскала милашку. Она стояла на сквозняке и откровенно скучала. При моём появлении встрепенулась, чуток засуетилась, ресничками наивно захлопала. Я радостно помахала рукой, улыбнулась:
      - Привет!
      - Здрасьте.
      - Не холодно?
      - Нет, нормально. Ветер тёплый!
      - Тогда и я здесь постою. У меня есть вкусные шоколадки. Хочу с тобой поделиться. Будешь?
      - Да.
      - Держи!

      В горячие ладошки едва уместилось всё, что я прихватила из дома. Карие глазки блеснули восторгом, до звонка мы едва успели растолкать угощение по кармашкам. Встретились снова немного позже. Познакомились. Девочку звали Ниной, она оказалась в меру стеснительной и очень разговорчивой. Почувствовав моё сердечное расположение, рассказала, что в школу ходит одна, потому что мама заболела, а бабушка нянчит младшего братика, который всё время плачет. Упомянула ещё каких-то родственников, подруг, соседей. Я даже запуталась, кто есть кто.
      Нина сочла меня взрослой и вежливо обращалась на "вы". Старшеклассники для "первачков" - чуть ли не дяди и тёти! Однако немалая разница в возрасте не помешала завязаться нашим отношениям. Они быстро укрепились общими проблемами, которые возникли буквально на пороге школы. Три высокие ступеньки крыльца имели острые углы и скользкую поверхность. А вот перил возле них не было. Здоровым людям в головы не приходило, что кому-то они нужны. 

      Мы с Ниной приспосабливались к неудобствам, как могли. Я приходила пораньше, относила в класс свой портфель, а потом встречала подружку и забирала её поклажу. Налегке девочка двигалась гораздо проворнее, но лестницу на второй этаж, состоящую из пары внушительных пролётов, не любила так же, как я.
      По утрам вдоль спасительных поручней выстраивались бдительные учителя и помощники из дежурного класса. Те и другие зорко следили за внешним видом учащихся, нечёсаных и неопрятных до занятий не допускали. Со стороны стены надзирателей тоже хватало. В результате школьники смиренно поднимались по узкому промежутку дурацкого строя по одному, руки - по швам. Нам, инвалидам, придержаться было совсем не за что! Не любила я школьное утро. Правда, за много лет более-менее приноровилась к "восхождению", а Нина с непривычки мучилась.
      
      Слабенькая поддержка в виде протянутой руки сгладила бы наши трудности, только глупые или бездушные взрослые о том не догадывались. Мы научились подниматься по лестнице, уцепившись друг за дружку. Учителя и ученики шагов навстречу не делали, но невольно расступались. И на том спасибо! По расширенному проёму между шеренгами идти было легче. 
      Своих физических недостатков мы с Ниной не стеснялись. Если мой учебный день не затягивался, успевали немножко поболтать. Маленькая подружка была неглупой, весёлой, училась хорошо, мелкие обиды в трагедии не превращала, на домашние неурядицы не жаловалась. Но опеки ей явно не хватало.

      В неблагополучной семье в разной мере выпивали все – от приветливой бабушки, для которой состояние "навеселе" стало вполне естественным, до отчима-алкоголика, периодически впадающего в режим полнейшего "нестояния". Нина терпеть не могла этого туповатого мужика, называла его исключительно Сусликом, метко подметив внешнее сходство.
      Мать дочку в обиду не давала, однако сама больше занималась вторым ребёнком. Довольно молодая женщина выглядела измученно, была худой, бледной, молчаливой. Пьяной я её не видела. Трёхлетний Артёмка в детский сад не ходил, должного внимания родителей не получал. Едва приметив Нину, он что-то радостно лопотал, доверчиво тянул к ней ручонки и ждал гостинца. Счастье представлялось пацанчику то конфеткой, то машинкой, то самолётиком или паровозиком.
      Я экономила деньги, урезая свои обеды, и покупала дешёвые игрушки. Так винилась перед малышом за то, что надолго уводила Нину из дома. За его пределами было светлее, чище, спокойнее, но места для кого-то третьего в созданном мной мире не нашлось.
 

      Фото из сети Интернет.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/04/02/223


Рецензии
Вот она, цепная реакция добра, в отличие от цепной реакции зла. Отношение к ЛГ Александра Михайловича не прошло бесследно. Теперь уже она стала настоящим другом для маленькой подружки, сглаживая ее неблагополучие, создавая свой особенный мир. "За его пределами было светлее, чище, спокойнее, но места для кого-то третьего в созданном мной мире не нашлось".
Марина, читаю с удовольствием, познавая ваше Я!

Лидия Мнацаканова   08.06.2022 12:26     Заявить о нарушении
Не будем прерывать круговорот добра, Лидия!
С теплом душевным и благодарностью за отклик,

Марина Клименченко   09.06.2022 11:08   Заявить о нарушении
На это произведение написано 98 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.