Среди людей. Глава 11. А у нас во дворе

      До моих восьми лет мы с мамой жили в тесном общежитии для тружеников огромного завода. Он имел стратегическую значимость и славился на весь Союз, но был неумно выстроен в самом центре города. Люди старшего поколения ещё хорошо помнили войну и утверждали, что случись она снова, первые бомбы упадут прямо сюда. Я так боялась! И старалась о плохом не думать.
      Наш далеко не новый трёхэтажный жёлтый дом завершал шеренгу из пяти довольно крепких подобных строений. Одна его стена граничила с просторным палисадником, другая, потемневшая от пыльных выхлопов, - с бетонным забором машиностроительного гиганта. Только подъездная сторона была чистой и пёстрой: в каждом оконном проёме сквозь стёкла виднелись цветные занавески, а балконы всегда плотно завешивались постиранным бельём.

      Белые простыни развевались на ветру как флаги капитулянтов, их пунктиром разделяли синие и чёрные мужские трусы под названием "семейные". На верхние верёвки обычно цеплялись детские вещички и игрушки. Эти "гирлянды" выглядели гораздо веселей однотипного белья и привлекали любопытные взгляды окрестной ребятни.
      Прищепки, едва выдерживая мокрую тяжесть плюшевых мишек да зайчиков, часто соскальзывали, и в ветреную погоду нечаянно освобожденные пленники вылетали на асфальт. Долго не залёживались – что упало, то пропало.

      Детей в нашем доме было много, взрослых тоже. Жильё с минимумом удобств выделялось как временное пристанище, но большинство семей оседало здесь надолго. Мама лечила работников «Дальэнергомаша», потому получила в служебное пользование маленькую комнату в перенаселённой секции. Мы завязли там на десятилетие.

      Понятие родины начиналось для меня с просторного тихого двора, который под сенью старых тополей объединял жильцов по интересам и симпатиям в дружеские сообщества.   
      Подъезды, их было три, выходили на широкий ровный тротуар. Он даже в дождь оставался чистым: небесная вода стекала в зелёную зону, обильно засаженную деревьями и кустами. Там же располагалась небольшая песочница, в ней в тёплое время года копошились малыши. Их мамы и бабушки, приглядывая за детишками, удобно рассаживались на скамеечках и часами обменивались местными новостями.
 
      Я сплетнями не интересовалась. В компании непоседливых ребят бегать и прыгать не могла, потому крутилась вблизи замечательного широченного стола. Он был не письменным домашним, а игровым дворовым. То есть общим. Но совсем не детским. Свободные места вокруг появлялись нечасто.   
      Трудолюбивый народ, отстояв у станка положенную смену, по вечерам отдыхал на улице. Отставив в сторонку сетки с хлебом и молоком, мужчины сооружали из крупных дощатых ящиков подобия стульев и спешно занимали выгодные позиции, чтобы до сумерек перекидывать карты или костяшками домино "забивать козла".

      Женщины предпочитали лото. Даже родных дочек и сынков к этому развлечению не допускали, мол, рано мальцам к деньгам тянуться. На кону всегда лежала кучка мелочи. Одна картонка с цифровым полем стоила копейку, обычно игроки брали их по три-четыре. Победитель срывал солидный куш (больше рубля!). По моим дошкольным меркам - целое состояние.
      Я мельком поглядывала на бочонки и тут же на ближайших картах выискивала взглядом похожие циферки. Из-за мощных спин подсказывала всем подряд, причём, правильно. Однажды то-то предложил маме "посадить Маринку рядом". Так я пробилась в коалицию счастливчиков и получила уголок на краешке стола. От нежданного доверия, обомлела, но сильно не растерялась.

      Скромный стартовый капитал в пятнадцать копеек, выдаваемый мамой, я ни разу не проиграла. В основном прилично его умножала, а спустя некоторое время стала отменной ведущей.
      Смешно подражая горластым взрослым, я забавно называла двойку Дунькой, семёрку - кочергой, восемь - милости просим, одиннадцать – непременно барабанными палочками, тринадцать - чёртовой дюжиной, восемнадцать – девушке лет, девяносто – дедушке, шестьдесят девять - туды-сюды.
      Весёлые комментарии не мешали вовремя накрывать фишками нужные квадратики. Заслуженная награда часто оседала в моих карманах, партнёры по игре улыбались и удивлённо разводили руками. Почти все деньги я тратила на сладкие булочки, мороженое, лимонад и блокноты с карандашами. А несколько монеток откладывала в копилку – авось пригодятся. 
 
      С наступлением холодов жизнь менялась не к лучшему. Двор пустел, его разноголосый шум стихал до белого безмолвия. Огромный стол заносило снегом до столешницы, песочница вообще скрывалась из вида, скамейки тоже грустно утопали в сугробах и теряли свою привлекательность. Дорожки к ним никто не протаптывал.
      Зима загоняла в укрытия людей и животных, изрядно подпортив настроение тем и другим. Кошки и собаки прятались в подвалах и сараях, а жильцы коммуналки возвращались в многолюдные секции, распрощавшись с уличными радостями до весны. 

      Дом я по-детски воспринимала лишь приложением ко двору. Наши с соседями "апартаменты" состояли из пяти комнат, в которых проживали человек двадцать. Были они разных полов, возрастов, национальностей. Привычки, характеры, нравы и желания каждый имел свои собственные. 
      Места общего пользования – туалет, душ, коридор, кухня, балкон – время от времени становились плацдармом для стычек. Никто никому не угождал, поводов для недовольства накапливалось предостаточно. Редкие перемирия с дружескими чаепитиями и непринуждённой болтовнёй неумолимо сменялись затяжными кухонными войнами.

      Взвинченные бытовыми неурядицами соседи выясняли отношения с жестокими оскорблениями. Визгливые женщины замахивались друг на друга разделочными досками и поварёшками, мужики басисто матерились, трясли кулаками, порой разбивали посуду и мебель, угрожающе хватались за ножи и топоры. До серьёзного мордобития ругань не доходила.   
      Обычно дети пережидали шумные скандалы на улице и с непосредственностью рассказывали о том, что творится в каждой секции: то чей-то папка пьяным пришёл, то мамка где-то запропастилась, то место у плиты или у раковины хозяйки не поделили, то котлет недосчитались.
      Особый интерес вызывали тёти и дяди, вместе принимающие душ. А вот девочки и мальчики почему-то мылись отдельно. Не понять всех правил гигиены!

      Каждая обновка родителей тоже обсуждалась подробно. Стоило "зажиточной" семье приобрести цветной телевизор, как махом росла очередь из желающих посмотреть его и на него. Подобное любопытство вызывали хрустальные вазы, чайные сервизы, мебельные гарнитуры и большие шерстяные ковры - роскошь мало кому позволительная.   
      Особой популярностью среди детей пользовались велосипеды, однако я на них не заглядывалась. Чтобы не завидовать здоровым сверстникам, гоняющим по тротуару, уходила гулять в тихий палисадник. 

      После очередной перебранки в нашей секции воцарялась желанная тишина. На краткий период повздорившие до хрипоты соседи закрывали рты и совсем не разговаривали друг с другом. Порой даже не здоровались. Потом снова накапливались злость и раздражение, и на пике ненависти кто-нибудь провоцировал новый скандал.
      Из тёплой уютной комнатки я попусту не высовывалась. Если выходила в коридор или на кухню, за мной, "чтоб чего не учудила", приглядывала старая-престарая бабушка. Она жила за стенкой и всегда реагировала на звук дэцэпэшных шагов.
      Сморщенная и сгорбленная старушка никогда не улыбалась, шептала что-то непонятное себе под нос, кряхтела, вздыхала тяжко, на жизнь сетовала, смерть звала. Наверно, болела сильно. Слушать её было противно, она походила на ведьму.
 
      Бабушкин внук-подросток при каждом удобном случае корчил гадкие рожи, называл меня калекой и норовил толкнуть или больно ущипнуть. Я порывалась просить старших мальчишек дать ему по морде, но жалость была сильнее. Дрались знакомые пацаны сурово, а сосед был хиленьким. Ему бы точно не поздоровилось.
      Мама в ответ на взрослые и детские оскорбления поливала словесной грязью и проклинала всё соседское семейство. Поток обоюдной брани казался нескончаемым.


      Фото из сети Интернет.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/04/04/319


Рецензии
У моей бабули телевизора не было. Жили в общем дворе с дагестанцами. Когда сосед купил телевизор,то весь двор ходил к нему его смотреть.
С улыбкой
Иралео

Ирина Склярова   28.04.2021 08:59     Заявить о нарушении
А сейчас телевизором никого не осчастливишь. )
Светлых Вам воспоминаний, Ирина!
С благодарностью за отклик,

Марина Клименченко   28.04.2021 11:07   Заявить о нарушении
На это произведение написано 95 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.