Форс-мажор

Люблю я армейский люд. Это особенные люди, которые в мирное время генерируют невероятные ситуации на ровном месте, совершенно при этом не напрягаясь. Любое столкновение с ними — гарантированная история. И это при том, что их действия, в рамках их реальности, кажутся правильными и логичными.

Помню, как-то давно,  оказался я в одной воинской части.  Первое, что я увидел, переступив порог КПП — солдат, самозабвенно колотивших палками по веткам деревьев, растущих вдоль аллеи.

- Зачем они бьют деревья? — спросил я у сопровождающего меня бойца.

- Осень. — кратко объяснил он.

Видя на моём лице недоумение добавил:

- Листья должны опасть с деревьев!

- Конечно. — согласился я с ним.

Всё логично — поздней осенью на деревьях листьев быть не должно. А они есть! Не порядок! Что тут скажешь? Только одно — армия!

_____________

Сегодня меня ждал необычный объект — еще одна воинская часть, где во всю кипел ремонт и благоустройство территории, со всеми вытекающими — бардаком, суетой и неразберихой. По территории, словно муравьи, сновали рабочие. Одни укладывали бордюр, другие закатывали дорогу в свежий асфальт, третьи расчесывали граблями газон на прямой пробор. Основная концентрация людей наблюдалась в большом голубом здании с белыми колоннами, типичного дворца «чего-то там» советской эпохи. Именно оно приняло на себя основной удар ремонтников.

Туда я и держал путь. Мой гид, встретивший меня, любезно показал направление движения и бесследно растворился в толпе рабочих, как кубик рафинада в стакане чая. Пройдя сквозь суетящихся людей на входе в здание, я вошел в огромный вестибюль с узкими колоннами и высоким потолком, по которому были раскиданы  «елочки» люстр в шахматном порядке. Внутри всё блистало мрамором, пахло свежей краской и большими бюджетными деньгами.

По бокам от входа расположились четыре высоких окна , стыдливо прикрытые от глаз людских шторами мышиного цвета и серыми, от строительной пыли, тюлями.  Её то мне и предстояло снять с карнизов и отвезти в чистку. Несмотря на мельтешивших вокруг людей, никто не обратил на меня внимание, и не спросил кто я и откуда. С невозмутимым видом я позаимствовал стремянку у копошившихся рядом маляров, или не знаю кем они там были. Оседлав, бесцеремонно арендованный инвентарь, я быстро справился со своей задачей.

Уложив снятые тюли в сумку, я уж собрался уходить, но оклик из глубин здания остановил мой порыв. Ко мне взывал мой пропавший сопровождающий и представитель заказчика — Алексей. Невзрачный человек неопределенного возраста, в военной форме с усталым лицом, возник передо мной, вынырнув из пучины ремонтного хаоса:

- Дмитрий, вы должны забрать ещё в чистку флаги.

- Флаги? — удивленно повторил я.

- Да, комплект флагов из переговорной. Они указаны в договоре. Вы что не читали договор? - спросил он меня с укором в голосе.

Честно говоря, я не то что не читал договор, а даже и в глаза его не видел. Этот заказ мне «скинул» мой деловой  партнер, и я понятия не имел о каких флагах идёт речь.
- Где они? - деловито поинтересовался я у военного.

Он посмотрел на меня как на идиота:

- В переговорной, конечно!  - возмутился он моему скудоумию.

- Прекрасно! Как мне ее найти?

- В правом крыле. На всех дверях таблички. — просветил он меня.

Я кивнул ему в ответ и побрел в правое крыло здания, изучая надписи на дверях. «Я же в армии, и тут все у них понятно и очевидно — везде повесили таблички на дверях!  Странно, что мне еще не дали карту со стрелочками.» - размышлял я, углубившись в поиск переговорной.

Долго ли коротко ли, но я набрел на переговорную комнату. Внутри было всё что угодно, от людей до груды аппаратуры, но ни намека на флаги. Присутствующие в помещении бойцы отказались разглашать военную тайну о флагах и их местонахождении. Мне только осталось развести руками и убраться восвояси. Таблички на дверях мне ни о чем не говорили, а спрашивать уже было не у кого. Я шел к выходу по пустому коридору.

У главного входа меня вновь перехватил Алексей. Я, с сожалением в голосе, поведал ему о своих безуспешных поисках. Алексей решил не сдаваться и лично возглавил поисковую экспедицию. Мы вернулись в переговорную и подвергли перекрестному допросу бойцов, оказавшихся там. С высоты авторитета звания Алексея, беседа с нижними чинами протекла легко и непринужденно. Несмотря на это, опрос свидетелей не принёс результата, кроме вороха догадок и предположений.

Тем временем, в комнату забрела группа офицеров, во главе с капитаном. Интересная особенность этого места заключалась в том, что офицеры, в отличии от бойцов и строителей, перемещались плотными группами разной численности. Предполагаю, чем выше было звание офицера, тем многочисленней было сопровождение. Группа, заглянувшая к нам на огонёк, была небольшая, но целеустремленная, как гончие на охоте. Офицеры стремительно влетели в переговорную и прошлись по ней, как торнадо по полям далекого Арканзаса, наводя ужас на бойцов, и между делом, изучая обстановку.

Алексей подскочил к старшему офицеру до того, как тот успел дойти до двери. Кратко описал ему проблему, и попросил содействия в поисках неуловимых флагов. Бойцы в переговорной были подвергнуты повторному допросу. С капитаном они общались еще более доброжелательней, чем с Алексеем, но так же безрезультатно. Капитан, провёл короткое совещание с товарищами и приказал нам с Алексеем следовать за ним.

Мы не долго думая, пристроились в кильватер подразделения капитана и помчались по коридорам дворца со скоростью железнодорожного экспресса. По дороге мы встречали другие группы военных, стремительно пролетающие мимо нас или идущих попутным курсом. Обменивались на ходу приветствиями и новостями, но с взятого курса не сбивались и уверенно двигались вперед. Наконец, мы взлетели по парадной лестнице на второй этаж и ворвались в большой актовый зал, где и закончили свой забег.

На сцене актового зала стояли в два ряда шесть флагов различных республик постсоветского пространства. Между ними высилось на подставке большое красное знамя с блестящим навершием. Не трудно было понять, что оба комплекта флагов найдены и знамя воинской части впридачу. Казалось бы цель достигнута и флаги можно снимать с древка, но армейский менталитет не признает никакой двусмысленности и неопределенности...

Алексей «завис», погрузившись в раздумья. Поначалу я не понял причину его озадаченности и опрометчиво спросил у него:

- Какие из них снимать?

Вся глубина терзающей его диллемы отразилась на лице Алексея. Я понял — он не мог принять решение. В договоре, который он успел изучить не хуже устава, сказано про флаги из переговорной, а не абы каких. Пропитанный духом армии Алексей не мог допустить, чтобы я забрал не тот комплект флагов.

- Алексей, они абсолютно одинаковые. — попытался я его успокоить. — давайте я возьму те, что справа. Или, вот что, давайте я возьму оба комплекта!

- Договор. — выдавил из себя парень и вновь впал в глубокую задумчивость, как шахматист перед решающим ходом.

- Леха, пусть всё забирает! — вмешался наш  знакомый капитан. Его разведгруппа снова остановилась рядом с нами. Он прекрасно понял тяжесть ответственности, легшую на плечи товарища и поддержал моё предложение.

- Алексей, я напишу расписку, что взял два комплекта. — обрадовался я вспышке здравого смысла капитана и возможности закончить эту тягомотину.

Пока Алексей прикидывал варианты, я рассматривал бардовое знамя с кистями и бахромой по краю полотнища. Знамя, расшитое медальоном с государственным гербом внутри, притягивало к себе взгляд, не хуже собственной фамилии в зарплатной ведомости. В кучке флагов других республик оно выделялось также сильно, как Гулливер среди лилипутов и было красивым. От него веяло доблестью, честью и славой русского оружия.

- Что тут происходит? — вырвал меня из созерцания властный голос.

Я оглянулся. Перед Алексеем стояла целая делегация из военных, возглавляемая с целым полковником. Из его свиты можно было собрать футбольную команду, с учетом игроков запаса, врачей и массажистов. Встреча с вышестоящим начальством явно была не запланирована Алексеем на сегодня, но он мужественно принял удар судьбы.

- Флаги отдаем в химчистку, товарищ полковник!— ответил он старшему по званию.

Я отодвинулся подальше от знамени части, и на всякий случай вытянулся по стойке смирно.

- Ебнулись совсем? — вежливо поинтересовался полковник у Алексея. — Знамя из части вынести?

Алексей быстро справился с неожиданным обвинением, граничащее с изменой Родины и показал рукой на флаги соседних государств. Он обрисовал полковнику вкратце ситуацию и смиренно замер в ожидании. Полковник, в свою очередь, выслушал отчёт и вынес своё решение, однозначное и неумолимое, как нож гильотины:

- На хрен твой договор! Флаги не трогать!

Сказал он как отрезал, и пошёл дальше по своему неведомому маршруту.

- Алексей, в договоре есть пункт — форс-мажор, и мне кажется, что это он. — подбодрил я поникшего Алексея.

Он посмотрел на меня грустными глазами и досадливо махнул рукой.

- Форс-мажор. — выплюнул он ненавистное слово, как ругательство. Он потерял ко мне всякий интерес и поплелся из актового зала шаркающей походкой человека, пережившего тяжелое потрясение.

- Форс-мажор. — повторил я в полголоса за ним, понимая, что моя миссия здесь на сегодня закончена. Подхватив сумку со снятыми тюлями, я двинулся следом за Алексеем, в надежде, что он доведет меня до выхода и не застрелится по дороге.

В армии, встреча необоримой силы договора с непреодолимым препятствием приказа вышестоящего начальства, можно смело назвать форс-мажором.


Дмитрий Мактаз
13 июня 2017 г. Горки


Рецензии
Прочитал Вашу публикацию с интересом, Дмитрий. Действительно, для военного человека столкнуться с ситуацией не оговоренной воинскими Уставами, это сущий воды " форс-мажор"!
С уважением,

Сергей Пивоваренко   05.01.2018 23:29     Заявить о нарушении