Из стройбата в университет

После ужина в Ленинской комнате я случайно заметил на столе маленькую городскую газету, всего на пол-листа — «Вечерний Саратов». Там большими буквами, во всю полосу, красовалось объявление: «Саратовский государственный университет имени Н. Г. Чернышевского объявляет набор на исторический факультет».
Меня просто дрожь пробрала — так страстно я захотел там учиться. В один миг я позабыл, что раньше грезил стать орнитологом, начитавшись рассказов Виталия Бианки, историй про таежного охотника Дерсу Узала и вообще целой кучи литературы о животном мире. В школе я даже с легкостью выиграл городскую олимпиаду по зоологии, за что получил в подарок научно-популярную книгу про космические корабли. Листая журналы «Наука и жизнь» или «Вокруг света», я всегда в первую очередь обращал внимание на подпись под статьей. Если автором значился кандидат или доктор наук, это меня так зажигало, в душе поднималась такая буря, что я готов был землю носом рыть, лишь бы когда-нибудь добиться такого же ученого звания.
Весь вечер я не мог думать ни о чем, кроме СГУ и о том, как подать документы. На следующий день решился пойти на прием к заместителю командира части по политической части.
— Товарищ майор, разрешите обратиться! Рядовой Ремпель.
— Ну, что у тебя случилось, солдат? — замполит части майор Танчик, которому через пару месяцев предстояло уйти в запас, устало посмотрел на меня.
— Разрешите мне поступать в университет, на истфак!
— Да ты что, с дуба рухнул? Ну и дела! Сколько тебе еще служить? Косько в курсе?
— Полгода осталось. Косько ни за что не разрешит! Товарищ майор, мне нужно всего четыре увольнительные записки на дни экзаменов. Неужели вы не можете пойти мне навстречу?
— Да могу я это сделать! Ну ты и чудак, Ремпель! Да только поступить тебе туда — нуль шансов. Моя дочь-медалистка штурмовала этот факультет два года подряд, и только со второй попытки прошла, да и то на вечернее отделение. Ты что, не знаешь, что туда идут партийные и советские функционеры, чтобы продвинуться по служебной лестнице? Там все места распределены заранее!
Я этого кулуарного номенклатурного расклада, конечно, не знал, но жажда учиться была сильнее любых преград:
— Дайте мне только четыре увольнительные, я вас очень прошу!
— Ладно, иди, — сдался Танчик. — Дам команду Косько, он тебе всё выпишет.
Я сразу же написал в Курган своей тете Нине Белотеловой, чтобы она сделала нотариально заверенную копию моего аттестата и срочно выслала мне учебники по истории и литературе. Вскоре бандероль пришла в часть. Наш ротный Косько, то и дело застававший меня в казарме с конспектами, лишь злобно бросал сквозь зубы:
— Мне только историка в роте не хватало!