Среди людей. Глава 25. Благие намерения

      Наша встреча со Стасом вряд ли была случайной. Я несколько лет искала тончайшее понимание, возведённое в ранг великого блага, и программировала своё сознание на дружбу с инвалидом. Именно к таким отношениям подтолкнула большая статья в местной газете.
      Её герой тяжело повредил позвоночник во время службы в армии и потерял возможность ходить. Несколько операций и длительное госпитальное лечение здоровье не восстановили, жизнь двадцатилетнего юноши исказилась бездействием, бесперспективностью и ограничилась домашними стенами.

      Я слишком прониклась проблемами необыкновенного парня и поспешила некоторые из них развеять или взять на себя. Автор публикации предусмотрительно указал фамилию и адрес Стаса. С благими намерениями в чудный летний день я отправилась в гости. Неблизкий путь и окраина города не смутили, раз решила – непременно доберусь! Значимый повод для визита не придумывала, нет в том необходимости, если идёшь к людям с добром.
      Тихая улочка, утопающая в тени высоченных великовозрастных тополей, нашлась быстро. Жилой район из приземистых трёхэтажных строений был непривычно малолюдным, удивительно чистым, не лишённым дворового уюта. Изрядно покосившиеся двери нужного подъезда оказались распахнутыми настежь. 
      Я легко обнаружила заветную квартиру, где по наивному предположению ждал меня подарок Судьбы, и уверенно нажала на кнопку звонка. Он резко отозвался несуразной мелодией, потом недолгая тишина оживилась скрипом колёс, беспокойным мужским голосом и непонятными звуками, похожими на приглушенные удары. Это кресло-каталка задевало косяки, с трудом вписываясь в узкие дверные проемы.

      Наконец засов щёлкнул, я застыла на пороге, запутавшись в объяснениях. Слова приветствия смешались с упоминанием о недавней статье и откровенным предложением дружбы. От неожиданности парень вытаращил глаза, что-то промямлил в ответ, затем вежливо пригласил меня в дом. Так бесцеремонно я вошла в мир другого инвалида.
      В тесной тёмной прихожей мы друг друга не разглядели, любопытными взглядами обменялись в зале. Комната была просторной, тщательно прибранной, светлой, по тем временам неплохо обставленной стандартной мебелью. К углу приткнулся маленький диван с потёртой спинкой, рядом пристроились тумбочка с телевизором, вдоль основной стены от пола до потолка тянулся гарнитур из полированных шкафов с множеством деревянных и стеклянных полочек.
      На них плотно расположились толстые книжки в богатом переплёте, поодаль рядами стояли хрустальные вазочки, фужеры, стопочки, чайный сервиз и мелкие сувениры. Несколько цветных семейных фотографий лучились счастьем, зависшим в прошлом.

      Теперь рядом со мной сидел человек растерянный, немногословный, безрадостный. В таком состоянии духа и тела вести за собой он не мог. Я была увереннее, смелее, сильнее, настойчивей. С детства приспособилась к активной жизни. А Стас ещё находился в плену беспомощности, его тоскливый взгляд царапал Душу ответной жалостью. Я замещала унизительное чувство состраданием и верой в скорые лучшие перемены. 
      В моём присутствии лицо юноши пылало волнительным румянцем, ладони нервно скользили по подлокотникам кресла, пальцы рук подрагивали, а ноги отбивали чечётку из-за нахлынувшей спастики. Я понимала неконтролируемые мышечные выкрутасы, инициативно вела диалог, не ожидая взаимной пылкости. Время задушевных бесед не пришло, но в целом визит удался.

      С родственниками Стаса я познакомилась через неделю. Его родители оказались милыми и словоохотливыми, напекли гору пирожков со сладкой начинкой, будто предвидя пристрастие гостьи. Брат Илья к неурочной трапезе не присоединился, заглянул мимолётно на кухню, поздоровался без эмоций и сразу исчез за одной из дверей.
      Всего в квартире было три отдельных комнаты, после нашей однушки она показалась царскими хоромами. На самом деле обыкновенная советская семья жила скромно. Мама Стаса тяжело болела, имела нерабочую группу инвалидности, нуждалась в постоянном лечении и присмотре. Илья учился в институте на инженера, скудная стипендия домашний бюджет не пополняла. Получал пенсию и работал только отец – сутками сторожил какую-то строительную площадку.
      Специальность Стаса - горный мастер - трудоустройства не подразумевала. Осваивать новую деятельность мешали лестницы и бордюры, которые без посторонней помощи не преодолеть.

      Лишь по квартире парень свободно передвигался на колёсах. Без спасительного кресла он был малоподвижным. Руками владел хорошо, но нижняя половина тела утратила чувствительность и подчинение разуму.
      Грудные позвонки сломались по жестокому невезению: на армейских маневрах застряла на ухабе грузовая машина, и солдатики из кузова резво попрыгали на землю. Стас поскользнулся, упал и ударился спиной о камень так, что встать не смог. 
      Я надеялась, он примет новую жизнь мужественно и стойко. Хотела помочь, показать и доказать её полноценность даже в затруднительной ситуации. Мы быстро научились слышать друг друга, смотрели телепередачи о природе и животных, мультфильмы и добрые советские кинокомедии, читали одинаковые книги и журналы.

      Иногда выезжали за город. В приложение к военной пенсии Стас имел малогабаритный автомобиль «Ока», но управлял им неуверенно. Меня всегда беспокоила угроза автополомки в безлюдном месте. Самостоятельный ремонт исключался. Отец заботливо провожал и встречал горе-путешественников.
      Вплоть до морозов Стас выбирался на улицу на прогулочной коляске. Её рычажное управление требовало значительных физических усилий и приносило ощутимую пользу – мышцы рук и плечи заметно крепли и принимали на себя тяжесть неповоротливого тела. Маленькая свобода поднимала настроение, к обыденной жизни друг неплохо приспособился. Дефицит его общения я восполняла с нескрываемым удовольствием.
 
      Кстати, на статью, меня зацепившую, откликнулись ещё две девушки из Якутска. Сначала они писали Стасу длинные письма, а под Новый год явились в гости. Наверное, по приглашению.
      Скромностью подруги не отличались, чудесным образом, как положено в праздничную ночь, Ира оказалась в одной постели с Ильёй. Поутру решила не покидать её и приветливый дом. Вскоре забеременела и спешно обрела статус законной супруги.
      С молодожёнами мы общались мало и поверхностно, мир здоровых людей не всегда уютен для инвалидов. Любовных отношений со Стасом я не предполагала.


      Фото из сети Интернет.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/09/29/289.


Рецензии
Конечно, парня можно понять. Был здоров, активен, наверное, симпатичен - нравился девочкам... И вот... Это надо быть очень сильным человеком, чтобы не сломаться, не унывать, а, всё-равно, бороться и надеяться и верить, что можно и в таком положении жить и радоваться жизнью.
Вы такам молодец! Благородный порыв и порыв, не сомневаюсь, от всей Души! Но, к сожалению, не всегда такие порывы приводят к положительным результатам. Это жизнь. И она преподносит свои решения и, конечно же, сюрпризы.
Девочки из Якутии не просто так приехали. Мне так кажется. Расчёт, всё-таки, был. Во всяком случае у одной из них. Интересно, что будет дальше. Как поведёт себя Стас?
Спасибо, Марина!
С искренним теплом от всей Души!

Григорьева Любовь Григорьевна   22.01.2021 14:11     Заявить о нарушении
В каждом помысле правы, Любовь.
О том, что будет дальше, я Вам в следующей главе расскажу.
Спасибо, что читаете! С добром,

Марина Клименченко   22.01.2021 15:40   Заявить о нарушении
На это произведение написано 79 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.