Среди людей. Глава 26. От печали до радости

      Зимой мы со Стасом виделись редко. Этот затяжной сезон был снежным, морозным, ветреным. В дешёвой шубке из искусственного меха я промерзала до костей и часто болела.
      Кроме холода немало неприятностей приносила темнота, вязко окутывающая вечерний город. От дома Стаса до ближайшей автобусной остановки тянулся квартал унылых неосвещённых дворов. Под ногами не разглядеть опасность - вот беда! Я оступалась, спотыкалась, поскальзывалась, иногда падала, но поднималась, стряхивала снег с одежды и снова двигалась к маленьким целям.
 
      Иной страх ограничил посещения друга. Однажды я засиделась в гостях допоздна и на обратном пути наткнулась на отъявленного негодяя. Едва захлопнулась дверь квартиры, за спиной послышался странный шорох. Свет на всех этажах отсутствовал, я не успела перил коснуться, как большой сильный мужчина схватил меня в охапку и потянул вниз. При этом грубо зажал рот огромной ладонью, облачённой в кожаную перчатку.
      В укромном углу подъездного «предбанника» отморозок нагло шарил по моей шее, оторвав верхние пуговицы шубы. Потом сдёрнул шапку, рукавицы, ощупал уши и пальцы рук. Не иначе, изнасилует! Я еле трепыхалась под тяжестью навалившегося тела, рассудок помутился, тошнота подкатила к горлу, горячий пот заструился по телу, сердце чуть из груди не выскочило - сейчас умру или сознание потеряю. Но другая одежда осталась нетронутой, ужасных действий не последовало.

      Тот гад золото искал, которого в помине не было. Денег тоже, одна мелочь в кармане звенела. Неудачливый грабитель вытряс её на пол, зло ударил меня спиной о стену, затем ослабил хватку, резко развернулся и бесшумно исчез.
      Я была невредима, но до крайности перепугана. Кричать, взывая о помощи, не резон - угроза миновала, не докажешь её недавнюю реальность. Возвращаться назад и беспокоить семью Стаса рассказом о злоключении не хотелось. Накануне я просила его родственников вкрутить лампочку хотя бы на первом этаже. Но они не отреагировали, ведь по вечерам на улицу не выходили.
      Проводить меня до светлого угла никто не желал, а Стас не мог. Какой смысл плакаться? Надо самой разделываться с проблемами. Я подняла шапку и несколько монеток, поправила шарфик, одернула шубку и присела прямо на пыльные ступени. Отдышалась, прогнала въедливый страх, немного погоревала и, аккуратно ступая, пошла в сторону родного дома по пустынным улочкам. Верила, что дурное в этот вечер больше не случится.

      Знакомая дорога до людного места серебрилась свежим снежком, воздух волшебно искрился крохотными ледяными звёздочками, затмевающими красотой небесных собратьев. Я очутилась в настоящей зимней сказке и поразилась близости грязи и чистота.
      Мерзость человеческого поступка немного скрасилась природным очарованием. Ночная свежесть подкинула бодрости, неожиданное расстройство в затянувшуюся трагедию не превратилось. Но боязнь подъездной темноты меня не покинула, я решила навещать Стаса исключительно в дневное время и в хорошую погоду.

      Сотовых телефонов в те времена не было, домашние доставались немногим квартиросъёмщикам. Мы с мамой в число счастливцев не попали. Изредка я звонила другу от приветливых соседей, коротко сообщая о своих делах да его новости выслушивая. 
      Лучшим вариантом доверительного общения стали письма. Первое послание я обнаружила в почтовом ящике с большим удивлением. Излишне пухлый конверт раскрыла с нетерпением. К записке из нескольких душевных строк прилагались два замечательных рисунка, выполненных обыкновенными цветными карандашами.
      На одном подсолнухи сияли желтоглазым счастьем, на другом броско цвела белая сирень. Казалось, её аромат наполнил комнату. Духи с таким названием периодически появлялись в моём скромном обиходе, запах был знакомым и желанным.

      Я улыбнулась и вспомнила, что Стас когда-то учился в художественной школе. Подарила ему на Новый год масляные краски. Времени для творчества предостаточно, пусть разнообразит домашний досуг приятным занятием.
      Вскоре мой друг увлёкся живописью, но письма приходили регулярно. Вслед за описанием бытовых мелочей один за другим в них появлялись стихи. Нежные, чувственные, они аккуратно переписывались из поэтического сборника «Душа полна тобой» и немного смущали любовными намёками. Я отгоняла волнующие догадки, это же не Стаса слова, а классиков мировой литературы.

      Юность склонна к возвышенным чувствам, но на тот момент я мыслила приземлённо. Институтские заботы требовали моральных и физических сил, порой полной самоотдачи. Третий курс медицинского ВУЗа дался тяжко: то бросала учёбу, не желая кромсать несчастных лягушек, то головокружительно восстанавливала студенческий статус.
      Первую любовь я вычеркнула из жизни совсем недавно, категорично возомнив, что серьёзные отношения между инвалидкой и здоровым парнем не сложатся. Сердце ныло при оглядке в прошлое, на новые чувства было неспособным.
      Зато Стасу ничто не мешало мечтать. Он распахивал кристально чистую душу и осторожно намекал на прелести любовных отношений. В новогодней открытке проскочило робкое «обнимаю», я значения ему не придала – праздник ведь! Ответила тем же. Позже словесными объятьями завершилось поздравление с Днём рождения. А на Восьмое марта пробилось отчётливое «целую».

      Весна окончательно вскружила голову одинокому юноше, он опрометчиво решил, что я – лучшая на свете. И без стеснения начал о том писать. Сразу охладить настойчивую пылкость не получилось, без контроля она разрослась до огромной влюблённости. Накрыла меня эта лавина с головой. Вдруг захотелось быть нужной.
      Я зачастила в гости к Стасу, попыталась разглядеть в нём привлекательного мужчину. За несколько месяцев он окреп, повеселел, обрёл уверенность в себе, завтрашнем дне и некоторую независимость от родственников. Наше романтическое общение добавило в жизнь, полную ограничений, немало светлых красок. Любовь представлялась как забота и взаимопонимание.
      Стас был на редкость чутким, добрым, умным, отзывчивым. Я бы с готовностью проводила с ним дни и вечера. Только о совместных ночах не помышляла. Считала, что постельные утехи – не самая важная составляющая семейного счастья. Других радостей полно!

      Скоро друг позвал меня замуж. Сердце твердило об ошибке и беспокоилось отнюдь не радостно, но под властью разума предложение руки и сердца я не отвергла - опасалась обидеть ранимого Стаса. Он жил высокими мечтами о нашем союзе. Не разбивать же их! Душевная боль порой сильнее телесной, нельзя её причинять близким людям. В мои понятия о порядочности полутона не вписывались.


      Фото из сети Интернет.
      Продолжение - http://www.proza.ru/2017/10/04/289


Рецензии
Интересное продолжение. И Стас, оказывается, хороший человек. А я что-то засомневалась читая прошлую главу. Вот, он предложил руку и сердце... Интересно, что будет дальше. Очень хочется, чтобы всё было хорошо. Нет. Не так. Чтобы всё было замечательно!!!
Спасибо, Марина!
От всей Души!

Григорьева Любовь Григорьевна   22.01.2021 16:14     Заявить о нарушении
Стас, и правда, был хорошим человеком.
Огромное спасибо, Любовь, за прочтение и желание замечательного разворота событий.
Пожалуй, так и вышло. Но я поняла это лет через десять.
С теплом души,

Марина Клименченко   23.01.2021 15:14   Заявить о нарушении
На это произведение написано 80 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.