Важнейший вопрос

    «Праздная жизнь не может быть чистою»  А.П. Чехов «Дядя Ваня»

    Прекрасный фильм «Холодное лето 53 года». Кто не смотрел, сейчас можно наверстать упущенное  одним кликом клавиши.
    Это была  последняя роль Анатолия Папанова. Но мои размышления коснутся главного героя, сыгранного Валерием Приёмыховым (царства ему небесного!). Оба актёра играют политических ссыльных.

    Герой Папанова по кличке Копалыч, пожилой человек, на берегу реки замазывает днище лодки смолой, а герой Приёмыхова, молодой, здоровый мужчина, пусть и худой до последней степени, сидит близ воды, обняв колени, и равнодушно, безучастно смотрит на унылую растительность, на вечно насупоненное небо, на примитивную жизнь вокруг. Он с грустью и отчаяньем понимает, что выхода из этого круга нет.
   - Трудиться надо, - подходит к нему Копалыч, - а то ведь совсем закиснешь.
   Офицер Сергей Басаргин из полковой разведки один выбрался из окружения во время войны и, естественно для нашей страны, был осуждён на 10 лет поселения. Это маленькая, заброшенная во Вселенной деревушка на севере реки Колымы, где люди поддерживают жизнь ловом рыбы и содержанием мелкого рогатого скота.
   Там известные всем слова  «кто не работает, то не ест» - реальная основа основ. В дела  рыболовецкой артели все, от мала до велика,  вкладывают посильный труд и, как следствие, получают свою долю пропитания.
   А сильный  мужчина Сергей Басаргин, принципиально, вызывающе отказывается делать хоть что-нибудь. От него остались кожа да кости. Он бросается поднимать выброшенные папироски, унижая себя, подражая шакалу, подбирающему гнилые объедки.
   За такую манеру жить, вернее -  существовать,  его заслуженно прозвали «Лузга», то есть «отброс», «ничто».
   Понятно, он дико обижен на советскую власть, на страшную несправедливость и потому принял для себя такое решение. Он ждёт, когда кончатся эти годы  ужаса и придёт нормальная, достойная жизнь. Какая роковая ошибка! Жить нужно каждое мгновение тут и сейчас, а не когда–то  там, в призрачном будущем, которого может вообще не случиться.
   - Старики артели – предупреждает  его  Копалыч, - решили не давать тебе ничего из еды. Ведь пропадёшь.
   Но даже перед угрозой голодной смерти Лузга не отрекается от своего убеждения.
Какая сила духа! Вера в свою правоту!  Верность данному самому себе слову! Всё это – да, но нельзя понять, как он мог выдерживать без труда. Мужские мышцы созданы, чтобы трудиться. Душа светлеет только от созидания и работы.
   Вот Копалыч, в гражанской жизни инженер Николай Павлович Скоробогатов, до войны проработал год за границей. За это страна объявила его шпионом и сослала на десять лет в тьму таракань. Он тоже ничем не виноват. Обижен не меньше. Разбита его семья. Но человек понимает, что трудиться надо.
   - Так хочется пожить по-человечески и поработать. Да, да  и поработать, - отвечает он на вопросительный взгляд  Басаргина.

   «Человек должен трудиться, работать в поте лица, кто бы он ни был, и в этом одном заключается смысл и цель его жизни, его счастье, его восторги», – уверена Ирина  в «Трёх сёстрах» А.П. Чехова.
    Но она же не приемлет «труд без поэзии, без мыслей». Согласна, когда труд тупой, не приносящий радости и удовлетворения, это выхолащивает духовно. Но, бывает, нужно делать и то, что не приносит эйфорической радости. Просто нужно и всё.

    Из моего рассказа «Эмма и семья Игоря»:
   "На первом курсе техникума, в пятнадцать лет, я жила на квартире с тремя девушками старше меня на два года. Хозяйка, крепкая старушка, жила с нами в одном доме. Зимой завалило снегом так, что стало проблематично выйти на улицу. Старушка поковырялась в снегу и только.
Тогда я взяла у неё широкую деревянную лопату и давай кидать снег! Красота: солнце - яркое, мороз - крепкий, снег - белоснежный, пушистый! Знатно поработала!

    А мои девицы и не пошевелились. Даже не вышли на улицу, чтобы  взглянуть на солнце, зажмуриться от снега, блестящего в ярких лучах, вдохнуть свежего воздуха и расправить плечи, радостно улыбаясь.  Одно это так приятно и позитивно!
    Я захожу в дом - щёки горят, душа поёт! И следом за мной входит  мать одной из них: приехала навестить дочь.
   - Да что ж ты, доченька, бледная, как полотно! – жалобный вопль матери, обращённый  к  дочери. -  И вы двое - тоже! Гляньте на неё (взмах руки  в мою сторону): щёки, как яблоки, так и пышет вся!
   Я всё думаю, почему нет у людей желания и азарта поработать, хотя бы для себя лично? Что это - лень, скука, себялюбие? Может, мало закваски от рождения досталось? Может, они не виноваты, что живут без куража, инертно? Говорят, что нельзя ждать от человека то, что ему несвойственно. Ведь не выжимают лимон с целью получить томатный сок".

       «Когда я работаю подолгу, без устали, тогда мысли полегче, и кажется, будто мне тоже известно, для чего я существую. А сколько, брат, в России людей, которые существуют неизвестно для чего», - высказывается Лопахин в "Вишнёвом саде”.
        В моём рассказе «Эмма и двор 1» я поднимаю эту тему: 
       «А вот единственный сын Славик из квартиры 24 не хотел после школы ни работать, ни учиться, ни общаться. Ему никто был не нужен. Физически здоровый и даже красивый парень сидел, как сурок, в квартире на попечении родителей и даже никогда не выходил на улицу, а просто ел, лежал на диване, смотрел телевизор и иногда читал. Меня поражало, как при таком образе жизни сохранить уважение к себе. Где он черпал силы не сойти с ума от никчемности, ненужности никому и ничему. Безделье, возведённое в смысл жизни, это ведь так страшно, что страшнее ничего нет».

     «Только едят, пьют, спят, потом умирают… родятся другие и тоже едят, пьют, спят и, чтобы не отупеть от скуки, разнообразят жизнь свою гадкой сплетней, водкой, картами, сутяжничеством, и жёны обманывают мужей, а мужья лгут, делают вид, что ничего не видят, ничего не слышат».  А.П. Чехов «Три сестры»

     «Дурея от скуки, с каждым днём всё больше морально опускаясь от вынужденного безделья, Половцев и Лятьевский по-прежнему коротали дни и ночи в тесной горенке Якова Лукича», - писал М.А. Шолохов в «Поднятой целине». И там же: «Тоска по физическому труду угнетала Давыдова. Всё его здоровое, сильное тело просило работы, такой работы, от которой к вечеру в тяжёлом и сладком изнеможении ныли бы все мускулы, а ночью вместе с желанным отдыхом немедля бы приходил и лёгкий, без сновидений, сон».
 
    Приведу ещё отрывок из моего рассказа «Эмма и семья Игоря» о том, что, конечно же, происходило на самом деле, ибо выдумать такое почти невозможно.
    «На третьем курсе техникума, когда мне было 17 лет, я жила в общежитии, которое вмещало сто человек. Была холодная вода из крана и горячая вода из большого, нагреваемого электричеством бака,  электроплиты на кухне, комната отдыха с телевизором, гладилка, а вот туалет - на улице.
   А зимой в центральном Казахстане мороз под тридцать градусов, плюс ураганный ветер, который продувал до последней косточки.
   Замерзало всё, включая и содержимое общежитского туалета. И в скорое время из отверстий выросли горы замороженных продуктов жизнедеятельности, именно высоко стоящие горы затейливой формы. Да и рядом с отверстиями всё напоминало снежные горные массивы. И важная составляющая жизни ста человек стала невозможной.
   Меня в тот год выбрали старостой общежития для  помощи коменданту. Это была медлительная  равнодушная немка лет сорока пяти. Вот я её и спросила, что же делать, как решить эту проблему? Она развела руками. Тогда в один день, придя с учёбы, я взяла у неё железный лом и  пошла к зданию туалета. Она стояла рядом, а я пыталась что-либо сделать, нанося удары со всей силой. Но что можно сделать с вечной мерзлотой?!
   Комендантша развернулась и ушла. Я, как неопытный альпинист, который, только что сорвавшись, снова карабкается к вершине, не оставляла своих попыток в борьбе с одной из торчащих из отверстия глыб. И вдруг заметила, что глыба стала пошатываться, потом - всё больше и... упала! Ура, победа!! Уж дальше с удвоенным энтузиазмом закипела работа. Пали все горы в отверстиях. Но ведь ещё подступы заняты врагом! Надо смести и этого врага.
    Так я работала часа три на глазах всего общежития, но ни одна душа не вышла помочь.
Вся эта процедура была повторена мною весной, с той лишь разницей, что враг уже был размягчён и не оказывал сильного сопротивления да вышли помочь две девчонки из группы.
    Зато при выборе старосты в последующих годах была проблема: никто не хотел быть на этой должности, откровенно заявляя, что чистить туалет они не пойдут. “Мы на такие подвиги, как Эмма, не способны!”»

   «А когда Старцев в обществе, за ужином или чаем, говорил о том, что нужно трудиться, что без труда жить нельзя, то всякий принимал это за упрёк и начинал сердиться и назойливо спорить.
   При всём том обыватели не делали ничего, решительно ничего, и не интересовались ничем, и никак нельзя было придумать, о чём говорить с ними».     А.П. Чехов «Ионыч»

   «Иногда  бывают такие моменты, когда я провожу без дела несколько часов, размышляя о жизни, так потом такое опустошение накатывает, вплоть до ненависти к себе! Интуитивно понимаю, что единственный выход – это   схватиться  за тряпки с целью перемывать дом. И постепенно начинает «отпускать», вслед за каждым вымытым шкафом или окном приходит успокоение, возвращается самоуважение, довольство жизнью, состояние счастья, если хотите. Маленькое, короткое, но счастье! У вас ведь так же, я уверена!»     из  моего рассказа «Эмма и семья Игоря»

   И пусть мы не произошли от обезьян, но как верно: «Когда обезьяна  взяла в руки палку, она стала человеком, а человек без труда неизбежно превращается в обезьяну».
   Без труда мы есть именно те самые обезьяны. Хотя  внешность у нас при этом вполне человеческая. Но ведь внешность – это самая последняя характеристика для человека разумного.
   Любой вид труда достоин уважения: умственный, физический, труд души. Лишь бы не тунеядство! Можно менять характер; этот процесс подчиняется тем же законам, что и тренировка мышц. Но если качать мышцы удаётся некоторой части людей, то трудиться над изменением характера ни у кого не хватает сил, желания, воли. Леность рождается раньше человека и начинает доминировать с первых дней жизни.

   Но самое страшное – наши потомки, наши дети, поскольку все мы в первую очередь выходим из семьи.
«Неотразимо пошлое влияние гнетёт детей, и искра Божия гаснет в них, и они становятся такими же жалкими, похожими друг на друга мертвецами, как их отцы и матери!»   А.П. Чехов «Три сестры».
И там же: «Когда я думаю о будущем (…), я вижу, как я и дети мои становимся свободны от праздности, от гуся с капустой, от сна после обеда, от подлого тунеядства».

    Деятельное будущее, ты, безусловно,  ждёшь нас.  Дождёшься ли?


Рецензии
Формула и структура замысла произведения мне понятны. Труд во всех его проявлениях, как физический так и умственный, активизирует нашу духовную сущность, без которой человек - не человек, а значит и не жилец. Так что же такое есть труд? Процесс определённых действий, направленных на поддержание нашей физической формы или необходимое условия для духовного развития? Определений данного термина очень много, но какое из них ближе всего к истине?
С уважением,

Алексей Бабушкин -Алексеев   03.11.2018 01:54     Заявить о нарушении
Спасибо, Алексей.

Ольга Гаинут   06.11.2018 12:50   Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.