Староверы, кто они?

«… Вера вечна, вера стара,
Вера наших светих Цара,
Вера вечна, вера славна,
Наша вера Православна…»

(Песня-эпос староверов)

При описании своего детства в селе Топориха Пензенской области я столкнулся с тем, что не знаю о том, что мои предки являлись староверами. И я решил покопаться в истории старообрядцев и присутствии их в жизни села. Возможно, у меня не все получится, так что заранее прошу прощения за неточности. Ведь я просто интересующийся.

* * *
 
Старообрядцы не только Пензенской губернии, но и среднего Поволжья считали своим духовным центром село Поим Чембарского уезда. Первые жители села Топориха были выходцами из Поима, переселенными в 1744-1746 годах. Поэтому неудивительно, что жители села исповедовали старообрядчество. Он, как центр Поимской вотчины графов Шереметевых, в состав которой входила и Топориха, подпитывал веру и давал силы жителям нашего села.

Старообрядчество в Поимской вотчине было преставлено тремя течениями (согласиями): поповство (Белокриницкая иерархия), беспоповство (направление Спасово согласие) и единоверие.

В конце XIX века в селе Топориха около 400 жителей исповедовали старообрядчество поповского толка. Помимо старообрядцев, имелись какие-то баптисты. Правда, сами жители не могут вспомнить и назвать представителей баптистов, живших в селе. Беседуя со старожилами и проверяя источники, я пришел к выводу, что баптистов спутали с кулугурами. Да, действительно, в селе проживало несколько семей кулугуров.

Кулугуры тоже являются староверами и относятся к течению беспоповцев. Их основное отличие от других староверов – убеждение в том, что человеку не нужен посредник в разговоре с Богом. В их общине избирается староста –уставщик, который управляет всеми делами в молельном доме, и имеются бабки-читалки. Живут они по канонам Домостроя, сильно развиты коллективизм и взаимовыручка. Наверное, эти семьи - выходцы из ближайшей губернии (Самарской или Саратовской), там это течение кулугуров было сильно развито.

* * *
 
Ввиду отсутствия своего молельного дома жители Топорихи посещали приходскую церковь во имя Дмитрия Ростовского в соседнем селе Агапиха. Население этого села тоже было старообрядческим, но придерживалось беспоповства в варианте течения Спасова согласия. Наверное, отличия в этих течениях были небольшие, что позволяло сельчанам Топорихи проводить официальные  церковные обряды (записи в метриках, венчание и др.) в этой церкви.   

В 1897 году усилиями купца посада Сольцы Псковской губернии М.Д. Гурьянова и прихожан села Топориха в память о коронации императора Николая Александровича и императрицы Александры Федоровны был построен деревянный, необшитый единоверческий однопрестольный (старообрядческий) храм-школа во имя Покрова Пресвятой Богородицы.

Купец II гильдии Михаил Дмитриевич Гурьянов был старовером поморской общины и являлся почетным гражданином г. Сольцы. Сам купец никогда не был в Топорихе и не совершал там торговых сделок . Строительство храма было для него чистой благотворительностью, он поддерживал единоверцев через Московскую епархию старообрядческой церкви.

Освящение храма состоялось 7 января 1900 года. Он находился выше верхней улицы напротив дома моих родственников Суверневых, которые жили на нижней улице.

* * *

Первым священнослужителем в селе Топориха был диакон Стефан Павлович Смирнов. 11 марта 1903 года его перевели в Михайло-Архангельский храм (д. Михайловское Одинцовского района Московской области).

25 апреля в топорихинский храм был определен протоирей Николай Петрович Никифоров. 6 августа 1903 года он был рукоположен в сан диакона, а с 1 сентября состоял заведущим церковно-приходской школы села. Никифоров прослужил в Топорихе менее года. Уже 2 января 1904 года его переместили в Поим. В 1937 году протоирей Н.П. Никифоров был расстрелян по приговору тройки НКВД по Воронежской области.

После Никифорова храм стоял без настоятеля. 3 марта 1905 года случился пожар, в котором сгорели купол и иконостас, сильно обгорели стены. Сохранились только дом священника и здание церковно-приходской школы. Церковь восстанавливать не стали, но занятия в школе продолжались до начала 1930-х годов.

Работая с архивными документами, я выявил некоторую неточность в сообщении о пожаре (в некоторых источниках говорится о поджоге церкви). Поэтому рискну предположить, что действительно имел место поджог, который был совершен преднамеренно с целью уменьшения распространения в селе старообрядчества.

Русская Православная Церковь и официальная светская власть не поддерживали старообрядчество, и не было проведено расследование по факту пожара. Более того в декабре 1907 года появилось синодальное определение «О законопроектах, касающихся осуществления свободы совести». Вот выдержки из него, направленные на ограничение прав старообрядцев:

«… Старообрядцы и другие исповедания не пользуются никакими правами распространять свое вероучение; губернаторы и полиция пресекают все подобные деяния: подвергают аресту и суду старообрядческих и иных праповедников, содействуют господствующему духовенству в миссионерском деле… Постройка старообрядческих  храмов и молитвенных домов, совершение крестных ходов и т.п. разрешается с дозволения епархиального начальства господствующей церкви…»

Последним старостой Топорихи был Григорий Сувернев. После того, как его семья в годы сталинских репрессий покинула село, школу перевели в их дом. Дом был большой, кирпичный, одноэтажный. В советское время жители села постепенно разобрали на собственные нужды остатки храма, а затем и дом Суверневых. И лишь как напоминание закрепилось среди населения название этого места – Попова поляна.

* * *

Старообрядцы Топорихи поддерживали связи с общиной староверов из Поима. В моей памяти сохранились некоторые эпизоды жизни, связанные со старообрядческим укладом селян. Муж моей двоюродной бабушки Прокопий Мельников являлся проводником старообрядчества в селе. Я не знаю его церковного сана (возможно, наставник или уставщик), но он был очень набожен. В красном углу избы стоял большой иконостас, и Прокопий часто проводил в своей избе молебны вместе со старушками.

Дядя Проня официально нигде не работал (сколько я его помню). Он считал, что работать на государство является грехом. Жили они с женой (тетей Машей) за счет огорода и податей селян.У него было много церковных книг, он часто выезжал к своим единоверцам то в Поим, то в Москву. Однажды он взял с собой в Москву тетю Машу и мою бабушку. Из Москвы бабушка привезла церковный календарь.

Бывая в гостях у своих родных, я замечал некоторые обычаи взрослых, соответствующие староверам. Это выражалось и в одежде, и в поведении. Описывая иконы, которые почитаются староверами, я вспоминаю, что часть икон видел и у своих родных, а именно:

* икона апостола Луки, она изображала Богородицу с младенцем Христом, сидящим на ее правой руке и прижимающимся щекой к ее щеке - знак безграничной любви;
* икона «Спас Нерукотворный»;
* икона «Святитель Христов Никола» (выполнена на Ветке тополя);
* Распятие, выполненное в бронзе;
* икона Николая Чудотворца.

У родственников на полочке стояли лампадки и складные бронзовые иконы. После смерти моих родителей часть икон хранятся у сестер, а часть икон выкрали из родительского дома неизвестные лица при жизни отца. Бронзовые иконы в царское время неоднократно запрещались указами властей и православной церкви. Хранителями этого пласта культуры в виде комбинированных произведений оставались именно старообрядцы. Не хочу углубляться в истоки старообрядчества, так как эта тема требует деликатного обсуждения и изучения, а я простой человек и не обладаю знаниями в этой области.

* * *

Наверное, будет интересно знать, что во все времена староверы принимали активное участие в общественной и государственной жизни. Так, богатейший фабрикант Савва Морозов был спонсором первой русской революции. А в советское время Николай Булганин являлся заместителем председателя правительства, а Дмитрий Устинов – наркомом вооружения СССР и впоследствии министром обороны. Нынешний мэр столицы Сергей Собянин родился и вырос в семье сибирских староверов.

Хотелось бы, чтобы на эту небольшую статью откликнулись бывшие односельчане, родственники односельчан, а также лица, знакомые с обрядами староверов или исповедующие эту веру. Ведь пройдет еще немного времени, и часть этого духовного наследия села Топориха будет утеряна.

P.S. На фотографии - семья моей бабушки по материнской линии. Отец Кузьма, мать Степанида и сестра Пелагея Лысаковы. 1941 год.

* * *

И сказала княжна Ярославна:
«Наша вера православна.
Ей уж много лет прошло,
Крепче веры этой не пришло.
А реформы Никона и царя
Проводилися зазря
Будем двоеперстием креститься
И за заблудшие души молиться».