Золушка с криминальным уклоном Глава 25-26

Начало здесь http://www.proza.ru/2018/03/25/845

ГЛАВА 25

Продумывая заранее свой разговор с Джулией Томпельён, Гессор не боялся попасть в глупое положение. Не опасался он также за свою безопасность, отправляясь к влиятельной, пронырливой и не слишком разборчивой в средствах авантюристке в одиночку и без охраны.
«Тем-то и хороши интриганки, что с ними гораздо легче поладить, чем с моралистами, идеалистами, идейными фанатиками и людьми, витающими в облаках. Как раз авантюристками и легче всего управлять, - думал он. – Деловые, корыстные женщины, в отличие от остальных, прекрасно знают, что хотят. Для них любой договор – это, своего рода, коммерческая сделка. Если цена за услугу их устраивает, они и постараются услужить тебе качественно и со всем рвением. Иначе и клиент не заплатит. И тут ещё и мечта жизни у мадмуазель оказалась подходящая, простым смертным недоступная. А ему, Гессору, исполнить её – раз плюнуть: ему пустяк, а женщине приятно. Пусть себе поиграется герцогским гербом и причиндалами. У каждого свои пунктики и тараканы в голове. Потому-то принц и решил не ходить вокруг да около, а сразу «выложить все карты на стол». К тому же и время сэкономил, не тратя его на пустые разговоры.

- Так что вы ответите на моё предложение? – вопросил он, внимательно глядя на содержательницу борделя.

- Так вы хотите купить у меня именно Алисо? – замялась поставщица хорошеньких девушек, - К сожалению, молодой человек, вы уже опоздали, - мадмуазель Жюли была расстроена до крайности. - Хотя мне и страшно жаль, что у нас ничего не получится с нашим договором. Я уже продала Алисо некоему Рамизу Томпольё, известному дипломату. Теперь-то я понимаю, что поторопилась. И если бы я только знала, что за эту девочку мне предложат гораздо больше, то уж ни за что не стала бы её продавать. Но теперь дело сделано. Вернуть ничего нельзя.

- Я знаю о вашей сделке. Более того, именно в комнатах посланника Томпольё в монум-аркском посольстве я впервые и встретился с Алисо, - пояснил Гессор, пожав плечами. – Когда я просил вас её продать, я имел ввиду не продажу в прямом смысле, а похищение, в котором, я надеюсь, вы мне поможете. И именно за участие в похищении девушки я как раз вам и предлагал свою цену.
 
- Так вы видели Алисо именно у посланника? И как она? – похоже, что Джулию этот вопрос и в самом деле интересовал.

- Честно сказать, очень плохо. Хозяин содержит свою служанку в исключительной строгости, никуда её не отпускает, ходить заставляет в балахонах с закрытым лицом, никому её не показывает, мужчин и близко к ней не подпускает, днём заставляет работать, а ночью – сидеть на постели у его ног, ещё донимает криками и нравоучениями. Это даже больше похоже не на строгость, а на какое-то маниакальное стремление удержать её возле себя. Я даже иногда задумываюсь: может этот Томпольё – латентный садист? То есть стремится причинить боль не физическую, а скорее душевную, но не явным образом, а исподтишка, не показывая притом своей в этом заинтересованности. Может, садизм этот в самой психологии старика. А может, как мне кажется, он хочет, но не может. И не имея возможности удовлетворить свои желания, злобствует. Ведь девушка-то прехорошенькая. Чёртов дипломат даже документов на неё не сделал, когда перевозил через границу в нашу страну. Не знаю даже в чём причина. Быть может, чтобы не смогла сбежать от него его служанка, всё время при нём оставалась. Ведь без документов-то далеко не убежишь. И фотографии Алисо делать запрещал людям из госбезопасности. Вот это, скажите, почему? Видно, не хочет, чтобы посторонние мужчины на её личико любовались. Ну не маньяк ли? И что такому придёт в голову, к примеру, завтра, вообще трудно предположить. Забьёт до смерти предмет своей маниакальной страсти или разрежет на куски и скушает.
   
- Так вот в каком Алисо оказалась положении, - мадмуазель нервно покусывала свои губы. – Признаться, я не ожидала совсем. И даже пророчила этой девочке совсем другую судьбу. Но что же вы хотите от меня, молодой человек, раз вы обо всём знаете? А может, вам подойдёт какая-то другая их моих девочек?

Гессор обворожительно улыбнулся, поняв, что Джулия слегка засомневалась, а её прежний энтузиазм относительно предполагаемой выгоды поутих. Тогда он решил действовать своим мужским обаянием – одним из аргументов, которым вознамерился воспользоваться, чтобы расположить к себе хозяйку борделя и заставить участвовать в собственных планах. Чем-чем, а этим смазливый принц умел пользоваться и пользовался всегда при разговоре с женщинами, хорошо зная их слабости. А мадмуазель, весьма экстравагантная особа бальзаковского возраста, вообще любила хорошеньких мальчиков, с которыми ей гораздо приятней было иметь дело, чем с прочими её, менее симпатичными, клиентами. Гессор это знал, ведь никогда не отправлялся на разговор с нужным ему человеком, предварительно не собрав о нём исчерпывающие сведения.
 
- Нет, меня интересует только Алисо, и никто другая, - ещё раз одаривая хозяйку заведения, теперь уже застенчивой, улыбкой, произнёс Гессор после непродолжительного молчания.   

- Но почему?
 
- Сам не знаю. Думал об этом, но не понимаю. Быть может, просто пунктик у меня на хорошенькую прислугу? У вас свои тараканы в голове, а у меня свои травмы детства, вернее юности. Ведь в первый раз, представьте, со мной это произошло в пятнадцать лет с сорокалетний кастеляншей. Но женщина была, несмотря на возраст, ещё в самом соку, в теле и с огромным таким бюстом. Она, видно, глаз на меня положила и заманила по этой самой причине в полотенечную комнату. Нарочно, разумеется, это сделала. Сказала: «Посмотрите-ка, младший господин, вор что ли к нам в дом пробрался и в полотенечной орудует, а я испугалась насмерть, мол, и разволновалась вся», – так она решила всё дело представить. Я-то купился и пошёл за ней, по своей тогдашней неопытности, и оказался в ловушке среди кружевного белья и полотенец. Нагибаюсь посмотреть, не прячется ли кто-то под шкафчиками. Поднимаюсь, и вдруг вижу прямо перед своими глазами её огромную, трепетно вздымающуюся грудь. Тут-то всё и случилось, как бы само собой. И вот с тех пор что-то со мной сделалось: как вижу хорошенькую прислугу, так и совершенно не могу с собой совладать. И сколько поимел их, и не сосчитаю, наверное. И главное, на одной из них никак не могу остановиться. Вижу одну хорошенькую, а другая ещё красивей, а третья ещё лучше тех двух вместе взятых. Так и бегаю от одной к другой. А с которой всё началось на этот раз, уж и не помню.

Принц нарочно погрузился в откровения, зная, что женщины типа мадмуазель Жюли вообще любят выслушивать всякого рода подробности о сексуальной жизни от хорошеньких мальчиков. Нельзя сказать, чтобы он врал, но всё-таки, конечно, немного преувеличивал, в том числе и о количестве соблазнённых им служанок, а также о некоторых прочих пикантных деталях.

- Самое главное, - продолжал он, - что аристократки совсем не возбуждают. Немало отец подбирал для меня невест. Всё женить меня ему бы очень хотелось. И вроде найдёт мне девушку – истинную леди, одета превосходно, драгоценностями увешана, дорогими духами пахнет, а характер – ну просто ангел. Но не цепляет она меня. Как представлю, что придётся мне на ней жениться, так скука смертная и тоска страшная накатывает, хоть в петлю лезь. А как вижу красивую служанку, прямо снова так и тянет меня оказаться с ней где-нибудь в тесной комнатке среди белья и полотенец. По этой-то причине я и к Алисо в комнату забрался. И в ту ночь она моей и стала. У ней в её обиталище тоже так чистенько было, уютненько и приятно пахло свежестиранным бельём. Меня вообще возбуждает этот запах. 

- Так в чём же дело, Ваше высочество? – мадмуазель расхохоталась, - Если вам нравятся служанки, на то и моё агентство. Хоть дюжину я вам их теперь за минуту подберу – хотите горничных, а хотите медсестёр. И полотенечную комнату мы вам откроем. Забавляйтесь себе на здоровье. У нас ведь разные клиенты бывают, в том числе и с причудами. 

- Да поздно уже, кончились мои приключения, - Гессор решил добавить нотку драматизма в свои откровения. - Представьте, мадмуазель, после той ночи с Алисо я, как водится, ушёл, не попрощавшись. Вроде и жалко было её оставлять, и жалко девушку. Но я-то думал, что забудется вскоре, и всё вернётся на круги своя. Но не вернулось. Поймал вдруг себя на мысли, что вижу красивую девушку и совершенно никак на неё не реагирую. Прямо самому страшно. А ночами думаю про Алисо и в дрожь меня бросает, так хочется к ней прикоснуться. И не знаю даже. Быть может, дело в самой девушке. Она такая нежная, трогательная, искренняя, влюблённая, трепетная. А может в том, что она, как запретный плод, вся такая недоступная и охраняется за семью замками. Вроде как украл яблоко из чужого сада, почувствовал его вкус, и смириться не можешь с тем, что никогда больше ничего подобного не попробуешь. И тянет в это сад обратно. А сад-то под семью замками. И злобный хозяин-маньяк стережёт свои «яблоки». Но и я не могу успокоиться и с этим смириться. И даже ужасаюсь, что за страсть такая, может это для меня наказание божье за всех тех служанок, которых я соблазнил?

- А не пробовали вы подсыпать старикашке яду? – Жюли снова расхохоталась, - Как раз в этом я вам могу много чего посоветовать. Живёт у меня в пансионе старуха одна по имени Зарине. Она немного ведьма. И снадобья умеет готовить всякие разные, приворотные зелья, а также средства избавиться от клопов, тараканов, в том числе и от ополоумевших старых маньяков… Правда, - мадмуазель задумалась, - если уж совсем честно говорить, старуха эта немного выжила их ума, и учит всякой ерунде моих девочек. Больше-то вся эта наука попахивает шарлатанством.   
 
- У меня есть план получше.

- Так в чём же ваш план, Ваше высочество? И чем же я могу вам помочь со своими скромными возможностями?
 
- Так я же уже говорил, я хочу выкрасть Алисо.

- Так что же вы до сих пор этого не сделали?

- Как в сказке водится, прежде нужно победить дракона. И этот дракон о трёх головах. Первая голова – это старик Томпольё со своими связями. Пропади его «принцесса», он тут же кинется на её поиски. Крик поднимет на всю вселенную. Это я знаю потому, что был уже однажды такой случай. «Похитили» его служанку наши спецслужбы, точнее задержали при паспортном контроле, когда посланник старался провести её без документов. И вроде бы, чисто формально, служители порядка были во всём правы, но нарвались на скандал, конфуз чуть ли не международного масштаба.

- А почему?

- Дело было так. И я впервые тогда про эту Алисо услышал. Представьте, звонит моему отцу министре финансов, у него истерика, кричит: «Ваше величество, катастрофа, государственный бюджет трещит по швам, концы с концами не сходятся, а дебиты с кредитами!». А причина в том, что концерн Татрисо, что контролирует цены на нефть во всём мире, увеличил нам цену за баррель чуть ли не вдвое, а то и вовсе грозится перенаправить поставки в другое место.
Тогда Карл-Фридрих звонит в головную компанию концерта, центр управления которой, как известно, находится в Монум-Арко, и спрашивает у генерального директора: «Как же так получилось, ведь вроде у нас договор, и вроде не было на мировых рынках никакого кризиса». А генеральный директор ему и отвечает: «Но разве вы не слышали про ноту протеста за нанесённую вами обиду монум-аркскому дипломатическому представителю посланнику Томпольё? Так что весь этот сыр-бор по политическим мотивам». «Но чем же мы так обидели вашего посланника?» - спрашивает отец. А генеральный директор ему и отвечает: «Не знаю, мол, но Томпольё был весь-такой обиженный и звонил в такие высокие инстанции, что мы просто вынуждены были отреагировать. Так что разбирайтесь сами. И пока не извинитесь перед нашим посланником – шиш вам, а не нефтяные поставки».
Тогда Карл-Фридрих звонит Томпольё и спрашивает: «Чем же мы вас так обидели, драгоценный?» А посланник ему и отвечает: «Ваши спецслужбы, Ваше величество, похитили мою служанку, а после угрозами и грубым давлением заставляли её нарушить обед целомудрия, данный ей Всевышнему в порыве раскаяния. А это грубое неуважение к нашим вековым обычаям, которые я просто не в праве позволить вам нарушать».
Тогда Карл-Фридрих, пообещав во всём разобраться, вызвал к себе Кистона, начальника отдела чрезвычайной государственной безопасности, и у него уже спрашивает: «Какого чёрта вы творите со служанкой уважаемого посланника?» На что Кистон ему отвечает: «Никто служанку посланника совсем и не похищал. Её просто задержали для выяснения личности, поскольку она не имеет документов, и вообще особа крайне подозрительная, никаких сведений о себе не сообщает, ходит в закрытом балахоне, с закрытым лицом. А у нас, между прочим, как раз накануне террористка-смертница точно в таком же одеянии устроила в метро теракт, погибли люди. Как ещё по-другому было нам реагировать?»
«Но не может же быть, - говорит отец, - чтобы уважаемый посланник Томпольё был каким-то образом связан с террористами и им пособничал. И если он ручается за свою служанку, то значит поведение этой особы мотивируется совсем не дурными намерениями, а её религиозными убеждениями. Тогда и Бог с ними, с этими документами, раз при девушке ничего предосудительного не найдено. Отдайте служанку посланнику, извинитесь перед ним, а за девицей со всем вниманием присматривайте». На том и порешили. А Алисо теперь живёт в монум-аркском посольстве под строгим надзором своего хозяина и спецслужб. Вот я ещё с тех пор её имя и запомнил. И мне прямо интересно стало: что это за служанка такая, которая чуть не обрушила наш государственный бюджет?
 
- Так я не пойму, молодой человек, вы что это, обесчестили служанку дипломата, к которой даже не разрешено было приближаться, трогать и фотографировать, и из-за покушения на религиозные принципы которой чуть не возник международный скандал? – изумилась мадмуазель, весьма ошарашенная. 

- Ну так получилось, - пожал плечами Гессор. – Говорю же, вижу хорошенькую прислугу, и совершенно не могу себя контролировать.

- Да уж, отец ваш, Ваше высочество, за это по головке не погладит, если узнает? А он ещё не знает?

- Конечно не знает, никто не знает. А если бы узнали, то вообще не знаю, что бы было и со мной, и с ней.

- Так ваш отец – вторая голова дракона?

- Разуется. Именно мой отец, король Карл-Фридрих, глава государства, всех спецслужб и силовых органов, а также армии и флота государства Пронсельвани.

- Ооооо! – воскликунла мадмуазель, - Дело серьёзное! А кто же третья голова дракона?

- Некий господин Прискотус – человек, который, как я подозреваю, имеет гораздо больше влияния и власти, чем он даже нам хочет показать.

- А с этого момента поподробней, пожалуйста.

- Этот господин Прискотус – уполномоченный представитель влиятельной международной организации Антитеррор, который приехал к нам в страну больше года назад для борьбы с терроризмом. Ведь всякого рода теракты у нас в последнее время – самое обычное дело. А виной всему Ки-Салман Лайкан и его экстремистская организация Сону-Монум. И вот Прискотус-то как раз и вознамерился с ними бороться. Но слишком уж рьяно взялся за дело, к тому же получил от моего отца слишком много полномочий и теперь везде распоряжается. Пока-то он не в курсе моей проблемы, но подозревает и меня, и Алисо. Но как бы по-отдельности. Меня он подозревает в том, что я переспал с некоей девицей из обслуживающего персонала монум-аркского посольства, которая, по его мнению, может вполне оказаться шпионкой Ки-Салмана. А Алисо он просто подозревает, не как мою любовницу, а как пособницу террористов, поскольку, так уж получилось, стал свидетелем её задержания нашими спецслужбами в аэропорту. Потому совсем непонятно, что ему придёт в голову, если вдруг Алисо будет мной похищена. Он вполне может подумать, что она, как шпионка Ки-Салмана, затеяла, используя наследника пронсельванского престола, совершить какой-нибудь антигосударственный заговор. И будет действовать соответственно.

- Ооооо, Ваше высочество, - покачала головой мадмуазель, - дело ваше труба. И вы хотите меня втянуть в этот свой заговор с похищением? Ну уж нет. Я совсем не хочу бодаться с такими могущественными монстрами.

- Даже за титул леди света и тени?

- Даже за титул леди света и тени.



ГЛАВА 26

- Но разве интриги не ваш профиль, мадмуазель? Разве не на своих противозаконных авантюрах вы нажили всё своё состояние и приобрели своё влияние? – вопросил Гессор, пытаясь привести свои аргументы и переубедить свою собеседницу, - А я-то, признаться, думал, что вы посмелей. Боитесь бодаться с влиятельными монстрами? Но разве не вы не далее, как сегодня, грозились похитить единственного наследника пронсельванского престола и утопить его в реке? И уверяли меня при этом, что вы никого не боитесь. 

- Уверяла, да, - созналась мадмуазель, - но только хотела тебя припугнуть, глупый ты мальчишка. Хотя, с другой стороны, проблемы мне от сильных мира сего совсем не были нужны. Я в своё время много натерпелась от влиятельных недоброжелателей. И даже скиталась по миру, бросившись в бега, долгие годы. Потому-то и потеряла свою племянницу в Сингапуре – бедная девочка! И вот теперь, вроде, снова обретя покой и достаток, совсем не хочу его лишиться. И тебе я не советую ради какой-то девицы, пусть даже самой хорошенькой, рисковать своим положением и наживать неприятностей на свою голову. Сам подумай, у тебя блестящее будущее. А ты хочешь рискнуть всем ради женщины? Мало что ли девиц на свете хорошеньких? Да и я тебе могу предложить, к примеру, хоть Николетту – очень миленькая девушка, настоящая красавица. Представь, кожа нежная, талия тонкая, глаза словно драгоценные камни, поёт, танцует, к тому же тоже, как и была Алисо, пока что девственница. Показать тебе её?

«М-да, - подумал Гессор, - хозяйка борделя явно не хочет меня понимать. Придётся задействовать в своих аргументах «тяжёлую артиллерию». Попробую ещё один трюк. Обычно он срабатывает безотказно при разговоре с женщинами и вызывает их трепетное сочувствие».

- Попробовать Николетту, говорите? – принц сделал вид, что глубоко задумался и разыграл грустное молчание, потом промямлил, - Боюсь, что ничего не получится. Ведь я не рассказал вам, мадмуазель, ещё один свой страшный секрет.

- Так рассказывай.

- Представьте себе, после ночи с Алисо у меня совсем ничего не получается с женщинами.

- В каком смысле?

- В том самом.

- Как? Совсем?

- Совершенно.

- Так я могу тебе помочь. Есть у меня одна специалистка как раз по этим вопросам. Делает китайский массаж, и все сложности с потенцией, как рукой снимаются. А клиенты выходят от неё с обалдевшими глаза и без всяких проблем.

- Да пробовал я уже: китайский массаж, иглоукалывание, таблетки, процедуры, психологов, к лучшим специалистам обращался – всё безрезультатно, - принц даже пустил слезу совсем натурально, ему часто приходилось это делать при разговоре с разными людьми и на публику, а актёром он был чудесным.

- Беда! – прочувственно воскликнула Джулия, - Я-то и не думала, что у тебя такой постельный конфуз… Послушай, братишка, выпить хочешь? И вообще, давай перейдём в мой кабинет для нашего разговора, больно уж он конфиденциальный.

«Ну, если шлюха называет тебя братишкой и предлагает выпить, значит удалось всё-таки задеть её за живое, и дело сдвинулось», - подумал Гессор и потому сказал: Хочу.

- Что предпочитаешь: вино, коньяк, ром, текилу? – вопросила мадмуазель после того, как собеседники оказались в её кабинете. 

- А может быть, водочки? – выдвинул встречное предложение принц.

- Водочки, так водочки. Напьёмся с горя, братишка. Я от потери мной титула, который могла бы иметь, но не получила. А ты от своих проблем… Так что ты говоришь там у тебя с потенцией. Совсем никак?

- Не совсем. То есть, вот как смотрю на фотографию Алисо – всё работает. А как к другой женщине – не выходит. Я опять на фотографию Алисо смотрю – снова всё работает. Но снова к другой – полный провал и фиаско. Что-то, видно, в моей голове с той самой ночи повернулось, никак на своё место не встанет.

- Что повернулось?

- Ну, я же и говорю тебе – зациклился.

- А знаешь, братишка, такое точно бывает, - разговорилась мадмуазель после первой рюмки. - У меня был клиент один, глава крупной коммерческой компании. И вроде был женат и в женщинах не имел недостатка. Но угораздило же его в один прекрасный день по пьяни переспать со своей секретаршей. И вроде особа была ну совершенно не привлекательная: старая дева, сухарь, тощая как жердь, глазки маленькие, к тому же сутулая. Но представь, с того дня у того толстосума что-то в голове перемкнуло, и не получалось с другими женщинами, только с ней, с той страшилой. Проблемы вышли настолько серьёзные, что жена от него вскоре ушла. Также и любовницы все побросали, и сплетни стали ходить вокруг о его конфузах – такие, что бедняга чуть не повесился. При всём притом, со страшной секретаршей у него всё отлично получалось. И не сказать, что это любовь какая-то, но какая же любовь к такой уродине? Тогда что? В голове, видно, что-то щёлкнуло, а после на место так и не встало. Так и пришлось бедолаге жениться на этой своей невзрачной любовнице, поскольку та вскоре забеременела. Вот кто бы мог подумать, что эта тихая проныра так свою личную жизнь устроит: нашла мужика с толстым кошельком, да ещё такого, что никогда теперь ей не изменит. Вот дела-то какие творятся! Бывает же такое в жизни! 

- Так у меня-то ведь ещё хуже положение, - продолжал Гессор, растирая притворные слёзы по лицу. – Если случаются подобные проблемы у главы коммерческой компании, то это его личные беды. И окружающим на это совершенно всё равно, разве что хихикать будут по углам – вот и все неприятности. А вот у принцев крови – это вообще катастрофа. Все же смотрят на них, как продолжателей королевского рода. Вот я, к примеру, единственный прямой потомок Ричарда Великолепного по отцовской линии оказался. Оттого-то все только и делают, что у меня без конца спрашивают: «Где наследник? Где наследник? Где наследник?» А какой же наследник теперь при таких проблемах? Выходит, всё – роду Грандескки конец. Король-отец мне никогда этого не простит.

- Так ты отцу-то и пожалуйся, дурачок, расскажи, как есть, всё без утайки. Может он, поняв всю серьёзность твоего положения, и поможет тебе как раз выкрасть Алисо.

- Исключено, сестрёнка, если мой отец узнает о моих проблемах, то скажет, что я сам во всём виноват, лишит меня титула, наследства и вообще отправит в ссылку куда подальше. То есть жизни моей конец.

- Так неужели же король не пожалеет собственного сына? А я-то слышала, что он тебя любит? – мадмуазель Жюли открыла рот от удивления и вытаращила глаза.

- Эх, сестрёнка, ничего-то ты в таких делах не понимаешь, - Гессор положил сутенёрше руку на плечи. – У королей любовь к детям особенная – не такая, как у простых людей. Они любят не своих детей, а наследников, продолжателей рода. А род продолжить не смог – выкинут, как щенка, за шкирку из дворца и до свидания. Я вот даже думаю, может, мне отравиться, зарезаться или, ещё лучше, прыгнуть с обрыва прямо в море. И пусть акулы разорвут моё никчёмное тело на куски, а потом дожрут мелкие рыбёшки. Всё равно я уже никому не нужен в этой жизни.

- Ну погоди уж, братишка, ты этого не делай! – пьяным голосом воскликнула мадмуазель, поскольку уже успела опрокинуть ни одну рюмку.

- Но как же не делать? Жизнь-то моя проклятая уже не удалась! – воскликнул принц, заливаясь притворными слезами, думая про себя: «Совершенно уверен, что мадмуазель вот-вот сломается».

- В таком случае, братишка, я просто обязана тебе помочь, - проговорила следом за этим та, подтверждая его догадки. - Только уж и ты не забудь своё обещание насчёт герцогского титула.

- Так я же уже дал тебе слово! – с подобострастием воскликнул Гессор, чтобы быть как можно более убедительным, - А у нас в королевском роду слово – это очень серьёзно.

- Тогда рассказывай свой план. Если он будет выглядеть как не совсем уж безумная авантюра, то я, пожалуй, на него соглашусь, - заверила его мадмуазель.

«Нужно бы и правда рассказать ей быстрей, а то слишком много выпила», - подумал Гессор и начал:

- Дело в том, что для меня, как для принца, выкрасть Алисо совсем не составит особого труда. Она же ведь поднадзорная. Просто надо придраться к какой-то мелочи, вызвать её в органы. А после только и остаётся, как подогнать машину к чёрному ходу и увезти её в неизвестном направлении.

- И в чём же дело тогда?

 - Только главное-то не выкрасть, а чтобы её потом не нашли. А найдут Алисо очень быстро. И даже если за границу её успею вывести по фальшивым документам, беглянку разыщет Интерпол. И уж тут-то второй раз у меня не будет шанса, если выяснится моё в её побеге участие. Меня все будут подозревать и за мной следить, а распоряжения мои выполнять никто не стать, опасаясь короля Карла-Фридриха.

- И что же ты придумал, братишка?

- Когда я понял суть твоей оферы, то приехал за помощью именно к тебе. Ты ведь выдавала Алисо за свою племянницу, и весьма высокопоставленные персоны тебе поверили. Скажи мне, кто из уважаемых лиц, которых посчитают надёжными свидетелями, может подтвердить, что Алисо – это Алиса де Томпельён? Помимо баронессы Лейнстайл, конечно, о которой я уже знаю. 

- Таких немало. Если сознаться честно, я Алисо многим показывала. Не все из них лица такие уж влиятельные, но в качестве свидетелей, к примеру, в полицейском участке, вполне сойдут.

- Тогда всё ещё лучше, чем я думал. Ты мне списочек напиши потом на досуге, чтобы я заранее позаботился о том, чтобы эти люди могли нам быть полезны… И вот теперь представь, похищаем мы Алисо и тут же вывозим её за границу куда подальше не по каким-то там липовым документам, а под именем Алисы де Томпельён, дочери герцога, наследницы знатного рода, личность которой могут подтвердить весьма многие уважаемые и заслуживающие доверие свидетели. 

- А документы? Честно признаться, с документами у меня, вернее у племянницы, большие проблемы. Племянница ведь скончалась много лет назад, - созналась мадмуазель.

- Но тут у меня ведь тоже всё продумано. Мы восстанавливает документы, причём таким образом, что я лично, вроде бы, к этому отношения совсем не буду иметь, ведь всё это я сделаю, используя не мои связи, а господина Прискотуса. Представь, этот человек имел неосторожность некоторое время назад заполнить все необходимые формы и справки для восстановления документов Алисы де Томпельён. Сделал он это, видимо, по ошибке, ведь Алисо представилась при её задержании в аэропорту при въезде в страну именно таким именем. Потом недоразумение выяснилось, а формы и справки сохранились, тоже, видно, по недоразумению. Там стоит только дату немножко подправить и отправить по инстанциям. Вот и всё.

- Я посланник Томпольё? Как он смирится по поводу пропажи своей ненаглядной служанки?

- И тут тоже всё прекрасно сходится, ведь Алисо, хотя об этом пока знаю только я, бывшая жена Ки-Салмана, причём их развод пока не оформлен официально.

- Я знала об этом. Мне Алисо сама рассказывала.

- Да? Ну и прекрасно. И мы представим дело так, что Алисо похитил Ки-Салман или кто-то из его людей по его приказу. А что, весьма правдоподобная версия. И если кому-то что-то не нравится, пусть с Ки-Салмана и спрашивают.

- Вообще толково придумано, - после некоторых раздумий, заметила мадмуазель. – Только вот одного ты недоучёл в своих рассуждениях – саму Алисо.

- Ну да, боюсь, что её трудно выдать за аристократку с её-то дикостью.

- Я как раз не это имела ввиду, - возразила принцу Джулия. – Почему это ты решил, что Алисо не может сойти за аристократку? Я сама занималась её воспитание, и скажу тебе, что очень даже может. Она – как расстроенное пианино. Играют на нём и думают: какая ужасная выходит музыка. Но пианино нужно просто правильно настроить, и оно будет играть. 

- Неужели? – изумился принц, - Честно сказать, мне трудно в это поверить.
 
- Ты, видно, плохо знаешь Алисо.

- Плохо знаю? Так я, признаться, её не знаю совсем. Но если так, как ты говоришь, сестрёнка, то хорошо.

- Но проблема-то не в этом. Алисо – девушка весьма религиозная, со своеобразным воспитанием, потому упёртая. И у неё такие тараканы в голове, такие понятия о жизни, что обычному человеку трудно подчас понять её логику.

- Вот штатный психолог госбезопасности писал о том же.

- Правильно он писал. Думаешь, почему я Алисо при себе не оставила. Вот именно поэтому.

- А я-то думал, что она просто не справлялась с ролью Алисы де Томпельён.

- Как раз прекрасно справлялась, я даже удивлялась порой насколько. Когда я впервые увидела эту девочку, - откровенничала хозяйка борделя, - то думала, что из неё совершенно ничего не получится. Но она оказалась настолько способной и старательной, что многое освоила и очень даже быстро: манеры, правильную речь, премудрости этикета, языки. Даже подробности из жизни аристократии, и геральдику дворянских родов знала назубок. Я только вот грамоте её не обучила, не было времени. Потом, я не учитель, а сутенёрша. Этикету, манерам и правильной речи обучала её по видео, а геральдике и истории родов по картинкам в книжках.
И всё вроде складывалось хорошо, и я бы так и претворила свой план в жизнь, выдав Алисо за свою племянницу, да только поняла в один прекрасный момент, что не договориться мне с ней правильным образом. Да, мы с ней встречались с самыми разными людьми, и она говорила, что она Алиса де Томпельён. Но я ей объясняла, что это что-то типа экзамена, проверки того, чему она научилась. Пока девчонка была подростком, она мне верила. Но вскоре стала подрастать и умнеть. И вот тогда и начались проблемы. Алисо стала меня подозревать и даже однажды намекнула, что не хочет участвовать в обмане, потому что это грех, и она не хочет совсем попасть в ад.
Я ей пыталась объяснить, что мир, который она видит каким-то примитивным образом, совсем не столь прост, а наоборот – весьма сложен и многогранен. А людям для того, чтобы устроится в жизни, иногда приходится откинуть свои понятия о хорошем и плохом, а учиться приспосабливаться под обстоятельства. Но всё было без толку. Некоторые вещи ей так сильно вбили в голову в детстве, что теперь её уже не исправить. Почему ты, глупый мальчишка, вообще решил, что Алисо захочет с тобой бежать? Но ведь без её согласия и содействия мы не исполним твой план никак.
Ты знаешь, кто ты для неё? Человек, совершивший страшное преступление. Ты её ввергнул в пучину греха, и теперь она попадёт в ад из-за тебя, так она думает. Если бы ты убил её, то был бы в её глазах меньшим преступником, потому что тогда бы она умерла непорочной. Потому я не удивлюсь, если теперь она тебя ненавидит лютой ненавистью.
Ты думаешь, если ты принц, при положении и деньгах, то она побежит за тобой на край света и умрёт от счастья. Ты вспомни, как она отказала Ки-Салману, а тот ведь тоже был при положении и деньгах, тоже молод и красив. К тому же – её единоверец, а для такой девушки, как Алисо, это очень важно. Так на что ты надеешься?

- Ну, не знаю, - растерянно проговорил Гессор, - когда я был с ней, мне так не показалось. Мне показалось, что её женское естество так и рвётся наружу.

- Минутная слабость – не больше.

- Ещё мне показалось, что Алисо ненавидит своего хозяина и с радостью сбежала бы от него куда подальше.

- Ты считаешь, что она ненавидит Томпольё? Какая наивность! Да он в её глазах святой. И она наверняка чувствует свою вину перед ним, поскольку добилась его расположения обманом. А свои страдания она воспринимает, как наказание за грехи. Она считает так, вот сейчас она искупит работой и послушанием свои прегрешения в этой жизни, а потом попадёт в рай.

- Я не верю, что она такая! – вскричал принц, - Ты так рассказываешь о ней, сестрёнка, будто она религиозная фанатичка.

- Да она такая и есть, уверяю тебя, братец. И боюсь, что после того, как переспала с тобой, стала только ещё более упёртой. У ней теперь только больше мотивов, чтобы отмаливать свои прегрешения. Ты говоришь, не такая. А ты знаешь, что, живя здесь, она у меня вытворяла. Однажды устроила голодовку в знак протеста. И на полном серьёзе. И в самом деле чуть на тот свет не отправилась.

- Я знаю об этом. Она мне рассказывала.

- Тогда на что ты надеешься? Ты думаешь, что она так и станет помогать тебе в побеге? Это ты думаешь, что ты для неё избавитель. А для неё ты преступник, который хочет её похитить и превратить её закоренелую грешницу. Эта упёртая девица же первая сделает всё, чтобы нарушить твои планы.

- Я что-нибудь придумаю и её уговорю.

- Блажен кто верует, но я лично в это не верю, - пожала плечами мадмуазель. – И потому, вот тебе мой ответ, братишка. Если ты сможешь уговорить Алисо и получить её согласие на побег, то и я соглашусь содействовать твоему плану. А если нет, то даже лучше и не начинай, мой тебе совет. Всё равно потерпишь полное фиаско.
 
Продолжение здесь http://www.proza.ru/2018/05/03/1169