Золушка с криминальным уклоном Глава 33

Начало здесь http://www.proza.ru/2018/03/25/845

Любую Золушку просто обязана преследовать череда чудес. А как же может оказаться иначе? Ведь без них бедная девушка, униженная всем миром и ни в ком не находящая сочувствия, благодарности и поощрения, просто не может добиться справедливости в жестоком мире, что её окружает. Алисо весьма долго, как известно, жила в придуманной ей реальности, где являлась героиней сказки, созданной её фантазией. Там она звалась – леди де Томпельён, дочерью герцога. А всему этому способствовали истории, рассказанные ей некогда про свою племянницу мадмуазель Жюли. Да, авантюристка использовала, случайно подвернувшуюся ей, деревенскую девочку, чья внешность оказалась подходящей, в своих интересах. «Ты должна стать тем, кем не являешься, и доказать, что можешь быть не хуже истинной леди, потому для всех ты – Алиса де Томпельён», - говорила она перед тем, как представить свою подопечную полезным для себя людям.   

И именно таким именем Алисо, не найдя ничего лучше, представилась и на этот раз службистам органов правопорядка. Так же она поступила и два года назад при въезде в эту страну. Тогда просто из озорства, а теперь, спасая себя, ввиду чрезвычайных обстоятельств. Однако её наивность и полное незнание окружающего мира всё же не были настолько беспредельными, чтобы она надеялась, что её уловка хоть сколько-нибудь окажется действенной и сработает на этот раз. Просто решила идти ва-банк. Тем более представители органов требовали от неё какие-то документы, а она и понятия не имела: где их берут? Собирались везти её куда-то. Но куда бы они ни отравились, что-то Али сомневалась, что там сидят дураки.

«Скорее всего меня сейчас арестуют, - думала смутьянка. – Ну, и наплевать. Зато хоть сменю обстановку, рабство на тюрьму, хоть в этом будет разнообразие».

Решив так, Алисо не стала сопротивляться обстоятельства, а просто выполнила то, что от неё требовали. Да и имело ли смысл оказывать противодействие в её-то положении? Потому она без звука села в автозак, который для неё подогнали. Тем временем обличающий её с головой охранник с КПП Магнозер уже призвал в свидетели ещё нескольких человек из своей группы, все они тоже загрузись в автозак, поехав вместе с задержанной для выяснения её личности. И охранники посольства во время поездки горячо спорили между собой на предмет: «она или не она, та самая беглянка или реальная француженка»? А Али наблюдала за ними свысока, время от времени кидая на службистов Антитеррор презрительные взгляды.

В Отделе миграционной информации на вопрос: кто она, и как её зовут, задержанная, не усомнившись ни на секунду, снова уверенно ответила, смерив всех высокомерным взором:
- Я есть Алиса де Томпельён. Я есть французский подданный. Я есть дочь герцог де Томпельён, - сначала произнесла она на ломанном местном диалекте, а потом добавила на чистейшем французском, - Если бы знал мой покойный папочка, в какую я теперь попаду историю, он бы умер второй раз! Бедный, бедный мой папочка!

И дежурный отдела, набрав на компьютере указанное имя, вдруг неожиданно для всех ответил:

- Леди Алиса де Томпельён? Числится у нас такая французская гражданка. Дата въезда леди Алисы в нашу страну почему-то не проставлена. Однако известна дата вылета. Она покидает нас завтра в 18.45 и летит специальным рейсом Мегалиолисс-Париж в сопровождении своей тётушки Джулии Томпельён. Разрешение на вылет уже получено, специальный рейс подготовлен. 

- Так значит, наша задержанная не террористка? – ещё раз переспросили службисты, но особенно не хотел верить своим ушам Магнозер.

- Ну, я же говорю: леди из высшего общества, которая прилетела к нам в страну по приглашению весьма высокопоставленных персон, и отбывает завтра в Париж на свою родину – это она, судя по фотографии в базе данных.

Придирчиво сверив фото важной персоны, возникшее на дисплее, с оригиналом, то есть с задержанной девушкой, и убедившись в полнейшем сходстве одного с другим, службисты только пожали плечами, но вынуждены были извиниться и отпустили «леди» восвояси. То был результат проделанной принцем Гессором аферы с похищение Алисо, которое было назначено на завтра. Но никто из присутствующих этого не знал. Алисо же сначала была немало ошарашена подобными чудесами, но потом очень быстро нашла объяснение случившемуся, соответствующее её воспитанию и мировосприятию: «Сам Всевышний, видно, мне помогает, поскольку знает, что я ни в чём не виновата».

Тем временем господи Прискотус был крайне уязвлён обидными намёками Кистона, а также недоверием к выдвинутой им версии по поводу беглянки из монум-аркского посольства и о связи её якобы с террористами. Также крайне неудовлетворен чрезвычайный уполномоченный представитель международного уровня оказался и результатами расследования посольской охраны, так и не сумевшей выяснить личность преступницы, стрелявшей в охранника, её намерения и мотивы. Потому он отправился в посольства сам, дабы самолично на месте во всём разобраться. И в поисках ответа на свои вопросы заглянул также в апартаменты Томпольё.

Открыв дверь запасным ключом, Прискотус также, как предыдущие расследователи, сразу услышал мерный храп старика, что доносился из его спальни и полную тишину в запертой кладовке, где, согласно его сведениям, томилась некая провинившаяся служанка. Окликнув девушку, якобы наказанную хозяином, и не получив ответа, следователь покачал головой. Приоткрыв же дверь в спальню, где храпел посланник, Прискотус сразу же заметил, что спал тот беспокойно, во сне частенько стонал и даже временами вскрикивал. И это показалось следователю весьма подозрительным. Он перешагнул через порог спальни и подошёл поближе.

«Конечно, - размышлял он, - Господин Рамиз – человек нездоровый, всякое может случиться, тем более во время приступа. Но кто же его так укутал и накрыл со всей аккуратностью двумя одеялами, если сиделка, что за ним ухаживает, заперта в кладовке? Престарелый посланник включил телевизор на полную громкость и заснул? Ну что ж, такое, наверное, возможно. Но почему-то вся эта картина кажется мне немного подозрительной. И главное, что за тишина непонятная в кладовке с загадочной пленницей? И если горничной запрещено разговаривать с мужчинами, что же она девушке, пришедшей с охранниками во время проверочного обхода, не могла ответить?»

- Нам было странно, что служанка посланника столь тиха и безответна. Но взламывать дверь в кладовку, где она находится, мы всё-таки не решились. Больно уж господин Рамиз оберегает свою подопечную от посторонних глаз, - пояснил начальник посольской охраны, которого Прискотус вызвал для дачи объяснений. 

- Да уж, слухи о «трепетном» отношении господина Рамиза к своей служанке распространяются повсюду, даже анекдоты до данному поводу сочиняются, - саркастически поддакнул помощник начальника своему боссу, которого вызвался сопровождать, дабы как-то шутками-прибаутками разбавить обстановку.   

- Постойте, а не та ли это служанка, из-за которой в аэропорту произошёл некогда страшный скандал? – вдруг вспомнил уполномоченный Интерсес, который был не расположен шутить.

- Именно, - подтвердил начальник.

- Её звали… дай Бог памяти… Алисо ди Томпольё. 

- У вас хорошая память, - господин уполномоченный.

- Она что, родственница посланника, судя по фамилии?

- Вовсе нет. Девушку просто записали на фамилию хозяина. В Монум-Арко предлог «ди» означает принадлежность какому-либо лицу. Если дословно перевести с монум-аркского, то получается «Алисо, принадлежащая Томпольё». Так сделали, так как настоящая фамилия девушки была неизвестна и до сих пор нами не выяснена. Да-да, потому её так и записали, когда завели на неё досье в госбезопасности.

- Как это, не выяснена до сих пор фамилия? – с недоумением и даже раздражением в голосе спросил Прискотус, - Простите, но я прекрасно помню, что инцидент с девушкой-служанкой как раз случился в день моего приезда в Пронсельвани. А это было два уже года назад. И вы за всё это время так и не выяснили настоящую фамилию девушки?

- Видите ли в чём дело, господин уполномоченный, - оправдывался начальник посольской охраны. – Как тут можно выяснить, если девушка совершенно безграмотная и не знает своей фамилии. Она из глухой какой-то горной деревни, потому совершенно дикая и необразованная. 

- Но неужели же она никак не зарегистрирована по месту своего рождения? Нужно было уже давно послать туда запрос, выяснить личность девушки, хотя бы путём опроса свидетелей, и восстановить её документы.

- Да куда посылать-то? Если бы кто знал. 

- Что девушка настолько глупая и безграмотная, что не знает даже названия своей деревни, и где она находится?

- Она говорит, что родилась в деревне Колуси. Но этого населённого пункта нет на карте Монум-Арко, - пояснил помощник начальника. 

- Колису? – вдруг встрепенулся уполномоченный, - И вы так спокойно об этом говорите? Разве не знаете, что полное имя Лайкана – Ки-Салман-бей Мухаммед Колуси? Сам он, как и его ближайшие родственники, родом из деревни Ришиндже, где у них крупная усадьба, которая так и называется «Усадьба Колуси».

- Но причём здесь деревня?

- В Монум-Арко часто маленькие деревни в глубинке именуются местными жителями по названию усадьб господ, в окрестностях которых они расположены. Вы разве не слышали об этом? Так что, вполне может статься, что ваша служанка – односельчанка Ки-Салмана. А вы спрашиваете, причём здесь деревня? А если ваша девица, к примеру, лично знакома с Ки-Салманом, значит, вполне возможно, на него работает.

- Да нет, вы не поняли, господин чрезвычайный уполномоченный, вернее ослышались, - попытался поправить оплошность своего помощника начальник посольской охраны, так как не хотел уж больно получать нарекания от начальства по поводу своих недоработок и служебных недоделок. – Деревня девушки называется не Колуси, а Толуси.
- Значит, точно Толуси?
- Совершенно точно… кажется, господин чрезвычайный уполномоченный. Вообще девица эта, служанка, очень тихая, забитая даже, ни в чём таком не замечена, порочащих связей за время нашего за ней наблюдения не имела. И вообще образцового поведения.

- Ну, если так, то ладно, - успокоился Прискотус.

Начальник охраны и его помощник вышли их апартаментов Томпольё весьма раздосадованные, им показалось, что дело принимает какой-то нежелательный для них оборот. Тем временем Прискотус уже собирался выходить за ними, но всё-таки решил напоследок окинуть помещение придирчивым взором. И вдруг в глаза его бросилось нечто такое, что совсем не заметили во время прежних обходов, ведь ограничивались тем, что только немного приоткрывали дверь в спальню спящего посланника, чтобы убедиться в том, что он на месте и спит. Но вот настырный Прискотус решил заглянуть и за саму дверь. Совершенно непонятно, что он там собирался увидеть, но взглянув на ту часть дверной коробки, к которой крепилось само полотно при помощи петель, ранее скрываемое открытой дверью, он узрел там такое, от чего встрепенулся и разволновался самым чрезвычайным образом – журнал с фотографией наследного пронсельванского принца, в сердце которого торчал уже не нарисованный, а самый настоящий огромный кухонный нож. А острие этого ножа было воткнуто с такой звериной силой, что на несколько сантиметров вошло в плотное дерево. 

«Окровавленный нож в сердце принца, вернее – в его изображении? – подумал Прискотус, - Ведь совершенно же ясно, что всё это не может оказаться случайностью и произойти просто так, имея какие-то непонятные и немыслимые невинные объяснения».

Что здесь указывало на преступные намерения? Во-первых, кровь на ноже (если это кровь) вообще наводила на мысль о совершённом в этой комнате каком-то преступлении. А во-вторых, сам факт торчащего ножа в изображении принца, не важно было ли это чем-то символическим или неадекватно-эмоциональным… а может, каким-то ритуалом перед покушением на наследника?

Дрожь пробежала по телу Прискотуса от возникшего внутри него возбуждения, а также предчувствия какого-то невероятного, страшного открытия. Он интуитивно прислушался, и в тишине комнаты вдруг уловил некий неприятный до странности, еле слышный звук. Что-то капало что ли? Наверное, вода из крана? Но никакой раковины в спальне престарелого посланника не наблюдалось и в помине. А ванная комната располагалась далеко, и дверь туда была закрыта. Как доложили высокопоставленному расследователю, ранее здесь громко работал телевизор, потом его выключили, но каких-либо подозрительных звуков никто не уловил… Но теперь… Снова прислушавшись, Прискотус постарался определить направленность звучания, в результате чего вынужден был наклониться и заглянуть под кровать. И там… обнаружилась на полу целая огромная лужа крови, а красные капли продолжали и продолжали пополнять её содержимое, капая с кровати сверху, неумолимо вытекая из какой-то части тела посланника. И тут Прискотус резким движением сбросил со старика одеяло, быстро обнаружив что руки и ноги господина Рамиза крепко-накрепко связаны, а сам он даже не шелохнулся от такого беспокойства, настолько неестественно крепко спал, что тоже наводило на страшные подозрения. 

Далее стали обнаруживаться другие признаки, безусловно указывающие на подробности, разыгравшейся здесь, совсем недавно трагедии. Прискотус протянул руку к электрическому звонку, что находился в непосредственной близости от кровати хозяина спальни, чтобы вызвать коридорных. Но тут же обнаружил, что звонок не работает, потому что шнур перерезан неким острым предметом, предположительно тем самым ножом, что в данную минуту торчал из дверного косяка. Чтобы скрыть повреждение провода, преступник, что здесь орудовал, аккуратно заклеил место размыкания изолентой.
Прискотус бросился к кладовке, несколько раз подналёг всей силой своего тела на дверь и, выломав её, нашёл помещение пустым, а значит, служанку сбежавшей. И лишь только на мешок с опилками, что кто-то запрятал между шкафов и полочек, надетыми оказались женское платье и парик, потому в темноте создавалось впечатление, что там кто-то находится. Теперь-то Прискотусу стало совершенно понятно: кто была та девица, что совершила побег и стреляла в охранника – Алисо ди Томпольё, та самая женщина в тёмном одеянии и с закрытым лицом, которую он видел однажды в аэропорту и которая ему исключительно не понравилась. Именно её подозревали в связи с экстремистами и в подготовке террористического акта.

Прискотус криками вызвал людей, а также звонил охранникам и санитарам по телефону. Вызванные забегали, засуетились, принимали какие-то меры. И вскоре из дверей спальни в тяжёлом состоянии под капельницей на самодвижущихся носилках вывезли пострадавшего господина Рамиза и увезли на машине скорой помощи в больницу. А в самих помещениях, принадлежащих посланнику, сыскари устроили тщательный обыск, осматривая место преступления, собирая улики и снимая отпечатки пальцев. Несколько человек из охраны, вызвав всех служанок и прочих особ женского пола из обслуживающего персонала посольства в специальную комнату, пытались воссоздать фоторобот преступницы. Однако, мероприятие пока продвигалось медленно – опрашиваемые в замешательстве давали совершено бестолковые, противоречащие друг другу показания по поводу внешности преступницы. Но, к большому сожалению следователей, других источников информации не имелось. К мужчинам обращаться было бесполезно, ибо служанку, постоянно ходившую с закрытым лицом, из них всё равно никто не мог опознать. А в личном деле, заведённом на преступную горничную в госбезопасности, никаких фотографий данной особы не оказалось.

- Но фотографии были, - растерянно говорили ОЧГБшники. – И хотя Томпольё никому не давал фотографировать свою служанку, штатный психолог придумал один хитрый трюк, в результате которого мы и получили желаемое.
 
- То есть фотографии были, но пропали? – уточнил Прискотус.

- Именно так, - получил он ответ от сотрудников госбезопасности.

- Всё понятно! – воскликнул чрезвычайный уполномоченный, - Это заговор с участием оборотней в погонах. Экстремисты имеют своих людей в Отделе госбезопасности. А побег служанки был продуман заранее и тщательно спланирован, прекрасно вписываясь в какой-то хитрый преступный план. Может даже, государственный заговор.  Теперь будем ждать, когда врачи приведут в чувства господина Рамиза. Тогда дипломат заговорит, даст Бог, и мы узнаем все подробности совершённого на него покушения, обстоятельств преступления, а может даже что-то насчёт мотивов, возможно. Вот уж начальник госбезопасности Кистон будет удивлён до крайности. Подвела его хвалёная интуиция, не разглядел коварную террористку в образе простоватой девицы. Да и мне не поверил, ещё и издевался.   

Продолжение здесь http://www.proza.ru/2018/05/12/1643