Золушка с криминальным уклоном Глава 41

Начало здесь http://www.proza.ru/2018/03/25/845

После зажигательных танцев с Его высочеством Алисо со всех сторон окружили представители СМИ. Телевизионщики решили взять матч-реванш за вынужденный простой в связи с задержкой бракосочетания, в надежде как-то развлечь своих зрителей. А представители печатных органов не теряли времени даром, желая предоставить в срочном порядке своим читателям новую Звезду. Ведь без сомнения, о девушке, которая удостоилась в этот вечер пристального внимания особы королевских кровей на завтра… нет, даже сегодня заговорят все. Причём Алисо не особенно смутилась этому обстоятельству, охотно давая ответы на все вопросы журналистов.

«Интересно, о чём сможет говорить с представителями СМИ безграмотная горничная господина Томпольё?» - думал про себя Гессор, наблюдая со стороны эту сцену с большим вниманием и интересом.

Как выяснилось, Алисо было что поведать этому миры, не зря она так долго сидела взаперти и под гнётом господ, которые безжалостно использовали и эксплуатировали её. И скопила множество ценных мыслей. Ими-то и стремилась как можно скорее поделиться с окружающими. И следует заметить, речи её оказались весьма своеобразны. Что там спутать Монпарнас с Монмартром! Новоиспечённая леди наговорила такое…

На вопрос: «Каково ваше жизненное кредо?», она ответила:

- Кредо, а что это?... А-а-а-а, то есть правила, которым я следую по жизни? Вообще-то у меня их много. Например, я точно усвоила такие истины. Во-первых, где попало стоять не следует, обязательно нагорит. Во-вторых, прежде чем куда-то входить, лучше заранее подумать о том, удастся ли выйти… Просто там, где я в последнее время жила, были очень строгие порядки и узкие двери, поневоле приходилось об этом задумываться, - пояснила она, видя недоумение журналистов. - И там, где я жила, очень хорошо понимаешь: из всего что в жизни прилетает нам на голову, только возмездие приходит безвозмездно. А за остальное приходится платить и очень дорого. К тому же я усвоила ещё кое-что. Чем больше ты узнаёшь о том, что на уме у хозяина, тем в скорости дальше он тебя пошлёт. Так что лучше не задавать лишних вопросов.

- Хозяин? Кто же ваш хозяин?

- Кто хозяин-то? Да какая разница! У каждого из нас есть свой хозяин. Или хотите сказать, что у вас его нет? И если кто-то из таких типов нас обижает незаслуженно, а потом посылает, просто нужно вернуться и заслужить обиду, тогда не так будет обидно. Но только неплохо бы помнить при этом, что при переходе от слов к делу, без вести лучше не пропадать – сам себя не найдёшь на этом пути, никто тебя искать не станет. А если и станут, то только те, кому лучше не искать… Что больше всего считаю обидным в жизни? Когда мои мечты сбываются у других. А то мечтаешь, мечтаешь… Однако достаётся всё это кому-то из совершенно посторонних.

Поведав слушателям о своих мудростях, Алисо при этом дала жестокий отпор всем тем, кто пытался с ней спорить, причём не стесняясь в выражениях. На вопрос о том, почему это она так выражается, новоиспечённая Звезда ответила со знанием дела:

- А что? В краях, где я выросла, принято было говорить, что из двух спорящих всегда один – дурак, другой – сволочь, а третий – плешивый ишак… Причём здесь третий? Так если двое начинают спорить, то третий всегда найдётся. И вообще, сами же спросили о моих правилах по жизни. Так что это правила мои и жизнь моя. А если вам не подходят мои правила или что-то не нравится, то и нечего лезть в мою жизнь!

- Создаётся впечатление, леди, что у вас какое-то тёмное прошлое, - замечали некоторые.

- Тёмное прошлое? И что? Скажу я вам господа: при некоторых жизненных обстоятельствах только тёмное прошлое способно приоткрыть дверь к светлому будущему. Но последняя мысль не моя, так сказал товарищ Хель… то есть один умный человек, а я ему верю.

 - Похоже на то, что эта самопровозглашённая герцогиня просто покорила всех своим остроумием. Я слышал, как журналисты шептались о том, что она – просто находка. Эта девушка умудряется говорить именно то, что как раз говорить и не надо. И потому её приятно слушать, - заметил Теодоро своему кузену, который от хохота, наблюдая такое, был едва жив.

 - Да, недооценил я ханум! - отвечал тот. – Даже и представить себе не могу, в чём её секрет? Наверное, в совершеннейшей и непостижимой природной непосредственности. Глядя на неё действительно трудно понять, то ли она – круглая дурочка, то ли умна необыкновенно и знает о чём говорит. Одно ясно точно: с ней не соскучишься.

- Мне кажется, Гессор, хоть я в этом и недостаточно разбираюсь, - осторожно заметил сын сенатора, - что из твоей Алисо вышла бы королева не хуже, чем из Мадлон. Нет, в самом деле. Она бы тут всех построила, несмотря на своё своеобразное образование и его полное отсутствие во многих областях. 

- Мадлон? А что Мадлон? Всё что есть у неё, она нажила не сама. Богатство и знатность получила от рождения. Вкус и манеры – результат воспитания. Наряды ей моделируют кутюрье и шьют искусные портные, в лучшем случае, она лишь фасон из предложенных вариантов выбирает. А то и вовсе не выбирает, всё делает за неё имиджмейкер. А у Алисо все достоинства собственного производства. Начиная от умения себя подать и кончая платьем, которое придумала и сшила сама, я уверен. Посмотри, вроде бы простенький фасончик и материал так себе, блестящий вроде, но дешёвенький, а как сидит на ней замечательно, просто глаз не оторвать. Я просто видел рисунки фасона этого платья у неё в комнате, когда рылся в её вещах. И швейную машинку тоже видел, она что-то там у себя в комнате всё время моделировала. Вообще креативная особа.   

Видимо, Алисо действительно знала о чём говорила журналистам, а все свои жизненные кредо хорошо прочувствовала на собственной шкуре. Гессор, конечно, не всё угадал рассказывая Теодоро о том, каким образом Алисо попала на королевский приём и умудрилась быть представлена в качестве родственницы барона и баронессы Лейнстайл. Но некоторые из его догадок и в самом деле соответствовали действительности.
После того, как таксист высадил беглую преступницу на пустыре и после бегства от вооружённых людей с собаками, Алисо выбежала на автостраду в надежде поймать машину и уехать. И именно в этот момент прямо перед ней затормозил лимузин баронессы. Госпожа Лейнстайл приехала из Франции по посланному ей приглашению на церемонию бракосочетания наследного пронсельванского принца. И прямо сейчас следовала из аэропорта в снятый на время её пребывания в Пронсельвани уютный домик с мансардой и садиком, где свою жену уже поджидал господин барон.

Чтобы объяснить «крёстной» свой странный вид и поведение, Алисо даже придумывать особенно-то ничего не пришлось – рассказала всё, как было, только умолчав о том, о чём баронессе знать не следовало. Приехала в Пронсельвани, мол, в туристических целях, хотела по музеям походить художественным и историческим в качестве культурного самообразования. Думала, что здесь приличная страна, а тут кругом одни преступники. Села в такси, а таксист вместо того, чтобы вести в картинную галерею, отвёз в какое-то сомнительное заведение, где криминальные элементы её обокрали.

- А амбалы-охранники и ещё какие-то типы подозрительный наружности кидали на меня такие непристойные взгляды, что я вообще опасалась за свою честь! - жаловалась самозванка по-французски. 

- Seigneur! Seigneur! (Боже мой! Боже мой!) – восклицала при этом баронесса. 

- Мне ещё повезло, что в заведении этом ужасном вдруг возник пожар. Прямо-таки не знаю, и что у них там загорелось? Но от этого они все разбежались, – продолжала авантюристка. - И тогда преступный таксист опять заволок меня в свою машину, пригрозил пистолетом и вывез куда-то за город. О! Я так боялась его посягательств! Но, хвала Создателю, он от меня отстал, и просто выкинул из машины на пустыре. Потом я хотела помыться и упала в реку. Ну, а дальше и вовсе растерялась, что нахожусь в какой-то глуши. Бросилась к автостраде прямо через поросший кустарником участок. Но на дороге совершенно, совершенно никто не хотел мне помочь. И тут прямо Всевышний вас послал, баронесса!

- Pauvre fille! Quel cauchemar! (Бедная девочка! Какой кошмар!) – сетовала та.

Миновать все расставленные на дорогах блокпосты для Алисо, находящейся в машине такой важной персоны, ну совершенно ничего не стоило. Мало того, что никто особенно не собирался обыскивать шикарный лимузин знатной дамы, за рулём которого сидел шофёр в красивой униформе с написанным на лице благочестием. Баронесса сама набросилась на служителей правопорядка со своими претензиями.

- Посмотрите-ка на них! Стоят они тут, прохлаждаются! – кричала она по-французски, - И это в то время, когда буквально у вас под носом грабят и убивают честных парижанок аристократического происхождения! Кто у вас за порядком следит в этой стране? Да у вас тут мафия на мафии, преступник на преступнике! Столько жандармов на дорогах, вооружённая охрана, а от них совершенно никакого толка! Препятствия, заграждения, шлагбаумы здесь понаставили, чуть ли не оборонительные позиции! И всё для того, чтобы честных людей донимать, проверять у них документы, а не гоняться за преступниками! Это вы нарочно тут всё понаделали, чтобы сделать вид, что что-то делаете. Ну, а сами не делаете совершенно ничего! Вот я пожалуюсь вашему начальству, чтобы промыли вам мозги! Вы знаете, какие у меня связи!

И так далее и всё в таком роде. Потому блюстители правопорядка не то, чтобы что-то там проверять или задавать вопросы, они были рады, когда отделались от баронессы, и она уехала восвояси.

Своё платье, в котором явилась на королевский приём, Алисо действительно сшила себе сама, причём буквально за один вечер из старых каких-то платьев, что нашла на чердаке в снятом баронессой доме. В таком виде и отправилась на поиски приключений, пользуясь покровительством и связями барона и баронессы. Плюс ко всему умелая горничная быстро смогла расположить к себе сердца супружеской четы, посредством ловкости своих умелых рук. Престарелому барону за несколько минут соорудила из тряпочек прекрасный белый цветок, что приколола булавкой к лацкану его пиджака, чтобы закрыть только что поставленное на костюме пятно. Баронессе также дала пару советов, как довести до совершенства внешний облик, к тому же натянуть на ноги туфли, что на два размера оказались престарелой женщине малы, используя какие-то хитрые средства для растяжки обуви, а потому они совсем не жали. Таким образом загладив мелкие неприятности своих покровителей, она уверила их в том, что является истинной леди, ибо так тонко разбираться в моде и дополнять элементы светского имиджа, как они решили, могла только аристократка чистейших кровей.

И так, Алисо добилась своего и попала в Жемчужный дворец. В её положении по-прежнему терять было совершенно нечего. «Мне только бы добраться до этого гада! - думала она про своего соблазнителя, - А там спущу курок и делу конец».

Кстати, насчёт оружия и как его пронести на королевский приём, Алисо тоже позаботилась, подменив трость барона на совершенно другую, особой конструкции. А дело было так. Господин Эдуард, то есть барон, привёз с собой коллекцию старинного оружия, чтобы продемонстрировать её здесь каким-то своим знакомым. И самозванная родственница проявила к ней живейший интерес, чем чрезвычайно расположила к себе господина Лейнстайла. Но особое внимая из всей коллекции у Алисо привлёк один очень интересный экземпляр. Это была трость. С внешней стороны она казалась совершенно обычной – тёмное дерево, серебряный набалдашник, лёгкий запах старого лака. Но стоило провести пальцем по выгравированной букве, как внутри что;то едва слышно щёлкало, будто просыпалось. Внутри трость скрывала металлический стержень. Механизм активировался нажатием хитрой кнопки. И тогда трость превращалась в ружьё – смертоносное оружие в руках своего обладателя. У барона была точно такая же трость, но безобидная. Её он всё время носил с собой. Но подменив её на трость-ружьё, Алисо и обеспечила себя оружием возмездия. Барон прихватил с собой трость на торжество. А уж потихоньку умыкнуть её в самом дворце для Алисо оказалось бы не слишком сложно, так она рассуждала. 

«Нет, определённо удача сегодня на моей стороне, - проносилось в голове у преступной самозванки, - я слышала, что подобная полоса везения случается только перед смертью, то есть в последний день жизни. Похоже, что мне конец, коль так судьба расщедрилась напоследок».

Алисо действительно была одержима, как и заявлял кузену Гессор… только не любовью, а ненавистью. Это чувство, что клокотало в ней, помогало авантюристке впасть практически в раж. Попав наконец в Жемчужный дворец, она говорила и действовала, находясь в исступлении, ибо некий неуёмный адский огонь буквально пожирал её изнутри. Единственной её целью было добраться до вероломного соблазнителя. А всё остальное – лишь средством для достижения задуманного. И вот наконец тот, кого она ненавидела всеми фибрами души, сам подошёл близко к ней и её спутникам, заговорив с баронессой.
Он что-то спрашивал у мнимой крёстной. Кажется, говорил о ней. Али трудно было вникнуть в суть разговора. Её сердце бешено колотилось, а дрожь прошибала изнутри. И лишь только одна мысль крутилась в голове: «Если сейчас он меня узнает и выдаст, в мгновение ока схвачу трость барона, нажму секретную кнопку и тут же вышибу мозги негодяю». Но случайный любовник, похоже, её не узнал, так она решила. На всякий случай, чтобы увериться в этом окончательно, Али, пытаясь быть хладнокровной и, заведя непринуждённой разговор, вознамерилась это проверить.

- Принц видно забыл или не посчитал нужным сообщить, что мы знаем друг друга и достаточно близко, - именно тогда произнесла она эту фразу, внимательно наблюдая за реакцией Гессора, но не нашла в его поведении ничего странного, значит выходит, что он действительно её не узнал.

Что-то болтал про предместья Парижа, потом про приём у Английской королевы, а Али смотрела на него и думала о том, что её буквально сейчас стошнит, настолько она его терпеть не может!

«Это же каким нужно быть кобелём блудливым, чтобы даже не помнить всех своих женщин!.. Да, ну, что там, разве он считает меня за женщину? Так, игрушка на пять минут радости! – проносилось у неё в голове, - Интересно, его слабая память касается только бедных горничных или и светских дам тоже?»

И именно в этот момент Али заговорила про тот случай в Венеции, о котором наслышана была из одной телепередачи. И под конец, наблюдая за реакцией Гессор не без злорадства сделала вывод, что память на дам благородного происхождения, коим он признавался в любви, у принца такая же короткая.

С каждой минутой Алисо всё больше казалось, что Гессор положил на неё глаз… как на незнакомку, конечно, новую свою жертву. Он крутился вокруг неё постоянно, перешёптывался с дружком, видимо о ней, кидал на неё заинтересованные взгляды.

«Его похоже не смущает даже, что я беременна… Или он не заметил? При этом ему всё равно, кажется, как подобное произошло и от кого ребёнок. Сдаётся, что аристократы ничуть не разборчивей настоящих кобелей. Да, что там, даже хуже. Они готовы кинуться на всех особ женского пола, лишь бы только девушка имела две руки, две ноги и была увешана с ног до головы драгоценностями. Вот и всё их стремление к возвышенному… И этот человек собирается сегодня сочетаться законным браком с другой женщиной! Может невеста потому так долго не объявляется? Одумалась бедняжка, кому охота терпеть постоянные измены? Ну, ничего, я уж отомщу этому потаскуну за нас двоих. Да что там – за двоих! За всех женщин мира!» - разрываемая возмущением размышляла самопровозглашённая герцогиня.

И в тот момент она поменяла свои планы.

«И что толку, если я пристрелю его одним махом? – думала она, - Я уж не промахнусь, попаду ему в самое сердце. И умрёт он в одну секунду и без мучений… Заставить бы его страдать! Вот это настоящая цель! И такая возможность, по всему видно, предоставляется, коль он заинтересовался моей скромной персоной, не узнав меня совершенно, конечно. Интересно к чему он завёл все свои ухаживания? Не иначе, как вскорости потянет меня в тёмный уголочек. Вот там-то ему и задам перцу! Я теперь не та наивная Алисо, которая не знала с кем имеет дело. Уж буду начеку… Чтобы с ним такое сотворить? Заставить раздеться до гола и созвать журналистов на это зрелище?... Нет, лучше прострелить ему его отросток. И пусть себе живёт, только без своих драгоценных причиндалов, писает сидя через трубочку и больше никаких любовных историй… Ну, может ещё подумаю, и придумаю что-то ещё более отвратительное и страшное!... Нужно, чтобы он как следует поплатился за то, что сделал со мной».

Да, так рассуждала Алисо и строила свои мстительные планы. Только вот куда соперничать ей с госбезопасностью!

- Сэр Гессор, - обратился к принцу Кистон. – Так, может, вы мне всё-таки расскажите, кто такая Алиса де Томпельён?
- Дочь герцога де Томпельёна, единственная представительна древней династии французских герцогов, возникшей в XI веке. Герцоги де Томпельён прославились как покровители наук, архитектуры и тайных дипломатических миссий. Они…

- Сэр Гессор, кончайте ваши шутки, - холодно перебил принца ОЧГБшник. – Эта девица пронесла во дворец огнестрельное оружие.

- Вот с этого момента поподробнее.   

- Как известно, леди де Томпельён явилась на торжество в сопровождении своих покровителей барона и баронессы Лейнстайл. У барона в руках трость. Но не простая, а с секретом. И поскольку у меня возникли подозрения, я попросил господина Лейнстайла показать мне эту штуковину. Не в целях обыска. Просто я, как будто, заинтересовался уникальной вещицей старинной работой. Барон с охотой отдал мне её, как будто и не подозревал, что в ней может быть что-то неразрешённое. Таким образом я получил возможность её посмотреть. С виду трость, как трость. Дерево тёмное, благородное с патиной времени – это, как вы знаете тонкая плёнка, налёт различных цветовых оттенков, что образуется на поверхности старинных предметов, в том числе древесины, под воздействием окружающей среды. Набалдашник – из кости, янтаря и потемневшего серебра. Вроде всё естественно. Но я сразу понял, что это не простая трость. На ощупь она чуть тяжелее, чем должна быть, судя по материалу, из которого сделана. Но что особенно интересно, при встряхивании едва слышно звенит, что никак не должно быть у обыкновенной трости. Баланс трости чуть смещён, но это замечается только при внимательном рассмотрении. При опоре трость звучит глухо, как пустая. В ладони чувствуется холод металла под древесиной. Потом, чисто интуитивно, в руке создаёт странное ощущение «живого» предмета, будто внутри что;то дремлет.

- И что же там дремлет по-твоему?

- Понятно что, это огнестрельное оружие, то есть орудие убийства, пронесённое на этот праздник под видом трости.   

- Но, если барон пронёс оружие во дворец, причём же здесь леди? – скептически вопросил принц. 

- Я сильно подозреваю, что барон не догадывается, что это необычная трость. А вот девушка, а я наблюдал за ней, частенько поглядывает на этот предмет как-то странно, как будто предаёт ему какое-то особенное значение. И кажется, зачем ей трость? Кроме того, сама девушка выглядит странной. Она явно не в себе. Вроде и ведёт себя естественно. Но вид у неё той, которая явно что-то задумала.

- И почему ты обратился по этому поводу именно ко мне?

- Скажите, сэр Гессор, эта Алиса де Томпельён и есть Алисо Колуси? Мне кажется, вы знаете.

- Но, а если вдруг так, почему не арестовал её немедленно?

- Так мне арестовать её?

- Подожди, - остановил принц своего верного охранника. - Она, видимо, пришла сюда по мою душу. В своих письмах товарищу Хельсону она грозилась прикончить меня прямо на свадьбе. Ну вот и исполняет свою угрозу. Мне интересно, выстрелит она или нет.

- Опасные игры ведёте, Ваше высочество.

- Но почему? Барон же не всегда держит в руках свою трость. Можно отвлечь его, разрядить это чудо-ружьё и зарядить его холостыми. И если самозванная леди действительно что-то задумала, она выстрелит, и мы услышим, как водится, громкий хлопок, как при обычном огнестрельном выстреле… Но есть идея получше. А если использовать сигнальные патроны, которые выстрелят как фейерверки? Тогда гостям можем сказать, что это праздничный салют.

- Праздничный салют? – Кистон покачал головой, - Мне кажется, вы недооцениваете эту девицу. Эта самозванная леди может заметить, у неё могут быть припрятаны запасные патроны. Потом, она для убийства может воспользоваться другим оружием, пронесённым ей или найденным здесь, а во дворце немало опасных и острых предметов.

- Я её недооцениваю? А мне кажется, что ты её переоцениваешь. В этой «леди» много, конечно, сметливости, но много и простосердечной наивности. И не так-то трудно обвести её вокруг пальца. А острые предметы? Ими не выстрелишь с расстояния. И ты тоже не считай меня совсем беззащитным, как-нибудь справлюсь с нападающей на меня беременной девушкой.

- Ходят слухи, то эта девица уделала некогда самого Ки-Салмана.

- Не преувеличивай. Совсем никто не знает, что там между ними случилось.

- Неплохо бы обыскать эту особу, но только не представляю, как это сделать, не вызывая у неё подозрений.

- Обыскать, не вызывая подозрений? – молодой искатель приключений рассмеялся, - Нет ничего проще. Я сделаю это самым естественным образом. Или ты сомневаешься в моём мужском обаянии?

- Но зачем вам эти игры, сэр Гессор?

- Я же уже сказал: хочу знать, выстрелит она или нет.

- Для вас это так важно? – недоумевал блюститель спокойствия династии.

- Да, для меня это важно.
 
- Но разумней поступить совсем по-другому. Сейчас удобный случай потихому схватить её и увезти в неизвестном направлении. Хотите сообщим Его величеству, а хотите нет. Разве вы не планировали её похитить? Разве вы не этого хотели: поймать её раньше Прискотуса? А дальше уж сами разбирайтесь в своих отношениях хоть три тысячи лет.

- Разобраться в отношениях? – принц снова рассмеялся, - Ты думаешь, это так просто, Кистон? Наши нехитрые отношения, похоже, уже так запутались по воле судьбы и всяких разных обстоятельств, что трёх тысяч лет не хватит, чтобы в них разобраться. И если сейчас мы её похитим, вряд ли я когда-нибудь узнаю, что она задумала, и выстрелила бы она или нет. Вот и буду всю жизнь об этом думать.

- Так мы заставим её сказать правду, если вы так хотите её знать. Моя особенная система допросов и психотропные препараты, снижающие самоконтроль…

- Да ты с ума сошёл, Кистон! Кто тебе позволит её допрашивать. Она же беременна. Нет уж, я сам с ней разберусь. А там, кто кого сделает.   

«Нет, ну если ему охота поиграть в свои игры, то пусть играет, - подумал ОЧГБшник, у которого и без того в этот день было дел по горло. – Я, конечно, отвечаю за безопасность наследника. Но всему же есть пределы. В конце концов я предупреждал, он не захотел слушать. А мне ещё с террористами разбираться. Ох, уж эти мне разборки королевского семейства. Отец говорит одно. Сынок совершенно другое. И я между ними, как сосиска в проруби. Пусть сами разбираются, кто с кем спал, кто от кого беременный, и кто кого сделает. И зачем мне сдался этот любовный водевиль? Нет, ну ружьишко конечно разрядить бы надо. А там потом пусть девица палит сколько душе угодно».   

 Продолжение здесь http://www.proza.ru/2018/05/22/862