Чеховский Дядя Ваня на 42-й улице Манхэттена

Пьеса А.П. Чехова «Дядя Ваня» - одна из любимых в театральном мире. Начиная с 1897 года и поныне, спектакли ставятся в разных театрах разными режиссерами с разными труппами. За эти годы созданы десятки киновариантов пьесы у нас и за рубежом.

Фильм американского режиссера Луи Маля «Ваня с 42-й улицы» (Vanya on 42nd Street) снят в 1994 году. Это было время относительной дружбы с Америкой, и фильм получился добрый, уважительный по отношению к русской культуре.

Имя «Иван» довольно часто эксплуатируется в американских фильмах о России, чеховский Иван Петрович Войницкий просто напрашивается в кинопроект.

42-я улица Манхеттена в Нью-Йорке самая оживленная. Но к 90-м годам она не была еще настолько респектабельна, и театр, в котором идет репетиция чеховского «Дяди Вани», довольно скромен в материальном плане. Поэтому Луи Маль показывает не роскошную постановку, а репетицию, где не обязательны реквизиты, декорации и актеры могут позволить себе обычную повседневную одежду.

Однако это не мешает им передать дух чеховской пьесы. Интеллигентные герои Чехова, непритязательные и рефлексирующие, доброжелательны по отношению друг к другу.

Режиссер представил пьесу Чехова «Дядя Ваня» целиком, почти без купюр с маленькими вкраплениями, обрамляя краткими сценами жизни самих артистов, их благожелательное отношение к театру и друг к другу. Они едины в желании разыграть интересный им спектакль.

В давние времена Никита Михалков, снимая фильмы, стремился объединить всю труппу, изолировать на время съемок от внешнего мира. Так был снят лучший его фильм «Неоконченная пьеса для механического пианино» по мотивам произведений А. П. Чехова. В результате герои разные, но вся труппа (не только актеры) сработала на одну цель: раскрытие утонченного мира Чехова.

Конечно, американские актеры раскрывают характеры по-иному, исходя из своих знаний и понятий. Их «голливудские улыбки» снимают напряжение чеховской драмы внешне, но не упрощают внутренне.

Мне кажется, я поняла, почему жизнь Ивана Войницкого не удалась. Над этой ролью работали лучшие наши актеры: Юрий Толубеев, Иннокентий Смоктуновский, Олег Басилашвили, Андрей Мягков, Юрий Соломин и другие. Это интересные, творческие личности, наделенные красотой природой - матушкой.

В фильме «Ваня на 42 улице» Войницкий незаметный, серый, тихий. Но умный, жертвенный, бесконечно добрый, открытый.

У самого Чехова есть некоторая странность: в списке действующих лиц Войницкий даже не в первой половине, а в заголовок вынесен он и не как Иван Войницкий, а как дядя Ваня. Действительно, дядя, он посвятил себя семье сестры. Добровольно и бесповоротно.

В американском варианте чеховского дядю Ваню играет Уоллес Шоун. Войницкому 47 лет, Уолллесу Шоуну в то время было примерно столько же. Его дядя Ваня маленького роста, с круглой головой – мягко говоря, мужчина малопривлекательный. Он проигрывает всем и прежде всего Астрову, высокому, красивому, с интеллигентными чертами лица (актер Ларри Пайн).

Дядя Ваня мягкосердечен и уступчив. Есть сцена, где Войницкий отдает Соне украденный у доктора морфий. Отдает, стесняясь. Так сдаются уличенные в воровстве игрушек дети. У Шоуна Войницкий слишком бесхарактерен, не способен на отчаянный поступок. И вся сцена «со стрелялками» - действие «взбунтовавшегося» ребенка. В результате все пользуются дядей Ваней и считают, что так и должно быть.

Что, если русский человек таков? Бесконечно терпелив, все готов отдать, всему верить, разочаровываться в своих кумирах и снова терпеть? Не поэтому ли американское кино сегодня вновь зло рассказывает о России? Как это «терпеливый мужик» не на шутку взбунтовался?

Последний фильм «Красный воробей» (2018) рассказывает о русской разведке, где существует лишь два метода: нечеловеческие пытки и сексуальные разводки. А в награду – снайперская пуля. И уж, конечно, руководитель разведки похож на Путина.

Тем приятней увидеть кинопроект «Ваня на 42-й улице», чтоб понять, что не все американцы увлечены русофобией, есть и такие, кто читает классическую русскую литературу.