В. Белинский и Н. Добролюбов

Трудно найти мало-мальски образованного человека в России, которому были бы неведомы имена великих критиков, жизнь и творчество которых значительно повлияли на развитие русской литературы девятнадцатого века, и во многом определили характер литературного процесса в последующих этапах её развития.               
Два выдающихся литератора XIX века, два критика и публициста: Виссарион Григорьевич Белинский(1811-1848) и Николай Александрович Добролюбов (1836-1861). Они похоронены на некрополе «Литераторские мостки» Волковского кладбища в Санкт-Петербурге.               
Складывание уникального некрополя «Литераторские мостки» началось с появления здесь могил Белинского и Добролюбова. Таким образом, даже после своей кончины великие литераторы продолжили служить российской культуре, внесли вклад в российскую некрополистику.   
Наиболее достоверная информация о Белинском оставлена А.Н.Пыпиным (1833-1904), русский литературовед, этнограф, один из авторов Энциклопедии Брокгауза и Ефрона в статьях: «В.Г.Белинский, его жизнь и переписка», «Характеристика литературных мнений».               
Н.Г.Чернышевским (1828-1889), русский философ-материалист, революционер-демократ, учёный, литературный критик, публицист, писатель:«Очерки гоголевского периода русской литературы», «Воспоминания И.С.Тургенева».               
Аполлоном Григорьевым (1822-1864), поэт, литературный и театральный критик, «Белинский и отрицательный взгляд в литературе». Всё это включено в Собрание сочинений Белинского в 12томах, вышедшее в Москве в 1959году, переиздано три раза (из Википедии).
Главный источник информации о Н.А.Добролюбове запечатлен Н.Г.Чернышевским в журнале «Современник»,1862,№1. Продолжение последовало лишь через 27лет в журнале «Русская мысль», 1889. После смерти Чернышевского материалы о Добролюбове печататься перестали, но в1890году были изданы отдельной книгой в Москве. Также в журналах 1861года: «Русский инвалид», «Современник», «Книжный Вестник», «Московский Наблюдатель». В 1862году: «Библиотека для чтения», статья О.Бибикова «О литературной деятельности Н.А.Добролюбова», Зайцева «Белинский и Добролюбов» и др.               
Спустя 150лет со дня рождения Белинского, благодарные соотечественники продолжали чтить его память, признавая, что он один из самых выдающихся деятелей передовой литературы, общественной мысли и революционного движения России XIX века. Н.Г.Добролюбов также был почитаем в советское время и теперь, как и его предшественник.               
Добролюбов Н.А. - самый известный после Белинского русский критик, представитель метода публицистической популяризации литературных произведений. Краткая жизнь даровитого юноши сложилась невесело. Он был ослепительной звездой по выдаваемым литературным результатам, но очень тускло сложилась жизнь личная. Судьба сыграла с ним злую шутку, которой он боялся. В одном из написанных им перед самой смертью стихотворений: «Пускай умру, печали мало» с горьким предчувствием выражал свои опасения: «Чтоб под могильною землей не стал любви предметом я, чтоб все, чего желал так жадно и так напрасно я живой, не улыбнулось мне отрадно над гробовой моей доской».               
На самом деле всё получилось наоборот. Слава, влияние, народное сочувствие - все это пришло к Добролюбову после смерти, а при жизни он безответно, трепетно стремился к горячей привязанности, но знал, в основном, лишь муки творчества; торжество его идей стало принимать желаемые очертания, но злая болезнь была уже у ворот.               
Свидетельством славы русских критиков является увековечивание их имён на малой родине, месте, где они родились и провели детство. Имя Добролюбова включено в число знаменитых людей Нижнего Новгорода, есть бюсты и памятники в его честь в ряде научных центров, его именем назван город в Архангельской области и библиотека.
В.Г.Белинскому поставлены памятники и бюсты в Санкт-Петербурге, Пензе и городе Чембар Пензенской области (уезда). Его имя присвоено парку в Пензе, Пензенскому государственному педагогическому институту (университет), Пензенской гимназии средней общеобразовательной школе в Чембаре.               
Деятельность основателей русской литературной критики продолжает вызывать интерес думающей, творческой части населения России. Теперь, спустя 207 и 182 года со дня их рождения, когда мир стремительно меняется, вместе с этим меняются и ценностные ориентации нашего народа, популяризация и интерпретация их творчества особенно актуально. Их творчество требует исторического переосмысления. Но значение их деятельности в культурно-историческом плане никогда не потеряет свою актуальность.               

Сходства и различия в творчестве великих критиков
В.Г.Белинский и Н.А.Добролюбов широко известные в России личности, прожившие жизнь свою во благо развития русской культуры. Белинский с позиций сегодняшнего дня рассматривается, как патриот русской литературы, положивший начало развитию критической мысли в культуре России. Именно он озадачивается состоянием существующего литературного процесса в 30-ые годы девятнадцатого столетия, и принимает для себя решительные меры для просвещения молодых дарований того времени, которым он впоследствии помогает расти и совершенствоваться.    
Спустя 25лет Россия получает ещё одного будущего критика, продолжившего дело своего предшественника. Он с большим уважением относился к старшему коллеге и посвятил его творчеству ряд своих трудов. Современник, соратник выдающихся критиков, младше Белинского, но старше Добролюбова,- еще один замечательный деятель русской литературы, философ-материалист, революционер-демократ, учёный, публицист и писатель, Николай Гаврилович Чернышевский (1828-1889) сыграл огромную роль в увековечивании имён основателей русской литературной критики.       

Эпоха Золотого века русской литературы и зарождение литературной критики               
XIXвек вошёл в историю России небывалым размахом развития культуры, который сказывался на всех уровнях жизни, и обуславливался, прежде всего, тем, что страна переживала экономические и политические преобразования, в том числе, реформы в сфере образования, науки, искусства. Будучи в основе своей аграрной, Россия постепенно начала развиваться как буржуазные страна. Стала появляться сеть предприятий тяжёлой и лёгкой промышленности.               
При новых экономических условиях, возникших в результате зарождения буржуазных отношений, неуклонно возрастала потребность в грамотных людях. Имело значение и влияние эпохи просвещения, начавшееся в Европе несколько раньше, чем в России, но к девятнадцатому веку уже имеющее твёрдые позиции в российском культурно-образовательном пространстве. Развивалось книгопечатанье, писались труды по истории России, распространялось театральное искусство, живопись, архитектура, музыка, зародилась российская публицистика: появилась периодика.
XIX век ознаменовался появлением высших учебных заведений: начиная с обоснования гимназий в крупных культурных центрах (Санкт-Петербург, Москва, Казань, уже середины XVIII в.) и завершая обоснованием трёх университетов в означенных городах. Позже стали открываться двухгодичные школы для детей крестьян и рабочих и другие учебные заведения разного направления и уровня.               
Общие тенденции культурно-исторического развития в России не могли не повлиять на развитие литературы. Русская литература XIX века вошла в историю русской и мировой культуры, как Золотой век. Нет на сегодняшний день более развитой литературы в мире, чем этот период. Это век, когда Эпоха Просвещения сменилась на господство критического реализма, проявившегося в творчестве российских классиков.               
Крупные исторические события начала XIX века также имели своё влияние на всё происходящее в стране, в том числе и на разнообразие литературных тем. Это - война с французами (1812), восстание декабристов(1825), отмена крепостного права (1861). Последнее событие стало решающим результатом, на осуществление которой на протяжении многих десятилетий работала прогрессивная мысль российской интеллигенции.
XIX век дал России таких гениев литературы, как А.С.Грибоедов, А.С.Пушкин, М.Ю.Лермонтов, Н.В.Гоголь, И.А.Гончаров, А.Н.Островский, И.С.Тургенев, М.Е.Салтыков-Щедрин, Н.А.Некрасов, Л.Н.Толстой, Ф.М.Достоевский, А.П.Чехов и др. Они не только писали свои бессмертные произведения, но и открывали новые периодические издания, часто при университетах создавались типографии и публиковались все новости культурной и научной университетской жизни.               
Журналы «Телескоп»,«Современник»,«Русская мысль»,«Московский Наблюдатель»,«Отечественные записки»,«Колокол» и другие. Отдельными книжками выходили приложения к ним, издавался ряд газет узкоспециальной направленности; работало географическое общество, велись исследования по этнографии народов России, писались исторические труды, учебники для детей разного социального сословия и т.д.               
Поэтому появление великих критиков литературы на то историческое время было закономерным явлением, развитие литературного процесса и совершенствование творчества отдельных писателей и поэтов нуждалось в критической оценке их творчества.               
В.Г.Белинский явился генератором и путеводителем многих поэтов и прозаиков своего времени. Эстафета литературной критики была передана более молодому последователю его дела - Н.А.Добролюбову.               
В развитии критической мысли в России большую роль сыграли столичные вузы: Московский университет и Петербургский педагогический институт. Именно в этих высших учебных заведениях объединялись молодые дарования, неравнодушные умы с целью создать великую культуру и литературу на Родине. Велико было и влияние Европы, особенно немецких философов. Позднее эти объединения распространились во всех крупных научных центрах Санкт-Петербурге, Казани и получили такое же широкое влияние на развитие научной мысли в стране.               

Историко-культурные условия и судьба               
Основатели русской критической мысли, жившие в историческом масштабе в одно и то же время, имеют в своей судьбе много общего уже тем, что оба родились в семьях, имеющих отношение к религии. В.Г.Белинский внук священника, Н.А.Добролюбов - сын. И выходцы из российской глубинки: один из Пензенской губернии, другой уроженец города на Волге Нижний Новгород, сумевшие повлиять на жизнь в столицах в масштабе всей большой страны.               
Дед В.Г.Белинского - священник в селе Белыни (Нижнеломовского уезда Пензенской губернии), отец - лекарь, служивший в балтийском флоте; будущий критик родился 30 мая 1811года в Свеаборге, где в то время жил его отец. Впоследствии они переселились (1816) на родину и отец получил место уездного врача в городе Чембаре. Мальчик рано научился читать и писать у местной учительницы, продолжил образование в уездном училище в Чембаре. В 1825 году был отдан в губернскую гимназию, проучился три с половиной года, гимназия его не удовлетворяла, и он не завершил её курс. Была задумка поступить в московский университет. Исполнение этого замысла далось нелегко, отец Белинского был беден и был не в состоянии содержать сына в Москве. Юноша взял всю ответственность за свою жизнь на себя и стал студентом. В августе 1829 года он приступил к учёбе на факультете словесности, в конце того же года был переведён на казенный счет.               
Добролюбов родился 24января 1836 года в Нижнем Новгороде, отец его состоял там священником Никольской церкви. Родная семья считалась зажиточной, по этой причине товарищи Добролюбова, дети дьячков и сельских священников, не приходили к ним в дом, этот дом они считали чересчур значительным и знатным. Отец Добролюбова был увлечён строительством домов, не всё у него ладилось, и это очень тяготило его и, несмотря на присущий ему добрый нрав, изливал на свою семью горечь деловых неудач. Отношения между отцом и сыном были натянуты. Маленький Николай всячески оказывал отцу искреннюю образцовую почтительность, но чуждался его и робел пред ним, как перед чужим. Недостаток любви отца компенсировался безграничной привязанностью к матери, доброй, приветливой, умной, благородной женщины. От матери перешёл к нему нежный духовный облик, стремление к нравственному совершенствованию и цельность натуры. «От неё, - писал он в своем дневнике вскоре после ее смерти,- получил я свои лучшие качества; с ней сроднился я с первых дней моего детства; к ней летело мое сердце, где бы я ни был; для нее было все, что я ни делал». Смерть матери повергла Добролюбова в глубочайшее отчаяние. Свидетельство тому - страницы дневника, посвященные страшному для него удару, в которых ощущается самое трогательное проявление сыновней любви.               
Любовь Добролюбова к матери выявила в нём удивительный запас нежности, поражающий всякого, кто приближался к личной интимной жизни основателя русского «отрицания». Имеющий имидж «бессердечный насмешник» и «разрушитель» всяческих «иллюзий», мнимый прототип Базарова был образцовым сыном, братом и родственником, и кроме того, был переполнен романтическим стремлением к идеальным привязанностям. В бумагах Добролюбова Чернышевский нашел длинное, но неотправленное адресату письмо16-летнего Добролюбова к его семинарскому учителю Сладкопевцеву. Письмо обнаруживает такую самоотверженную преданность, что трудно найти роман, в котором влюбленный говорил бы с таким же восторгом и увлечением о своей возлюбленной. Чернышевский, разбирая бумаги Добролюбова, не мог сохранить своего обычного спокойствия и разразился в «Материалы для биографии Добролюбова» («Современник», 1862 год №1)негодующей тирадой против тех, кто называл Добролюбова человеком без души и сердца.               
Из воспоминаний Герцена о Белинском: Без возражений, без раздражения он не хорошо говорил, но, когда он чувствовал себя уязвлённым, когда касались его дорогих убеждений, когда у него начинали дрожать мышцы щек и голос прерываться, тут надобно было его видеть; он бросался на противника барсом, он рвал его на части, делал его смешным, делал его жалким и по дороге с необычайной силой, с необычайной поэзией развивал свою мысль. Спор оканчивался очень часто кровью, которая у больного лилась из горла; бледный, задыхающийся, с глазами, остановленными на том, с кем говорил, он дрожащей рукой поднимал платок ко рту и останавливался, глубоко огорчённый, униженный своей физической слабостью.
Как видим, оба критика были из плеяды людей неравнодушных, возможно, преданных своим идеям и принципам до фанатизма. Оба завершили жизнь очень рано, от распространённого в то время туберкулёза. Чахотка забрала этих светочей русской науки о литературе.   
Уже из этих кратких фактов биографии наших критиков видим, что, несмотря на то, что Добролюбову в материальном плане повезло больше, чем Белинскому, он не имел достаточного внимания к себе со стороны отца, и рано осиротел, после чего, взял на себя заботу о материальном содержании младших братьев и сестёр. Белинский же был просто беден и испытывал материальную нужду очень часто.               
Видимо, благодаря дневнику и стараниям Чернышевского, Добролюбову повезло больше, о его внутренней сути, ранимой душе сохранилось и дошло до наших дней больше информации. Ни тот, ни другой не имели семейного личного счастья, не растили детей.               
Дух, господствующий в Московском университете 30-х годов девятнадцатого столетия, еще мало чем отличался от дореформенной эпохи; но там уже появились молодые профессора, вводившие студентов в настоящую науку, это были предвестники блестящего периода жизни 40-х годов Московского университета. Лекции Н.И.Надеждина и М.Г.Павлова знакомили студентов с идеями германской философии (Шеллинга и Окена), которые вызывали сильное умственное возбуждение молодежи. Увлеченные новыми мыслями и идеалами даровитые студенты воссоединялись в тесные дружеские кружки, из них впоследствии вышли очень влиятельные деятели русской литературы и общественной жизни. И Белинский в таких кружках в годы студенчества, и позже нашел горячо любимых друзей, которые разделяли его стремления (Герцен, Огарев, Станкевич, Кетчер, Е.Коршидр.). Носившаяся в воздухе того времени философия и еще более - литературный романтизм подвигла молодого Белинского выступить на литературном поприще с трагедией в стиле Шиллера. «Разбойники» заключали в себе сильные тирады, направленные против крепостного права. Цензура, состоявшая из профессоров университета, не только не разрешила эту трагедию к печати, но и стала источником целого ряда неприятностей для Белинского, в результате чего он был исключен из университета «по неспособности»(1832). Будущий критик остался без средства к существованию и был вынужден перебиваться уроками и переводами. В этот период жизни перевел роман Поля де-Кока «Магдалина», Москва,1833. Сблизившись с профессором Надеждиным, основавшим в 1831году новый журнал «Телескоп», он стал переводить небольшие статейки для журнала и в сентябре 1834года выступил с первой своей серьезной критической статьей, с неё и начинается его серьёзная литературная деятельность.               
В 1853году Добролюбов одним из первых завершил курс Семинарии, мечтал о Казанском университете, но вконец запутавшийся к тому времени отец был не в состоянии его содержать, и Добролюбов уехал в Петербург, чтобы поступить в Духовную академию.               
Боясь огорчить отца, Добролюбов поступает в Главный Петербургский педагогический институт, где обучали по университетской программе, а студенты находились на казенном попечении. Институт дал много развитию недюжинного ума. Выдающиеся профессора того времени Лоренц, Благовещенский, Срезневский помогли постичь премудрости науки, круг друзей-единомышленников ввёл его в общественную жизнь института, возможность много заниматься были ему как бальзам на душу. Неблагоприятные условия, царящие вокруг, содействовали тому, что в нём росло чувство протеста против пошлости, созревшее в нём ещё раньше, в Нижнем Новгороде.               
Будучи студентом третьего курса, Добролюбов отнес в «Современник» статью «Собеседник  Российского Слова». Её охотно поместили в журнале осенью 1856года под псевдонимом «Лайбова», по окончанию имени и фамилии: Николай Добролюбов. Так завязалась многолетняя дружба Добролюбова с главным редактором «Современник» Чернышевским, который быстро оценил способности юного дарования и после первой встречи сразу заявил своим домашним, что его только что посетил человек необыкновенного ума. Статья, действительно, поражала тонким остроумием, зрелостью суждения, прекрасной формой и остротой исторической критики, несмотря на то, что автору было всего 20лет. Но написана она была с большой осторожностью, речь шла о Екатерине, в ней было изобилие похвальных эпитетов «великой монархине», искреннее сочувствие характеру журнала, редактируемого ею. По тому времени в статье было много новшеств, примыкавший к «Отечественным Запискам» А.Д.Галахов посчитал, что статья недостаточно почтительная.               
Сухое формальное и бездушное отношение к делу директора Института, Ивана Ивановича Давыдова приводили в негодование молодого Добролюбова. Четыре года пребывания в Институте наполнились борьбой с Давыдовым, её не было видно со стороны, но в реальности она была чрезвычайно интенсивной. Выражалась в том, что вокруг Добролюбова группировались наиболее нравственно-чуткие студенты и выражали противодействие к правилам морали Давыдова. После окончания института, борьба, всячески скрываемая от огласки на широкую публику, переносится в печать. В «Современнике» 1856года №8 Добролюбов поместил разбор одного из отчетов Института, который привлекает внимание тонкой иронией.
Многолетняя борьба Добролюбова с Давыдовым принимала порой ожесточенные, неприкрытые формы, за которую некоторые обвиняли Добролюбова. Якобы, Давыдов оказал существенную услугу Добролюбову, когда тому грозило серьёзное наказание за ядовитые стихи.               
И опять наблюдаем сходство в судьбе: и Белинский и Добролюбов вступили в конфликт с руководством высших учебных заведений, в которых успешно получали образование за казённый счёт.
Общие штрихи в судьбах интересующих нас критиков проявляются и в том, что оба они рано созрели, стали сотрудничать с печатными изданиями уже в студенческие годы. Их обоих объединили российские столицы: Москва и Санкт-Петербург, и дальнейшая жизнь их прошла в тесной связи с Санкт-Петербургом–северной столицей России. Крупнейший культурный центр мира сыграл значительную роль в становлении их творчества. Даже их могилы покоятся там, и рядом.               
Критическая статья Белинского, опубликованная в нескольких номерах приложения «Телескоп»-«Молва»: «Литературные мечтания. Элегия в прозе», представляет собой эмоционально и прекрасно написанный обзор исторического развития русской литературы. Определив, соответственно особенностям эпохи, понятие «литература» в идеале и сравнивая с ним истинное состояние русской литературы от Кантемира до новейшего времени, Белинский изрекает, что «у нас нет литературы», а есть лишь небольшое число писателей. Он безжалостно высказывает этот свой отрицательный вывод, но именно в том, что её нет, видит залог развития богатого будущего русской литературы. Вывод значителен, это первое научное осознание истинного значения литературы; с него и должны были начаться деятельное развитие в успех.               
Утверждая, что в России нет литературы, Белинский в раскрытии этой истины и предвидел залог будущих успехов. Он делал ставку на поколение молодых авторов и констатировал, что молодёжь разочаровывается в литературе настоящего времени, что гениальность произведений русских писателей - беспочвенное бахвальство. Радовался тому, что молодёжь не торопится выдавать в свет свои незрелые творения, а предаётся изучению науки, черпает новые знания. «Благородная нищета лучше мечтательного богатства!» - говорил Белинский. Он верил, что придёт время, когда просвещение в России, умственная физиономия народа прояснится и тогда на всём, что будет выходить из-под рук русских творцов, будет иметь печать русского духа.               
Уже в этой первой статье, которая произвела на читателей сильное впечатление, Белинский проявился, как прямой продолжатель Надеждина, и выразителем мыслей членов кружка Станкевича, которые имели бесспорное влияние на формирование убеждений критика.               
Надеждин восставал против романтизма того времени, осуждал его за дикие страсти и заоблачную мечту, считал, что литература должна быть проще и иметь непосредственное отношение к жизни. Кружок Станкевича, ориентированный на философию, на первый план выдвигал воспитание в себе «абсолютного человека», т.е. их заботило личное саморазвитие, в отрыве от окружающей действительности и общественной жизни. Эти положения были взяты Белинским за основу его критических рассуждений. Эмоционально-насыщенный тон изложения мыслей, страсть по отношению к излагаемому, явились отличительной особенностью всего, что выходило из-под его пера. Это соответствовало его натуре и отличительным чертам характера, по выражению Тургенева, «стремительное домогательство истины». В состоянии этого «домогательства» Белинский, имеющий крайне восприимчивую и впечатлительную натуру, провел свою жизнь, без остатка отдаваясь тому, что считал правдой в данную минуту, упорно и мужественно отстаивал свои воззрения, но, в то же время, не переставал искать новые пути для разрешения своих сомнений. Новые пути указывали ему русская жизнь и русская литература, которая ко второй половине 30-х годов (с появлением Гоголя) стала становиться выразителем действительности.               
Оба наших критика проявили себя, как истинные граждане и патриоты России, радели за её процветание, не щадя себя, не умели идти на какой-либо компромисс, поэтому вся их жизнь прошла, словно на острие сабли.
Второе литературное обозрение Белинского появилось в «Телескопе» в1836году. Оно было проникнуто тем же отрицающим духом. Существенная мысль этой работы выражена в самом названии: «Нечто о ничем, или отчет господина издателя "Телескопа" за последнее полугодие(1835) русской литературы». Но к тому времени появляются повести Гоголя и стихи Кольцова, что вселяет надежду на лучшее будущее. Он видит в этих произведениях начало новой эпохи русской литературы. Эта мысль чётко выступает в большой статье: «О русской повести и повестях Гоголя», за которой последовали статьи о стихах Баратынского, Бенедиктова и Кольцова.
Надеждин, выезжая в 1835году за границу, поручил издание «Телескопа» Белинскому, который, воспользовавшись моментом, старался оживить журнал и привлечь к сотрудничеству свежие литературные силы из круга близких ему людей. По возвращении Надеждина, Белинский продолжал принимать такое же деятельное участие в журнале, вплоть до его запрещения(1836). Этот факт оставил Белинского без средства к существованию. Попытки найти работу не увенчались успехом; он не мог найти применение себе в какой-либо другой сфере деятельности, кроме литературной. Изданная Белинским в середине 1837года «Русская грамматика» не имела никакого успеха; он заболел от неудач и уехал на Кавказ лечиться. Его беспокоили долги, в которых он оказался и жил, главным образом на пожертвования друзей. Тяжелое материальное положение Белинского несколько улучшилось в начале 1838года, он стал негласным редактором «Московского Наблюдателя». Здесь он также остался верен себе и, по сути, явился таким же неутомимым работником, как в «Телескопе». Он помещает ряд крупных  критических статей: подробный трактат о «Гамлете», 5-актная драма« Пятидесятилетний дядюшка или странная болезнь», и окончательно убеждается, что его призвание - только в критике.
В середине1857года, после окончания Института, Добролюбов вдруг заметил, что лучшие товарищи, которые всегда относились к нему с уважением, отворачиваются от него. Он не допытывался причины такой перемены, через некоторое время узнал, что стал жертвой клеветы. Оказалось, что Давыдов, осведомленный о враждебных действиях Добролюбова против него, исказил смысл разговора, и пустил слух о том,                что Добролюбов просил у него хорошее место учителя. В действительности Добролюбов не собирался учительствовать, хотя был обязан это делать, так как учился за казённый счёт. К 1857году Добролюбов уже был тайным, но весьма деятельным сотрудником «Современника»; он решил всецело отдаться литературной деятельности, пустил в ход знакомства, чтобы числиться по учебному ведомству. Лживое обвинение причиняло ему жгучие нравственные страдания и вынудило Добролюбова полтора года ничем не опровергать его. Верные друзья - Бордюгов, Щепанский, Златовратский и другие поняли всю нелепость обвинения и сблизились вновь с Добролюбовым.
Отчуждение товарищей, вызванное клеветой, больно ранило Добролюбова, в то время он страшно страдал от душевного одиночества. Первый год учёбы в институте стал для Добролюбова трагедией - умерла мать. Летом 1854года в Нижнем Новгороде, умер от холеры отец, оставив в запутанном положении дела, и семь сирот, младше Николая. Затем последовал ещё целый ряд потерь родственников, потрясавших Добролюбова непрерывностью и какой-то систематичностью. В течение двух-трех лет умерли брат, сестра и две любимые тетки Добролюбова. Это нагнетало на него такой ужас, что он боялся открывать письма из Нижнего Новгорода, ожидая, что сейчас узнает о новой смерти.               
К концу 30-х годов кружок Станкевича направил все силы ума и творческого потенциала на изучение философской системы Гегеля, её положения тщательно разбирались кружковцами до мельчайших подробностей и комментировались в бесконечных спорах. Главным оратором кружка был М.А.Бакунин, он поражал всех своей начитанностью и логикой. Принимая его воззрения, Белинский всецело усвоил одно из основных положений Гегелевского миросозерцания: «все действительное - разумно». Он явился страстным защитником этого положения, особенно применительно к русской действительности. Белинский и его друзья жили в ту пору только одной философией, все решали с философской точки зрения. Органом этой философии явился «Московский Наблюдатель», руководимый Белинским и его друзьями. Характерные особенности: полное признание «действительности» и примирение с ней, как с законным и разумным фактом; теория чистого искусства, цель которого была не воспроизведение жизни, а художественное воплощение «вечных» идей; преклонение перед немецкими светочами, в особенности перед Гёте. Журнал проповедовал ненависть или презрение к французам за то, что вместо культа вечной красоты они вносят в поэзию злободневные проблемы современности. Белинский, с присущей ему страстностью защищал в статьях «Московского Наблюдателя» то, во что поверил. Прежняя ориентированность на личное самосовершенствование, вне всякого отношения к вопросам внешней жизни, сменилась поклонением общественному началу. Белинский утверждал, что действительность значительнее мечтаний, но при этом смотрел на нее глазами идеалиста: старался не изучать ее, а переносил в нее свой идеал с верой, что этот идеал соответствует нашей действительности. Пытался увидеть сходства с системой Гегеля.               
Эта уверенность вскоре сошла, содействовало тому два обстоятельства: жаркие споры Белинского и его друзей с кружком Герцена и Огарева, которые ушли от теоретического философствования ради изучения общественно-политических вопросов; и непосредственное   соприкосновение                с русской общественной жизнью того времени, вследствие переезда Белинского в Петербург.               
В Петербург Белинский переехал в1839году, когда, оказавшись в крайне тяжёлом материальном положении, выяснилось, что издание журнала «Московский Наблюдатель» не может продолжаться, он принял предложение А.А.Краевского взять на себя отдел критики в «Отечественных Записках». С гнетущим сердцем оставлял Москву и друзей, в Петербурге долго не мог освоиться с новым положением: его первые статьи в «Отечественных Записках» (о годовщине сражения под Бородино, о пьесе А.С.Грибоедова «Горе от ума») ещё не полностью освобождены от «московского духа». Действительность Петербурга ужаснула его, и прежние мысли приобрели другие приоритеты. Пыл нравственных стремлений к высокому идеалу, пламенной любви к правде, прежде направленный на идеализм личной жизни и на искусство, перевоплотились в скорбь по осознанию этой действительности, такой далёкой от совершенства, на борьбу со злом, на защиту беспощадно попираемого достоинства человеческой личности.               
Вот в таких условиях критика Белинского приобретает общественное значение; все больше проникается он живыми интересами русской жизни. С каждым годом в статьях Белинского становится меньше рассуждений о предметах отвлеченных; все решительнее наблюдается преобладание аспектов реальной жизни, жизненность становится главной задачей литературы. Наряду со служением обществу на литературном поприще, он видит свою миссию и в воспитании общества посредством литературы. Белинский считает, что его поколение должно страдать, чтобы детям и внукам легче было жить.               
«...Нет ружья, бери лопату, да счищай с "расейской" публики (грязь).Умру на журнале, и в гроб велю положить под голову книжку "Отечественных Записок". Я - литератор; говорю это с болезненным и вместе радостным и горьким убеждением. Литературе расейской - моя жизнь и моя кровь.. Я привязался к литературе, отдал ей всего себя, т.е. сделал ее главным интересом своей жизни...».
«Отечественные Записки» поглощали теперь всю деятельность Белинского, он работал с большим увлечением и журнал вскоре завоевал высокий рейтинг, вышел на первое место среди литературных изданий. В ряде больших статей Белинский выступает не как отвлеченный эстет, а как беспощадный критик- публицист. Разоблачает фальшь в литературе, бичует общество за отсутствие интересов к умственному наполнению, за бессистемные воззрения, мещанство, самодовольство, патриархальность провинциальных нравов. Призывает к гуманности, разоблачает зверство в отношении к низшим слоям, рабство женщин и детей под гнетом семейного деспотизма и прочее. От литературы требует по возможности более полного правдивого изображения действительности. В одной из своих статей он говорит, что свобода творчества легко согласуется со служением современности. Для этого не нужно принуждать себя писать на модные темы, насиловать фантазию; для этого нужно только быть гражданином, сыном своего отечества и своей эпохи, усвоить его интересы, сделав их своими, стремиться к слиянию своих стремлений со стремлениями отечества. Должна выработаться симпатия, любовь, здоровое практическое чувство истины, которое не отделяет убеждения от дела, сочинения от жизни.               
Белинский выработал традицию помещать в «Отечественных Записках» ежегодные обозрения текущей литературы, высказывался в них с особенной полнотой и последовательностью о ней. Это и статьи о театре, и множество библиографических и политических заметок. За период 1840-1846годов Белинский поместил в журнале весьма объективные статьи о Державине, Лермонтове, Майкове, Полежаеве, Марлинском, о русской народной поэзии в целом и ряд больших статей о Пушкине(1844), они составили целый том его сочинений и, по сути, представляли собой полную историю нашей литературы от Ломоносова до смерти Пушкина.               
Здоровье Белинского, изнуряемое беспокойной журнальной работой, стремительно ухудшалось: у него развивалась тяжёлая форма чахотки. Осенью1845года он перенес очередной сильный приступ туберкулёза: напряжённая работа, ограниченная во времени, становилась для него непосильной; это, естественным образом повлияло на отношения с редакцией «Отечественных Записок», они стали ухудшаться, и в начале1846года Белинский вынужден был оставить журнал. Лето и осень провел с артистом Щепкиным на юге России, а по возвращении в Петербург стал постоянным сотрудником нового журнала «Современник», который издавали Н.А.Некрасов и И.И.Панаев, вокруг них были собраны передовые литературные силы того времени. Дни пребывания Белинского в этом мире завершались. Кроме мелких библиографических заметок, ему удалось напечатать в «Современнике» только одну большую статью: «Обозрение литературы1847года». Усилившаяся чахотка стала причиной его поездки за границу (с мая по ноябрь1847г.), но это не принесло ожидаемого облегчения; Белинский угасал и 28мая1848года его не стало.               
Добролюбов часто посмеивался над увлечением библиографией, но сам при этом был увлечён библиографией, составил указатель к «Обзору духовной литературы» арх.Филарета и с необыкновенной тщательностью изучал мельчайшие литературные факты. Прошлое нашей словесности оказался любимым предметом основателя публицистической критики. В 1859году, в самый разгар своего увлечения публицистическими темами, он с особенной любовью и с тем же блеском специальной эрудиции пишет огромную статью о сатирических журналах Екатерининского времени. Обе эти статьи имеют такие бесспорные научные достоинства, что с уважением цитируются историками литературы самых разнообразных направлений. Но почему-то до сих пор не обращено внимание специальной критики на три большие статьи Добролюбова, посвященные «Истории Петра Великого» Устрялова. Они замечательны по яркому подбору фактов, в которых доказывается, что реформы Петра были не таким внезапным и насильственным явлением, как многие считают, это было эффектное завершение медленного, но весьма устойчивого процесса «европеизации» России, которое началось в XVI веке.               
В настоящее время, когда ряд исследований об иноземном влиянии на допетровскую Русь подорвал петровскую легенду, статьи Добролюбова уже не представляют ничего особенного; но в 1859 году нужно было иметь большую проницательность, чтобы из груды сырого материала, собранного Устряловым, вывести такие убеждающие заключения, сильно расходившиеся с господствовавшим взглядом. Большое значение имела в свое время и компилятивная статья Добролюбова о Роберте Овене, она принадлежит к самым читаемым статьям Добролюбова до сих пор.               
Добролюбов созрел чрезвычайно рано. В трёхлетнем возрасте прекрасно декламировал басни Крылова. Повезло ему с учителями. Когда ему исполнилось 8лет, к нему приставили семинариста философского класса М.А. Кострова, впоследствии он женился на сестре Добролюбова и стал родственником. Костров вёл обучение, минуя шаблонный путь зазубривания, старался развить острые мыслительные способности мальчика. Мать Добролюбова вспоминала, что из классной комнаты сына только и слышалось: «почему?», «отчего?», «как?». Занятия с Костровым дали блестящий результат. Придя в старший класс Духовного училища,11-летний Коля Добролюбов всех поразил осмысленностью ответов и начитанностью. Успехи не оставляли его и когда через год он перешел в Семинарию и сразу оказался в ряду первых учеников, которые порой были старше его на 4-5лет. Был он робок и застенчив, сторонился забав и игр с товарищами, и целый день проводил за чтением: дома и в классе во время уроков. Так он довольно рано познакомился с изящной и научной русской литературой, и это сказывается уже в первых статьях его. Семинарским учителям Добролюбов сдавал огромнейшие тексты своего сочинения в 30,40 и даже 100листов. Особенно объемны были творения юного дарования на философские темы, по русской церковной истории и учению отцов церкви. В 14лет Добролюбов уже сотрудничал с редакциями, им переведены стихотворения Горация, к 15-летнему возрасту стал вести дневник, который не уступает произведению литературы. Дневник отражает перспективы последующего Добролюбова, с разницей, что направление автора дневника имеет мало общего с тем, что выросло из него через три-четыре года.               
Добролюбов блестяще окончил Институт в 1857году, но не получил золотой медали из-за вражды с Давыдовым. Окончательно примкнув к «Современнику»; становится активным сотрудником журнала. Почти в каждом номере журнала выходит его статья или рецензия. Первая из больших статей 1857года - «О значении авторитета в воспитании» становится началом целого цикла общественно-педагогических статей Добролюбова о деятельности Пирогова. Добролюбов поначалу относился к автору «Вопросов жизни» с уважением, в успехе книги Пирогова усматривал «глубокий, святой смысл» и в первой своей статье логически развивал некоторые из мыслей знаменитого ученого. И во второй статье, посвященной Пирогову, появившейся в 1859году, Добролюбов относился к нему сочувственно. Но именно похвала, которой Добролюбов осыпал Пирогова, оказалась источником нападок на него. Глубоко огорчился Добролюбов, когда прославляемый им враг «влияний» и уступок вдруг сделал уступку схоластической педагогике и в изданных им «Правилах о проступках и наказаниях учеников гимназий Киевского округа», с разными оговорками, узаконил сечение. Страстно преданный делу, а не лицам, пламенный ригорист, Добролюбов вне всяких сомнений меняет отношение к своему вчерашнему кумиру. Помещает статью, подобную грохотанию грома, против Пирогова под названием: «Всероссийские иллюзии, разрушаемые розгами» и  без обиняков называет киевское сечение «злодеянием».               
В 1857году Добролюбов полностью переходит к журнальной работе. Первая его большая статья на чисто литературную тему о Губернских очерках Щедрина. Это типично присущая стилю Добролюбова статья, где автор разбираемого произведения остается в стороне и вся задача критика заключается в том, чтобы на основании материала, содержащего в произведении, обсудить условия существующей общественной жизни. Противники Добролюбова усматривают в таком приеме полное разрушение эстетики и упразднение искусства. Они смотрят на Добролюбова как на одного из родоначальников крайне утилитарного взгляда на искусство, которое позже укоренилось в лице Писарева. В этом, распространенном, понимании метода работы Добролюбова кроется недоразумение. Нельзя отрицать генетическую связь между вождями сменяющихся поколений, но безграничное уважение Добролюбова к Пушкину показывает, что не может между ними устанавливаться безусловная связь. Писарев мечтал о публицистическом искусстве, его идеал – приблизить публицистику с искусством. Добролюбов заложил основание публицистической критике. В его проекте публицист - не художник, а только критик чистой воды. А к искусству он относился рассудочно-тенденциозно, кстати, отказался разбирать «Тысячу душ» Писемского, потому что считал, что её содержание пригнано к популярной идее. Добролюбов требовал от литературного произведения исключительно одного - жизненной правды, которая давала бы возможность доверять ему. Искусство, следовательно, для Добролюбова вещь вполне самодовлеющая, интересная настолько, насколько оно самостоятельно. Полная неосновательность предъявляемых Добролюбову обвинений в разрушении искусства становится еще очевиднее, если попытаться фактически рассмотреть, что именно в сфере русского искусства он разрушил. Дутые репутации графини Ростопчиной, Розенгейма, Бенедиктова, Соллогуба Добролюбов действительно разрушил остроумным высмеиванием. Но с именем Добролюбова связана и слава двух крупнейших представителей «эстетического» поколения 40-х годов. Добролюбов способствовал славе Гончарова знаменитой статьей: «Что такое Обломовщина?». Благодаря Добролюбову был раскрыт тот глубокий смысл, таившийся в романе, так красноречиво отразившем жизнь крепостной России. Толкование, данное Добролюбовым в статье «Луч света в темном царстве» по поводу произведения Островского, оспаривается; но никто еще не оспаривал факт, что именно «свистун» Добролюбов обеспечил всероссийскую славу Островскому, которую ему не доставили его ближайшие литературные друзья.               
В «Луч света в темном царстве» и «Что такое обломовщина?» талант Добролюбова достигает кульминации. Особенно замечательно «Луч света в темном царств», которое занимает особое место не только в русской, но и европейской критике в литературе. Это не шаблонный служебный анализ, а самостоятельный, чисто творческий синтез, создавший поражающее своей стройностью логическое построение из разрозненных черт. Аполлон Григорьев, в течение десяти лет пытавшийся охарактеризовать произведения Островского, путаясь в мистических отвлечениях и толкованиях в узких кругах, был ослеплен светом, брошенным на творчество его кумира человеком противоположной Островскому «партии». Высокое одушевление и пламенное негодование, проникающее «Темное царство», Добролюбов почерпнул не в приверженности к тому или другому литературному кружку, а в глубоком гуманном чувстве, пронизавшем все его существо. Оно ему дало прозорливость сердца, с помощью которой ему удалось проанализировать потрясающую картину самодурства, бесправия, душевного мрака и полного отсутствия понятия о человеческом достоинстве, в своей совокупности образующих мир, заклейменный Добролюбовым под термином «темное царство».               
Добролюбов благожелательно относился к Жадовской, Полонскому, Плещееву, Марко-Вовчку; он мягко и сочувственно охарактеризовал тургеневское «Накануне» («Когда же придет настоящий день?») и с глубоким пониманием рецензировал «Униженные и оскорбленные» Достоевского («Забитые люди»).               
Перебирая длинный ряд литературных дарований, репутация, которых состоялась, благодаря могучей поддержке в веском авторитетном слове Добролюбова, с недоумением можно спросить: почему, чем Добролюбов снискал к себе эпитет «отрицатель»? Разве только потому, что общий смысл его творчества есть протест против бесправия и проповедует он отрицание темных сил нашей жизни, препятствующих наступлению «настоящего дня»?
«Свисток» - сатирическое приложение к «Современнику», основанное в 1858 голу Добролюбовым и Некрасовым. Добролюбов был более деятельным вкладчиком «Свистка», писал под псевдонимами Конрада Лилиеншвагера, Якова Хама и др. Опубликовал множество стихотворений и сатирических статей, которых хватило на половину содержимого четвёртого тома собрания его сочинений. Даже явные доброжелатели Добролюбова предъявляли ему обвинения за «Свисток», якобы, он положил начало «свистопляске», т.е. его обвиняли в глумлении над непререкаемыми авторитетами разнузданным тоном, господствующим в 1860-х годах в журналистике. Это обвинение есть недоразумение и результат смешивания Добролюбова в одно целое с позднейшими явлениями русской литературной жизни. И слухи о том, что Добролюбов насаждал тенденциозное искусство в России так же не находит оправданий в действительности. Если внимательней присмотреться к написанному Добролюбовым в «Свистке», можно убедиться, что, за исключением немногих и весьма мягких насмешек над Погодиным и Вернадским, «свистопляска» Добролюбова направлена не против «авторитетов», а, напротив, иронизирует над «своими» людьми.
Добролюбов понимал, неожиданный новорожденный «прогресс» - есть, ничто иное, как чувство стадности, менталитет толпы, это возмущало его предельно искреннюю натуру, ему претило пародирование прогрессивности. «Свисток» - чаще высмеивает Бенедиктова, Розенгейма, Кокорева, Львова, Семевского, Соллогуба, которые «протрубили нам уши, вопия о правде, гласности, взятках, свободе торговли, вреде откупов, гнусности угнетения» и прочее.               
Касаемо пресловутой грубости «свистопляски» Добролюбова: так называемая грубость не имеет ничего общего с действительностью. Добролюбов обладал редким остроумием, прекрасно владел стихосложением, его ирония отличалась тонкостью, деликатностью. Кто-то из литераторов как-то выразился, - полемисты 60-х годов выходили на бой, вооруженные грязными швабрами. Добролюбов, в отличие от них, выходил на поединок всегда  с самой тонкой интеллигентной «шпагой» в руке.
Если распределить статьи Добролюбова в хронологическом порядке по годам, можно убедиться в том, что им проделана огромная работа обладателя самого непревзойдённого таланта. На протяжении 1857, 1858 и половины 1859 годов Добролюбов писал по четыре печатных авторских листа ежемесячно. Всего себя он отдавал изнурительной интенсивной работе над критическими статьями, он не писал, он горел. И надорвался, конечно, в конце концов. После его смерти недоброжелатели злословили, якобы, он с детства был хил и слаб; но это не имеет ничего общего с истиной. Он надорвался, надломился чрезмерным напряжением ума и сердца. То, что он написал в своём стихотворении, никак не расходится с истиной о том, что умирает от излишней «честности», слишком близко принимал к сердцу благо Родины и беспощадно возлагал на себя обязанность содействовать этому всем необъятным  потенциалом своих душевных и физических сил.               
Чтобы предотвратить начинающуюся чахотку, редакция «Современника» отправила Добролюбова, весной 1860 года за границу. Он прожил более года в Германии, Южной Франции, Италии, но без существенного облегчения. В августе 1861 года через Грецию и Константинополь он вернулся в Петербург и, медленно угасая, умер 17 ноября1861года и похоронен на Волховском кладбище.

Сходства в биографии и жизнедеятельности великих критиков

Белинского и Добролюбова роднит очень многое. Выходцы из российской глубинки, родились в семье, имеющей отношение к религии.
Оба получили прекрасное образование, учились за казённый счёт, имели счастье учиться, общаться с выдающимися умами своего времени.
И тот, и другой примкнули к деятельности студенческих кружков по интересам; были очень эрудированы, рано созрели в умственном отношении; были на редкость плодовиты и начали свою литературную деятельность, направленную на развитие критической мысли, будучи студентами.
Белинский и Добролюбов вступали в конфликт с руководством своего учебного заведения, были оклеветаны, так как оба имели независимый нрав, не подчиняли интересы народа (с верой в свою правоту) в угоду личным потребностям.
Не были карьеристами и чревоугодниками. Белинский вначале своей творческой деятельности стремился стать «абсолютным человеком», Добролюбов обнаруживает в дневнике своё стремление к уходу от всякого рода пороков, т.е. оба стремились, прежде всего, к личному совершенствованию.
Плеханов считал Белинского самым глубокомысленным из наших критиков, обладающим чутьем гениального социолога.
Достоевский пишет в своём «Дневник писателя», что Белинский рефлективная личность, выше всего ценит разум, науку и реализм, но понимал, что разум, наука и реализм могут создать лишь «муравейник», но не социальную гармонию, в которой можно было бы ужиться человеку. Основа всему – нравственное начало. Белинский до безумия верил в новые нравственные основы социализма.
Дмитрий Святополка-Мирский считал, что всё, что пишет Добролюбов, посвящено художественной литературе, считать, что это есть чистая критика было бы несправедливо. Своими пламенными статьями о произведениях Островского, Гончарова, Тургенева он взывает в первую очередь к нравственному началу читателя.
Оба критика много работали, очень близко к сердцу принимали то, во что верили, возникает вопрос: в чём же заключается их критика? Оба они критиковали существующую действительность, отражавшуюся в литературе через призму идеализма. Оба сгорели от чахотки. Белинский прожил 37, а Добролюбов лишь 25лет.
Расхождения в мировоззрении и принципах творчества
Белинский, даже выбрал для себя материалистический подход к освещению события, того же он требовал и от авторов художественных произведений, но, по сути оставался при этом идеалистом, и надеялся подогнать существующую российскую действительность под свои идеи.
Добролюбов был философом-материалистом изначально, проницательно видел действительность без прикрас, но, по свидетельствам фактов его биографии, он был очень нежен душой, и непрактичен в житейских вопросах. Его добротой и бескорыстностью часто пользовались родственники.
Несмотря на свой идеализм, замаскированный разговорами о реальности и страстью в высказываниях, Белинский был прагматичным человеком, но, тем не менее, часто оказывался в финансовой яме.               
Добролюбов очень нуждался в интимных отношениях, душа его жаждала любви и искренней привязанности, но он был, в основном, не ограничен в средствах, которые по большей части тратил не на себя, а на многочисленных родственников и любимую женщину.
Белинский хорошо усвоил законы литературного творчества своего времени, его рецензии по поводу литературных явлений были чисто литературоведческим опусом в свете философии немецких учёных.
Добролюбов в своих трудах давал оценку не личностям и даже не литературному процессу, а объективным событиям, имевшим место быть в реальной жизни и отражённым в анализируемом им произведении.
Белинский был безнадёжный атеист, и отношение к религии у него было самое отрицательное.
Добролюбов-семинарист - проникновенный глубоко верующий юноша, неформально, а реально исполняющий предписания религии. Вот его запись после причастия. «Не знаю, будет ли у меня сил давать себе каждый день отчет в своих прегрешениях, но, по крайней мере, прошу Бога моего, чтобы он дал мне положить, хотя начало благое». Там же содержится строжайший самоанализ и самобичевание таких пороков, как «помышления славолюбия и гордости, рассеянность во время молитвы, леность к богослужению, осуждение других».
Кроме литературной критики, Добролюбов проявил себя как педагог, поэт-сатирик, этнограф, ярый сторонник материалистической философии.
Задачи современного ему воспитания он видел в воспитании гражданина со стойкими убеждениями, патриота, высокоидейного человека с личной самостоятельностью духовных сил его натуры, которые должны развиваться в единстве мыслей, слов и действий.
Сочинения Белинского посвящены, в основном, общим обзорам, закономерностям литературного процесса того времени, Добролюбов приближает литературное произведение к реально существующей жизни, не подстраивая его под научные категории, которые всегда условны.
Мы завершили наше небольшое исследование по характеристике двух выдающихся деятелей русской мысли в области литературы, первопроходцев в развитии критической мысли о литературном творчестве современных им литераторов.
Они делали общее дело, но каждый в своём амплуа. Их творчество объединено общим порывом искреннего сердца, желания видеть родной народ более образованным, раскрепощённым, деятельным и культурным.
В ходе расследования собрали и систематизировали имеющийся материал об интересующих нас личностях; выявили схожие стороны их биографии и жизнедеятельности.
Также выявили и различия, присущие их воззрениям, направлениям в ходе развития научной литературоведческой мысли в России, которые, отчасти, имели зависимость и от времени жизни каждого из них.
30-е годы русская литература переживала период развития романтизма, это был незримый мост от литературы чисто просветительской (дидактической) к литературе художественной, яркими представителями которой стали А.С.Грибоедов, А.С.Пушкин, М.Ю.Лермонтов и др.
50-е годы, когда к фронту создания основ критической мысли приступил Добролюбов, явились временем развития высокой классики–прозы в стиле критического реализма: Гончаров, Тургенев, Л.Н.Толстой, Островский и др.
Значение Белинского и его влияние в нашей литературе было громадно и чувствуется до сих пор. Он не только впервые установил правильные понятия об искусстве и литературе и указал тот путь, по которому должна идти литература, чтобы стать общественной силой, но явился учителем и руководителем молодого поколения писателей,- нашей славной плеяды 40-х годов, все представители которой, больше всего, обязаны идейной стороной своих произведений именно Белинскому. С восторгом приветствуя всякое вновь появляющееся дарование, Белинский почти всегда безошибочно угадывал будущий путь развития и своей искренней, увлекательной и страстной проповедью неотразимо влиял на направление молодых деятелей литературы. Выработанные им теоретические положения сделались общим достоянием и в большинстве сохраняют свою силу до настоящего времени; а благородное и неустанное искание истины и высокий взгляд на просветительное и освободительное значение литературы останется навсегда дорогим заветом для новых литературных поколений.
Значение Добролюбова также заслуживает того, чтобы его наследие изучалось, анализировалось, дополнялось новыми фактами биографии и творчества. Современная литература и научная мысль о ней создают тенденции к тому, чтобы творческое наследие великих отцов русской критической мысли и начало развития литературоведения были переосмыслены с позиций сегодняшнего дня.
;


Рецензии
Но ведь это в школе нам внушали, что они были такие великие и их все знали. На самом деле,это было не так. Они способны были только испортить радость от творчества и сделать обязательной гражданственную тоску. Вот Тургенева задушили.А как он хорошо начинал! Нет, пришлось в угоду таким занудам писать всякую чепуху.

Внук Диогена   29.04.2019 08:37     Заявить о нарушении
Спасибо за отклик!
У них функция такая - подстёгивать литераторов. Их труд всё равно возымел своё действие и повлиял на развитие русской литературы 19 века.
Не боги обжигают горшки! Найти нелестное можно в каждом, потому что оно непременно есть. Изучение их биографии и творчества также оправдано, ведь любой человек в любой сфере деятельности выдаёт то, что в нём есть. Это аксиома. Я думаю, они интересны миру.

Дина Норбут   29.04.2019 13:32   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.