В Аллапаевске

 
Меня в Аллапаевске никогда
не любили
И не любят
Там все жители Паевы
А если женщины, то Аллы
Аллы Паевы меня ненавидят
За что?
Так я ж другой, я не Паев
и не Алла
У меня нос, к счастью,
пошире и попрямее
А ноги, к сожалению, покороче
и покривее
Идёт бывало Алла Паева
по Аллапаевску
И её за версту (а летом
в солнечный день и за две версты)
узнаёшь
Чётко заключаешь - это Алла Паева
за версту отсюда идёт
А я если иду, то и за полверсты
сомневаешься, мучаешься
Жмёшься к тротуару даже если
на Джипе чёрном
Гляжу на себя из Джипа Чёрного,
за полверсты гляжу
Дворники включил и "побрызг"
лобового стекла
Грязь и пыль накопившиеся смыло
Но чёткого понимания, осмысления
не получилось
Никакого
 
Позовёшь местного колдыря
с баллончиком аэрозольным для
чистки стёкол
Он выпивший слегка, но дело
своё знает
Отвжикает стекло начисто и даже
тряпкой углы протрёт
Смотришь сквозь чистое после
колдырёвой работы стекло, но
не уверен ни в чём
Может это и я там за полверсты
Но, может быть, это Алла Паева
неудачно сегодня с левой ноги встала
Мужскую одежду надела
И прёт шажищами саженными через
весь Аллапаевск
На окраину города прёт (может быть,
лучше было бы сказать "прётся"?)
Чтобы на окраине Аллапаевска,
где уже Барабуллинск начинается
Там чтобы из Аллы в Барабуллина
превратиться
Одежда и обувь всё равно уже
Барабуллинская
И походка "от бедра, командирская"
тоже Барабуллинская
Меня в Аллапаевске никогда не любили
И не любят
Но уважают
За походку мою "от бедра,
командирскую"
 
 
 
 
Picture:  Исаакиевский собор зимой. Санкт-Петербург. Россия. 1908 г.