Десять лет детства 6

          Зима как-то внезапно ворвалась в нашу жизнь. Сначала первым снежком присыпала замерзающую землю, следом – вторым, третьим, а после морозом жахнула. Взрослым – сплошные заботы, а нам – радость несусветная! Снеговиков лепили, самозабвенно в снежки играли и про катание на санках не забывали. Застывшие лужи превращались в катки, а небольшие склоны – в ледяные горки, с которых съезжали на ногах, на санках и даже на портфелях, когда домой со школы возвращались, а малышня скатывалась самым простым способом – на заднице. Под стать мальчишкам я тоже норовила скатиться стоя. В это время изо дня в день стоголосый детский ор – дотемна.
    Вот и речка наша застыла. Возле полыньи, где вода из-за быстрого течения била фонтанчиком, превратилась в сказочное ледяное царство, причудливый вид которого притягивал взгляд, изумлял радужно сверкающей на солнце прозрачной красотой с феерией мороза и серебром кривых зеркал.
    Зима на острове снежная, с метелями и буранами. Порою снега за ночь наметало по самые крыши домов, что двери не могли открыть. Соседи помогали откапывать. Даже занятия в школе отменялись. Пугает долгая зима нападками ядрёной стужи и снегом, что пургою кружит, бросая реки в каземат. Когда снега вовсю шуршали и лопался под шагом наст, мороз пощипывал и нас, закутанных в большие шали.
     Однажды утром, когда я шла в школу, замотанная в мамину белую шаль, началась метель. Видимость – ни зги. Я с трудом добралась до школы сквозь встречную колючую вьюгу, опоздав на занятия. Вся заснеженная, в шали, перехваченной крестом на груди и завязанной за спиной, вхожу в класс. Лица не видно, одни глаза перепуганные: вдруг сейчас выгонит учительница за опоздание! Класс захихикал. К счастью, добрая учительница с пониманием отнеслась к данной ситуации и позволила мне раздеться и сесть за парту.
    После обильных снегопадов главную улицу посёлка чистили бульдозером, и вдоль улицы по обеим сторонам вырастали высокие снежные стены, чуть ли не трёхметровые, похожие на туннели. На колёса грузовых машин надевались толстые цепи, чтобы не буксовали. А нам, детишкам, всё нипочём! Цеплялись, чтоб прокатиться, за сани, присыпанные сеном, терпко пахнущим силосом, на которых сидел тепло одетый возница в ушанке, овчинном тулупе, валенках и погонял лошадку, вдруг дёргая за вожжи с протяжным выкриком «но-о-о, милая!». Лошадка так припускала, что мы в испуге расцепляли руки, державшиеся за сани. А иногда попадался добренький дядька, останавливался, позволял сесть в сани и прокатывал нас до конца улицы и обратно. Счастливые моменты. Зима из детства – снега горы, до крыш намётанное иго, но нам хватало в зиму игр, румянца щёк, да и задора!

              Жаль, за неимением коньков и лыж, я довольствовалась только санками, смастерёнными отцом. Однажды вечером случилось так, что у меня с собой даже санок не оказалось, а прокатиться с горки сильно хотелось. И когда одна девочка предложила свои, я с радостью взяла их. Санки были большие, громоздкие, грубо сколоченные, с задником из металлических прутьев. Подниматься постоянно с ними на горку было тяжко, да и скатываться, подпрыгивая на кочках – своеобразных трамплинах, было не очень приятно. Что-то впивалось в меня до боли после каждого подпрыгивания. Я никак не могла понять, почему мне так больно, продолжая с азартом кататься. Давно стемнело, дети стали потихоньку расходиться по домам. Девочки, давшей мне санки, не было видно. Я бы ещё каталась, но совсем нестерпимая боль погнала меня домой.
    Дома, раздеваясь, пожаловалась маме на боль на заднем месте. Мама, сняв с меня тёплые штанишки, ужаснулась. Правая ягодица, вся разодранная, кровоточила, и штанишки сплошь в крови, частично запекшейся.
    – Как ты умудрилась до крови исполосовать свой зад?..
    – На чужих санках каталась. Не знаю, почему они так кололись, – виновато отвечаю.
    – Ну и ну! Марш на кухню, я промою тебе раны тёплой водой и смажу зелёнкой! – скомандовала мама. Зелёнка жгла, казалось, до самого нутра.
    Утром, когда шла в школу,  увидела злосчастные санки, сиротливо стоявшие у горки. Я из любопытства приблизилась к ним и узрела два толстых загнутых гвоздя, торчавших из досок и повёрнутых остриём кверху. Как тут не понять, что это они впивались в меня, бедняжку.
    А знаете, как я любила прыгать с крыши сарая в сугроб! Это так здорово! Чудесное чувство полёта полностью захватывало меня, летящую... Десятки раз на день вверх по лестнице на крышу и... полёт! Вскоре высоты сарая стало мало, и я забиралась на крышу дома, прыгая оттуда. Позже, в летнее время, эта потребность видоизменялась в прыжки в воду с крутого обрыва реки, с моста ли...
    Моя неиссякаемая любовь к рисованию проявлялась не только на последних листах школьных тетрадей, изрисованных донельзя, но и прямо на снегу. Я выбирала неисхоженные, чистые после снегопада места и, не забывая время от времени класть свежий снег в рот, рисовала, пока фантазии хватало, пока не замёрзну, пока не надоест. В своих картинах чаще всего изображала девочек в разных нарядах. Одной из них представляла себя и разговаривала с остальными, как с подружками. Детства зимние картинки…

Продолжение следует...
http://www.proza.ru/2019/02/26/1607


Рецензии
Хорошо пишешь, Люда! Выразительно.

И зима у вас была НАСТОЯЩАЯ! В те года и в средней полосе бывали зимы, а сейчас не поймёшь что.

С приветом, Люба.

Любаша Жукова   12.03.2019 04:33     Заявить о нарушении
Привет, Люба!
Рада, что тебе нравятся мои воспоминания о Сахалине - острове детства...
С огромной благодарностью,

Людмила Комарова Сабирова   12.03.2019 11:40   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.