Глава 15 Мусорный дом

Глава 15 Мусорный дом

Краткое содержание: Георгий, молодой врач, после гибели жены вернулся из Петербурга в родной маленький городок, и там стал крестным отцом очень дальней родственницы Ксении. Выполняя свой долг крестного, и воспитывая крестницу в строгости, они и сам не заметил, как всей душой привязался к девочке, чьи родители зарабатывали деньги на Шпицбергене.
Незаметно  Ксения из застенчивой и скромной девочки подростка превратилась в прекрасную девушку, которой по ночам частенько снился Георгий, но не как воспитатель, а как муж.
У Георгия тоже появились чувства, далекие от отцовских, которые он от Ксении скрывать не стал, но продолжал честно выполнять обязанности крестного.
Стараниями строгого крестного, она закончила школу, успешно сдала ЕГ, поступила в фельдшерское училище и родители увезли ее на курорт.
 
 Глава. Мусорный дом
Наступило жаркое, быстротекущее северное лето.
«Ксения на курорте, я тут! — думал Георгий, шагая домой по дороге, окружённой заборами и кустами. — И отпуск мне не светит! Одни проблемы!»
Солнце припекало, играло между листьями. Гудели трудолюбивые пчёлы. Большие кусты краснотала тянули к солнцу длинные тонкие ветки — прекрасное творение природы, которому люди находили широкое применение: от укрепления берегов рек и плетения корзин до воспитания подрастающего поколения.
Казалось, невозможно налюбоваться свежестью красок. Цветы смотрели из;за заборов, радовали пчёл нектаром, а глаз — яркими пятнами. Природа будто говорила, что белые лилии за забором — символ чистоты, красный шиповник сулит шипы и плоды, фиолетовые незабудки — печальные воспоминания. А их у Георгия хватало.
Вот и снова его мысли вернулись к незавидной судьбе врача.

«К сожалению, мой ежемесячный доход, впрочем, как и доход большинства российских врачей, не позволяет мне обеспечить личным комфортным жильём ни себя, ни свою будущую семью! — думал он, провожая Ксению вместе с родителями на курорт. — В наследство у меня маленький родительский дом: шлакозасыпной, с прогнившими стенами и текущей крышей. Отец Ксении смотрел на мой дом, как на сарай! У них самих, конечно, новее! Они его сдают, а Ксения у крёстной мамы живёт. Доход… Вот и получается, что у Ксении родители богатые. Шикарный смартфон ей купили. Они могут. А я нет, до сих пор с кнопочным хожу. Знал, что Ксения о таком мечтала, но её родители не только дом сдают, но и на Шпицбергене кучу денег заколачивают. А я экономлю, всё на стройку откладываю! По программе „Земский доктор“ я получил миллион, но его даже на хороший фундамент не хватит!»

Георгий получил за маму свою долю небольшого наследства и копил деньги, предполагая, что сложности со стройкой обязательно будут. Хотя бы в силу того, что дом построить сложнее, чем купить квартиру.

Помог случай: в больницу попал молдаванин Славен, который и предложил доктору построить дом не из новых, а из бывших в употреблении стройматериалов, которые его бригада добывала на разборке дома.
— Нам не надо будет оплачивать вывоз кирпича и бетона на свалку, а мои ребята на стройке заработают! — молдаванин, повредивший на стройке руку, был курчавый, смуглый, тощий и страшный, как таракан. — Я могу пока только руководить!
Стараниями Георгия правая рука Славена была в гипсе. Лицо его было загорелое — выгорели даже брови и ресницы. Руки натружены, впрочем, даже травма плеча не повлияла на его деловитость и хватку.
— Мы большой дом разбираем. На несколько хватит. Балки деревянные из лиственницы пойдут на каркас, а бетонные блоки и кирпич — на фундамент. Балки такие крепкие, что не каждая пила берёт! Утеплитель снимем и снова в дело! Из профнастила — крышу и забор! Стеклопакеты тоже не новые, но мы их подгоним по месту. В общем, сто лет простоит, и хорошо будет всем!

Разговор продолжился дома у кумы Веры и её мужа Кирилла. Кума накормила всех фирменными пирогами, Славен принёс книгу проектов и разметил на бумаге, где будет фундамент на участке доктора.
— Видел я домик доктора. Камни, на которых он стоит сейчас, никуда не годятся. Глубина — как минимум полтора метра!
— Вот этот проект мне нравится! Только зачем так глубоко? — не понял Георгий.
— Это чуть больше глубины промерзания грунта в средней полосе! А высота — в идеале, чтобы легковая машина могла заехать, и ходить, не нагибаясь. Под утеплённой высокой крышей будут комнаты. Круглый год можно будет жить. Зато из строительного материала надо купить только гарцовку, цемент да огнеупорный кирпич — остальное мы сами привезём!

— Толщина кладки? — уточнила тётя Вера.
Она оценила смуглые черты лица и рабочие руки гостя, огрубевшие от палящего солнца и знойного ветра. «Такие не врут, такие честно работают! — решила она. — Но присмотр всё равно нужен! Кум у меня доктор и ничего в стройке не понимает!»
— Толщина кладки — минимум два кирпича! Пол в подвале — бетонная стяжка на арматуре с уклоном в сторону водосборного колодца! — Славен подробно рассказал, как это всё строится, прикинул сроки, сколько придётся нанять таджиков на помощь.

«Молдаване — очень открытые и дружелюбные люди, и если закрыть глаза на их шумность, то подружиться с ними легко и просто! — подумала кума Вера, подливая гостю чаю. — Повезло куму, что молдаване хорошо идут на контакт!»
— И ещё: подключение к центральному водопроводу и отоплению влечёт за собой обязательные ежемесячные платежи. Живёшь, не живёшь — плати. У доктора есть хороший колодец с бетонными кольцами! Мы в него опустим итальянский насос по зимнему варианту, а в дом поставим современную печь и камин длительного горения — то, что в старом доме уже есть! Экономия!

Вера взяла старые счёты и так ловко пересчитала объём работ, уменьшив расходы на треть, что бригадир тут же подрядил её работать прорабом — и не только на этот объект.
— Я только дома работать могу! — Вера погладила себя по округлившемуся животу. — А вы возьмите в бригаду моего мужа Кирилла! Пусть деньги на приданое ребёнку зарабатывает! Сумел обрюхатить на старости лет, сумеет и заработать!
— Я мужчина хоть куда! — похвастался Кирилл.
Так участь старого дома Георгия была решена, договор подписан.

«Может, приедет Ксения с родителями, и они оценят мой „мусорный“ дом? — Георгий проснулся рано утром. — Но, по правде, я вдовец, тем более крёстный папа, не партия для дочери богатых, по местным меркам, родителей! И Ксении всего семнадцать! Нет у меня никаких шансов!»
Солнце только заглянуло в окно и решило спрятаться в облаках.
— Подъём! Сегодня начинается стройка! — Георгий сладко потянулся и посмотрел по сторонам. — Прощай, старый дом! Надо, помолившись, святых выносить!
Половицы поскрипывали под ногами. Святые из красного угла строго смотрели на хозяина.

Георгий открыл мультиварку и плотно позавтракал гречневой кашей с мясом и луком.
— Здоров! — на крыльце появился бригадир. — Начнём с божьей помощью?
— Начнём! А с чего будем начинать? — спросил Георгий.
— С верёвочек и колышков! Рассчитаем новый фундамент вокруг старого дома и начнём копать! Тут суглинок, копать легко!
— А мой дом?
— Дом аккуратно разберём! Всё, что можно, пойдёт в дело! Даже засыпной шлак пойдёт и битое оконное стекло под стяжку на пол! На материале сэкономим! Остальное — на дрова!

Славен и два его двоюродных брата, Эдик и Володя, составляли костяк бригады. Кроме них на самые тяжёлые работы подрядили четверых таджиков. Пока молдаване рассчитывали фундамент, самосвал привёз гору старых кирпичей и бетонных блоков и вывалил их прямо на грядки.
— Ещё пару;тройку таких ходок сделаем! — пояснил Славен. — Из них будем делать высокий фундамент из расчёта организовать на нулевом цикле бойлерную, с встроенной ванной, душевой и гаражом. А вот о домашней клубнике придётся в этом году забыть! Извини, но издержки строительства! На общественную дорогу материал сгружать нельзя!

— И места на моём участке на весь материал хватит? — Георгий понял, что грядки в этом году можно не пропалывать, и вспомнил, как Ксения помогала ему на загубленном ныне огороде. «Она там, а я здесь! Но солнышко и море она честно заслужила!»
— Места на материал? Хватит! По проекту — стандартный дом десять на десять плюс крыльцо! Печь — „шведка“ на три оборота с варочной плитой и коптильной камерой. Это полная автономия и независимость. В комнате под ломаной крышей к трубе подключим печь длительного горения. Можно будет зимой спать!

— Как говорится, с божьей помощью, начнём! — святых Георгий вынес в баню.

Первый день стройки стоял солнечный, на небе только белое облачко. Как говорил покойный генсек: «Процесс пошёл!»
Таджики по колышкам быстро выкопали траншею, молдаване разбирали крышу на опалубку. Шведские пилы;паркетки резали доски вместе с рубероидом и гвоздями, не замечая их!
— Круто! — Георгий смотрел на чудо импортной техники.
— Новые строительные технологии! — уточнил Славен. — Хочешь зарабатывать — надо тратиться на хороший инструмент. Потом на уголки, саморезы — и каркас соберём! Сейчас лето! Как говорится, день кормит год! Славен много лет был бригадиром строителей, которые разбирали и строили всё, что можно. — И сидеть месяцами на одном объекте мы не можем! Но скорость — не в ущерб качеству!

Лишней землёй из отвала таджики засыпали многочисленные глубокие ямы на дороге, ведущей к участку, чтобы самосвалы могли спокойно разгружаться.
В качестве опалубки до уровня земли ушла крыша старого дома целиком. Грузовик привёз мешки с цементом и гарцовкой.

Поздно вечером Георгий связался с Ксенией по скайпу. Та наскоро поделилась новостями, пожелала удачи на стройке и ушла весело проводить время.
«Она молодая, красивая! А я… Я бедный доктор, что стал крёстным папой, держал её в строгости и рад стройке „мусорного“ дома! На новые материалы не заработал! — Георгий постелил матрац на полок. — Вера звала к себе ночевать, но мне тут лучше! Кум Кирилл громче меня храпит».

Неожиданно для себя он улыбнулся, вспоминая первое знакомство с крестницей, её скромность, стеснительность и доверчивость. Удивительно было то, с какой быстротой и лёгкостью он отдался всему тому, что так случайно свалилось на него! Началось с крещения юной девушки в местной церкви, с её патриархального воспитания и закончилось жутким психозом перед ЕГЭ и тем, что они с Ксенией после этого сделали.
Ночью ворона, лишившись огородной поживы, коротким скрипуче;деревянным карканьем объясняла всем, что думает по поводу стройки.

На второй день начался «нулевой цикл».
— Пока погода хорошая, надо успеть! — Славен подгонял работников.
Крутилась бетономешалка, работяги брали блоки и, покрякивая от тяжести, несли по доскам метров тридцать до траншеи, чтобы уложить их в законное место. Георгий видел, что после разборки большинство старинных кирпичей остались целыми, хоть и грязными, с кусками раствора.
— Иди в свою больницу! — кум Кирилл командовал бетономешалкой. — За Славеном присмотри! Я тут присмотрю! А больные ждать не будут!

Вернувшись вечером домой, Георгий увидел, что таджики уже залили фундамент до уровня земли и разобрали старый дом, разложив всё, что может пригодиться для стройки, в одну кучу, мебель — в другую и прикрыли её строительной плёнкой, а всё, что свой век отжило, — в третью. Остатки огорода были похоронены под строительным материалом.
— Быстро вы! — по;деловому заявил Георгий, осмотрев стройку, сделал несколько снимков и ушёл ночевать в баню. — В этом году заготовок на зиму не будет! Если только кума не поделится!
Грузовик вечером привёз фанеру, старую чугунную ванну, пластиковые стеклопакеты и двери.
Белая ночь делала строительный пейзаж немного сюрреалистичным. Кроме куч кирпича и шлака своей участи ждали доски, балки и фанера. Казалось, это всё поселилось на участке навечно. Закрыв дверь, доктор настроил мультиварку на утро, включил компьютер и принял несколько фотографий от Ксении. Счастливая девушка в открытом купальнике плескалась в воде и подставляла упругое тело солнечным лучам.

— Хорошо тебе там! — вздохнул Георгий и послал фотографии с места стройки. — Там море, а у меня маленький пруд и озеро в километре от дома. Ты, Ксения, там, с родителями, а я тут со строителями! Кто знает, встретишь на солнечном берегу какого;нибудь смуглого мускулистого мачо и забудешь меня, своего грешного крёстного! Или строгий отец подберёт тебе богатого жениха! А я, я тебя никогда не забуду, как и свою покойную жену! Она так хотела жить в большом доме!

Встреча с Ксенией перевернула его жизнь, жизнь молодого вдовца, а позже и перечёркнула всё то, что было до неё. Даже боль от потери любимой жены притупилась. Это было странно, радостно и в то же время печально, как и всё в его жизни и судьбе.

В эти дни, когда дом рос из старых кирпичей, Георгий всё чаще замечал, как его собственные мысли складываются в тот же порядок, что и ряды кладки: ровно, крепко, будто он пытался выстроить не стены, а оправдание перед самим собой. «Пусть это и „мусорный“ дом, — шептал он про себя, проходя мимо груд стройматериалов, — но в нём будет её голос. Пусть он собран из остатков, но станет началом».

Ночью ему снилась Ксения в открытом пляжном купальнике: как она ходит босиком по застеленному линолеумом полу в новом, почти пустом доме и планирует, где поставить мебель и где будет стоять детская кроватка. А потом полностью разделась, встала перед ним на колени и сказала, что очень;очень соскучилась.
— Приснится же такое! — Георгий перекрестился на образа. — Похоже, что я о крестнице теперь и во сне думаю только как о женщине! Ты хочешь сказать, воспитатель несчастный, что был достаточно смел и слишком много себе и ей позволил после воспитания накануне ЕГЭ? Да, девственницей она ко мне приходила и уходила! А ты её папу;татарина видел? Неужели не понял, что нет у тебя никаких шансов? Ты только крёстный! И точка!

Утром работа снова закипела. Вроде как начали по утреннему холодку, а солнце уже поднималось к зениту, подарив строителям жару, сравнимую с курортной, всё сильнее припекая. Дневное светило нагрело строительные материалы: даже доски были горячими на ощупь. Скамейка, на которой он воспитывал Ксению, была приспособлена под мостки. Рабочие, выкладывающие фундамент из кирпича, чтобы не сомлеть от жары, время от времени окунались в пруд около бани. Таджики, более привычные к жаре, столетние красные кирпичи очищали от раствора и отмывали из шланга, откладывая самые некондиционные для фундамента под печь.

Георгий, работавший вместе со всеми, от лёгкого дуновения ветерка и яркого пекущего солнца слегка поджарился, но догадался вовремя надеть футболку. Славену после контрольного рентгеновского снимка Георгий поменял гипс на более удобный ортез. Тот вернулся и руководил стройкой, строго следил с помощью лазерного уровня за вертикальностью углов. Кирилл в его отсутствие руководил залитием бетонной стяжки и фундамента под печь. Дом, казалось, поглощал груды кирпича и битых бетонных блоков, но постепенно рос в высоту.

На этот раз Ксения вышла в скайп ненадолго, прямо в душевой. Показала ему не тронутые загаром груди, пожелала успеха в строительстве дома, завернулась в большое полотенце и отключилась. Эти несколько минут были радостью для Георгия.
«Она всё;таки меня не забыла!»

Ещё один день, рано начавшись, быстро прошёл и стал клониться к закату. К концу дня у строителей получилось строение два с половиной метра в высоту, с широкой отмосткой, проёмами для маленьких окон, отдельного входа и гаражных ворот.
— Мужики, подождите расходиться! Сейчас привезут металл на балки, и потом продолжим! — Славен, прораб строительства, давал распоряжения. — А потом на озеро!
После разгрузки все пошли на пляж смыть строительную пыль. Плескались до посинения.
«Вот он, мой курорт! — подумал Георгий. — И пусть крестнице на море будет хорошо! А при моей зарплате и расходах на стройку мне моря не видать!»

Ксения больше по скайпу не общалась, ограничившись посылкой нескольких скромных фотографий.
«Что ей со мной разговаривать? — Георгий подумал, что, скорее всего, мрачные мысли о курортном мачо не лишены оснований. — Скажи спасибо, что она вообще о тебе помнит!»
Дуновение ночного ветра скользнуло по бритой щеке.
«Оставь ты Ксюшу в покое! Ты должен быть счастлив от того, что ей хорошо! Она много училась, многого от меня, грешного, натерпелась, и отдых у моря честно заслужила! И от меня отдохнуть надо! И от моих патриархальных воспитательных методов и прочих шалостей! Хватит! Размечтался! Вон, матрац с одеялом зовут спать. Завтра снова будет тяжёлый день!»

Новый рабочий день начался с первыми петухами, чтобы успеть до адской жары.
— Обвязка, на которой будем строить каркас, должна быть прочной и устойчивой! Второй этаж и высокая крыша должны опираться на прочное основание! — металлические старые трубы поднимали на свои места полиспастом и сваривали по месту.

Вечером Вера, в честь окончания нулевого цикла, накрыла на стол и накормила всех до отвала, но водки никому не налила. У Славена в бригаде был сухой закон, а Кирилл стараниями Георгия был подшит.
«Не хочешь общаться — не надо! — Георгий, не дождавшись выхода Ксении в сеть, послал пару фото со стройплощадки по скайпу и выключил компьютер. — А может, твои родители не хотят, чтобы ты общалась с бедным крёстным?»

На следующий день из старых балок, досок и остатков дома поставили каркас, стропила для крыши и настелили чёрные полы. Скелет дома к ночи был готов.
«Не в сети!» — скайп поставил красный сигнал.

«Ей не до меня! Там курорт, танцы, шманцы;обниманцы!» — Георгий скучал по крестнице всё сильнее.Снова и снова он думал о Ксении, о массаже и очень приятных шалостях, и о том, что успел признаться ей в любви, только ради нее он решился на такой огромный дом, в который мечтал ввести Ксению, как жену и который рано или поздно должен заполниться детским смехом. Тут пискнул телефон. Пришла мм-эска от Ксении с коротким сообщением, что у нее все хорошо и фото ее на танцплощадке с мускулистыми загорелыми парнями.
Рассматривая новые курортные фотографии, где Ксения не одна, он мучился от ревности.

Еще три дня ушли на обшивку каркаса и крыши досками, фанерой, утеплителем и крышей.
– Раньше строили шлако-засыпные домики. А теперь утеплитель! Минеральная вата! – Славен смотрел, чтобы между ватой и фанерой строители не забывали укладывать защитную пленку. – Новые строительные технологии! Крысы и мыши в минеральной вате не живут!

Пока шла обшивка, на фундамент дома и печки таджики накидали цементную "шубу" и она скрыла от посторонних глаз качество старого кирпича. Лестницу на второй этаж строители взяли из старого дома, дополнив несколькими ступеньками, превратив ее в полу винтовую. Пластиковые трубы подвели из колодца по зимнему варианту, для чего таджики прокопали от колодца к дому глубокую траншею, перфоратором просверлили в кольце отверстие, а трубу от насоса положили в специальной "шубе".

– Вода будет круглый год! Ванну, тоже б/у мы поставим в подвал. На станцию аэрации у тебя денег нет. Но пока обойдешься биотуалетом! Тем  более, он у тебя есть, и покупать не надо, но место подо все мы подготовим.
Последними в очереди были окна из б/у стеклопакетов, поэтому немного разные в каждой стене и печь. Для нее купили желтого огнеупорного кирпича, а таджики для трубы и перевала отмывали старый кирпич с особой тщательностью.

Строительства печи и установки на втором этаже коптильни Григорий не видел, пришлось на сутки выйти на работу. Смена выдалась тяжелая, и удалось с Ксенией обменяться только Смс-кой.
– Ну, хозяин, смотри! – Славен зажег скрученную газету и пламя легко и быстро разгорелось. Есть два варианта протопки: летняя и зимняя! Вот вьюшки. Вот эти ходы надо время от времени прочищать. Если закроешь в шведке эти железные дверцы, уберешь варочные круги, откроешь эту вытяжку  и поставишь решетку – получается горячее копчение, на втором этаже металлический ящик – холодное! Ивовых веток в саду для копчения у тебя много растет!
– Коптильня - это здорово! – Георгий любил копченую рыбу и курицу. – А теперь?

– Теперь поставим на обоих этажах внутренние перегородки, двери и надо убираться! Негоже оставлять после себя хлам! Это, кстати включено в смету работ! Все деревянные отходы таджики легко и быстро напилили на дрова огромной дисковой пилой и сложили в поленницу под крышей у бани.
На пол из старых, но крепких шипованных досок молдаване раскроили постелили на клей  старый линолеум. По цвету и рисунку он не совпадал, зато теперь можно было ходить босиком без риска занозить ноги.

Местные электрики подключили новый дом к сети не на одну, а на три фазы, погрозив штрафом, но Георгий уже успел заработать в городке репутацию и электрики, подписали акт и опломбировали новый трехфазный двух тарифный счетчик.
Мебель из старого дома, включая массажный стол и воспитательную скамью, перенесли в новый. Последними заняли почетное место в красном углу образа из старого дома.
Но на этом стройка не закончилась. Еще за три дня участок обнесли высоким забором из б/у профнастила, им же покрыли крышу.
Вера натопила для всех баню, рассчиталась по совести с подрядчиком, устроила строителям "отвальную".

Первую ночь в новом "мусорном" доме Георгий лежал на старом диване, и долго не мог заснуть. Сладкий чуть горьковатый аромат ночного лета навязчиво проникал через москитную сетку в окно.
"Дом я построил, но зачем мне такой дворец одному? Ксения там, а я тут! И я ей совсем не нужен! Она красивая и взрослая! А я тут со своим ремешком и розгами, можно сказать испортил ей юность! Теперь ммс-ке и той рад!"

 Ночью ему приснилась покойная жена.
– Я хотел привести в этот дом тебя, а тебя нет!
Во сне он увидел настоящее чудо: луч солнца подсвечивал кожу так, что линия её тела казалась полу-прозрачной и золотистой, каждый изгиб был волшебным. О мой Бог, это совершенство! Это небесный ангел! 
– Не грусти! Я на небесах и слышу твои молитвы! Скоро вернется Ксения, и ты будешь с ней счастлив! Она по тебе очень скучает! 
– Ты уверена? Я же к ней был весьма строг! И воспитывал ее по-христиански строго,  а потом… И по скайпу со мной не общается!
– Да не расстраивайся ты так! Она зла на тебя не держит!  За ней очень строго присматривают родители! Год не общались и сейчас хотят всласть покомандовать напоследок! Любит она тебя, но при родителях боится скайп открывать, чтобы ты не сболтнул лишнего! И я буду счастлива, глядя с небес на вас! И позови батюшку дом освятить!
– Обязательно!

***
Когда Ксения приехала вместе с родителями домой, Георгий пригласил всех
на новоселье. Главным блюдом была рыба и курица из домашней коптильни. Разумеется, были  и пироги тети Веры и вишневая наливка по рецепту покойной мамы Георгия.
– Занавесьте окна, чтобы Аллах не видел! – отец Ксении, решил продегустировать  наливку.
Он внимательно изучил дом от подвала до крыши, отдал должное наливке и домашним копченостям, тут же взял номер мобильного телефона Славена, заказал у него дом для себя и оставил Веру прорабом.
Мать Ксении похвалила стол  и дом, но заметила, что мебель  старая, бойлера в подвале и машины в гараже нет, и в нем явно не хватает женской руки, а крашеные фанерные стены надо оклеить обоями.

– На машину, отделочные работы, станцию аэрации и бойлер я пока не заработал! – вздохнул Георгий. – Буду работать и копить! Машины у меня нет, зато есть стиральная! Автомат! Дом не отделан, но жить-то уже можно!
Ксения старалась на крестного отца не смотреть, ела без аппетита и почти не разговаривала. А Георгия от такого поведения мелко трясло. Теперь, после двухмесячной разлуки,  он понял, что никакую другую женщину он не сможет полюбить так, как ее.
– Думаю, мы сможем дать крестному денег в кредит на достройку из приданного Ксении! – решила ее мама. – Замуж ей еще рано, а деньги должны работать!

"Похоже, мама догадалась если не обо всем, то о многом! – Георгий посмотрел на Ксению, а потом на будущую тещу. – Или Ксения разболтала? Не видел я девушек, которые умеют хранить тайны!" И кольцо вокруг меня сжимается! А вот станет ли оно обручальным? Бедный доктор – не партия для такой красавицы! И когда она успела вырасти и похорошеть?"

***
Отец Ксении, собираясь обратно на Шпицберген, заглянул к Георгию на мужской разговор.
– Я в курсе, что вы, не спросив моего согласия, окрестили мою дочь, и как после этого воспитывали.
– Да, я как крестный отец, был с Ксенией и строг, когда надо было! Она окончила школу хорошо, сдала ЕГ и на бюджет в медучилище поступила! Фельдшером будет!
– Я и это знаю! И то, кому моя дочь посылала с курорта фотографии, прячась под одеялом, и с чьего компьютера она по скайпу с нами связывалась, когда мы на Шпицбергене были, и  у тебя на участке растет краснотал не только для домашних копченостей, и  скамейку, я тоже оценил. – Он внимательно посмотрел Георгию в глаза. – И про массаж я в курсе, и про то, что она девственница! У моей дочери от меня секретов нет! Я татарин, и ты меня знаешь! Если с моей дочерью случится что-то плохое с твоим участием, я тебе секир башка сделаю! Без полиции разберусь!

– А если случится хорошее?
– Я хотел отдать дочь за татарина, но видно, не судьба! Не понимаю, почему она тебя выбрала? Препятствовать счастью моего ребенка, хоть и крещеного, я не буду! Но, разговор у нас становится деловым! Женишься по-честному – тогда кредит превратится в приданное, и на машину добавлю, благо гараж у тебя под домом есть! Но она у меня несовершеннолетняя! Так что думай! Хорошенько думай прежде, чем что-то сделать!
***
Массаж в мусорном доме

На следующий день после отъезда родителей Ксении у Георгия было суточное дежурство.
Утром, придя домой, он увидел, что крестная в его отсутствие привела дом почти в идеальный порядок.
–  Хороший дом! Ключ нашла, как всегда, под ковриком.  - честно сказала она и сняла себя платье. - А ты меня не забыл, пока я на солнышке грелась?
Девушка оказалась в открытом купальнике из четырех треугольников материи.
–  Ты очень красивая и я очень по тебе скучал! – Георгий осмотрел ее с головы жо ног, – а ты похорошела на южном солнышке.
–  Я тоже по тебе очень соскучилась!
Тело  босоногой девушки было покрыто золотистым южным загаром.  Стройные бедра заканчивались изящными щиколотками.
–  А ты не снимешь купальник?
–  Для порки? Скамью готовить? Я вроде как  заслужила: звонила редко.
–  Нет, я расставлю массажный стол! После южного загара тебя надо напитать маслом!
–  Массаж? На массаж я согласна!
Девушка сняла купальник, демонстрируя незагорелые участки на теле и выбритый лобок и задернула иконы в углу занавеской. Она уже давно не стеснялась крестного и верила ему.
–  Ложись!
–  Надо же! Меня ты впервые положил на этот стол без предварительной порки.
–  Ничего не бойся!
–  А я давно ничего не боюсь! Ты будешь нежным? Без ремня без и розог?
Вместо ответа он несколько раз ласково шлепнул ее по попе. Это тебе за редкие звонки! Георгий поцеловал ее в попу.

– Сегодня я и не собирался тебя пороть! Просто я очень по тебе соскучился! –  Георгий слегка массировал кожу на спине, и напитывал маслом сверху вниз от шеи до пяток и гладил спинку снизу вверх до шеи. Когда  руки достигли ягодиц, девушка вздрогнула.
Разведя ноги чуть в стороны она не мешала Георгию делать массаж, и сама делала инстинктивные движения навстречу его рукам, еле заметно приподнимая попку.
"Говорили мне в училище, голую женщину обмануть нельзя, она кожей чувствует, как к ней прикасаются! И он прикасается ко мне не как крестный папа, а как мужчина! И он  меня любит! Значит, за мной последний шаг!" 
Когда дело дошло до внутренней стороны бедра, к  он нежно  касался потаенного места, тыльной стороной руки.
Ксения раздвинула ноги шире.
"В попу поцеловал! Как тогда, перед поркой!" – Щеки у Ксении раскраснелись, рот полуоткрыт и каждый раз, когда руки Георгия касались попки, она заметно вздрагивала, но не от боли.

– А теперь перевернись на спину! – Георгий  разогрел девушку сзади и попросил перевернуться животом вверх.
– Скучать мне было некогда,– говорил он, поглаживая  руки и животик. – Сама видишь, какой дом мы построили! И я хочу, чтобы мы с тобой в этом доме были счастливы! Ноги слегка раздвинь!
Закончив массировать руки, Георгий принялся за ноги. Начинал он от кончиков пальцев, двигаясь вверх и тщательно разминая.
С каждым движением руки по низу живота Георгий как бы ненамеренно гладил потаенное место.
Ксения  откинула голову в сторону, глаза были закрыты.
"Еще немного и я ему дам! Нет, до свадьбы не буду! Хочу, очень хочу, но не дам!"   
"Ксюшенька моя возбудилась!" – Георгий понял, что пора потаенные губки как следует промаслить.
Ксения  подалась на встречу пальцам и простонала. Мужские ладони аккуратно, но с нажимом, исследовали, мяли мышцы на внутренних сторонах бедер.
По телу девушки пошла горячая волна.  Ксения разомлела и начала расслабляться. Тепло и нежность проникало в каждую клеточку.
 Он начал работать пальцами, девушка начала постанывать, руками вцепилась в простынь, начала раздвигать ноги, голова начала метаться из стороны в сторону, а с губ стали срываться стоны наслаждения.
Ксения открыла помутневшие глаза и улыбнулась Георгию, который ритмично двигал промасленными руками.
 Наконец второй оргазм потряс девушку, она вздрогнула, напрягла пресс, издавая: «Ааа-ааа-ооййе».
Георгий почувствовал, что все закончилось. Ксения  со вздохом сожаления обмякла и, пребывая ещё в состоянии эйфории, спросила:
— Что это было? – Ксения сладко потянулась. – Ты не раз делал мне массаж, но такого со мной не было никогда!
— Немного релаксационного масла и много любви! Мне с тобой очень хорошо! – Георгий  погладил по растрепавшимся волосам крестницу.

— Про любовь —  это серьезно? —  она  облизнула губы.
— А ты разве не понимаешь?
— Девушкам об этом надо постоянно напоминать! Хочешь? — Спросила она, сладко потянувшись. Вижу, что хочешь!
Георгий, сняв штаны вместе с трусами, встал у головы Ксении, но  не собирался заканчивать массаж, поглаживал спину и шею.
"Блаженство!"  – думал он.
Впрочем, разрядка наступила быстро.
– Тебе же было хорошо? - Георгий, придя в себя, стал протирать ее вафельным полотенцем.
— Если бы перед этим меня на этом столе ты не порол, я бы сильнее расслабилась... Я подсознательно ждала боли...
— Не хочу я тебя пороть! Просто я по тебе соскучился!
— И я соскучилась! Да я не в первый раз на этом столе, но  такого никогда не испытывала – ответила Ксения, а тебе понравилось?
— Очень! — Он погладил ее по волосам и спине.
— Как видишь, я и без порки могу быть нежной и ласковой, и до свадьбы я кое-что могу! Ой! Да ты на часы посмотри! Мне давно домой пора! —
Ксения стала  в спешке приводить себя в порядок. —  Крестная сердиться будет!
***
Продолжение здесь: http://proza.ru/2021/07/11/1005