Южнокорейский Боинг. Часть 1

Часть 1. Барсук по-американски

Дело было в августе 1983 года. Стояли в базе. Мы готовили Гидрографическое судно «Армавир» к очередному походу на  замену морских навигационных знаков в прибрежных водах Приморского края в Японском море. Эти работы были самые непопулярные. Ни тебе валюты (чеки, боны), ни тебе дальних морских надбавок, это я всё о прибавках к зарплате для экипажа, который в таком плавании получает так же, как если бы стояли у стенки в родном порту. Чистый каботаж, (плавание вдоль побережья) ничего интересного.

Гидрография флота обычно несёт ответственность за содержание и замену, если необходимо, буёв, знаков и прочих навигационных средств на своей территории.  Судно практически было готово к плаванию - запасы получены, экипаж сформирован, оставались сущие мелочи.

В то время, во Владивостоке, как иногда выражаются местные, «погоды шептали», а это значит, что ветра еще не начались, и было очень тепло. В судоремонтном заводе нам полностью починили катер после удара волны Цунами в бухте Валентин. Кузьмич, наш помощник командира по политической части, завёз новое кино. Как говорится, полная готовность к выходу.

Был поздний вечер пятницы 12 августа, я, как и подобает старшему помощнику командира судна уехал домой последним уже в десятом часу вечера, как говорят моряки, пошёл «на сход». В воскресенье я должен был заступить дежурным по дивизиону, поэтому в субботу мы с семьей собирались на городские пляжи покупаться, попрыгать с вышек в августовскую тёплую морскую воду, в общем, отдохнуть, как следует. 

Легли поздно, я сразу «отрубился» и мне приснилось, как со скрипом открылась дверь в комнату и мой сын Роман, которому было почти два годика, шёл, неуверенно ступая своими ножками, а в руке держал игрушечный деревянный молоточек. Шёл мой маленький сынок и стучал молоточком по стене, по тумбочке, по кровати, а стук всё сильнее и сильнее. Я тянусь к нему, мол, что случилось? Почему так громко?! Бам!Бам!Бам! Когда стук молоточка стал невыносим, я проснулся и понял, что стучат в коридоре. Сразу вспомнил, как обещал починить дверной звонок, но, как всегда, не хватило времени.  Машинально глянул на будильник – 02.34 утра, что-то случилось! Выбежал в коридор в трусах, открыл дверь, там стоял незнакомый мне матрос-посыльный:
- Товарищ старший лейтенант, срочно прибыть на судно! Выход в море по тревоге! Машина внизу ждёт!

Выход по тревоге, ничего себе! Первый раз за два года! Всё, давай бегом! Примчались на  36-й причал, народу – тьма, контр-адмирала Варакина, начальника гидрографической службы флота, я сразу заметил, кратко поприветствовал и поднялся на ходовой мостик. Акимов, командир «Армавира», коротко бросил мне:
- Пока не знаю, что за «шухер», но в твоей каюте уже разместилась военная разведка, а у меня сидит «кэгэбист», какая-то шишка! Готовь судно к выходу через 30 минут! «Главные» уже готовы, слава богу, «дед» сегодня дежурит!

На простом русском языке это означало: что за причина тревоги не говорят, но причина важная, судя по гостям. Главные двигатели к пуску готовы, потому что по судну дежурит старший механик и он уже все, что нужно, сделал.

Вот такая морская терминология, иногда, со стороны, ничего не понятно. Боцман зовётся «драконом», старший механик – «дедом», тонкий канат, на конце которого прикреплена свинцовая болванка, чтобы дальше летел – «выброской», судовой врач – «доком», коротко и ясно!

Вышли в море довольно быстро, уже в 04.00 я заступил на привычную для меня собачью вахту. Никто, конечно, не спал. На ходовом мостике собрались все офицеры. Капитан 1 ранга Королёв, представился и коротко сказал:
- Товарищи, непосредственно вблизи границ наших территориальных вод, прямо в заливе Петра Великого обнаружен фрегат УРО (управляемое ракетное оружие) ВМС США «Badger» бортовой номер 1071! Цели прибытия этого грозного корабля не ясны.

Нам поставлена задача слежения и сопровождения фрегата в период его нахождения вблизи наших границ! Я назначен старшим по операции слежения, командир судна отвечает лично за безопасность маневрирования и обеспечение работы группы военных разведчиков! – и представил троих молчаливых молодцев в штатском.
- Да, мой помощник мичман Сазонов! – из темноты ходового мостика шагнул к нам щуплый паренек в погонах старшего мичмана.
 
Да, и про ходовой мостик: это мозг любого корабля, где сосредоточены все органы управления кораблём, на ходу, в море. Здесь постоянно находится ходовая вахта – вахтенный капитан, вахтенный штурман, рулевой. Ходовой мостик расположен на самом верху корабельной надстройки, чтобы вахтенные могли осмотреть весь горизонт моря и всю обстановку вокруг. Все решения на любые действия принимаются тоже здесь, на ходовом мостике. На практике у него тоже есть свое сокращение – говорят по-простому «на мосту».

Через полтора часа подошли к «Баджеру», вы позволите его так называть, хотя в переводе с английского это означает «Барсук». Ну что это за название для фрегата УРО, подумал я, фрегат «Барсук»! Вот у нас названия красивые – «Строгий», «Стерегущий», а тут «Барсук», еще «Белкой», назовите!  Ну, да ладно! Подошли близко, кабельтовых пятнадцать, не больше (кабельтов - это одна десятая морской мили, то есть примерно 182,5 метра).

Уже активно всходило Солнце, и было хорошо видно, что пароход уже потрепанный, но выглядел ухоженным красавцем. У нас на мосту давно валялся справочник «JFS-1979». Это американский справочник по военно-морским флотам всех стран мира Janes Fighting Ships за 1979 год. Толстенный фолиант, где даже наш «Армавир» был указан и показан со всех сторон. Я прочитал:
«…FF1071 Badger — заложен на судоверфи в Todd Pacific Shipyards (Сан Педро, Калифорния) 17.02.1968, спущен на воду 7.12.1968, вступил в строй 1.12.1970…»
13 лет, конечно, многовато, но такой срок службы для корабля – обычное дело.

- Старпом подходите ближе! На пять кабельтовых! – Королёв глянул на командира, Акимов кивнул. На руле стоял самый опытный, 2-й помощник Забралов Валентин.
«Баджер» шёл на самых малых оборотах, всего узла два (1 узел равен 1 морской миле в час), мы подскочили, как ужаленные, и встали, по инерции еще катились, обгоняя фрегат, потом выровнялись, потом я поставил самый малый вперед, и мы опять начали его обгонять! Я попросил в машинном, чтобы снизили обороты до минимально возможных, как тут же на мостике появился «дед» и начал ворчать, что, мол, так долго не продержимся, форсунки забьются маслом или что-то в этом духе…

Наконец нашли вариант, идти на одном главном двигателе, второй держать «под парами». Так и двигались в паре, «Армавир» чуть сзади. Доложили наверх, что фрегат двигается строго вдоль территориальных вод, не нарушая государственную границу ни на метр. Нам приказали отснять на фото всё, что можно, «приклеиться» и продолжать слежение.

Так побежали вахты и сутки. «Баджер» шёл строго параллельно линии территориальных вод миль 7-8, потом разворачивался и шёл обратно в старую точку, потом снова туда, и снова обратно! Надо ли говорить, что мы сделали столько снимков, сколько смогли, как говориться, и в «фас» и в «профиль». Мы подходили  уже так близко, что дух захватывало, пересекали курс фрегата и по носу и по корме, что иногда даже противоречило обычной морской практике. Ему всё было нипочём. На связь они не выходили, ничего не предпринимали.

На седьмые сутки, неожиданно, в районе вертолёта они выставили какой-то плакат. Боже!! Это  было красное сердце, нарисованное на куске фанеры, пронзённое стрелой!

На вертолетной площадке красовался противолодочный вертолет типа SH-2F «Sea Sprite» с бортовым номером 1319, а рядом фанерный щит с пурпурным сердцем!! Во, «штатники» дают!! «Штатниками» Королёв называл американцев, и это приелось на языке у всех на мосту.

Тем временем на борту «Badger»:
Экипаж вертолёта – три человека, капитан Джон Кроули - командир экипажа, второй лейтенант Фрэнк Робинс – второй пилот и старший техник сержант Дик Пёрл стояли у двери кабины и лениво обсуждали окружающую обстановку. Они уже третий контрактный срок «тянули лямку» на «Badger». Они уже много чего повидали, однако, впервые видели, что русский разведчик так близко подошёл к их фрегату.  Можно было и без бинокля рассмотреть на юте «Армавира» собравшихся людей. Кроули сказал:
- Смотрите, у них на этом разведчике пара особей женского пола! Интересно, чем они заняты? А звания у них есть? 
Скабрезно облизнувшись, Фрэнк хохотнул:
- Наверное, не ниже капитана КГБ!
- Вам бы только под юбку капитана КГБ ещё заглянуть! – Дик Пёрл уже был женат и имел двоих мальчишек 2 и 7 лет. Он не одобрял их офицерские забавы в каждом порту захода.
- Не хватило вам, господин капитан, 14-ти дней, которые вы провалялись в госпитале в Субик-Бее (база ВМС США на Филиппинах)!?
Джон Кроули от неприятных воспоминаний даже передёрнул плечом, сморщился и, косо глянув на сержанта, сказал:
- Эх, Пёрл, что ты понимаешь в филиппинских женщинах?!  Из них, между прочим, уже две стали Мисс Вселенная! И знаешь, что меня в них сводит с ума?! Их разрез глаз! (Прим. автора: к 2018 году насчитывалось уже 4 филиппинки, обладающие титулом Мисс Вселенная)
- Командир, давайте их немножко подразним..! - Фрэнк смотрел в большой бинокль на корму «Армавира», где стояли две красы - русые косы, в шортах и коротких футболках.
- Посмотрите, командир!! – Он протянул бинокль Джону и вышел на площадку рядом с хвостом вертолёта.
Через несколько минут по пояс голый, тёмнокожий гигант Робинс выгодно смотрелся напротив заходящего солнечного диска. Он вытащил из вертолёта фанерный щит с нарисованным красной пожарной краской сердцем, пронзённым стрелой.
- Когда ты успел, Фрэнк?! Дамский ты угодник!  - Кроули уже увидел, как зашевелились русские на корме  «Армавира».
 
На борту ГиСу «Армавир»:
Во время моей вахты, в 17.45 влетает Акимов на мостик и вопит на меня:
- Какого хрена твои девки вылезли полуголые на ют?!
- Александр Евгеньевич, я же здесь! На мосту, на вахте! Я что, за их одеждой в личное время следить обязан?
- Нет, ты видел, эти черномазые выставили пурпурное сердце на вертолёте! А наши дуры и довольны!! Давай задами вертеть!

Постепенно, на мостике собрались все начальники  и обсуждали, как реагировать на этот знак, прямо скажем, неординарного внимания, ведь враг всё-таки, потенциальный противник, понимаешь!! Через несколько минут Королёв неожиданно сказал:
- Там у них тоже мужики есть! Надо понимать!
Всё. Если старший сказал, что ничего страшного, значит ему видней! Так всё и затихло, правда, на следующий день плакат исчез, видимо там тоже ребят проработали.

Так прошло ещё пару дней пристального наблюдения друг за другом. На мостике фрегата тоже всегда было много народу и все рассматривали в бинокли наш «Армавир». Мы подходили так близко, что можно было разглядеть выражения лиц американцев и без всякой оптики.  Мы наперебой пытались угадать, кто там появился на мостике у них, на «Баджере», ну, и, видимо, американцы тоже этим занимались, в общем, было очень оживленно на обеих коробках.  Видно было, что стороны фотографируют друг друга. У американцев стояли две оптические бандуры, как большие телекамеры, нам было видно, как они жестикулировали и что-то показывали, мол, посмотри вон там, эти русские!  У них были видны расшитые золотом эмблемы и знаки различия и на плечах и на рукавах. Нам всё было в диковинку, так близко потенциального противника мы ещё не видели!

В самый разгар смотрин, когда расстояние между нами было всего метров 60-80, вдруг раздался гулкий хлопок швартовой пушки  и с высокого мостика «Баджера» вылетела выброска и шлёпнулась прямо к нам на катерную палубу! Мы на мостике стояли окаменевшие, только старший из разведчиков тихо сказал:
- Не двигаться никому! Может провокация!
В этот момент канат натянулся, и по нему как по веревочному лифту сверху вниз, прямо  к нам на борт скатился довольно объёмный пакет! Пакет шлёпнулся на катерную палубу рядом с гидрологическими лебёдками, в этот момент сработал  отстежной карабин, и выброска моментально  была утянута обратно на «Баджер». Акимов сказал:
- Да, классно сделано, ничего не скажешь!
- Тихо всем!  - Это уже скомандовал старший группы особого отдела Королёв.
- Сазонов, ко мне! – К Королёву метнулся мичман Сазонов, и они быстро пошли по верхам на катерную палубу. Со всех трапов уже торчали головы любопытных из нашего экипажа!
- Командир, уберите зрителей по каютам! – Королёв уже злился!

Неожиданно «Баджер» взял круто влево и сразу оторвался от нас метров на 300-400 и дальше стал удаляться, набирая скорость. Акимов дал команду застопорить машины и «Армавир» лёг в дрейф. Я подумал, что хорошо, что американцы не видят вблизи эту  нашу  суету вокруг пакета и, как всю нашу команду загнали по каютам.
- Александр Евгеньевич, прошу  «добро» на катерную? – я направился на катерную палубу, вызвав туда же по громкой связи боцмана.
- Разрешите, мы вам поможем, если что?
Я обратился к Королёву, давая понять, что, мол, мы-то свое судно знаем досконально, мешать не будем. Он, молча, кивнул, и мы обступили пакет на почтительном расстоянии. Тут Картузов и сказал:
- А, по-моему, картонка какая-то, наверное, пустышка! По звуку слышно было!
Королёв даже посмотрел на пакет с двадцати метров в свой бинокуляр и выдохнул:
- Действительно, какая-то макулатура, перевязанная красивым шнурком, упаковано вроде в бумагу! Ну что, подходим? Нас, как говориться, было четверо! Остальные все вниз!
-  Да тьфу на вас!! Господи, прости! – Картузов был гражданским боцманом, плавал на флоте уже более двадцати лет, повидал всякое, и поэтому всячески показывал, что ему ваши намёки вообще ни к чему. Мы подошли ближе. Боцман перекрестился и пнул пакет ногой, все вздрогнули, но ничего не произошло. Потом он смело наклонился и начал его распаковывать. Довольно быстро извлёк из него красивую, видимо, парадную фуражку с козырьком, расшитым золотыми листьями, и помпезной кокардой посередине.
- Капитанская фурага! – Со знанием дела произнёс Королёв, а он знал про них точно всё, я это уже усвоил! Мы с интересом крутили и осматривали со всех сторон фуражку командира американского фрегата «Баджер».
- А это что за энциклопедия? Смотрите, всё на английском! – Картузов развернул ещё один пакет с цветным толстым журналом.
- Боцман, а вы хотели бы, чтобы вам всё на русском присылали?

Мы увидели, насколько я понял, бегло пролистав этот журнальчик, что эта была рекламная брошюра, где были указаны история постройки и спуска на воду фрегата ВМС США «Баджер», всех его командиров с момента спуска на воду, все его походы, а также основное вооружение и характеристики. В журнале было много схем корпуса фрегата в разрезе, где указывалось, что и где находится. Я посмотрел прямо в глаза Королёва, и мы подумали, по-видимому, одинаково. Этот акт американцев означал одно:
- Эй вы, русские, не мучайтесь, наверное, все глаза в бинокли проглядели! Нате вам нашу рекламную брошюру, там всё написано!
И ещё одно – я заметил выпавший листок из пакета с фуражкой, подняв его, я прочитал вслух размашистую рукописную надпись: «Sincerely, for the Captain!» и тут же перевёл с английского, это было несложно:
- С большим уважением, для Капитана!
- Так! Дайте-ка сюда, старпом! – Королёв тут же забрал все дары с собой и двинулся на ходовой мостик. Акимов, посмотрев на все это, сказал:
- Александр Сергеевич, журнал, понятно, нам точно не нужен, ну а фуражка-то вам зачем?? Всё-таки это мне подарок!!
- Так, разговорчики, командир, я старший от комитета госбезопасности здесь и своей властью принимаю решение изъять эти предметы для исследования в лаборатории на базе во Владивостоке!
Так и не отдал же, до конца слежения!

А конец неожиданно оказался близким. В ночь на 2 сентября в районе 02.30 часов утра, на командирской вахте, фрегат вдруг дал ходу. Даже в темноте было видно, как из его трубы выдохнули клубы чёрного дыма, потом полетели искры, и он понесся со всеми его штатными, в соответствии с энциклопедией, тридцатью двумя узлами скорости куда-то на северо-восток, курсом 35-45 градусов. Мы, конечно, доложили наверх. Нам приказано было прекратить слежение и следовать в базу. Утром мы уже ошвартовались у своего любимого 36-го причала.
 
А вечером, дома, мы все узнали, что утром, 1 сентября, над территорией СССР в районе острова Сахалин был сбит пассажирский "Боинг-747" (регистрационный номер HL7442) южнокорейской компании Korean Air,  выполнявший регулярный рейс KAL-007 по маршруту Нью-Йорк – Сеул. Вот так. Так "Баджер", видимо, ждал его на конечной точке маршрута!
Мы не верили своим ушам! Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Это что, война!?

По материалом западной прессы:
«…11 августа 1983 года FF 1071 «Badger» прибыл с целями наблюдения в Японское море. Задание было выполнено, и 2 сентября  был получен приказ идти на север после трагического инцидента со сбитым самолётом рейса KAL 07 корейских авиалиний советским истребителем  над островом Сахалин 1 сентября…»


Рецензии
Интересный эпизод...
звено из цепочки подробностей...

когда глаз "зацепился" за...
"Примчались на 36-й причал..."

уже не мог оторваться)))

36-й причал принимал пассажирские кораблики типа ПСК, которые ходили на Русский Остров...мимо Елены далее на Подножье и еще глубже в Новик...
Именно на нем офицерские жены с детьми с Елены ездили во Владивосток...
и сразу вверх по дорожке... справа мимо Краеведческого музея и на примыкании к Ленинской кинотеатр "Уссури"..а правее кинотеатр "Комсомолец"...
и было все это в 1961 году...
однако помню)))
---------------
и рассказ прочитал с интересом...
выкладывайте продолжение)))

Павел Маслобойников   08.12.2019 20:33     Заявить о нарушении
Я тоже там был.На "Колечицком"

Станислав Сахончик   12.08.2020 09:13   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.