О первичности материи и вторичности сознания

       Философский тезис о первичности материи и вторичности сознания считается главным вопросом философии. Именно он определяет партийность этой науки и изначально разделяет всех людей, стремящихся думать (или не думать) самостоятельно, на две противоположные мировоззренческие позиции – партии: материалистов и идеалистов.  Каждая из них своими средствами стремится сформировать в сознании множества пытливых умов целостную картину мира, принципиально отвергая одна другую в абсолютно-бескомпромиссном выборе основополагающей мировоззренческой концепции.

       Этот первоначальный выбор вряд ли можно считать обусловленным исключительно научной истиной. Он зависит от множества закономерно-случайных как внутренних, так и внешних условий жизни постигающего окружающий мир человека. К примеру, почти никогда не принимаются во внимание особенности психической деятельности отдельных представителей человеческого рода, формирующих свою жизненную позицию. Между тем мне, врачу – психиатру, очень часто в быту и профессиональной деятельности приходится встречаться со значительными отклонениями в психической жизни людей.

        Нарушения интеллекта и бредовые расстройства личности встречаются едва ли не на каждом шагу. На сайте ПРОЗА.РУ некоторыми авторами то и дело публикуется религиозно-мистический бред. Он может быть систематизированным и похожим даже на логически связанные рассуждения. Бред никогда не поддаётся аргументированному переубеждению, в чём и состоит его особенность. Научные доказательства в таких случаях теряют свою убеждающую силу и не имеют никакого смысла.  Надо всегда помнить об этом, принимая участие в серьёзной (научной) философской дискуссии. Психические страдания могут быть у всех людей вне зависимости от их партийной принадлежности.

       Как бы то ни было, но обстоятельства жизни сделали меня материалистом и я об этом ничуть не жалею. Мне удалось, конечно, не без труда, создать в своём сознании простую, стройную, ясную и привлекательную систему научных взглядов на мир, человека и общество. Она сделала меня устойчивым, настойчивым, активным, здоровым и счастливым человеком.
 
       Итак, материя первична, а сознание вторично. Эта истина, сформулированная философами-материалистами и решительно поддержанная классиками марксизма-ленинизма, утвердилась в научной философии навсегда: окончательно и бесповоротно. Все те, кто пытались опровергнуть её, лишь обнаруживали своё скудоумие. Совсем зря волновался после моего выступления доктор философских наук, заведующий кафедрой философии Пермского государственного научно-исследовательского университета Владимир Вячеславович Орлов, не до конца уловивший мою мысль и сходу окрестивший меня неогегельянцем.
 
       Он попросил проводить его до кафедры, но «сверить часы», уточнив позиции нам, к сожалению, не было суждено. В лабиринте университетских переходов я не знал дороги к его кабинету, а он, в силу своего почтенного возраста, её забыл. Читатель понимает, наверное, что я говорю об этом с долей грустного юмора. Впрочем, я уверенно разделяю его материалистические взгляды. Суть моего краткого выступления сводилась к тому, что в современной философии на значение главного вопроса претендуют иные проблемы и противоречия общественной жизни, которые перемещают главный вопрос философии в другую плоскость.

       Некоторые «писатели» из числа так называемых политологов и обществоведов, называя философию «не наукой», своим нигилизмом и скептицизмом внедряют сомнение в общественное сознание, разрушая, тем самым, фундамент современного философского знания. Они отказывают философии в праве постижения объективного знания на том основании, что в действительности всякая общественная научная дисциплина субъективна. Новые критики Гегеля утверждают, что научное знание не может быть умозрительно-спекулятивным. Они считают философскую категорию истины абстрактным порождением рефлексии, которая, естественно, субъективна.  Главный вопрос философии, по моему убеждению, в настоящее время заключается в доказательстве возможности возникновения достоверного объективного знания в отвлечённых категориях субъективного сознания.
 
       В истории человеческой цивилизации различные науки появились совсем недавно – в последние тысячелетия. Научный этап постижения мира, между прочим, начался со знания обо всём – с философии. Совсем не случайно, поэтому, первые в истории человечества замечательные философы обладали обширными знаниями и практическими навыками. Среди них, к примеру, было много врачей. Гиппократ и Авиценна считаются основоположниками медицины, которую великий философ Г. Гегель считал не наукой, а искусством. О таких людях говорили: «Врач – философ богу подобен».

       В итоге, все науки, так или иначе, каждая в своё время, отпочковались от философии и, даже, потеряли с ней связь. В таких науках отвлечение от «всеобщего», то есть от философии, само стало всеобщей тенденцией. Следовательно науки становились менее конкретными и более абстрактными.  В пример можно привести самую абстрактную и получившую очень большое развитие науку – математику. Однако может ли она сделать счастливым, любимым, здоровым, социально защищённым конкретного человека? – конечно, нет. Г. Гегель считал философию единственной конкретной наукой.

        Можно сказать, что философия окончательно оформилась как наука, более того, стала единственной конкретной наукой, благодаря Гегелю и классикам марксизма-ленинизма. Главное условие и признак объективной научности – научный метод. В марксистко-ленинской философии этот метод диалектический. Гегель говорил: «Метод – осознание формы внутреннего самодвижения содержания». Из этого следует, что главный признак научности связан с сознанием и, по-существу, субъективен. Разумеется, что субъекту дан объект в научной и предметно-практической деятельности. Было бы очень странным, если бы всё было как-нибудь наоборот. Это само собой разумеющееся обстоятельство дезориентировало многих обществоведов, не владеющих диалектикой и имеющих расплывчатое представление о соотношении «объективного» и «субъективного» в (субъективном) сознании.

       Г. Гегель утверждал, что истина всегда одна и конкретна. Абстрактную истину он считал бессмыслицей. В.И. Ленин говорил о том, что главным критерием истины (научной теории) является практика, которая прочно связывает «субъективное» с «объективным». Я всегда повторяю: «С классиками не поспоришь». Однако же надо ещё, иметь талант и смекалку, чтобы умело применить теорию к практике. Говоря об истине, которая всегда конкретна и, потому, объективна, было бы хорошо помнить о том, что всякая философская категория, в том числе истина, по форме своей абстрактна.

       Казалось бы это разъяснение противоречит тезису Гегеля о бессмысленности абстрактной истины, но, на самом деле, ещё раз подтверждает его правоту. Дело в том, что здесь Гегель имеет в виду формальную абстрактно-логическую позицию, то есть абстракцию (отвлечение) с отторжением всего конкретного, в то время как абстрагирование диалектическое объединяется неразрывной существенной связью с конкретной действительностью. В таком случае мы имеем дело уже с конкретной абстрактной истиной. С точки зрения диалектической логики имеется неразрывная связь абстрактного с конкретным и всеобщего с единичным.

       На этом этапе рассуждений есть резон сформулировать тезис, противоположный тезису Гегеля, хотя и, в итоге, не противоречащий ему, об объективности и конкретности абстрактно-диалектической истины. Следовательно, абстрактная диалектическая истина объективна и конкретна, хотя, иногда, и умозрительно-спекулятивна, поскольку содержит в себе должествование практической деятельности, императивно побуждая субъекта к ней.  Таким образом категория «объективного» в социальной материи (в общественных науках, в научной теории, в высокоорганизованном сознании) включает в себя хорошо осознанное «всеобщее» (абстрактное) в диалектическом единстве с «конкретным» (единичным).

Обобщение:

       Философия – наука о всеобщих законах в природе, обществе и мышлении. Её научный метод – диалектический. Истина конкретна, объективна и всегда одна. Истина – материальный феномен, она субъективно-объективна и абстрактно-конкретна. Истина постигается талантом и умением видеть умом – умозрением. Истина, рождающаяся в головах гениальных людей может быть умозрительно-спекулятивной, будучи, при этом, конкретной и объективной.

О первичности материи и вторичности сознания.

       Мы используем этот тезис как аксиому – истину, которая не требует доказательств. Между тем, практическое использование его требует дополнительных размышлений и разъяснений. Во-первых, надо иметь в виду, что материя и сознание – противоположные философские категории, которые находятся в неразрывном диалектическом единстве. Во-вторых, сознание, хотя и не материя, но всё же материальный феномен. В-третьих, имеют значение и временные рамки бытия материи и сознания. Материя вечна во времени и бесконечна в пространстве, она – вещество.  Её атрибутом – неотъемлемым свойством – является движение, которое изменяет и развивает материю.

        Сознание – высшая форма движения материи. Простое движение и сложное движение – сознательная жизнь – соотносятся как начало и результат. В этом смысле простые формы движения всегда предшествую сложным формам движения. Начало – неразвитый результат, а результат – развёрнутое (во времени) движение (начало).  В этом смысле сознание возникает всегда позже, чем простое движение материи. Сознание – результат её развития. Понятно же, что материя первична, а сознание вторично. В наше время эта «истина навсегда» стала относительной и утратила значение главного вопроса философии. Осознание её можно считать важным только в учебном процессе.

       Дело в том, что, отделяя материализм от идеализма и эмпириокритицизма приходится проявлять принципиальность и последовательность, понимая под объективностью ту абсолютную истину, которая есть до,- вне,- и после сознания. Это сделать необходимо, чтобы не смутить и не запутать читателя окончательно.
 
       Другая правда состоит в том, социальная материя как высшая её форма – это, по определению, по природе своей – сознательная материя, живущая со знанием об объективном мире. Человек способен отражать реальную действительность и изменять её в качестве субъекта познания, сознания и воли. Субъекту дан объект в предметно-практической деятельности, и никак не наоборот. По этой причине понятие объективности должно быть расширено включением в него момента субъективного.
 
       Только при этом условии, идея, овладевшая умами масс, становится материальной силой. Объективное, в итоге, оказывается тем, что есть вне сознания и в сознании одновременно. Истинное понятие категории «объективного» можно определить так: объективное – хорошо осознанное всеобщее (абстрактное) в диалектической связи с единичным (особенным и конкретным). Мы понимаем, поэтому, что возрастает роль субъективного фактора в развитии человеческой цивилизации. Ленин сам предостерегает от абсолютного противопоставления материи и сознания, чтобы избежать логической ловушки крайних позиций – объективизма и субъективизма.
Вот как Ленин выражает свою позицию: «Конечно, и противоположность материи и сознания имеет абсолютное значение только в пределах очень ограниченной области; в данном случае исключительно в пределах основного гносеологического вопроса о том, что признать первичным и что вторичным. За этими пределами относительность данного противоположения несомненна».
 
       Вопрос о том, что первично или вторично – материя или её движение – вообще не имеет никакого смысла, поскольку они есть одновременно как моменты единого целого и не существуют по отдельности.  В процессе развития материального мира материя и движение тождественны по своему значению. Нет развития без материи – не чему развиваться. Нет, тем более, развития без движения – не чему развивать. Сознание как движение и человеческое общество как социальная материя, так же тождественны по своему значению. Материя в движении – есть содержание общественного бытия, а движение социальной материи – сознание – одна из форм движения её, или просто форма её бытия ("Я мыслю, следовательно я существую").

       Форма является моментом содержания, но в определённых пределах своевольным и независимым от содержания, хотя и, всецело зависит от него. Форма очень важный момент социального бытия, поскольку, говорит проф. М.В. Попов, в «форме всё содержание сидит».  По этой причине, в динамично развивающемся обществе всё более возрастает роль субъективного фактора. Прогрессивная идея, овладевшая умами масс, становится мощной развивающей материальной силой. Однако и гнилая идея, завладевшая теми же умами, становится страшной разрушительной силой. Так что, уважаемый читатель, в нормально развивающемся обществе сознание первично, а материя вторична. Содержание развивается (или деградирует) благодаря своей форме. 30 лет тому назад в нашей стране гнилая идея заразила сознание масс, в результате чего к власти пришли варвары и разрушили великую страну.
               
Вывод:

       Высшая Теория Общественного Развития – марксизм–ленинизм – научная, конкретная теория развития человечества, объективно отражающая законы общественного бытия в истинных философских категориях. В марксистско-ленинской философии используются диалектические методы Гегеля и Маркса. Учение Маркса, Энгельса, Ленина не догматичное, а развивающееся, находящееся в поиске конкретных, объективных общечеловеческих истин и ценностей. 
      
      
      
      


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.