Так было надо

               
  – Ну, здравствуй, Жульба! – седовласый мужчина медленно опустился на травянистую поляну рядом с развилистой берёзой. Рукой он дотянулся до небольшого холмика, густо заросшего кустиками духовитой земляники, которая в этом месте царствовала по всей поляне. Мужчина ласково погладил по верхушкам земляничных кустиков, прикоснулся и к самому холмику.
 
  – Давненько не проведывал я тебя, Жульба. Всё в заботах, да хлопотах. Дни, что стрижи быстрокрылые мелькают. Давеча совсем уж было собрался сюда завернуть, да мотор забарахлил некстати, пришлось скорую помощь вызвать. Отлежался пару дней, всё равно шевелиться надо, а не – то лежнем станешь.  Вот и прибыл я в родные места, – мужчина осторожно привалился к стволу развилистой берёзы и, прикрыв веки, стал вспоминать            

               *          *          *          *          *               
    Раным–рано Витька Синицин проснулся от истошного лая Жульбы, которая бесновалась на цепи во дворе. Витька слез с печной лежанки и подошёл к окну, к которому уже приник его брат Серёжа. Серёжа спал возле окна на железной кровати, поэтому он пробудился ещё раньше, чем Витька. Снаружи слышались удары, перемежаемые едва слышным хрипом и завыванием другой собаки. Вдруг послышался треск ломающегося забора и большое тёмное пятно рвануло в сторону от плетня. Хрипы и завывания прекратились, только  Жульба продолжала неистовствовать у своей конуры.
   – Наш отец соседского Абрека в петлю поймал, верёвкой его охаживал. Опять Абрек весь плетень разворотил, – проговорил Серёжа. Витьке стало понятно происхождение всего этого несусветного шума, что помешал ему досмотреть сладкий утренний сон.

            *          *          *          *          *          *          *          
  Вся территория около дома Синицыных густо заросла гусиной лапчаткой. Стояла благодатная пора тёплого раннего лета. На бархатистой травке Витька и Серёжа Синицыны резвились с двумя маленькими козлятами, которых ещё зимой принесла всеобщая любимица семьи Синицыных, коза Беляна.
 Открылись ворота ограды и на травянистую лужайку выбежала освобождённая от железной цепи крепкотелая, радостная Жульба, виляя обрубком хвоста. Следом за ней вышел отец ребят. На плече у него висел моток верёвки, а в руке он нёс штыковую лопату.
 
  Витька, отвлёкшись от козлёнка, спросил отца: “Пап, далеко ли ты с Жульбой собрался?” На его вопрос отец ответил: “ Пройдём с ней до поскотины,а затем побродим по летнему лесу, не всё время ей сиднем сидеть на цепи.” “А нас возьми с собой, мы тоже в лес хотим пойти погулять!”– закричали в один голос Витька с Серёжей. ” Что ж, только чур, в лесу не хныкать, что устали, что зря в такую даль отправились!”– проговорил отец. “ Ура! Хныкать не будем ни за что!” – подтвердили обрадованные мальчишки и вскоре они все четверо через широкий проулок меж огородных плетней выбрались на поскотину. Дальше их путь пролегал мимо колхозного парникового хозяйства к зеленеющему невдалеке берёзовому перелеску.
 
  Оказавшись в лесу, мальчишки бегали среди берёзок наперегонки с Жульбой, а отец продолжал двигаться вглубь леса. Наконец он остановился и присел на пенёк. Жульба прилегла рядом на траву.
  –Пособирайте – ка, сынки, стародубок да купавок по лесу. Пригодятся они нам, – проговорил отец. Ещё не остывшие от беготни с Жульбой, ребятишки подались на большую лесную прогалину, мимо которой они недавно пробегали и запомнили, что она была вся усыпана стародубками.
 
  Минут через пятнадцать Витька с Серёжей вернулись к тому месту, где они оставили отца и Жульбу. В руках у них было по охапке лесных цветов. Отец сидел на пеньке и курил.
– Пап, а Жульба-то куда убежала? – спросил Серёжа.
– Жульба теперь далеко. Ей там не хуже будет, чем у нас.
Только теперь, рядом с развилистой берёзой, возле которой стоял пенёк с сидящим на нём отцом, ребята заметили свежий холмик, покрытый сверху травянистым дёрном.
–Как ты мог убить нашу любимую Жульбу! – закричали в один голос на весь лес мальчишки и оба, зарыдав, припали к холмику.
– Так было надо. Поверьте мне! Я уже замучался заборы чинить около дома из–за соседских кобелей, вы же сами видели, один Абрек чего мне стоил! А к нему ещё  вдобавок со всей улицы “женишки” к Жульбе прибегали …  Слова отца были слабым утешением для рыдающих мальчишек.
 
   Надо ли говорить, что обратный путь домой братья проделали на “ватных” ногах и в подавленном настроении. На свежем холмике у развилистой берёзы остались лежать сорванные ими лесные цветы. Отец сразу же разломал конуру Жульбы до последней дощечки. Впереди у мальчишек была целая жизнь, но уже без этой красивой, умной собаки..