7. Большая война на малой родине. Победа!

 
            Предыдущая история http://proza.ru/2020/02/03/1315

Июль сорок четвертого. Наши части освободили Опочку. Тот самый городок, где я родился. Малая родина!

   Три года оккупации позади. Радость безмерная. Но и новая тревога. Ведь война еще не закончилась. Нужно гнать врага дальше! Основное направление удара – Берлин! Ненавистное логово зверя. А чтобы взять Берлин, нужно сковать врага на других направлениях, в частности,  на Прибалтийском. Именно туда, в Прибалтику отошли остатки фашистских армий группы “Север”.  Элитные  упертые эсэсовцы.   
   В Опочке и районе была объявлена массовая мобилизация мужчин. Всех кто остался. И тех, кто подрос за годы оккупации до призывного возраста. Кого не угнали в Германию.

   Призвали и деда моего. Ему тогда 35  лет уже было. Он отбыл в 20 запасный полк, размещавшийся, вероятнее всего, в Стремутке, что под Псковом. Почему я думаю, что в Стремутке?  А бабушка к деду в Стремутку ходила пешком от Опочки. Это около ста километров. До того там размещался в казармах батальон РОА.  Пока их не выкурили.

  Первого сентября 1944 года дед принял присягу и был зачислен в 93 Гвардейский стрелковый полк 10 Гвардейской армии в звании гвардии рядового по должностным квалификациям стрелок и …портной (!!!).  Да, да! Ведь в армии нужны не только бойцы, но и специалисты казалось бы мирного профиля с военным уклоном. А дед был классным специалистом. До войны он работал и по гражданскому пошиву, и по мундирам. С 1935 года по июнь 1941 года дед работал по вольному найму в 166 Краснопресненском стрелковом полку. По своей специальности. А после войны и до последних дней своих Василий Петрович Петров работал в военном городке. Шил мундиры для офицеров и выпускников военного училища. Так уж получилось. Мирный гражданский человек, а всю жизни при армии.

   Части второго Прибалтийского фронта двинулись в Прибалтику. И дед мой с ними.

    Мадонская наступательная операция.

    Мадона - небольшой, но стратегически важный город в Латвии. За ним открывалась дорога на Ригу. Особенностью операции было масштабное наступление наших войск по сильно заболоченной местности. Противник хорошо укрепился, и сдаваться не собирался. Операция проходила медленно и с большими потерями с обеих сторон.  Если любому   жителю Опочки назвать этот город, каждый скажет – у меня там был…кто-то. А многие там и остались лежать. Как и мой дед по отцу. Иван Гаврилов. В первых же боях. Осенью сорок четвертого. Скончался от ран.

   Второй дед, Василий Петров, выжил. После Мадоны, его полк в составе 10 армии направили в Курляндию. Это было тяжелое направление. Части СС, которым было нечего терять, прижатые к Балтийскому морю, сдаваться не собирались. То ли понимали, что им не светит помилование, то ли надеялись на посылы и щедрые обещания фюрера. Держались за свои позиции зубами. Было предпринято пять попыток разгромить курляндскую группировку. Ни одна из них не увенчалась успехом. Немцы огрызались уверенно и нагло, даже предпринимая попытки окружить и уничтожить наши части.

  Дед не любил рассказывать про войну. Когда я его начинал расспрашивать, он  переходил на описание военной техники и вооружения. Вспоминал тяжелое противотанковое ружье, с которым пришлось побегать по лесам и болотам. Одобрительно отзывался о работе наших реактивных минометов. Они в сорок четвертом монтировались на базе американских “ Cтудебеккеров”. Дед очень высоко оценивал эти машины. И вообще с удовлетворением говорил о том, что в сорок четвертом армия была довольно хорошо обеспечена техникой. В отличие от сорок первого года. А вот боеприпасов бывало, так же не хватало. Да и сбои в организации были. Артподготовку перед боем порой не проводили. Что, разумеется, оборачивалось дополнительными потерями.

     За бои в Курляндии дед получил медаль “За боевые заслуги” за участие в пятой наступательной операции под городом Салдус. Выполняя обязанности санитара, он эвакуировал  раненых солдат и офицеров. Повидал, видать, и кровушки и боли. Потому и не рассказывал мне, мелкому пацаненку. Только улыбался и по моей белобрысой головке гладил большой теплой рукой.

   Курляндская группировка сдалась в плен  только после подписания акта о безоговорочной капитуляции в мае 1945 года. Хотя отдельные бои продолжались до самого июня.

   Победа! Долгожданная, желанная, победа. Со слезами  радости и горя.

   Дед демобилизовался  18 октября 1945 года. В это время он находился в Бессарабии.

  Привез с войны серебряные швейцарские карманные часы. У немца пленного отнял. Эти часы я храню.  А еще он монетку привез из Бессарабии.  Я в детстве заметил, что завертка на двери чулана была прибита гвоздем через красивую медную шайбу. Присмотревшись, понял, что это чужая монета.

- Дедя, (я так деда в детстве называл) а что это за монетка иностранная? – спросил я.
- А, это из Бессарабии, откуда я из армии пришел домой – ответил коротко дед.

  Большая война. Малая родина. Маленькие люди. Со своим огромным внутренним миром. Миром, до  которого большой войне нет дела. Не надо войны. Пусть будет мир.

                Март 2020.

 На картинке  - фрагмент карты боев в Курляндии в 1944-1945 годах.
На фото – ориентировочно лето 1945 год. Военные портные за работой. Хорошо видны угольный тяжелый утюг и швейная машинка Зингер. Стоит справа – Василий Петров.


              Продолжение http://proza.ru/2020/01/29/837


Рецензии
Тяжелая цена. Но как говорили - мы за ценой не постоим. Одна Победа на всех!
Спасибо, Валерий!
С Уважением

Мирослава Завьялова   06.06.2020 17:05     Заявить о нарушении
Цена велика настолько, что человеческим умом ее не охватить...

Благодарю, Мирослава!

Валерий Павлович Гаврилов   06.06.2020 18:56   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.