Начни с себя, хватит кивать на других

Три недели назад мы тоже не верили в COVID -2019. Мы тоже посмеивались и рассуждали о глобальном мировом перевороте, экономической хитрости китайцев, референдуме и новой конституции. О верховной власти и империи.

“Глупость какая, - повторяли мы себе, - мы же русские. Мы из другого теста! Нас ни одна зараза не возьмет.”

Нам так казалось. Мы в это верили. От страха ли, от безрассудства ли, от отчаяния... кто знает?

Всего лишь три недели назад.

А потом...

В больницах срочно формируются специальные пульмонологические отделения и создаются под них реанимации, в которые собираются, свозятся, закупаются оставшиеся на складах аппараты ИВЛ.

Мгновенно созданы диагностические и консультационные центры со специалистами высокого уровня и знаний. Люди за спинами тех, кто в защитных костюмах и масках, безымянные.

Первый пациент.

Второй.

Еще и еще. Ежедневно.

Шесть машин скорой помощи стоят в очереди. Пробки из машин, каталок, пациентов.

Отделения заполняются.

Три дня и все. Под завязку.

Аппараты искусственной вентиляции легких заняты.

Приходит осознание размаха и ужаса происходящего.

Врачам тоже страшно. Начинается повальное увольнение медперсонала. Они тоже люди и героями не могут быть все. Паника бесшумным призраком гуляет по этажам больниц.

Безумные дни.

Бессонные ночи.

Настройки ИВЛ требуют тонкости и знаний. “Танцы с бубнами” вокруг каждого пациента и его аппарата. Пианистам и не снилось.

Но больные умирают. Двоих удается спасти. Но кто ж похвалит за спасенных, взгреют за умерших.

Утро. Пауза. Пришла смена.

Снимаются защитный халат и перчатки. Обрабатываются руки.

Ноги гудят и трясутся, подгибаются.

- Пять минут. Потом писать истории, - тело устало опускается на стул, пересохшая от антисептиков рука ложится на лоб, соскальзывает на глаза.

Глаза смыкаются.

Нет до отдыха еще далеко. Заполнить дневники, эпикризы, отчеты и бумаги. Ответить на пропущенные звонки и запросы. Проконсультировать. Дать рекомендации.

Позвонить домой.

Медленно протирается антисептиком, мигающий сигнальным огоньком телефон.

По правилам безопасности нельзя даже подпереть голову от секундного отчаяния и тоски.

А ведь нужно позвонить и сказать, что не придешь.

Страшно. Правда о реальности сжимает сердце. Но теперь не до беспечности и эгоизма. Уже слишком много прямых контактов.

А ведь коронавирус контагиознее гриппа в два раза и уступает в этом только вирусу кори.

При чихании или кашле инфекционное облако распространяется на 6 шагов от зараженного.

Маска защищает от прямого и мгновенного проникновения вируса в дыхательные пути и слизистые, но недолго. Можно быстро снять испачканную защиту и принять профилактические меры. Если на это есть время. Если есть выбор.

Стук в дверь. Очередной пациент. Сатурация — 70. Пора.

Телефон с глухим отчаянием откладывается в сторону.

Маска. Халат. Перчатки.

Телефон коротко вибрирует вслед закрывающейся двери новым сообщением.

- Мужчина 45, сатурация — 65, без сознания, - снова раскатывается меж белых стен.