Сентябрьский мёд

Обычно у молодожёнов после свадьбы наступает счастливая пора, которую называют красиво: медовый месяц.  Вера же с Андреем, став мужем и женой в сентябре, смогли уехать в Пятигорск лишь на неделю, так как в университете уже вовсю шли занятия.

 На родине Андрея  Вера попала в совершенно незнакомый  для себя мир, мир большой семьи.  Показывая молодой жене сад, Андрей говорил:
« Белый налив – дерево мамы. У сестры  слива. У брата груша. Вот этот абрикос мой. А вишенки посажены после рождения племянников.  Скоро, надеюсь, посадим черешенку».
 
«Теперь у меня целый сад родственников», - подумала Вера, у которой, кроме мамы, никого не было.  А через несколько дней она убедилась, что родни у мужа наберётся на несколько садов.

После экскурсии по саду Андрей повёл Веру через огород  к  Подкумку.   Знакомое со школьных лет название реки  напомнило ей эпизод, волнующий воображение всех старшеклассниц.  Здесь при переходе через  быстрину реки Печорин  спас  Мери  от падения с лошади и поцеловал.
 Вера представляла, что сейчас увидит грозную реку с пенными бурунами на перекатах.  Остановились же около неширокой речки с ленивым течением, поэтому на предложение Андрея  перейти Подкумок вброд  Вера  без колебаний согласилась.
 Держась за руки, они дошли до середины, и тут девушка почувствовала, как течение с силой потащило её за собой.  Если б  не крепкие руки Андрея, она  не устояла бы на ногах. Теперь Вера поняла, что коварный характер горных рек Лермонтов  знал хорошо.

Вымокшие до пояса  Вера и  Андрей   наконец выбрались  на противоположный  берег и по пологому  склону поднялись к озеру.   Бархатный сезон на Кавказе был в разгаре, поэтому  отдыхающих оказалось много.
 
 Через несколько минут  и  молодые супруги окунулись в тёплую, как парное молоко, воду.  Андрей поплыл к вышке для прыжков, а Вера, демонстрируя лягушачий стиль, плавала недалеко от берега и ждала прыжка любимого. Когда же он  без звука  и  брызг  вошёл в воду,  она огляделась в надежде увидеть восторженных зрителей.  Но никто в сторону  героя не смотрел. Только её поцелуй в мокрую щёку стал наградой Андрею за его смелость и ловкость.

 На вышку подняться  Вера не решилась, а вот попробовать понырять с плеч мужа согласилась. Порой что-то прыжку мешало, и тогда Андрей получал «тазиком по чайнику», но это их только смешило.
 
Нарезвившись, вышли  на берег и сели на песок. Теперь  внимание Веры привлекла гора Бештау, которая находилась в нескольких километрах от озера.  Её пять вершин  напоминали хребет доисторического животного, которое залегло среди зелёных зарослей. Неровности камня, окрашенные лучами заходящего солнца в бронзовый цвет,  смотрелись чешуёй  гигантского ящура.  А вот облачко, примостившееся на его «голове», напоминало панамку и делало гиганта совсем не страшным.
 
После захода солнца непривычно быстро стало темнеть. Натянув на себя одежонку и взявшись за руки, Вера и Андрей быстрым шагом отправились домой.
Теперь они шли не через реку, а по дороге. Когда проходили через уже тёмный  лес, Вера для храбрости прижалась к Андрею.  Он её обнял и стал рассказывать, как по этой дороге гонял на мопеде.
- Купил его пацаном на свои деньги, - похвастался он.
- Огороды копал?
- Нет. Летом лавины в Приэльбрусье  помогал расстреливать, чтоб туристы не гибли.
- Вот неугомонный, - подумала Вера. - С ним не соскучишься.
 
Подойдя к дому, Вера и Андрей остановились и стали смотреть вверх. Южное небо отличалось от  северного:  другие звёзды над головой, и чернота ночи гуще. Где-то рядом цикады играли на своих маленьких скрипочках вечную песню любви, которая была так понятна молодым сердцам.

Утром молодожёны поднялись пораньше, чтобы до жары подняться на Машук. Вышли из дома, когда солнце только выглянуло из-за деревьев.
 
Курортный городок оказался небольшим.  Полчаса - и они в парке Цветник, полчаса – и  вагончик канатки доставил их на вершину Машука.
Если снизу гора походила на ёлку, увенчанную пикой в форме телевышки, то сверху город напоминал пёструю юбку солнце клёш, клинья которой расходились от самой подошвы горы.

 За городской чертой картина менялась.  Посреди степи желтели прямоугольники полей, а между ними виднелись невысокие остроконечные горы. Казалось, что могучие богатыри оставили на земле свои шлемы и отошли ненадолго.

Вера поинтересовалась у Андрея, где находится Эльбрус.  В указанном направлении она разглядела заснеженную двуглавую вершину и загадала, что на следующий год там побывает.

Обошли площадку на вершине горы по кругу.  Вере приходилось крутить головой во все стороны, чтобы разглядеть, что ей показывал муж.
- Видишь канатную дорогу. Мысленно продли её в южном направлении. Там белая мазанка, как у мамы, только под соломенной крышей. Это музей Лермонтова, - говорил Андрей.
Вера старательно рисовала воображаемую линию, а Андрей уже тянул её дальше, на запад.
- Смотри вниз. Видишь обелиск в окружении грифов? Догадалась?
- Место дуэли?
-  Да.  Мы и туда сходим. Но не сегодня.  А теперь нас ждёт Провал.

Вера помнила, что в известном романе Остап Бендер назвал это место «малахитовой лужей», поэтому ничего особенного там увидеть не ожидала, но спорить с мужем не стала и покорно последовала за ним.
 Однако  огромный каменный цилиндр, на дне которого находилось подземное озеро бирюзового цвета, а сверху круг лазурного неба,  произвел на неё сильное впечатление. От созерцания этой нерукотворной красоты Веру оторвал Андрей.  Он старческим, жалобным голосом Воробьянинова затянул:
- «Господа, я не ел шесть дней».
Вера рассмеялась:
- Ладно, Киса,  пойдём перекусим.

Первые два дня медовой недели  Вера запомнила очень чётко, а  последующие вспоминала больше по фотографиям.
Вот  Андрей дурачится и  делает вид, что бросит с моста сумочку Веры в речку Ольховку.
Вот Антон, лучший друг Андрея, стоит как нищий с протянутой рукой.Просит поделиться кусочком счастья.
Фотографий в альбоме  много, и не верится, что столько событий и встреч вместилось в одну неделю.

Вера откладывает альбом, закрывает глаза и представляет себе день отъезда из Пятигорска. Прощальная прогулка с Андреем по цветущему саду, где пчёлы торопились собрать последний в этом году нектар с осенних цветов. Прикосновение к тёплой коре абрикосового дерева. Минутное сидение на лавочке возле чистенькой мазанки: мама Андрея посередине, а они по бокам. Затем вокзал с  шумной толпой провожающих, последние поцелуи, обещания писать и… слёзы, которые наворачивались на глаза. Солнце что ли  в тот день было слишком ярким?

Она помнила, как колёса поезда «Кисловодск - Ленинград» отстучали последние минуты их  медовой недели и унесли молодожёнов в новую жизнь, где им предстояло возделывать теперь уже свой сад.


Рецензии
Да ,приходилось там быть по Лермонтовским местам.Хорошо отдыхать когда
любимый рядом.Спасибо за рассказ -путешествие.

Нинель Тован   30.10.2020 19:30     Заявить о нарушении
Огромное спасибо, Нинель. Вы были в Пятигорске, а мне посчастливилось бывать в Праге, Брно, Карловых Варах. С уважением

Любовь Лайба   30.10.2020 19:41   Заявить о нарушении